Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области

191124, Санкт-Петербург, ул. Смольного, д.6

http://www.spb.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А56-95354/2020

17 декабря 2021 года

г.Санкт-Петербург

 

Резолютивная часть решения объявлена  10 декабря 2021 года.

Полный текст решения изготовлен  17 декабря 2021 года.

Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области в составе:судьи  Чекунов Н.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1

рассмотрев в судебном заседании дело по иску:

истцы: 1) АКЦИОНЕРНОЕ ОБЩЕСТВО ХОЛДИНГОВАЯ КОМПАНИЯ "НОВОТРАНС" (адрес:  Россия 670000, ГОРОД. УЛАН-УДЭ, БУРЯТИЯ РЕСПУБЛИКА, УЛИЦА. БОРСОЕВА, ДОМ/19Б, ПОМЕЩЕНИЕ 27, ОГРН: 

<

***>); 

2) АКЦИОНЕРНОЕ ОБЩЕСТВО "НОВЫЕ РЕСУРСЫ" (адрес:  Россия 670000, ГОРОД. УЛАН-УДЭ, БУРЯТИЯ РЕСПУБЛИКА, УЛИЦА. БОРСОЕВА, ДОМ/19Б, ПОМЕЩЕНИЕ 27, ОГРН: 

<

***>);

ответчики: 1) ОТКРЫТОЕ АКЦИОНЕРНОЕ ОБЩЕСТВО "ТРАНСПОРТНО-ЛОГИСТИЧЕСКИЙ КОМПЛЕКС" (адрес:  Россия 188480, ЛЕНИНГРАДСКАЯ ОБЛАСТЬ, КИНГИСЕППСКИЙ РАЙОН, ГОРОД. КИНГИСЕПП, ПРОСПЕКТ. КАРЛА МАРКСА, 25/2, ОГРН: 

<

***>); 

2) ОБЩЕСТВО С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "НОВЫЕ КОММУНАЛЬНЫЕ ТЕХНОЛОГИИ" (адрес:  Россия 188480, ЛЕНИНГРАДСКАЯ ОБЛАСТЬ, КИНГИСЕППСКИЙ РАЙОН, ГОРОД. КИНГИСЕПП, УЛИЦА. ЖЕЛЕЗНОДОРОЖНАЯ, ДОМ/5А, КАБИНЕТ 1, ОГРН: 

<

***>); 

3) АКЦИОНЕРНОЕ ОБЩЕСТВО "МОРСКОЙ ТОРГОВЫЙ ПОРТ УСТЬ-ЛУГА" (адрес:  Россия 188480, ЛЕНИНГРАДСКАЯ ОБЛАСТЬ, КИНГИСЕППСКИЙ РАЙОН, ГОРОД. КИНГИСЕПП, ПРОСПЕКТ. КАРЛА МАРКСА, ДОМ/25/2, КАБИНЕТ 102, ОГРН: 

<

***>);

третье лицо: ФИО2  (адрес:  Россия, г.  Санкт-Петербург)

о признании недействительными сделок

при участии

от истцов: 1) ФИО3 (по дов. от 16.12.2020), 2) ФИО4 (по дов. от 16.10.2020)

от ответчиков: 1) ФИО5 (по дов. от 18.03.2021), 2) ФИО6 (по дов. от 20.09.2021), 3) ФИО7 (по дов. от 13.12.2020), ФИО8 (по дов. от 25.12.2020)

от третьего лица: не явился, извещен

установил:

Акционерное общество Холдинговая компания "Новотранс" (далее – Истец 1), акционерное общество "Новые ресурсы" (далее – Истец 2) обратились в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с исковым заявлением к открытому акционерному обществу "Транспортно-Логистический комплекс" (далее – Ответчик 1), обществу с ограниченной ответственностью "Новые коммунальные технологии" (далее – Ответчик 2), акционерному обществу "Морской торговый порт Усть-Луга" (далее – Ответчик 3), с учетом принятых судом уточнений исковых требований просят:

признать недействительным (ничтожным) отказ конкурсного управляющего ОАО «Транспортно-логистический комплекс» ФИО2 от договоров аренды между ОАО «Транспортно-логистический комплекс» и АО «Морской торговый порт Усть-Луга» от 25 октября 2017 № 20; признать недействительными (ничтожными) договоры аренды между ОАО «Транспортно-логистический комплекс» и ООО «Новые коммунальные технологии» № 1-АР-П от 15.03.2018 года, № 2-АР-С от 15.03.2018 года, № 3-АР-ЖД от 15.03.2018 года, № 4-АР-ПК от 15.03.2018 года, № 5-АР-ПП от 15.03.2018 года, № 6-АР-ЖД от 15.03.2018 года, № 7-АР-И от 15.03.2018 года, № 8-АР-Т от 15.03.2018 года, № 9-Ар-АМ от 15.03.2018 года, договор субаренды №СА-П-2 от 12.04.2018; признать недействительными (ничтожными) договоры между ООО «Новые коммунальные технологии» и АО «Морской торговый порт Усть-Луга» № СА-1/В от 15.03.2018 года и договор субаренды между ООО «Новые коммунальные технологии» и АО «Морской торговый порт Усть-Луга» № 3 от 01.06.2018; признать АО «Морской торговый порт Усть-Луга» арендатором имущества ОАО «Транспортно-логистический комплекс», переданного по договорам аренды № 1-АР-П от 15.03.2018 года, № 2-АР-С от 15.03.2018 года, № 3-АР-ЖД от 15.03.2018 года, № 4-АР-ПК от 15.03.2018 года, № 5-АР-ПП от 15.03.2018 года, № 6-АР-ЖД от 15.03.2018 года, № 7-АР-И от 15.03.2018 года, № 8-АР-Т от 15.03.2018 года, № 9-АР-АМ от 15.03.2018 года., договору субаренды №СА-П-2 от 12.04.2018.

Также просят применить последствия недействительности ничтожных сделок: взыскать с ООО «Новые коммунальные технологии» в пользу ОАО «Транспортно-логистический комплекс» 1 729 501 573 руб. 05 коп. 

До судебного заседания в материалы дела поступили от Истцов – дополнительные пояснения к исковому заявлению в части расчета суммы исковых требований, от Ответчика 1 - письменные объяснения в порядке ст. 81 АПК РФ (с учетом обобщенной письменной позиции Истцов по делу), от Ответчика 2 – дополнительные пояснения в отношении ходатайства об истребовании доказательств по делу и письменные объяснения в отношении обобщенной позиции Истцов, от Истцов – возражения на письменную позицию ОАО «Транспортно-логистический комплекс» от 04.12.2021. Указанные документы приобщены к материалам дела в порядке ст. 65 АПК РФ. Направленные в электронном виде позиция Ответчика 3 в отношении ходатайства об истребовании документов, а также пояснения Истцов к аудиопротоколам не приобщаются к материалам дела, поскольку не были заблаговременно раскрыты перед сторонами спора и представлены в суд (ч. 3 ст. 65 АПК РФ). С учетом длительности рассмотрения настоящего спора, отсутствия уважительных причин направления документов непосредственно перед заседанием либо в заседании суд оценивает как злоупотребление процессуальным правом, направленное исключительно на затягивание рассмотрения спора.

Представители Истцов в заседание явились, поддержали ранее заявленное ходатайство об истребовании документов. Представители Ответчиков в заседании являлись, возражали против удовлетворения заявленного ходатайства. 

Судом отклонено заявленное ходатайство об истребовании документов ввиду его необоснованности. 

Истцом 1 заявлено ходатайство о приобщении к материалам дела отчета конкурсного управляющего ОАО «Транспортно-логистический комплекс» от 30.01.2018, Ответчики возражали против удовлетворения ходатайства. Ходатайство судом отклонено, как не соответствующее положениям ст. 65 АПК РФ.

В судебном заседании 10.12.2021 принял участие эксперт – ФИО9, подготовивший экспертное заключение № 21/69-А56-95354/2020 от 22.10.2021, давший пояснения по содержанию экспертного заключения.

По итогам опроса эксперта, Ответчиком 1 поддержано ранее заявленное ходатайство о проведении по делу повторной экспертизы. Ответчик 2 и Ответчик 3 поддержали заявленное ходатайство, Истцы возражали против его удовлетворения. 

Ходатайство о проведении повторной экспертизы отклонено судом. Суд соглашается с позицией Ответчиков, что экспертное заключение, подготовленное экспертом ООО «Центр независимой профессиональной экспертизы ПетроЭксперт» ФИО9 № 21/69-А56-95354/2020 от 22.10.2021 следует оценивать критически, поскольку при проведении экспертизы экспертом был допущен ряд существенных нарушений. В частности, при ответе на вопрос № 1 эксперт указал, что возврат задолженности Ответчика 3 перед Ответчиком 1 в размере 736 145 028,01 руб. возможен в течение 5,6 месяцев. Вместе с тем, как подтверждено экспертом в судебном заседании 10.12.2021 при ответе на данный вопрос он руководствовался данными бухгалтерской отчетности Ответчика 3 на 31.12.2017, а также не учитывал финансовое положение Ответчика 3 на 25.10.2017 (как это указано в вопросе) и его расходы  на осуществление текущей хозяйственной деятельности (выплату заработной платы работникам, оплату услуг подрядчиков, закупку топлива и иных материалов, оплату налогов, лизинговых платежей и т.д.). Ответы на вопросы № 2-3 следует также оценивать как недостоверные, так как эксперт, выполняя расчет переменной части арендной платы, не исключил из расчета доходы Ответчика 3 по хозяйственным договорам, заключенным после 25.10.2017, как это было прямо указано в вопросе на экспертизу, что прямо подтвердил эксперт в судебном заседании 12.10.2021. При ответе на вопрос № 5 эксперт допустил ошибки в исходных данных (перепутал убыток и прибыль).

Вместе с тем, экспертное заключение оценивается судом в совокупности с иными доказательствами по делу, в связи с чем, суд полагает возможным разрешение спора без проведения повторной экспертизы. Суд при этом учитывает длительность рассмотрения настоящего спора.

В судебном заседании Истцы поддержали заявленные исковые требования, Ответчики возражали против их удовлетворения.

Третье лицо не заявляющее самостоятельных требований в отношении предмета спора – ФИО2 в судебное заседание не явился, извещен, что не препятствует рассмотрению иска в его отсутствие.

Исследовав материалы дела, оценив представленные доказательства, суд приходит к выводу об отказе в иске.

В обоснование требований Истцы указывают, что Истец 1 является владельцем 62,53 % акций Ответчика 1 и владельцем 24 % акций Ответчика 3. Истец 2 является владельцем 14,01 % акций Ответчика 1. 

Решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 27.09.2017 по делу № А56-4456/2017 Ответчик 1 признан несостоятельным (банкротом) в отношении него введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО2.

Ответчик 1 являлся собственником и арендатором имущества, входившего в состав имущественного комплекса «Многофункциональный перегрузочный комплекс Юг-2» (МПК «Юг-2») (земельные участки, гидротехнические сооружения, оборудование, движимое имущество и т.д.). 

Между Ответчиком 1 и Ответчиком 3 были заключены договоры аренды (субаренды) в отношении объектов, входящих в имущественный комплекс МПК «Юг-2»: договор аренды от 01.12.2014 № АР-ЖДП; договор аренды от 01.12.2014 № АР-МПК; договор аренды техники от 11.01.2016 № АР-Т; договор субаренды от 01.01.2015 № АР-12/2015; договор аренды от 01.04.2011 № АР-0104/11-501; договор субаренды от 10.06.2013 (далее – договоры аренды). 

По условиям договоров аренды (п.5 договора №АР-МПК от 01.12.2014 и п.5 договора аренды №АР-ЖДП от 01.12.2014) за владение и пользование арендуемым имуществом арендатор обязуется уплачивать арендодателю арендную плату, которая включает в себя две составляющие: фиксированную часть арендной платы (5 000 000 рублей) и переменную часть арендной платы, которая была поставлена в зависимость от размера дохода арендатора (Ответчика 3) от оказания услуг по перевалке и хранению груза на территории МПК «ЮГ-2». 

25.10.2017 конкурсный управляющий ФИО2 направил в адрес Ответчика 3 отказ от исполнения сделки должника исх. № 20 (далее – отказ от договоров аренды), которым на основании ст. 102, 109 Федерального закона № 127-ФЗ от 26.10.2002 «О несостоятельности (банкротстве)» отказывался от исполнения договоров аренды. 

Как указано в тексте отказа от договоров аренды отказ заявлен по причине наличия задолженности Ответчика 3 перед Ответчиком 1 на сумму более 700 млн. рублей по договорам аренды, которая не оплачивается длительное время и причиняет Ответчику 1 и его кредиторам убытки. 

На дату введения конкурсного производства в отношении Ответчика 1 и утверждения конкурсного управляющего (27.09.2017) в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области было подано исковое заявление Ответчика 1 о взыскании с Ответчика 3 задолженности по договорам аренды. Решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 05.02.2018 по делу № А56-67250/2017 с Ответчика 3 в пользу Ответчика 1 было взыскано 352 649 169 руб. 54 коп. задолженности по договору аренды № АР-МПК от 01.12.2014, 312 777 405 руб. 57 коп. задолженности по договору аренды № АР-ЖДП от 01.12.2014, 61 879 332 руб. 90 коп. задолженности по договору субаренды от 10.06.2013, 3 120 руб. задолженности по договору субаренды № АР-12/2015 от 01.01.2015, 140 000 руб. задолженности по договору № АР-0104/11-501 от 01.04.2011, 8 496 000 руб. задолженности по договору № АР-Т от 11.01.2016, 200 000 руб. судебных расходов по уплате государственной пошлины.

После отказа от договоров аренды, заключенных с Ответчиком 3, в отношении имущества ранее сдаваемого в аренду, конкурсный управляющий ФИО2 заключил договоры аренды с Ответчиком 2 № 1-АР-П от 15.03.2018, № 2-АР-С от 15.03.2018, № 3-АР-ЖД от 15.03.2018, № 4-АР- ПК от 15.03.2018, № 5-АР-ПП от 15.03.2018, № 6-АР-ЖД от 15.03.2018, № 7-АР-И от 15.03.2018, № 8-АР-Т от 15.03.2018, № 9-Ар-АМ от 15.03.2018, договор субаренды № СА-П-2 от 12.04.2018 (далее – новые договоры аренды).

По условиям новых договоров аренды (п. 4.1 договора № 1-АР-П от 15.03.2018, п. 4.1 договора № 2-АР-С от 15.03.2018, п. 4.1 договора № 3-АР-ЖД от 15.03.2018, п. 4.1 договора № 4-АР- ПК от 15.03.2018, п. 4.1 договора № 5-АР-ПП от 15.03.2018, п. 4.1 договора № 6-АР-ЖД от 15.03.2018, п. 4.1 договора № 7-АР-И от 15.03.2018, п. 4.1 договора № 8-АР-Т от 15.03.2018, п. 4.1 договора № 9-Ар-АМ от 15.03.2018) за владение и пользование арендуемым имуществом арендатор обязуется уплачивать арендодателю арендную плату в фиксированном размере (более 900 000 000 рублей в год).

 В последующем имущество, арендуемое Ответчиком 2, было передано в субаренду Ответчику 3 по договорам субаренды имущества № СА-1/В от 15.03.2018 и договору субаренды № 3 от 01.06.2018 (далее – договоры субаренды). Условия договоров субаренды в части арендной платы были аналогичны условиям договоров аренды, заключенных ранее между Ответчиком 1 и Ответчиком 3, в том числе, в части переменной части арендной платы, зависящей от доходов арендатора от оказания услуг по перевалке и хранению груза на территории МПК «ЮГ-2».

Истцы полагают, что после введения конкурсного производства, конкурсный управляющий ФИО2, Ответчик 2 и Ответчик 3 совершили ряд последовательных сделок, направленных на причинение вреда Ответчику 1 и Ответчику 3 (вред акционерам указанных обществ), которые имеют признаки мнимости и притворности, заключены с умыслом на вывод денежных средств из группы компаний (Ответчика 1 и Ответчика 3) в пользу третьего лица (Ответчика 2), в результате совершения которых данным обществам причинен значительный ущерб.

В обоснование исковых требований Истцы указывают, что сторонами спорных сделок были созданы условия для расторжения договоров аренды, ранее заключенных между Ответчиком 1 и Ответчиком 3, путем искусственного увеличения задолженности по ним; конкурсным управляющим ФИО2 заявлен заведомо фиктивный, т.е. совершенный на бумаге без юридически значимой цели, отказ от договоров, который сторонами в действительности никогда не исполнялся; арендуемое имущество продолжил эксплуатировать Ответчик 3; включение в арендную схему Ответчика 2, не имевшего на дату заключения новых договоров аренды и договоров субаренды лицензий, персонала, оборудования для эксплуатации МПК «Юг-2», было направлено на получение Ответчиком 2 сверхдохода по договорам субаренды. По итогам совершения всех вышеуказанных действий Ответчик 2 получил прибыль в размере более чем 1,7 млрд. рублей,  в обход Ответчика 1, что и послужило основанием для предъявления иска. 

Возражая против удовлетворения исковых требований, Ответчики указывают, что вопреки доводам Истцов задолженность Ответчика 3 перед Ответчиком 1 по договорам аренды формировалась с 2014 года, то есть задолго до утверждения конкурсным управляющим ФИО2, к моменту отказа конкурсного управляющего ФИО2 от договоров аренды (25.10.2017) задолженность Ответчика 3 перед Ответчиком 1 составляла более 700 млн. рублей, финансовые показатели Ответчика 3 продолжали ухудшаться, имелись внешние признаки неплатежеспособности Ответчика 3, в связи с чем, конкурсный управляющий ФИО2 отказался от договоров аренды, как от убыточных для Ответчика 1 сделок; отказ от договоров аренды является законным и обоснованным. Передавая имущество в аренду Ответчику 2 конкурсный управляющий ФИО2 не преследовал цели причинить вред Ответчику 1, поскольку имущество было передано в аренду по фиксированной арендной ставке, исключающей риск падения доходности аренды из-за внешних обстоятельств – загруженности порта, объема перевалки грузов и выручки арендатора, а размер этой фиксированной ставки превышал доходы Ответчика 1 от аренды за любой предыдущий год (2014-2017). Тот факт, что Ответчик 2 получил доход по договорам субаренды (с переменной арендной ставкой) существенно выше дохода, полученного Ответчиком 1 по фиксированной ставке, не имеет значения для рассмотрения спора, поскольку данное обстоятельство не было известно конкурсному управляющему ФИО2 на момент прекращения ранее заключенных договоров аренды с Ответчиком 3 и заключения новых договоров аренды с Ответчиком 2, и не могло быть прогнозируемо им. 

Согласно ст. 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа сделки применяются относящиеся к ней правила.

По смыслу данной нормы, по основанию притворности может быть признана недействительной лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю участников сделки. При этом обе стороны должны преследовать общую цель и достичь соглашения по всем существенным условиям той сделки, которую прикрывает юридически оформленная сделка (п. 87 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»). 

Согласно позиции Верховного Суда РФ, выраженной в определении от 29.10.2018 № 308-ЭС18-9470 при рассмотрении вопроса о мнимости (притворности) сделок суд должен оценить доводы сторон на их (не)соответствие здравому смыслу или обычно сложившейся практике хозяйственных взаимоотношений в той или иной сфере предпринимательской деятельности, должен учитывать пояснения (не)разумности в действиях и решениях сторон сделки и т.п.

Таким образом, с учетом положений ст. 65 АПК РФ, в такой категории споров именно истец должен доказать, что все стороны оспариваемых сделок преследовали общую цель заключения притворной сделки и сокрытия истинной воли сторон; действия сторон по заключению сделок отклоняются от поведения среднестатистического участника гражданского оборота и не имеют экономического обоснования. В свою очередь, ответчики вправе опровергнуть доводы истцов, обосновав экономическую целесообразность заключения оспариваемых договоров для каждой из сторон сделок.

Оценивая законность действий конкурсного управляющего ФИО2 по отказу от договоров аренды, суд не может согласиться с доводами Истцов о том, что такой отказ являлся мнимым и необоснованным. 

Материалами дела (соглашением от 30.11.2015, заключенным между Ответчиком 1 и Ответчиком 3 о беспроцентной рассрочке по договорам аренды, актами сверок, решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 05.02.2018 по делу № А56-67250/2017) подтверждается, что Ответчик 3 систематически не оплачивал арендную плату по договорам аренды, в результате чего общая задолженность перед Ответчиком 1, взысканная в последующем арбитражным судом, превысила 700 млн. рублей. 

Согласно сведениям из промежуточного баланса Ответчика 3 на 30.09.2017 у компании отсутствовала прибыль к распределению (строка 1370), непокрытый убыток составлял 12 864 000 рублей (строка 1370), имелась задолженность перед персоналом в размере 7 755 000 рублей (строка 1520), имелась долгосрочная задолженность в размере 139 613 000 рублей перед поставщиками и подрядчиками (строка 1450); имелась в значительном объеме краткосрочная кредиторская задолженность в размере 688 792 000 рублей (строка 1520), при условии, что денежные средства компании составляли всего лишь 2 793 000 рублей (строка 1250), убыток от продаж составлял 105 927 000 рублей (строка 2200); чистый убыток - 105 827 000 рублей (строка 2400).

Согласно пункту 3 статьи 129 Закона о банкротстве конкурсный управляющий вправе заявлять отказ от исполнения договоров и иных сделок в порядке, установленном статьей 102 настоящего федерального закона. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 102 Закона о банкротстве внешний управляющий в течение трех месяцев с даты введения внешнего управления вправе отказаться от исполнения договоров и иных сделок должника. Согласно пункту 2 статьи 102 Закона о банкротстве отказ от исполнения договоров и иных сделок должника может быть заявлен только в отношении сделок, не исполненных сторонами полностью или частично, если такие сделки препятствуют восстановлению платежеспособности должника или если исполнение должником таких сделок повлечет за собой убытки для должника по сравнению с аналогичными сделками, заключаемыми при сравнимых обстоятельствах.

Таким образом, учитывая наличие существенной задолженности Ответчика 3 перед Ответчиком 1 по договорам аренды, период образования задолженности, финансовые показатели Ответчика 3 на дату отказа от договоров аренды, которые ставили под сомнение возможность Ответчика 3 погасить образовавшуюся задолженность, суд приходит к выводу о том, что отказ конкурсного управляющего ФИО2 законен и обоснован. 

При этом суд не принимает во внимание вывод эксперта, сделанный в экспертном заключении № 21/69-А56-95354/2020 от 22.10.2021 при ответе на вопрос № 1 о том, что задолженность Ответчика 3 перед Ответчиком 1 в размере 736 145 028,01 рублей может быть погашена за 5,6 месяцев, поскольку как подтверждено экспертом в судебном заседании 10.12.2021 при ответе на данный вопрос он руководствовался данными бухгалтерской отчетности Ответчика 3 на 31.12.2017, то есть на дату после отказа от договоров аренды (25.10.2017), а также не учитывал финансовое положение Ответчика 3 на 25.10.2017 и его расходы  на осуществление текущей хозяйственной деятельности (выплату заработной платы работникам, оплату услуг подрядчиков, закупку топлива и иных материалов, оплату налогов, лизинговых платежей и т.д.). 

Ввиду того, что факт наличия задолженности Ответчика 3 перед Ответчиком 1 на дату прекращения договоров аренды (25.10.2017) не оспаривается лицами, участвующими в деле, суд приходит к выводу о том, что у конкурсного управляющего ФИО2 имелись законные основания для отказа от договоров аренды. 

Доводы Истцов о том, что отказ от договоров аренды носил фиктивный характер отклоняется судом как необоснованный. Тот факт, что арендуемый имущественный комплекс – МПК «Юг-2» не был передан Ответчику 1 по акту приема-передачи в день получения отказа от договоров аренды, не свидетельствует о том, что отказ от договоров аренды не повлек наступление юридических последствий. Материалами дела и условиями договоров аренды подтверждается, что в аренду были переданы сотни позиций движимого и недвижимого имущества приемка-передача которых требует значительного количества времени. Кроме того, суд принимает во внимание тот факт, что у Ответчика 1 отсутствовали лицензии для самостоятельного осуществления деятельности на терминале МПК «Юг-2», а также доводы ответчиков о том, что одномоментное прекращение деятельности Ответчика 3 на терминале МПК «Юг-2» было невозможно ввиду наличия на терминале грузов, в том числе, стратегического характера, перевалка/погрузка которых должна была быть завершена в предусмотренные договорами перевалки сроки. Доказательств того, что все арендуемое имущество могло быть объективно возвращено Ответчику 1 в день отказа от договоров аренды или кратчайший срок после указанной даты, в материалы дела Истцы не представили. Отказ от договоров аренды повлек наступление юридически значимых последствий для сторон, поскольку в отношении арендуемого имущества в последующем были заключены договоры аренды с новым арендатором (Ответчик 2), который исполнял обязательства по оплате арендной платы в пользу арендодателя (Ответчика 1). 

Суд принимает во внимание, что Истцы не оспаривают саму по себе необходимость сдачи имущества Ответчика 1 в аренду (поскольку Ответчик 1 не имел объективной возможности самостоятельно эксплуатировать данное имущество), однако не согласны с выбором в качестве арендатора – Ответчика 2.

Суд отклоняет доводы Истцов о том, что заключение конкурсным управляющим ФИО2 новых договоров аренды с Ответчиком 2 преследовало цель причинение вреда Ответчику 1 и Ответчику 3 по следующим основаниям.

В обоснование своей позиции Истцы ссылаются на то обстоятельство, что по итогам 2018 года размер арендной платы, которая была получена Ответчиком 1 от Ответчика 2 по новым договорам аренды (931 111 438 руб. 95 коп. подтверждается выпиской по расчетным счетам Ответчика 1 и Ответчика 3) существенно меньше размера арендной платы, полученной Ответчиком 2 от Ответчика 3 по договорам субаренды (2 243 569 453 руб. 31 коп, подтверждается актами сверок и выписками по расчетным счетам Ответчика 2 и Ответчика 3). 

При этом, Истцы не отрицают тот факт, что разница в доходах полученных Ответчиком 1 и Ответчиком 2 обусловлена разными подходами к формированию цены аренды. В новых договорах аренды, заключенных между Ответчиком 1 и Ответчиком 2 арендная плата носила фиксированный характер, а в договорах субаренды, заключенных между Ответчиком 2 и Ответчиком 3 арендная плата большей частью складывалась за счет переменной части, зависящей от выручки Ответчика 3. 

Данными бухгалтерского учета и выписками по расчетным счетам Ответчика 3 подтверждается, что выручка Ответчика 3 в 2018 году существенно увеличилась (в 3 раза) по сравнению с данными за 2017 год, в первую очередь за счет заключения новых договоров на перевалку грузов, ранее отсутствовавших на терминале (уголь, нефтекокс).

В материалы дела не представлено доказательств того, что конкурсный управляющий ФИО2 на дату отказа от договоров аренды (25.10.2017) располагал информацией о будущей выручке Ответчика 3 и как следствие, мог рассчитать возможный доход Ответчика 1 при сохранении договоров аренды.

При этом суд принимает во внимание, что заключение новых договоров аренды с фиксированной арендной ставкой не нарушает права Ответчика 1 и его акционеров, поскольку такое условие договоров исключает зависимость дохода по аренде от результатов деятельности третьего лица, и обеспечивает поступление в конкурсную массу стабильного дохода. Более того, размер дохода Ответчика 1 полученный по фиксированной арендной ставке (931 111 438 руб. 95 коп. за почти 11 месяцев аренды) существенно превышает размер дохода, полученного Ответчиком 1 в предыдущих периодах по договорам аренды, заключенным в Ответчиком 3. Например, как указано в экспертном заключении № 21/69-А56-95354/2020 от 22.10.2021 на стр. 46-47 и не оспаривается сторонами, размер начисленной арендной платы за 10 месяцев 2017 года по ранее заключенным договорам аренды с Ответчиком 3 составил 609 616 382,04 руб. При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу, что условия новых договоров аренды не нарушали прав Ответчика 1, поскольку обеспечивались поступление доходов от договоров аренды в большем размере, чем по ранее заключенным, а потому договоры аренды, заключенные между Ответчиком 1 и Ответчиком 2 не могут быть признаны недействительными. 

Доводы Истцов о том, что о притворности (мнимости) новых договоров аренды и договоров субаренды свидетельствует отсутствие у Ответчика 2 на дату заключения данных договоров лицензий и материально-технической базы для осуществления самостоятельной деятельности на терминале МПК «Юг-2» отклоняются судом как противоречащие закону. 

Действительно, в силу подпункту 28 пункта 1 статьи 28 Федерального закона от 04.05.2011 № 99-ФЗ «О лицензировании отдельных видов деятельности» (далее – Закон о лицензировании) погрузочно-разгрузочная деятельность применительно к опасным грузам на внутреннем водном транспорте, в морских портах подлежит лицензированию.

Вместе с тем, согласно подпункта 1 пункта 3 статьи  8  Закона о лицензировании в перечень лицензионных требований с учетом особенностей лицензируемого вида деятельности могут быть включены требования наличия у соискателя лицензии помещений, зданий, сооружений и иных объектов по месту осуществления лицензируемого вида деятельности, технических средств, оборудования и технической документации, принадлежащих им на праве собственности или ином законном основании, соответствующих установленным требования и необходимых для выполнения работ, оказания услуг, составляющих лицензируемый вид деятельности. Такое требование (о наличии у лицензиата производственных объектов, на которых будет вестись деятельность по перевалке грузов) установлено п. 5 Положения о лицензировании погрузочно-разгрузочной деятельности применительно к опасным грузам на внутреннем водном транспорте, в морских портах (утв. Постановлением Правительства РФ от 06.03.2012 № 193) (далее – Положение). Для получения лицензии необходимо представить не только список объектов (гидротехнических сооружений, причалов и т.д.), на которых будет вестись деятельность, но и копии правоустанавливающих документов, на основании которых будут использоваться объекты (пп. «г.» и «д.» п. 7 Положения). Лицензия выдается на ведение погрузочно-разгрузочной деятельности на конкретном объекте.

Таким образом, вопреки позиции Истцов, любой потенциальный арендатор терминала МПК «Юг-2» не смог бы сразу приступить к эксплуатации имущества (осуществление деятельности без лицензии влечет наступление ответственности – п. 6 Положения). Между заключением договоров аренды и началом самостоятельной деятельности арендатора на терминале в любом случае существовал бы временной промежуток, необходимый арендатору для получения лицензии. 

Материалами дела подтверждается, что Ответчик 2 после получения терминала МПК «Юг-2» в аренду, получил необходимые лицензии и приступил к самостоятельному осуществлению деятельности по перевалке грузов на терминале. Таким образом, доводы Истцов о мнимости оспариваемых договоров аренды и субаренды необоснованны. 

Ссылка Истцов на то обстоятельство, что Ответчик 2 на дату заключения новых договоров аренды обладал признаками несостоятельности, отклоняются судом как противоречащие представленным доказательствам. Ответчик 2 является мажоритарным кредитором Ответчика 1, чьи требования к Ответчику 1 подтверждены судебными актами, вступившими в законную силу и включены в реестр требований кредиторов Ответчика 1 на сумму более 10 млрд. рублей (частично обеспечены залогом имущества Ответчика 1). 

Иные доводы Истцов отклоняются судом как не имеющие отношения к предмету спора и не подтверждающие мнимость (притворность) оспариваемых договоров. 

При таких обстоятельствах заявленные требования не подлежат удовлетворению.

Расходы Истцов по госпошлине остаются на Истцах.

Руководствуясь статьями 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области 

решил:

В иске отказать.

Решение может быть обжаловано в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня принятия.

Судья Чекунов Н.А.