АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  КРАСНОЯРСКОГО  КРАЯ

 

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Р Е Ш Е Н И Е

 

17 апреля 2018 года

 

Дело № А33-21440/2017

Красноярск

 

Резолютивная часть решения объявлена в судебном заседании 10 апреля 2018 года.

В полном объёме решение изготовлено 17 апреля 2018 года.

 

Арбитражный суд Красноярского края в составе судьи Красовской С.А., рассмотрев в судебном заседании дело по иску общества с ограниченной ответственностью «1С» (ИНН 

<

***> , ОГРН 

<

***> г. Москва)

к обществу с ограниченной ответственностью «Литейно-механический завод «СКАД» (ИНН 

<

***> , ОГРН 

<

***> Красноярский край, г. Дивногорск)

о взыскании компенсации,

в присутствии:

от истца: ФИО1, представителя по доверенности от 31.12.2017,

от ответчика: ФИО2, представителя по доверенности от 15.05.2017 № 75,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО3, 

 

установил:

общество с ограниченной ответственностью «1С» (далее – истец) обратилось в Арбитражный суд Красноярского края с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Литейно-механический завод «СКАД» (далее – ответчик) о взыскании 876 000 руб. компенсации.

Исковое заявление принято к производству суда. Определением от 30.08.2017 возбуждено производство по делу.

Представитель истца в судебном заседании исковые требования поддержал по основаниям, указанным в исковом заявлении.

Представитель ответчика в судебном заседании исковые требования не признал по основаниям, указанным в отзыве на исковое заявление.

При рассмотрении дела установлены следующие, имеющие значение для рассмотрения спора, обстоятельства.

Общество с ограниченной ответственностью "1С" является обладателем исключительных авторских прав на программы для ЭВМ: 1С: Предприятие 7.7 "Комплексная поставка".

14.07.2017 судебным приставом-исполнителем ОСП по г. Дивногорску возбуждено исполнительное производство № 14764/17/24061-ИП в отношении общества с ограниченной ответственностью «Литейно-механический завод «СКАД» на основании исполнительного листа ФС № 013504009 от 13.07.2017, выданного Арбитражным судом Красноярского края.

14.07.2017 судебным приставом-исполнителем совершены исполнительные действия по осмотру ЭВМ, используемых в офисных помещениях общества с ограниченной ответственностью «Литейно-механический завод «СКАД», о чем составлен акт. В ходе осмотра графические файлы («снимки экранов»), полученные при осмотре системных блоков ЭВМ, сохранены на съемные машинные носители, которые были упакованы, опечатаны.

Согласно указанному акту о совершении исполнительных действий от 14.07.2017, в результате осмотра системных блоков ЭВМ ответчика обнаружено нелицензионное программное обеспечение истца 1С: Предприятие 7.7 "Комплексная поставка".

В претензии б/н, б/д, истец предлагал ответчику представить документы, подтверждающие правомерность использования программного обеспечения, авторские права на которые принадлежат ООО «1С», а также предлагал в течение трех дней с момента получения претензии добровольно выплатить компенсацию в размере 1 168 000 руб.

Требования истца оставлены ответчиком без удовлетворения.

Ссылаясь на нарушение ответчиком принадлежащих истцу исключительных авторских прав на использование вышеуказанных программ ЭВМ, истец обратился с настоящим исковым заявлением в суд.

В ходе судебного разбирательства ответчиком заявлено о пропуске истцом срока исковой давности.

Исследовав представленные доказательства, оценив доводы лиц, участвующих в деле, арбитражный суд пришел к следующим выводам.

Согласно пункту 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ, Кодекс) гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать результат интеллектуальной деятельности без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных Кодексом.

Согласно пункту 1 статьи 1259 ГК РФ к объектам авторских прав также относятся программы для ЭВМ, которые охраняются как литературные произведения.

Авторские права на все виды программ для ЭВМ (в том числе на операционные системы и программные комплексы), которые могут быть выражены на любом языке и в любой форме, включая исходный текст и объектный код, охраняются так же, как авторские права на произведения литературы (статья 1261 Кодекса).

В соответствии с пунктом 1 статьи 1270 ГК РФ автору произведения или иному правообладателю принадлежит исключительное право использовать произведение в соответствии со статьей 1229 ГК РФ в любой форме и любым не противоречащим закону способом (исключительное право на произведение), в том числе способами, указанными в пункте 2 статьи 1270 ГК РФ. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на произведение.

Использованием произведения, независимо от того, совершаются ли соответствующие действия в целях извлечения прибыли или без такой цели, считается, в частности, воспроизведение произведения. При этом запись произведения на электронном носителе, в том числе запись в память ЭВМ, также считается воспроизведением, кроме случая, когда такая запись является временной и составляет неотъемлемую и существенную часть технологического процесса, имеющего единственной целью правомерное использование записи или правомерное доведение произведения до всеобщего сведения (подпункт 1 пункта 2 статьи 1270 ГК РФ).

Кроме того, для характеристики понятия использования, помимо положений статьи 1270 ГК РФ, применительно к программам для ЭВМ необходимо также учитывать и ряд действующих на территории Российской Федерации норм Бернской конвенции по охране литературных и художественных произведений (Берн, 09.09.1886; вступила в силу для России 13.03.1995, далее - Бернская конвенция) и Договора ВОИС по авторскому праву (Женева, 20.12.1996; вступил в силу для России 05.02.2009, далее - Договор ВОИС), дополняющих положения статьи 1270 ГК РФ.

В частности, нормы этих договоров по сравнению с подпунктом 1 пункта 2 статьи 1270 ГК РФ более полно характеризуют понятие воспроизведения как разновидности использования произведения. В соответствии с частью 1 статьи 9 Бернской конвенции авторы литературных и художественных произведений, охраняемых этой Конвенцией, пользуются исключительным правом разрешать воспроизведение произведений любым образом и в любой форме. В соответствии с согласованными заявлениями по Договору ВОИС в отношении статьи 1(4) "право на воспроизведение, как оно определено в статье 9 Бернской конвенции, и допускаемые этой статьей исключения полностью применяются в цифровой среде и, в частности, в отношении использования произведений в цифровой форме. Понимается, что хранение охраняемого произведения в цифровой форме в электронном средстве является воспроизведением в смысле статьи 9 Бернской конвенции".

Таким образом, факт хранения спорных программ на электронном носителе (в памяти жестких магнитных дисков компьютеров) без согласия правообладателя также образует самостоятельный состав правонарушения.

Статьей 1301 ГК РФ предусмотрено, что в случаях нарушения исключительного права на произведение автор или иной правообладатель наряду с использованием других применимых способов защиты и мер ответственности, установленных ГК РФ (статьи 1250, 1252 и 1253), вправе в соответствии с пунктом 3 статьи 1252 ГК РФ требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации, в том числе, в двукратном размере стоимости экземпляров произведения.

Как разъяснено в пункте 43.2 совместного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 26.03.2009 N 5/29 "О некоторых вопросах, возникающих в связи с введением в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать размер понесенных убытков.

Таким образом, при предъявлении требования о взыскании компенсации за нарушение исключительного права доказыванию подлежит наличие прав правообладателя на произведение, а также факт его незаконного использования ответчиком.

Установление указанных выше обстоятельств является существенным для дела и от их установления зависит правильное разрешение спора. При этом вопрос оценки представленных на разрешение спора доказательств на допустимость, относимость и достаточность является компетенцией суда, разрешающего спор.

При рассмотрении настоящего спора судом установлено, что истец является правообладателем программ для ЭВМ 1С: Предприятие 7.7 "Комплексная поставка".

Факт незаконного использования ответчиком программного продукта подтверждается имеющимся в материалах дела актом о совершении исполнительных действий от 14.07.2017, согласно которому, в памяти ЭВМ, используемых в деятельности ответчика, находится программное обеспечение, авторские права на которое принадлежат истцу.

Как установлено судом и не опровергается ответчиком, при проведении   осмотра ЭВМ, принадлежащих ответчику, вся необходимая информация, в том числе графические файлы («снимки экрана»), зафиксирована на флэш-карте, извлеченной судебным приставом-исполнителем из упаковки в присутствии понятых, которая впоследствии упакована и приобщена к материалам исполнительного производства.

Факт использования именно ответчиком спорных программ и их размещение (хранение) в помещениях, принадлежащих ответчику, подтвержден материалами дела. Спорные программы были обнаружены в месте фактического осуществления ответчиком своей хозяйственной деятельности.

Из правовой позиции высшей судебной инстанции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 08.06.2016 N 308-ЭС14-1400 по делу N А20-2391/2013, следует, что, учитывая повышенный стандарт поведения предпринимателей в гражданских правоотношениях (пункт 3 статьи 401 ГК РФ), стандарт ожидаемого добросовестного поведения при ведении деятельности предпринимателями (статья 10 ГК РФ), которым является юридическое лицо (ответчик), при подтверждении факта наличия контрафактных компьютерных программ на материальных носителях, принадлежащих такому лицу, действия со стороны владельца материальных носителей по сохранению программ в их память презюмируются до тех пор, пока владельцем материального носителя не доказано иное.

Ввиду того, что приобретение владения программой для ЭВМ возможно только посредством активных действий по сохранению программы в памяти ЭВМ, лицо, владеющее программой, должно доказать, что приобрело право владения правомерно, или, как в настоящем случае, опровергнуть факты, свидетельствующие о его неправомерном владении.

Следовательно, наличие факта хранения программы в памяти ЭВМ будет свидетельствовать об их использовании владельцем материального носителя посредством сохранения до тех пор, пока не доказано иное.

Вместе с тем следует учитывать, что ответственность за хранение в памяти компьютера контрафактного программного обеспечения также возлагается нормами действующего законодательства на участников экономических отношений.

Хранение компьютерной программы как особого объекта авторского права в памяти компьютера само по себе при отсутствии доказательств правомерности хранения также является способом неправомерного использования программы для ЭВМ как произведения.

Данный вывод следует из нормы статьи 1 (4) Договора Всемирной организации интеллектуальной собственности по авторскому праву от 20.12.1996, участником которого является Российская Федерация, в толковании согласованного заявления к указанной норме, согласно которому право на воспроизведение, как оно определено в статье 9 Бернской конвенции об охране литературных и художественных произведений 1886 года (далее - Бернская конвенция), и допускаемые этой статьей исключения полностью применяются в цифровой среде и, в частности, в отношении использования произведений в цифровой форме. Понимается, что хранение охраняемого произведения в цифровой форме в электронном средстве является воспроизведением в смысле статьи 9 Бернской конвенции.

Аналогичное понимание хранения программы для ЭВМ в памяти компьютера как использования объекта авторского права, влекущего ответственность, содержится в статье 4 Директивы 2009/24/ЕС Европейского парламента и Совета от 23.04.2009, применимой в Европейском Союзе, согласно которой поскольку такие действия как загрузка в память компьютера, отображение на экране, эксплуатация, передача или хранение компьютерной программы в памяти устройства влекут за собой воспроизведение, совершение таких действий возможно только с согласия правообладателя.

Вышеизложенное позволяет сделать вывод о формировании современного унифицированного стандарта использования программ для ЭВМ как в форме записи (сохранения) в память компьютера, так и в форме хранения в его памяти, поскольку как сохранение, так и хранение влекут воспроизведение компьютерной программы.

Таким образом, вопрос об ответственности общества по настоящему делу за незаконное использование программ для ЭВМ подлежит разрешению на основании вышеизложенных норм права.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19.06.2006 N 15 "О вопросах, возникших у судов при рассмотрении гражданских дел, связанных с применением законодательства об авторском праве и смежных правах" при разрешении вопроса о том, какой стороне надлежит доказывать обстоятельства, имеющие значение для дела о защите авторского права или смежных прав, суду необходимо учитывать, что ответчик обязан доказать выполнение им требований законодательства об авторском праве и смежных правах при использовании произведений и (или) объектов смежных прав. В противном случае физическое или юридическое лицо признается нарушителем авторского права и (или) смежных прав, и для него наступает гражданско-правовая ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

При таких обстоятельствах, факт незаконного использования в деятельности ответчика программ для ЭВМ, исключительные права на которые принадлежат истцу, установлен материалами дела.

При этом, ответчиком доказательства того, что истец предоставлял ответчику право на использование в деятельности вышеуказанного программного продукта, в материалы дела не представлены.

Суд, оценив представленные в материалы дела доказательства в совокупности по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, приходит к выводу о том, что ответчик, не имея разрешения на использование вышеперечисленных программных продуктов для ЭВМ, осуществил их противоправное использование, что является нарушением исключительных авторских прав истца.

В свою очередь ответчик, не отрицая факт хранения программных продуктов, авторские права на которые принадлежат истцу, заявил о пропуске истцом срока исковой давности, указав на то, что истец должен был узнать о нарушении ответчиком права на использование программных продуктов "1С: предприятие 7.7" после 20.01.2006, то есть после заключения обществом "Бухучет и торговля" с ответчиком договора № ИТС2001/003/69-06.

В обоснование данного довода, ответчиком указано на следующие обстоятельства: по договору № 194/2002 от 23.09.2002 и договору № 217/2002/007 от 30.10.2002 ответчик приобрёл программные продукты "1С: Предприятие 7.7", оплатил их, получив ключи доступа НАSР, установил программные продукты на ЭВМ в бухгалтерии и финансовом управлении.

20.01.2006 ответчиком заключен договор № ИТС2001/003/69-06 с обществом с ограниченной ответственностью "Бухучет и торговля". По условиям данного договора общество "Бухучет и торговля" приняло на себя обязательство выполнять информационно-технологическое сопровождение программных продуктов 1С, установленных на ЭВМ ответчика.

20.03.2006 ответчиком заключен договор № 2003/005/151-06 с ООО "Бухучет и торгов-ля". В соответствии с условиями данного договора общество "Бухучет и торговля" поставило ответчику программные продукты 1С: Предприятие 8.0.

С января 2006 года информационно-технологическое сопровождение программных продуктов 1С осуществляло ООО "Бухучет и торговля". В заключённом с этой компанией договоре указано, что ООО "Бухучет и торговля" является 1С франчайзингом.

Пунктом 2.1 договора № ИТС2001/003/69-06 от 20.01.2006 предусмотрено, что осуществляемое исполнителем (ООО "Бухучет и торговля") информационно-технологическое сопровождение включает в себя поставку на CD-ROM новых релизов программных продуктов, конфигураций, ежеквартальных форм отчетности по мере выпуска их фирмой "1С" и другой ежемесячно обновляемой информации.

20.03.2006 ответчиком заключен с ООО "Бухучет и торговля" договор                                         № 2003/005/151-06.

Пунктом 2.1 Договора № 2003/005/151-06 от 20.03.2006 предусмотрено, что исполнитель (ООО "Бухучет и торговля") производит работы по доставке и установке программных продуктов 1С на компьютеры заказчика (10 пользователей + клиент-сервер). Пунктом 3.3 предусмотрена обязанность заказчика предоставить исполнителю свободный доступ к компьютерам. Таким образом, при исполнении договора № 2003/005/151-06 от 20.03.2006 у ООО "Бухучет и торговля" также был доступ к серверу и компьютерам, на которых были установлены программные продукты 1С.

В марте 2006 года ответчик перешёл на использование более современной версии "1С: Предприятие 8.0", в связи с чем использование программных продуктов "1С: Предприятие 7.7" прекратилось.

Договоры с ООО "Бухучет и торговля" действовали до момента добровольной ликвидации, которая согласно выписке из ЕГРЮЛ была завершена 11 декабря 2008 года.

10.04.2009 ответчиком заключен договор информационно-технологического обслуживания № 09-1004-007/309-09 с ООО "БИТ Ключевой элемент", по условиям которого исполнитель (ООО "БИТ Ключевой элемент") осуществляет услуги для заказчика (ООО "ЛМЗ "СКАД"), выполняя работы по информационно-технологическому сопровождению (далее ИТС) программного обеспечения заказчика (пункт 1.1); исполнитель обязался проводить работы по сопровождению ИТС заказчика в объёме согласно перечню работ выбранного типа подписки (пункт 3.1.1); заказчик обязан обеспечить свободный доступ к компьютерам, необходимым для успешного выполнения предмета договора (пункт 3.2.2); ежемесячная доставка и установка дисков ИТС заказчику после получения данных дисков от фирмы 1С (1 выезд), обновление платформы, релизов, конфигураций, форм отчётности на программном обеспечении заказчика (пункт 1 Приложения 1). Пунктом 1 приложения № 1 к договору № 09-3107-001/396-09 предусмотрено, что лицензиар (ООО "БИТ Ключевой элемент") осуществляет установку продуктов 1С на компьютеры лицензиата (ООО "ЛМЗ "СКАД"), а лицензиат обязан обеспечить свободный доступ к компьютерам.

03.08.2009 ответчиком заключен договор № 09-3107-001/396-09 с ООО "БИТ Ключевой элемент", по условиям которого лицензиар (ООО "БИТ Ключевой элемент"), имея соответствующие полномочия от правообладателей, обязался предоставить лицензиату (ООО «ЛМЗ «СКАД») права на использование (простую неисключительную лицензию) приобретаемых им по договору программ ЭВМ и баз данных системы «1С: Предприятие».   Согласно выписке из ЕГРЮЛ ООО "БИТ Ключевой элемент" находится в процессе добровольной ликвидации.

По мнению ответчика, о наличии на ЭВМ, принадлежащих ответчику программы "1С: Предприятие 7.7. официальный представитель компании "1С" (последовательно ООО "Бухучет и торговля" и ООО "БИТ Ключевой элемент") должны были узнать в ходе осуществления информационно-технического сопровождения программных продуктов 1С, которое велось с января 2006 года.

Соответственно, ООО «1С» должно было узнать о нарушении ответчиком права на использование программных продуктов "1С: предприятие 7.7" в период с 20.01.2006 по 20.03.2006, то есть между датой заключения представителем истца (ООО "Бухучет и торговля") договора с ответчиком на информационно-технологическое сопровождение программного продукта "1С: предприятие 7.7" и датой заключения этими же сторонами договора на установку программного продукта "1С: предприятие 8.0". Срок исковой давности истёк в марте 2009 года. Вместе с тем, с иском истец обратился в арбитражный суд 29.08.2017, за пределами срока исковой давности.

Указанный довод ответчика рассмотрен судом и подлежит отклонению в связи со следующим.

Как установлено судом и следует из материалов дела, ООО «Бухучет и Торговля», ООО «БИТ Ключевой элемент» являлись франчайзи под наименованием «1С: Франчайзи Бухучет и Торговля (БИТ) Красноярск». В связи с ликвидацией ООО «Бухучет и Торговля», договор франчайзинга был заключен с ООО «БИТ Ключевой элемент» по распространению и внедрению системы программ «1С:Предприятие» от 07.02.2008.

В соответствии с указанным договором, ООО «БИТ Ключевой элемент» (учетный код партнера 13861-04) участвует в работе в сети «1С: Франчайзинг» по предоставлению комплексных услуг по автоматизации учетных и управленческих задач на основе системы программ «1С Предприятие», осуществляя помощь в выборе программного обеспечения: установку, настройку, внедрение, обслуживание, консультации, обучение пользователей программных продуктов, а также продажу программных продуктов системы «1С: Предприятие» при условии заключения отдельного лицензионного договора.

Согласно условиям типового лицензионного договора, лицензиату предоставляется право:

-    на распространение экземпляров продуктов на территории всех стран мира, если территориальные ограничения на распространение не установлены в отношении конкретного продукта его правообладателем, при этом под "экземпляром" продукта в договоре понимаются любые носители с продуктом, документация и иные принадлежности, которые необходимы для эффективного использования продукта конечными пользователями;

-    на воспроизведение, предоставленное с единственной целью передачи этого права конечным пользователям для инсталляции и запуска программных продуктов в соответствии с документацией, сопровождающей поставку продуктов и устанавливающей правила использования правомерно изготовленного и введенного в гражданский оборот экземпляра продукта.

При этом условия типового лицензионного договора, не предусматривают обязанность франчайзи по выявлению фактов неправомерного использования программных продуктов и нарушения авторских прав, принадлежащих ООО «1С», как и не предусматривают полномочий по защите авторских прав, принадлежащих ООО «1С» и предъявления исковых требований.

Допрошенная в судебном заседании, свидетель ФИО4, работающая длительное время в обществе «1С: Бухучет и торговля (БИТ)», подразделениями которого являлись ООО «Бухучет и Торговля» (ликвидирована), ООО БИТ Ключевой элемент» (находится в стадии ликвидации) и в настоящее время в ООО «Решения в ИТ», подтвердила, что все подразделения ООО «1С: Бухучет и торговля (БИТ)» являлись франчайзи фирмы «1С» по соответствующим договорам, которыми не была предусмотрена обязанность франчайзи по осмотру всех компьютеров и всех программных продуктов «1С» на предмет корректности их установки и использования заказчиком при ИТС либо поставке ПО.

Арбитражный суд также отмечает, что представленный ответчиком договор                     № ИТС 2001/03/69-06 от 20.01.2006, не содержит указаний на обязанность ООО «Бухучет и торговля» по информационно-технологическому сопровождению программного продукта «1С: Предприятие 7.7». В соответствии с условиями данного договора общество «Бухучет и торговля» не принимало на себя обязательства выполнить информационно-технологическое сопровождение программных продуктов 1С, установленных на ЭВМ, принадлежащих ответчику.

В соответствии с условиями договора № ИТС 2001/03/69-06 от 20.01.2006, общество «Бухучет и Торговля» приняло на себя обязательство по поставке заказчику (ООО «ЛМЗ «СКАД») ИТС (информационно-технологическое сопровождение): первый, второй и третий диск 1С: Предприятия в течение шести месяцев (п. 1.1. договора). Информационно-технологическое сопровождение включает в себя: поставка на CD-ROM новых релизов программного продукта, конфигураций, ежеквартальных форм отчётности по мере выпуска их фирмой «1С» и другой ежемесячно обновляемой информации (пункт 2.1. договора).

Представленная ответчиком копия платежного поручения № 201 от 23.01.2006 подтверждает факт перечисления денежных средств ответчиком ООО «Бухучет и торговля» за информационно-технологическое сопровождение  - диски.

При этом ЭВМ, принадлежащие ответчику, осмотренные в ходе исполнительных действии 14.07.2017, не содержали программных продуктов «1С», установленных в 2006 году.

Ссылка ответчика на то, что при выполнении обязательств по договору                               № 2003/005/151-06 от 20.03.2006, ООО «Бухучет и Торговля» имело доступ к серверу и компьютерам, на которых были установлены программные продукты 1С, не принимается судом, поскольку по условиям договора № 2003/005/151-06 от 20.03.2006 в обязательства ООО «Бухучет и Торговля» входило лишь поставка конкретных программных продуктов: «1С: Предприятие 8.0. Дополнительная многопользовательская лицензия на 10 рабочих мест». Данным договором не предусмотрена обязанность общества «Бухучет и Торговля» по осмотру всех компьютеров и всех программных продуктов «1С» на предмет корректности их установки и использования заказчиком.

При этом, исковые требования за неправомерное использование указанных программных продуктов истцом ответчику в рамках настоящего дела не предъявляются.

Арбитражным судом также не принимается ссылка ответчика на  сублицензионный договор № 09-3107-001-396-09 от 03.08.2009, заключенный между ООО «БИТ Ключевой элемент» и ООО «ЛМЗ «СКАД», поскольку по условиям данного договора, в обязательства лицензиара (ООО «БИТ Ключевой элемент») входила поставка конкретного программного продукта: «1С: Зарплата и Управление персоналам 8», регистрационный номер 9772184. Соответственно, пунктом 1 приложения № 1 к данному договору предусмотрена установка лицензиаром на компьютер лицензиата только программного продукта: «1С: Зарплата и Управление персоналам 8». Данным договором также не предусмотрены обязательства  общества «БИТ Ключевой элемент» по осмотру всех компьютеров и всех программных продуктов «1С» на предмет корректности их установки и использования. При этом, на ЭВМ, принадлежащих ответчику и осмотренных в ходе исполнительных действий 14.07.2017, отсутствовали программные продукты «1С», установленные в 2009 году.

Вместе с тем, исковые требования за неправомерное использование этого программного продукта истцом ответчику в рамках настоящего дела не предъявляются.

Арбитражный суд также отмечает, что представленный ответчиком договор информационно-технологического обслуживания № 09-1004-007/309-09 от 10.04.2009, заключенный между ООО «БИТ Ключевой элемент» и ООО ЛМЗ «СКАД», также не содержит условия, обязывающего ООО «БИТ Ключевой элемент» по осмотру всех компьютеров и всех программных продуктов «1С» на предмет корректности их установки и использования ответчиком.

Довод ответчика о том, что спорные программные продукты были установлены на ЭВМ в 2006, не принимается судом, поскольку опровергается материалами дела, в том числе актом совершения исполнительных действий от 14.07.2017, скриншотами экранов осмотренных ЭВМ, согласно которым на ЭВМ № 7 программный продукт «1С: Предприятие 7.7. Комплексная поставка» записан в память ЭВМ – 02.10.2010; на ЭВМ № 15 программный продукт записан в память 18.03.2015; на ЭВМ № 18 – 18.05.2015.

Кроме того, допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО5,. участвовавший в качестве специалиста при осмотре ЭВМ ответчика в ходе исполнительных действий 14.07.2017, подтвердил, что в акте совершения исполнительных действий от 14.07.2017 и скриншотах зафиксированы даты записи (установки) вышеуказанного программного обеспечения в память ЭВМ, принадлежащих ответчику.

Согласно статье 1226 ГК РФ на результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации (результаты интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации) признаются интеллектуальные права, которые включают исключительное право, являющееся имущественным правом, а также в случаях, предусмотренных названным Кодексом, личные неимущественные права и иные права (право следования, право доступа и другие).

Поскольку законодательством РФ не установлены иные правила исчисления исковой давности для требований о защите исключительных прав на товарный знак, то к спорным правоотношениям сторон подлежит применению общий срок исковой давности, установленный как три года.

Приобретение и использование исключительного права на средства индивидуализации является длящимся правонарушением, в связи с чем, срок давности должен исчисляться не с даты регистрации товарного знака, а со дня окончания нарушения или его обнаружения.

В соответствии со статьей 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

В силу пункта 1 статьи 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 этого Кодекса.

На основании пункта 1 статьи 200 ГК РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Как установлено судом и следует из материалов дела, о нарушении прав ООО «1С» стало известно 14.07.2017 в день совершения судебным приставом-исполнителем исполнительных действий и составления акта.

Срок исковой давности истекает 14.07.2020, при этом исковое заявление согласно штампу канцелярии поступило в арбитражный суд 29.08.2017.

Следовательно, истец обратился в арбитражный суд с настоящим иском в пределах срока исковой давности.

В случаях нарушения исключительного права на произведение автор или иной правообладатель наряду с использованием других применимых способов защиты и мер ответственности, установленных Гражданского кодекса Российской Федерации (статьи 1250, 1252 и 1253), вправе в соответствии с пунктом 3 статьи 1252 того же Кодекса требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда; в двукратном размере стоимости экземпляров произведения или в двукратном размере стоимости права использования произведения, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование произведения (статья 1301 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу пунктов 43.2, 43.4 Постановления N 5/29 компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать размер понесенных убытков. Если правообладателем заявлено требование о выплате компенсации в двукратном размере стоимости права использования произведения, объекта смежных прав или товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное их использование, то при определении размера компенсации за основу следует принимать вознаграждение, обусловленное лицензионным договором, предусматривающим простую (неисключительную) лицензию, на момент совершения нарушения.

Размер компенсации определен истцом на основании каталога цен на продукцию                ООО "1С". Расчет компенсации проверен судом, признан верным.

Возражения относительно несоответствия цен, указанных в справочнике, ценам, приведенным истцом в расчете размера компенсации, ответчиком не заявлены. Доказательств существования иных цен на спорные программные продукты также не представлено.

При оценке обоснованности заявленного размера компенсации судом принят во внимание установленный статьей 1301 Гражданского кодекса Российской Федерации двукратный размер стоимости права использования двух экземпляров произведений.

Установив факт нарушения исключительных прав истца, проверив расчет размера компенсации, суд признает подлежащим удовлетворению требования о взыскании с ответчика компенсации за нарушение авторских прав в пользу истца в заявленном размере.

Согласно статье 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы истца по уплате государственной пошлины за рассмотрение искового заявления в арбитражном суде относятся на ответчика. В соответствии с пунктом 1 части 1 статьи 333.40 Налогового кодекса Российской Федерации излишне уплаченная госпошлина подлежит возврату истцу из федерального бюджета.

Настоящее  решение  выполнено в форме электронного документа, подписано усиленной квалифицированной электронной подписью судьи и считается направленным лицам, участвующим в деле, посредством размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет».

По ходатайству лиц, участвующих в деле, копии решения на бумажном носителе могут быть направлены им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства заказным письмом с уведомлением о вручении или вручены им под расписку.

Руководствуясь статьями 110, 167 – 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Красноярского края 

 

РЕШИЛ:

исковые требования удовлетворить.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Литейно-механический завод «СКАД» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***> Красноярский край, г. Дивногорск) в пользу общества с ограниченной ответственностью «1С» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***> г. Москва) 876 000 руб. компенсации, а также 20 520 руб. судебных расходов по уплате государственной пошлины.

Возвратить ФИО1 из федерального бюджета 300 руб. государственной пошлины, уплаченной по платежному поручению от 25.03.2015                             № 51244754.

Разъяснить лицам, участвующим в деле, что настоящее решение может быть обжаловано в течение месяца после его принятия путём подачи апелляционной жалобы в Третий арбитражный апелляционный суд.

Апелляционная жалоба на настоящее решение подаётся через Арбитражный суд Красноярского края.

 

Судья

С.А. Красовская