ЧЕТЫРНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Батюшкова, д.12, г. Вологда, 160001

E-mail: 14ap.spravka@arbitr.ru, http://14aas.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А05-13811/2019

г. Вологда

09 июня 2020 года

 

Резолютивная часть постановления объявлена 03 июня 2020 года.

В полном объёме постановление изготовлено 09 июня 2020 года.

Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Виноградова О.Н., судей Кузнецова К.А.                                    и Шумиловой Л.Ф., при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, 

при участии от ФИО2 представителя ФИО3 по доверенности от 08.05.2020,

рассмотрев в открытом судебном заседании с использованием системы веб-конференций информационного сервиса «Картотека арбитражных дел» апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Архангельской области от 20 марта 2020 года по делу                   № А05-13811/2019,

у с т а н о в и л:

определением Арбитражного суда Архангельской области от 20.12.2019 в отношении акционерного общества «Память» (ОГРН 

<

***>;          ИНН 

<

***>; адрес: 163523, Архангельская обл., Приморский р-н,            ш. Лайское км 0+400, стр. 1; далее – Общество, должник) введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена ФИО4.

В арбитражный суд 10.12.2019 от индивидуального предпринимателя ФИО5 (далее – кредитор) поступило заявление о вступлении в дело о банкротстве и включении его требований в реестр требований кредиторов.

Определением суда от 16.12.2019 заявление кредитора принято в качестве заявления о вступлении в дело о банкротстве Общества.

Определением суда от 20.03.2020 требование индивидуального предпринимателя ФИО5 в размере 6 159 936 руб. признано обоснованным и подлежащим включению в третью очередь реестра требований кредиторов должника.

ФИО2 с вынесенным определением                         не согласился, обратился в Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд                с жалобой, в которой просил его отменить. В обоснование жалобы её податель указал на то, что очередность удовлетворения требований кредитора подлежит понижению, поскольку кредитор является акционером должника                                     и контролирующим его лицом. По мнению апеллянта, требования           ФИО5 основаны на договорах процентного займа, которые имели корпоративный характер.

В судебном заседании апелляционной инстанции представитель апеллянта поддержал доводы и требования, приведенные в апелляционной жалобе.

ФИО5 доводы жалобы отклонил по основаниям, изложенным в отзыве на жалобу.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные                       о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, представителей в суд                              не направили, в связи с чем дело рассмотрено в их отсутствие в соответствии со статьями 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), пунктом 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 № 57 «О некоторых вопросах применения законодательства, регулирующего использование документов                     в электронном виде в деятельности судов общей юрисдикции и арбитражных судов» (далее – Постановление № 57).

В силу разъяснений, содержащихся в пункте 32 Постановления № 57, судебный акт (копия судебного акта) считается полученным лицом, которому он в силу положений процессуального законодательства высылается посредством его размещения на официальном сайте суда в режиме ограниченного доступа, на следующий день после дня его размещения на указанном сайте.

Исследовав имеющиеся в деле доказательства, проверив законность                      и обоснованность судебного акта, арбитражный суд апелляционной инстанции считает жалобу не подлежащей удовлетворению.

В соответствии с частью 1 статьи 223 АПК РФ и статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»                                 (далее – Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Согласно разъяснениям пункта 30 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.12.2004 № 29 «О некоторых вопросах практики применения Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» следует иметь в виду, что Законом о банкротстве установлен специальный порядок рассмотрения заявлений о признании должника банкротом, поступивших после принятия судом первого заявления о признании должника банкротом. Обоснованность требований кредиторов рассматривается арбитражным судом по правилам, установленным пунктом 8 статьи 42 Закона, в случае признания необоснованными требований первого заявителя.

Если требования первого заявителя признаны обоснованными, суд рассматривает обоснованность требований последующих заявителей в порядке, предусмотренном статьей 71 Закона, однако повторное предъявление требований таких кредиторов не требуется, поскольку указанные кредиторы являются лицами, вступившими в дело о банкротстве.

Поскольку в отношении должника введена процедура наблюдения, заявление кредитора подлежит рассмотрению в порядке, установленном статьёй 71 Закона о банкротстве, как заявление о включении в реестр требований кредиторов.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, 14.10.2015,  26.11.2015, 28.12.2015, 25.01.2015, кредитором (займодавец) и должником (заёмщик) заключены договоры займа, в соответствии с условиями которых (с учетом дополнительных соглашений) займодавец передал заёмщику денежные средства в суммах 1 000 000 руб., 1 000 000 руб., 2 704 000 руб. и 1 700 000 руб. соответственно, а заёмщик принял на себя обязательство по возврату указанных сумм в сроки, установленные договорами, а также обязательство по уплате процентов за пользование займами в размере 2 % годовых.

Материалами дела подтверждается и сторонами не оспаривается то обстоятельство, что денежные средства переданы займодавцем заемщику. 

В связи с тем, что заёмщик свои обязательства по возврату сумм займов надлежащим образом исполнил лишь частично, возвратив кредитору       260 064 руб., последний обратился в суд с иском о взыскании задолженности.

Решением Арбитражного суда Архангельской области от 09.10.2019                   по делу № А05-8511/2019 с должника в пользу кредитора взыскано                            6 143 936 руб. задолженности по договорам займа и 16 000 руб. расходов по уплате государственной пошлины. Решение вступило в законную силу, для его принудительного исполнения выдан исполнительный лист                            серии ФС № 031174079.

Изложенные выше обстоятельства послужили для кредитора основанием обращения в арбитражный суд с рассматриваемым требованием, удовлетворенным судом первой инстанции.

Согласно статье 16 АПК РФ вступившие в законную силу судебные акты арбитражного суда являются обязательными для органов государственной власти, органов местного самоуправления, иных органов, организаций, должностных лиц и граждан и подлежат исполнению на всей территории Российской Федерации. В соответствии со статьей 69 указанного кодекса обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь                 при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют                    те же лица.

В силу пункта 10 статьи 16 Закона о банкротстве разногласия                                по требованиям кредиторов или уполномоченных органов, подтвержденным вступившим в законную силу решением суда в части их состава и размера,                 не подлежат рассмотрению арбитражным судом, а заявления о таких разногласиях подлежат возвращению без рассмотрения, за исключением разногласий, связанных с исполнением судебных актов или их пересмотром.

Поскольку задолженность подтверждается материалами дела, доказательства её погашения не представлены, какие-либо разногласия, связанные с исполнением судебного акта и его пересмотром, отсутствуют, суд первой инстанции пришел к правильному выводу об обоснованности заявленных кредитором требований.

Аргументы апеллянта о необходимости понижения очередности удовлетворения требований ФИО5 ввиду корпоративного характера займов, поскольку ФИО5 является акционером должника                                     и контролирующим его лицом, отклоняются судом апелляционной инстанции.

Из Обзора судебной практики разрешения споров, связанных                                  с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020 (далее – Обзор), следует, что определенные в нём правовые позиции применяются при разрешении споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований аффилированных с должником, в том числе контролирующих его, лиц.

Согласно статье 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено законом, в целях Закона о банкротстве под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее                      не более чем за три года, предшествующих возникновению банкротства,                          и после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления                             о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

На основании пункта 2 статьи 61.10 Закона о банкротстве возможность определять действия должника может достигаться: 

1) в силу нахождения с должником (руководителем или членами органов управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного положения;

2) в силу наличия полномочий совершать сделки от имени должника, основанных на доверенности, нормативном правовом акте либо ином специальном полномочии;

3) в силу должностного положения (в частности, замещения должности главного бухгалтера, финансового директора должника либо лиц, указанных                   в подпункте 2 пункта 4 указанной статьи, а также иной должности, предоставляющей возможность определять действия должника);

4) иным образом, в том числе путём принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом.

При этом арбитражный суд может признать лицо контролирующим должника лицом по иным основаниям (пункт 5 указанной статьи).

В соответствии с пунктом 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, пока                  не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо:

1) являлось руководителем должника, управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии;

2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника;

3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» группой лиц признается совокупность физических лиц и (или) юридических лиц, соответствующих одному или нескольким признакам из определенных в указанной статье признаков.

Судом первой инстанции установлено и лицами, участвующими в деле, не оспаривается, что уставный капитал Общества составляет 10 000 руб. и состоит из 1000 обыкновенных именных акций номинальной стоимостью        10 руб. каждая

В соответствии с имеющимися в материалах дела договорами купли-продажи акций и договором дарения кредитор приобрёл акции должника  в следующем порядке: 

18.07.2014 приобретена 1 акция (0,1% акций);

04.02.2015 приобретено 28 акций (2,8% акций, общее количество акций, принадлежащих кредитору, составило 2,9%);

16.10.2015 приобретено 10 акций (1% акций, общее количество акций, принадлежащих кредитору, составило 3,9%);

27.11.2015 приобретено 10 акций (1% акций, общее количество акций, принадлежащих кредитору, составило 4,9%);

28.12.2015 приобретено 30 акций (3% акций, общее количество акций, принадлежащих кредитору, составило 7,9%);

21.01.2016 приобретено 20 акций (2% акций, общее количество акций, принадлежащих кредитору, составило 9,9%);

25.01.2016 приобретено 20 акций (2% акций, общее количество акций, принадлежащих кредитору, составило 11,9%).

В настоящее время кредитору принадлежит 12,9 % акций.

При этом, как верно отметил суд, сведений о том, что кредитор являлся руководителем должника, членом исполнительного органа должника, входил в группу лиц с должником, материалы дела не содержат, вследствие чего указанный кредитор не может быть отнесен как к контролирующим должника лицам, так и к аффилированным Обществу лицам.

Доказательства того, что кредитор в силу нахождения с руководителем или членами органов управления должника в отношениях родства (свойства), должностного положения, в силу наличия у него полномочий совершать сделки от имени должника, основанных на доверенности, нормативном правовом акте либо ином специальном полномочии, либо в силу должностного положения либо иным образом имел возможность определять действия должника,                            в материалах дела не имеется.

Согласно пункту 3 Обзора, требование контролирующего должника лица подлежит удовлетворению после удовлетворения требований других кредиторов, если оно основано на договоре, исполнение по которому предоставлено должнику в ситуации имущественного кризиса. В пункте 9 Обзора разъяснено, что очередность удовлетворения требования контролирующего должника лица о возврате займа, предоставленного                              в начальный период осуществления должником предпринимательской деятельности, может быть понижена, если не установлено иных целей выбора такой модели финансирования, кроме как перераспределение риска на случай банкротства.

Между тем, обстоятельств, свидетельствующих о наличии оснований                     для применения указанных правовых позиций, что целью выбора такой модели финансирования должника как предоставление займа являлось только                               перераспределение риска на случай банкротства должника, судом первой инстанции не установлено.

Приведенный суду первой инстанции и указанный впоследствии в апелляционной жалобе довод ФИО2 о том, что ФИО5 предоставлял займы как и все другие акционеры, на тех же условиях, на такой же срок, сам по себе не свидетельствует о наличии договоренности между всеми акционерами по поводу распределения предпринимательских рисков. 

Направление заемных средств на приобретение акций являлось способом обеспечения возврата сумм займа, при этом такая практика оформления взаимоотношений сформировалась до вступления ФИО5                       в договорные отношения с должником. 

Из бухгалтерского баланса Общества за 2016 год следует, что                           по состоянию на 31.12.2015 размер обязательств должника (46 433 тыс.руб. заемные средства, 12 469 тыс. руб. кредиторская задолженность) превышал стоимость его активов, составлявшую на тот момент 43 788 тыс. руб. Указанное обстоятельство свидетельствует о недостаточности имущества должника (статья 2 Закона о банкротстве), о наличии оснований для обращения в суд                  с заявлением о его несостоятельности (банкротстве), и расценивается как нахождение должника в трудном экономическом положении (имущественном кризисе).

Вместе с тем, как уже указывалось ранее, поскольку ФИО5 не являлся ни контролирующим должника лицом, ни его аффилированным лицом, оснований полагать, что финансирование в виде займов было предоставлено с целью уклонения от обязанности по подаче заявления должника о собственном банкротстве, не имеется.

В соответствии со статьей 1 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане (физические лица) и юридические лица приобретают                     и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе.

Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора. 

Материалы дела свидетельствуют о том, что займы предоставлены кредитором в качестве внешнего финансирования, основой для привлечения которого послужил бизнес-план, а невысокая ставка процента была обусловлена необходимостью реализации проекта по строительству, что не исключает возможность её изменения в будущем. Доказательств обратного апеллянтом, вопреки положениям статьи 65 АПК РФ, не представлено.

При таких обстоятельствах и вопреки аргументам апеллянта, апелляционная коллегия не усматривает оснований для понижения очередности удовлетворения требований ФИО5, в связи с чем оснований для отмены определения суда от 20.03.2020 не имеется.

Нарушений норм процессуального права, в том числе предусмотренных частью 4 статьи 270 АПК РФ, при рассмотрении заявления ФИО5 не допущено. При таких обстоятельствах апелляционная жалоба ФИО2 по приведённым в ней доводам удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь статьями 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда Архангельской области от 20 марта                 2020 года по делу № А05-13811/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в течение месяца со дня принятия в Арбитражный суд Северо-Западного округа. 

Председательствующий

О.Н. Виноградов

Судьи

К.А. Кузнецов

Л.Ф. Шумилова