ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 18АП-8803/2022

г. Челябинск

30 августа 2022 года

Дело № А76-10105/2018

 

Резолютивная часть постановления объявлена 29 августа 2022 года

Постановление изготовлено в полном объеме 30 августа 2022 года

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Курносовой Т.В.,

судей Забутыриной Л.В., Журавлева Ю.А.,

при ведении протокола до и после перерыва секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Челябинской области от 10.06.2022 по делу № А76-10105/2018 о признании сделок недействительными и применении последствий их недействительности.

В судебном заседании до и после перерыва приняли участие:

представитель ФИО2 – ФИО3 (доверенность от 20.06.2022, паспорт);

представитель финансового управляющего – ФИО4 (доверенность от 24.01.2022, паспорт);

представитель должника – ФИО5 (доверенность от 08.11.2020, паспорт).

Иные лица, участвующие в деле, не явились, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда,

установил:

определением Арбитражного суда Челябинской области от 17.05.2018 принято к производству заявление ФИО6 о признании гражданина ФИО7 несостоятельным (банкротом). 

Определением суда от 12.12.2018 в отношении ФИО7 введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим имуществом должника утвержден арбитражный управляющий ФИО8. 

Решением суда от 06.05.2019 ФИО7 признан несостоятельным (банкротом), введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден арбитражный управляющий ФИО8

В Арбитражный суд Челябинской области поступило заявление финансового управляющего о признании недействительными и применении последствий недействительности следующих сделок по отчуждению земельного участка площадью 942 кв.м с кадастровым номером 74:19:1106004:1800, расположенного по адресу: Челябинская область, Сосновский район, СНТ «Электрометаллург»:

- договора купли-продажи от 28.07.2016, заключенного ФИО9 с ФИО2; 

- договора купли-продажи земельного участка от 11.04.2018, заключенного ФИО2 с ФИО10.

Определением арбитражного суда от 29.08.2020 в удовлетворении заявления финансового управляющего отказано. 

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.11.2020 определение суда первой инстанции от 29.08.2020 оставлено без изменения.

Постановлением Арбитражного суда Уральского округа от 04.03.2021 определение Арбитражного суда Челябинской области от 29.08.2020 по делу № А76-10105/2018 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.11.2020 по тому же делу отменены, обособленный спор направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд Челябинской области.

В ходе нового рассмотрения определением суда от 15.12.2021 к участию в рассмотрении спора в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно его предмета, привлечена ФИО5.

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 10.06.2022 по данному делу заявление финансового управляющего удовлетворено; сделки по отчуждению земельного участка площадью 942 кв.м с кадастровым номером 74:19:1106004:1800, расположенного по адресу: Челябинская область, Сосновский район, СНТ «Электрометаллург», совершенная 03.08.2016 ФИО9 в пользу ФИО2 и совершенная 25.04.2018 последним в пользу ФИО10 признаны недействительными, применить последствия их недействительности в виде обязания ФИО10 возвратить в конкурсную массу должника ½ доли указанного земельного участка.

ФИО2 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции отменить и принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных финансовым управляющим требований.

По мнению заявителя апелляционной жалобы, лежащие в основе обжалуемого судебного акта выводы о заинтересованности ФИО2 по отношению к ФИО7 и об осведомленности данного ответчика о признаках неплатежеспособности должника на момент совершения первой из оспариваемых сделок, не находят своего подтверждения, исходя из представленных в ходе рассмотрения спора доказательств.

Касаемо последующей сделки по отчуждению спорного земельного участка ФИО10, ФИО2 отмечает, что суд, признавая ее недействительной,  в обжалуемом определении какого-либо обоснования этому не привел и не мотивировал свой вывод о том, что оспариваемые договоры являются единой цепочкой сделок, объединенных общей противоправной целью.

Заявитель апелляционной жалобы также ссылается на то, что вывод суда о неравноценности встречного исполнения по оспариваемым сделкам сделан в отсутствие в материалах обособленного спора доказательств, подтверждающих рыночную стоимость спорного земельного участка на дату совершения таких сделок.

Кроме того, как указывает ФИО2, делая вывод о наличии оснований для применения к оспариваемым договорам купли-продажи норм статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), суд первой инстанции не указал какие пороки таких сделок выходят за пределы дефектов подозрительных сделок, являющихся оспоримыми по пункту 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

От ФИО7 22.07.2022 поступил письменный отзыв на апелляционную жалобу ФИО2, в которой должник просит оставить обжалуемое определение без изменения.

Данный отзыв приобщен судом к материалам дела на основании статьи 262 АПК РФ.

Определением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.07.2022 судебное разбирательство по рассмотрению апелляционной жалобы ФИО2 отложено на 22.08.2022.

К назначенной дате от ФИО10 поступили запрошенные судом письменные пояснения по фактическим обстоятельствам рассматриваемого обособленного спора с приложениями. 

От ФИО2 поступили дополнения к апелляционной жалобе и ходатайство о назначении судебной оценочной экспертизы в целях определения рыночной стоимости земельного участка, являвшегося предметом оспариваемых сделок.

Дополнения к жалобе судом приобщены.

От должника поступило письменное мнение на ходатайство ответчика о назначении судебной экспертизы, от финансового управляющего – отзыв на апелляционную жалобу.

 Данные процессуальные документы также приобщены судом к материалам дела.

В судебном заседании, состоявшемся 22.08.2022, представители участвующих в обособленном споре лиц изложили имеющиеся доводы и возражения.

Объявлен  перерыв до 29.08.2022 в целях ознакомления участников процесса с поступившими пояснениями ответчика ФИО10, а также рассмотрения вопроса о целесообразности назначения экспертизы, уточнения круга вопросов, которые необходимо поставить на ее разрешение.

После перерыва заседание продолжено в том же составе суда.

В отсутствие возражений участвующих в деле лиц суд приобщил к материалам дела письменные пояснения ответчика ФИО10 с приложениями, а также дополнения, поступившие от должника 22.08.2022.

От ФИО2 поступило дополнение к ходатайству о назначении судебной оценочной экспертизы с уточнением круга предлагаемых к разрешению экспертом вопросов и требованием об обязании должника предоставить документы по расходам, понесенным в связи с возведением на спорном земельном участке строений.

Представитель данного ответчика, соответствующее ходатайство поддержала, представила для приобщения чек-ордер от 29.08.2022 в подтверждение внесения на депозитный счет суда 40 000 руб. для оплаты стоимости услуг эксперта.

От должника поступили отзыв на дополнения ответчика ФИО2 к указанному ходатайству и письменное мнение на пояснения ответчика ФИО10

В отсутствие доказательств направления копии данного мнения в адрес ФИО10, в приобщении этого документа отказано судом, а отзыв на дополнения по ходатайству ФИО2 приобщен к материалам дела.

Представители ФИО7 и финансового управляющего имуществом должника по ходатайству о назначении судебной экспертизы  возражали, ссылаясь на необоснованность заявления такового на стадии апелляционного обжалования при новом рассмотрении обособленного спора, а также на некорректность сформулированных ответчиком ФИО2 вопросов.

Рассмотрев названное ходатайство, суд полагает необходимым исходить из следующего.

Во-первых, в суде первой инстанции о проведении испрашиваемой судебной оценочной экспертизы сторонами не заявлено и причины, препятствующие этому, в частности со стороны ответчика ФИО2, не приведены (статьи 8, 9, 65 АПК РФ).

Во-вторых, заключение экспертизы является одним из доказательств по делу (статья 64 АПК РФ), вопрос о необходимости проведения экспертизы относится к компетенции суда, разрешающего дело по существу, удовлетворение соответствующего ходатайства является правом, а не обязанностью суда, которое он может реализовать в случае, если с учетом всех обстоятельств дела придет к выводу о необходимости осуществления такого процессуального действия для правильного разрешения спора.

Таким образом, по смыслу статьи 82 АПК РФ само по себе заявление лицом, участвующим в деле, ходатайства о назначении экспертизы не влечет безусловную обязанность суда ее назначить. Если необходимость или возможность проведения экспертизы отсутствует, суд отказывает в ходатайстве о назначении судебной экспертизы.

В рассматриваемом случае в материалы дела в ходе судебного разбирательства, как ответчиком ФИО2, так и должником, представлены различные письменные доказательства в подтверждение стоимости спорного земельного участка.

Суд апелляционной инстанции полагает соответствующие доказательства достаточными для разрешения спора по существу.

Непосредственно в постановлении Арбитражного суда Уральского округа от 04.03.2021 по настоящему делу указано на возможность установления стоимости спорного имущества непосредственно на основании оценки всех доказательств, представленных лицами, участвующими в деле, и без проведения экспертизы. 

Следует отметить, что фактически разногласия между сторонами связаны с качественным составом объекта, о необходимости оценки которого заявлено, а именно в части конкретных объектов, расположенных на спорном земельном участке и того, когда они возводились и за чей счет.

Проведение судебной оценочной экспертизы по предлагаемым вопросам указанные разногласия не устранит.

При таких обстоятельствах суд в удовлетворении ходатайства ФИО2 о назначении судебной оценочной экспертизы отказывает. Вопрос о возврате ответчику денежных средств с депозитного счета суда будет разрешен отдельным определением после проверки поступления соответствующих денежных средств по чеку-ордеру от 29.08.2022, представленному непосредственно в судебном заседании.

Доводы апелляционной жалобы представитель ФИО2 поддержала, просила обжалуемое определение суда отменить ввиду недоказанности финансовым управляющим условий для признания оспариваемых сделок недействительными по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а также ничтожными по статьям 10, 168 ГК РФ.

Представители должника и финансового управляющего его имуществом, ссылаясь на ранее  изложенные возражения, просили оставить обжалуемый судебный акт без изменения, апелляционную жалобу ФИО2 – без удовлетворения.

Законность и обоснованность обжалуемого определения суда проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела и установлено судом, ФИО7 состоял в зарегистрированном браке с ФИО9 в период с 14.02.2004 по 27.06.2018.

Земельный участок с кадастровым номером 74:19:1106004:1800 площадью 942 кв.м, находящийся по адресу: Челябинская обл., Сосновский район, СНТ «Электрометаллург», квартал № 24, улица 8, участок № 141, приобретен в период брака по договору купли-продажи от 24.03.2012, заключенному ФИО9 (покупатель) с ФИО11 (продавец) по цене 370 000 руб.

Данный договор купли-продажи зарегистрирован в установленном законом порядке в Управлении Федеральной службы государственной регистрации кадастра и картографии по Челябинской области 03.04.2012 (№ 74-74-19/010/2012-81). 

В дальнейшем, 28.07.2016 ФИО9 заключен договор купли-продажи указанного земельного участка с ФИО2

По условиям пункта 4 соответствующего договора стоимость земельного участка определена равной 100 000 руб., которые уплачиваются продавцу до подписания договора. 

В материалы дела представлено нотариальное согласие супруга ФИО7 на отчуждение земельного участка, договор купли-продажи от 28.07.2016 зарегистрирован в установленном законом порядке в Управлении Федеральной службы государственной регистрации кадастра и картографии по Челябинской области 03.08.2016. 

На дату совершения данной сделки у должника имелись следующие неисполненные обязательства:

 - перед ИП ФИО12 (решение Арбитражного суда Челябинской области от 25.05.2016 по делу № А76-2366/2016, которым с должника взыскана задолженность в общем размере 235 493 руб. 22 коп.);

- перед АО Банк «Интеза» (решение Советского районного суда г. Челябинска от 31.08.2016 по делу № 2-1947/2016, которым взыскано солидарно с должника, ФИО9 и ФИО5 взыскана задолженность по кредитному договору от 25.12.2009 № LD0938500007 в размере 7 019 519 руб. 99 коп.;

 - перед ФИО13 (решение Центрального районного суда от 23.05.2016 по делу № 2-3924/2016, которым с должника взыскана задолженность по договорам займа в размере 1 214 000 руб.);

- перед ИП ФИО14 (решение Арбитражного суда Челябинской области от 06.07.2016 по делу № А76-7966/2016, которым с должника взыскано 291 782 руб. 97 коп. основного долга, 38 955 руб. 55 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами в размере, а также 9842 руб. 70 коп. в возмещение расходов по уплате государственной пошлины в размере).

Совершению указанной сделки также сопутствовали следующие обстоятельства.

ФИО6 – отцом ФИО2, выступающего ответчиком по настоящему спору, с ФИО7 01.02.2016 подписан договор займа, ссылаясь на ненадлежащее исполнение которого, ФИО6 обращался в Тракторозаводский районный суд города Челябинска.

Определением Тракторозаводского районного суда г. Челябинска от 12.04.2017 по делу № 2-1224/2017 между ФИО6 и ФИО7 утверждено мировое соглашение об уплате задолженности по договору займа, в соответствии с которым стороны договорились между собой, что ответчик возмещает истцу в срок до 31.08.2017 года денежные средства: 20 000 000 руб. сумма основного займа и проценты за пользование займом начисленные за период с 01.02.2016 по 31.08.2017 исходя из договорной процентной ставки 0,098% в день от суммы займа.

Впоследствии ФИО6 05.04.2018 обратился в Арбитражный суд Челябинской области с заявлением о признании ФИО7 несостоятельным (банкротом), ссылаясь на указанное определение суда общей юрисдикции.

В период между датой подачи указанного заявления до принятия его к производству арбитражного суда и возбуждения настоящего дела о банкротстве спорный земельный участок отчужден ФИО2 в пользу ФИО10 по договору купли-продажи от 11.04.2018 по цене 100 000 руб.

Определением суда от 07.06.2018 по настоящему делу к производству как заявление о вступлении в дело о банкротстве принято заявление акционерного общества «БАНК ИНТЕЗА» о банкротстве ФИО7

Определением суда от 16.10.2018 по данному делу заявление ФИО6 о признании несостоятельным (банкротом) должника ФИО7 признано необоснованным и оставлено без рассмотрения ввиду отмены определения Тракторозавосдкого районного суда г. Челябинска от 12.04.2017 по делу № 2-1224/2017, которым было утверждено мировое соглашение между ФИО6 и ФИО7, апелляционным определением Челябинского областного суда от 13.09.2018.

После отмены указанного определения Тракторозаводского районного суда дело по иску ФИО6 к ФИО7 о взыскании задолженности по договору займа направлено на новое рассмотрение, при этом ФИО7 подан встречный иск о признании соответствующего договора займа недействительным с указанием на отсутствие фактической передачи денежных средств.

Процедура реструктуризации долгов гражданина введена в отношении ФИО7 по результатам рассмотрения заявления названного банка о признании должника банкротом.

Ссылаясь на то, что договоры купли-продажи земельного участка с кадастровым номером 74:19:1106004:1800 от 28.07.2016 и от 11.04.2018 заключались с единой целью причинения вреда кредиторам должника, направлены на вывод его имущества, финансовый управляющий обратился в суд с рассматриваемыми требованиями.

Суд первой инстанции, удовлетворяя заявленные требования, признал доказанными доводы финансового управляющего о том, что при заключении спорных последовательных сделок по отчуждению земельного участка фактически произведен вывод ликвидного имущества, за счет реализации которого могли быть удовлетворены требования кредиторов должника, о чем ответчики в силу осведомленности о неплатежеспособности должника должны были знать.

Между тем суд апелляционной инстанции считает, что судом не учтено следующее.

Согласно пункту 1 статьи 223 АПК РФ, статье 32 Закона о банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам данного Кодекса с особенностями, установленными Законом о банкротстве. В силу нормы пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Положениями статьи 61.2 Закона о банкротстве установлены условия признания сделок недействительными, совершенных с целью причинения вреда кредитором. В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы 111.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление Пленума ВАС РФ № 63), для признания сделки недействительной по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности следующих обстоятельств: сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 указанного постановления Пленума ВАС РФ). 

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию. 

В соответствии с положениями статьи 2 Закона о банкротстве под вредом, причиненным имущественным правам кредиторов, понимается любое уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику. 

В силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. 

Согласно пункту 3 статьи 19 Закона о банкротстве, заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются, в том числе, его дети, супруг. 

При этом в силу абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве непосредственно цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в частности, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица. 

В соответствии с пунктом 3 статьи 213.6 Закона о банкротстве, под неплатежеспособностью гражданина понимается его неспособность удовлетворить в полном объеме требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей

Также следует учитывать, что согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 4 постановления Пленума ВАС РФ № 63 и пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - постановление Пленума ВАС РФ № 32), наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную по статьям 10 и 168 ГК РФ. 

При этом в упомянутых разъяснениях речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов подозрительных сделок (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11, определения Верховного Суда Российской Федерации от 29.04.2016 № 304-ЭС15-20061, от 28.04.2016 № 306-ЭС15-20034, от 06.03.2019 № 305-ЭС18-22069). 

Исходя из содержания статьи 10 ГК РФ под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам. При решении вопроса о наличии в поведении того или иного лица признаков злоупотребления правом суд должен установить, в чем заключалась недобросовестность его поведения при заключении оспариваемых договоров, имела ли место направленность поведения лица на причинение вреда другим участникам гражданского оборота, их правам и законным интересам (определение Верховного Суда Российской Федерации от 12.08.2014 № 67-КГ14-5).

В качестве единой сделки возможно квалифицировать цепочку последовательных сделок с разным субъектным составом (определение Верховного Суда Российской Федерации от 31.07.2017 № 305-ЭС15-11230).

В силу части 1 статьи 64 и статей 71, 168 АПК РФ арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств, при оценке которых он руководствуется правилами статей 67 и 68 АПК РФ об относимости, допустимости, достоверности и достаточности доказательств.

В данном случае судом установлено, что оспариваемые финансовым управляющим договоры купли-продажи земельного участка заключены 28.07.2016 и 11.04.2018, то есть с учетом даты возбуждения производства по настоящему делу о банкротстве (17.05.2018) данные сделки подпадают под период подозрительности, установленный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

Материалами дела также подтверждается, что на момент заключения первого из оспариваемых договоров должник прекратил исполнение денежных обязательств, что свидетельствует о его неплатежеспособности, о чем ФИО9, будучи заинтересованным по отношению к должнику лицом (статья 19 Закона о банкротстве), презюмируется осведомленной и данная презумпция в ходе судебного разбирательства по настоящему спору не опровергнута.

Суд апелляционной инстанции также соглашается с выводом суда о наличии фактической аффилированности ФИО2 по отношению к ФИО7, что прослеживается через наличие длительных приятельских и деловых отношений должника с ФИО15, являющимся дядей указанного ответчика.

Соответствующие факты установлены ранее в ином обособленном споре при рассмотрении, в рамках которого рассматривались требования о признании недействительной сделки от 01.06.2015 по отчуждению ФИО7 в пользу ФИО15 трехкомнатной квартиры (определение суда первой инстанции от 23.01.2020 по данному делу). 

Об этом свидетельствует и представленная ФИО7 доверенность, выданная им 14.03.2016 ФИО15 на представление интересов по владению, пользованию и распоряжению имуществом должника (том 1 обособленного спора, л. 152).

При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства (определение Верховного Суда РФ от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056 (6)). В данном случае указанные судом обстоятельства ФИО2 не опровергнуты.

Доказанность же фактической аффилированности ФИО2, в свою очередь, свидетельствует в пользу его осведомленности о наличии у должника признаков неплатежеспособности по состоянию на дату заключения первой из оспариваемых сделок.

Суд первой инстанции также сделал обоснованный вывод о недоказанности наличия со стороны ФИО2 встречного предоставления по оспариваемому договору купли-продажи от 28.07.2016 даже по цене, установленной его условиями.

Так суд установил, что еще при первоначальном рассмотрении настоящего обособленного спора установлено, что в судебных заседаниях ФИО9 пояснила, что денежные средства за земельный участок передавались не ей лично, а были переданы супругу ФИО7 При этом последний факт передачи ему денежных средств не подтвердил, а расписка к указанному договору купли-продажи, либо иной документ, свидетельствующий об обратном, не представлены.

На основании этого суд первой инстанции верно указал на то, что само по себе указание в договоре купли-продажи от 28.07.2016 на то, что расчет производится до его подписания, не является доказательством передачи денежных средств, поскольку лишь устанавливает порядок расчетов, но не подтверждает сам факт совершения таковых. 

Таким образом, суд апелляционной инстанции применительно к договору купли-продажи от 28.07.2016 признает доказанной совокупность обстоятельств, составляющих диспозицию нормы пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве: цели причинения вреда имущественным правам кредитором должника, осведомленности ответчика об этом и самого факта причинения вреда.

Пороков, выходящих за пределы дефектов подозрительных сделок, у названного договора купли-продажи не имеется.

Относительно последующего договора купли-продажи от 11.04.2018, заключенного ФИО2 с ФИО10, суд апелляционной инстанции полагает необходимым принять во внимание следующее.

Данный договор заключен с существенным временным разрывом с договором купли-продажи от 28.07.2016 и единый  неправомерный интерес сторон данных сделок, исходя из материалов дела, не подтверждается.

Напротив, на основании установленные фактические обстоятельства, изложенные выше в хронологическом порядке, позволяют сделать вывод о том, что договор купли-продажи от 11.04.2018 уже не являлся следствием волеизъявления должника, имевшего изначально намерение скрыть свое имущество от собственных кредиторов в результате заключения первого договора купли-продажи от 28.07.2016. 

Вторая сделка, как указывают непосредственно сами финансовый управляющий и должник, заключена ФИО2 в целях создания фигуры последующего добросовестного приобретателя спорного земельного участка для препятствования возможности возврата последнего в конкурсную массу должника в результате оспаривания договора купли-продажи от 28.07.2016 в рамках настоящего дела, возбужденного по заявлению ФИО6

В данном случае ФИО10 как конечный приобретатель не является аффилированным по отношению к должнику лицом и должник не сохранил фактический контроль над имуществом в результате совершения договора купли-продажи от 11.04.2018.

Указанное объясняется фактом возникновения у должника конфликта с семьей И-вых, связанного с ненадлежащим исполнением денежных обязательств, что установлено судом, в частности на основании пояснений, данных ранее, как ФИО17, так и самим ФИО7. в рамках доследственных проверок (в частности, постановление об отказе в возбуждении уголовного дела от 31.01.2018). 

Изложенное не подтверждает наличие обстоятельств, позволяющих квалифицировать оспариваемые сделки в качестве единой цепочки.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в абзаце третьем пункта 16 постановления Пленума ВАС РФ № 63, если право на вещь, отчужденную должником по сделке, после совершения этой сделки было передано другой стороной сделки иному лицу по следующей сделке (например, по договору купли-продажи), то заявление об оспаривании первой сделки предъявляется по правилам статьи 61.8 Закона о банкротстве к другой ее стороне. Если первая сделка будет признана недействительной, должник вправе истребовать спорную вещь у ее второго приобретателя только посредством предъявления к нему виндикационного иска вне рамок дела о банкротстве по правилам статей 301 и 302 ГК РФ.

Таким образом, заявленные финансовым управляющим требования подлежат удовлетворению лишь в части признания недействительной сделкой договора купли-продажи от 28.07.2016, в остальной части заявление управляющего следует оставить без удовлетворения.

Обжалуемое определение суда первой инстанции в части признания недействительным договора купли-продажи 11.04.2018, заключенного ФИО2 с ФИО10, подлежит отмене на основании пунктов 3, 3 части 1 статьи 270 АПК РФ.

Согласно пункту 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями ГК РФ об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения. 

В данном случае ФИО2 произвел отчуждение земельного участка по договору купли-продажи 11.04.2018, заключенному с ФИО10, в связи с чем в качестве последствий недействительности договора купли-продажи от 28.07.2016 с ответчика в конкурсную массу должника подлежат взысканию денежные средства. 

Отчужденный объект недвижимости являлся совместной собственностью должника и ФИО9, что никем не оспаривается. 

В конкурсную массу в силу пункта 7 статьи 213.26 Закона о банкротстве включается часть средств от реализации общего имущества супругов (бывших супругов), соответствующая доле гражданина в таком имуществе. Если супругами не заключались внесудебное соглашение о разделе общего имущества, брачный договор либо если судом не производился раздел общего имущества супругов, при определении долей супругов в этом имуществе следует исходить из презумпции равенства долей супругов в общем имуществе (пункт 1 статьи 39 СК РФ) (пункт 8 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 № 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан»).

 Исходя из этого, при применении последствий недействительности договора купли-продажи от 28.07.2016 с ФИО2 в конкурсную массу ФИО7 следует взыскать денежные средства в размере ½ стоимости земельного участка с кадастровым номером 74:19:1106004:1800.

При этом суд не может при определении такой стоимости учесть цену, указанную в договоре купли-продажи от 11.04.2018, учитывая ее несоответствие кадастровой стоимости объекта, стоимости, по которой земельный участок приобретался изначально супругой должника в 2012 году, а также иным доказательствам, представленным в материалы данного спора.

В ходе судебного разбирательства ответчиком ФИО2 представлена справка № 18-11/2019, в соответствии с которой рыночная стоимость земельного участка № 141, находящегося по адресу: Челябинская обл., Сосновский район, СНТ «Электрометаллург», квартал № 24, улица 8, по состоянию на 28.07.2016 составляла 140 000 руб.

Вместе с тем согласно пояснениям должника, после приобретения спорного земельного участка в марте 2012 года по его периметру установлен забор из профилированного стального листа с трех сторон и из сетки «рабица» по одной; проведено электричество, пробурена скважина на глубину 25 м, установлена теплица, заложен монолитный бетонный фундамент глубиной залегания 2,2 м под дом 10х10 метров, установлены плиты перекрытия, заложен фундамент под баню размерами 6х6 м, возведены стены, а также установлено временное сооружение бытового назначения площадью около 20 кв.м, состоящее из 2-х комнат (том 1 обособленного спора, л. 77-78).

Допрошенный в ходе рассмотрения дела в качестве свидетеля ФИО16 подтвердил факт установки, в частности временного домика на спорный земельный участок в июне 2016 года, то есть до момента заключения договора купли-продажи от 28.07.2016.

Должником в материалы дела представлены и иные доказательства нахождения указанных объектов строительства, а также временного домика на земельном участке, как до момента заключения названной сделки, так и на момент рассмотрения настоящего обособленного спора (том 1 обособленного спора, л. 136-143).

Исходя из этого, суд первой инстанции обоснованно указал на то, что рыночную стоимость спорного земельного участка надлежит определять с учетом находящихся не нем элементов строительства. 

В представленной ответчиком справке от 28.07.2016 №18-11/2019 соответствующие улучшения земельного участка: фундамент под жилой дом, недостроенная баня, временный домик для производства работ, забор не оценены, в связи с чем указанную в данном документе стоимость нельзя принять во внимание для целей применения последствий недействительности договора купли-продажи от 28.07.2016.

Должником же, со своей стороны, в ходе судебного разбирательства в материалы дела представлена справка оценочной компании ООО «Гудвилл» от 12.01.2022, согласно которой стоимость спорного земельного участка с учетом расположенных на нем объектов строительства и бытового домика по состоянию на 01.08.2016 составляла 1 070 000 руб.

Данный документ, учитывающий произведенные на земельном участке улучшения, наличие которых как таковых ФИО2 не оспаривается, что подтверждено его представителем в частности в судебном заседании 29.08.2022 в суде апелляционной инстанции, документально не опровергнут (статьи 8, 9, 65, 66 АПК РФ).

Доказательств иной рыночной стоимости земельного участка именно с соответствующими находящимся на нем строениями, ответчиком не представлено. 

Исходя из этого, суд признает доказанной величину рыночной стоимости спорного объекта недвижимости равной 1 070 000 руб.

Имеющиеся в материалах дела скриншоты страниц объявлений, размещенных в сети «Интернет», не могут конкурировать со справкой от 12.01.2022, поскольку представляют собой ценовое предложение продавца, определенное по его личному усмотрению.

При таких обстоятельствах с ФИО2 в конкурсную массу должника в результате признания договора купли-продажи от 28.07.2016 недействительным надлежит взыскать 535 000 руб. (1 070 000 руб. / 2).

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 19 постановления Пленума ВАС РФ № 63, по смыслу пункта 3 статьи 61.8 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки по правилам главы III.1 Закона о банкротстве, оплачивается государственной пошлиной в размере, предусмотренном для оплаты исковых заявлений об оспаривании сделок (подпункт 2 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации).

Как следует из материалов данного дела и непосредственно из содержания обжалуемого определения суда первой инстанции, учитывая, что договоры купли-продажи от 28.07.2016 и от 11.04.2018 оспаривались финансовым управляющим в качестве единой сделки, при принятии заявления к производству управляющему предоставлена отсрочка уплаты государственной пошлины в размере 6000 руб.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

Учитывая результаты рассмотрения спора, расходы по уплате государственной пошлины в размере 3000 руб. относятся на должника, а с ФИО9 и с ФИО2 следует взыскать по 1500 руб. с каждого.

В связи с тем, что финансовому управляющему предоставлялась отсрочка, указанные суммы государственной пошлины подлежат взысканию с участвующих в обособленном споре лиц в доход федерального бюджета (абзац 2 пункта 16 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 46 от 11.07.2014 «О применении законодательства о государственной пошлине при рассмотрении дел в арбитражных судах»).

Расходы по уплате государственной пошлины, понесенные в связи с обращением с апелляционной жалобой, относятся на ФИО2, учитывая, что обжалуемый судебный акт в части признания недействительной сделки, участником которой данный ответчик являлся, не отменен (статьи 110 АПК РФ). 

Руководствуясь статьями 176, 268 - 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд 

постановил:

апелляционную жалобу ФИО2 удовлетворить частично, определение Арбитражного суда Челябинской области от 10.06.2022 по делу № А76-10105/2018 отменить в части признания недействительной сделкой договора купли-продажи от 11.04.2018, заключенного ФИО2 и ФИО10.

Резолютивную часть определения Арбитражного суда Челябинской области от 10.06.2022 по делу № А76-10105/2018 изложить в следующей редакции:

«Заявление финансового управляющего о признании сделок должника недействительными удовлетворить частично.

Признать договор купли-продажи от 28.07.2016, заключенный ФИО9 и ФИО2, недействительной сделкой.

Применить последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО2 в пользу ФИО7 535 000 рублей.

В удовлетворении требования о признании договора купли-продажи от 11.04.2018, заключенного ФИО2 и ФИО10, недействительной сделкой отказать.

Взыскать с ФИО2 в доход федерального бюджета 1500 рублей в счет уплаты государственной пошлины за рассмотрение заявления.

Взыскать с ФИО9 в доход федерального бюджета 1500 рублей в счет уплаты государственной пошлины за рассмотрение заявления.

Взыскать с ФИО7 в доход федерального бюджета 3000 рублей в счет уплаты государственной пошлины за рассмотрение заявления.».

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции. 

Председательствующий судьяТ.В. Курносова

Судьи:Л.В. Забутырина

Ю.А. Журавлев