ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А 

http://13aas.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А56-122126/2018

30 июня 2024 года

г. Санкт-Петербург

/суб.2/уб.  

Резолютивная часть постановления объявлена 17 июня 2024 года  Постановление изготовлено в полном объеме 30 июня 2024 года  Тринадцатый арбитражный апелляционный суд  

в составе: председательствующего судьи Слоневской А.Ю., судей Сотова И.В., Тойвонена И.Ю., при ведении протокола судебного заседания секретарем Беляевой Д.С., при участии: конкурсный управляющий ФИО1, 

от ООО «Перспектива Плюс»: ФИО2 по доверенности от 01.02.2021,  от АО «АСМ»: ФИО3 по доверенности от 26.02.2024,  

от ФИО4: ФИО5 по доверенности от 26.07.2023,  от ФИО6: ФИО5 по доверенности от 02.11.2023,  от ФИО7: ФИО5 по доверенности от 02.10.2021,  

от ФИО8: ФИО5 по доверенности от 01.11.2023,  от ФИО4: ФИО9 по доверенности от 13.08.2021,  

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы  (регистрационный номер 13АП-13490/2024, 13АП-13491/2024, 13АП-13493/2024)  ФИО4, конкурсного управляющего закрытым акционерным  обществом «Управление-15 Метрострой» ФИО1,  акционерного общества «Алюмосистем – Монолитстрой» на определение  Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от  28.03.2024 по делу № А56-122126/2018суб.2/уб., принятое  

по заявлению конкурсного управляющего ФИО1 о  привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности и  взыскании убытков по делу о несостоятельности (банкротстве) закрытого  акционерного общества «Управление-15 Метрострой»  

ответчики: ФИО4, ФИО7, ФИО8, ФИО10, ФИО6 и общество с ограниченной ответственностью «СМУ-15»,  

установил:

решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской  области от 11.08.2020, резолютивная часть которого объявлена 05.08.2020,  закрытое акционерное общество «Управление-15 Метрострой» (ИНН 

<

***>,  

ОГРН 

<

***>; далее – Общество) признано несостоятельным (банкротом),  конкурсным управляющим утвержден ФИО1. Указанные  сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» № 11(6973) от 23.01.2021.  

Конкурсный управляющий ФИО1 обратился в суд с заявлением о  привлечении ФИО4 к субсидиарной ответственности по неисполненным  обязательствам должника.  

Конкурсный управляющий Обществом также обратился в суд с заявлением о  взыскании с ФИО4 убытков в размере 301 200 000 руб.  

Определением от 26.09.2023 обособленные споры № А56- 122126/2018/суб.2 и   № 56-122126/2018/уб. объединены в одно производство для совместного  рассмотрения с присвоением объединенному обособленному спору номера А56122126/2018/суб.2/уб.  

Определением от 07.11.2023 к участию в деле в качестве соответчиков  привлечены ФИО7, ФИО8,  ФИО10, ФИО6 и общество с  ограниченной ответственностью «СМУ-15» (ИНН 

<

***>; далее – Компания).  

Определением от 28.03.2024 с ФИО4 в пользу Общества взысканы  301 200 000 руб. убытков; в удовлетворении остальной части заявления отказано.  

Не согласившись с указанным судебным актом, ФИО4, конкурсный  управляющий Обществом, кредитор акционерное общество «Алюмосистем- монолитстрой» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, Санкт-Петербург,  ул.Рылеева, д.29, лит.А., оф.205, 203, 310, 314; далее – АО «Алюмосистем- монолитстрой») обратились в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд с  апелляционными жалобами, в которых просят отменить обжалуемое определение и  принять по делу новый судебный акт.  

По мнению ФИО4, сделки, заключенные с ООО «Кроссинг» и 

ООО «Гидростав» на сумму 301 200 000 руб. не могли причинить вред  имущественным правам кредиторов должника, поскольку указанные сделки  совершены более, чем за три года до возбуждения дела о банкротстве Общества, и  после совершения указанных сделок Общество продолжало осуществлять  хозяйственную деятельность. Податель жалобы указывает на то, что факт  выполнения работ за которые Общество получило денежные средства от  

АО «Метрострой», не оспаривается. Ответчик полагает, что в рамках уголовного  дела не установлено похищение (присвоение) ФИО11 указанных денежных  средств должника.  

Конкурсный управляющий Обществом ссылается на то, что кризис  неплатежей, который в итоге привел к банкротству должника, начался 31.03.2016,  когда в результате недостатка денежных средств Общество не смогло оплатить  

29,5 млн.руб. по обязательствам ООО «Геострой». С 31.01.2017 у Общества не  стало хватать денежных средств для уплаты обязательных платежей, должник  фактически не уплатил обязательные платежи за 2017 год и далее сумма  неоплаченных обязательств увеличивалась, при этом ответчик не предпринял  никаких действий для уплаты обязательных платежей. По мнению заявителя,  соответчики – родственники ФИО4 и образованная им Компания участвовали  в схеме вывода денежных средств должника, то есть использовали выгоду из чужого  недобросовестного поведения. Конкурсный управляющий полагает, что Компания  являлась «центром прибыли» в ситуации, когда обязательства Общества перед  кредиторами, образовавшиеся с 2016 года нарастающим итогом остались на  должнике.  

АО «Алюмосистем-монолитстрой» просит удовлетворить заявление  конкурсного управляющего о взыскании убытков в полном объеме, в жалобе  указывает на то, что дата объективного банкротства Общества наступила  

31.03.2016, следовательно, с заявлением о банкротстве контролирующие должника  лица должны были обратиться не позднее 01.05.2016. Податель жалобы считает,  что соответчики получили выгоду от незаконной деятельности ФИО4 по  обналичиванию денежных средств. Кредитор ссылается на то, что общая сумма  перечислений со счета должника по мнимым основаниям составляет  

388 109 699 руб. 91 коп. 

Отзывы ООО «Перспектива плюс», АО «АлюмоСистем-Монолитстрой» от  17.06.2024, ФИО4, ФИО8, поданные в электронном виде 12.06.2024,  не приобщены к материалам дела, поскольку представлены с нарушением  требований части 3 статьи 65, статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации (далее – АПК РФ).  

В судебном заседании конкурсный управляющий, представители 

ФИО4, АО «Алюмосистем-монолитстрой» поддержали доводы своих  апелляционных жалоб, представитель ФИО6, ФИО7,  ФИО8 отклонил доводы жалоб, представитель ООО «Перспектива Плюс»  поддержал доводы жалоб заявителя и АО «Алюмосистем-монолитстрой».  

Иные лица, участвующие в обособленном споре, уведомленные судом о  времени и месте слушания дела, в том числе публично, посредством размещения  информации на официальном сайте в сети Интернет, не явились, в связи с чем,  апелляционная жалоба рассматривается в их отсутствие согласно статье 156 АПК  РФ.  

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверена  апелляционным судом в соответствии со статьями 266, 268 АПК РФ.  

Как следует из материалов дела, в обоснование заявления о привлечении к  субсидиарной ответственности и взыскании убытков конкурсный управляющий  указывает на то, что ответчик ФИО4 не исполнил на 01.05.2016 обязанность по  подаче заявления в арбитражный суд о признании должника банкротом, так как  01.04.2016 у должника имелась задолженность перед ЗАО «Геострой» по акту КС-2   № 1 от 31.03.2016 на сумму 44 200 000 руб. Кредитор ООО «Перспектива Плюс»  поддерживает позицию управляющего в отношении даты возникновения  обязанности контролирующего должника лица. В правовой позиции на 07.11.2023  ООО «Перспектива Плюс» указало на возникновение обязанности у ФИО4  подать заявление о банкротстве Общества 31.08.2016.  

В соответствии с частью 1 статьи 223 АПК РФ и пунктом 1 статьи 32  Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»  (далее – Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве)  рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным  Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями,  установленными федеральными законами, регулирующими вопросы  несостоятельности (банкротства).  

В силу пункта 1 статьи 61.14 Закона о банкротстве правом на подачу  заявления о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным  статьями 61.11 и 61.13 настоящего Федерального закона, в ходе любой процедуры,  применяемой в деле о банкротстве, от имени должника обладают арбитражный  управляющий по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или  комитета кредиторов, конкурсные кредиторы, представитель работников должника,  работники или бывшие работники должника, перед которыми у должника имеется  задолженность, или уполномоченные органы.  

Руководитель должника - единоличный исполнительный орган юридического  лица или руководитель коллегиального исполнительного органа, а также иное лицо,  осуществляющее в соответствии с федеральным законом деятельность от имени  юридического лица без доверенности (абзац шестой статьи 2 Закона о банкротстве).  

Генеральный директор избирается Общим собранием акционеров (пункта 16.1.  Устава).  

Судом установлено, что ФИО4 в период с 08.06.2011 по  дату открытия конкурсного производства являлся генеральным директором  должника.  

В предмет доказывания по спорам о привлечении контролирующих должника  лиц к ответственности, предусмотренной пунктом 1 статьи 61.12 Закона о  банкротстве, входит установление следующих обстоятельств: возникновение одного  из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве; момент  возникновения данного условия; факт неподачи руководителем в суд заявления о  банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего  условия; объем обязательств должника, возникших после истечения месячного  срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.  

Согласно пункту 2 статьи 9 Закона о банкротстве заявление должника должно  быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 этой  статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения  соответствующих обстоятельств.  

Статьей 2 Закона о банкротстве, неплатежеспособность должника определена  как прекращение исполнения должником части денежных обязательств или  обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью  денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается,  если не доказано иное. Под недостаточностью имущества подразумевается  превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате  обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника.  

 По смыслу приведенных правовых норм необращение руководителя в суд с  заявлением о признании подконтрольного им общества несостоятельным при  наличии обстоятельств, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве,  влечет привлечение к субсидиарной ответственности исключительно в случае, если  эти обстоятельства в действительности совпадают с моментом объективного  банкротства должника и воспринимаются любым добросовестным и разумным  руководителем, находящимся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной  управленческой практики, с учетом масштаба деятельности должника, именно как  признаки объективного банкротства. Само по себе возникновение признаков  неплатежеспособности или недостаточности имущества, даже будучи доказанным,  не свидетельствует об объективном банкротстве должника. Под объективным  банкротством понимается момент, в который должник стал неспособным в полном  объеме удовлетворить требования кредиторов из-за превышения совокупного  размера обязательств над реальной стоимостью его активов. В связи с этим, в  процессе рассмотрения заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности,  помимо прочего, необходимо учитывать то, что финансовые трудности в  определенный период могут быть вызваны преодолимыми временными  обстоятельствами, а также что субсидиарная ответственность является  экстраординарным механизмом защиты нарушенных прав кредиторов.  

Таким образом, момент возникновения неплатежеспособности должника и  объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока,  предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве, определяются  заявителем по настоящему делу.  

В соответствии с решением Арбитражного суда Санкт-Петербурга и  Ленинградской области от 27.02.2020 по делу № А56-42416/2019 истец  

ЗАО «Геострой» 11.04.2019 обратился в суд с требованием о взыскании с Общества  29 587 272,67 руб. задолженности по договору подряда № 15-294 от 04.03.2015. По  состоянию на 17.02.2020 задолженность Общества перед истцом составляла  

8 992 053,71 руб. и указанная сумма взыскана с Общества. Таким образом,  задолженность Общества перед кредитором, требования которого включены в  реестр, образовалась 31.03.2016 и составляет 192 053 руб., на 30.07.2016  задолженность оставалась прежней.  

Апелляционный суд отмечает, что само по себе наличие кредиторской  задолженности юридического лица не может служить достаточным доказательством  наличия признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества должника  (определение Верховного Суда РФ от 10.12.2020 № 305-ЭС20-11412). Для целей  применения норм о субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц  необходимо установить не просто недостаточность имущества на конкретную дату, а  дату наступления критического для должника момента, в который он стал  неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе об  уплате обязательных платежей, из-за превышения совокупного размера  обязательств над реальной стоимостью его активов (пункты 4 и 9 Постановления  Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых  вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к  ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53).  

Показатели деятельности должника, изложенные в финансовом анализе  Общества не позволяют сделать вывод о том, что 01.04.2016 и на 30.07.2016  должник обладал явными признаками неплатежеспособности или недостаточности  имущества в связи с отсутствием денежных средств или имущества на сумму  

192 053 руб. Более того, сам кредитор в письменных пояснения от 20.10.2023  указывает на то, что должник в 2016 году получил от ОАО «Метрострой»  

8 946 208 376 руб. для исполнения договора подряда, а кредитор ЗАО «Геострой»  являлся одним из субподрядчиков должника.  

Таким образом, имело место неисполнение обязательств перед конкретным  кредитором в отсутствии у должника признаков неплатежеспособности или  недостаточности имущества.  

С учетом изложенного, суд отклоняет требование конкурсного управляющего и  кредитора ООО «Перспектива Плюс» о привлечении ФИО4 к субсидиарной  ответственности, в связи с неисполнением обязанности по подаче заявления в суд о  признании должника банкротом 01.05.2016 и 31.08.2016.  

Ходатайство ООО «Перспектива Плюс» о проведении судебной экспертизы  действительной стоимости активов в 2016, 2017 годах судом обоснованно  отклонено, не требуется специальных познаний для оценки признаков  неплатежеспособности должника при наличии у него на 01.04.2016 и 30.07.2016  неисполненных обязательств в сумме 192053 руб.  

Кредиторы и конкурсный управляющий не обосновали наличие правовой  обязанности у остальных ответчиков обратиться в суд с заявлением о признании  должника банкротом.  

В обоснование заявления привлечении ответчиков к субсидиарной  ответственности кредитор ООО «Перспектива Плюс» указывает на то, что  

ФИО4, создавая в январе 2019 года Компанию, преследовал цель перевода  активов и контрактов Общества на указанное лицо. Кредитор ссылается на то, что  при создании Компании 15.01.2019 ФИО4 являлся ее единственным  учредителем. ФИО12, бывший сотрудник Общества, назначен  

ФИО4 генеральным директором Компании. ФИО4 09.04.2019 передал  ФИО12 100% долей в уставном капитале Компании.  

Кредитор полагает, что создание «зеркальной» с должником Компании  сопровождалось оформлением в Компании бывших сотрудников Общества.  Аналогичный вид хозяйственной деятельности Компании повлек заключение  контрактов, имевших коммерческий интерес для должника и предназначавшихся для  

должника. Исходя из данных бухгалтерской отчетности Компании, валовая выручка  Компании за 2019-2022 годы составила 839,7 млн.руб. Кредитор считает, что  Компания извлекла существенную выгоду от банкротства Общества, так как  полученная прибыль могла быть направлен должником на расчеты с кредиторами  третьей очереди в полном размере.  

Согласно пункту 16 Постановления № 53 под действиями (бездействием)  контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований  кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия  (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то  есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.  

В соответствии с пунктом 7 Постановление № 53 предполагается, что лицо,  которое извлекло выгоду из незаконного, в том числе недобросовестного, поведения  руководителя должника является контролирующим (подпункт 3 пункта 4 статьи 61.10  Закона о банкротстве). Также предполагается, что является контролирующим  выгодоприобретатель, извлекший существенные преимущества из такой системы  организации предпринимательской деятельности, которая направлена на  перераспределение (в том числе посредством недостоверного документооборота),  совокупного дохода, получаемого от осуществления данной деятельности лицами,  объединенными общим интересом (например, единым производственным и (или)  сбытовым циклом), в пользу ряда этих лиц с одновременным аккумулированием на  стороне должника основной долговой нагрузки. В этом случае для опровержения  презумпции выгодоприобретатель должен доказать, что его операции, приносящие  доход, отражены в соответствии с их действительным экономическим смыслом, а  полученная им выгода обусловлена разумными экономическими причинами.  

Таким образом, презюмируется, что контролирующим является лицо,  извлекшее выгоду в виде увеличения (сбережения) активов, которая не могла бы  образоваться, если бы действия руководителя должника соответствовали закону, в  том числе принципу добросовестности.  

Апелляционный суд отмечает, что по состоянию на 15.01.2019 в отношении  должника уже было возбуждено дело о банкротстве по заявлению налогового  органа, в связи с чем создание Компании не могло послужить причиной  неплатежеспособности Общества. Сведений о том, что в период с 15.01.2019 по  09.04.2019 Компания заключила какие-либо контракты, которые могли быть  заключены Обществом в этот же период, в материалах обособленного спора нет.  Согласно пояснениям Компании все контракты по строительству метро в Москве  заключались с контрагентами с 09.04.2019, когда ФИО12 стал  единственным учредителем Компании. При том, что Общество в Москве не вело  строительных работ. Первый договор подряда на строительство метро в Санкт- Петербурге № 32312290024 заключен Компанией с АО «Метрострой Северной  столицы» 13.06.2023 на основании конкурсных процедур, в то время когда Общество  уже признано банкротом и не вело производственную деятельность. Тот факт, что в  штате Компании находятся бывшие сотрудники должника связан не с незаконными  действиями контролирующих лиц, а с фактом их увольнения должником и наличием  у работников навыков, опыта и профессионального образования в области  подземного строительства, которое востребовано в других организациях,  занимающихся строительством метро.  

Расторжение договора аренды от 01.06.2017, заключенного Обществом и  ФИО8 в установленном порядке не оспорено, не признано  недействительным. Согласно пояснениям ответчиков действие договора аренды  после 31.01.2019 причинило бы больший ущерб кредиторам должника, так как до  даты продажи права аренды нарастала бы задолженность по текущим  обязательствам, подлежащая погашению в первоочередном порядке. Последующее  

заключение ФИО8 и Компанией договора аренды земельного участка  78:42:001515108:2292 не свидетельствует о необоснованном выводе актива  Общества.  

При изложенных обстоятельствах требование о привлечении ФИО13 и  Компании к ответственности согласно статье 61.11 Закона о банкротстве  отклоняется судом.  

В пункте 53 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской  Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с  рассмотрением дел о банкротстве» разъяснено, что требования о возмещении  убытков, причиненных должнику его органами, предъявляются в деле о банкротстве  должника.  

Конкурсный управляющий в обоснование заявления о взыскании убытков  указывает на то, что перечисление денежных средств в период с 2013-2014 годы в  адрес ООО «Кроссинг» и ООО «Гидростав» причинило ущерб должнику в размере  301 200 000 руб., так как Общество не получило встречного предоставления, а  ФИО4 на протяжении трех лет с даты их перечисления не предпринимал  действий по возврату денежных средств.  

Исходя из принципов, закрепленных в статье 10, пункте 3 статьи 53  Гражданского кодекса Российской Федерации, лицо, которое в силу закона, иного  правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено  выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им  юридического лица добросовестно и разумно.  

Подпунктом 5 пункта 2 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения  убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», установлено, что  недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в  частности, когда директор знал или должен был знать о том, то его действия  (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица.  

Согласно абзацу двенадцатому пункта 13 Обзора судебной практики по  вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и  применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом  Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016, материалы налоговой проверки  должника и (или) его контрагента (акт налоговой проверки, принятое по ее  результатам решение), относятся к числу доказательств, ставящих под сомнение  исполнение сделки.  

Судом установлено, что налоговым органом в период с 02.10.2017 по  29.05.2018 в отношении Общества проведена выездная налоговая проверка по  вопросам правильности исчисления, полноты и своевременности уплаты  (удержания, перечисления) налогов и сборов за период с 01.01.2014 по 31.12.2016, в  ходе которой установлено нарушение налогового законодательства в виде  получения необоснованной налоговой выгоды Обществом путем создания  формального документооборота, при отсутствии реальных хозяйственных операций,  с контрагентами ООО «Кроссинг» ООО «Гидростав». Выездной налоговой проверкой  установлено, что указанные контрагенты не обладали материальными и трудовыми  ресурсами, необходимыми для производства строительных работ, сведений об их  участии в выполнении работ на объектах должника отсутствовали, ООО «Кроссинг»,  ООО «Гидростав» имели признаки фирм-однодневок. Регистрация данных  организаций осуществлялась не для ведения хозяйственной деятельности, а для  использования их счетов в целях транзитного характера и в конечном результате  выводе денежных средств. Уполномоченным органом сделан вывод о том, что  данные организации создавались как «транзитные», с целью использования их  должником в конкретной «схеме» вывода денежных средств.  

По результатам мероприятий налогового контроля вынесено решение от  15.02.2019 № 1617/1068 о привлечении Общества к ответственности на сумму  

55 802 137,14 руб. основного долга и 23 357 071,082 руб. пени. Налоговое  правонарушение послужило поводом к возбуждению уголовного дела   № 11802400022000074 от 16.05.2018 Фрунзенским районным судом Санкт-Петербурга в отношении генерального директора должника ФИО4 В  отношении ответчика 07.08.2019 вынесен приговор, в соответствии с которым  ФИО4 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного  пунктом «б» части 2 статьей 199 УК РФ. ФИО4 как генеральный директор  Общества решение налогового органа не оспаривал.  

В силу положений части 1 статьи 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или  имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица,  подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.  

Согласно статье 12 ГК РФ защита гражданских прав осуществляется  способами, предусмотренными законом, в том числе путем возмещения убытков.  

В соответствии с пунктом 2 статьи 15 ГК РФ под убытками понимаются  расходы, которое лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет  произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его  имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые лицо  получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не  было нарушено (упущенная выгода). Для наступления ответственности в виде  взыскания убытков необходимо наличие состава правонарушения, включающего: -  факт совершения ответчиком правонарушения; противоправность поведения  причинителя вреда; наличие причинно-следственной связи между противоправным  поведением причинителя вреда и наступлением вреда; размер убытков.  

В силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ заявитель должен доказать наличие  обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности  действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для  юридического лица.  

В соответствии с подпунктами 1 и 2 пункта 3 постановления Пленума Высшего  Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых  вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического  лица» (далее – Постановление N 62) неразумность действий (бездействия)  директора считается доказанной, в частности, когда директор: принял решение без  учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации; до  принятия решения не предпринял действий, направленных на получение  необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для  деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при  имеющихся обстоятельствах разумный ликвидатор отложил бы принятие решения  до получения дополнительной информации; совершил сделку без соблюдения  обычно требующихся или принятых в данном юридическом лице внутренних  процедур для совершения аналогичных сделок (например, согласования с  юридическим отделом, бухгалтерией и т.п.).  

Таким образом, доказывая наступление обстоятельств для взыскания  убытков, то есть обстоятельств нарушения руководством должника обязанности  действовать в интересах общества, лицо, требующее возмещения убытков, должно  доказать противоправность поведения ответчика, наличие и размер понесенных  убытков, а также причинную связь между противоправностью поведения ответчика и  наступившими убытками.  

Согласно определению Верховного Суда РФ от 14.06.2024 № 303-ЭС24-276,  лицо, которое уполномочено выступать от имени общества с ограниченной  ответственностью, при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей  

должно действовать в интересах представляемого им общества добросовестно и  разумно. Добросовестность и разумность при исполнении возложенных на  руководителя обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных  мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо,  в том числе в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей,  возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством (пункт 4  постановления N 62).  

Если будет доказано обратное, то руководитель общества несет  ответственность и обязан возместить убытки, причиненные по его вине обществу  (пункт 3 статьи 53, пункт 1 статьи 53.1 ГК РФ, пункты 1 и 23 статьи 44 Закона об  обществах с ограниченной ответственностью). Так, в частности, руководитель  общества отвечает перед ним за убытки, причиненные в случае недобросовестного  или неразумного осуществления обязанностей по выбору и контролю за действиями  (бездействием) контрагентов по гражданско-правовым договорам, ненадлежащей  организации системы управления юридическим лицом (пункт 5 постановления N 62).  

Убытки подлежат взысканию по правилам статьи 15 ГК РФ. Для их взыскания  необходимо доказать противоправность поведения причинителя ущерба, наличие  убытков и их размер с разумной степенью достоверности, а также причинно-следственную связь между указанным поведением и возникшими убытками (пункт 12  постановления N 25, пункт 6 постановления N 62).  

Вина причинителя убытков презюмируется и в силу пункта 2 статьи 1064 ГК  РФ может быть опровергнута им в суде (статьи 65, 66 АПК РФ).  

В качестве основания для привлечения ФИО4 к ответственности в виде  взыскания убытков заявители ссылаются на решение от 15.02.2019 № 1617/1068 о  привлечении Общества к ответственности на сумму 55 802 137,14 руб. основного  долга и 23 357 071 руб. пени, и приговор Фрунзенского районного суда от  07.08.2019, в соответствии с которым ФИО4 признан виновным в совершении  преступления, предусмотренного пунктом «б» части 2 статьи 199 УК РФ.  

Рассмотрев данный обособленный спор, суд апелляционной инстанции на  основании оценки совокупности доказательств (в том числе материалов налоговой  проверки и приговора), признанных достоверными и согласующимися между собой,  пришел к выводу о недоказанности совокупности условий для привлечения  

ФИО4 к ответственности в форме возмещения убытков.  

Заявителями не доказано, что именно ФИО4 совершал противоправные  действия по безвозмездному выводу из Общества денежных средств, а выведенные  денежные средства являются утратой имущества Общества, то есть реальным  ущербом. Бесспорные доказательства того, что утрата имущества Общества  вызвана непосредственно действиями ФИО4, не представлены. Сведения о  том, что ФИО4 в масштабе деятельности руководимой им организации знал о  фиктивности хозяйственных операций и намеренно выводил денежные средства в  заявленном размере, отсутствуют. При этом лица, участвующие в деле, не доказали,  что в спорных хозяйственных отношениях отсутствовало встречное предоставление  в пользу Общества, с учетом того, что работы фактически выполнены и сданы  заказчику.  

Апелляционный суд не установил всей совокупности признаков, необходимых  и достаточных для квалификации содеянного ФИО4 как причинение  убытков руководимому им Обществу в размере 301 200 000 руб.  

Совершение ФИО4 преступления не может служить основанием для  привлечения ФИО4 к ответственности в виде взыскания убытков в связи со  следующим.  

В постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 08.12.2017   № 39- П обращено внимание на то, что в соответствии с Налоговым кодексом  

Российской Федерации лицом, ответственным за неуплату налогов и сборов в  бюджет, является, как правило, сам налогоплательщик, - возложение каких-либо  налоговых обязанностей или налоговой ответственности на иных лиц (например,  налоговых агентов) возможно лишь в силу прямого указания закона. Применительно  к налогоплательщику-организации это означает, что совершившей собственно  налоговое правонарушение признается именно организация как юридическое лицо,  которое может быть привлечено к ответственности, предусмотренной налоговым  законодательством. Что касается ответственности учредителей, руководителей,  работников организации-налогоплательщика и иных лиц за неуплату организацией  налогов и сборов, то Налоговый кодекс Российской Федерации не устанавливает ее  в качестве общего правила: взыскание с указанных физических лиц налоговой  недоимки и возложение на них ответственности по долгам юридического лица -  налогоплательщика перед бюджетом допускаются лишь в случаях, специально  предусмотренных налоговым и гражданским законодательством. Такое  законодательное решение обусловлено тем, что размер налоговой обязанности  налогоплательщика - организации рассчитывается исходя из показателей ее  предпринимательской деятельности, принадлежащего ей имущества, обособленного  от имущества ее учредителей и участников, и т.п., переложение же налоговой  обязанности организации на иных лиц без учета их причастности к хозяйственной  деятельности данной организации и (или) влияния на ее действия неизбежно  привело бы к нарушению принципов соразмерности, пропорциональности и  равенства налогообложения и тем самым - к нарушению конституционного баланса  частных и публичных интересов.  

Несовпадение оснований уголовно-правовой и гражданско-правовой  ответственности (в части определения момента наступления и размера вреда, а  также его наличия для целей привлечения к ответственности по отдельным  составам преступлений) обусловливает невозможность разрешения вопроса о  виновности физического лица в причинении имущественного вреда, в том числе  наступившего в результате преступных действий, исходя исключительно из  установленности совершения им соответствующего преступления.  

Руководством принимались меры, направленные на улучшение финансовых  показателей должника, а сделки, заключенные должником с контрагентами, не  оспорены, недействительными не признаны.  

Согласно определению Арбитражного суда города Санкт–Петербурга и  Ленинградской области от 20.01.2021 по обособленному спору № А56122126/2018/тр.50 и решению Арбитражного суда города Санкт – Петербурга и  Ленинградской области от 27.02.2020 по делу № А56-42416/2019 самой ранней  датой возникновения задолженности перед кредиторами, является 31.03.2016, дата  подписания акта по форме КС – 2 должником с ЗАО «Геострой».  

Задолженность перед остальными кредиторами согласно определениям о  включении требований в реестр требований кредиторов, образовалась у Общества в  2017 и 2018 годах.  

Из изложенного следует, что совершение ФИО4 преступления не  повлекло и не могло повлечь за собой невозможность удовлетворения требований  кредиторов.  

Кредитор ООО «Перспектива Плюс» предъявило в настоящее дело заявление  о привлечении ФИО4 к субсидиарной ответственности. В качестве одного из  оснований для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности  

ООО «Перспектива Плюс» указало на совершение сделок по перечислению  денежных средств ООО «Кроссинг» и ООО «Гидростав» на сумму 301 200 000 руб.  

Определением от 30.05.2022 в удовлетворении заявления о привлечении  ФИО4 к субсидиарной ответственности отказано. Кредитор полагал и  

указывал на то, что заключение с ООО «Кроссинг», ООО «Гидростав» договоров  причинило ущерб имущественным правам кредиторов на сумму 301 200 000 руб.  Суд в определении от 30.05.2022 пришел к выводу о том, что указанные сделки не  могли причинить вред имущественным правам кредиторов должника.  

Следовательно, после совершения ФИО4 сделок с ООО «Кроссинг»  и ООО «Гидростав» должник продолжил осуществлять хозяйственную деятельность,  то есть ФИО4 приняты меры, обеспечивающие положительные  финансовые показатели должника.  

Сделки должника с ООО «Кроссинг» и ООО «Гидростав» не могли и не могут  быть оспорены, так как совершены более чем за три года до даты возбуждения в  отношении Общества производства по делу о несостоятельности (банкротстве).  

Данные обстоятельства, не опровергнутые участвующими в деле лицами,  свидетельствуют об отсутствии оснований для привлечения ФИО4 к  ответственности в виде взыскания убытков, поскольку факт причинения убытков не  доказан.  

С ФИО4 не могут быть взысканы убытки в связи с тем, что перечисление  должником денежных средств ООО «Кроссинг» и ООО «Гидростав» не повлекло за  собой убытков для Общества, поскольку на основании представленных  

ООО «Кроссинг» и ООО «Гидростав» документов Общество получило от  АО «Метрострой» денежные средства за выполненные работы.  

Как отражено в решении и приговоре с ООО «Кроссиинг» и ООО «Гидростав»  заключены договоры на выполнение следующих работ: 1) с ООО «Кроссинг» на  выполнение работ по буросекущим сваям (выемка грунта, погружение армокаркаса,  заполнение бетонном), данный вид работ относится к срытым видам работ;  сооружение ограждающих конструкций методом «стена в грунте» (они должны были  предоставить оборудование, грунтирование стен), данный вид работ относится к  срытым видам работ; 2) ООО «Гидростав» должно было осуществлять укрепление  грунтов методом струйной цементации. Факт выполнения вышеуказанных работ, за  которые Общество получило денежные средства от АО «Метрострой» лица,  участвующие в деле, не оспаривают.  

 Основанием уголовной и налоговой ответственности послужил тот факт, что  оформление документов по ООО «Кроссинг» и ООО «Гидростав» производилось с  нарушением, что привело к необоснованному принятию расходов и их отражению в  налоговой декларации. Однако в рамках данного дела не установлено, что  

ФИО4 похитил указанные денежные средства у должника.  

Согласно приговор по уголовному делу работы вели субподрядчики (данные  работы производились на производственном участке и оформлялись с учётом  разделения работ для контрагентов, Управления Механизации ОАО «Метрострой»,  СМУ-13, включая работы ООО «Кроссинг» и ООО «Гидростав. Общество само не  могло выполнять работы, у него не было специальной техники для выполнения  данного вида работ. Субпордрядчики, которые выполняли работы, фактически  принятые заказчиком (ГУП «Петербургский Метрополитен»), не заявляли  требований об оплате указанных работ или о взыскании неосновательного  обогащения с Общества. Таким образом, учитывая, что перечисленные выше  работы оплачены заказчиком, выполнены третьими лицами, не предъявившими  требований к должнику, никаких убытков, кроме дополнительной уплаты налогов,  действия ФИО4 по перечислению денежных средств ООО «Кроссинг» и  

ООО «Гидростав» не повлекли. Заявителями не представлены доказательства и не  раскрыты сведения о выполнении работ иными, помимо ООО «Кроссинг» и  

ООО «Гидростав». 

При изложенных обстоятельствах перечисленные ООО «Кроссинг» и 

ООО «Гидростав» денежные средства убытками для должника признаны быть не  могут.  

Апелляционный суд поддерживает доводы ответчика о том, что  обоснованность перечисления денежных средств должником третьим лицам в 20132014 годах не имеет правового значения для установления признаков банкротства  либо взыскания убытков в деле о банкротстве Общества, поскольку дополнительные  денежные средства, влияющие на прибыль, в любом случае, подлежали бы  распределению между акционерами должника в качестве дивидендов задолго до  возбуждения дела о банкротстве.  

Апелляционный суд полагает, что приведенный в определении суда первой  инстанции от 30.05.2022 вывод о том, что сделки Общества с ООО «Кроссинг» и  ООО «Гидростав» не могли причинить вред имущественным правам кредиторов  должника в силу статьи 69 АПК РФ имеет преюдициальное значение для настоящего  дела. Дополнительных доказательств, опровергающих приведенный вывод суда  первой инстанции, участвующие в деле лица, не представили, в связи с чем суд  апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что спорные сделки не причинили  вред Обществу, в связи с чем не имеется правовых оснований для возмещения  убытков.  

Согласно абзацу третьему пункта 20 Постановления № 53, в том случае, когда  причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 Гражданского  кодекса РФ (далее – ГК РФ), вред исходя из разумных ожиданий не должен был  привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны  компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по  правилам статей 15, 393 ГК РФ.  

Директор коммерческого предприятия всегда действует в рамках  предпринимательского риска. На директора не могут быть возложены  неблагоприятные последствия совершения им тех или иных сделок, если при  заключении таких сделок он действовал разумно и осмотрительно. Апелляционный  суд приходит к выводу о том, что действия ответчика не выходили за пределы  обычного делового (предпринимательского) риска. Приговор не свидетельствует о  том, что ответчик действовал умышленно в сторону создания убытков Общества, не  проявил должной осмотрительности и осторожности при выборе контрагентов.  Вступивший в законную силу судебный акт от 30.05.2022 подтверждает выводы  апелляционного суда о недоказанности самого факта возникновения убытков  Общества в результате совершения сделок с контрагентами.  

Сведения о том, что денежные средства ООО «Кроссинг» и ООО «Гидростав»  поступили во владение ФИО4 не имеется, не доказана причинно-следственная связь между приобретением родственниками ФИО4 имущества  и перечислением спорных денежных средств, поэтому требование о взыскании  убытков в размере 301 200 000 руб. с ФИО7, ФИО8,  ФИО10, ФИО6 также отклоняется судом.  

Доводов о наличии оснований для взыскания убытков в заявленном размере с  Компании конкурсным управляющим не приведено.  

В соответствии с разъяснениями, изложенными в Постановлении Пленума  Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 "О некоторых вопросах,  связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об  исковой давности", течение исковой давности по требованиям юридического лица  начинается со дня, когда лицо, обладающее правом самостоятельно или совместно  с иными лицами действовать от имени юридического лица, узнало или должно было  узнать о нарушении права юридического лица и о том, кто является надлежащим  ответчиком (пункт 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации).  

В абзаце втором пункта 10 Постановления № 62 разъяснено, что в случаях,  когда требование о возмещении убытков предъявлено самим юридическим лицом,  срок исковой давности исчисляется не с момента нарушения, а с момента, когда  юридическое лицо, например, в лице нового директора, получило реальную  возможность узнать о нарушении, либо когда о нарушении узнал или должен был  узнать контролирующий участник, имевший возможность прекратить полномочия  директора, за исключением случая, когда он был аффилирован с указанным  директором.  

На дату обращения с заявлением в суд 26.06.2023 срок исковой давности с  даты утверждения ФИО1 конкурсным управляющим (05.08.2020) не истек.  

Требования ООО «Перспектива Плюс» о взыскании убытков с ФИО4 в  размере 81 379 963,96 руб. не подлежат удовлетворению в связи с истечением  срока исковой давности. Требование о взыскании с ответчиков убытков заявлено  17.10.2023 с нарушением трехлетнего срока..  

При изложенных обстоятельствах обжалуемый судебный акт подлежит отмене  в части удовлетворения требования к ФИО4 о взыскании убытков в размере  301 200 000 руб. с принятием судебного акта об отказе в удовлетворении заявления  в указанной части.  

В остальной части определение суда от 28.03.2024 является законным и  обоснованным, апелляционные жалобы конкурсного управляющего и  

АО «Алюмосистем-Монолитстрой» - не подлежащими удовлетворению.  

Руководствуясь пунктом 2 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской  области от 28.03.2024 по делу № А56-122126/2018/суб.2/уб. отменить в части  взыскания с ФИО4 в пользу закрытого акционерного общества  «Управление-15 Метрострой» 301 200 000 руб. убытков. В удовлетворении  заявления в этой части отказать.  

В остальной части определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга  и Ленинградской области от 28.03.2024 по делу № А56-122126/2018/суб.2/уб.  оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.  

Председательствующий А.Ю. Слоневская  

Судьи И.В. Сотов  

 И.Ю. Тойвонен