АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-10521/21 

Екатеринбург

25 апреля 2022 г.

Дело № А60-69644/2019

Резолютивная часть постановления объявлена 18 апреля 2022 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 25 апреля 2022 г. 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Шавейниковой О.Э.,

судей Артемьевой Н.А., Оденцовой Ю.А.

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Коршуновой А.В., рассмотрел в судебном заседании кассационные жалобы ФИО1 и ФИО2 (далее также должник) на определение Арбитражного суда Свердловской области от 30.08.2021 по делу № А60-69644/2019 и постановление Семнадцатого арбитражного в апелляционного суда от 20.12.2021 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании в здании Арбитражного суда Уральского округа приняли участие представители:

ФИО1 – ФИО3 (доверенность от 22.02.2022);

финансового управляющего ФИО4 – ФИО5 (доверенность от 28.02.2022);

В судебном заседании в режиме веб-конференции принял участие представитель ФИО6 – ФИО7 (доверенность от 02.01.2019).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 18.12.2019 по заявлению ФИО6 возбуждено производство по делу о признании ФИО2 несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 29.01.2020 заявление ФИО6 признано обоснованным, в отношении ФИО2 введена процедура реструктуризации его долгов, финансовым управляющим имуществом должника утвержден ФИО8.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 18.06.2020 ФИО2 признан несостоятельным (банкротом), в отношении его имущества введена процедура реализации, финансовым управляющим имуществом должника утвержден ФИО8

Определением суда от 01.02.2021 ФИО8 освобожден от исполнения обязанностей финансового управляющего, финансовым управляющим имуществом должника утверждена ФИО4

В арбитражный суд 13.04.2021 поступило заявление ФИО1 о признании недействительными результатов открытых торгов от 31.12.2020 по реализации имущества ФИО2 – квартиры по адресу: 

<

...>, лит. А, кв. 48, кадастровый номер 66:41:0701019:256 и договора купли-продажи квартиры от 11.01.2021, заключенного с победителем торгов ФИО6

К участию в настоящем обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, был привлечен ФИО6

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 30.08.2021, оставленным без изменения постановлением Семнадцатого арбитражного в апелляционного суда от 20.12.2021, в удовлетворении заявленных ФИО1 требований отказано.

Не согласившись с вынесенными судебными актами, ФИО1 и  ФИО2 обратились в Арбитражный суд Уральского округа с самостоятельными кассационными жалобами, в которых просят определение суда от 30.08.2021 и постановление суда от 20.12.2021 отменить, направить спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции, ссылаясь на неверное применение судами норм права, несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела.

В кассационной жалобе ФИО1 приводит доводы о наличии аффилированности между покупателем квартиры ФИО6 и финансовыми управляющими должника, считает, что указное обстоятельство установлено в рамках дела А60-46983/2019, однако,  не было принято судами во внимание в рамках настоящего спора. Заявитель также настаивает на том, что она не была осведомлена о проведении торгов и об объявлении их результатов, утверждает, что бывший муж в нюансы своего банкротства ее не посвящал, после расторжения брака отношения с ним были натянутыми. Кроме этого, ФИО1 считает, что финансовый управляющий действовал в нарушении законодательства о банкротстве, поскольку им не была произведена самостоятельная оценка имущества, не оспорена его начальная стоимость; указывает, что стоимость, по которой реализовано имущество, является ниже его кадастровой стоимости и в основу определения стоимости квартиры положен отчет от 2014 года. По мнению подателя жалобы, заключение, в соответствии с которым установлена стоимость реализованного с торгов имущества, было изготовлено с нарушениями законодательства об оценочной детальности, в связи с чем оно не может считаться надлежащим и допустимым доказательством. Помимо изложенного, ФИО1 полагает, что судами не неправомерно не учтено, что Положение о порядке продажи не содержит сведений о том, в каком размере будут производиться выплаты ФИО1, полученные от продажи квартиры, не определен размер  требований кредиторов, которые  будут покрыты, не принято во внимание, что поскольку квартира является совместной собственностью супругов, постольку она является собственником ½ доли в спорном объекте и обладает преимущественным правом выкупа половины в данном имуществе. 

В своей кассационной жалобе должник ФИО2 приводит доводы аналогичные доводам кассационной жалобы ФИО1, а также возражает против выводов судов о том, что при несогласии с начальной стоимостью реализуемого залогового имущества он должен был обратиться в суд с заявлением о разрешении разногласий, полагает, что такое право в соответствии с законодательством о банкротств у него отсутствует и с данным заявлением должен был обратиться финансовый управляющий после получения им от Акционерного коммерческого банка «Абсолют Банк» (публичное акционерное общество) (далее – общество «Абсолют Банк», Банк) Положения о порядке и условиях продажи залогового имущества.

В отзывах финансовый управляющий ФИО4 и общество «Абсолют Банк» по доводам жалоб возражают, просят состоявшиеся судебные акты оставить без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения, ссылаясь на необоснованность доводов об аффилированности ФИО6 по отношению к финансовым управляющим имуществом должника, а также правомерность выводов суда о соответствии стоимости реализации спорного имущества его рыночной стоимости на момент публикации извещения о торгах, основанных на совокупной оценке доказательств; обращают внимание, что каких-либо разногласий относительно начальной цены продажи предмета залога в установленном порядке и сроки в суд не поступало. 

В своем отзыве ФИО6 также возражает против удовлетворения кассационных жалоб заявителей, указывая на несостоятельность доводов об аффилированности между покупателем и финансовым управляющим ФИО4  и их документальную неподтвержденность, дополнительно обращает внимание на то, что открытые торги проходили в форме аукциона, где круг участников никем и ничем не ограничивался; акцентирует внимание на том, что вступившим в законную силу судебным актом обязательства супругов признаны совместными.

Рассмотрев доводы кассационных жалоб, заслушав в судебном заседании участников процесса, проверив законность обжалуемых судебных актов с учетом положений статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), суд кассационной инстанции оснований для их отмены не усматривает.

Как установлено судами и следует из материалов дела, должником (ФИО2) и его супругой (ФИО1) 14.02.2012 была приобретена квартира общей площадью 63,9 кв.м, расположенная по адресу: 

<

...>, лит. А, кв. 48, с кадастровым номером 66:41:0701019:256.

Впоследствии между обществом «Абсолют Банк» и должником 21.04.2014 был заключен кредитный договор № 

<

***>,. на основании которого Банк предоставил ФИО2 кредит в размере 2 800 000 руб.  сроком на 180 месяцев и по процентной ставке 13,5% годовых. 

Обеспечением исполнения обязательств должника по кредитному договору является залог недвижимости: а именно спорной квартиры ( пункт 1.4.1 кредитного договора; органом, осуществляющим государственную регистрацию прав, 25.04.2014 была произведена государственная регистрация ипотеки в силу договора в пользу Банка (номер регистрации 66-66-01/710/2014-548 от 25.04.2014), в подтверждение чего Банком была получена Закладная.

Решением суда от 18.06.2020 ФИО2 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина.

Брак между супругами Б-выми расторгнут 28.07.2020 года.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 16.09.20020 требование общества «Абсолют Банк» в размере 2 308 307руб. 38 коп, в том числе 2 269 596,16 руб. основного долга, 38 711,22 руб. неустойки включено в реестр требований кредиторов должника с очередностью удовлетворения в составе третьей очереди, как обеспеченное залогом  - вышеуказанной квартирой.

Банком утверждено Положение о порядке и условиях проведения торгов по реализации предмета залога; начальная продажная цена залогового имущества была установлена Банком в сумме 4 600 000 руб. на основании заключения об определении рыночной стоимости объекта недвижимости.

Финансовым управляющий ФИО8 01.10.2020 опубликовал на сайте Единого федерального реестра сведений о банкротстве (далее – ЕФРСБ) сообщение об определении начальной продажной цены, утверждении Положения о порядке и условиях проведения торгов по реализации предмета залога, порядка и условий обеспечения сохранности предмета залога,  размещен текст Положения о порядке, сроках и условиях продажи имущества должника.

С заявлением о разрешении судом разногласий относительно порядка продажи имущества и определения начальной цены продажи должник или иные лица не обращались.

В ЕФРСБ 24.11.2020 финансовым управляющим было опубликовано сообщение о проведении торгов по продаже залогового имущества в виде открытого аукциона со сроком приема заявок с 00 час. 00 мин. 25.11.2020 до 00 час. 00 мин. 30.12.2020.

По итогам проведения торгов 30.12.2020 ФИО6 (являющийся также конкурсным кредитором должника) признан победителем; на основании пункта 17 статьи 110 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ  «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) с ним был заключен договор купли-продажи от 11.01.2021.

Полагая, что квартира реализована по заниженной цене, указывая, что торги проведены с нарушением требований законодательства о банкротстве, являлись контролируемыми, привели к существенному нарушению прав и законных интересов бывшей супруги должника, в том числе на преимущественное право покупки, ФИО1 обратилась в суд с рассматриваемым заявлением о признании торгов и договора купли-продажи недействительными.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суды первой и апелляционной инстанции исходили из следующего.

В силу пункта 4 статьи 213.26 Закона о банкротстве продажа предмета залога осуществляется в порядке, установленном пунктами 4, 5, 8 - 19 статьи 110 и пункта 3 статьи 111 указанного Закона, с учетом положений статьи 138 Закона с особенностями, установленными настоящим пунктом.

Начальная продажная цена предмета залога, порядок и условия проведения торгов определяются конкурсным кредитором, требования которого обеспечены залогом реализуемого имущества.

В случае наличия разногласий между конкурсным кредитором по обязательствам, обеспеченным залогом имущества гражданина, и финансовым управляющим в вопросах о порядке и об условиях проведения торгов по реализации предмета залога каждый из них вправе обратиться с заявлением о разрешении таких разногласий в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве гражданина, по результатам рассмотрения которого арбитражный суд выносит определение об утверждении порядка и условий проведения торгов по реализации предмета залога, которое может быть обжаловано.

В соответствии со статьей 449 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) торги, проведенные с нарушением правил, установленных законом, могут быть признаны судом недействительными по иску заинтересованного лица в течение одного года со дня проведения торгов. Торги могут быть признаны недействительными в случае, если: кто-либо необоснованно был отстранен от участия в торгах; на торгах неосновательно была не принята высшая предложенная цена; продажа была произведена ранее указанного в извещении срока; были допущены иные существенные нарушения порядка проведения торгов, повлекшие неправильное определение цены продажи; были допущены иные нарушения правил, установленных законом.

Признание торгов недействительными влечет недействительность договора, заключенного с лицом, выигравшим торги, и применение последствий, предусмотренных статьей 167 ГК РФ.

Нарушения, допущенные организатором публичных торгов, признаются существенными, если с учетом конкретных обстоятельств дела судом будет установлено, что они повлияли на результаты публичных торгов (в частности, на формирование стоимости реализованного имущества и на определение победителя торгов) и привели к ущемлению прав и законных интересов истца.

Таким образом, торги могут быть признаны недействительными как по нарушению правил (процедуры) проведения торгов, так и в силу противоречия и несоблюдения требований действующего законодательства (в том числе, ГК РФ, Закон о банкротстве и пр.).

В силу правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 16.07.2009 № 739-О-О, торги, проведенные с нарушением установленных законодательством требований, могут быть признаны незаконными по иску заинтересованного лица только в случае, если признание их недействительными повлечет реальное восстановление нарушенных прав указанного лица.

Руководствуясь вышеназванными нормами права и соответствующими разъяснениями, исследовав и оценив по правилам статьи 71 АПК РФ относимость, допустимость, достоверность каждого из представленных в материалы дела доказательств в отдельности, а также достаточность и взаимную связь данных доказательств в их совокупности, суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу о том, что торги по продаже имущества должника, являющегося предметом залога, проведены в соответствии с требованиями действующего законодательства

Как установили суда, финансовый управляющий надлежащим образом опубликовал информацию о проведении торов на сайте ЕФРСБ в публичном доступе для неограниченного круга лиц, заинтересованных в приобретении имущества должника; интересы потенциальных покупателей – участников торгов, а также права собственников имущества нарушены не были; доступ заинтересованных лиц к участию в торгах был обеспечен; продажа имущества проведена в порядке, предусмотренном в статьях 213.26 и 110, 138 Закона о банкротстве. 

Судами установлено, что в настоящем деле общество «Абсолют Банк», являясь залоговым кредитором,  определило начальную продажную цену предмета залога, порядок и условия проведения торгов, о чем в установленном порядке размещена информация в ЕФРСБ. Ни ФИО1, ни иные участники дела о банкротстве, в том числе должник не заявляли о наличии у них разногласий с залоговым кредитором по этим вопросам. 

Исследовав и оценив представленные доказательства, исходя из конкретных обстоятельств дела, отмечая, что совокупность представленных в материалы дела доказательств  не свидетельствует о недостоверности выводов, изложенных в заключении об определении рыночной стоимости объекта недвижимости от 07.09.2020, учитывая, что реальная рыночная стоимость имущества определяется именно по результатам проведения торгов, установление в Положении о порядке и условиях реализации имущества гражданина определенной рыночной стоимости не означает, что имущество будет реализовано по этой стоимости, цена продажи может быть выше либо ниже оценочной стоимости; принимая во внимание, что оспариваемые торги были организованы на повышение цены (аукцион) и, несмотря на это, при организации и проведении торгов была подана всего лишь одна заявка в последний день от ФИО6, с которым в последующем заключен договор купли-продажи спорного имущества, суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу о недоказанности факта реализации  спорной квартиры по заниженной цене.

Отклоняя доводы  ФИО1 о занижении начальной цены продажи, суды учли, что начальная продажная цена предмета залога, порядок и условия проведения торгов определены конкурсным кредитором, требования которого обеспечены залогом реализуемого имущества, в порядке установленном пунктом 4 статьи 213.26 Закона о банкротстве, заключив, что представленное ФИО1 заключение № 26-07/2021 об определении рыночной стоимости имущества не свидетельствует о наличии существенных нарушений порядка проведения торгов, повлекших неправильное определение цены, а установление более высокой либо более низкой начальной цены продажи само по себе не гарантирует получения максимальной выручки от реализации имущества, при том, что действительная (реальная) продажная цена предмета залога может быть определена только в результате выставления предмета залога на торги в зависимости от наличия спроса потенциальных покупателей на этот предмет залога.

В рассматриваемом случае, срок на обращение с заявками для участия в торгах составлял более месяца и никто кроме ФИО6, как уже было сказано выше, не изъявил намерений на участие в них.

Более того, суды отметили, что установление более высокой начальной цены не могло повлиять на возможность получения максимальной цены от продажи заложенного имущества, поскольку в торгах принял участие только один участник. Доказательств того, что кроме ФИО6 имелись иные потенциальные участники торгов, в приеме заявок которым было отказано или они не смогли подать заявку, в материалы дела не содержат.

Таким образом, несогласие заявителей с начальной ценой продажи как слишком низкой не свидетельствует о нарушении порядка проведения  торгов, поскольку доказательств ограничений доступа к участию в торгах не предоставлено. 

Доводы ФИО1 о том, что Положение о порядке и условиях продажи залоговой квартиры не содержит сведений о том, в каком размере будут производиться ей выплаты, полученные от продажи квартиры, судебными инстанциями исследованы и правомерно отклонены, поскольку Законом о банкротстве регламентирован порядок распределения части выручки причитающейся супругу (бывшему супругу) должника, ввиду чего, необходимость указания данного обстоятельства в Положении о порядке, сроках и условиях продажи имущества должника отсутствует.

Вопреки позиции ФИО1 упоминание в Положении сведений о доли супруга в имуществе другого супруга, в том числе находящегося в процедуре банкротства, при его продаже, согласно правилам пункта 7 статьи 213.26 Закона о банкротстве, не предусмотрено, поскольку в силу данной нормы права определение доли каждого супруга в общем имуществе и специальное об этом указание в Положении не требуется, как и не требуется разъяснений по порядку распределения средств, вырученных от продажи такого имущества. Данный вопрос урегулирован названной статьей Закона о банкротстве, а также положениями статьи 35 СК РФ, статьи 353 ГК РФ и статей 7, 38 Федерального закона от 16.07.1998 № 102-ФЗ «Об ипотеке (залоге недвижимости)».

Таким образом, оценив в совокупности представленные в материалы дела доказательства и установив отсутствие каких-либо нарушений при проведении торгов, которые могли бы повлиять на определение победителя торгов, суды обоснованно отказали в удовлетворении заявленных требований.

Судами правильно установлены фактические обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения дела, им дана надлежащая правовая оценка, верно применены нормы материального права, регулирующие спорные отношения по отношению к установленным фактическим обстоятельствам.

Изложенные в кассационных жалобах доводы о том, что ФИО1 не была извещена о проведении торгов и об объявлении их результатов, судом округа отклоняются, поскольку данные доводы являлись предметом рассмотрения нижестоящих судов и были мотивированно отклонены.

Отклоняя названные доводы, суды приняли во внимание, что, во-первых, наличие публикации на сайте ЕФРСБ 01.10.2020, во-вторых, то, что действующим законодательством не предусмотрена обязанность отдельного оповещения супруга (бывшего супруга) должника о проведении торгов, и, в-третьих,  что супруг (бывший супруг), полагающий, что реализация общего имущества в деле о банкротстве не учитывает заслуживающие внимания правомерные интересы этого супруга и (или) интересы находящихся на его иждивении лиц, в том числе несовершеннолетних детей, вправе обратиться в суд с требованием о разделе общего имущества супругов до его продажи в процедуре банкротства (пункт 3 статьи 38 Семейного кодекса Российской Федерации), вместе с тем, ФИО1 данным правом не воспользовалась, уважительные причины обращения с заявлением об оспаривании торгов спустя полгода после их проведения не обосновала.

При этом суд округа принимает во внимание, что ФИО1, будучи одним из сособственник спорного жилого помещения знала как о наличии на имуществе обременения в виде залога, так и о введении в отношении имущества должника процедуры банкротства – реализации, в связи с чем при должной степени заботливости и осмотрительности могла отлеживать мероприятия, осуществляемые в рамках настоящего дела.

Доводы о наличии аффилированности между покупателем квартиры ФИО6 и финансовыми управляющими правомерно отклонены судами как документально не подтвержденные. Вопреки утверждениям ФИО1 судебные акты, вынесенные в рамках дела №А60-46983/2019, не содержат выводов о наличии таковой аффилированности.

Аргумент подателей жалоб, что действия по проведению торгов были спланированными, направленными на передачу имущества ФИО6 на приоритетных условиях, является голословным и документально не подтвержден.

Сам по себе факт приобретения квартиры кредитором должника, подавшим заявку на участие в торгах, в отсутствие доказательств наличия существенных нарушений процедуры проведения торгов, которые повлияли на их результат, не может являться основанием для признания торгов недействительными.  Указания на наличие фактической заинтересованности ФИО6 и должника обоснованно не приняты судами во внимание, поскольку это  не повлияло на результаты аукциона. В данном случае заявители не обосновали, как наличие такой заинтересованности (при ее установлении) повлияло (могло повлиять) на результат торгов, принимая во внимание отсутствие доказательств, свидетельствующих о наличии признаков злоупотребления правом со стороны управляющих, организатора торгов, предоставлении преимуществ ФИО6 при проведении рассматриваемых торгов, иного недобросовестного поведения названных лиц и кредитора должника при проведении торгов. Как установлено судами и следует из материалов дела, сведения о признании победителем торгов кредитора должника ФИО6 размещены в ЕФРСБ, ни залоговым кредитором, ни уполномоченным органом, ни  иными кредиторами  каких-либо возражений относительно результатов проведения торгов заявлено не было, в том числе в рамках настоящего спора, равно как и не высказано намерений на присоединение к рассматриваемым требованиям в качестве соистцов в ответ на соответствующее предложение со стороны суда (определение от 06.08.2021). 

Доводы ФИО1 о том, что в результате проведения торов было нарушено ее преимущественное право покупки ½ доли в праве собственности на объект недвижимости, окружным судом также не принимаются, поскольку не свидетельствуют о незаконности судебных актов. В рассматриваемом случае ФИО1 выбран ненадлежащий способ защиты. Оспаривание результатов торгов и признание их недействительными не может привести к восстановлению нарушенного преимущественного права приобретения имущества должника. Недействительность торгов повлечет недействительность установленной на них рыночной цены и недействительность договора купли-продажи, чем фактически будет заблокирована возможность реализации преимущественного права приобретения. В то же время перевод прав и обязанностей покупателя не посягает на действительность (законность) торговой процедуры и дает возможность заявителю, признающему результаты торгов законными, воспользоваться их результатом. Указанное согласуется с правовой позицией, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 19.03.2020 № 302-ЭС19-17986 по делу № А19-12879/2018. 

Иные доводы заявителей, изложенные в кассационных жалобах, судом округа отклоняются, поскольку были предметом рассмотрения судов, получили мотивированную оценку и не свидетельствуют о нарушении судами норм права, касаются фактических обстоятельств, доказательственной базы по спору и вопросов их оценки. Суд округа полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судами установлены, все доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ. Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда кассационной инстанции не имеется (статья 286 АПК РФ).

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 АПК РФ), судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного, обжалуемые судебные акты следует оставить без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения.

Поскольку ФИО2 определением суда округа от 05.03.2022 была предоставлена отсрочка по уплате госпошлины по кассационной жалобе до окончания кассационного производства, учитывая, что доказательств ее уплаты ко дню судебного заседания не представлено, с общества ФИО2 в доход федерального бюджета подлежит взысканию государственная пошлина по кассационной жалобе в сумме 3000 руб.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 АПК РФ, суд 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 30.08.2021 по делу № А60-69644/2019 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.12.2021 по тому же делу оставить без изменения, кассационные жалобы ФИО1 и ФИО2 – без удовлетворения.

Взыскать с ФИО2 в доход федерального бюджета государственную пошлину в сумме 3 000 (три тысячи) рублей по кассационной жалобе.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

ПредседательствующийО.Э. Шавейникова 

СудьиН.А. Артемьева 

                                              Ю.А. Оденцова