359/2023-150543(2) 

 

ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД  

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 18АП-10857/2023

г. Челябинск

07 ноября 2023 года

Дело № А07-29793/2020  

Резолютивная часть постановления объявлена 02 ноября 2023 года.  Постановление изготовлено в полном объеме 07 ноября 2023 года.  

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:  

председательствующего судьи Кожевниковой А.Г., 

судей Румянцева А.А., Поздняковой Е.А., 

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1  

М.В., рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу  

ФИО2 Оглы на определение Арбитражного суда Республики  

Башкортостан от 30.05.2023 по делу № А07-29793/2020. 

В судебном заседании принял участие представитель ФИО2  

ФИО3 - ФИО4 (паспорт, диплом, доверенность от 16.08.2023). 

В Арбитражный суд Республики Башкортостан обратилось  Государственное унитарного предприятие Республики Башкортостан  «Управление административными зданиями» о признании общества с  ограниченной ответственностью «РЕГИОН» (далее – ООО «Регион, должник)  несостоятельным (банкротом).  

Определением от 19.01.2021 заявление принято к производству,  возбуждено производство по делу о банкротстве.  

Определением от 26.04.2021 заявление признано обоснованным, в  отношении ООО «Регион» введена процедура наблюдения. Временным  управляющим утвержден ФИО5 (ИНН 

<

***>,  член саморегулируемой организации Ассоциация саморегулируемая  организация «ЦААУ», адрес: 119017, 

<

...>).  

Решением от 07.12.2021 ООО «Регион» признано несостоятельным  (банкротом), в отношении него введена процедура конкурсного производства.  Конкурсным управляющим утвержден ФИО5 (ИНН  

<

***>, член саморегулируемой организации Ассоциация  саморегулируемая организация «ЦААУ», адрес: 119017, 

<

...>).  

Сведения о введении в отношении должника процедуры конкурсного  производства и о порядке предъявления кредиторами своих требований  

опубликовано на сайте Единого федерального реестра сведений о банкротстве  28.12.2021 номер сообщения 7957206.  

Соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» № 6  от 15.01.2022, стр. 274.  

На рассмотрение Арбитражного суда Республики Башкортостан  поступило заявление конкурсного управляющего ФИО5 о  привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2.  

Определением от 30.05.2023 заявление удовлетворено ФИО2  привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Регион»,  с него взыскано в порядке привлечения к субсидиарной ответственности 1 745  590,36 руб.  

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ФИО2  обратился в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной  жалобой.  

В обоснование доводов апелляционной жалобы ее податель указал, что не  получал заявление конкурсного управляющего, не был извещен о рассмотрении  спора, конкурсный управляющий меры по поиску имущества должника не  принимал, действия по формированию конкурсной массы не совершал, с  участником и директором должника ФИО2 не связывался,  документы по предприятию не истребовал отчеты не представлял. Поэтому  вывод суда о том, что у должника отсутствует имущество, соответственно,  удовлетворение требований кредиторов в ходе проведения процедуры  банкротства за счет его имущества невозможно, не подтверждено  документально. Суд, делая вывод о том, что до настоящего времени ответчиком  не внесены подлежащие обязательному включению сведения о достоверном  юридическом адресе общества, не учитывает обстоятельства исключения  предприятия из ЕГРЮЛ.  

Определением от 31.07.2023 апелляционная жалоба принята к  производству, назначено судебное заседание на 31.08.2023.  

В судебном заседании отказано в приобщении дополнительных  доказательств, поступивших от ФИО2 ввиду того, что заявитель не  представил доказательства уважительности причин, по которым указанные  документы не могли быть представлены в суд первой инстанции.  

Определением от 31.08.2023 судебное разбирательство отложено на  21.09.2023 в связи с удовлетворением ходатайства ФИО2 об  отложении судебного разбирательства.  

Определением от 20.09.2023 произведена замена судьи Поздняковой Е.А.  на судью Матвееву С.В. Ввиду замены в составе суда судебное разбирательство  начато сначала с учетом совершенных процессуальных действий.  

Определением от 21.09.2023 судебное разбирательство отложено на  02.11.2023 для представления дополнительных доказательств.  

Определением от 01.11.2023 произведена замена судьи Матвеевой С.В. на  судью Позднякову Е.А. Ввиду замены в составе суда судебное разбирательство  начато сначала с учетом совершенных процессуальных действий.  

В судебном заседании 02.11.2023 отказано в приобщении к материалам  дела отзыва конкурсного управляющего Сырылбаева И.Р. ввиду  незаблаговременного направления отзыва лицам, участвующим в деле;  приобщен к материалам дела отзыв Аббасова Ш.О., во исполнение определения  суда об отложении судебного разбирательств.  

В судебном заседании представитель ФИО2 поддержал доводы  апелляционной жалобы, просил определение отменить, апелляционную жалобу  – удовлетворить.  

Иные лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения  апелляционной жалобы извещены надлежащим образом, в судебное заседание  не явились.  

В соответствии со статьями 123, 156 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации дело рассмотрено судом апелляционной  инстанции в отсутствие неявившихся лиц.  

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом  апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О  несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1  статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом  по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями,  установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о  несостоятельности (банкротстве).  

В силу пункта 1 статьи 2 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ  «Об обществах с ограниченной ответственностью» участники общества не  отвечают по его обязательствам и несут риск убытков, связанных с  деятельностью общества, в пределах стоимости принадлежащих им долей в  уставном капитале общества. Аналогичные положения содержатся в ст. 87  Гражданского кодекса Российской Федерации.  

Согласно п. 2 ст. 56 Гражданского кодекса Российской Федерации  учредитель (участник) юридического лица или собственник его имущества не  отвечает по обязательствам юридического лица, а юридическое лицо не  отвечает по обязательствам учредителя (участника) или собственника, за  исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом или другим  законом. Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении  изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» (далее -  Федеральный закон № 266-ФЗ), вступившим в силу в основной своей части с  30.07.2017, статья 10 Закона о банкротстве признана утратившей силу. Закон о  банкротстве дополнен главой III.2 «Ответственность руководителя должника и  иных лиц в деле о банкротстве».  

Согласно п. 3 ст. 4 Федерального закона № 266-ФЗ «О внесении  изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и  Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях»,  рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности,  

предусмотренной ст. 10 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127- ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции, действовавшей до дня  вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с  01.07.2017, производится по правилам Федерального закона от 26 октября 2002  года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции настоящего  Федерального закона).  

Таким образом, заявления о привлечении к субсидиарной  ответственности рассматриваются исходя из процессуальных норм в редакции  Федерального закона № 266-ФЗ, основания ответственности (материально -  правовые нормы) применяются те, которые действовали в момент совершения  правонарушения.  

Поскольку обстоятельства, на которые ссылается заявитель, возникли  после 01.07.2017, заявление подлежит рассмотрению по правилам главы III.2  «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве».  

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если  полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и  (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет  субсидиарную ответственность по обязательствам должника.  

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, в  реестр требований кредиторов третьей очереди общества с ограниченной  ответственностью «РЕГИОН» включены требования  

- Государственного унитарного предприятия Республики Башкортостан  «Управление административными зданиями» в размере 1 167 607, 50 руб. –  сумма основного долга, 31 110 руб. – сумма возмещения расходов по уплате  госпошлины и 214 465 руб. – суммы неустойки,  

- Федеральной налоговой службы по уплате обязательных платежей в  размере 950, 75 руб., из них: 450, 75 руб. – пени, 500 руб. – штраф.  

Таким образом, согласно заявлению конкурсного управляющего размер  непогашенных текущих обязательств должника по состоянию на дату подачи  заявления составляет 332 407,86 руб., размер непогашенных требований  кредиторов, включенных в реестр, а также учитываемых за реестром составляет  1 413 182,50 руб.  

У должника отсутствует имущество, соответственно, удовлетворение  требований кредиторов в ходе проведения процедуры банкротства за счет его  имущества невозможно.  

В соответствии с пунктом 16 Постановления Пленума Верховного Суда  Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных  с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при  банкротстве» (далее – Постановление № 53) под действиями (бездействием)  контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований  кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие  действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства  должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.  

Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия)  контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие  

причинноследственной связи между названными действиями (бездействием) и  фактически наступившим объективным банкротством.  

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут  выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с  нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе  согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных  условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом  («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно  убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат  деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам  возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы  управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение  выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.  

Привлечение к ответственности руководителя зависит от того, действовал  ли он при исполнении возложенных на него обязанностей, в том числе при  заключении сделки, разумно и добросовестно, то есть, проявил ли он  заботливость и осмотрительность и принял ли все необходимые меры для  надлежащего исполнения полномочий единоличного исполнительного органа.  

Таким образом, привлечение контролирующих должника лиц к  субсидиарной ответственности по его обязательствам является  экстраординарным механизмом защиты нарушенных прав кредиторов, то есть  исключением из принципа ограниченной ответственности участников и  правила о защите делового решения менеджеров, причиной банкротства  должны быть именно недобросовестные и явно неразумные действия  контролирующих должника лиц, которые со всей очевидностью для любого  участника гражданского оборота повлекут за собой нарушение прав кредиторов  общества.  

В соответствии с положениями ст. 61.10 Закона № 127-ФЗ если иное не  предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего  Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается  физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три  года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после  их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании  должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником  указания или возможность иным образом определять действия должника, в том  числе по совершению сделок и определению их условий (часть 1 статьи).  

Возможность определять действия должника может достигаться: 1) в  силу нахождения с должником (руководителем или членами органов  управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного  положения; 2) в силу наличия полномочий совершать сделки от имени  должника, основанных на доверенности, нормативном правовом акте либо  ином специальном полномочии; 3) в силу должностного положения (в  частности, замещения должности главного бухгалтера, финансового директора  должника либо лиц, указанных в подпункте 2 пункта 4 настоящей статьи, а  также иной должности, предоставляющей возможность определять действия  

должника); 4) иным образом, в том числе путем принуждения руководителя  или членов органов управления должника либо оказания определяющего  влияния на руководителя или членов органов управления должника иным  образом (часть 2 статьи).  

Пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось  контролирующим должника лицом, если это лицо: 1) являлось руководителем  должника или управляющей организации должника, членом исполнительного  органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии;  2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами  распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций  акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала  общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем  половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо  имело право назначать (избирать) руководителя должника; 3) извлекало выгоду  из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1  статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (часть 4 статьи).  

В соответствии с пунктом 1 статьи 53.1 ГК РФ к ответственности в виде  возмещения убытков может быть привлечено лицо, которое в силу закона,  иного правового акта или учредительного документа юридического лица  уполномочено выступать от его имени. Такое лицо несет предусмотренную  пунктом 1 этой статьи ответственность, если будет доказано, что при  осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало  недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие)  не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному  предпринимательскому риску.  

Согласно пункту 3 статьи 53.1 ГК РФ лицо, имеющее фактическую  возможность определять действия юридического лица, обязано действовать в  интересах юридического лица разумно и добросовестно и несет  ответственность за убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.  

Исходя из системного толкования указанной нормы возможность  привлечения лиц, указанных в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 названного Кодекса, к  субсидиарной ответственности законодатель ставит в зависимость от наличия  причинно-следственной связи между неисполнением обществом обязательств и  недобросовестными или неразумными действиями данных лиц; бремя  доказывания наличия признаков недобросовестности или неразумности в  поведении указанных лиц возлагается законом на истца (пункты 1, 2 статьи 53.1  Гражданским кодексом Российской Федерации).  

Таким образом, обращаясь в арбитражный суд с требованием о взыскании  убытков с единоличного исполнительного органа хозяйственного общества,  истец должен доказать факт возникновения у общества убытков, их размер,  противоправность действий (бездействия) руководителя (их  недобросовестность и (или) неразумность) и причинно-следственную связь  между действиями (бездействием) руководителя и возникшими убытками.  

По общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу  контролирующих должника является наличие у него фактической возможности  

давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом  определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.10  Закона о банкротстве).  

Осуществление фактического контроля над должником возможно вне  зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков  аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав  органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в  управлении и т.п.). Суд устанавливает степень вовлеченности лица,  привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления  должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие  существенных деловых решений относительно деятельности должника (пункт 3  Постановления № 53).  

Согласно п. 4 Постановления № 53 по смыслу взаимосвязанных  положений абзаца второго статьи 2, пункта 2 статьи 3, пунктов 1 и 3 статьи  61.10 Закона о банкротстве для целей применения специальных положений  законодательства о субсидиарной ответственности, по общему правилу,  учитывается контроль, имевший место в период, предшествующий  фактическому возникновению признаков банкротства, независимо от того,  скрывалось действительное финансовое состояние должника или нет, то есть  принимается во внимание трехлетний период, предшествующий моменту, в  который должник стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования  кредиторов, в том числе об уплате обязательных платежей, из-за превышения  совокупного размера обязательств над реальной стоимостью его активов (далее  - объективное банкротство).  

Указанные положения законодательства не исключают возможность  привлечения контролирующего лица к иной ответственности за действия,  совершенные за пределами названного трехлетнего периода, например, к  ответственности, предусмотренной законодательством о юридических лицах  (статья 53.1 ГК РФ, статья 71 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об  акционерных обществах», статья 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14- ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» и т.д.).  

Предполагается, что лицо, которое извлекло выгоду из незаконного, в том  числе недобросовестного, поведения руководителя должника является  контролирующим (подпункт 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве).  

В соответствии с этим правилом контролирующим может быть признано  лицо, извлекшее существенную (относительно масштабов деятельности  должника) выгоду в виде увеличения (сбережения) активов, которая не могла  бы образоваться, если бы действия руководителя должника соответствовали  закону, в том числе принципу добросовестности (пункт 7 постановления № 53).  

Согласно выписке из единого государственного реестра юридических  лиц, представленной в дело на момент подачи заявления о признании ООО  «Регион» несостоятельным (банкротом), ФИО2 являлся  единственным участником общества с долей в уставном капитале 100% с  10.11.2011, а также лицом, имеющим право действовать без доверенности от  имени юридического лица (директор) с 10.11.2011.  

Таким образом, Аббасов Шамиль Осман Оглы, являвшийся директором и  единственным участником ООО «Регион» в силу пункта 1 статьи 61.10 Закона о  банкротстве признается контролирующим должника лицом.  

Как разъяснено в пунктах 1 и 2 постановления № 53, привлечение  контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является  исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов.  При его применении судам необходимо учитывать как сущность конструкции  юридического лица, предполагающей имущественную обособленность этого  субъекта (пункт 1 статьи 48 Гражданского кодекса Российской Федерации, его  самостоятельную ответственность (статья 56 ГК РФ), наличие у участников  корпораций, учредителей унитарных организаций, иных лиц, входящих в  состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при  принятии (согласовании) деловых решений, так и запрет на причинение ими  вреда независимым участникам оборота посредством недобросовестного  использования института юридического лица (статья 10 ГК РФ).  

При привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной  ответственности в части, не противоречащей Закону о банкротстве, подлежат  применению общие положения глав 25 и 59 ГК РФ об ответственности за  нарушение обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда.  

Если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие  действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо  несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника (пункт 1  статьи 61.11 Закона о банкротстве).  

В соответствии с подпунктом 2 пунктом 2 статьи 61.11 Закона о  банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение  требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия  контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих  обстоятельств: 1) причинен существенный вред имущественным правам  кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо  одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения  таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях  61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона; 2) документы бухгалтерского  учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению  которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту  вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения  временной администрации финансовой организации) или принятия решения о  признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об  объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации,  формирование которой является обязательным в соответствии с  законодательством Российской Федерации, либо указанная информация  искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур,  применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация  конкурсной массы; 3) требования кредиторов третьей очереди по основной  сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение  которого вступило в силу решение о привлечении должника или его  

должностных лиц, являющихся либо являвшихся его единоличными  исполнительными органами, к уголовной, административной ответственности  или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об  уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких  правонарушениях, превышают пятьдесят процентов общего размера  требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности,  включенных в реестр требований кредиторов; 4) документы, хранение которых  являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской  Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об  инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о  государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в  соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения  определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной  администрации финансовой организации) или принятия решения о признании  должника банкротом отсутствуют либо искажены; 5) на дату возбуждения дела  о банкротстве не внесены подлежащие обязательному внесению в соответствии  с федеральным законом сведения либо внесены недостоверные сведения о  юридическом лице: в единый государственный реестр юридических лиц на  основании представленных таким юридическим лицом документов; в Единый  федеральный реестр сведений о фактах деятельности юридических лиц в части  сведений, обязанность по внесению которых возложена на юридическое лицо.  

В качестве оснований для привлечения к субсидиарной ответственности  конкурсный управляющий указал на следующие обстоятельства.  

Заявитель просит привлечь ФИО2 к  субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «РЕГИОН» на  основании статьи 61.11 Федерального закона «О несостоятельности  (банкротстве)» № 127-ФЗ от 26.10.2002.  

Согласно заявлению конкурсного управляющего по результатам анализа  финансового состояния должника, осуществленного в процедуре наблюдения,  заявителем сделан вывод о том, что причиной объективного банкротства  должника стал способ осуществления, финансирования его хозяйственной  деятельности, используемый ответчиком.  

Анализ движения денежных средств по счету должника свидетельствует  о том, что его хозяйственная деятельность сводилась только к одному – аренде  нежилого помещения, расположенного по адресу: Республика Башкортостан, г.  Уфа, Кировский р-н, ул. Гурьевская, д. 41 а, общей площадью 395,1 кв.м, для  использования в целях: общественное питание, по договору о передаче  объектов государственного нежилого фонда, являющихся имуществом казны, в  аренду без права выкупа № 11172 от 20.05.2013.  

За счет денежных средств, поступавших на счет должника, оплачивалась  только арендная плата по данному договору и налог по упрощенной системе  налогообложения. В основном на счет должника денежные средства вносились  ответчиком в наличной форме в размере необходимом для осуществления  указанных платежей. При поступлении денежных средств из других  

источников – за выполненные работы, размер вносимых ответчиком средств  уменьшался в соответствующем размере  

По данным бухгалтерской (финансовой) отчетности за 2017 и 2018 года  должник был платежеспособным, коэффициенты, ее характеризующие имеют  положительное значение.  

Хозяйственная деятельность должника была прекращена после того как  постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда по делу   № А07-26924/2018 от 14.05.2019 было оставлено без изменения решение  Арбитражного суда Республики Башкортостан от 21.02.2019, которым с  должника в пользу Государственного унитарного предприятия Республики  Башкортостан «Управление административными зданиями» была взыскана  задолженность по арендной плате в общей сумме 1 413 182 руб. 50 коп. за  период с июня 2018 года по январь 2019 года.  

04.02.2019 ответчик в последний раз внес денежные средства на счет  должника, которые были направлены на оплату арендной платы за февраль  2019 года, т.е. до указанного ранее решения суда о взыскании с должника  задолженности по арендной плате.  

06.02.2019 на счет должника поступили денежные средства за услуги, из  которых 12.03.2019 была оплачена государственная пошлина за рассмотрение  апелляционной жалобы, а 15.03.2019 государственные пошлины за  рассмотрение двух исков в Арбитражном суде Республики Башкортостан.  Оставшиеся денежные средства были списаны в счет погашения задолженности  по налогам и сборам.  

По результатам 2019 года должник не представил в налоговый орган  бухгалтерскую (финансовую) отчетность.  

Суд первой инстанции, удовлетворяя требования в этой части,  обоснованно исходил из следующего.  

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение  требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия  контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих  обстоятельств: документы бухгалтерского учета и (или) отчетности,  обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена  законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения  о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации  финансовой организации) или принятия решения о признании должника  банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах,  предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование  которой является обязательным в соответствии с законодательством  Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате  чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о  банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы  (подпункт 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве).  

Подпункт 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве применяются в  отношении лиц, на которых возложены обязанности организации ведения  бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или)  

бухгалтерской (финансовой) отчетности должника; ведения бухгалтерского  учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской  (финансовой) отчетности должника (пункт 4).  

В приведенных нормах содержится презумпция причинно-следственной  связи между приведенными действиями (бездействием) контролирующих  должника лиц и невозможностью удовлетворения требований кредиторов. При  доказанности условий, составляющих названную презумпцию, бремя по ее  опровержению переходит на другую сторону, которая вправе приводить  доводы об отсутствии вины, в частности, о том, что банкротство вызвано  иными причинами, не связанными с недобросовестным поведением ответчика.  

Указанные презумпции ранее также были предусмотрены статьей 10  Закона о банкротстве, в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона   № 266-ФЗ.  

Согласно пункту 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее  должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого невозможно  полностью погасить требования кредиторов, не несет субсидиарной  ответственности, если докажет, что его вина в невозможности полного  погашения требований кредиторов отсутствует.  

Такое лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности,  если оно действовало согласно обычным условиям гражданского оборота,  добросовестно и разумно в интересах должника, его учредителей (участников),  не нарушая при этом имущественные права кредиторов, и если докажет, что его  действия совершены для предотвращения еще большего ущерба интересам  кредиторов.  

Как разъяснено в пункте 24 постановления Пленума № 53, лицо,  обратившееся в суд с требованием о привлечении к субсидиарной  ответственности, должно представить суду объяснения относительно того, как  отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в  документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур  банкротства. В свою очередь, привлекаемое к ответственности лицо вправе  опровергнуть названную презумпцию, доказав, что недостатки представленной  управляющему документации не привели к существенному затруднению  проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче,  ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им  приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению,  хранению и передаче документации при той степени заботливости и  осмотрительности, какая от него требовалась. При этом под существенным  затруднением проведения процедур банкротства понимается, в частности,  невозможность определения и идентификации основных активов должника.  

Обязанность руководителя предприятия по организации ведения  бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или)  бухгалтерской (финансовой) отчетности предприятия предусмотрена статьями  6, 7 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете», а  обязанность руководителя должника передать конкурсному управляющему  

бухгалтерскую и иную документацию должника - статьей 126 Закона о  банкротстве.  

Таким образом, именно на ФИО2, являющегося руководителем  ООО «Регион» с 10.11.2011, в силу статей 9 и 65 АПК РФ и подпункта 2 пункта  2 статьи 61.11 Закона о банкротстве возложено бремя опровержения данной  презумпции (при ее доказанности), в частности, что им приняты все  необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и  передаче бухгалтерской документации (пункт 1 статьи 7 Федерального закона  от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете»).  

Конкурсным управляющим установлено, что должником бухгалтерская и  иная налоговая отчетность за 2019 годы в налоговый орган не представлялась  (отсутствует).  

Отсутствие сведений о наличии у должника ООО «Регион» какого-либо  имущества (основных средств, дебиторской задолженности и т.д.) влечет  отсутствие возможности погашения требований кредиторов.  

Указанные доводы заявителя соответствуют условиям, установленным в  статье 61.11 Закона о банкротстве презумпции и бремя их опровержения в силу  статьи 65 АПК РФ, а также разъяснений, приведенных в пункте 24  постановления № 53, перешло на ФИО2  

Между тем каких-либо доказательств принятия мер, достаточных для  надлежащего исполнения обязательств по ведению и хранению бухгалтерской  документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него  требовалась, ФИО2 не представил.  

Кроме того, арбитражный управляющий сослался на то, что ответчиком  не была исполнена обязанность, установленная пунктом 3.2 статьи 64 Закона о  банкротстве, по представлению бухгалтерской документации должника  временному управляющему. Для их истребования заявитель обратился с  соответствующим ходатайством исх. № 18 от 15.07.2021. В связи с отсутствием  бухгалтерской документации у заявителя – арбитражного управляющего не  было возможности сделать полноценный анализ финансового состояния  должника, своевременно выявить все его активы, сделки осуществлявшиеся им,  а так же все виды осуществлявшейся им хозяйственной деятельности, размер  действительной его выручки. После введения в отношении должника  процедуры конкурсного производства ответчик также не исполнил обязанность  по передаче заявителю бухгалтерской и иной документации должника, а так же  материальных ценностей. В связи с чем, заявитель так же обратился в  арбитражный суд, в рамках настоящего дела, с ходатайством об истребовании  бухгалтерской и иной документации должника, а также печатей, штампов,  материальных и иных ценностей исх. № 32 от 31.01.2022. Отсутствие  документации не позволяет выявить активы, которые были у должника, и  сделки, осуществленные с ним.  

Суд, удовлетворяя заявление в этой части, обоснованно исходил из  следующего.  

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства  понимается, в том числе невозможность выявления всего круга лиц,  

контролирующих должника, его основных контрагентов, а также:  невозможность определения основных активов должника и их идентификации;  невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и  их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть  вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной  массы; невозможность установления содержания принятых органами должника  решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет  причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность  взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.  

Указанное требование закона обусловлено, в том числе и тем, что  отсутствие необходимых документов бухгалтерского учета не позволяет  арбитражному управляющему иметь полную информацию о деятельности  должника и совершенных им сделках и исполнять обязанности,  предусмотренные пунктом 2 статьи 129 Закона о банкротстве, в частности,  принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества  должника, находящегося у третьих лиц; предъявлять к третьим лицам,  имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в  порядке, установленном Законом о банкротстве.  

В связи с этим, невыполнение руководителем должника без  уважительной причины требований Закона о банкротстве о передаче  арбитражному управляющему документации должника свидетельствует, по  сути, о недобросовестном поведении, направленном на сокрытие информации  об имуществе должника, за счет которого могут быть погашены требования  кредиторов. Для целей удовлетворения заявления о привлечении бывшего  руководителя должника к субсидиарной ответственности по заявленным  основаниям необходимо обосновать, что отсутствие документации должника,  либо отсутствие в ней полной и достоверной информации, существенно  затруднило проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве. При этом  под существенным затруднением, как указано выше, понимается, в том числе  невозможность выявления активов должника.  

Действия ФИО2 создали существенные затруднения для  проведения процедуры конкурсного производства, препятствовали  формированию конкурсной массы; отсутствие документов не позволило  составить полное представление о финансово-хозяйственной деятельности  должника и судьбе его активов.  

Кроме того, арбитражный управляющий просит привлечь ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО  «Регион» также на основании подпункта 5 пункта 2 статьи 61.11 Федерального  закона «О несостоятельности (банкротстве)» № 127-ФЗ от 26.10.2002.  

В обоснование ФИО5 указывает, что согласно выписки из  единого государственного реестра юридических лиц должник – ООО «Регион»  27.01.2021 был исключен из Единого государственного реестра юридических  лиц в связи наличием в ЕГРЮЛ сведений о нем, в отношении которых внесена  запись о недостоверности.  

Исключение должника из ЕГРЮЛ было осуществлено после того как  арбитражным судом было принято к рассмотрению заявление о его  банкротстве. В связи с чем заявитель, исполнявший на тот момент обязанности  временного управляющего, обратился Межрайонную инспекцию ФНС России   № 39 по Республике Башкортостан с заявлением о восстановлении записи о  регистрации должника в ЕГРЮЛ.  

Решением УФНС России по Республике Башкортостан № 178/17-ГР от  08.06.2021 было отменено решение Межрайонной инспекции ФНС России №  39 по Республике Башкортостан от 12.10.2020 № 9483 о предстоящем  исключении из ЕГРЮЛ должника и от 27.01.2021 № 9483И и о  государственной регистрации прекращения деятельности Общества в связи с  наличием в реестре информации о недостоверности сведений о юридическом  лице.  

В данном решении указано, что проведенной Межрайонной ИФНС  России № 40 по Республике Башкортостан проверкой установлено отсутствие  должника по адресу: 450022, 

<

...>. В связи с чем по  адресу должника и месту жительства ответчика было направлено уведомление  о необходимости предоставления достоверных сведений в отношении адреса  места нахождения должника, но оно исполнено не было.  

В силу подпункта 5 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не  доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов  невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего  должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: на  дату возбуждения дела о банкротстве не внесены подлежащие обязательному  внесению в соответствии с федеральным законом сведения либо внесены  недостоверные сведения о юридическом лице:  

- в Единый государственный реестр юридических лиц на основании  представленных таким юридическим лицом документов;  

- в Единый федеральный реестр сведений о фактах деятельности  юридических лиц в части сведений, обязанность по внесению которых  возложена на юридическое лицо.  

В соответствии с пунктом 7 статьи 61.11 Закона о банкротстве,  положения подпункта 5 пункта 2 настоящей статьи применяются в отношении  единоличного исполнительного органа юридического лица, а также иных лиц,  на которых от имени юридического лица возложены обязанности по  представлению документов для государственной регистрации либо обязанности  по внесению сведений в Единый федеральный реестр сведений о фактах  деятельности юридических лиц.  

В силу пункта 25 Постановления № 53, согласно взаимосвязанным  положениям подпункта 5 пункта 2, пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве  в ходе рассмотрения вопроса о применении презумпции, касающейся  невнесения информации в единый государственный реестр юридических лиц  или единый федеральный реестр сведений о фактах деятельности юридических  лиц (либо внесения в эти реестры недостоверной информации), заявитель  должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие  

соответствующей информации (либо наличие в реестре недостоверной  информации) повлияло на проведение процедур банкротства. Привлекаемое к  ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, в  частности, что выявленные недостатки не привели к существенному  затруднению проведения процедур банкротства.  

Как следует из материалов дела, на дату возбуждения дела о банкротстве  не внесены подлежащие обязательному внесению в соответствии с  федеральным законом сведения в единый государственный реестр  юридических лиц на основании представленных таким юридическим лицом  документов (п. 5 ч.2 ст. 61.11 Закона о банкротстве).  

В случае, если по результатам проведения проверки достоверности  сведений, включенных в ЕГРЮЛ, установлена недостоверность содержащихся  в нем сведений о юридическом лице, регистрирующий орган направляет  юридическому лицу, недостоверность сведений о котором установлена, а также  его учредителям (участникам) и лицу, имеющему право действовать без  доверенности от имени указанного юридического лица (в том числе по адресу  электронной почты указанного юридического лица при наличии таких сведений  в едином государственном реестре юридических лиц), уведомление о  необходимости представления в регистрирующий орган достоверных сведений.  

В случае невыполнения юридическим лицом данной обязанности, а также  в случае, если представленные юридическим лицом документы не  свидетельствуют о достоверности сведений, в отношении которых  регистрирующим органом направлено уведомление о недостоверности,  регистрирующий орган вносит в ЕГРЮЛ запись о недостоверности  содержащихся в ЕГРЮЛ сведений о юридическом лице.  

Как установлено решением Управления Федеральной налоговой службы  по Республике Башкортостан № 178/17-ГР от 08.06.2021, основанием для  направления по адресу Общества, а также по адресу места жительства  учредителя, директора юридического лица ФИО2 уведомления от  01.11.2016 № 01-18/016998 о необходимости предоставления в инспекцию  достоверных сведений в отношении адреса места нахождения Общества в срок  до 05.12.2016 явился проведенный Межрайонной ИФНС России № 40 по  Республике Башкортостан осмотр объекта недвижимости, расположенного по  адресу: 450022, 

<

...>.  

ООО «Регион», его учредитель и директор требование вышеуказанного  уведомления не исполнили, сведения в инспекцию не предоставили.  

Регистрирующим органом в порядке, предусмотренном пунктом 6 статьи  11 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной  регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей»,  27.01.2017 в ЕГРЮЛ внесена запись № 2170280132504 о недостоверности  сведений о юридическом лице на основании результатов проверки  достоверности содержащихся в ЕГРЮЛ сведений об Обществе.  

Наличие в ЕГРЮЛ сведений, в отношении которых внесена запись об их  недостоверности, в течение более чем шести месяцев с момента внесения такой  записи, влечет исключение юридического лица из ЕГРЮЛ.  

В соответствии с пунктом 5 статьи 21.1 Закона № 129-ФЗ  регистрирующим органом 12.10.2020 принято решение № 9483 о предстоящем  исключении ООО «Регион» из ЕГРЮЛ  

Во исполнение положений пункта 3 статьи 21.1 Закона № 129-ФЗ,  решение от 12.10.2020 № 9483 о предстоящем исключении опубликовано  14.10.2020 в журнале «Вестник государственной регистрации» № 41 ч.2,  содержащее также информацию о порядке и сроках направления заявлений  кредиторами или иными лицами, чьи права и законные интересы затрагиваются  в связи с исключением недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ, с  указанием адреса регистрирующего органа, по которому могут быть  направлены такие заявления.  

Заявлений и возражений недействующего юридического лица,  кредиторов и иных заинтересованных лиц в срок, установленный пунктом 4  статьи 21.1 № 129-ФЗ, в регистрирующий орган не поступало, в ЕГРЮЛ  внесена запись от 27.01.2021 № 2210200065293 о прекращении деятельности  Общества в связи с исключением из ЕГРЮЛ на основании статьи 21.1 Закона о  государственной регистрации.  

Согласно информации, представленной регистрирующим органом, до  внесения записи от 27.01.2017 № 2170280132504 о недостоверности сведений  об адресе (месте нахождении) ООО «Регион» Межрайонной ИФНС России №  40 по Республике Башкортостан письмом от 19.10.2016 № 08-30/18118  представлены в инспекцию сведения о проведении повторного осмотра объекта  недвижимости, по результатам которого выявлены исполнительно-распорядительные органы ООО «Регион».  

Указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что регистрирующим  органом не установлена недостоверность сведений об адресе (месте  нахождении) ООО «Регион».  

Как усматривается из материалов дела, задолженность перед кредитором  Государственным унитарным предприятием Республики Башкортостан  «Управление административными зданиями» в общей сумме 1 413 182 руб. 50  коп. возникла за период с июня 2018 года по январь 2019 года. Последний  платеж в пользу кредитора произведен 04.02.2019.  

ФИО2 с момента создания общества являлся его директором и  единственным учредителем. До настоящего времени ответчиком не внесены  подлежащие обязательному включению в соответствии с Федеральным законом  сведения о достоверном юридическом адресе общества.  

При этом, сведения о месте нахождения юридического лица имеют  существенное значение, в том числе при определении места исполнения  обязательств, уплаты налогов, подсудности споров. Недостоверность сведений  об адресе (месте нахождения) юридического лица затрагивает экономические  интересы неопределенного круга лиц, которые могут вступить в отношения с  обществом, таким образом, оно несет риск последствий неполучения  юридически значимых сообщений.  

Лицо, добросовестно полагающееся на данные единого государственного  реестра юридических лиц, вправе исходить из того, что они соответствуют  

действительным обстоятельствам (п.п. 2, 3 ст. 53.1 Гражданского кодекса  Российской Федерации).  

Учитывая, что фактическим бенефициаром общества являлся ФИО2, именно на него, по убеждению суда, должна быть возложена обязанность  по необходимости представления в регистрирующий орган достоверных  сведений.  

Данное поведение свидетельствует о неразумном или недобросовестном  поведении руководителя ООО «Регион», что влечет за собой следующие  последствия: затрудняет принудительное исполнение судебных актов и  исполнительных документов о взыскании с ООО «Регион» задолженности,  штрафных санкций и т.д. (в том числе задолженности, взысканной в пользу  ГУП РБ «Управление административными зданиями»); делает невозможным  установление места нахождения имущества и документации ООО «Регион», а,  следовательно, и формирование конкурсной массы, реализацию имущества с  целью удовлетворения требований кредиторов.  

Следовательно, бездействие ФИО2 по неустранению  недостоверности сведений об адресе должника направлено на создание условий  невозможности для кредиторов получить встречное исполнение от должника (в  том числе путем обращения взыскания на его имущество в рамках  исполнительного производства, которые имели место до возбуждения  процедуры банкротства должника).  

Доказательств добросовестного поведения ФИО2,  подтверждающих, что при той степени заботливости и осмотрительности, какая  от него требовалась по обычным условиям делового оборота и с учетом  сопутствующих деятельности общества предпринимательских рисков, он  действовал добросовестно и принял все меры как для исполнения обществом  договорных обязательств перед истцом, так и для исполнения судебного акта о  взыскании спорной задолженности, не представлено.  

Фактически, после появления задолженности перед кредитором,  Общество прекратило вести хозяйственную деятельность.  

В данном случае директор и единственный участник общества ФИО2 должен был принять меры к прекращению деятельности юридического  лица в установленном законом порядке, приняв решение о его ликвидации и  выполнив процедуры, установленные законом.  

При таких обстоятельствах, когда директор и единственный участник  общества самоустранился от выполнения соответствующих обязанностей, его  поведение не может быть квалифицировано как добросовестное и разумное.  Такие действия не могут быть оценены как соответствующие обычным  условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску  (абзац второй пункта 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской  Федерации).  

Таким образом, суд пришел к правильному выводу о том, что  невозможность полного погашения требований кредиторов связана, в том  числе, с недостоверностью сведений, подлежащих отражению в ЕГРЮЛ  ответчиком, намеренным сокрытием им информации о его действительном  

имущественном состоянии путем предоставления недостоверной отчетности и  сокрытия реального места нахождения общества, в связи с чем признал  доказанным наличие оснований для привлечения Аббасова Ш.О. к  субсидиарной ответственности.  

Доводы апелляционной жалобы о том, что не получал заявление  конкурсного управляющего, не был извещен о рассмотрении спора,  отклоняются, поскольку в материалах дела имеется возвратный конверт. Таким  образом, суд первой инстанции уведомлял ответчика о дате и месте заседания.  

Кроме того, первое письмо (почтовый индификатор 45007767178846) в  адрес ответчика конкурсный управляющий направил 02 марта 2022 г. В этом  письме было ходатайство об истребовании у ответчика документации и  имущества должника. Согласно отчету об отслеживании отправления это  письмо пробыло в почтовом отделении ответчика (450050) с 04 марта по 04  апреля 2022 г., но не было им получено.  

Ходатайство истца об истребовании документации и имущества  должника было принято к рассмотрению определением Арбитражного суда  Республики Башкортостан от 06.07.2022. В последующем судебные заседания  откладывались три раза, а определением от 15.11.2022 ходатайство было  удовлетворено. Т. е. в адрес ответчика было направлено 5 писем с  определениями по этому обособленному спору, в том числе и письмо с  определением об истребовании доказательств.  

Практически паралельно с этим ходатайством Арбитражным судом  Республики Башкортостан рассматривалось заявление конкурсного  управляющего о привлечении ответчика к субсидиарной ответственности по  обязательствам должника.  

Конкурсным управляющим экземпляр заявления был направлен  ответчику письмом от 27.03.2022 (почтовый индентификатор 80112369679769),  которое согласно отчета находилось в почтовом отделении ответчика (450050)  с 29 марта по 29 апреля 2022 г.  

28 ноября 2022 г. конкурсным управляющим в арбитражный суд было  направлено дополнение к заявлению о привлечении к субсидиарной  ответственности (исх. № 48), которое было направлено ответчику в этот же день  письмом с идентификатором 80300077324822, и находилось в почтовом  отделении ответчика с 01 декабря 2022 г. по 03 января 2023 г.  

05 апреля 2023 г. конкурсным управляющим в суд было подано еще одно  дополнение (исх. № 52), письмо с которым (индентификатор 80112382162002)  пробыло в почтовом отделении ответчика с 08 апреля до 10 мая 2023 г.  

Заявление о привлечении к субсидиарной ответственности ответчика  было принято к производству определением от 06.05.2022, а за тем судебные  заседания откладывались 8 раз. Резолютивная часть определения о  привлечении к субсидиарной ответственности было оглашена в судебном  заседании от 26.05.2023.  

Таким образом, с марта 2022 по апрель 2023 года – за один год ответчику  было направлено 19 писем, в том числе 15 писем из Арбитражного суда  Республики Башкортостан с определениями и 4 от конкурсного управляющего.  

Все выше указанное, в соответствии с частью 4 статьи 121 АПК РФ,  пунктом 2 части 4 статьи 123 АПК РФ, принимая во внимание соблюдение  порядка вручения почтовых отправлений, предусмотренного пунктами 33 - 35  Правил оказания услуг почтовой связи, утвержденными Приказом  Минкомсвязи России от 31.07.2014 № 234, пунктом 11.1 Порядка приема и  вручения внутренних регистрируемых почтовых отправлений, утвержденного  Приказом ФГУП «Почта России» от 07.03.2019 № 98-п и пунктом 11.2 Порядка  приема и вручения внутренних регистрируемых почтовых отправлений,  утвержденных Приказ АО «Почта России» от 21.06.2022 № 230-п является  надлежащим уведолением ответчика.  

Более того, ответчик в пункте 2.2. своей апелляционной жалобы признает  «получение корреспонденции от Арбитражного суда Республики Башкортостан  от 15.06.2023 ( л.д. 116)».  

Кроме того, должны быть учтены разъяснения, изложенные в пунктах 67  и 68 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от  23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части  первой Гражданского кодекса Российской Федерации», следует, что  юридически значимое сообщение считается доставленным и в тех случаях, если  оно поступило лицу, которому оно направлено, но по обстоятельствам,  зависящим от него, не было ему вручено или адресат не ознакомился с ним  (пункт 1 статьи 165.1 ГК РФ).  

Например, сообщение считается доставленным, если адресат уклонился  от получения корреспонденции в отделении связи, в связи с чем она была  возвращена по истечении срока хранения. Риск неполучения поступившей  корреспонденции несет адресат.  

Статья 165.1 ГК РФ подлежит применению также к судебным  извещениям и вызовам, если гражданским процессуальным или арбитражным  процессуальным законодательством не предусмотрено иное.  

По смыслу данных разъяснений гражданин несет риск последствий  неполучения юридически значимых сообщений, доставленных по такому  адресу, сообщения считаются полученными, даже если соответствующее лицо  фактически не проживает (не находится) по указанному адресу.  

Таким образом, доводы апелляционной жалобы о том, что не получал  заявление конкурсного управляющего, не был извещен о рассмотрении спора,  отклоняются, поскольку в материалах дела имеется возвратный конверт.  Соотвественно, суд первой инстанции уведомлял ответчика о дате и месте  заседания.  

Суд апелляционной инстанции неоднократно откладывал заседание и  предлагал ответчику представить отзыв по существу заявленных требований и  доказательства. Таким образом, ответчик не был лишен судебной защиты.  

Доводы апелляционной жалобы о том, что конкурсный управляющий  меры по поиску имущества должника не принимал, действия по формированию  конкурсной массы не совершал, с участником и директором должника  ФИО2 не связывался, документы по предприятию не истребовал,  отчеты не представлял, отклоняются ввиду следующего.  

Согласно пункта 16 Постановления Пленума Верховного Суда РФ «О  некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника  лиц к ответственности при банкротстве» № 53 от 21.12.2017 (далее –  Постановление) под действиями (бездействием) контролирующего лица,  приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11  Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые  явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых  объективное банкротство не наступило бы.  

Признаки объективного банкротства – превышения совокупного размера  обязательств над реальной стоимостью его активов возникли у должника в 2019  году после того как как постановлением Восемнадцатого арбитражного  апелляционного суда по делу № А07-26924/2018 от 14.05.2019 было оставлено  без изменения решение Арбитражного суда Республики Башкортостан от  21.02.2019, которым с должника в пользу ГУП РФ «УАЗ» (ИНН 

<

***>)  была взыскана задолженность по арендной плате в общей сумме 1 413 182 руб.  50 коп. за период с июня 2018 года по январь 2019 года.  

В дополнении к заявлению о привлечении к субсидиарной  ответственности от 05.04.2023 (исх. № 52) подробно изложены доводы заявителя  о том, что это случилось по вине ответчика, из которых принципиальными и  определяющими являются следующие.  

- Ответчик, как единственный участник и руководитель должника,  умышленно не оплачивал арендную плату в полном размере в виду не согласия  с ее размером. При этом финансовые возможности у должника для этого были,  что не оспаривается ответчиком. Такие действия ответчика были не только  недобросовестным исполнением обязанностей по договору аренды, но и  причиной объективного банкротства должника.  

- Объективные обстоятельства дела свидетельствуют о том, что  выручка от деятельности кафе (единственный вид деятельности должника) не  отражалась в бухгалтерской и налоговой отчетности должника.  

Как установлено судом первой инстанции на счет должника ответчиком  вносились денежные средства только в размере необходимом для оплаты  арендной платы. Однако для нормальной деятельности кафе, необходимо  оплачивать не только арендную плату, но и другие коммунальные платежи.  Однако прежде всего необходимо закупать продукты, напитки, оплачивать  работу сотрудников (повара, официанты, администраторы и т.п.).  

С расчетного счета такие платежи не осуществлялись, а значит это  делалось наличными. Соответственно выручка кафе в основном поступала в  наличной форме, и не отражалась в бухгалтерской отчетности должника, а в  последующем использовалась по усмотрению ответчика.  

Таким образом, у ответчика были финансовые возможности в виде  выручки от деятельности кафе для полной оплаты арендной платы, но он этого  не сделал, а следовательно должен быть привлечен к субсидиарной  ответственности.  

25 октября 2023 г. конкурсным управляющим от ответчика был получен  пакет документов должника с актом приема-передачи документов и имущества  

от 13.10.2023. Однако среди этих документов нет кассовой книги должника, а  значит он не может опровергнуть доводы заявителя.  

Суд апелляционной инстанции отмечает, что ответчик не приложил к  отзыву приложения №№ 18-36, в котором говорится о том, что он не может  представить бухгалтерские документы. Имеется только отзыв, но без  приложений (доказательств).  

Ответчик указал, что его деятельности была прекращена в силу  короновирусной инфекции и последовавшими за ней ограничениями. Однако,  как устновлено суда первой инстанции должник прекратил свою деятельность в  первой половине 2019 году, а пандемия началась в 2020 году.  

Кроме того, имеются основание для привлечения ответчика к  субсидиарной ответственности в соответствии положениями подпункта 2  пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве.  

Указывая о наличии этого основания для привлечения ответчика к  субсидиарной ответственности заявитель исходил из того, что у должника  должно быть имущество, без которого деятельность кафе невозможна – это  соответствующее кухонное оборудование и инвентарь, посуда, мебель. И этого  имущества должно было быть достаточно много, так как кафе было не  маленьким – площадь арендованных помещений 408,9 кв.м..  

Наличие этого имущества в бухгалтерской отчетности должника ни как  не отражено, а значит было скрыто ответчиком, и это привело к тому, что  должник полностью утратил возможности для погашения требований  кредиторов.  

Среди документов, направленных конкурсному управляющему имеется  перечень имущества должника, в числе которых указана посуда и столовые  приборы, что подтверждает данный довод. Остальное имущество, которое  использовалось в деятельности кафе не передано управляющему.  

В указанном перечне ответчик указывает в имущества должника –  неотделимые улучшения помещений, по адресу: 

<

...> а (см. отчет № 3000217С) на сумму 5 027 204 руб.  

В соответствии с пунктами 2 и 3 статьи 623 ГК РФ В случае, когда  арендатор произвел за счет собственных средств и с согласия арендодателя  улучшения арендованного имущества, не отделимые без вреда для имущества,  арендатор имеет право после прекращения договора на возмещение стоимости  этих улучшений, если иное не предусмотрено договором аренды. Стоимость  неотделимых улучшений арендованного имущества, произведенных  арендатором без согласия арендодателя, возмещению не подлежит, если иное  не предусмотрено законом.  

Из содержания решения Арбитражного суда Республики Башкортостан от  04.07.2019 по делу № А07-8438/2019 следует, что должник пытался учесть  стоимость ремонта – неотделемых улучшений, которые указаны в перечне, при  оценке рыночной стоимости арендной платы. В абзаце 4 на странице 8 этого  решения в частности указано следующее: «Кроме того, как следует из отчета  ООО «Консалтинговая компания «Платинум» № 142/27-19 рыночная стоимость  величины арендной ставки нежилого помещения, находящегося по адресу: г.  

Уфа, ул. Гурьевская, д. 41а проведена с учетом проведения ремонта в  помещениях».  

Кроме того, бБез кассовой книги должника невозможно осуществить  полноценный анализ его финансового состояния.  

Это следует, из изложенных выше, доводов заявителя о том, что  хозяйственная деятельность велась посредством наличных денежных средств. В  связи с чем документы, которые ответчик направил конкурсному  управляющему, не дают большей информации о должнике, чем им уже была  собрана.  

Без кассовой книги нельзя говорить о том, что ответчиком исполнена  обязанность по передаче документации должника.  

На основании вышеизложенного суд апелляционной инстанции  отказывает в удовлетворении апелляционной жалобы ответчика.  

Выводы суда первой инстанции соответствуют фактическим  обстоятельствам и представленным доказательствам, основаны на правильном  применении норм материального права.  

Нарушений норм процессуального права, в том числе являющихся в  соответствии с частью 4 статьи 270 АПК РФ безусловными основаниями к  отмене или изменению судебных актов, судом апелляционной инстанции не  установлено.  

При таких обстоятельствах определение арбитражного суда первой  инстанции отмене не подлежит, апелляционную жалобу следует оставить без  удовлетворения.  

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для  отмены судебного акта в обжалуемой части в соответствии с пунктом 4 статьи  270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не  установлено.  

В соответствии со статьей 333.21 Налогового кодекса Российской  Федерации уплата государственной пошлины по настоящей жалобе не  предусмотрена.  

ФИО2 обратился в Восемнадцатый арбитражный  апелляционный суд апелляционной жалобой определение Арбитражного суда  Республики Башкортостан от 30.05.2023 по делу № А07-29793/2020.  

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от  02.11.2023 определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от  30.05.2023 по делу № А07-29793/2020 оставлено без изменения, апелляционная  жалоба ФИО2 Оглы – без удовлетворения.  

Апелляционным судом установлено, что ФИО7  уплатила государственную пошлину в размере 3 000 руб. по платежному  поручению от 15.06.2023 № 148235 за рассмотрение апелляционной жалобы  ФИО2  

Согласно статье 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации  уплата государственной пошлины при подаче апелляционной жалобы на  определение о привлечении к субсидиарной ответственности не предусмотрена.  

На основании изложенного, государственная пошлина в размере 3000  

руб. подлежит возврату из федерального бюджета Сучковой Анне Николаевне в  соответствии со статьей 333.40 Налогового кодекса Российской Федерации.  

Руководствуясь статьями 176, 268, 269, 271 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, Восемнадцатый арбитражный  апелляционный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 30.05.2023 по  делу № А07-29793/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу  ФИО2 Оглы – без удовлетворения.  

 Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного  производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение одного месяца  со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд  первой инстанции.  

Председательствующий судья А.Г. Кожевникова  

Судьи А.А. Румянцев  

 Е.А. Позднякова