ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-79164/2020

06 декабря 2023 года

г. Санкт-Петербург

/тр.6

Резолютивная часть постановления объявлена     29 ноября 2023 года

Постановление изготовлено в полном объеме  06 декабря 2023 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  Бурденкова Д.В.

судей  Аносовой Н.В., Юркова И.В.

при ведении протокола судебного заседания:  ФИО1

при участии:  

от ФИО2: ФИО3 (доверенность от 20.01.2023), ФИО4 (доверенность от 30.04.2021),от ФИО5: ФИО6 (доверенность от 15.09.2022),от конкурсного управляющего ООО «Каисса»: ФИО7 (доверенность от 23.11.2023)

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер  13АП-28147/2023)  ФИО5 на определение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 04.07.2023 по делу № А56-79164/2020/тр.6, принятое 

 

по заявлению кредитора ФИО2 о включении в реестр кредиторов в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО«Каисса»,  

 

установил:

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 27.11.2020 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Каисса» (далее – Общество).

Решением от 12.01.2020 Общество признано несостоятельным (банкротом), в отношении его открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО8.

В арбитражный суд 24.03.2021 поступило заявление кредитора Ваколза ФИО9 о включении в реестр кредиторов 5 973 978 981 руб. 45 коп.

Определением от 11.06.2021 заявление принято к производству, судебное заседание по рассмотрению заявления назначено на 07.09.2021.

В заседании 07.09.2021 ФИО2 заявил ходатайство о процессуальном правопреемстве на стороне кредитора, представил копию договора цессии от 17.12.2018 и соглашение о расторжении договора от 02.09.2021 между Ваколзом М.Г.Ф. и ФИО2

Арбитражный суд принял к производству указанное заявления и объединил рассмотрение заявления Ваколза М.Г.Ф. о включении в реестр требований кредиторов должника с ходатайством ФИО2 о процессуальном правопреемстве в одно производство.

Определением от 16.03.2022 в удовлетворении требования Ваколза ФИО9 отказано.

Дополнительным определением от 16.03.2022 в порядке процессуального правопреемства произведена замена Ваколза М.Г.Ф. на А.К. Мейера по требованию к ООО «Каисса» в размере 5 973 978 981 руб. 45 коп.

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.07.2022 определение от 16.03.2022 оставлено без изменения.

Постановлением суда кассационной инстанции от 15.11.2022 названные определение от 16.03.2022 и постановление от 28.07.2022 отменены с направлением спора на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Определением от 04.07.2023  суд включить в реестр требований кредиторов ООО «Каисса» с отнесением к третьей  очереди удовлетворения требований кредиторов должника требование А.К. Мейера в размере 5 973 978 981 руб. 45 коп. долга и заемных процентов.

В апелляционной жалобе ФИО5, считая определение незаконным и необоснованным, вынесенным с нарушением норм материального и процессуального права, просит определение оттенить, признать заявленное требование, подлежащим удовлетворению за счет оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, имущества должника.

По мнению подателя жалобы, приобретение права  требований к должнику уже после признания  последнего банкротом фактически является механизмом  позволяющим  нарастить подконтрольную кредиторскую задолженности с целью последующего уменьшения в  интересах должника и его аффиллированных лиц.

ФИО2 возразил против удовлетворения апелляционной жалобы по основаниям, изложенным в отзыве, просил определение оставить без изменения, полагая, что обстоятельств для понижения его требований не имеется.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные о времени и месте судебного заседания в соответствии со статьей 123, абзацем 2 части 1 статьи 121 АПК РФ с учетом пункта 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.02.2011 N 12 "О некоторых вопросах применения Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в редакции Федерального закона от 27.07.2010 N 228-ФЗ "О внесении изменений в Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации", в судебное заседание не явились.

В соответствии с пунктом 3 статьи 156 АПК РФ апелляционный суд считает возможным рассмотреть дело в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого определения проверены в апелляционном порядке.

Как следует из материалов дела, между Обществом и ФИО2 заключен договор  от  29.11.2016 заем в размере 3 000 000 000 руб. под 12% годовых на срок до 23.11.2018.

Дополнительным соглашением от 03.02.2017 стороны уменьшили процентную ставку по договору до 8% годовых, дополнительным соглашением от 25.10.2017 - увеличили сумму займа до 4 500 000 000 руб., дополнительным соглашением от 08.11.2018 - продлили срок пользования займом до 23.11.2019.

В материалы дела представлены платежные поручения от 21.12.2018, 22.12.2016, 26.12.2016, 27.12.2016, 28.12.2016, 29.12.2016, 12.04.2017, 12.09.2017, 19.10.2017, по которым ФИО2 Ф. перечислил Обществу в общей сумме 4 141 072 500 руб. со ссылкой в назначении платежа на договор займа от 29.11.2016.

Общество возвратило ФИО2 10 240 000 руб. платежным поручением от 19.01.2017.

Кроме того, по договору займа от 07.12.2016 ФИО2 (займодавец) обязался предоставить Обществу (заемщику) заем в размере 6 000 000 000 руб. под 12% годовых на срок до 23.11.2018.

Дополнительным соглашением от 03.02.2017 стороны уменьшили процентную ставку по договору до 8% годовых, дополнительным соглашением от 08.11.2018 - продлили срок пользования займом до 23.11.2019.

В материалы дела представлено платежное поручение от 05.07.2017, по которому ФИО2 Ф. перечислил Обществу 477 678 000 руб. со ссылкой в назначении платежа на договор займа от 07.12.2016.

По расчету заявителя задолженность по договору от 29.11.2016 составляет        4 130 832 500 руб. основного долга и 1 230 933 417 руб. 25 коп. процентной за пользование займом, по договору от 07.12.2016 - 477 678 000 руб. основного долга и 134 535 064 руб. 20 коп. процентов за пользование заемными средствами. 

Дополнительным соглашением от 08.11.2018 срок возврата займа продлен до 23.11.2019. Задолженность по договору займа составляет 4 130 832 500 руб. долга и 1 230 933 417 руб. 25 коп. заемных процентов.

Между должником и ФИО2 заключен договор  от 07.12.2016 займа.

Дополнительным соглашением от 08.11.2018 срок возврата займа продлен до 23.11.2019. Задолженность по договору займа составляет 477 678 000 руб. долга и 134 535 064 руб. 20 коп. заемных процентов.

Впоследствии права требования из данного договора уступлены по договору  от 17.12.2018 Ваколз М.Г.Ф., а   02.09.2021  данный договор с Ваколз М.Г.Ф.    расторгнут, права требования возвращены  ФИО2

Вышеуказанные обстоятельства послужили основанием для обращения в арбитражный суд с настоящими требованиями.

Суд первой инстанции, посчитав данные требование обоснованными заявление удовлетворил.

Исследовав доводы подателя апелляционной жалобы, правовые позиции иных участвующих в деле лиц в совокупности и взаимосвязи с собранными по обособленному спору доказательствами, учитывая размещенную в картотеке арбитражных дел в телекоммуникационной сети Интернет информацию по делу о банкротстве, апелляционный суд пришел к выводу, что обжалуемое определение не подлежит отмене или изменению.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве), частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Установление требований кредиторов осуществляется арбитражным судом в зависимости от процедуры банкротства, введенной в отношении должника в порядке, определенном статьями 71 и 100 Закона о банкротстве.

В пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве" разъяснено, что в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

В настоящем случае участвующие в деле лица определение в части установления судом первой инстанции обоснованности требований кредиторов не оспаривают, что не освобождает арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве, от обязанности определить очередность удовлетворения данного требования.

В Обзоре судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц (далее - обзор судебной практики), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020, обобщены правовые подходы, применение которых позволяет сделать вывод о наличии или отсутствии оснований для понижения очередности удовлетворения требования аффилированного с должником лица.

Контролирующее лицо, которое пытается вернуть подконтрольное общество, пребывающее в состоянии имущественного кризиса, к нормальной предпринимательской деятельности посредством предоставления данному обществу финансирования (далее - компенсационное финансирование), в частности, с использованием конструкции договора займа и других договорных конструкций, т.е. избравшее модель поведения, отличную от предписанной Законом о банкротстве, принимает на себя все связанные с этим риски, в том числе риск утраты компенсационного финансирования на случай объективного банкротства.

При этом Верховным Судом Российской Федерации в ряде своих определений выработана позиция, согласно которой в соответствии с содержащимися в Обзоре от 29.01.2020 разъяснениями в предмет доказывания по данной категории споров входит установление следующих обстоятельств:

- являлся ли кредитор контролирующим должника лицом;

- если кредитор был аффилированным с должником лицом, не имеющим контроля над должником, предоставил ли он финансирование под влиянием контролирующего должника лица;

каково было имущественное положение должника в момент предоставления финансирования.

В материалах дела отсутствуют доказательства наличия совокупности обстоятельств для понижения  спорного требования в реестре требований кредиторов должника.

Судом первой инстанцией установлено, что по результатам представленного анализа полученные денежные средства должник направлял на осуществление факторинговых операций, предоставление займов, а также на приобретение прав (требований) по договорам цессии. Все названные договоры являются возмездными, процентная ставка по финансированию, предоставленному контрагентам должника, превышала процентную ставку, под которую сам должник привлекал денежные средства.

Из представленных в материалы спора договоров уступки следует, что в значительном числе случаев должник приобретал у третьих лиц задолженность с дисконтом по отношению к номиналу, что указывает на то, что предоставленные должнику средства использовались им в целях самостоятельного извлечения прибыли.

С учетом того, что должник являлся факторинговой организацией, названные отношения не выходят за пределы обычной хозяйственной деятельности для таких предприятий.

Суд принял во внимание, что факторинговые операции должника на предмет их законности рассматривались в рамках дела о банкротстве НАО «Юлмарт», где указанные правоотношения судом были признаны законными и не выходящими за пределы нормальной экономической деятельности (определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 08.04.2023 по обособленному спору № А56-78582/2016/суб.2/суб.3 и определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 21.04.2023 по обособленному спору № А56- 78582/2016/сд.10).

Исходя из изложенного вывод суда первой инстанции  о том, что представленные должнику денежные средства были использованы должником для ведения своей основной экономической деятельности является правильным, соответствующим материалам дела.

В материалы спора вопреки статье 65 АПК РФ не представлены доказательства того, что в момент предоставления спорных средств у должника имелся финансовый кризис, что позволяло бы квалифицировать исследуемый договор займа как капиталозамещающее финансирование.

При таких обстоятельствах  вопреки доводам подателя жалобы отсутствует необходимая совокупность обстоятельств для понижения очередности погашения требований кредитора.

Ссылка подателя жалобы на то, что спорное требование приобретено контролирующим должником лицом после введения в отношении должника процедуры банкротства подлежит отклонению апелляционным судом как необоснованная.

Так, в пункте 6.2 Обзора раскрыта ситуация, когда очередность удовлетворения требования кредитора, являющегося контролирующим должника лицом, понижается (требование подлежит удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты), если этот кредитор приобрел у независимого кредитора требование к должнику на фоне имущественного кризиса последнего, создав тем самым условия для отсрочки погашения долга, то есть фактически профинансировал должника.

Однако в рамках настоящего спора  возврат  требований к должнику  ФИО2 осуществлено уже после признания должника банкротом.

Данное обстоятельство не позволяет рассматривать такое приобретение как способ компенсационного финансирования должника в том смысле, который заложен в пункте 6.2 Обзора.

Когда должник находится в состоянии имущественного кризиса, приобретение требования у независимого кредитора позволяет отсрочить погашение долга, вводя третьих лиц в заблуждение относительно платежеспособности должника и создавая у них иллюзию его финансового благополучия, что исключает необходимость подачи заявлений о банкротстве. В такой ситуации контролирующее либо аффилированное лицо принимает на себя риск того, что должнику посредством использования компенсационного финансирования в конечном счете удастся преодолеть финансовые трудности и вернуться к нормальной деятельности (пункт 3.1 Обзора).

В ситуации, когда скрытый от кредиторов план выхода из кризиса не удалось реализовать, естественным следствием принятия подобного риска является запрет на противопоставление требования о возврате компенсационного финансирования независимым кредиторам, из чего вытекает необходимость понижения очередности удовлетворения требования аффилированного лица.

В отличие от обозначенной ситуации после введения процедуры по делу о банкротстве невозможно скрыть неблагополучное финансовое положение, так как такая процедура является публичной, открытой и гласной. Об осведомленности независимых кредиторов о наличии процедуры банкротства свидетельствует и сам факт включения их требований в реестр. В связи с этим выкуп задолженности у таких кредиторов не может рассматриваться как направленный на предоставление должнику компенсационного финансирования.

Таким образом, пункт 6.2 Обзора не подлежит применению в ситуации, когда аффилированное лицо приобретает требование у независимого кредитора в процедурах банкротства.

Обратный подход приведет к негативным последствиям в виде отказа контролирующих должника и аффилированных с ним лиц от приобретения прав требования к должнику у независимых кредиторов, лишая последних возможности хотя бы частично удовлетворить свои требования таким путем.

При этом следует учесть, что само по себе нахождение в реестре требований кредиторов аффилированного с должником лица не влечет для независимых кредиторов негативных последствий и не является противозаконным.

Аналогичный подход изложен в определении Верховного Суда Российской Федерации от 31.01.2022 N 307-ЭС21-14672(1,2).

Доводы апелляционной жалобы не содержат фактов, которые бы влияли на обоснованность и законность обжалуемого судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции в связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

Выводы суда, изложенные в обжалуемом судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, в силу чего отсутствуют основания для его отмены и удовлетворения апелляционной жалобы.

Нарушений при рассмотрении дела судом первой инстанции норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 270 АПК РФ являются основанием к отмене или изменению судебного акта, не установлено.

Руководствуясь статьями 269-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  от 04.07.2023 по делу №  А56-79164/2020   оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление  может быть  обжаловано  в  Арбитражный  суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

 

Председательствующий

 

Д.В. Бурденков

 

Судьи

 

Н.В. Аносова

 

 И.В. Юрков