АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190121

http://fasszo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

07 июля 2025 года

Дело №

А26-4715/2019

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Воробьевой Ю.В., судей Чернышевой А.А., ФИО1, 

при участии от публичного акционерного общества «Россети Северо-Запад» представителя ФИО2 (доверенность от 28.02.2024),

рассмотрев 24.06.2025 в открытом судебном заседании кассационную жалобу публичного акционерного общества «Россети Северо-Запад» на определение Арбитражного суда Республики Карелия от 22.10.2024 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.02.2025 по делу № А26-4715/2019,

у с т а н о в и л:

Определением Арбитражного суда Республики Карелия от 21.05.2019 принято к производству заявление о признании общества с ограниченной ответственностью (далее – ООО) «Карелэнергоресурс», адрес: 185031, 

<

...>, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее – Общество), несостоятельным (банкротом).

Определением от 19.06.2020 в отношении Общества введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО3.

Решением от 28.05.2021 Общество признано несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО4.

В рамках названного дела о банкротстве конкурсный управляющий ФИО4 обратился в арбитражный суд с заявлением, в котором просил признать недействительными сделками договоры на оказание услуг по эксплуатации, техническому обслуживанию и ремонту объектов теплоснабжения (далее - договоры ЭТОиР) от 01.09.2020 № 200901/КЭР, от 01.10.2020 № 201001/КЭР, от 01.11.2020 № 201101/КЭР, от 01.12.2020 № 201201/КЭР, агентский договор от 04.12.2019 № 96-12-АД-2019 и уведомления о зачете взаимных требований (от 01.10.2020 № 34, 37 - 46, от 13.12.2020 № 72), заключенные Обществом с государственном унитарным предприятием Республики Карелия «КарелКоммунЭнерго», ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее – Предприятие), и применить последствия их недействительности в виде обязания Предприятия возвратить денежные средства в размере 178 849 248,94 руб. в конкурсную массу Общества.

Кроме того, конкурсный кредитор ООО «Терминал Юг» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) обратился в суд с заявлением, в котором просил признать недействительными сделками договоры ЭТОиР от 01.10.2019 № 191001/КЭР, от 01.11.2019 № 191101/КЭР, от 01.12.2019 № 191201/КЭР, от 01.01.2020 № 200101/КЭР, от 01.02.2020 № 200201/КЭР, от 01.03.2020 № 200301/КЭР, от 01.04.2020 № 200401/КЭР, от 01.05.2020 № 200501/КЭР, заключенные Обществом с Предприятием.

Конкурсный кредитор публичное акционерное общество «Россети Северо-Запад», ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее – Компания), также обратился в суд с заявлением, в котором просил признать недействительными сделками договоры ЭТОиР от 01.06.2020 № 200601/КЭР, от 01.07.2020 № 200701/КЭР, от 01.08.2020 № 200801/КЭР, заключенные Обществом с Предприятием.

Определением от 16.05.2022 указанные заявления объединены в одно производство для совместного рассмотрения.

Определениями от 15.10.2021, от 14.10.2022, от 13.01.2023 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Правительство Республики Карелия (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), акционерное общество «Корпорация развития Республики Карелия» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), Министерство имущественных и земельных отношений Республики Карелия (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), Министерство строительства, жилищно-коммунального хозяйства и энергетики Республики Карелия (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), Министерство экономического развития Республики Карелия (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>). 

Определением от 12.09.2024 ФИО4 отстранен от исполнения обязанностей конкурсного управляющего Обществом. 

Определением от 22.10.2024, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.02.2025, в удовлетворении заявлений отказано. 

Определением от 20.11.2024 конкурсным управляющим Обществом утвержден ФИО5.

В кассационной жалобе Компания, ссылаясь на неправильное применение судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, несоответствие их выводов фактическим обстоятельствам дела, просит отменить определение от 22.10.2024 и постановление от 18.02.2025 и принять по делу новый судебный акт, которым признать оспариваемые сделки недействительными и применить последствия из недействительности в виде признания отсутствующими встречных прав (требований) Предприятия и Общества по спорным сделкам.

По мнению подателя жалобы, судами существенно нарушены стандарты доказывания в деле о банкротстве, а именно на независимых кредиторов была возложена обязанность доказывания установленных положениями Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) презумпций, а также действительных мотивов поведения сторон сделок, при том, что судами установлена аффилированность сторон сделок (подконтрольность одному бенефициару).

Компания считает, что суд апелляционной инстанции не рассмотрел по существу апелляционную жалобу Компании и в своем постановлении не отразил доводы жалобы и не дал им оценку.

Податель жалобы полагает, что оспариваемые сделки являются недействительными по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, поскольку в рассматриваемом случае была доказана вся совокупность обстоятельств, необходимая для признания названных сделок недействительными, а именно наличие цели причинения вреда кредиторам (неплатежеспособность должника, заинтересованность сторон, превышение стоимости принятых должником обязательств более чем на 20 % балансовой стоимости активов должника), и причинение такого вреда (стоимость услуг по договорам превысила размер выручки за теплоснабжение в тот же период на сумму 65 млн руб.).

Как указывает Компания, судами не учтено, что сделки являются взаимосвязанными и прикрывают перевод деятельности по теплоснабжению на Предприятие при отсутствии у него установленного тарифа.

В отзыве, поступившем в суд 21.03.2025 в электронном виде, Предприятие возражает против удовлетворения кассационной жалобы.

В отзыве, поступившем в суд 19.05.2025 в электронном виде, конкурсный управляющий ФИО5 поддерживает доводы кассационной жалобы и просит рассмотреть ее в свое отсутствие.

В судебном заседании представитель Компании поддержала доводы кассационной жалобы.

Остальные участвующие в деле лица надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, однако представителей в судебное заседание не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения жалобы.

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке.

Как установлено судами и следует из материалов дела, между Республикой Карелия, Обществом и Предприятием (балансодержателем) 19.12.2016 было заключено концессионное соглашение, согласно которому должнику было передано для осуществления теплоснабжения государственное имущество - 89 котельных (дополнительно к котельным, принадлежащим должнику). 

С 01.01.2017 постановлением Государственного комитета Республики Карелия по ценам и тарифам от 14.12.2016 № 182 введены в действие тарифы для Общества на 2017-2019 годы. 

Дополнительным соглашением от 28.06.2019 концессионное соглашение от 19.12.2016 было расторгнуто в связи с подачей заявления о признании Общества несостоятельным (банкротом), имущество было возвращено Предприятию по акту от 31.07.2019.

В связи с отсутствием тарифа на оказание услуг по теплоснабжению у Предприятия имущество было передано обратно Обществу на основании договора аренды от 01.08.2019 № 190801 сроком на один месяц для подготовки к отопительному сезону. 

Постановлением Государственного комитета Республики Карелия по ценам и тарифам от 29.08.2019 № 77 введены в действие тарифы для Предприятия на период с 01.09.2019 по 31.12.2020.

Общество вернуло спорное имущество Предприятию 31.08.2019.

Предприятие с 01.09.2019 стало ресурсоснабжающей организацией в отношении 89 котельных и начало осуществлять подготовку к отопительному периоду 2019-2020 годов. 

Общество продолжило эксплуатировать оставшиеся у него котельные в количестве 30 единиц, а именно в г. Суоярви - 8 котельных и тепловые сети, г. Пудож - 10 котельных и тепловые сети, г. Кемь - 8 котельных и тепловые сети, пос. Каменный Бор Сегежского р-на - 1 котельная, пос. Кривой порог Кемского р-на - 1 котельная, пос. Найстеньярви Суоярвского р-на - 1 котельная и тепловые сети, с. Вешкелица Суоярвского р-на - 1 котельная и тепловые сети. 

С 01.01.2020 постановлением Государственного комитета Республики Карелия по ценам и тарифам от 19.12.2019 № 223 введены в действие тарифы для Общества на период с 01.01.2020 по 31.12.2020. 

С 01.01.2020 Общество осталось теплоснабжающей организацией в пос. Каменный Бор Сегежского р-на - 1 котельная (собственность должника), пос. Кривой порог Кемского р-на - 1 котельная (собственность должника), г. Суоярви - 8 котельных и тепловые сети (собственность должника). 

Предприятие с 28.10.2020 приняло котельные в г. Суоярви, а с 01.01.2021 котельные в пос. Каменный Бор и пос. Кривой Порог, с 01.01.2021 Общество перестало быть теплоснабжающей организацией.

С целью недопущения срыва отопительного сезона 2019-2020 года между Обществом (заказчиком) и Предприятием (исполнителем) были заключены договоры ЭТОиР от 01.10.2019 № 191001/КЭР, от 01.11.2019 № 191101/КЭР, от 01.12.2019 № 191201/КЭР, от 01.01.2020 № 200101/КЭР, от 01.02.2020 № 200201/КЭР, от 01.03.2020 № 200301/КЭР, от 01.04.2020 № 200401/КЭР, от 01.05.2020 № 200501/КЭР, от 01.06.2020 № 200601/КЭР, от 01.07.2020 № 200701/КЭР, от 01.08.2020 № 200801/КЭР, от 01.09.2020 № 200901/КЭР, от 01.10.2020 № 201001/КЭР, от 01.11.2020 № 201101/КЭР, от 01.12.2020 № 201201/КЭР.

В соответствии с пунктами 1.1 указанных договоров исполнитель в соответствии с условиями договоров и установленными договорами параметрами, обязуется осуществить эксплуатацию, техническое обслуживание и ремонт имущества, предназначенного для оказания услуг по теплоснабжению тепловой энергией потребителей, производить тепловую энергию, а также доставить ее посредством передачи теплоносителя до границы балансовой принадлежности заказчика и потребителей заказчика, а заказчик обязуется оплатить работы и услуги исполнителя по эксплуатации, техническому обслуживанию, ремонту имущества, в размере и на условиях, предусмотренных договором. 

Перечень имущества (объектов теплоснабжения заказчика), подлежащего эксплуатации, техническому обслуживанию и ремонту, указан в Приложении № 1 к договорам ЭТОиР (пункт 2.1). 

К каждому договору ЭТОиР подписаны акты приема-передачи имущества. 

В силу пункта 2.1.3 договоров ЭТОиР заказчик обязан передать по акту приема-передачи и обеспечить беспрепятственный доступ работников исполнителя к объектам и в помещения, входящим в состав имущества, указанного в Приложении № 1, на территорию заказчика, а также размещение оборудования в указанных помещениях и на территории заказчика на время, необходимое исполнителю для оказания услуг и выполнения работ, предусмотренных договором. 

Цена договоров определена с учетом планового объема реализации тепловой энергии потребителям и включает в себя расходы, связанные с оказанием услуг в соответствии с требованиями договора, в том числе: расходы на использование необходимого оборудования, стоимость расходных материалов на осуществление текущего ремонта имущества, стоимость оформления всех сопутствующих договору документов, расходы на содержание транспортных средств, относящихся к основной производственной деятельности, стоимость капитальных ремонтов имущества, заработная плата рабочих и административно-управленческого персонала, расходы на обязательное страхование, уплату налогов, сборов и другие обязательные платежи, прочие затраты (пункты 4.1, 4.2 договоров ЭТОиР). 

Согласно пункту 5.1 договоров ЭТОиР заказчик и исполнитель производят приемку фактически выполненных объемов работ за период действия договора, составляют и подписывают акт сдачи-приемки выполненных работ и оказанных услуг по договору. Количество гигакалорий, указанных в акте сдачи-приемки выполненных работ и оказанных услуг, подтверждается отчетом агента по выставленным документам на оплату услуги теплоснабжения и горячего водоснабжения. 

Кроме того, между Обществом (принципалом) и Предприятием (агентом) 04.12.2019 заключен агентский договор № 96-12-АД-2019, согласно которому принципал поручает, а агент обязуется за обусловленное договором вознаграждение от имени и за счет принципала совершать действия по начислению, учету, перерасчету денежных средств за оказываемые принципалом услуги по теплоснабжению и горячему водоснабжению юридическим лицам, индивидуальным предпринимателям и физическим лицам, выпуску и доставке платежных документов. 

В ходе исполнения договоров ЭТОиР и агентского договора Общество и Предприятие подписали уведомления о зачете взаимных требований от 01.10.2020 № 34, 37-46 и от 13.12.2020 № 72, в соответствии с которыми указанные выше встречные обязательства сторон считаются исполненными на сумму 178 850 140,50 руб. 

Ссылаясь на то, что договоры ЭТОиР, агентский договор и уведомления о зачете взаимных требований заключены аффилированными лицами с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов в отсутствие равноценного встречного предоставления в период подозрительности, установленный пунктами 1, 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, конкурсный управляющий и конкурсные кредиторы ООО «Терминал Юг» и Компания обратились в суд с настоящим заявлением, дополнительно ссылаясь на статьи 10, 168 и 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), считая оспариваемые договоры притворными сделками, заключенными со злоупотреблением правом. 

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении заявления, исходил из недоказанности конкурсным управляющим и кредиторами наличия совокупности обстоятельств для признания оспариваемых сделок недействительными как по пунктам 1, 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и по статье 170 ГК РФ.

Суд апелляционной инстанции, согласившись с выводами суда первой. инстанции, постановлением от 18.02.2025 оставил определение от 22.10.2024 без изменения. 

Исследовав материалы дела, изучив доводы кассационной жалобы и отзыва на нее, суд кассационной инстанции не усматривает оснований для удовлетворения жалобы и отмены обжалуемых судебных актов. 

В силу статьи 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

В силу статьи 61.9 Закона о банкротстве конкурсный управляющий, а также конкурсные кредиторы или уполномоченный орган, если размер кредиторской задолженности перед ним, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его аффилированных лиц, вправе предъявлять иски о признании недействительными сделок, совершенных должником, в том числе по специальным основаниям, предусмотренным главой III.1 названного Закона.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). 

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). 

Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Суд первой инстанции, с которым согласился суд апелляционной инстанции, установил, что оспариваемые сделки совершены после возбуждения дела о банкротстве должника (21.05.2019), следовательно, как правильно указали суды, подпадают под действие положений пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63), в соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

В случае, если продажа имущества, выполнение работы, оказание услуги осуществляются по государственным регулируемым ценам (тарифам), установленным в соответствии с законодательством Российской Федерации, в целях названной статьи при определении соответствующей цены применяются указанные цены (тарифы) (абзац второй пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве).

В пунктах 5, 6 и 7 Постановления № 63 разъяснено, что для признания сделки недействительной по основанию, предусмотренному пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности следующих обстоятельств: сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки. В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию. При этом предусмотренные нормой презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под таковым понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества. 

Обосновывая неравноценность встречного предоставления по оспариваемым сделкам, Компания, произведя самостоятельный расчет стоимости по договорам ЭТОиР и расчет стоимости тех же объемов по тарифам на теплоснабжение, ссылалась на то, что за октябрь-ноябрь 2019 года убытки от сделок для должника составили более 39 000 000 руб. или 13 000 000 руб. в месяц при условии поступления платежей по договорам теплоснабжения от потребителей в размере 100 % и без проверки действительной рыночной стоимости работ по спорным договорам.

Вместе с тем судами установлено, что согласно постановлению Государственного комитета по тарифам от 14.12.2016 № 182 Обществу установлен экономически обоснованный тариф на тепловую энергию на период с 01.07.2019 по 31.12.2019 в размере 4932,22 руб./Гкал, что с налогом на добавленную стоимость (далее – НДС) составляет 5918,66 руб. 

В соответствии с постановлением Государственного комитета по тарифам от 19.12.2019 № 223 Обществу установлен экономически обоснованный тариф на тепловую энергию на период с 01.01.2020 по 30.06.2020 и с 01.07.2020 по 31.12.2020 в размере 4629,31 руб./Гкал, что с НДС составляет 5555,17 руб.

При этом судами учтено, что цена по договорам ЭТОиР не превышала 5394,79 руб. с НДС. 

Согласно части 1 статьи 8 Федерального закона от 27.07.2010 №190-ФЗ «О теплоснабжении» государственному регулированию подлежат тарифы на тепловую энергию (мощность), поставляемую теплоснабжающими организациями потребителям, а также тарифы на тепловую энергию (мощность), поставляемую теплоснабжающими организациями другим теплоснабжающим организациям. 

В силу пункта 1 статьи 424 ГК РФ в предусмотренных законом случаях применяются цены (тарифы, расценки, ставки и т.п.), устанавливаемые или регулируемые уполномоченными на то государственными органами и (или) органами местного самоуправления. 

Судами учтено, что для целей оказания услуг по теплоснабжению и извлечения из этого прибыли Предприятию необходимо было иметь законно установленный тариф на период оказания услуг. 

Из материалов дела следует, что в спорный период соответствующие тарифы были установлены только для Общества, Предприятию в период действия спорных договоров не установлен тариф на теплоснабжение в населенных пунктах, где находилось имущество, предназначенное для теплоснабжения. 

Приняв во внимание изложенное, исходя из отсутствия в материалах дела достаточных достоверных доказательств, свидетельствующих об убыточности спорных договоров, суды первой и апелляционной инстанций пришли к обоснованному выводу о недоказанности в рассматриваемом случае факта неравноценности встречного исполнения обязательств, в связи с чем правомерно отказали в признании оспариваемых сделок недействительными по пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Оценивая доводы заявителей о заключении сделок заинтересованными лицами при наличии признаков неплатежеспособности Общества с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, суды первой и апелляционной инстанций обоснованно исходили из следующего.

Судами установлено, что единственным участником Общества являлось акционерное общество «Корпорация развития Республики Карелия», единственным акционером которого является Республика Карелия в лице Министерства имущественных и земельных отношений Республики Карелия.

Единственным участником Предприятия является Республика Карелия в лице Министерства строительства, жилищного хозяйства и энергетики Республики Карелия.

Между тем согласно положениям действующего законодательства органы государственной власти федерального и регионального уровня, как представительные, так и исполнительные, учитывая их публично-правовой статус, не могут признаваться аффилированными лицами по смыслу статьи 9 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» либо входить в состав группы лиц.

Поскольку Российская Федерация, субъекты Российской Федерации и муниципальные образования не являются юридическими лицами, они не могут быть отнесены к числу аффилированных лиц юридического лица, если им принадлежит более 20 % общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции либо составляющие уставный или складочный капитал, вклады, доли данного юридического лица, и не могут составлять группу лиц с юридическим лицом, если они имеют в силу своего участия в юридическом лице более чем 50 % общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции (доли) в уставном (складочном) капитале данного юридического лица.

Таким образом, следует признать, что в рассматриваемом случае отсутствует аффилированность Общества и Предприятия в связи с участием Республики Карелия в указанных юридических лицах.

Судами первой и апелляционной инстанций учтено, что Общество и Предприятие заключили гражданско-правовые договоры на оказание услуг по эксплуатации, техническому обслуживанию и ремонту объектов теплоснабжения, целью которых являлось обеспечение тепловой энергией потребителей, а также агентский договор, согласно которому Предприятие от имени и за счет Общества за обусловленное договором вознаграждение обязалось осуществлять деятельность по начислению, сбору, учету, перерасчету, обработке платежей и перечислению денежных средств за оказываемые потребителям услуги по теплоснабжению и горячему водоснабжению. 

Как правильно отметили суды, названные меры (заключение спорных договоров) были приняты ввиду несостоятельности Общества в спорный период с целью недопущения возникновения чрезвычайных ситуаций на территории населенных пунктов Республики Карелия и обеспечения бесперебойной подачи теплоэнергии потребителям в период отопительного сезона 2019-2020 годов при том, что иной поставщик тепловой энергии (помимо должника) на тот момент отсутствовал. 

Указанные обстоятельства и возбуждение в отношении должника производства по делу о банкротстве, неопределенность относительно дальнейшей судьбы Общества на момент заключения сделок также являлись заслуживающими внимания факторами при разрешении вопроса об экономической целесообразности и проявлении добросовестности при заключении оспариваемых договоров, то есть избрании именно такого способа недопущения срыва отопительного сезона и сохранения активов должника.

Следует учитывать при этом, что доводы о возможности получения должником большего экономического эффекта от продолжения самостоятельной эксплуатации объектов (с учетом подлежащих уплате обязательных платежей и необходимых издержек, специфики) в период после принятия судом заявления о признании должника банкротом, основаны на предположении, тогда как возбуждение производства по делу о банкротстве, напротив, свидетельствует об убыточности предыдущей хозяйственной деятельности должника, наращивании кредиторской задолженности, что подтверждается данными бухгалтерской отчетности должника.

Таким образом суды правомерно приняли во внимание специфику правового статуса должника, особенности его функционирования в гражданском обороте, убыточную деятельность, которая в силу публичных функций не могла быть прекращена и обстоятельства, при которых были заключены оспариваемые договоры и заключили, что у сторон оспариваемых договоров отсутствовало намерение причинить имущественный вред кредиторам, при этом намерения сторон по осуществлению сделок, а также правовые последствия для сторон являлись реальными. 

Кроме того, в результате выработки и поставки тепловой энергии Общество на основании утвержденного тарифа получало оплату от потребителей за поставленную тепловую энергию (либо дебиторскую задолженность), что также свидетельствует об отсутствии цели причинения вреда. 

Ввиду изложенного суды первой и апелляционной инстанций в отсутствие доказательств, подтверждающих совершение оспариваемых сделок с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов правомерно отказали в признании оспариваемых сделок недействительными по пунктам 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В пункте 4 постановления № 63 разъяснено, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

По общему правилу сделка, совершенная исключительно с намерением причинить вред другому лицу, является злоупотреблением правом и квалифицируется как недействительная по статьям 10 и 168 ГК РФ.

Согласно статье 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). Не допускается использование гражданских прав в целях ограничения конкуренции, а также злоупотребление доминирующим положением на рынке. 

Исходя из содержания пункта 1 статьи 10 ГК РФ под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам.

В силу пункта 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

По смыслу положений пункта 2 статьи 170 ГК РФ по основанию притворности может быть признана недействительной лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю участников сделки. При этом обе стороны должны преследовать общую цель и достичь соглашения по всем существенным условиям той сделки, которую прикрывает юридически оформленная сделка.

В подтверждение реальности заключенных сделок в материалы дела представлены подписанные сторонами акты выполненных работ по договорам ЭТОиР, а также документы, подтверждающие приобретение, списание топлива и материалов на котельных Общества, гражданско-правовые договоры на выполнение работ по ремонту участков теплотрассы, договоры энергоснабжения, водоснабжения и водоотведения в отношении котельных, расчетные документы с указанием количества реализованной потребителям тепловой энергии. 

Кроме того, судами первой и апелляционной инстанций учтено, что  вступившим в законную силу решением от 05.05.2021 по делу № А26-8589/2020 с Общества в пользу Предприятия взыскано 164 428 232,30 руб. задолженности по договорам ЭТОиР от 01.10.2019 № 191001/КЭР, от 01.11.2019 № 191101/КЭР, от 01.12.2019 № 191201/КЭР, от 01.01.2020 № 200101/КЭР, от 01.02.2020 № 200201/КЭР, от 01.03.2020 № 200301/КЭР, от 01.04.2020 № 200401/КЭР. 

При рассмотрении указанного дела судами трех инстанций установлена реальность правоотношений сторон и отсутствие доказательств мнимости указанных сделок.

Также, как обоснованно указано судами, факт того, что в условиях отсутствия у Предприятия утвержденных тарифов на тепловую энергию, а, следовательно, отсутствия возможности оказывать услуги по теплоснабжению, стороны заключили договоры ЭТОиР, не свидетельствует об их притворности. 

Доказательств, подтверждающих намерение сторон заключить иные договоры, нежели договоры на оказание услуг по эксплуатации, техническому обслуживанию и ремонту объектов теплоснабжения, в материалах дела не имеется. 

В этой связи суды первой и апелляционной инстанций пришли к правильному выводу об отсутствии оснований для признания сделок мнимыми или притворными. 

Отметив также, что установленные по делу обстоятельства не свидетельствуют о том, что оспариваемые сделки выходят за пределы диспозиции статьи 61.2 Закона о банкротстве, суды правомерно не усмотрели оснований для применения положений статей 10, 168 ГК РФ. 

Суды также обоснованно отказали в признании недействительными уведомлений о зачете, поскольку названные сделки отвечают признакам сальдирования, то есть направлены на прекращение взаимных встречных обязательств сторон по договорам ЭТОиР и агентскому договору. 

Оценив представленные в материалы дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, исходя из того, что реальность сделок, равноценное встречное исполнение по оспариваемым сделкам документально не опровергнуты, равно как не доказано совершение сделок с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов и факт его причинения в результате совершения этих сделок, суды первой и апелляционной инстанций правильно отказали в признании оспариваемых сделок недействительными по заявленным основаниям.

Выводы судов первой и апелляционной инстанций основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств по делу, доводы, приведенные в кассационной жалобе, были предметом их рассмотрения, где получили надлежащую правовую оценку.

Доводы подателя кассационной жалобы не опровергают выводов судов, основаны на неверном толковании норм права и, по сути, сводятся к несогласию с оценкой доказательств и установленных судами фактических обстоятельств дела. Переоценка доказательств и установленных судом фактических обстоятельств дела в силу статьи 286 АПК РФ не входит в компетенцию суда кассационной инстанции.

Нарушении? норм процессуального права, которые могли бы явиться основанием для отмены обжалуемого судебного акта, судом кассационной инстанции не установлено. 

Кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 и 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда Республики Карелия от 22.10.2024 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.02.2025 по делу № А26-4715/2019 оставить без изменения, а кассационную жалобу публичного акционерного общества «Россети Северо-Запад» - без удовлетворения. 

Председательствующий

Ю.В. Воробьева

Судьи

А.А. Чернышева

ФИО1