﻿

АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А61-264/2016

г. Краснодар

25 марта 2021 года

Резолютивная часть постановления объявлена 18 марта 2021 г.

       Постановление изготовлено в полном объеме 25 марта 2021 г.

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Денека И.М., судей Герасименко А.Н. и Илюшникова С.М., при участии в судебном заседании от Кига Людмилы Васильевны – Кушнира С.В. (доверенность от 12.03.2019), в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения соответствующей информации на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев кассационную жалобу Кига Людмилы Васильевны на постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.11.2020 по делу № А61-264/2016, установил следующее. 

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «ТулузаИнтерСервис» (далее – должник, общество) конкурсный управляющий должника обратился с заявлением о признании отсутствующим факта оплаты по договору долевого участия в строительстве многоквартирного дома от 25.03.2014 № 160, заключенного между Кига Л.В. и обществом (далее – договор № 160), признании ничтожным договора № 160, зарегистрированного в ЕГРН на недвижимое имущество и сделок с ним за номером: 151501/064/2014-144 от 28.03.2014 на строительство квартиры № 116, по адресу: г. Владикавказ, ул. Тогоева, 22, позиция 2, подъезд 2, этаж 6, общей площадью 245,17 кв. м (далее – квартира № 116, спорный объект); признании ничтожными договора уступки прав требования от 06.05.2014 по договору № 160, заключенного между Кига Л.В. и Волдочинской Ю.М., договора уступки прав требования от 08.04.2015 по договору № 160, заключенного между Волдочинской Ю.М. и Кига Л.В., применении последствий недействительности сделок (уточненные в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса требования).

Определением Арбитражного суда Республики Северная Осетия – Алания от 21.02.2020 заявленные требования удовлетворены.

Определением Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 02.10.2020 суд перешел к рассмотрению обособленного спора по правилам, установленным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации для рассмотрения дел судом первой инстанции, на том основании, что, рассмотрев обособленный спор о признании недействительными, в том числе, договоров уступки прав требования, суд фактически принял решение о правах и обязанностях стороны этих сделок, не привлеченной к участию в деле в качестве ответчика. 

Постановлением апелляционного суда от 19.11.2020 определение суда от 21.02.2020 отменено, требования в части признания отсутствующим факта оплаты по договору № 160 оставлены без рассмотрения, в остальной части требования удовлетворены. Судебный акт мотивирован наличием оснований, предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), для признания договора № 160 недействительным. Кроме того, спорный договор является притворной сделкой, прикрывающей расчеты должника с третьими лицами. Срок исковой давности конкурсным управляющим не пропущен. Заключенные на основании ничтожной сделки, договоры уступки прав требования являются также недействительными. Требования в части признания отсутствующим факта оплаты по договору № 160 оставлены без рассмотрения, поскольку такое требование не является самостоятельным и подлежит оценке в качестве довода о признании сделки недействительной. 

В кассационной жалобе Кига Л.В. просит отменить постановление апелляционного суда от 19.11.2020 и отказать в удовлетворении заявленных требований. По мнению подателя жалобы, факт передачи в кассу общества денежных средств по договору № 160 установлен в рамках обособленного спора о включении требований заявителя в реестр требований кредиторов должника, имеющим преюдициальное значение. Определенная в договоре № 160 стоимость квартиры № 116 является средней и не отличается от цены, определенной должником в аналогичных сделках. В материалах дела имеются доказательства, свидетельствующие о наличии у Кига Л.В. возможности приобретения спорного объекта. Договор № 160 и приходный кассовый ордер со стороны должника подписаны Дзагоевым Г.Г. Вывод апелляционного суда о безвозмездном характере сделки противоречит имеющимся в материалах дела документам. Суд апелляционной инстанции необоснованно отказал в применении срока исковой давности к заявленным конкурсным управляющим требованиям. В материалах дела отсутствуют доказательства того, что заявитель заключала договор № 160 лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, поэтому вывод апелляционного суда о притворности сделки не правомерен. 								В судебном заседании представитель Кига Л.В. доводы кассационной жалобы поддержал.

Изучив материалы дела и доводы, изложенные в кассационной жалобе, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что жалоба подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как видно из материалов дела, 25.03.2014 общество (застройщик) и Кига Л.В. (участник долевого строительства) заключили договор долевого участия в строительстве многоквартирного жилого дома № 160, по условиям которого застройщик принял на себя обязательство построить многоквартирный жилой дом, предварительное описание: г. Владикавказ, ул. Тогоева, 21, позиция 2, подъезд 2, этаж 6, будущий номер помещения 116, количество комнат – 4, примерная площадь – 245,17 кв. м, высота потолков – 3 м. Участник строительства обязался, в свою очередь, уплатить застройщику 9 806 800 рублей. Договор зарегистрирован в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Республике Северная Осетия – Алания 28.03.2014 за номером 15-15-01/064/2014-144.

В подтверждение оплаты по указанному договору заявитель представил в материалы дела копию квитанции к приходному кассовому ордеру от 25.03.2014 № 43 на сумму 9 806 800 рублей.

06 мая 2014 года Кига Л.В. уступила право требования по договору № 160 Волдочинской Ю.М. Стоимость сделки составила 9 806 800 рублей. Договор зарегистрирован 13.05.2014.

08 апреля 2015 года Волдочинская Ю.М. уступила Кига Л.В. право требования по договору № 160. Стоимость сделки составила 9 806 800 рублей. Договор зарегистрирован 16.04.2015.

Определением суда от 15.02.2016 в отношении должника возбуждено дело о банкротстве; определением суда от 23.03.2016 введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден Калюжин Д.Н.; определением от 09.06.2016 применены правила параграфа 7 главы IX Закона о банкротстве; определением суда от 27.10.2016 введена процедура внешнего управления, внешним управляющим утвержден Калюжин Д.Н.; решением суда от 26.10.2018 должник признан банкротом, открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден Калоев А.Т.

Установив отсутствие оплаты по договору № 160, конкурсный управляющий 30.11.2018 обратился в арбитражный суд заявлением о признании отсутствующим факта оплаты по договору № 160, признании недействительными договора № 160 и договоров уступки прав требования от 06.05.2014 и 08.04.2015 и применении последствий их недействительности.

Удовлетворяя заявленные требования, суд апелляционной инстанции руководствовался статьями 65, 71, 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьями 10, 168 и пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – Гражданский кодекс), статьями 2, 32, 61.1, 61.2 Закона о банкротстве, разъяснениями постановлений Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)"» (далее – постановление № 63).

Апелляционный суд исходил из того, что оспариваемый договор заключен 25.03.2014, то есть в период подозрительности, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (заявление о признании должника несостоятельным (банкротом) принято к производству 11.02.2016); встречное исполнение по договору № 160 ответчиком не производилось, что подтверждено, в том числе, свидетельскими показаниями; общество, совершая оспариваемую сделку, безвозмездно передало имущественные права на квартиру в пользу заинтересованного лица – Кига Л.В., которая не могла не понимать, что она фактически денежные средства обществу не передавала; представленная в материалы дела квитанция к приходному кассовому ордеру сама по себе не является достаточным основанием полагать исполненной обязанность Кига Л.В. по оплате приобретенного права; факт наличия у Кига Л.В. достаточных накоплений, их размер и источник получения материалами обособленного спора не подтверждается, иной источник доходов не раскрыт; установленная сторонами в договоре № 160 от 25.03.2014 стоимость квартиры № 116 существенно отличается от цены, определенной должником в аналогичных сделках. 

Кроме того, суд апелляционной инстанции, установив, что заключение договора № 160 осуществлено безвозмездно, общество злоупотребило своим правом на распоряжение имуществом в отсутствие встречного исполнения при наличии неисполненных обязательств по передаче иным лицам, заключившим договор долевого строительства, а Кига Л.В., злоупотребляя своим правом, преследовала цель приобретения объекта недвижимого имущества без встречного исполнения (оплаты), что привело к нарушению прав других лиц, а именно кредиторов в рамках дела о банкротстве, признал спорную сделку недействительной также в силу статей 10, 168 и пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса.

При этом, суд апелляционной инстанции сделал вывод о том, что срок исковой давности не пропущен, поскольку реальную возможность узнать о нарушении права и обратиться в суд за его защитой конкурсный управляющий мог только после его утверждения в деле о банкротстве (24.10.2016, резолютивная часть определения о введении процедуры внешнего управления), трехгодичный срок исковой давности к моменту подачи настоящего заявления конкурсного управляющего в арбитражный суд (30.11.2018) не истек.

Суд кассационной инстанции считает данные выводы суда апелляционной инстанции необоснованными, не соответствующими нормам материального права ввиду следующего.

Признавая недействительным спорный договор № 160 на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, суд апелляционной инстанции не учел, что управляющим пропущен срок исковой давности, о применении которого заявлено ответчиком по обособленному спору.

В силу пункта 1 и 2 статьи 61.9 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, при этом срок исковой давности исчисляется с момента, когда арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных настоящим Федеральным законом.

Исходя из разъяснений, изложенных в пункте 32 постановления № 63, заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве может быть подано в течение годичного срока исковой давности (пункт 2 статьи 181 Гражданского кодекса).

В соответствии со статьей 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий (в том числе исполняющий его обязанности - абзац третий пункта 3 статьи 75 Закона) узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве.

Законодательство связывает начало течения срока исковой давности не только с моментом, когда лицо фактически узнало о нарушении своего права, но и с моментом, когда оно должно было, то есть имело юридическую возможность узнать о нарушении права (определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2015 № 309-ЭС15-1959).

Из материалов дела видно, что определением суда от 27.10.2016 (резолютивная часть определения объявлена 24.10.2016) введена процедура внешнего управления, внешним управляющим утвержден Калюжин Д.Н. Таким образом, первоначально утвержденный внешний управляющий должен был узнать о совершении оспариваемой сделки в течение трех дней (абзац 4 пункта 1 статьи 94 Закона о банкротстве) с даты его утверждения (24.10.2016). Управляющий Купеев А.Б., который является процессуальным правопреемником арбитражного управляющего (пункт 6 статьи 20.3 Закона о банкротстве) обратился в арбитражный суд с заявлением об оспаривании сделки в ноябре 2018 года, то есть, за пределами годичного срока исковой давности, что является самостоятельным основанием для отказа в признании недействительным договора № 160 на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Из обжалуемого постановления суда апелляционной инстанции видно, что апелляционный суд признал договор № 160 недействительным также на основании статьи 10, 168 и пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса.

Суд кассационной инстанции отмечает следующее. 

Во избежание нарушения имущественных прав кредиторов, вызванных противоправными действиями должника-банкрота по искусственному уменьшению своей имущественной массы ниже пределов, обеспечивающих выполнение принятых на себя долговых обязательств, законодательством предусмотрен правовой механизм оспаривания сделок, совершенных в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (далее также сделки, причиняющие вред). Подобные сделки могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве (пункт 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве, пункт 4 постановления № 63). 

По общему правилу сделка, совершенная исключительно с намерением причинить вред другому лицу, является злоупотреблением правом и квалифицируется как недействительная по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса. В равной степени такая квалификация недобросовестного поведения применима и к нарушениям, допущенным должником-банкротом в отношении своих кредиторов, в частности к сделкам по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам, направленным на уменьшение конкурсной массы. 

В то же время законодательством о банкротстве установлены специальные основания для оспаривания сделки, совершенной должником-банкротом в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов. Такая сделка оспорима и может быть признана арбитражным судом недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в котором указаны признаки, подлежащие установлению (противоправная цель, причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность другой стороны об указанной цели должника к моменту совершения сделки), а также презумпции, выравнивающие процессуальные возможности сторон обособленного спора. Баланс интересов должника, его контрагента по сделке и кредиторов должника, а также стабильность гражданского оборота достигаются определением критериев подозрительности сделки и установлением ретроспективного периода глубины ее проверки, составляющего в данном случае три года, предшествовавших дате принятия заявления о признании должника банкротом. Тем же целям служит годичный срок исковой давности, исчисляемый со дня реальной или потенциальной осведомленности заявителя об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (пункт 2 статьи 181 Гражданского кодекса, пункт 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве, пункт 32 постановления № 63). 

Таким образом, законодательство пресекает возможность извлечения сторонами сделки, причиняющей вред, преимуществ из их недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 Гражданского кодекса), однако наличие схожих по признакам составов правонарушения не говорит о том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса. Поскольку определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по статьям 10 и 168 Кодекса возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки. 

В противном случае оспаривание сделки по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса по тем же основаниям, что и в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, открывает возможность для обхода сокращенного срока исковой давности, установленного для оспоримых сделок, и периода подозрительности, что явно не соответствует воле законодателя. 

В силу изложенного заявление конкурсного управляющего по данному обособленному спору могло быть удовлетворено только в том случае, если он доказал наличие в оспариваемой уступке требования пороков, выходящих за пределы подозрительной сделки.

Квалифицируя спорную сделку как заключенную в нарушение статьи 10 Гражданского кодекса, суд апелляционной инстанции указал, что общество злоупотребило своим правом на распоряжение имуществом в отсутствие встречного исполнения при наличии неисполненных обязательств по передаче иным лицам заключившим договор долевого строительства, а Кига Л.В., злоупотребляя своим правом, преследовала цель приобретения объекта недвижимого имущества без встречного исполнения (оплаты). 

Между тем, указанное обстоятельство не выходит за пределы признаков подозрительной сделки. Следовательно, у суда не было бы оснований для выхода за пределы пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве

При этом суд апелляционной инстанции сделал вывод о притворности договора № 160, прикрывающем собой расчеты между обществом и иными лицами (Цопановым О. и Бесоловым З.)

Данные выводы суда апелляционной инстанции являются противоречивыми, поскольку спорный договор не может одновременно являться безвозмездным и прикрывающим расчеты между должником и третьими лицами. 

В рассматриваемом случае имеющиеся в материалах дела договор № 160, приходный кассовый ордер к нему, показания бывшего руководителя должника Дзагоев Г.Г. и Кига Л.В. подтверждают, что между сторонами сложились отношения, направленные на исполнение Кига Л.В. и должником, в лице его руководителя, гражданско-правовых обязанностей, вытекающих из договора № 160. Так, при рассмотрении обособленного спора о включении требований Кига Л.В. в реестр требований кредиторов суд установил, что факт оплаты по договору № 160 подтвержден квитанцией к приходному кассовому ордеру от 22.03.2014 № 43. При этом, в связи с уничтожением в результате пожара бухгалтерской отчетности должника, проверить, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д. не представляется возможным. Подтверждением получения денежных средств застройщиком суд признал удостоверяющую подпись руководителя общества Дзагоева Г.Г., исполненную на приходных квитанциях заявителя повторно, после возбуждения дела о банкротстве застройщика в присутствии временного управляющего или его представителя. При этом судом проверены представленные кредитором сведения, подтверждающие, что его финансовое положение (с учетом доходов) позволяло предоставить должнику соответствующие денежные средства.

В рамках обособленного спора арбитражный управляющий каких-либо возражений относительно действительности договора № 160 и квитанции не заявлял. 

При рассмотрении настоящего спора, Дзагоев Г.Г., оспаривающий в рамках данного спора действительность своей подписи, заявил ходатайство о проведении судебной экспертизы подписи в приходном кассовом ордере от 22.03.2013 № 43. Согласно заключению эксперта от 19.10.2019 № 723, 724/1-3 рукописные записи (расшифровка от имени Дзагоева Г.Г.) и подписи от имени Дзагоева Г.Г., расположенные в квитанции к приходному кассовому ордеру от имени Дзагоева Г.Г. в строках «главный бухгалтер», «кассир» выполнены Дзагоевым Г.Г.

Указанное свидетельствует о том, что Кига Л.В. не нарушала условий договора № 160, оплатила стоимость объекта долевого строительства, что в целом свидетельствует о ее добросовестности.

При этом доказательств несоответствия волеизъявления сторон указанным правоотношениям, доказательств злоупотребления правом сторон оспариваемой сделки, материалы дела не содержат.

Вывод суда о том, что в кассу должника денежные средства не поступили, не может служить основанием для вывода о злоупотреблении Кига Л.В. правом, поскольку отсутствуют правовые основания для возложения неблагоприятных последствий на кредитора, который не является профессиональным инвестором, в связи ненадлежащим отражением хозяйственных операций на предприятии должника.

С учетом изложенного, вывод апелляционного суда о противоправном поведении Кига Л.В. и злоупотреблении правом с целью безвозмездного приобретения квартиры, противоречит установленным по делу обстоятельствам, а также обстоятельствам, установленным определением от 20.09.2016 о включении в реестр требований кредиторов, при вынесении которого, как следует из материалов обособленного спора, суд первой инстанции исследовал договор № 160 от 25.03.2014, квитанцию к приходно-кассовому ордеру № 43 на сумму 9 806 800 рублей, справку от 13.07.2016 об отсутствии задолженности по указанному договору за подписью Дзагоева Г.Г., договор купли-продажи  от 12.08.2013 квартиры в г. Вена, Австрия Володчинской Ю.М. (дочерью Кига Л.В.) по цене 550 тыс. евро. Аффилированности Кига Л.В. с должником суд не установил. 

Суд апелляционной инстанции также не учел, что другими судебными актами в рамках данного дела установлено, что реальная стоимость квартир определялась внешним управляющим минимум  от  35 тыс. рублей за 1 кв. м (определение от 04.07.2018 об утверждении мирового соглашения), что соответствует стоимости спорной квартиры площадью 245 кв. м. 

Ввиду отсутствия оснований для признания недействительным договора № 160, отсутствуют основания для признания недействительными последующих договора уступки прав требования от 06.05.2014, заключенного Кига Л.В. и Володчинской Ю.М., и договора уступки прав требования от 08.04.2015, заключенного Володчинской Ю.М. и Кига Л.В.

Основаниями для отмены решения, апелляционного постановления являются несоответствие выводов фактическим обстоятельствам, установленным судами первой и апелляционной инстанций, и имеющимся в деле доказательствам, нарушение либо неправильное применение норм материального права или норм процессуального права (часть 1 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации).

Поскольку фактические обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, установлены апелляционным судом и подтверждаются материалами дела, суд кассационной инстанции на основании пункта 2 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации полагает возможным отменить обжалуемое постановление суда апелляционной инстанции и принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований.

Расходы на проведение экспертизы в сумме 19 560 рублей отнести на должника.

Руководствуясь статьями 274, 286 – 290 Кодекса, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.11.2020 по делу № А61-264/2016 отменить. В удовлетворении заявления конкурсного управляющего ООО «ТулузаИнтерСервис» об оспаривании сделок от 25.03.2014, 06.05.2014 и 08.04.2014 отказать.

Отнести расходы по проведению экспертизы в сумме 19 560 рублей на должника ООО «ТулузаИнтерСервис».

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Председательствующий							    И.М. Денека 

Судьи										    А.Н. Герасименко										    С.М. Илюшников