ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Москва

24.08.2023

Дело № А40-236698/2017

 

Резолютивная часть постановления объявлена 17 августа 2023 года

Полный текст постановления изготовлен 24 августа 2023 года

 

Арбитражный суд Московского округа в составе: 

председательствующего-судьи Голобородько В.Я.,

судей Коротковой Е.Н., Каменецкого Д.В.

при участии в заседании:

ФИО1 лично, паспорт

От конкурсного управляющего КБ «Альта-Банк» (ЗАО): ФИО2 по дов. от 08.06.2022

рассмотрев в судебном заседании кассационные жалобы ФИО3, ФИО1

Арбитражного суда города Москвы

на постановление от 08.06.2023

Девятого арбитражного апелляционного суда

по требованию ФИО1 о включении в третью очередь реестра требований кредиторов ООО «ПРОМСТРОЙСЕРВИС» в размере 5.200.000 руб.

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 21.04.2021 ООО «ПРОМСТРОЙСЕРВИС» признано несостоятельным (банкротом), введено конкурсное производство сроком на шесть месяцев, конкурсным управляющим утвержден ФИО4.

В суде первой инстанции рассматривались требования ФИО1 о включении в третью очередь реестра требований кредиторов ООО «ПРОМСТРОЙСЕРВИС» в размере 5.200.000 руб.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 25.01.2022 требование ФИО1 в размере 5.200.000 руб. основного долга, признано обоснованным и включено в третью очередь реестра требований кредиторов ООО «ПРОМСТРОЙСЕРВИС».

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 15.06.2022 определение Арбитражного суда города Москвы от 25.01.2022 оставлено без изменения.

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 18.10.2022 определение Арбитражного суда г. Москвы от 25.01.2022, постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 15.06.2022 отменены, обособленный спор в направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

Направляя обособленный спор на новое рассмотрение, суд кассационной инстанции указал, что с учетом доводов возражающего кредитора необходимо проверить период и реальность возникновения обязательств должника перед третьими лицами, необходимо установить, являются ли данные обязательства текущими.

При новом рассмотрении обособленного спора определением Арбитражного суда города Москвы от  17.02.2023 требование ФИО1 в размере 5.200.000,00 руб. основного долга признано обоснованным и включено в третью очередь реестра требований кредиторов ООО «ПРОМСТРОИСЕРВИС».

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 08.06.2023 определение Арбитражного суда города Москвы от 17.02.2023 отменено, требование ФИО1 признано обоснованным в размере 5 200 000,00 руб. и подлежащим удовлетворению после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов должника.

 

Не согласившись с постановлением суда апелляционной инстанции, ФИО3, ФИО1 обратились в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просят отменить постановление суда апелляционной инстанции и оставить в силе определение суда первой инстанции.

Заявитель в кассационной жалобе указывает на неправильное применение судом норм материального и процессуального права и неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для рассмотрения данного дела, утверждая, что   в рамках настоящего обособленного спора положения Обзора не подлежит применению в ситуации частичного погашения кредитором требований Банка. Обратный подход привел бы к негативным последствиям в: виде отказа контролирующих должника и аффилированных к нему от погашения требований к должнику у независимых кредиторов, лишая последних возможности хотя бы частично удовлетворить свои требования таким путем; в данном случае подобное погашение не позволяет рассматривать его как способ компенсационного финансирования должника в том смысле, который заложен в Обзоре, а сама по себе названная аффилированность основанием для субординации требования кредитора не является, следовательно, судом апелляционной инстанции сделал необоснованный вывод о применении к требованиям ФИО1 положений Обзора ВС РФ от 29.01.2020 года в части понижения очередности.

До судебного заседания от конкурсного управляющего ООО «ПРОМСТРОЙСЕРВИС»  поступил отзыв на кассационную жалобу, который приобщен к материалам дела в судебном заседании суда кассационной инстанции.

ФИО1 в судебном заседании доводы кассационной жалобы поддержал; представитель конкурсного управляющего ООО «ПРОМСТРОЙСЕРВИС» в отношении удовлетворения кассационной жалобы возражал.

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы и возражений на нее, проверив в порядке статей 286, 287, 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность обжалованного судебного акта, судебная коллегия суда кассационной инстанции не находит оснований для отмены постановления по доводам кассационной жалобы, поскольку они основаны на неправильном толковании заявителем норм материального права и направлены на переоценку исследованных судами доказательств, что, в силу норм статьи 286 и части 2 статьи 287Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не входит в полномочия суда кассационной инстанции.

В соответствии со статьей 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Согласно пункту 26 Постановления Пленума ВАС РФ № 35 от 22.06.2012 «О некоторых процессуальных вопросах связанных с рассмотрением дел о банкротстве» в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Целью такой проверки является установление обоснованности долга и недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку включение таких требований приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также интересов должника.

В круг доказывания по спору об установлении размера требований кредиторов в деле о банкротстве в обязательном порядке входит исследование судом обстоятельств возникновения долга.

С учетом специфики дел о банкротстве при установлении требований кредиторов в деле о банкротстве установленными могут быть признаны только такие требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, вступившим в законную силу решением Хамовнического районного суда города Москвы от 21.07.2020 по делу № 2-1034/2020 в пользу Банк Кремлевский» ООО в солидарном порядке с ООО «ПРОМСТРОЙСЕРВИС», ООО «Строительная компания «М-Групп», ФИО5, ФИО6 взыскана задолженность в размере 16.707.136,86 руб.; также с ФИО1 взыскано 6.998.568,43 руб. в порядке солидарной ответственности с ООО «ПРОМСТРОЙСЕРВИС», ООО «Строительная компания «М-Групп», ФИО5, ФИО6

В ходе исполнительных производств ФИО1 исполнил обязательства как поручитель на сумму 5.200.000 руб., что подтверждается представленными в материалы дела платежными поручениями № 5 от 31.12.2020, № 91 от 29.05.2020, № 2142 от 04.08.2020, № 1916 от 07.08.2020, № 89 от 30.04.2020, № 87 от 27.02.2020, № 90 от 29.05.2020, № 88 от 31.03.2020, № 582 от 30.12.2019, № 39 от 31.01.2020, № 1932 от 22.11.2019, № 540 от 29.11.2019.

Кроме того, факт частичного погашения задолженности подтверждается постановлением Арбитражного суда Московского округа от 16.08.2021 по настоящему делу.

С учетом указаний суда кассационной инстанции, суд первой инстанции установил, что задолженность перед Банком была погашена путем перечисления денежных средств на ссудный счет ООО «ПРОМСТРОЙСЕРВИС», а не расчетный, что и объясняет несоответствие реквизитов в платежных документах со счетами, открытыми должником.

Кроме того, в рамках дела о банкротстве Должника рассматривался спор о признании недействительными операций по перечислению сумм 51 536 000 руб. в пользу ФИО7 (супруга ФИО1).

В свою очередь, в рамках указанной сделки не установлены обстоятельства, свидетельствующие, что у ФИО7 остались денежные средства Должника в размере 51 536 000 руб.

01.03.2018 и 06.03.2018 на счёт ФИО7 перечислены денежные средства в сумме 51 536 000,00 руб., из них, ФИО7 произвела погашение задолженности Должника перед ООО «Банк Кремлевский» (ИНН 

<

***>) на сумму 49 631 178,40 руб., следовательно, сумма, оставшаяся на счете ФИО7 составила 1 904 821,60 руб. (51 536 000,00 руб. - 49 631 178,40 руб.).

Иные доказательства, в том числе, выписки по счетам должника, указывающие на вывод его активов в пользу ФИО7 или иных аффилированных лиц в материалах дела отсутствуют. ФИО1 производил частичное погашение задолженности перед ООО «Банк Кремлевский» 22.11.2019, путем проведения безналичных расчетов, что свидетельствует о реальности данных платежей, а также об отсутствии доказательств того, что указанная оплата производилась за счет денежных средств должника.

Суд кассационной инстанции также указал в постановлении от 18.10.2022 на необходимость проверить и дать оценку доводу управляющего о том, что перечисления ФИО1 в пользу третьих лиц за должника имели место в период 2019-2020г. г., т.е. после принятия судом заявления о признании должника банкротом. Проверив период и реальность возникновения обязательств должника перед третьими лицами, необходимо установить, являются ли данные обязательства текущими.

Суд первой инстанции, повторно рассмотрев требование ФИО1, не признал его текущим.

С выводами суда первой инстанции в данной части согласился апелляционный суд.

Закона о банкротстве разделяет требования к должнику на те, что подлежат включению в реестр требований кредиторов должника или относятся за реестр, и на текущие платежи в зависимости от времени их возникновения. К первой группе относится список всех признанных и доказанных задолженностей, возникших до возбуждения дела о банкротстве. Вторая связана с различными обязательствами должника, возникшими уже в ходе процедур банкротства.

На основании пункта 1 статьи 5 Закона о банкротстве под текущими платежами понимаются денежные обязательства, требования о выплате выходных пособий и (или) об оплате труда лиц, работающих или работавших по трудовому договору, и обязательные платежи, возникшие после даты принятия заявления о признании должника банкротом, если иное не установлено данным законом.

По общему правилу со дня принятия судом решения о признании должника банкротом все требования кредиторов по денежным обязательствам, об уплате обязательных платежей, иные имущественные требования подлежат предъявлению и рассмотрению только в деле о банкротстве (седьмой абзац пункта 1 статьи 126 Закона о банкротстве и пункт 34 Постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве").

Данный процессуальный механизм направлен на создание условий равной правовой защиты интересов должника, его контрагентов и кредиторов, чьи притязания затрагивают конкурсную массу, предоставляет им возможность доказать свою позицию в открытом состязательном процессе.

В пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 N 60 "О некоторых вопросах, связанных с принятием Федерального закона от 30.12.2008 N 296-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" разъяснено, что денежные обязательства и обязательные платежи, возникшие до возбуждения дела о банкротстве, независимо от срока их исполнения не являются текущими ни в какой процедуре.

Если денежное обязательство или обязательный платеж возникли до возбуждения дела о банкротстве, но срок их исполнения должен был наступить после введения наблюдения, то такие требования по своему правовому режиму аналогичны требованиям, срок исполнения по которым наступил на дату введения наблюдения, поэтому они подлежат предъявлению только в деле о банкротстве в порядке, определенном статьями 71 и 100 Закона о банкротстве.

Указанные требования подлежат предъявлению только в деле о банкротстве в порядке, определенном статьями 71 и 100 Закона, а в случае предъявления иска о взыскании соответствующей задолженности в общем порядке, предусмотренном процессуальным законодательством, суд оставляет исковое заявление без рассмотрения на основании части 4 статьи 148 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 365 Гражданского кодекса Российской Федерации к поручителю, исполнившему обязательство, переходят права кредитора по этому обязательству и права, принадлежавшие кредитору как залогодержателю, в том объеме, в котором поручитель удовлетворил требование кредитора. Поручитель также вправе требовать от должника уплаты процентов на сумму, выплаченную кредитору, и возмещения иных убытков, понесенных в связи с ответственностью за должника.

Поскольку требования поручителя вытекают из первоначального требования, в данном случае это требование по выплате банковской гарантии, то оснований полагать требования кредитора текущими у суда не имеется, так как банковская гарантия выдавалась в целях обеспечения исполнения обязательств в рамках государственного контракта, заключенного 16.11.2015. Договор поручительства заключался ФИО1 в целях обеспечения исполнения обязательств по Договору о предоставлении ООО «ПРОМСТРОЙСЕРВИС» банковской гарантии №508-2019/г от 27.03.2019.

Ссылка ФИО1 на пункт 6 Постановлением Пленума ВАС РФ № 63 от 23.07.2009 «О текущих платежах по денежным обязательствам в деле о банкротстве», согласно которому при решении вопроса о квалификации в качестве текущих платежей требований, вытекающих из договоров поручительства, судам следует исходить из того, что обязательство поручителя отвечать перед кредитором другого лица за исполнение последним его обязательства (ст. 361 ГК РФ) возникает с момента заключения договора поручительства не имеет правового значения, поскольку не может изменять дату возникновения обязательства, за которое выдает поручительство поручитель.

В соответствии с пунктом 12 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.07.2009 N 63 "О текущих платежах по денежным обязательствам в деле о банкротстве", судам следует иметь в виду, что переход права требования к другому лицу путем уступки или на основании закона (пункт 1 статьи 382 ГК РФ) не изменяет статуса данного требования с точки зрения его квалификации в соответствии со статьей 5 Закона о банкротстве.

Таким образом, заключение аффилированным лицом договора поручительства после возбуждения дела о банкротстве основного заемщика и дальнейшее погашение независимому кредитору части требования не может изменять судьбу первоначально возникшего обязательства и перемещать его в статус текущих обязательств. Иное толкование норм Закона приведет к необоснованным выгодам, получаемым аффилированными лицами при заключении подобного рода сделок.

Исполняя обязательство перед Банком, ФИО1 исполнил реестровые обязательства, оснований для признания его требований текущими - не имеется.

Судом кассационной инстанции в постановлении от 18.10.2022 также указано, что отклонение судом апелляционной инстанции довода жалобы о необходимости применения Обзора ВС РФ от 29.01.2020 по мотиву того, что заявитель не представил доказательств того, что ФИО1 являлся контролирующим должника лицом на момент совершения сделок по частичному погашению задолженности перед ООО «Банк Кремлевский» сделано без учета представленных в материалы обособленного спора доказательств и приведенных возражений. Возражающий кредитор ссылался на то, что ФИО7 является учредителем ООО «ПРОМСТРОЙСЕВРИС» (50 % доли в уставном капитале, том 1 л. 35 лицевая и обратная сторона), ФИО1 является супругом ФИО7. Кроме того, данные об этом предоставлены в отчете конкурсного управляющего».

Суд первой инстанции при повторном рассмотрении делу установил отсутствие доказательств аффилированности ФИО1 и ООО «ПРОМСТРОЙСЕРВИС». 

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции признал, что судом первой инстанции не учтено следующее.

С учетом специфики дел о банкротстве при установлении требований кредиторов в деле о банкротстве установленными могут быть признаны только такие требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Вышеуказанные требования Закона о банкротстве и разъяснения, содержащиеся в Постановлении N 35, по сути, означают, что и в случае перечисления третьим лицом за должника кредиторам последнего сумм в погашение задолженности и в отсутствие возражений со стороны конкурсного управляющего и иных кредиторов должника, обоснованность заявленного кредитором к включению в реестр требования подлежит проверке судом.

Если стороны рассматриваемого дела являются аффилированными лицами, то к требованию истца должен быть применен еще более строгий стандарт доказывания, чем к обычному кредитору в деле о банкротстве, поскольку общность экономических интересов, в том числе, повышает вероятность представления кредитором внешне безупречных доказательств исполнения по существу фиктивной сделки с противоправной целью последующего распределения конкурсной массы в пользу «дружественного» кредитора и уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю кредиторов независимых (определения Верховного Суда российской Федерации от 26.05.2017 № 306-ЭС 16-20056(6), от 11.09.2017 № 301-ЭС174784), что не отвечает стандартам добросовестного осуществления прав.

По смыслу пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве к заинтересованным лицам должника относятся лица, которые входят с ним в одну группу лиц либо являются по отношению к нему аффилированными. Таким образом, критерии выявления заинтересованности в делах о несостоятельности через включение в текст закона соответствующей отсылки сходны с соответствующими критериями, установленными антимонопольным законодательством.

При этом согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 N 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Второй из названных механизмов по смыслу абзаца двадцать шестого статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 N 948-1 "О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках" не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недопустимых обычным (независимым) участникам рынка.

При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившим о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

Действующее законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым очередность удовлетворения требований аффилированных (связанных) кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимися корпоративными, понижается.

Вместе с тем, для предотвращения необоснованных требований к должнику и, как следствие, нарушений прав его кредиторов к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника - банкрота, предъявляются повышенные требования (пункт 26 Постановления N 35, пункт 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016).

Следовательно, во избежание нарушения прав кредиторов должника все обстоятельства сделок с ним как с банкротом подлежат судебному исследованию, тем более, что если на пороки сделок указывают лица, участвующие в деле.

Суд апелляционной инстанции отметил, что, как неоднократно установлено в рамках дела о банкротстве должника, ФИО7 является учредителем ООО «ПРОМСТРОЙСЕВРИС» (50 % доли в уставном капитале). ФИО1, является супругом ФИО7 (следовательно, имеет право на 25 % доли в уставном капитале). Данные об этом предоставлены в отчете конкурсного управляющего. Таким образом, Заявитель по настоящему обособленному спору - ФИО1 является аффилированным с должником лицом.

Заключая с КБ «Кремлевский» (ООО) договор поручительства от 27.03.2019 №508-2019/п4 ФИО1, то есть через два года после возбуждения в отношении должника процедуры банкротства, но до введения первой процедуры, мог разумно предвидеть, что в его требование будет субординировано.

20.10.2020 в отношении Должника была введена процедура наблюдения. Таким образом, ФИО1 и иные аффилированные с должником лица в течение трех лет при ведении активной хозяйственной деятельности, в том числе, по исполнению государственных контрактов, пытались восстановить платежеспособность ООО «ПРОМСТРОЙСЕРВИС», исполняя часть обязательств за должника перед независимыми кредиторами для улучшения внешних показателей общества.

Действующее законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым очередность удовлетворения требований аффилированных (связанных) кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными, понижается.

В соответствии с пунктом 3 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 29.01.2020 (далее - Обзор от 29.01.2020) требование контролирующего должника лица подлежит удовлетворению после удовлетворения требований других кредиторов, если оно основано на договоре, исполнение по которому предоставлено должнику в ситуации имущественного кризиса.

Принимая во внимание сформулированное в судебной практике понятие компенсационного финансирования в форме заключения договора займа, в частности, по смыслу правовой позиции пункта 3.1 Обзора от 29.01.2020, необходимо, чтобы такое финансирование предоставлялось контролирующим лицом в период, когда должник находился в трудном экономическом положении, и с целью вернуть должника к нормальной предпринимательской деятельности. Выбирая подобную экономическую модель поведения, в обход порядка, предусмотренного пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве, контролирующее лицо принимает на себя все связанные с этим риски, в том числе риск утраты компенсационного финансирования на случай объективного банкротства и данные риски не могут перекладываться на других кредиторов (пункт 1 статьи 2 ГК РФ).

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 3 Обзора от 29.01.2020, при банкротстве требование контролирующего должника лица подлежит удовлетворению после удовлетворения требований других кредиторов, если оно основано на договоре, исполнение по которому предоставлено должнику в ситуации имущественного кризиса, в составе очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты, а именно: после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 ГК РФ.

Если такого рода финансирование осуществляется в условиях имущественного кризиса, позволяя должнику продолжать предпринимательскую деятельность, отклоняясь от заданного пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве стандарта поведения, то оно признается компенсационным с отнесением на контролирующее лицо всех рисков, в том числе риска утраты данного финансирования на случай объективного банкротства.

Согласно пункту 3.3 Обзора от 29.01.2020 разновидностью финансирования по смыслу пункта 1 статьи 317.1 ГК РФ является предоставление контролирующим лицом, осуществившим неденежное исполнение, отсрочки, рассрочки платежа подконтрольному должнику по договорам купли-продажи, подряда, аренды и т.д. по отношению к общим правилам о сроке платежа (об оплате товара непосредственно до или после его передачи продавцом, об оплате работ после окончательной сдачи их результатов, о внесении арендной платы в сроки, обычно применяемые при аренде аналогичного имущества при сравнимых обстоятельствах и т.п.). Если такого рода финансирование осуществляется в условиях имущественного кризиса, позволяя должнику продолжать предпринимательскую деятельность, отклоняясь от заданного пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве стандарта поведения, то оно признается компенсационным с отнесением на контролирующее лицо всех рисков, в том числе риска утраты данного финансирования на случай объективного банкротства. В случае признания подобного финансирования компенсационным вопрос о распределении риска разрешается так же, как и в ситуации выдачи контролирующим лицом займа.

В том же положении, что и контролирующее лицо, находится кредитор, не обладающий контролем над должником, аффилированный с последним, предоставивший компенсационное финансирование под влиянием контролирующего должника лица. Соответствующие разъяснения приведены в пункте 4 Обзора от 29.01.2020.

При рассмотрении требования АО «Холдинговая компания «СТК» о включении в реестр требований кредиторов ООО «ПРОМСТРОЙСЕРВИС» в размере 21.600.000,00 руб. основного долга, 10.595.243,83 руб. процентов за пользование займом, 254.791.381,17 руб. неустойки (Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 14.11.2023) установлено, что задолженность перед КБ «Альта-Банк» (ЗАО) в размере 114 967 125,29 руб., впоследствии включенная в реестр требований кредиторов должника, образовалась в связи с ненадлежащим исполнением должником Договора об открытии кредитной линии №РКЛ-451/1-2014 от 13.08.2014 (далее - Кредитный договор), согласно которому КБ «Альта-Банк» (ЗАО) обязался открыть Заемщику в порядке и на условиях, предусмотренных договором, кредитную линию на пополнение оборотных средств. Срок возврата кредита установлен по 12.08.2016.

Так, КБ «Альта-Банк» (ЗАО) исполнил принятые на себя обязательства по Кредитному договору, предоставив денежные средства в сумме 100 000 000 рублей.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 07.04.2016 по делу №А40-31573/16 КБ «Альта-Банк» (ЗАО) признан банкротом, в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим назначена Государственная корпорация «Агентство по страхованию вкладов».

31.03.2017 между КБ «Альта-Банк» (ЗАО) в лице конкурсного управляющего ГК «АСВ» и заемщиком ООО «Промстройсервис» заключено Соглашение об изменении порядка и сроков погашения задолженности к Договору об открытии кредитной линии №РКЛ-451/1¬2014 от 13.08.2014.

В соответствии с п. 3 Соглашения к Кредитному договору срок погашения ссудной задолженности по Кредитному договору изменяется на 26.03.2018.

При этом в соответствии с п. 3 Соглашения к Кредитному договору погашение задолженности осуществляется согласно Графика платежей в период с 04.03.2017 по 26.03.2018.

ООО «Промстройсервис» осуществило лишь один платеж 27.03.2017, чем допустил просрочку выплаты по кредиту по состоянию на 02.08.2018 в размере 87 500 000 руб. -основной долг, 15 954 965,71 руб. - сумма просроченных процентов, штрафные санкции на просроченный основной долг в размере 69 993 253,12 руб., штрафные санкции на просроченные проценты в размере 3 991 945,01 руб.

Указанные обстоятельства установлены решением Пресненского районного суда города Москвы от 12.11.2018 по делу №2-748/2018.

Таким образом, фактически Должник с августа 2016 года находился в имущественном кризисе, поскольку не мог исполнять принятые на себя по Кредитному договору денежные обязательства, в последствии срок оплаты по договору был отсрочен до 26.03.2017. Размер указанных обязательств более 300 000 рублей, срок исполнения - более 3 месяцев.

При этом, как отметил суд апелляционной инстанции, договор поручительства №508-2019/п4 ФИО1 заключает 27.03.2019 и частично исполняет обязательства должника в период с 22.11.2019 по 07.08.2020.

Апелляционный суд пришел к выводу о том, что совокупность изложенных обстоятельств подтверждает вывод об осуществлении ФИО1 по существу финансирования должника и, соответственно, об отнесении на кредитора риска утраты данного финансирования на случай объективного банкротства. 

С учетом разъяснений, изложенных в пункте 3.1 Обзора от 29.01.2020, суд апелляционной инстанции согласился с доводами ФИО6 о наличии оснований для понижения очередности удовлетворения требования кредитора в указанной части, поскольку требование кредитора вытекает из отношений по компенсационному финансированию.

В силу пункта 3.4 Обзора от 29.01.2020 не устраненные аффилированным лицом разумные сомнения относительно того, являлось ли предоставленное им финансирование компенсационным, толкуются в пользу независимых кредиторов.

В связи с изложенным, апелляционный суд признал, что требование ФИО1 является обоснованным и подлежащим удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

Суд кассационной инстанции находит выводы суда апелляционной инстанции законными и обоснованными, сделанными при правильном применении норм процессуального права.

Пределы рассмотрения дела в суде кассационной инстанции ограничены проверкой правильности применения судами норм материального и процессуального права, а также соответствия выводов о применении нормы права установленным по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам (части 1, 3 статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Арбитражный суд кассационной инстанции не вправе устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены в обжалуемом судебном акте либо были отвергнуты судами, разрешать вопросы о достоверности или недостоверности того или иного доказательства, преимуществе одних доказательств перед другими (часть 2 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции при вынесении обжалуемого судебного акта, не допущено.

Исходя из изложенного и руководствуясь статьями 284-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 08.06.2023 по делу № А40-236698/2017 оставить без изменения, кассационные жалобы без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий судья                                                  В.Я. Голобородько

Судьи:                                                                                          Е.Н. Короткова

Д.В. Каменецкий