АРБИТРАЖНЫЙ СУД

 ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тюмень                                                                                                 Дело № А03-17052/2020

 

Резолютивная часть постановления объявлена 19 апреля 2022 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 26 апреля 2022 года.

 

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего                                   Куприна Н.А.

судей                                                                  Мальцев С.Д.

ФИО1

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Тэрра» на решение от 26.07.2021 Арбитражного суда Алтайского края (судья Федоров Е.И.) и постановление от 24.11.2021 Седьмого арбитражного апелляционного суда (судьи Назаров А.В., Колупаева Л.А., Ходырева Л.Е.) по делу № А03-17052/2020 по иску акционерного общества «Алтайэнергосбыт» (656049, 

<

...>, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) к обществу с ограниченной ответственностью «Тэрра» (656049, 

<

...>, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) о взыскании денежных средств.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, - публичное акционерное общество «Россети Сибирь» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>).

Суд установил:

акционерное общество «Алтайэнергосбыт» (далее – общество) обратилось в Арбитражный суд Алтайского края к обществу с ограниченной ответственностью «Тэрра» (далее – компания) с иском, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), о взыскании 172 378,85 руб. основного долга за электрическую энергию за август 2020 года по акту о неучтенном потреблении от 29.07.2020 № 22-3-0600078 (далее – акт от 29.07.2020), 22 389,36 руб. неустойки за период с 19.09.2020 по 22.07.2021.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено публичное акционерное общество «Россети Сибирь» (далее – сетевая организация).

Решением от 26.07.2021 Арбитражного суда Алтайского края (с учетом определения от 25.11.2021 Арбитражного суда Алтайского края об исправлении опечатки), оставленным без изменения постановлением от 24.11.2021 Седьмого арбитражного апелляционного суда, иск удовлетворен.

Не согласившись с принятыми судебными актами, компания обратилась с кассационной жалобой, в которой просит их отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе в иске.

В обоснование кассационной жалобы заявителем приведены следующие доводы: обжалуемые судебные акты основаны на сфальсифицированных доказательствах, ФИО2, указанная в актах допуска в эксплуатацию/проверки расчетного прибора учета (далее – ПУ) от 27.06.2018, 12.07.2019, никогда не являлась и не является сотрудником либо представителем компании, о чем было известно сотруднику истца при составлении акта от 29.07.2020; вывод суда первой инстанции об отсутствии фальсификации прямо противоречит представленным в дело доказательствам; факт безучетного потребления компанией электрической энергии не подтвержден; щит учета не является техническим средством, предназначенным для измерения электрической энергии, не имеет отношения к ПУ (системе учета), поэтому наличие либо отсутствие на нем пломбы не имеют юридического значения для установления факта безучетного потребления энергии; сведения, позволяющие установить обстоятельства, которые согласно абзацу восьмому пункта 2 Основных положений функционирования розничных рынков, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 04.05.2012 № 442 (далее – Основные положения № 442), обуславливают квалификацию потребления электроэнергии в качестве безучетного, материалы дела не содержат; все проверки проводились без извещения ответчика, в отсутствие его представителя, что ведет к недействительности актов, составленных по их результатам.

Учитывая надлежащее извещение участвующих в деле лиц о времени и месте проведения судебного заседания, кассационная жалоба рассматривается в отсутствие их представителей в порядке, предусмотренном частью 3 статьи 284 АПК РФ.

К материалам дела приобщены отзывы истца и третьего лица, в которых они просят обжалуемые судебные акты оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Проверив в соответствии с положениями статей 284, 286 АПК РФ правильность применения судами норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и представленным доказательствам, исходя из доводов кассационной жалобы, отзывов на нее, суд округа пришел к выводу об отсутствии оснований для отмены обжалуемых судебных актов.

Как установлено судами, между обществом (энергоснабжающая организация (ЭСО), продавец) и компанией (потребитель) заключен договор энергоснабжения от 01.12.2017 № 22040261021782 (далее – договор), по условиям которого продавец обязался осуществлять продажу электрической энергии (мощности), а также через привлеченных третьих лиц оказывать услуги по передаче электрической энергии и услуги, оказание которых является неотъемлемой частью процесса поставки электрической энергии потребителям, а потребитель обязался оплачивать приобретаемую электрическую энергию (мощность) и оказанные услуги (пункт 1.1 договора).

Согласно пункту 1.2 договора точки поставки электрической энергии (мощности) определены в приложении № 1 к договору.

Так, среди прочих точек поставки отражена точка «Здание пекарни, 

<

...>».

Пунктом 4.3 договора установлено, что фактическое количество поставленной электрической энергии определяется ПУ.

Из приложения № 3 к договору следует, что указанная выше точка поставки оборудована интегральным ПУ типа «Меркурий 230 АМ03», заводской № 26097246, установленным в здании пекарни.

Сетевой организацией 29.07.2020 в отсутствии потребителя, при двух незаинтересованных лицах проведена проверка ПУ электроэнергии «Меркурий 230 АМ03», установленного на объекте ответчика, выявлен срыв роторной пломбы № 01038305, установленной на щите учета, о чем составлен акт от 29.07.2020.

На основании данного акта общество определило объем полезного отпуска потребителю расчетным способом за период с 12.07.2020 (с даты, когда проверка должна быть произведена) по 29.07.2020 (17 дней) до даты выявления срыва пломбы с щита учета, исходя из установленной договором мощности энергопотребляющего оборудования – 67 кВт.

Расчетное потребление электроэнергии по акту от 29.07.2020 составило: 27 336 кВтч, при тарифе в размере 5,25494 руб. за кВтч, сумма задолженности составила 172 378,85 руб. с налогом на добавленную стоимость.

Объем безучетно принятой электрической энергии включен истцом в объем полезного отпуска согласно акту и счету-фактуре от 01.08.2020 № 042608002995 и предъявлен к оплате.

В претензии от 16.10.2020 № АЭС16/195 истец потребовал от ответчика оплату возникшей задолженности, неисполнение которой послужило основанием для обращения общества в арбитражный суд с иском.

Рассматривая спор, суды первой и апелляционной инстанций руководствовались статьями 1, 182, 309, 310, 329, 330, 333, 401, 539, 541, 543, 544 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), статей 37 Федерального закона от 26.03.2003 № 35-ФЗ «Об электроэнергетике» (далее – Закон об электроэнергетике), статьей 9 Федерального закона от 26.06.2008 № 102-ФЗ «Об обеспечении единства измерений» (далее – Закон № 102-ФЗ), пунктами 2, 137, 139, 144, 145, 147, 152, 154, 155, 167, 172, 173, 176, 177, 178, 186, 187, 192, 193, 194, 195 Основных положений № 442, пунктами 1.2.2, 2.11.4, 2.11.18 Правил технической эксплуатации электроустановок потребителей, утвержденных приказом Министерства энергетики Российской Федерации от 13.01.2003 № 6 (далее – Правила № 6), разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.12.2011 № 81 «О некоторых вопросах применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации», правовыми позициями, отраженными в Определениях Конституционного Суда Российской Федерации от 13.12.2016 № 28-П, от 10.10.2017 № 2256-О, определениях Верховного Суда Российской Федерации от 08.02.2018 № 305-ЭС17-14967, от 27.09.2017 № 301-ЭС17-8833, условиями договора и исходили из доказанности безучетного потребления компанией электрической энергии, подтверждения вмешательства в работу ПУ в результате повреждения роторной пломбы, установленной на щите учета, наличия доступа к открытым токоведущим частям, наличия оснований для определения количества потребленного ресурса расчетным способом.

Суды установили отсутствие возможности опломбирования трансформаторов тока и вторичных цепей учета в распределительном устройстве за неимением фальшпанели, которая закрывала бы открытые токоведущие части, по этой причине необходимость опломбирования двери распределительного устройства, как это производилось ранее и в последующем, что следует из актов, в том числе подписанного директором компании без замечаний.

Ссылка ответчика на корректность работы ПУ, объем энергопотребления с учетом анализа показаний в предшествующий и спорные периоды, из которого не усматривается существенного изменения объемов потребления электроэнергии, судами отклонены, как не опровергающие презумпцию безучетного потребления ресурса в отсутствие пломб энергоснабжающей организации на щите учета, при котором возможно вмешательство в работу ПУ путем отбора энергии помимо учета.

Заявление компании о фальсификации представленного обществом акта допуска в эксплуатацию расчетного ПУ от 12.07.2019, как подписанного лицом, не имеющим отношения к компании, проверено судом первой инстанции с учетом совокупности доказательств: информации о месте регистрации лица, подписавшего указанный акт – ФИО2 (село ФИО3 района Алтайского края); показаний свидетеля ФИО4 (инженер участка транспортировки электроэнергии сетевой организации Завьяловского РЭС), указавшего на подписание ФИО2 с 2017 года всех актов инструментальной проверки, как заведующей производством, работником пекарни, представителем абонента – компании; акта допуска от 01.08.2020, подписанного директором ответчика. Учитывая установленные обстоятельства, суды признали акт допуска ПУ в эксплуатацию от 12.07.2019 надлежащим доказательством по делу, отклонив заявление о его фальсификации.

Проверив расчеты истца, суды сочли их верными и удовлетворили исковые требования, не усмотрев оснований для применения положений статей 333 и 401 ГК РФ.

Рассмотрев кассационную жалобу в пределах ее доводов и возражений относительно жалобы, которыми ограничивается рассмотрение дела судом кассационной инстанции (часть 1 статьи 286 АПК РФ, пункт 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции»), суд округа считает выводы судов соответствующими установленным обстоятельствам дела и примененным нормам права.

В статьях 3, 26, 37 Закона об электроэнергетике предусмотрено, что поставка электрической энергии покупателям осуществляется гарантирующими поставщиками, энергосбытовыми (энергоснабжающими) организациями на основании договоров энергоснабжения или купли-продажи (поставки) электрической энергии, условием заключения которых является наличие технологического присоединения энергопринимающих устройств потребителей к электрическим сетям, произведенного в установленном законом порядке.

В соответствии с пунктом 1 статьи 543 ГК РФ абонент обязан обеспечивать надлежащее техническое состояние и безопасность эксплуатируемых энергетических сетей, приборов, оборудования, соблюдать установленный режим потребления энергии, а также немедленно сообщать энергоснабжающей организации об авариях, о пожарах, неисправностях приборов учета энергии и об иных нарушениях, возникающих при пользовании энергией.

Требования к техническому состоянию и эксплуатации энергетических сетей, приборов и оборудования, а также порядок осуществления контроля за их соблюдением определяются законом, иными правовыми актами и принятыми в соответствии с ними обязательными правилами (пункт 3 статьи 543 ГК РФ).

Согласно пункту 136 Основных положений № 442 под измерительным комплексом понимается совокупность приборов учета и измерительных трансформаторов тока и (или) напряжения, соединенных между собой по установленной схеме, через которые такие приборы учета установлены (подключены), предназначенная для измерения объемов электрической энергии (мощности) в одной точке поставки.

В силу пункта 2.11.18 Правил № 6 энергоснабжающая организация должна пломбировать: клеммники трансформаторов тока; крышки переходных коробок, где имеются цепи к электросчетчикам; токовые цепи расчетных счетчиков в случаях, когда к трансформаторам тока совместно со счетчиками присоединены электроизмерительные приборы и устройства защиты; испытательные коробки с зажимами для шунтирования вторичных обмоток трансформаторов тока и места соединения цепей напряжения при отключении расчетных счетчиков для их замены или поверки; решетки и дверцы камер, где установлены трансформаторы тока; решетки или дверцы камер, где установлены предохранители на стороне высокого и низкого напряжения трансформаторов напряжения, к которым присоединены расчетные счетчики; приспособления на рукоятках приводов разъединителей трансформаторов напряжения, к которым присоединены расчетные счетчики. Во вторичных цепях трансформаторов напряжения, к которым подсоединены расчетные счетчики, установка предохранителей без контроля за их целостностью с действием на сигнал не допускается. Поверенные расчетные счетчики должны иметь на креплении кожухов пломбы организации, производившей поверку, а на крышке колодки зажимов счетчика пломбу энергоснабжающей организации. Для защиты от несанкционированного доступа электроизмерительных приборов, коммутационных аппаратов и разъемных соединений электрических цепей в цепях учета должно производиться их маркирование специальными знаками визуального контроля в соответствии с установленными требованиями.

Пунктом 177 Основных положений № 442 предусмотрено, что по факту выявленного в ходе проверки безучетного потребления или бездоговорного потребления электрической энергии сетевой организацией составляется акт о неучтенном потреблении электрической энергии.

Из приведенного в пункте 2 Основных положений № 442 определения следует, что безучетное потребление электрической энергии действующее законодательство обуславливает совершением потребителем различных действий, одни из которых являются основанием для квалификации в качестве безучетного потребления в силу факта их совершения потребителем, тогда как другие действия для подобной квалификации должны привести к искажению данных об объеме потребления электрической энергии (определение Верховного Суда Российской Федерации от 27.09.2017 № 301-ЭС17-8833).

К первой группе относятся действия, выразившиеся во вмешательстве потребителя в работу прибора (системы) учета, в том числе нарушение (повреждение) пломб или знаков визуального контроля, нанесенных на прибор (систему) учета, а также несоблюдение установленных договором сроков извещения об утрате (неисправности) прибора (системы) учета. Совершение перечисленных действий не требует установления судом каких-либо последствий, связанных с достоверностью показаний прибора учета после их совершения, и является основанием для применения расчетного способа определения объема электроэнергии, подлежащего оплате таким потребителем.

Ко второй группе относятся иные, не связанные с вмешательством в работу прибора учета, действия потребителя, которые привели к искажению данных об объеме потребления электрической энергии.

Таким образом, нарушение целостности пломб является основанием для взыскания безучетного потребления (первая группа действий). Видимое вмешательство в работу ПУ (отсутствие антимагнитных пломб, их повреждение, срабатывание) компрометирует его в силу самого своего факта, то есть создает презумпцию недостоверности его показаний, поскольку имелась явная возможность вмешательства в процесс фиксации количества переданного ресурса, а предполагавшееся до срыва пломбы равенство количества фактически переданного ресурса и учтенного прибором скомпрометировано.

В подобной ситуации на потребителя возлагается бремя опровержения возможности осуществления безучетного потребления в закрепленном нормативной формулой количестве, которое может быть реализовано с учетом конкретных обстоятельств осуществления и выявления безучетного потребления.

Введение в нормативное регулирование таких повышенных расчетных способов исчисления ресурсов обусловлено спецификой правоотношений по их потреблению путем использования присоединенной сети, когда бесконтрольный отбор ресурсов из сети правонарушителем без определения его количества специально приспособленным метрологическим средством, с учетом постоянной работы сети по передаче энергии и наличия множества других потребителей, не позволяет установить количество отобранного правонарушителем ресурса иным методом, хоть сколько-нибудь приближенным к реальному объему потребления.

В связи с этим законодательно установлены презумпции максимально возможного потребления, исходя из пропускной способности сети (либо максимальной мощности энергопринимающих устройств), определяемого, как правило, с момента, когда ресурсоснабжающая (сетевая) организация еще обладала (либо должна была обладать) точными данными о наличии у потребителя корректного ПУ и отсутствии вмешательства в его работу, либо отсутствии самовольного присоединения к сети.

Соответствующая презумпция может быть опровергнута исходя из фактических обстоятельств конкретного спора, с разумной степенью достоверности свидетельствующих о невозможности потребления энергии в объеме, исчисленном расчетным способом.

Вместе с тем, факты наличия пломб, а также неисполнения потребителем обязанности по обеспечению их сохранности подлежит доказыванию гарантирующим поставщиком и/или сетевой организацией, поскольку потребитель вправе полагаться на то, что действия по опломбированию элементов учета, производимые профессиональными участниками розничного рынка электрической энергии, соответствуют требованиям законодательства (определение Верховного Суда Российской Федерации от 13.08.2020 № 305-ЭС19-20164).

Действующее законодательство обязывает осуществлять расчеты за потребленные энергетические ресурсы на основании данных об их количественном значении, определенных при помощи ПУ используемых энергетических ресурсов (пункт 2 статьи 13 Федерального закона от 23.11.2009 № 261-ФЗ «Об энергосбережении и о повышении энергетической эффективности и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации»).

Обеспечение надлежащего технического состояния, безопасности эксплуатируемых энергетических сетей, исправности используемых приборов и оборудования, связанных с потреблением энергии, а также соблюдение режима потребления энергии, по общему правилу, возложено на абонента/потребителя/собственника (статьи 539, 543 ГК РФ, пункт 145 Основных положений № 442).

Достоверность данных учета потребленных энергетических ресурсов обеспечивается путем соблюдения нормативно установленных требований к техническим характеристикам ПУ (определенным законодательством об электроэнергетике, об обеспечении единства измерений, нормативно-технических документов и государственных стандартов); правильностью установки ПУ (место установки, схема подключения); допуском соответствующих ПУ в эксплуатацию в установленном порядке; надлежащей эксплуатацией ПУ; периодичностью поверки и соблюдением режима потребления энергии; обеспечением целостности и сохранности ПУ, а также средств маркировки/контрольных пломб и (или) знаков визуального контроля (статья 9 Закона № 102-ФЗ, пункты 137, 144, 145, 147, 152, 154, 155 Основных положений № 442).

Неисполнение потребителем закрепленной законодателем обязанности, в частности по обеспечению сохранности пломб (средств визуального контроля), нанесенных на средство измерения, если это не вызвано действием непреодолимой силы, лишает силы учет электроэнергии, осуществляемый данным расчетным ПУ (абзац третий пункта 2.11.17 Правил № 6), и влечет применение к такому потребителю последствий, установленных пунктом 187 Основных положений № 442 для случаев безучетного потребления.

Факт неисполнения потребителем обязанности по сохранности пломб подлежит доказыванию гарантирующим поставщиком и/или сетевой организацией. К числу таких доказательств относится акт проверки расчетных ПУ и акт о неучтенном потреблении, составляемый в соответствии с пунктами 170, 177, 178 Основных положений № 442.

В рассматриваемой ситуации, учитывая возникшие между сторонами разногласия, суды правомерно включили в предмет исследования вопрос о соблюдении сетевой организацией нормативных требований к месту установки спорной роторной пломбы.

Судами установлено, что пункт 5.1 договора предусматривает опломбирование всех ПУ, входящих в измерительный комплекс электрической энергии, в соответствии с действующими нормативно-техническими документами. Опломбировке подлежат электросчетчики, трансформаторы тока и вторичные цепи учета, а также коммутационные аппараты, расположенные до ПУ. В случае невозможности пломбирования вторичных цепей, должно проводиться пломбирование дверцы щита учета. В последнем случае щит учета должен иметь окно (фальшпанель), пригодное для снятия показаний ПУ и контроля целостности цепей учета.

В этой связи с учетом содержания пункта 2.11.18 Правил № 6 и пункта 5.1 договора, установив невозможность опломбирования трансформаторов тока и вторичных цепей учета ввиду отсутствия фальшпанели, закрывающей открытые токоведущие части, опломбировку в связи с этим щита учета, которая произведена и в последующем в присутствии руководителя компании, подписавшего акт допуска от 01.08.2020 без замечаний, суды пришли к обоснованному выводу о совершении сетевой организацией необходимых действий по опломбированию системы учета и наличии у потребителя обязанности обеспечить сохранность имеющихся пломб.

Таким образом, исследовав и оценив в порядке статьи 71 АПК РФ представленные в материалы дела доказательства в совокупности и взаимосвязи, суды пришли к выводу, что сетевой организацией обоснованно установлена роторная пломба на щите учета, с соблюдением нормативных требований к месту установки пломбы.

Установив нарушение компанией обязанности по сохранению пломбы и факт безучетного потребления энергии ввиду наличия доступа к токоведущим частям системы учета, непредставление потребителем доказательств, опровергающих презумпцию безучетного потребления электрической энергии, суды пришли к обоснованному выводу об удовлетворении иска.

Такой вывод соотносится с дискреционными полномочиями судов первой и апелляционной инстанций, которые исходя из принципа самостоятельности судебной власти, разрешают дело на основе установления и исследования всех его обстоятельств.

Доводы заявителя кассационной жалобы не опровергают правильность сделанных судами выводов.

Компанией не опровергнуты выявленные в ходе проверки сетевой организации нарушения учета потребления энергии.

Суд округа полагает, что работа измерительного комплекса учета с нарушением роторной пломбы на щите учета для ответчика, как лица, снимающего и оформляющего соответствующие показания, обязанного контролировать и обеспечивать исправность системы учета потребления энергоресурса, не могла не свидетельствовать о некорректной работе ПУ, не вызвать вопросы о его расчетном характере.

Зафиксированное в акте от 29.07.2020 нарушение (срыв роторной пломбы) обладает признаками объективности, является явным, не исключает возможность их выявления при визуальном осмотре с обычной степенью разумности и осмотрительности, которые компанией не реализованы.

В этой связи суды правильно исходили из того, что при обнаруженном в ходе проверки срыве пломбы с щита учета презюмируется необеспечение потребителем сохранности расчетного ПУ объема потребления электроэнергии и его надлежащего учета. Эта презумпция ответчиком не опровергнута.

О неисправности, несохранности пломбы либо необходимости проверки спорного ПУ сетевой организации до момента проведения спорной проверки компания не заявляла.

Аргумент компании об отсутствии уведомления абонента о проведении проверки сетевой организации не является основанием для признания действий по составлению акта о неучтенном потреблении незаконными. Заявитель жалобы также ссылается на присутствие при осмотре ПУ и составлении акта от 29.07.2020 со стороны потребителя неуполномоченного лица.

Эти доводы являлись предметом рассмотрения в судах нижестоящих инстанций и мотивированно ими отклонены, как не соответствующие фактическим обстоятельствам дела и нормам права.

Судами установлено, что ФИО2, представившаяся заведующей производством, ранее участвовала в процедуре допуска ПУ в эксплуатацию, инструментальной проверки ПУ, подписывала соответствующие акты, в последующем ПУ использовался сторонами в качестве расчетного. В связи с этим суды обоснованно исходили из того, что акт от 12.07.2019 допуска расчетного ПУ в эксплуатацию, подписанный ФИО2, является надлежащим доказательством опломбирования ПУ и щита учета сетевой организацией, так как указанные обстоятельства в совокупности свидетельствуют о полномочиях ФИО2 которые очевидно явствовали из обстановки (пункт 1 статьи 182 ГК РФ).

Из смысла приведенной нормы следует, что представительство является средством временного юридического расширения личности представляемого для его участия в гражданском обороте, позволяющим приобретать права и исполнять обязанности через представителей одновременно и в территориально удаленных друг от друга местах, исключающих его личное присутствие. По общему правилу, оно оформляется письменным уполномочием, которое может быть предъявлено иным лицам, в том числе должникам в обязательствах, обладающим правом на информирование об исполнении обязательства надлежащему лицу (пункт 3 статьи 307, статья 312 ГК РФ).

Однако в целях защиты добросовестных контрагентов представляемого закон допускает наличие отношений представительства в отсутствие его письменного оформления, когда ситуация (обстановка), в которой контрагент общается с представителем противостоящего ему в обязательстве лица, такова, что не порождает обоснованных сомнений в наличии у этого представителя полномочий действовать от имени представляемого, что является суррогатом доверенности.

Создавая или допуская создание подобной обстановки, представляемый сознательно входит в гражданский оборот в лице такого представителя, поэтому не вправе ссылаться на отсутствие с ним трудовых или гражданско-правовых отношений, так как обстановка как основание представительства не только заменяет собой письменное уполномочие (доверенность), но и возможна вообще в отсутствие каких-либо надлежащим образом оформленных правоотношений между представителем и представляемым.

Более того, из правовой позиции, сформированной в постановлениях Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 03.07.2012 № 3170/12 и № 3172/12, следует, что при отсутствии доказательств иного наличие полномочий представителя стороны, подписавшего юридически значимый для правоотношения документ, на представление интересов этой стороны в правоотношении, предполагается.

В этой связи при наличии соответствующей обстановки, о которой свидетельствовала возможность лица, присутствовавшего при проведении проверки и подписавшего акт допуска ПУ в эксплуатацию от имени компании в ее помещении, сетевая организация добросовестно исходила из наличия у такого лица необходимых полномочий.

Учитывая, что выводы судов обеих инстанций основаны на установленных ими при рассмотрении дела конкретных фактических обстоятельствах, представленных доказательствах, в целом доводы, изложенные в кассационной жалобе, сводятся к несогласию ее заявителя с выводами судов, ранее являлись предметом исследования и оценки судов нижестоящих инстанций, направлены на переоценку имеющихся в деле доказательств и установление новых обстоятельств, отличных от установленных судами, они не могут быть приняты во внимание судом кассационной инстанции, учитывая предусмотренные статьей 286 АПК РФ пределы его компетенции.

Положения статей 286 – 288 АПК РФ предоставляют суду кассационной инстанции при проверке судебных актов право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм материального и процессуального права и не позволяют ему непосредственно исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела. Иное позволяло бы суду кассационной инстанции подменять суды первой и второй инстанций, которые самостоятельно исследуют и оценивают доказательства, устанавливают фактические обстоятельства дела на основе принципов состязательности, равноправия сторон и непосредственности судебного разбирательства, что недопустимо.

Поскольку оснований, предусмотренных статьей 288 АПК РФ, для отмены обжалуемых судебных актов в кассационном порядке не установлено, кассационная жалоба удовлетворению не подлежит.

Согласно статье 110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины относятся на заявителя кассационной жалобы.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьей 289 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

решение от 26.07.2021 Арбитражного суда Алтайского края и постановление от 24.11.2021 Седьмого арбитражного апелляционного суда по делу № А03-17052/2020 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий                                                                                  Н.А. Куприна

 

Судьи                                                                                                                 С.Д. Мальцев

 

ФИО1