ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-4028/2024

Дело № А40-166386/18

г. Москва

05 апреля 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 19 марта 2024 года 

Постановление изготовлено в полном объеме 05 апреля 2024 года 

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Нагаева Р.Г.,

судей А.Н. Григорьева, А.А. Дурановского

при ведении протокола секретарем судебного заседания П.С. Бурцевым,  

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1

на определение Арбитражного суда г. Москвы от 11.12.2023 по делу № А40-166386/18

об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ООО «ЭнергоВысотСпецСтрой» - ФИО1 о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2 в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «ЭнергоВысотСпецСтрой»,

при участии в судебном заседании:

от ФИО2: ФИО3 по дов. от 23.03.2023

иные лица не явились, извещены

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда города Москвы от 11.09.2018 принято к производству заявление Общества с ограниченной ответственностью «Бизнес-Консалт Тендер» о признании несостоятельным (банкротом) Общества с ограниченной ответственностью «ЭнергоВысотСпецСтрой» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), возбуждено производство по делу. Определением Арбитражного суда города Москвы от 23.11.2018 в отношении ООО «ЭнергоВысотСпецСтрой» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) введена процедура наблюдения. Временным управляющим утвержден ФИО4 (адрес для направления корреспонденции: 198330, СПб, а/я 11).

Решением Арбитражного суда г. Москвы от 25.09.2020 в отношении ООО «ЭнергоВысотСпецСтрой» открыта процедура конкурсного производства сроком на шесть месяцев. До утверждения конкурсного управляющего должника исполнение обязанностей конкурсного управляющего возложено на ФИО4. Определением Арбитражного суда города Москвы от 08.02.2021 ФИО4 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ООО "ЭнергоВысотСпецСтрой". Определением Арбитражного суда города Москвы от 22.04.2021 конкурсным управляющим ООО «ЭнергоВысотСпецСтрой» утвержден ФИО1.

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 11.12.2023 отказано в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ООО "Энерговысотспецстрой" - ФИО1 о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2. Не согласившись с вынесенным определением суда первой инстанции, ФИО1 обратился в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить обжалуемый судебный акт.

В суд поступил отзыв ФИО2 на апелляционную жалобу. Суд, совещаясь на месте, определил приобщить к материалам дела представленный отзыв на апелляционную жалобу. Представитель ФИО2 возражает на доводы апелляционной жалобы, указывая на ее необоснованность. Просит определение суда оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, уведомленные судом о времени и месте слушания дела, в том числе публично, посредством размещения информации на официальном сайте в сети Интернет, в судебное заседание не явились, в связи с чем, апелляционная жалоба рассматривается в их отсутствие, исходя из норм ст. 156 АПК РФ. В соответствии с абз. 2 ч. 1 ст. 121 АПК РФ информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Рассмотрев дело в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства в порядке ст.ст. 123, 156, 266, 268, 272 АПК РФ, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены или изменения определения суда, принятого в соответствии с действующим законодательством и обстоятельствами дела.

Как усматривается из материалов дела в Арбитражный суд города Москвы 14.08.2023 поступило заявление конкурсного управляющего ООО «ЭнергоВысотСпецСтрой» - ФИО1 о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника. Согласно пункту 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии, при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств - причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

Согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица в том числе в случае, если причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 данного Закона. Контролирующее должника лицо несет субсидиарную ответственность по правилам статьи 61.11 Закона о банкротстве также в случае, если должник стал отвечать признакам неплатежеспособности не вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, однако после этого оно совершило действия и (или) бездействие, существенно ухудшившие финансовое положение должника (подпункт 2 пункта 12 указанной статьи).

Из разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенных  в пункте 23 постановления от 21.12.2017 №53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", следует, что согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно, являющиеся существенно убыточными.

Как разъяснено в пункте 19 Постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53 при доказанности обстоятельств, составляющих основания опровержимых презумпций доведения до банкротства, закрепленные в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица явились необходимой причиной объективного банкротства. 

В пункте 21 Постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 №53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - Постановление №53) разъяснено, то если необходимой причиной объективного банкротства явились сделка или ряд сделок, по которым выгоду извлекло третье лицо, признанное контролирующим должника исходя из презумпции, закрепленной в подпункте 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, такой контролирующий выгодоприобретатель несет субсидиарную ответственность, предусмотренную статьей 61.11 Закона о банкротстве, солидарно с руководителем должника (абзац первый статьи 1080 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ).

Согласно подпункту 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве предполагается, что лицо, которое извлекло выгоду из незаконного, в том числе недобросовестного, поведения руководителя должника является контролирующим. В соответствии с этим правилом контролирующим может быть признано лицо, извлекшее существенную (относительно масштабов деятельности должника) выгоду в виде увеличения (сбережения) активов, которая не могла бы образоваться, если бы действия руководителя должника соответствовали закону, в том числе принципу добросовестности.

Так, в частности, предполагается, что контролирующим должника является третье лицо, которое получило существенный актив должника (в том числе по цепочке последовательных сделок), выбывший из владения последнего по сделке, совершенной руководителем должника в ущерб интересам возглавляемой организации и ее кредиторов (например, на заведомо невыгодных для должника условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.) либо с использованием документооборота, не отражающего реальные хозяйственные операции, и т.д.). Опровергая названную презумпцию, привлекаемое к ответственности лицо вправе доказать свою добросовестность, подтвердив, в частности, возмездное приобретение актива должника на условиях, на которых в сравнимых обстоятельствах обычно совершаются аналогичные сделки.

Также предполагается, что является контролирующим выгодоприобретатель, извлекший существенные преимущества из такой системы организации предпринимательской деятельности, которая направлена на перераспределение (в том числе, посредством недостоверного документооборота), совокупного дохода, получаемого от осуществления данной деятельности лицами, объединенными общим интересом (например, единым производственным и (или) сбытовым циклом), в пользу ряда этих лиц с одновременным аккумулированием на стороне должника основной долговой нагрузки. В этом случае для опровержения презумпции выгодоприобретатель должен доказать, что его операции, приносящие доход, отражены в соответствии с их действительным экономическим смыслом, а полученная им выгода обусловлена разумными экономическими причинами (пункт 7 Постановления №53).

Таким образом, конкурсный управляющий ФИО1 не представил в материалы дела достаточные основания полагать, что ФИО2 имеет статус лица, обладающего возможностью контролировать должника. В материалах дела отсутствуют доказательства, подтверждающие получнение материальной или иной выгоды от деятельности должника, в том числе в виде вознаграждения, дивидендов или иных перечислений. ФИО2 не находилась с должником (руководителем или членами органов управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного положения; не имел полномочий совершать сделки от имени должника основанные на доверенности, нормативном правовом акте, либо ином специальном полномочии; не оказывала влияния на руководителя или членов органов управления должника. Степень вовлеченности должна быть установлена с надлежащей степенью доказанности. Наличия причинно-следственной связи между действиями и последствиями в виде невозможности удовлетворения требований кредиторов должника, в материалы дела не представлены, совокупность условий, необходимых для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, ФИО1 не доказана.

Материалы дела содержат приказы, подтверждающие, что обязанности главного бухгалтера Должника возложены на генерального директора - ФИО5 Бухгалтером Должника согласно выписки по расчетному счету (имеется в деле) и копии трудовой книжки (имеется в материалах дела) в период с 16.02.2012г. по 14.04.2017г. являлась ФИО6 (до 07.07.2017г. Климычева) Евгения Анатольевна. Предоставленные конкурсным управляющим ФИО1 в материалы дела документы: служебные записки от ФИО8 на имя ФИО5 также подтверждают, что бухгалтером являлась ФИО9 Сведения о состоянии индивидуального лицевого счета за период с 2000г. по 2021г. подтверждают факт того, что ФИО2 не являлась бухгалтером Должника, так как у нее отсутствовали трудовые отношения с ним.

Исходя из положений части 4 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу обязательны для арбитражного суда по вопросам о том, имели ли место определенные действия и совершены ли они определенным лицом. Признание преюдициального значения судебного акта, будучи направленным на обеспечение стабильности и общеобязательности судебного акта, исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если они имеют значение для разрешения данного дела. Тем самым преюдициальность служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2011 №30-П).

Согласно разъяснениям, изложенным в абзаце 4 пункта 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19.12.2003 № 23, из смысла части 4 статьи 13, части 2 и 3 статьи 61, части 2 статьи 209 Гражданского кодекса Российской Федерации лица, не участвовавшие в деле, по которому судом общей юрисдикции или арбитражным судом вынесено соответствующее судебное постановление, вправе при рассмотрении другого гражданского дела с их участием оспаривать обстоятельства, установленные этими судебными актами. В указанном случае суд выносит решение на основе исследованных в судебном заседании доказательств. Из этого следует, что не могут иметь преюдициального значения в уголовном судопроизводстве судебные акты, вынесенные по другому уголовному делу или в другом виде судопроизводства, если ими не решается дело по существу. Тем более не имеют преюдициального значения промежуточные судебные акты, вынесенные в порядке судебного контроля в досудебном производстве по уголовному делу, поскольку задачей судебного контроля является проверка законности и обоснованности действий следователя, дознавателя, но не доказывание фактических обстоятельств дела. Преюдициальное значение в уголовном судопроизводстве может иметь только приговор суда, вынесенный по другому уголовному делу, а не промежуточные решения, принимаемые судом в порядке судебного контроля по этому же делу.

Учитывая отсутствие в материалах дела вступившего в законную силу приговора суда в отношении ответчика, представленные документы сами по себе не могут быть приняты в качестве достаточных доказательств по рассматриваемому спору, учитывая, что они не устанавливают обстоятельств, на которые ссылается управляющий. Протоколы допросов свидетелей также не могут быть приняты в качестве надлежащих доказательств, так как согласно статье 56 АПК РФ свидетель подлежит допросу непосредственно в судебном заседании при рассмотрении спора арбитражным судом.

Согласно пункту 1 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 №135-ФЗ "О защите конкуренции" входит в одну группу лиц с должником, а также лицо, которое является аффилированным лицом должника. В соответствии со статьей 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 №948-1 "О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках" аффилированные лица -это физические и юридические лица, способные оказывать влияние на деятельность юридических и (или) физических лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность.

В соответствии с пунктом 2 статьи 19 Закона о банкротстве, заинтересованными лицами по отношению к должнику - юридическому лицу признаются также: руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве или до даты назначения временной администрации финансовой организации (в зависимости от того, какая дата наступила ранее), либо лицо, имеющее или имевшее в течение указанного периода возможность определять действия должника; лица, находящиеся с физическими лицами, указанными в абзаце втором настоящего пункта, в отношениях, определенных пунктом 3 настоящей статьи; лица, признаваемые заинтересованными в совершении должником сделок в соответствии с гражданским законодательством о соответствующих видах юридических лиц.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 №308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Второй из названных механизмов по смыслу статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 №948-1 "О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках" не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности. О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

Конечный бенефициар, не имеющий соответствующих формальных полномочий, не заинтересован в раскрытии своего статуса контролирующего лица. Наоборот, он обычно скрывает наличие возможности оказания влияния. Его отношения с подконтрольными обществами не регламентированы какими-либо нормативными или локальными актами, которые бы устанавливали соответствующие правила, стандарты поведения.

Учитывая объективную сложность получения кредиторами отсутствующих у них прямых доказательств неформальной аффилированности, судами должна приниматься во внимание совокупность согласующихся между собой косвенных доказательств. Если заинтересованные лица привели достаточно серьезные доводы и представили существенные косвенные свидетельства, которые во взаимосвязи позволяют признать убедительными их аргументы о возникновении группы лиц, в силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации бремя доказывания обратного переходит на предъявившего требование кредитора, ссылающегося на независимый характер его отношений с должником. Важнейшим обстоятельством для привлечения лица к субсидиарной ответственности, является факт причинения существенного вреда кредиторам, в результате его действий, возможность осуществлять контроль над деятельностью общества.

Выгодоприобретателем в сделке признается не являющееся стороной в сделке лицо, которое в результате ее совершения может быть освобождено от обязанностей перед обществом или третьим лицом, либо получает права по данной сделке (в частности, выгодоприобретатель по договорам страхования, доверительного управления имуществом, бенефициар по банковской гарантии, третье лицо, в пользу которого заключен договор в соответствии со статьей 430 ГК РФ), либо иным образом извлекает имущественную выгоду, например получив статус участника опционной программы общества, либо является должником по обязательству, в обеспечение исполнения которого общество предоставляет поручительство либо имущество в залог (за исключением случаев, когда будет установлено, что договор поручительства или договор залога совершен обществом не в интересах должника или без его согласия).

Если необходимой причиной объективного банкротства явились сделка или ряд сделок, по которым выгоду извлекло третье лицо, признанное контролирующим должника исходя из презумпции, закрепленной в подпункте 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, такой контролирующий выгодоприобретатель несет субсидиарную ответственность, предусмотренную статьей 61.11 Закона о банкротстве, солидарно с руководителем должника (абзац первый статьи 1080 ГК РФ).

В данном случае суду первой инстанции доказательства того, что ответчик является конечным бенефициаром в материалы дела не представлено.

Согласно статье 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании  имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. В данном случае суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что суду не раскрыт результат взаимодействия ответчика, в результате которого денежные потоки распределены таким образом, что должник в значительной степени лишился своих активов в виде денежных средств в пользу конечных бенефициаров, коим поименовано заинтересованное лицо.

Доводы апелляционной жалобы не могут служить основанием для отмены обжалуемого судебного акта, поскольку обусловлены несогласием заявителя с выводами суда первой инстанции, при отсутствии в материалах апелляционной жалобы доказательств, которые могли бы поставить под сомнение правильность вывода суд первой инстанции.

С учетом изложенного и руководствуясь ст. ст. 176, 266 - 269, 272 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 11.12.2023 по делу № А40-166386/18 оставить без изменения, а апелляционную жалобу ФИО1 - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа. 

Председательствующий судья: Р.Г. Нагаев 

Судьи:  А.Н. Григорьев

ФИО10