ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-4810/2019

11 марта 2022 года

г. Санкт-Петербург

 /сд.1

Резолютивная часть постановления объявлена     22 февраля 2022 года

Постановление изготовлено в полном объеме  11 марта 2022 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  Рычаговой О.А.

судей  Морозовой Н.А., Юркова И.В.

при ведении протокола судебного заседания:  секретарем ФИО1

при участии:  

к/у ФИО2 по паспорту

ФИО3 по паспорту

ФИО4: по паспорту

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер  13АП-37671/2021)  ФИО3 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 25.10.2021 по делу № А56-4810/2019/сд.1 (судья  Мазурик Е.Л.), принятое по заявлению конкурсного управляющего ФИО2 об оспаривании сделки по делу о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «ПРОИЗВОДСТВЕННАЯ ТЕПЛО ЭНЕРГО СБЫТОВАЯ КОМПАНИЯ», 

 

установил:

В Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области поступило заявление общества с ограниченной ответственностью «ВОДОКАНАЛ КИРОВСКОГО ГОРОДСКОГО ПОСЕЛЕНИЯ» о признании общества с ограниченной ответственностью «Производственная Тепло Энерго Сбытовая Компания» (далее – ООО «ПТЭСК», Общество) несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 13.03.2019 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) должника, рассмотрение обоснованности заявления назначено на 06.05.2019.

Определением суда от 13.06.2019, резолютивная часть которого объявлена 10.06.2019, в отношении Общества введена процедура банкротства – наблюдение, временным управляющим утвержден ФИО2. Указанные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 22.06.2019 № 107.

Решением суда от 01.07.2020 (резолютивная часть оглашена 23.06.2020) должник признан банкротом, в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО2. Сведения об этом опубликованы в газете «Коммерсантъ» №116(6837) от 04.07.2020.

Конкурсный управляющий ФИО2 30.10.2019 обратился в суд с заявлением о признании недействительными сделками:  договор купли-продажи имущества от 19.08.2019, заключенный между должником и ФИО3, брачный договор 47 АБ № 349188 от 18.09.2020, заключенный между ФИО3 и ФИО4; брачный договор от 10.07.2021, заключенный между супругами ФИО3 и ФИО4; в качестве применения последствий недействительности взаимосвязанных сделок управляющий просил возвратить в конкурсную массу Общества объект недвижимости: нежилое здание по адресу: Ленинградская область, Кировский район, г.п. Мга, улица Связи, дом 21, кадастровый номер 47:16:0801001:1189, общая площадь 493,2 кв.м., инв. Номер 3451, лит.А (с учетом уточнения).

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 25.10.2021 признаны недействительными сделками договор купли-продажи имущества от  19.08.2019, заключенный между обществом с ограниченной ответственностью «ПТЭСК» и ФИО3, брачный договор от 08.09.2020 № 47 АБ № 3495188, заключенный  между ФИО3 и ФИО4, брачный договор от 10.07.2021, заключенный между ФИО3 и ФИО4. Применены последствия недействительности сделок в виде обязания  ФИО3 возвратить в конкурсную массу общества с ограниченной ответственностью «ПТЭСК» нежилое здание, расположенное по адресу: Ленинградская область, Кировский район, г.п. Мга, улица Связи, дом 21, кадастровый номер 47:16:0801001:1189, общая площадь 493,2 кв.м., инвентарный номер 3451, литера А, и земельный участок по адресу: Ленинградская область, Кировский район, пгт. Мга, улица Связи, дом 21, кадастровый номер 47:16:0801009:40, площадью 654 кв.м.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО3 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит отменить определение от 25.10.2021, принять по делу новый судебный акт, которым в удовлетворении заявления  отказать. По мнению подателя жалобы, судом первой инстанции выяснены не все обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения дела; выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам и сделаны при неправильном применении норм права.  В обоснование требований заявитель указывает, что стоимость спорного имущества не превышала 5% от балансовой стоимости активов должника; конкурсным управляющим не доказано наличие у должника признаков неплатежеспособности и причинение вреда кредиторам должника в результате заключения спорных сделок;  нормы действующего законодательства не запрещают заключение соглашений между обществом и членом органа управления соглашений о выплате им выходного пособия в повышенном размере, такая сделка не подлежит оспариванию в рамках дела о банкротстве, передача спорного имущества ФИО3 была осуществлена в связи с  арестом счетов в счет погашения задолженности по выплате выходного пособия  в сумме 6000000 руб. в связи с его увольнением путем проведения взаимозачета.  Податель жалобы также ссылается на тот факт, что стоимость здания, указанная в договоре, на 30% превышает ее рыночную стоимость, что, по его мнению, исключает причинение вреда кредиторам и свидетельствует о целесообразности сделки. Кроме того, брачным договором от 10.07.2021 года супруги изменили режим собственности в отношении спорного имущества, на личную собственность ФИО3, что опровергает выводы суда о том, что супруги преследовали цель – уменьшения его личных активов  путем вывода имущества на подконтрольное лицо. ФИО3 также полагает, что конкурсным управляющим был пропущен срок исковой давности по оспариванию сделок.

В суд от ФИО4 поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором доводы жалобы ответчика поддерживает, ходатайствует о приобщении дополнительных документов.

ФИО3 направил в суд ходатайство о приобщении дополнительных доказательств.

В настоящем судебном заседании ФИО3 поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе, просил определение суда первой инстанции отменить.

Судом отказано в приобщении дополнительных доказательств на основании части 2 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, поскольку указанные документы не были предметом исследования в суде первой инстанции, уважительность причин невозможности представления их суду первой инстанции не доказана.

ФИО4 поддержала доводы, изложенные в отзыве на апелляционную жалобу, просила апелляционную жалобу удовлетворить, заявила ходатайство о вызове в качестве свидетелей юрисконсульта ООО «ПТЭСК» ФИО5 и старшего юрисконсульта ООО «ПТЭСК» ФИО6

Конкурсный управляющий просил в удовлетворении жалобы отказать, полагая судебный акт первой инстанции законным и обоснованным. 

Рассмотрев ходатайство ФИО4 о вызове в судебное заседание свидетелей  ФИО5 и ФИО6, суд апелляционной инстанции не усмотрел оснований для его удовлетворения, поскольку ходатайство о вызове указанных лиц в качестве свидетелей в ходе рассмотрения дела арбитражным судом первой инстанции истцом не заявлялось, на наличие уважительных причин, объективно препятствующих заявлению такого ходатайства при рассмотрении дела в суде первой инстанции заявитель не ссылался.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены в апелляционном порядке.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, между ООО «ПТЭКС» (продавец) в лице генерального директора ФИО7 (продавец) и ФИО3 (покупатель) заключен договор купли-продажи от 19.08.2019 в отношении принадлежавшего должнику имущества – нежилого здания по адресу: Ленинградская область, Кировский район, пгт. Мга, улица Связи, дом 21, кадастровый номер 47:16:0801001:1189, общая площадь 493,2 кв.м., а также в отношении права аренды занятого нежилым зданием земельного участка с кадастровым номером 47:16:0801009:40 из договора аренды от 15.02.2011 № 1710-э.

Цена имущества согласована в пункте 3.1 договора в размере 6 000 000 руб., в пункте 3.2 договора отражено, что указанная сумма перечислена покупателем на расчетный счет продавца в полном объеме при заключении договора. Имущество передано покупателю по акту приема-передачи от 19.08.2019; от той же даты заключено соглашение об уступке права аренды. 

Впоследствии, между ФИО3 и его супругой ФИО4 нотариально оформлен брачный договор от 18.09.2020, по условиям которого супруги изменили режим совместной собственности в отношении спорного объекта, указав на то, что он находится в личной собственности ФИО4 В отношении иного имущества супругов сохранен режим совместной собственности. Переход права собственности на нежилое здание к ФИО4 зарегистрирован 21.09.2020. 

Брачным договором от 10.07.2021 года супруги ФИО3 и ФИО4 снова изменили режим собственности в отношении спорного здания, на личную собственность ФИО3 Регистрация права собственности на объект за ФИО3 произведена 21.07.2021.

Конкурсный управляющий полагая, что указанная цепочка сделок подлежит признанию недействительной в соответствии с положениями статей 61.2 61.3 Закона о банкротстве, статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, обратился в суд с настоящим заявлением.

Суд апелляционной инстанции, исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, не находит оснований для удовлетворения жалобы и отмены или изменения обжалуемого судебного акта.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным данным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В силу положений статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

В обоснование заявления конкурсный управляющий, ссылается на то, что оспариваемые сделки, следует рассматривать как цепочку взаимосвязанных сделок,  целью которой является причинение вреда кредиторам путем вывода ликвидных активов. 

 Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Верховного суда РФ  от 31.07.2017 № 305-ЭС15-11230 само по себе осуществление государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество к промежуточным приобретателям не препятствует квалификации данных сделок как притворных на основании пункта 2 статьи 170 ГК РФ, прикрывающих собой сделку между первым и последним контрагентом.

Для квалификации ряда оспариваемых сделок как прикрывающих фактическую сделку по отчуждению  имущества  должника с целью его передачи заинтересованному лицу необходимо доказать их объективную и субъективную взаимосвязь, а именно наличие единой цели и взаимную обусловленность. При этом в случае установления их притворности необходимо исследовать собственно прикрываемую сделку на предмет наличия пороков, предусмотренных положениями статей 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве, а также наличия в действиях сторон злоупотребления правом.

Согласно пункту  1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

В соответствии с пунктом  2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Согласно разъяснениям, которые даны в пунктах  5 - 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление N 63) для признания сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве, в соответствии с которыми под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника на стоимостью имущества (активов) должника. 

Под неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное. 

В силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. 

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 7 Постановления N 63, в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Согласно пункту 1 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются:

лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 № 135-ФЭ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником;

лицо, которое является аффилированным лицом должника.

В соответствии с пунктом 3 указанной нормы заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга.

При определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего (пункт 9 Постановление № 63).

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем, наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6  Постановления №63).Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как  пунктом 1, так и  пунктом 2 статьи 61.2  Закона о банкротстве.

Оспоренная управляющим цепочка сделок совершена   после возбуждения в отношении должника процедуры банкротства и введения процедуры наблюдения.

Таким образом, она может быть оспорена как по п. 1 ст. 61.2, так и по п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Суд первой инстанции верно установил, что ответчики являются заинтересованными лицами по отношению к должнику, а именно ФИО3 – является учредителем и генеральным директором общества, ФИО4 его супруга.

Согласно условиям договора купли-продажи цена имущества согласована в пункте 3.1 договора в размере 6 000 000 руб., в пункте 3.2 договора отражено, что указанная сумма перечислена покупателем на расчетный счет продавца в полном объеме при заключении договора. Имущество передано покупателю по акту приема-передачи от 19.08.2019; от той же даты заключено соглашение об уступке права аренды. 

При этом доказательств поступления от ответчика денежных средств в сумме 6 000 000 руб. за полученный им объект на расчетный счет либо в кассу должника не представлено.

Довод  ответчика о том, что спорное имущество передано ему в счет исполнения обязательств должника по выплате ему компенсации, предусмотренной пунктом 9.4 трудового договора, обоснованно отклонен судом первой инстанции, поскольку такой расчет не предусмотрен условиями договора купли-продажи, акт зачета встречных обязательств в материалы дела не представлен, разумных причин и правовых обоснований установления контролирующему должника лицу  компенсации за увольнение ответчик не представил, доказательств того, что трудовые договоры с аналогичными условиями были заключены с иными лицами, в материалах дела также не имеется.

Учитывая изложенное, суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда о том, что оформление такого рода компенсации в свою пользу единственным контролирующим общество лицом, в день подписания договора купли-продажи здания, в процедуре наблюдения, очевидно направлено исключительно на создание видимости осуществления расчетов за выведенное из активов должника имущество.

Заключение оспариваемого договора привело к уменьшению размера имущества должника, то есть к причинению имущественного вреда интересам кредиторов должника, на что обоснованно указал суд первой инстанции.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

 Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 6 Постановления N 63, при определении наличия признаков неплатежеспособности следует исходить из содержания этого понятия, данного в абзаце тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве.

Как следует из абзаца тридцать четвертого статьи 2 Закона о банкротстве, для целей данного Закона под неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств; при этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Материалами спора установлено, что должник обладал признаком неплатежеспособности в период заключения оспариваемой сделки, что подтверждается наличием непогашенных требований перед кредитором, послужившее основанием для введения в отношении должника процедуры наблюдения, а также общая задолженность перед кредиторами третьей очереди на сумму 45226526,65 руб., чьи требования были включены в реестр требований кредиторов.

Указанные обстоятельства в совокупности свидетельствуют о наличии у оспариваемой сделки признаков недействительности, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При  этом судом также обоснованно дана оценка указанной сделке на предмет наличия в действиях сторон злоупотребления правом (статья 10 ГК РФ). 

Исходя из разъяснений, данных в абзаце 4 пункта 4 Постановления Пленума № 63 специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ).

Согласно пункту 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего (кредитора) может быть признана недействительной совершенная до (после) возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности, на уменьшение конкурсной массы, сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

В силу пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). Под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам, для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам, злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, не оставляющий сомнений в истинной цели сделки.

О злоупотреблении сторонами правом при заключении договора купли-продажи имущества должника может свидетельствовать совершение такой сделки не в соответствии с ее обычным предназначением, а с целью избежания возможного обращения взыскания на отчужденное имущество должника.

Судом первой инстанции установлено, что через месяц после заключения спорного договора между ФИО3 и его супругой ФИО4 нотариально оформлен брачный договор от 18.09.2020, по условиям которого супруги изменили режим совместной собственности в отношении спорного объекта, указав на то, что он находится в личной собственности ФИО4 В отношении иного имущества супругов сохранен режим совместной собственности. Переход права собственности на нежилое здание к ФИО4 зарегистрирован 21.09.2020. 

Брачным договором от 10.07.2021 года супруги ФИО3 и ФИО4 снова изменили режим собственности в отношении спорного здания, на личную собственность ФИО3 Регистрация права собственности на объект за ФИО3 произведена 21.07.2021.

Совокупность установленных фактов свидетельствует об очевидном отклонении действий участников гражданского оборота от добросовестного поведения. Обстоятельства, при которых были совершены спорные сделки, демонстрируют неправомерное и согласованное усмотрение сторон сделки, что пресекается статьей 10 ГК РФ.

В связи с этим суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что оспариваемый договор совершен с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов путем вывода ликвидного актива должника в пользу заинтересованных лиц, что предполагает наличие презумпции информирования о финансовом состоянии должника, и подлежит признанию недействительным, по основаниям предусмотренным пунктом статьей 61.2 Закона о банкротстве, так  и на основании статьи 10 ГК РФ, как сделка, совершенная при злоупотреблении правом.

Последствия недействительности сделок применены судом первой инстанции в соответствии с пунктом 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве, согласно которому все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу.

Довод подателя жалобы о неправомерном применении последствия недействительности сделок в виде возврата имущества в конкурсную массу отклоняется апелляционным судом, поскольку в соответствии с правовой позицией, изложенной в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 31.07.2017 N 305-ЭС15-11230 при признании судом цепочки сделок притворными как прикрывающими сделку между первым и последним контрагентом возврат имущества от конечного приобретателя к первоначальному осуществляется с использованием реституционного механизма, а не путем удовлетворения виндикационного иска.

При этом, факт приобретения земельного участка в собственность  ответчиком не имеет в данном случае правового значения, принимая во внимание, что сделка признана недействительной по основаниям статей 10,168 ГК РФ.

 Ссылки подателя жалобы на пропуск конкурсным управляющим срока исковой давности подлежит отклонению как необоснованный, учитывая, что соответствующее заявление было подано в пределах годичного срока с даты открытия конкурсного производства, при этом срок исковой давности по требованию о применении последствий недействительности ничтожной сделки составляет 3 года  и также не пропущен.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, бывшие предметом рассмотрения суда первой инстанции и получившие надлежащую правовую оценку, основаны на неверном толковании норм материального права, признаются апелляционным судом несостоятельными, не могут служить основанием для отмены обжалуемого определения.

Исходя из предмета и оснований заявленных требований, обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судом первой инстанции установлены верно, доказательства исследованы и оценены надлежащим образом и  не опровергнуты относимыми и допустимыми доказательствами.

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно пункту 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено. Апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь статьями 269 - 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  от 25.10.2021 по делу № А56-4810/2019/сд.1 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

 

Председательствующий

 

О.А. Рычагова

Судьи

 

Н.А. Морозова

 И.В. Юрков