ДВАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Староникитская ул., 1, г. Тула, 300041, тел.: (4872)70-24-24, факс (4872)36-20-09

e-mail: info@20aas.arbitr.ru, сайт: http://20aas.arbitr.ru 

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 г. Тула

                                                   Дело № А23-2351/2019

(20АП-2233/2023)

Резолютивная часть постановления объявлена 10.05.2023

Постановление  изготовлено в полном объеме 17.05.2023

 

Двадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Волковой Ю.А., судей Афанасьевой Е.И. и Тучковой О.Г., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, в отсутствие заинтересованных лиц, участвующих в настоящем обособленном споре, извещенных о времени и месте судебного заседания надлежащим образом, в том числе путем размещения информации на официальном сайте арбитражного суда в сети Интернет, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу финансового управляющего ФИО2 ФИО3 на определение Арбитражного суда  Калужской области от 06.03.2023 по делу № А23-2351/2019 (судья                      Шестопалова Ю.О.), вынесенное по результатам рассмотрения заявления финансового управляющего ФИО3 о признании сделки недействительной, при участии в рассмотрении заявления в качестве заинтересованного лица (ответчика) ФИО4, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО2, 

 

УСТАНОВИЛ:

в производстве Арбитражного суда Калужской области находится дело о несостоятельности (банкротстве)  ФИО2.

Решением Арбитражного суда Калужской области от 09 июля 2019 года ФИО2 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества сроком на 6 месяцев.

Определением суда от 09 июля 2019 года финансовым управляющим утвержден ФИО5

03 сентября 2021 года в Арбитражный суд Калужской области поступило заявление финансового управляющего ФИО5 о признании  сделки по увеличению уставного капитала ООО "Шокоб" и принятию в состав участников ФИО6 с правом внесения ей вклада  в уставной капитал общества в размере  650 000 руб. с долей участия в размере 65/120 уставного капитала недействительной, и применении последствия недействительности сделки.

Определением суда от 22 октября 2021 года, резолютивная часть объявлена 15 октября 2021 года, суд удовлетворил жалобу конкурсного кредитора                            АО "Орбанк" на действия и бездействие финансового управляющего должника ФИО2 - ФИО5, признал незаконным действия финансового управляющего ФИО5, ФИО5 отстранен от исполнения обязанностей финансового управляющего ФИО2.

Определением суда от 24 декабря 2021 года, резолютивная часть объявлена 21 декабря 2021 года, суд утвердил  в качестве финансового управляющего должника ФИО2 члена Ассоциация «Урало-Сибирское объединение арбитражных управляющих» ФИО3.

19 июля 2022 года в Арбитражный суд Калужской области поступило заявление финансового управляющего ФИО3, в котором она просила        признать     недействительной сделку – договор    купли-продажи №ЗК-10/осн от 02.04.2018, заключенный между ФИО2 и ФИО4 и применить последствия недействительности сделки  в виде взыскания с ФИО4 денежных средств в размере 1 322 000 руб. в пользу ФИО2

Определением Арбитражного суда  Калужской области от 06.03.2023 в удовлетворении заявления финансового управляющего ФИО3 о признании договора купли-продажи от 02 апреля 2018 года № ЗК-10/осн, заключенного между ФИО2 и ФИО4, недействительным и применении последствий недействительности сделки, отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, финансовый управляющий ФИО2 ФИО3,  ссылаясь на нарушение судом первой инстанции норм материального и процессуального права, неверную оценку имеющимся в деле доказательств, несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам, обратился в Двадцатый арбитражный апелляционный суд  с апелляционной жалобой, в которой просил обжалуемое определение отменить и принять по делу новый судебный акт.

В обоснование доводов жалобы  финансовый управляющий ссылается на то, что при анализе соглашения о зачете встречных однородных требований установлено, что основанием возникновения требований ООО «СМУ - 40» является договор уступки права требования к договору купли-продажи земельного участка № ЗК-10/осн от 02.04.2018.

Считает,       что     п.3 акта приема-передачи       договора    купли-продажи № ЗК-10/осн от 02.04.2018 не соответствует действительности в связи, с чем можно сделать вывод, что Должнику не были переданы денежные средства за данный земельный участок, в связи с чем, по мнению финансового управляющего, причинён врем Кредиторам, т.к. на момент совершения оспариваемого договора Должник обладал признаками неплатежеспособности.

Отмечает, что в материалах дела имеется договор купли-продажи № ЗК-10/осн от 02.04.2018 г., заключенный между ФИО2 и ФИО4, однако в акте приема-передачи заключённого между Должником и ФИО5 не указано, что Должник передал финансовому управляющему ФИО5 - Соглашение о зачете встречных однородных требований от 06.04.2018 г. заключенного между                           ООО «СМУ-40» в лице генерального директора Шарпан Е.А. и                                        ООО «Энергосберегающие технологии» в лице генерального директора                         ФИО4, в связи, с чем, по мнению финансового управляющего, нельзя утверждать, что срок исковой давности начал течь 16 июля 2019.

Считает, неправильным вывод суда области, что срок исковой давности начал течь 16.07.2019, т.к. факт отсутствия оплаты, подтверждаемый данным соглашением поступил в адрес финансового управляющего ФИО3 только в 21.02.2022 г.

По мнению финансового управляющего, судом первой инстанции не обоснованно приняты во внимание доводы ответчика и  его доказательства,  подтверждающие   оплату ФИО4 ООО «Энергосберегающие технологии» 1 322 000 руб. 00 коп. путем перечисления денежных средств на расчетный счет.

ФИО4 в письменном отзыве на апелляционную жалобу, считая обжалуемое определение законным и обоснованным, просил оставить его без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

До начала судебного заседания от ФИО4 и                                              ООО «Энергосберегающие технологии» поступили ходатайства о рассмотрении апелляционной жалобы в отсутствии своих представителей.

Заинтересованные  лица, участвующие в настоящем обособленном споре, извещенные о времени и месте судебного заседания надлежащим образом, в суд апелляционной инстанции не явились, своих представителей не направили.

В соответствии со статьями 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) судебное заседание проведено в отсутствие неявившихся участников арбитражного процесса, их представителей, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания. 

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены апелляционной инстанцией в порядке статей 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов апелляционной жалобы.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований, предусмотренных статьей 270 АПК РФ, для отмены или изменения судебного акта в силу следующего.

В соответствии с частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и пунктом 1 статьи 32 Федерального Закона № 127-ФЗ от 26.10.2002 "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Федеральным законом.

На основании пункта  7 статьи 213.9 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» финансовый управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени должника заявления о признании недействительными сделок по основаниям, предусмотренным статьями 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона, а также сделок, совершенных с нарушением настоящего Федерального закона.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в данном законе.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, в обоснование заявления финансовый управляющий указывал, что между должником - ФИО2 и ФИО4 был заключен договор купли-продажи № ЗК-10/осн от 02.04.2018 г., по условиям которого, Должник передает в собственность земельный участок с кадастровым номером 40:03:030302:1666, площадью 548 кв.м категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: для индивидуального жилищного строительства, расположенный по адресу: Калужская область, Боровский р-н, д. Кабицыно, а Покупатель обязан заплатить по данному договору денежные средства в размере 1 322 000 руб.

Для исполнения возложенных на финансового управляющего обязанностей по выявлению имущества, финансовый управляющий направил запрос покупателю в котором просил, последнего предоставить в свой адрес следующие документы:

1.         Документы, подтверждающие факт передачи денежных средств по договору купли-продажи № ЗК-10/осн от 02.04.2018 г.

2.         Документы, подтверждающие финансовую возможность оплатить сумму по договору купли- продажи № ЗК-10/осн от 02.04.2018 г.

Покупатель предоставил в адрес финансового управляющего Соглашение о зачете встречных однородных требований от 06.04.2018 г., по условиям которого ООО «СМУ-40» в лице генерального директора Шарпан Е.А. и                                    ООО «Энергосберегающие технологии» в лице генерального директора                    ФИО4 зачли встречные однородные требования друг к другу.

ООО «СМУ-40» имеет право требование к «Энергосберегающие технологии» на сумму в размере 1 322 000 руб., возникшие на основании договора купли-продажи № ЗК-10/осн от 02.04.2018 г. заключенного между ФИО2 и ФИО4.

ООО «Энергосберегающие технологии» имеет право требование к «СМУ-40» на сумму в размере 1 349 535 возникшие на основании договора поставки № 262 от 09.01.2017 г.

При анализе договора купли-продажи и соглашения о зачете встречных требований финансовый управляющий пришел к выводу об их мнимости.

Согласно п. 3. Договора купли-продажи № ЗК-10/осн от 02.04.2018 Покупатель приобретает участок за сумму в размере 1 322 000 руб. и должен оплатить данную сумму в 3 календарных дней с момента подписания договора купли-продажи.

Согласно п. 3 Акта приема-передачи договора купли-продажи № ЗК-10/осн от 02.04.2018 стороны указывают, что расчеты между сторонами были произведены.

При анализе соглашения о зачете встречных однородных требований основание возникновения требований ООО «СМУ - 40» является договор уступки права требования к договору купли-продажи земельного участка № ЗК-10/осн                   от 02.04.2018.

Финансовый управляющий указал, что данный пункт в акте приема передачи договора купли-продажи № ЗК-10/осн от 02.04.2018 не соответствует действительности.  в связи с чем можно сделать вывод, что Должнику не были переданы денежные средства за данный земельный участок.

Согласно п. 1 ст. 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В соответствии с п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Как видно из материалов дела, ответчиком ФИО4 заявлено об истечении срока исковой давности по требованию в полном объеме.

В соответствии с пунктом 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является самостоятельным основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (пункт 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

В соответствии со статьей 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве.

Как указал Высший Арбитражный Суд Российской Федерации в пункте 32 Постановления Пленума от 23 декабря 2010 года № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III. 1. Федерального закона о несостоятельности (банкротстве)» в соответствии со статьей 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. При рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. При этом необходимо принимать во внимание, в частности, что разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под статьи 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. В частности, разумный управляющий запрашивает у руководителя должника и предыдущих управляющих бухгалтерскую и иную документацию должника, запрашивает у соответствующих лиц сведения о совершенных в течение трех лет до возбуждения дела о банкротстве и позднее сделках по отчуждению имущества должника (в частности, недвижимого имущества, долей в уставном капитале, автомобилей и т.д.), а также имевшихся счетах в кредитных организациях и осуществлявшихся по ним операциям и т.п.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, решением Арбитражного суда Калужской области от 09 июля 2019 года ФИО2 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества сроком на 6 месяцев.

Определением суда от 09 июля 2019 года финансовым управляющим утвержден ФИО5

Определением от 24 декабря 2021 года финансовым управляющим утверждена ФИО3

С настоящим заявлением финансовый управляющий обратился в суд только 24 марта 2022 года, то есть по истечении года с момента, когда он мог узнать об указанной сделке.

16 июля 2019 года ФИО5 получил от ФИО2 документацию по своим сделкам за 2016 - 2019 годы, что подтверждено актом от 16 июля 2019 года.

Суд области верно указал, что 16 июля 2019 года началось течение срока исковой давности по оспариванию ФИО5 сделки по оспариванию договора купли-продажи, который истек - 16 июля 2020 года.

При этом, ФИО3 обратилась в Арбитражный суд Калужской области с заявлением о признании сделки недействительной только 24 марта 2022 года, то есть, за сроками давности для оспаривания.

Из приведенного выше следует, что требования финансового управляющего ФИО3, изложенные в заявлении от 19 июля 2022 года о признании договора купли-продажи № ЗК-10/осн от 02.04.2018, заключенными с                        ФИО4 - недействительными, заявлены с пропуском срока, поскольку судом первой инстанции установлено наличие у финансового управляющего сведений, позволяющих установить оспариваемую сделку.

В соответствии с частью 3 статьи 8 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд не вправе своими действиями ставить какую-либо из сторон в преимущественное положение, равно как и умалять права одной из сторон.

Общие положения о доказывании определены статьей 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в их числе: каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений (часть 1); обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, определяются арбитражным судом на основании требований и возражений лиц, участвующих в деле, в соответствии с подлежащими применению нормами материального права (часть 2); каждое лицо, участвующее в деле, должно раскрыть доказательства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений, перед другими лицами, участвующими в деле, до начала судебного заседания или в пределах срока, установленного судом, если иное не установлено настоящим Кодексом (часть 3).

Исходя из изложенного, судебная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции об истечении срока исковой давности по заявленному требованию на момент обращения финансового управляющего ФИО3 в арбитражный суд области с заявлением о признании сделки недействительной.

Согласно абзацу 2 пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске.

При указанных обстоятельствах у суда отсутствуют основания для удовлетворения требований финансового управляющего должником.

Финансовый управляющий ФИО3 в возражениях по данному доводу ссылалась на то, что законодательство связывает начало течения срока исковой давности не только с моментом, когда лицо фактически узнало о нарушении своего права, но и с моментом, когда оно должно было, то есть имело реальную возможность, узнать о нарушении права.

В силу вышеуказанных норм права, учитывая, что при введении процедуры реализации имущества финансовый управляющий не мог узнать об обстоятельствах для оспаривания сделки и о самой сделке, само по себе вынесение определения суда о введении процедуры реализации имущества не приводит к началу течения исковой давности.

При этом, необходимо учитывать, что выявление подозрительных сделок должника невозможно без наличия необходимой информации у финансового управляющего о данных сделках.

Как следует из письменных пояснениях Должника, последний передал финансовому управляющему ФИО5 копию выписки из ЕГРН. Данная выписка свидетельствует о наличии сделки, однако она не предоставляет всего перечня необходимой информации для выявления оспариваемых сделок. Ответчиком не доказано, в какой конкретно момент финансовый управляющий ФИО5 имел всю необходимую информацию для проведения полного анализа сделок совершенных Должником.

В свою очередь, финансовый управляющий ФИО3 в ходе судебного разбирательства в суде первой инстанции пояснила, что копию выписки из ЕГРН финансовый управляющий получил 21.01.2022 г.; информацию о контрагентах по сделкам финансовый управляющий получил из Росреестра в промежуток с 01.02.2022 по 01.03.2022 г. путем получения документов из Росреестра.

Доводы финансового управляющего ФИО3 о неправильном определении начала течения срока исковой давности обоснованно отклонены судом первой инстанции, как основанные на неверном толковании пункта 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве.

При этом, суд правильно указал, что срок исковой давности не может быть исчислен с 21.01.2021 года, как указывает финансовый управляющий ФИО3, в своих пояснениях, в связи с тем, что в материалах дела имеется информация об осведомленности ФИО5 об оспариваемых сделках.

Также следует отметить тот факт, что в силу положений статьи 20.3 Закона о банкротстве арбитражные управляющие являются правопреемниками предыдущих управляющих.

Учитывая изложенные обстоятельства, у суда первой инстанции правомерно отсутствовали основания для удовлетворения заявления финансового управляющего ФИО3 о признании договора купли-продажи № ЗК-10/осн от 02.04.2018, заключенного между ФИО2 и ФИО4.– недействительным и применении последствий недействительности сделки.

Доводы финансового управляющего о том, что поскольку цель причинения вреда кредиторам преследовали обе стороны сделки (должник желал вывести недвижимое имущество из своих активов, а ответчик содействовал этому), суду необходимо квалифицировать сделки по статьям 10 и 168, пункту 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации как мнимые, совершенные со злоупотреблением правом и с целью причинить вред кредиторам должника, направленные на вывод активов должника, их сокрытие от обращения на них взыскания, обоснованно отклонены судом первой инстанции в связи со следующим.

В соответствии со статьей 213.2 Закона о несостоятельности заявление, об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц. Право на подачу заявления об оспаривании сделки должника-гражданина по указанным в статье 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона основаниям возникает с даты введения реструктуризации долгов гражданина.

Пунктом 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно пункту 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Как указано в пункте 86 постановления Пленума Верховного Суда РФ                     от 23.06.2015 N 25"О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 ГК РФ).

Следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Так, по мнению финансового управляющего, в данном случае, отсутствует разумное объяснение заключения договора купли-продажи, не раскрыта экономическая целесообразность совершенной сделки и мотивы ее совершения.

В абзаце третьем пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

По смыслу приведенных положений законодательства для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что оспариваемая сделка заключена должником с целью реализовать какой-либо противоправный интерес, что должник и другая сторона по сделке имели между собой сговор и последняя знала о неправомерных действиях должника.

В силу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются. Приведенная норма возлагает обязанность доказывания неразумности и недобросовестности действий участника гражданских правоотношений на лицо, заявившее требования.

Таким образом, для данного поведения характерны намерения причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав.

Наличие такого поведения у сторон оспариваемой сделки судом первой инстанции не установлено, доказательств его наличия не представлено.

ФИО4 в материалы дела представлены доказательства оплаты ООО «Энергосберегающие технологии» 1 322 000 руб. 00 коп. путем перечисления денежных средств на расчетный счет.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявления об оспаривании сделки должника.

Принимая во внимание вышеизложенное, учитывая пропуск финансовым управляющим срока на оспаривание сделки должника, у суда первой инстанции отсутствовали основания для признания сделки - договора № ЗК-10/осн                              от 02.04.2018, заключенного между ФИО2 и ФИО4 - недействительной.

Доводы финансового управляющего ФИО2 ФИО3, изложенные в апелляционной жалобе о том, что должник по акту приема-передачи от 16.07.2019 передал предыдущему финансовому управляющему ФИО5 только договор купли-продажи № ЗК-10/осн от 02.04.2018 земельного участка и не передал соглашение о зачете  встречных однородных требований от 06.04.2018, суд апелляционной инстанции отклоняет, поскольку финансовым управляющим должника ФИО3 указанное соглашение о зачете  встречных однородных требований от 06.04.2018 не оспаривается.

Финансовым управляющим должника ФИО3 оспаривается договор купли-продажи № ЗК-10/осн от 02.04.2018 земельного участка.

Из материалов дела следует, что ФИО5 являлся финансовым управляющим ФИО2 более двух лет (с 09.07.2019 по 24.12.2021), в связи с чем имел возможность при непредставлении должником ему документов по оплате по договору купли-продажи № ЗК-10/осн от 02.04.2018 земельного участка (в том числе соглашения о зачете  встречных однородных требований от 06.04.2018) оспорить в пределах годичного срока данную сделку.

 Довод финансового управляющего о том, что ответчиком не были предоставлены надлежащие доказательства оплаты по договору купли-продажи №ЗК-10/осн от 02.04.2018 г., отклоняется судом апелляционной инстанции как несостоятельный.

Как следует из материалов дела, должник после заключения оспариваемого договора      уступил    свои      права требования по договору     купли-продажи    №ЗК-10/осн от 02.04.2018 другому лицу - обществу с ограниченной ответственностью «СМУ-40» на основании договора уступки права требования от 03.04.2018 г. По условиям данного договора новый кредитор обязался уплатить должнику за уступленное право 1 322 000 рублей. Оплата за уступленное право была проведена зачетом встречных однородных денежных требований между должником и ООО «СМУ-40» на сумму 1 322 000 руб., что подтверждается соответствующим соглашением от 13.04.2018 г.  Факт оплаты зачетом финансовым управляющим не оспаривался.

В дальнейшем все расчеты по договору купли-продажи №ЗК-10/осн                        от 02.04.2018 г. уже никак не были связаны с должником, так как он утратил свои права по договору, уступив их на возмездной основе другому лицу.

Затем право требования по договору купли-продажи №ЗК-10/осн                              от 02.04.2018 было уступлено обществом с ограниченной ответственностью «СМУ-40» на основании договора уступки права от 05.04.2018 г. обществу с                   ограниченной ответственностью «Энергосберегающие технологии». Расчет                    ООО «Энергосберегающие технологии» с ООО «СМУ-40» был произведен 06.04.2018 г. путем зачета встречных требований. Затем 12.05.2021 г. ФИО4 внес денежные средства в размере 1 897 000 руб. в ООО «Энергосберегающие технологии», из которых 1 322 000 руб. предназначалось для оплаты за земельный участок по договору купли-продажи, а оставшаяся сумма шла в погашение подотчетных денежных средств. Таким образом, ФИО4 полностью рассчитался по договору купли- продажи №ЗК-10/осн от 02.04.2018 г.

Вопреки утверждениям финансового управляющего в выписках с расчетного счета ООО «Энергосберегающие технологии» содержатся оба платежа                             от 12.05.2021 г. - на сумму 902 000 руб. и 995 000 руб. Также из выписки видно, что денежные средства вносились наличными через АТМ, т.е. они вносились через банкомат, что не позволяет указать назначение платежа. В подобных ситуациях общепринятой практикой является оформление внутренних финансовых документов для правильного отражения таких операций в бухгалтерском учете. В материалы дела была предоставлена справка ООО «Энергосберегающие технологии» от 21.12.2022 г. №1, в которой содержалась информация о распределении поступивших денежных средств.

При этом финансовый управляющий заявлений о фальсификации не делал и ходатайства о проведении судебной бухгалтерской экспертизы не заявлял.

По мнению судебной коллегии, обстоятельства дела исследованы судом полно и всесторонне, спор разрешен в соответствии с требованиями действующего законодательства.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе направлены на переоценку исследованных доказательств и выводов суда при отсутствии к тому правовых оснований, в связи с чем, признаются апелляционной коллегией несостоятельными и не могут служить основанием для отмены обжалуемого судебного акта, т.к. не свидетельствуют о неправильном применении арбитражным судом области норм материального или процессуального права.

Поскольку суд первой инстанции правильно применил нормы материального права и не допустил нарушения норм процессуального права, в том числе влекущих по правилам части 4 статьи 270 Кодекса отмену судебного акта, у суда апелляционной инстанции отсутствуют основания для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены определения суда первой инстанции. 

Руководствуясь статьями 266, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Двадцатый арбитражный апелляционный суд                       

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда  Калужской области от 06.03.2023 по делу                        № А23-2351/2019 оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Центрального округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме. В соответствии с пунктом 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации кассационная жалоба подается через суд первой инстанции.

 

Председательствующий судья

Судьи                                                                              

Ю.А. Волкова 

Е.И. Афанасьева

О.Г. Тучкова