ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-11/2024

Дело № А40-180624/23

г. Москва

12 февраля 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 07 февраля 2024 года 

Постановление изготовлено в полном объеме 12 февраля 2024 года 

 

Девятый арбитражный апелляционный  суд в составе:

председательствующего судьи Н.И. Левченко,

судей О.Г. Головкиной, Е.Б. Алексеевой, при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу Tesat-Spacecom GmbH& Co. KG (Компания Тесат-Спейском ГМБХ и Ко. КГ)

на решение Арбитражного суда города Москвы от 23 ноября 2023 года

по делу № А40-180624/23, принятое судьей А.Г. Авагимяном,

по иску Акционерного общества «Российская корпорация ракетно-космического приборостроения и информационных систем»

(ОГРН: 

<

***>, 111250, 

<

...>)

к Tesat-Spacecom GmbH& Co. KG (Компания Тесат-Спейском ГМБХ и Ко. КГ)

о взыскании неосновательного обогащения

при участии в судебном заседании представителей: от истца: ФИО2 по доверенности от 15.05.2023, диплом ДВС 0388151 от 19.06.2000, ФИО3 по доверенности от 26.06.2023, уд. адвоката № 13437 от 16.05.2014; 

от ответчика: ФИО4 по доверенности от 16.10.2023, диплом 107718 0720142 от 07.07.2016;

У С Т А Н О В И Л:

Акционерное общество «Российская корпорация ракетно-космического приборостроения и информационных систем» (далее – АО «Российские космические системы», истец) обратилось в Арбитражный суд города Москвы с исковыми требованиями к Tesat-Spacecom GmbH& Co. KG (Компания Тесат-Спейском ГМБХ и Ко. КГ) о взыскании 5 848 935 евро 01 евроцента неосновательного обогащения по контракту № 26/2016 от 31.07.2017.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 23.11.2023 исковые требования удовлетворены.

Не согласившись с указанным судебным актом, ответчик обратился в Девятый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просил решение суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт, которым в удовлетворении исковых требований отказать.

Заявитель выражает свое несогласие с оценкой, данной судом, установленным по делу обстоятельствам.

Сторона ссылается на нарушение норм материального и процессуального права при принятии решения судом первой инстанции.

Информация о принятии апелляционной жалобы вместе с соответствующим файлом размещена в информационно-телекоммуникационной сети интернет на сайте Девятого арбитражного апелляционного суда (www.9aas.arbitr.ru) и Картотеке арбитражных дел по веб-адресу www.//kad.arbitr.ru/) в соответствии положениями части 6 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

Поскольку апелляционная жалоба подана без пропуска срока на обжалование, лица, участвующие в деле, которые были надлежащим образом извещены в суде первой инстанции, считаются надлежаще извещенными.

В заседании суда апелляционной инстанции 07.02.2024 представитель ответчика доводы апелляционной жалобы поддержал.

Представители истца возражали против удовлетворения жалобы, просили решение суда оставить без изменения.

Повторно рассмотрев дело по правилам статей 266, 268 АПК РФ, изучив доводы жалобы, заслушав объяснения представителей истца и ответчика, исследовав и оценив представленные доказательства, Девятый арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены или изменения решения Арбитражного суда города Москвы от 23.11.2023 на основании следующего.

Как установлено судом апелляционной инстанции, 31.07.2017 между                        АО «Российские космические системы» и Tesat-Spacecom GmbH& Co. KG (Компания Тесат-Спейском ГМБХ и Ко. КГ) заключен контракт № 26/2016. 

В соответствии с указанным контрактом ответчик обязался поставить товар, а истец принять его и оплатить. 

Истец перечислил ответчику аванс по договору в размере 12 089 175 евро            13 евроцентов 31.08.2017, что подтверждается платежным поручением № 7. 

Между истцом и ответчиком 16.09.2021 заключено мировое соглашение в связи с прекращением действия контракта. 

Из пункта 2 мирового соглашения следует, что стороны признают и соглашаются с тем, что ответчик удерживает из общей суммы в размере 12 089 175 евро                     13 евроцентов, перечисленной истцом, сумму в размере 5 848 935 евро 01 евроцента до момента реализации изготовленного на дату соглашения и подлежащего хранению силами компании ответчика оборудования согласно пункту 5 соглашения. 

Согласно пункту 3 мирового соглашения стороны признают и соглашаются с тем, что, несмотря на уже выполненные ответчиком работы, стоимость которых эквивалента удерживаемой в соответствии с подпунктом 1) пункта 2 соглашения сумме, поставка оборудования в адрес истца согласно условиям контракта осуществляться не будет. 

Стороны признают и соглашаются с тем, что ответчик в своих собственных помещениях или в помещениях своего субподрядчика будет бесплатно хранить оборудование, изготовленное в рамках контракта на дату соглашения, в течение максимального срока – 15.08.2023. 

Пунктом 5 мирового соглашения предусмотрено, что в течение срока хранения ответчик обязуется ежемесячно с представлением подтверждающих документов информировать истца о статусе хранимых изделий, включая лампы: «на хранении», «о проявленной заинтересованности в покупке третьей стороной» (номенклатура, количество, стоимость), «в процессе продажи / продажа» (номенклатура, количество, стоимость), «об альтернативном использовании». 

Ответчик также обязался в течение срока хранения приложить максимум усилий для реализации хранимых изделий, включая лампы, третьим лицам или поиска возможных вариантов их альтернативного использования.

Кроме того, ответчик обязался в случае поступления предложений о продаже хранимых изделий, включая лампы, или их альтернативного использования срока хранения приложить максимум усилий с целью реализации хранимых изделий, включая лампы по цене не ниже суммы в размере 5 848 935 евро 01 евроцента. 

В случае реализации хранимых изделий, включая лампы, третьим лицам или обеспечения их альтернативного по указанной выше стоимости, ответчик компенсирует истцу  стоимость таких реализации или альтернативного использования в размере 5 848 935 евро 01евроцент.

Кроме того, ответчик обязался в случае поступления предложений о продаже хранимых изделий, включая лампы, или их альтернативного использования срока хранения приложить максимум усилий с целью реализации хранимых изделий, включая лампы по цене не ниже суммы в размере 5 848 935евро 01 евроцент. 

В случае реализации хранимых изделий, включая лампы, третьим лицам или обеспечения их альтернативного по указанной выше стоимости, ответчик компенсирует истцу  стоимость таких реализации или альтернативного использования в размере 5 848 935 евро 01евроцент.

Истец указал, что поскольку срок хранения оборудования истек 15.08.2023 и ответчик недобросовестно уклоняется от исполнения требований истца и обсуждения статуса исполнения мирового соглашения в принципе, в соответствии со статьями 2, 3 и 5 мирового соглашения в настоящее время отсутствуют основания для удержания со стороны ответчиком суммы 5 848 935 евро 01 евроцент, которая в любом случае должна быть возращена не позднее 31.08.2023.

Истец заявляет, что в настоящее время отсутствуют основания для удержания ответчиком суммы в размере 5 848 935 евро 01 евроцент и в соответствии с условиями мирового соглашения данная сумма должна быть возвращена истцу, ввиду чего обратился с настоящим иском в суд.

Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции обоснованно указал на следующее.

Согласно статье 1193 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее -       ГК РФ) норма иностранного права, подлежащая применению в соответствии с правилами настоящего раздела, в исключительных случаях не применяется, когда последствия ее применения явно противоречили бы основам правопорядка (публичному порядку) Российской Федерации с учетом характера отношений, осложненных иностранным элементом. В этом случае при необходимости применяется соответствующая норма российского права. 

Как следует из пункта 9 мирового соглашения оно должно толковаться в соответствии с законодательством Швейцарии, за исключением его коллизионных норм. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 1191 ГК РФ при применении иностранного права суд устанавливает содержание его норм в соответствии с их официальным толкованием, практикой применения и доктриной в соответствующем иностранном государстве. 

Абзацем 2 пункта 2 статьи 1191 ГК РФ предусмотрено, что лица участвующие в деле, могут представлять документы, подтверждающие содержание норм иностранного права, на которые они ссылаются в обоснование своих требований или возражений, и иным образом содействовать суду в установлении содержания этих норм. 

Пунктом 3 статьи 1191 ГК РФ предусмотрено, что если содержание норм иностранного права, несмотря на предпринятые в соответствии с настоящей статьей меры, в разумные сроки не установлено, применяется российское право. 

Так, в материалы дела представлена выдержка статьи 107 Швейцарского обязательственного закона, согласно которой если в двустороннем договоре одна сторона просрочила исполнение своего обязательства, другая сторона вправе установить ей соразмерный срок для исполнения, либо обратиться за установлением такого срока в компетентный орган. 

Если по истечении этого срока обязательство не исполнено, кредитор все еще вправе требовать исполнения обязательства и возмещения ущерба, причиненного просрочкой; однако вместо этого кредитор, заявивший об этом немедленно, вправе отказаться от исполнения обязательства и потребовать возмещения ущерба, причиненного неисполнением, либо расторгнуть договор. 

Из материалов дела следует, что в связи с истечением срока, установленного мировым соглашением для возврата суммы перечисленного истцом в адрес ответчика аванса, истец неоднократно обращался к ответчику с претензиями и просьбами о предоставлении информации о статусе исполнения мирового соглашения в части приложения усилий для реализации товара и возврата истцу денежных средств в размере 5 848 935 евро 01 евроцента.

В свою очередь ответчик со своей стороны не представил доказательств исполнения мирового соглашения как в части соблюдения его положений об информировании истца и приложении усилий по реализации товара, так и в части возврата истцу авансового платежа. 

Суд первой инстанции считает возможным также в порядке пункта 3 статьи 1191 ГК РФ сделать ссылку на нормы российского права. 

В частности, согласно пункту 1 статьи 431 ГК РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом. 

Из буквального толкования пункта 5 мирового соглашения следует, что ответчик обязался добросовестно поддержать переговоры по возвращению ранее перечисленного истцом аванса либо в срок до 31.08.2023 возвратить истцу денежные средства в указанном размере, что, однако, ответчиком не сделано. 

Согласно статье 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение). Исходя из содержания указанной нормы получение ответчиком денежных средств от истца при отсутствии у истца обязанности их выплачивать в силу соответствующего договора или требования нормативного акта, без предоставления ответчиком со своей стороны каких-либо товаров (работ, услуг) в счет принятых сумм следует квалифицировать как неосновательное обогащение. 

Так, условие мирового соглашения, как и в целом обязательственное правоотношение, предполагает, что обязательство между сторонами существует в течение определенного срока. 

Исходя из позиции ответчика, в случае не реализации товара он был вправе, но не обязан возвратить стоимость нереализованного товара. 

Вместе с тем, исходя из буквального толкования как условий мирового соглашения, так и общих правил о неосновательном обогащении, суд признает данный довод ответчика необоснованным, учитывая, что в случае удержания товара, который, при этом, оплачен истцом, на стороне ответчика будет неосновательное обогащение. 

Кроме того, ссылка ответчика на то, что возврат суммы авансового платежа обусловлен реализацией товара ответчиком, не является правомерной ввиду следующего. 

Согласно пункту 1 статьи 314 ГК РФ, если обязательство предусматривает или позволяет определить день его исполнения или период времени, в течение которого оно должно быть исполнено, обязательство подлежит исполнению в этот день или, соответственно, в любой момент в пределах такого периода. Общие условия определения сроков в гражданских правоотношениях приведены в ст. 190 ГК РФ, в соответствии с которой установленный законом, иными правовыми актами, сделкой или назначаемый судом срок определяется календарной датой или истечением периода времени, который исчисляется годами, месяцами, неделями, днями или часами. Срок может определяться также указанием на событие, которое должно неизбежно наступить. Исходя из принципа правовой определенности, для определения срока истечением периода времени, начало течения этого периода времени может быть установлено указанием на событие, которое неизбежно должно наступить. Отсутствие факта реализации товара иностранным юридическим лицом не может быть принято судом во внимание в качестве основания для нарушения срока возврата авансового платежа.

Кроме того, в ситуации, если одна из сторон обязательства в обоснование отсутствия своей обязанности недобросовестно ссылается на выгодное для нее ненаступление обстоятельства, находящегося полностью или частично в сфере ее контроля, при истечении разумного и обычного для наступления такого рода обстоятельств срока суд вправе в соответствии с пунктом 4 статьи 1 ГК РФ счесть такую обязанность наступившей. Аналогичным образом суд вправе считать обязанность стороны непрекращенной при наступлении такого обстоятельства, если такая сторона этому недобросовестно содействовала. 

Так, из материалов дела следует, что истец, действуя добросовестно, обращался к ответчику с запросами и претензиями, которые оставлены без удовлетворения со стороны последнего. 

Одновременное удержание как товара, так и денежных средств, полученных ответчиком от истца за данный товар, не отвечает требованиям добросовестного поведения как в интерпретации его в швейцарском законодательстве, так и в российском. 

Таким образом, учитывая, что у суда первой инстанции отсутствовали основания признать, что денежные средства приобретены ответчиком на законных основаниях, то                                   5 848 935 евро 01 евроцента являются неосновательным обогащением и подлежат взысканию.

Ответчик в обоснование жалобы ссылается на то, что истец не доказал наличия препятствий для доступа к правосудию за рубежом и сам инициировал арбитражное разбирательство в соответствии с Арбитражным регламентом ЮНСИТРАЛ.

В Определении Верховного суда РФ от 9 декабря 2021 года по делу                         № А60-36897/2020 (АО «Уралтрансмаш» против компании PESA, т. 2, л.д. 49) указано, что наличие иностранных ограничительных мер уже само по себе предполагает наличие препятствий для доступа к правосудию и не требует дополнительного доказывания.

Истец доказал наличие препятствий для доступа к правосудию за рубежом и что санкционные регламенты позволяют подсанкционным лицам вести разбирательства за рубежом, ввиду следующего.

Швейцарские юридические фирмы отказали истцу в оказании юридических услуг по настоящему делу либо в связи с наличием у него статуса государственной компании под санкциями, либо в связи с общей политикой отказа работать с российскими лицами, либо в связи с наличием у швейцарских юристов конфликта интересов                  (т. 2, л.д. 65-83)

Санкции введены против истца как «ведущей российской военно-космической компании, играющей центральную роль в укреплении обороноспособности России» имеются обоснованные сомнения, что спор в международном арбитраже будет рассмотрен иностранными арбитрами с соблюдением гарантий справедливого разбирательства.

Ответчик ссылался на то, что 14 августа 2023 года истец направил ответчику уведомление об арбитраже в соответствии с Арбитражным регламентом ЮНСИТРАЛ и тем самым истец якобы признал наличие компетенции третейского суда, подлежащего формированию согласно Арбитражному соглашению.

В настоящее время отсутствует какое-либо арбитражное разбирательство в соответствии с Арбитражным регламентом ЮНСИТРАЛ, истец подтверждает, что только направлено уведомление об арбитраже, в котором истец предложил ответчику изменить Арбитражное соглашение, однако впоследствии в связи с принятием Арбитражным судом города Москвы иска к производству по настоящему делу истец приостановил действие уведомления об арбитраже.

Таким образом, истец, действовал последовательно и добросовестно, предприняв действия договориться с ответчиком об изменении Арбитражного соглашения, и данное обстоятельство никак не влияло на компетенцию Арбитражного суда города Москвы на основании статьи 248.1 АПК РФ.

Ответчик ссылается на то, что суд первой инстанции применил закон, не подлежащие применению (российское право), и не применил закон, подлежащий применению (швейцарское право), и что в ходе разбирательства ни одна из сторон не заявляла о применении российского права. 

Кроме того, ответчик ссылается на то, что суд проигнорировал экспертное заключение по швейцарскому праву от 14 ноября 2023 года.

Вместе с тем, суд сослался на швейцарское право, а именно на статью 107 Швейцарского обязательственного закона.

Кроме того,  спор между сторонами сводился к толкованию условий мирового соглашения, что относится к компетенции суда, а не экспертов. 

В связи с этим факт применения к спору между сторонами швейцарского законодательства не противоречит тому толкованию условий мирового соглашения, к которому пришел суд.

Суд первой инстанции сделал правильный вывод о неисполнении мирового соглашения со стороны ответчика

Ответчик ссылается на то, что он якобы получил 16 коммерческих предложений для потенциальных заказчиков с опцией использовать хранимые изделия, однако эти доводы ничем не подтверждены.

Ответчик ссылается на то, что в январе 2022 года ему удалось найти альтернативное использование для нескольких ламп общей стоимостью 940 149 евро (т. 7, л.д. 40-42). Вместе с тем, несмотря на то, что истец в электронной переписке согласовал для ответчика подобное альтернативное использование ламп (т. 7, л.д. 41), впоследствии ответчик так и не выплатил истцу 940 149 евро, как того требует статья 5 мирового соглашения.

Суд первой инстанции правильно истолковал условия мирового соглашения, придя к выводу об обязанности ответчика оплатить истцу 5 848 935 евро 01 евроцента.

Суд первой инстанции сделал правильный вывод о том, что из буквального толкования пункта 5 мирового соглашения следует, что ответчик обязался добросовестно поддержать переговоры по возвращению ранее перечисленного истцом аванса либо в срок до 31.08.2023 возвратить истцу денежные средства в указанном размере, что, однако, ответчиком не сделано.

Стороны согласовали, что

1) Аванс удерживается ответчиком не бессрочно, а до момента реализации хранимых изделий;

2) реализация хранимых изделий должна произойти до истечения срока хранения хранимых изделий - 15 августа 2023 года.

Соответственно, исходя из смысла приведенных фрагментов ст. 2, 3 и 5 мирового соглашения следует, что после истечения 15 августа 2023 года для дальнейшего удержания ответчиком аванса в размере 5 848 935,01 евро нет оснований, так как условием для возврата аванса является факт реализации хранимых изделий, который должен был наступить до 15 августа 2023 года. 

Иными словами, дата 15 августа 2023 года - это одновременно и максимальный срок для удержания ответчиком аванса.

С учетом изложенного, суд первой инстанции из системного толкования всех статей мирового соглашения в совокупности (ст. 2, 3 и 5) правомерно установил, что основания для удержания ответчиком денежных средств в размере                                         5 848 935 евро 01 евроцента отпадают 15 августа 2023 года, но ответчик вправе продлить этот срок и возвратить данную сумму до 31 августа 2023 года, чего сделано не было.

С учетом изложенного, требования истца о взыскании 5 848 935 евро                           01 евроцента неосновательного обогащения по контракту №26/2016 от 31.07.2017 удовлетворены обоснованно.

Доводы заявителя, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются апелляционным судом несостоятельными и не могут служить основанием для отмены оспариваемого решения арбитражного суда.

Оснований для переоценки выводов суда первой инстанции, сделанных при рассмотрении настоящего спора по существу, апелляционным судом не установлено.

Нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием к отмене судебного акта, судом первой инстанции не допущено. Оснований для отмены обжалуемого судебного акта не имеется.

Государственная пошлина по апелляционной жалобе в соответствии со статьей 110 АПК РФ относится на заявителя.

Руководствуясь статьями 176, 266 - 268, пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, 

 

П О С Т А Н О В И Л:

Решение Арбитражного суда города Москвы от 23 ноября 2023 года по делу № А40-180624/23 оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.  

 

Председательствующий судья                                                                 Левченко Н.И.

 

 

Судьи:                                                                                                         Головкина О.Г.

                                                                                                                       

 

Алексеева Е.Б.