Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области

191124, Санкт-Петербург, ул. Смольного, д.6

http://www.spb.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А56-119451/2023

24 декабря 2024 года

г.Санкт-Петербург

 

Резолютивная часть решения объявлена 11 декабря 2024 года. 

Полный текст решения изготовлен 24 декабря 2024 года.

Арбитражный суд  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области в составе: судьи Корчагиной Н.И.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Юламановым А.М.,

рассмотрев в судебном заседании дело по заявлению:

заявитель: Общество с ограниченной ответственностью «Научно-производственное объединение «НИИПАВ» (347366, 

<

...>, ОГРН: 

<

***>)

заинтересованное лицо: 1. Балтийская таможня (198184, г.Санкт-Петербург, остров Канонерский, д.32-А, ОГРН: 

<

***>); 2. Ростовская таможня (346715, 

<

...>, ОГРН: 

<

***>)

о признании незаконными решения Балтийской таможни о классификации товара от 23.06.2023 № РКТ-10216000-23/000142; от 27.06.2023 № РКТ-10216000-23/000176; от 27.06.2023 № РКТ-10216000-23/000177; о признании незаконными решения Балтийской таможни о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларациях на товары от 26.06.2020 ДТ № 10313140/250620/0046599 (товар № 2), от 25.08.2020 ДТ № 10313140/250820/0072766 (товар № 1), от 06.10.2020 ДТ №10323010/061020/0014023 (товар № 1) после выпуска товаров; о признании незаконными уведомления Ростовской таможни от 26.06.2023№ 10313000/У2023/0000392, от 28.06.2023№ 10313000/У2023/0000398, от 28.06.2023№ 10313000/У2023/0000400,

при участии

от заявителя: ФИО1, по доверенности от 21.01.2022 

от заинтересованного лица: 1. ФИО2, по доверенности от 28.12.2023, ФИО3, по доверенности от 03.12.2024, ФИО4, по доверенности от 16.08.2024; 2. ФИО5 по доверенности от 22.01.2024.

установил:

Общество с ограниченной ответственностью «Научно-произведенное объединение «НИИПАВ» (далее – заявитель, Общество) обратилось в Арбитражный суд Ростовской области с заявлением о признании решения о классификации товара в соответствии с единой Товарной номенклатурой внешнеэкономической деятельности Евразийского экономического союза, принятые Балтийской таможней Северо-Западного таможенного управления Федеральной таможенной службы: от 23.06.2023 № РКТ-10216000-23/000142; от 27.06.2023 № РКТ-10216000-23/000176; от 27.06.2023 № РКТ-10216000-23/000177; о признании незаконными решения о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларациях на товары: от 26.06.2020 ДТ № 10313140/250620/0046599 (товар № 2), от 25.08.2020 ДТ№ 10313140/250820/0072766 (товар № 1), от 06.10.2020 ДТ №10323010/061020/0014023 (товар № 1) после выпуска товаров, принятые Балтийской таможней Северо-Западного таможенного управления Федеральной таможенной службы 23.06.2023, 27.06.2023; о признании незаконными уведомления Ростовской таможни Южного таможенного управления о неуплаченных суммах таможенных платежей, специальных, антидемпенговых, компенсационных пошлин, процентов и пеней: от 26.06.2023№ 10313000/У2023/0000392 с суммой доначислений - 386 368,24 руб., от 28.06.2023№ 10313000/У2023/0000398 с суммой доначислений - 415 456,44 руб., от 28.06.2023№ 10313000/У2023/0000400 с суммой доначислений - 434 138,26 руб.

Определением суда от 30.10.2023 дело № А53-25082/2023 передано по подсудности в Арбитражный суд Санкт-Петербурга и Ленинградской области.

Определением суда от 07.12.2023 заявление принято к производству, предварительное судебное заседание и судебное заседание назначены на 31.01.2024.

Протокольным определением суда от 31.01.2024 судебное заседание отложено на 20.03.2024.

Определением суда от 20.03.2024 судебное заседание отложено на 24.04.2024.

Протокольным определением суда от 24.04.2024 судебное заседание отложено на 15.05.2024, Обществом заявлено ходатайство о назначении судебной экспертизы.

Протокольным определением суда от 15.05.2024 судебное заседание отложено на 06.06.2024, в судебном заседании 15.05.2024 Общество представило уточненное ходатайство о назначении экспертизы. 

В судебном заседании, открытом 06.06.2024, в соответствии со статьей 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), был объявлен перерыв до 10.06.2024, что отражено в протоколе судебного заседания.

Определением суда от 10.06.2024 удовлетворено ходатайство ООО НПО «НИИПАВ» о назначении судебной комплексной экспертизы, проведение экспертизы поручено эксперту Санкт-Петербургского государственного университета ФИО6, производство по делу приостановлено.

В соответствии со ст. 108 АПК РФ Обществом были внесены на депозитный счет суда денежные средства по платежному поручению № 980 от 18.03.2024 в сумме 60 000 руб.  № 1897 от 23.05.2024 в сумме 84 000 руб., подлежащие выплате эксперту.

17.07.2024 в суд через систему «Мой арбитр» и 19.07.2024 в бумажном виде поступило заключение эксперта № 31/24 от 12.07.2024 на 9 л., счет № 0000-03699 от 10.07.2024 в сумме 144 000 руб.

Определением суда от 23.07.2024 судебное заседание по рассмотрению вопроса о наличии оснований для возобновления производства по делу назначено на 28.08.2024.

Протокольным определением суда от 28.08.2024 производство по делу возобновлено.

Определением суда от 28.08.2024 рассмотрение дела отложено на 09.10.2024, в судебное заседание вызван эксперт Санкт-Петербургского государственного университета ФИО6 для дачи пояснений по заключению эксперта № 31/24 от 12.07.2024.

Определением суда от 09.10.2024 судебное заседание отложено на 19.11.2024.

Протокольным определением от 19.11.2024 судебное заседание отложено на 11.12.2024. 

В суд от Балтийской таможни поступили пояснения.

Представитель заявителя в судебное заседание явился, ходатайствовал о приобщении к материалам дела заключения специалиста и проекта судебного акта, заявленные требования поддержал.

Суд удовлетворил заявленное ходатайство о приобщении.

Представители заинтересованного лица 1 в судебное заседание явились, возражали против удовлетворения требований.

Представитель заинтересованного лица 2 в судебное заседание посредством веб-конференции явился, поддержал позицию Балтийской таможни.

Изучив материалы дела, заслушав позицию сторон,  рассмотрев представленные доказательства, суд установил следующее.

На основании внешнеторгового контракта от 12.02.2015  №CS14-1124, заключенного с компанией «Solvay (Zhangiagang) SpecialtyChemicalsCo., LTD (Китай)), Общество ввезло и, с целью помещения под таможенную процедуру выпуска, предъявило к таможенному оформлению по декларациям:

- от 26.06.2020 ДТ № 10313140/250620/0046599 (товар № 2), 

- от 25.08.2020 ДТ № 10313140/250820/0072766 (товар № 1), 

- от 06.10.2020 ДТ №10323010/061020/0014023 (товар № 1),  товар (соединения с аминной функциональной группой: моноамины ациклические (додецилметиламин), с длиной цепи алкил –радикала 10-10  Fentamin МА1010 (N-децил, N-метил-1-деканомин), CAS номер 7396-58-9, изготовитель «Solvay (Zhangiagang) SpecialtyChemicalsCo., LTD (Китай)), используемый при производстве поверхностно-активных веществ: компонентов товаров бытовой химии, косметики, мягчителей тканей, антистатиков, эмульгаторов, дезинфектантов, композиций для нефте-газодобычи). 

В графе 33 таможенных деклараций декларант указал классификационный код данного товара по ТН ВЭД ЕАЭС -2921 19 990 0, которому соответствуют соединения, содержащие аминную функциональную группу: - моноамины ациклические и их производные, соли этих соединений: -- прочие: -- прочие (ставка  ввозной пошлины 0%).

По результатам проведенной в мае-июне 2023 года Балтийской таможней Северо-Западного таможенного управления Федеральной таможенной службы (далее – Балтийская таможня, таможенный орган) проверки документов и сведений, представленных Обществом при таможенном оформлении товара после его выпуска, в отношении ООО НПО «НИИПАВ» был составлен Акт  проверки № 10216000/210/230623/А000035 от 23.06.2023 с выводами о неверной классификации  ввезенного обществом товара. В последующем Балтийской таможней приняты решения о классификации товара:

- от 23.06.2023 № РКТ-10216000-23/000142;

- от 27.06.2023 № РКТ-10216000-23/000176;

- от 27.06.2023 № РКТ-10216000-23/000177, и соответствующие решения о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары, после выпуска товаров от 23.06.2023, от 27.06.2023. Ростовской таможней в  адрес ООО НПО «НИИПАВ» были направлены уведомления  о неуплаченных в установленный срок суммах таможенных платежей, специальных, антидемпенговых, компенсационных пошлин, процентов и пеней: 

- от 26.06.2023№ 10313000/У2023/0000392 с суммой доначислений – 386 368, 24 руб.

- от 28.06.2023№ 10313000/У2023/0000398 с суммой доначислений – 415 456, 44 руб.

- от 28.06.2023№ 10313000/У2023/0000400 с суммой доначислений – 434 138,26 руб.

Основанием для доначисления таможенных платежей послужили выводы Балтийской таможни о недостоверности сведений, отраженных в таможенных декларациях о классификационном коде товара.

Не согласившись с принятыми Решениями, общество с ограниченной ответственностью «Научно-производственное объединение «НИИПАВ» обратилось в арбитражный суд с настоящим заявлением. 

Оценив представленные в материалы дела доказательства в соответствии со статьей 71 АПК РФ в их совокупности и взаимной связи, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с частью 1 статьи 198 АПК РФ граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности. 

Согласно части 4 статьи 200 АПК РФ при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц арбитражный суд в судебном заседании осуществляет проверку оспариваемого акта или его отдельных положений, оспариваемых решений и действий (бездействия) и устанавливает их соответствие закону или иному нормативному правовому акту, устанавливает наличие полномочий у органа или лица, которые приняли оспариваемый акт, решение или совершили оспариваемые действия (бездействие), а также устанавливает, нарушают ли оспариваемый акт, решение и действия (бездействие) права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности. 

При этом обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта закону или иному нормативному правовому акту, законности принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), наличия у органа или лица надлежащих полномочий на принятие оспариваемого акта, решения, совершение оспариваемых действий (бездействия), а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), возлагается на орган или лицо, которые приняли акт, решение или совершили действия (бездействие) (часть 5 статьи 200 АПК РФ). 

Согласно пункту 1 статьи 20 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза (далее - ТК ЕАЭС) декларант и иные лица осуществляют классификацию товаров в соответствии с Товарной номенклатурой внешнеэкономической деятельности при таможенном декларировании и в иных случаях, когда в соответствии с международными договорами и актами в сфере таможенного регулирования таможенному органу заявляется код товара в соответствии с ТН ВЭД. Проверка правильности классификации товаров осуществляется таможенными органами. В соответствии с подпунктом 1 пункта 2 статьи 20 ТК ЕАЭС таможенный орган осуществляет классификацию товаров в случае выявления таможенным органом как до, так и после выпуска товаров их неверной классификации при таможенном декларировании. В этом случае таможенный орган принимает решение о классификации товаров. Форма решения о классификации товаров, порядок и сроки его принятия устанавливаются в соответствии с законодательством о таможенном регулировании государств - членов ЕАЭС. 

Основанием для вывода о неправомерности обжалуемого в суде решения о классификации товара по ТН ВЭД является неправильная классификация товара таможенным органом. В судебном акте, при наличии к тому достаточных доказательств, также может содержаться вывод о верности классификации, проведенной декларантом, и об отсутствии в связи с этим у таможенных органов оснований для принятия решений об иной классификации товара, предусмотренного подпунктом 1 пункта 2 статьи  20 ТК ЕАЭС.

Решением Совета Евразийской экономической комиссии от 16.07.2012 № 54 утверждены единая Товарная номенклатура внешнеэкономической деятельности Евразийского экономического союза и Единый таможенный тариф Евразийского экономического союза, которым установлены Основные правила интерпретации ТН ВЭД (далее - ОПИ ТН ВЭД). 

Выбор конкретного кода ТН ВЭД всегда основан на оценке признаков декларируемого товара, подлежащих описанию, а процесс описания связан с полнотой и достоверностью сведений о товаре (определенного набора сведений, соответствующих либо не соответствующих действительности). Правовое значение при классификации товаров имеет их разграничение (критерии разграничения) по товарным позициям ТН ВЭД в соответствии с ОПИ ТН ВЭД. 

В соответствии с правилом 1 ОПИ ТН ВЭД для юридических целей классификация товаров в ТН ВЭД осуществляется исходя из текстов товарных позиций и соответствующих примечаний к разделам или группам и, если такими текстами не предусмотрено иное, в соответствии с правилами 2(а), 2(б), 3(а), 3(б), 3(в), 4, 5, 6 ОПИ ТН ВЭД. Согласно правилу 6 ОПИ ТН ВЭД классификация товаров в субпозициях товарной позиции должна осуществляться в соответствии с наименованиями субпозиций и примечаниями, имеющими отношение к субпозициям, а также положениями ОПИ ТН ВЭД при условии, что лишь субпозиции на одном уровне являются сравнимыми. Для целей данного правила также могут применяться соответствующие примечания к разделам и группам, если в контексте не оговорено иное. 

Из материалов дела усматривается, что спор между Обществом и таможенными органами  обусловлен несовпадением мнений об отнесении спорного товара к различным товарным позициям  ТН ВЭД ЕАЭС: 2921 (по мнению заявителя) и 3824 (по мнению таможенных органов).

Заявитель, классифицируя товар в товарной позиции 2921 ТН ВЭД ЕАЭС, исходил из того, что товар относится к соединениям, содержащим аминную функциональную группу и моноаминам ациклическим. В товарной позиции 2921 19 990 0 ТН ВЭД ЕАЭС, примененной заявителем, классифицируются: 

2921 - соединения, содержащие аминную функциональную группу: 

- моноамины ациклические и их производные; соли этих соединений: 

2921 19 - прочие: 

2921 19 990 0 - прочие. 

Таможенный орган, классифицируя товар в товарной позиции 3824 ТН ВЭД ЕАЭС исходил из того, что согласно заключению таможенного эксперта от 16.07.2020 № 12402001/0016263, товар представляет собой смесь третичных аминов (моноаминов ациклических):  N-децил-N-метил-1-деканамина (сод. 96,4 мас%), N-метил-N-октил1-октанамина (сод. 1 мас%), N,N-дидецил-1-декананамина (сод. 0,7 мас.%), содержащую в качестве примеси, оставленной в процессе производства, эфиры жирных кислот – децилоктаноат и децилдеконоат (суммарно сод. 1,9 мас%). 

В товарной позиции 3824 99 920 9 ТН ВЭД ЕАЭС, примененной таможенным органом, классифицируются: 

- 3824 - «готовые связывающие вещества для литейных форм или литейных стержней; продукты и препараты химические, химической и смежных отраслей промышленности (включая препараты, состоящие из смесей природных продуктов) в другом месте не поименованные или не включенные: 

 прочие; 

3824 99 -- прочие; 

3824 99 920 ------ жидкие при температуре 20 градусов С; 

3824 99 920 9 -------- прочие. 

Согласно Общим положениям пояснений к группе 38 ТН ВЭД ЕАЭС, в данную группу не включаются отдельные элементы или отдельные соединения  определенного химического состава (обычно включаемые в группу 28 или 29 ТН ВЭД ЕАЭС).

Классификация спорного товара в товарной позиции 3824 ТН ВЭД может быть признана правомерной только  в том случае, если товар не может быть отнесен к товарной позиции 2921 ТН ВЭД. Следовательно, для решения вопроса о правомерности отнесения товара к группе 38 ТН ВЭД ЕАЭС, необходимы доказательства недопустимости отнесения товара к группе 29 ТН  ВЭД ЕАЭС.  При исследовании этого вопроса судом установлено следующее.

В группу 29 ТН ВЭД ЕАЭС, указанную Обществом при таможенном декларировании, включаются органические химические соединения.

Из Пояснений к группе 29 ТН ВЭД (Общие положения), по общему правилу, в данную группу включаются отдельные соединения определенного химического состава при условии соблюдения положений примечания 1 к группе, которыми определяется следующее:

-  отдельное соединение определенного химического состава (ОСОХС) – это вещество, содержащее молекулы одного вида, может быть представлено конкретной структурной формулой, в кристаллической решетке виды молекул соответствуют повторяющейся элементарной ячейке;

-  отдельные соединения определенного химического состава, содержащие другие вещества, специально добавленные во время или после производства (включая очистку), в данную группу не включаются;

- отдельные соединения определенного химического состава (ОСОХС) могут содержать примеси;

- термин «примеси» используется для веществ, присутствие которых в отдельном соединении определенного химического состава, является единственным и непосредственным  результатом процесса производства. Эти вещества могут появляться  в результате влияния любых факторов: присутствующих в таком процессе, в основном следующих:

 (а) неполнота превращения исходных материалов;

 (б)  присутствие примесей в исходных материалах;

 (в) реагенты, используемые в процессе производства (включая очистку);

 (г) побочные продукты.

- «примесями» не могут признаваться  такие вещества, которые намерено оставляют в продукте с  целью сделать его пригодным для использования в иных целях отличных от традиционных.

Судом исследовано каждое из положений примечания 1 к группе 29 ТН ВЭД ЕАЭС применительно к спорному товару и входящим в его состав компонентам.

1. Согласно примечанию 1 раздела (А) Соединения  определенного химического состава (примечание 1 к группе) Общих положений группы 29  «Органические химические соединения» ТН ВЭД ЕАЭС отдельные соединения  определенного химического состава, содержащие другие вещества, специально добавленные во время или после производства (включая очистку) в данную группу не включаются.

В ходе оценки данного обстоятельства, суд принял во внимание ответ производителя товара «Solvay (Zhangiagang) SpecialtyChemicalsCo., LTD (Китай)), который содержится в  нотариально удостоверенном нотариусом ФИО7 протоколе осмотра доказательств от 28.05.2024. Производителем товара было подтверждено, что спорный товар является однородным синтетическим продуктом, полученным в процессе химического синтеза,  какие – либо примеси в процессе производства  или после производства товара не добавляются, товар не является технической смесью и продуктом механического смешения отдельно полученных моноаминов. 

Данный ответ производителя согласуется с описанием химических реакций, (соответствующих способу производства товара) и  приведенных специалистом ФИО8 в ее заключении от 04.12.2024. Описанный ею с помощью химических реакций  химизм получения входящих в состав товара компонентов доказывает, что все, входящие в состав товара компоненты – являются продуктами единого химического синтеза, а четыре неосновных  компонента  (N-метил-N-октил-1-октанамина (сод. 1,0 %), N,N-дидецил-1-деканамина (сод. 0,7 %) и эфиры жирных кислот (дециллоктаноат и децилдеканоат))  не являются специально добавленными во время или после производства товара.

Также судом принят во внимание довод судебного эксперта ФИО6, указавшего,  что  присутствие N-метил-N-октил-1-октанамина (сод. 1,0 %), N,N-дидецил-1-деканамина (сод. 0,7 %) и эфиров жирных кислот (дециллоктаноата и децилдеканоата) является естественным, т.к. это побочные продукты, которые могут быть получены при  синтезе основного  компонента - N-децил-N-метил-1-декамина (сод. 96,4 %), а добавление каких- либо компонентов к основному веществу целесообразно только тогда, когда это улучшает его товарные, а не химические свойства. В рассматриваемом случае,  присутствие N-метил-N-октил-1-октанамина (сод. 1,0 %), N,N-дидецил-1-деканамина (сод. 0,7 %) и эфиров жирных кислот (сод.1,9%) не изменяют свойств товара.  

Данный вывод поддержан также и таможенным экспертом ФИО9, подтвердившей в судебном заседании 24.04.2024, что неосновные по процентному содержанию амины несут ту же самую  функциональную нагрузку, что и целевой амин, т.к. эти  вещества относятся к одной группе товаров.

Оценка имеющихся в материалах дела документов подтверждает, что все входящие в состав исследованной пробы товара химические вещества – являются продуктами единого химического синтеза, а это значит, что  присутствие всех компонентов в товаре обусловлено процессом производства, а не физическим смешением отдельно полученных компонентов или их специальным добавлением во время или после производства. 

Таким образом, материалами дела подтверждается идентичность доводов таможенного эксперта ФИО9, судебного эксперта ФИО6, специалиста ФИО8, и производителя товара  по  вопросу  присутствия в нем  компонентов: N-метил-N-октил-1-октанамин (сод. 1,0 %), N,N-дидецил-1-деканамин (сод. 0,7 %) и эфиров жирных кислот (дециллоктаноата и децилдеканоата), согласно которым  какого– либо их смешения или добавления к основному компоненту - N-децил-N-метил-1-декамина (сод. 96,4 %)  во время или после его производства не производится. Спорный товар является однородным синтезированным продуктом, а не технической смесью нескольких индивидуальных соединений. На всех этапах производственного процесса третичных аминов процесс смешивания отдельных веществ не происходит.

Учитывая, что мнения сторон в указанном вопросе не разделились, судом признается установленным, что компоненты: N-метил-N-октил-1-октанамин (сод. 1,0 %), N,N-дидецил-1-деканамина (сод. 0,7 %) и эфиры жирных кислот (сод.1,9%) не являются специально добавленными во время или после производства товара. 

2. Согласно примечанию 1 раздела (А) Соединения  определенного химического состава (примечание 1 к группе) Общих положений группы 29  «Органические химические соединения» ТН ВЭД ЕАЭ, отдельные соединения определенного химического состава данной группы могут  содержать примеси.

По мнению таможенных органов, наличие в составе товара, классифицируемого в группе 29 ТН ВЭД ЕАЭС  двух или более химических веществ  (даже, если они относятся к одному классу химических соединений) не допускается. Таможенными органами указано, что в случае наличия в составе продукта  двух или более  индивидуальных  химических соединений, данный продукт должен безоговорочно признаваться  смесью различных  химических соединений.

Суд находит этот вывод ошибочным, т.к. согласно примечанию 1 раздела (А) Соединения  определенного химического состава (примечание 1 к группе) Общих положений группы 29  «Органические химические соединения» ТН ВЭД ЕАЭС, отдельные соединения  определенного химического состава данной группы могут содержать примеси, а это означает, что в 29 группу ТН ВЭД ЕАЭС  могут относиться не только индивидуальные химические соединения, (ОСОХС) но и товары, состоящие не из одного, а из нескольких отдельных индивидуальных химических соединений (ОСОХС, содержащие примеси).

Примечанием 1(а) Пояснений к группе ТН ВЭД 29  определено, что если в контексте не оговорено иное, в товарные позиции  этой группы включаются только отдельные  органические соединения определенного химического состава, содержащие или не содержащие примеси. Буквальное прочтение приведенных положений позволяет утверждать, что к 29 группе ТН ВЭД ЕАЭС  относятся:

-  как отдельные соединения определенного химического состава (ОСОХС);

- так и отдельные соединения определенного химического состава, содержащие примеси (ОСОХС, содержащие примеси);

Балтийская таможня установила, что спорный товар не относится к отдельным соединениям определенного химического состава (ОСОХС). Однако, суд соглашается с доводами Общества о том, что в рассматриваемом случае требовалась оценка и второго условия – а именно, может ли ввезенный товар рассматриваться в качестве  отдельного соединения определенного химического состава, содержащего примеси (ОСОХС, содержащего примеси). Подобный подход при проведении таможенной проверки, имеющей своей  целью - проверить правильность классификации товара в соответствии с ТН ВЭД ЕАЭС –  отвечал бы требованиям закона.

Таможенному органу надлежало опровергнуть довод Общества о возможности отнесения спорного товара к отдельным соединениям определенного химического состава, содержащим примеси и представить суду соответствующие доказательства. В отсутствие таковых суд  исследовал этот вопрос  при рассмотрении дела и установил следующее.

В примечании 1 раздела (А) Соединения  определенного химического состава (примечание 1 к группе) Общих положений группы 29  «Органические химические соединения» ТН ВЭД ЕАЭС указано, что  отдельное соединение определенного химического состава (ОСОХС) – это вещество, содержащее молекулы одного вида (например с ковалентной  или иной связью), состав которых определяется постоянным соотношением элементов и может быть представлен конкретной структурной формулой. В кристаллической решетке виды молекул соответствуют  повторяющейся  элементарной ячейке.

Для оценки вышеназванных характеристик содержащихся в товаре веществ, требуются специальные познания в области химии. Это было подтверждено и таможенным экспертом ФИО9 в ходе ее допроса в судебном заседании 24.04.2024, где ею было указано, что  проведение таможенной экспертизы определялось не критериями ТН ВЭД ЕАЭС, а исключительно химическими исследованиями, аналитикой этих исследований и общедоступных информационных источников в области химии. Экспертизы классификации товара в соответствии с ТН ВЭД ЕАЭС ею не осуществлялось, т.к. это не входит в компетенцию таможенного эксперта. 

Пояснения таможенного эксперта ФИО9 в указанной части отвечают требованиям ст. 20 ТК ЕАЭС.

Фактически  перед таможенным экспертом были поставлены вопросы об определении качественного и количественного  состава товара (%),  области применения товара, функционального назначения компонентов товара. 

В условиях наличия у Общества,  Балтийской и Ростовской таможней противоположных позиций относительно правильности классификации спорного товара в целях ТН ВЭД ЕАЭС и необходимости ответа на вопросы, касающиеся вопросов описания химического состава и свойств товара, которыми ни арбитражный суд, ни стороны судебного разбирательства не обладают, возникла объективная необходимость проведения независимого экспертного исследования. Определением суда от 10.06.2024, в рамках рассматриваемого дела, назначена судебная экспертиза, проведение экспертизы  поручено эксперту центра экспертиз Санкт-Петербургского государственного университета ФИО6 (образование высшее профессиональное, СПБГУ, специальность–«Химия», квалификация-химик, кандидат химических наук, доцент кафедры общей химии и неорганической химии СПБГУ,  стаж экспертной деятельности -18 лет)

17.07.2024 в суд через систему «Мой арбитр»  и 19.07.2024 в бумажном виде поступило заключение эксперта ФИО6  № 31/24 от 12.07.2024.  

Также 10.11.2024 через систему «Мой арбитр»  от заявителя поступило ходатайство о приобщении к материалам дела заключения специалиста, кандидата химических наук   ФИО8 от 04.12.2024, (образование высшее профессиональное (Ленинградский ордена Октябрьской революции и ордена Трудового Красного знамени Технологический институт им. Ленсовета, специальность «Химия и технология органического синтеза, квалификация химик), кандидат химических наук, общий стаж работы по специальности – 33 года. Диплом кандидата химических наук ХМ № 024072 от 24.04.1992 г., диплом о высшем профессиональном образовании ИВ № 913864 от 28.02.1987. Ходатайство удовлетворено, заключение ФИО8  приобщено к материалам дела. 

При назначении судебной экспертизы Общество указало, что  в рамках рассматриваемого дела, ООО НПО «НИИПАВ» спорит не с результатами инструментальных исследований, содержащихся в заключении таможенного эксперта ФИО9 от 16.07.2020 № 12402001/0016263, а с выводами эксперта, сделанными на основании информационно – аналитического анализа, т.е. с  субъективной оценкой таможенным экспертом полученных в ходе исследования  данных, документов и общедоступных  информационных источников.

Дополнительно Общество  подтвердило, что судебная экспертиза может быть проведена путем анализа имеющихся в деле документов с использованием информационно - аналитического метода, без повторного проведения инструментальных исследований (хромато-масс-спектрометрии, инфракрасной спектроскопии, органолептического метода и др.), сведения о которых уже имеются в заключении эксперта ФИО9 и могут быть использованы судебным экспертом без каких либо исключений, т.к. общество их не оспаривает.

Заключением судебного эксперта ФИО6 № 31\24 от 12.07.2024 подтверждено, что N-децил-N-метил-1-деканамин (сод. 96,4 %) является индивидуальным химическим соединением (ОСОХС). Вещество зарегистрировано в реестре CAS за номером 7396-58-9 (ответ на вопрос № 2). В ответе на вопрос № 3 экспертом подтверждено, что N-децил-N-метил-1-деканамин (сод. 96,4 %) является веществом, содержащим молекулы  одного вида, состав которых определяется постоянным соотношением элементов и может быть представлен структурной формулой: 

То есть, судебный эксперт подтвердил, что основной компонент (целевой амин): N-децил-N-метил-1-деканамин (сод. 96,4 %)  содержит  молекулы одного вида, состав которых определяется постоянным соотношением элементов и  может быть представлен конкретной структурной формулой.

Ответы эксперта на вопросы № 2 и 3 позволяют суду прийти к выводу, что основной компонент (целевой амин): N-децил-N-метил-1-деканамин (сод. 96,4 %) правомерно считать отдельным соединением определенного химического состава, т.к. он полностью отвечает критериям, регламентированным разделом (А) Соединения  определенного химического состава (примечание 1 к группе) Общих положений группы 29  «Органические химические соединения» ТН ВЭД ЕАЭС для отдельных соединений определенного химического состава (ОСОХС). 

Аналогичный вывод содержится также и в заключениях специалистов: доктора химических наук ФИО10 от 07.02.2024,  кандидата химических наук ФИО8 от 04.12.2024.

Довод таможенных органов, о том, что поставленные вопросы должны были касаться товара в целом, а не только его основного компонента (целевого амина): N-децил-N-метил-1-деканамина (сод. 96,4 %) отклоняется судом, как противоречащий смыслу и содержанию Пояснений к 29 группе ТН ВЭД ЕАЭС, определяющему, что к названной группе могут относиться не только отдельные соединения определенного химического состава (ОСОХС), но также и отдельные соединения определенного химического состава, содержащие примеси (ОСОХС с примесями, т.е. «многокомпонентные вещества»). 

 Приведенное в разделе (А) Соединения  определенного химического состава (примечание 1 к группе) Общих положений группы 29  «Органические химические соединения» ТН ВЭД ЕАЭС определение ОСОХС позволяет утверждать, что в «многокомпонентном товаре», каковым является спорный товар, отдельным соединением определенного химического состава (ОСОХС) может признаваться только один из его компонентов (веществ), превосходящий по процентному содержанию иные компоненты товара. Все остальные компоненты товара, за исключением (целевого амина), могут рассматриваться в качестве примесей, исключительно при условии их соответствия критериям, установленным для отнесения этих веществ к таковым. 

3. При разрешении вопроса о правомерности отнесения/неотнесения остальных четырех компонентов (химических веществ), содержащихся в спорном товаре к примесям, суд исследовал представленные сторонами доказательства и дал оценку приведенным им доводам.

Таможенные органы, аргументировали свою позицию тем, что примесями, по их мнению, могут признаваться только два из четырех спорных компонентов, а именно: эфиры жирных кислот – дециллоктаноат и децилдеканоат. Два других вещества: N-метил-N-октил-1-октанамин (сод. 1,0 %), N,N-дидецил-1-деканамин (сод. 0,7 %) вместе с основным компонентом N-децил-N-метил-1-деканамином (сод. 96,4 %) они признали смесью аминов. 

В обоснование своей позиции таможенные органы ссылались на заключение таможенного эксперта Экспертно-криминалистической службы – регионального филиала Центрального экспертно-криминалистического таможенного управления г. Санкт-Петербург от 16.07.2020 № 12402001/0016263,  ФИО9

В целях проверки обоснованности выводов таможенного эксперта ФИО9 судом был осуществлен ее допрос в судебном заседании 24.04.2024, где экспертом  было указано следующее. В результате хромато-масс-спектрометрического метода ею было установлено, что в химическом отношении проба представляет собой смесь и третичных аминов  и эфиров жирных кислот. А далее, в ходе информационно - аналитической работы, ею  было установлено, что все входящие в состав исследуемой пробы  амины (N-децил-N-метил-1-деканамин (сод. 96, 4 %), N-метил- N-октил-1-октанамин (сод. 1,0 %), N,N –дидецил-1-деканамин (сод. 0,7 %) - с химической точки зрения, должны рассматривается, как смесь, а иные вещества, входящие в состав товара, но не относящиеся к аминам (эфиры жирных кислот: дециллоктаноат и децилдеканоат), по ее мнению, являются примесями, оставленными в процессе производства. 

Со слов таможенного эксперта, данный вывод сделан ею с использованием информационно-аналитического метода и основан на ее субъективной оценке изученных источников информации. 

С учетом, того, что в заключении таможенного эксперта понятие смеси  не приведено, а в Общих положениях пояснений к товарной группе 29 ТН ВЭД ЕАЭС понятие «смесь» не раскрывается, суд для оценки этого определения  обращается, как к заключению судебного эксперта ФИО6,  в котором указано, что смесь – это система, состоящая из двух  или более веществ (компонентов смеси), так и к содержанию ГОСТа Р 57443-2017 «Национальный стандарт Российской Федерации, Идентификация химической продукции. Общие положения», где под смесью понимается смесь двух или более химических веществ.

Анализ приведенных понятий позволяет суду согласиться с первоначальным выводом таможенного эксперта о том, что с точки зрения химического состава, исследуемая проба товара представляет собой смесь и третичных аминов и эфиров жирных кислот, т.к. в товаре фактически присутствует пять индивидуальных химических соединений (веществ). Однако таможенный эксперт не представил правового обоснования отнесения трех моноаминов к смеси, а двух эфиров жирных кислот к примесям.

Если придерживаться критериев таможенного эксперта, то к смеси  необходимо относить  только те компоненты, которые принадлежат к одной группе товаров (моноамины), а к примесям иные содержащиеся в товаре вещества (эфиры жирных кислот), оставленные в ходе производства.

По оценке суда, первый критерий не находит своего правового подтверждения в общедоступных информационных источниках, приведенных таможенным экспертом ФИО9 в ее заключении (в перечне использованных ею справочных материалов).  К тому же, примененный таможенным экспертом подход об отнесении к смеси только части содержащихся в товаре компонентов, не согласуется с вышеприведенным понятием смеси, содержащимся в официальных информационных источниках, научной литературе, а также в заключении судебного эксперта ФИО6 

Также суд обращает внимание, что разделение содержащихся в товаре веществ на смесь и примесь осуществлялось таможенным экспертом не на основе положений ТН ВЭД, а,  исключительно, на основе химических знаний и субъективных  суждений эксперта, не согласующихся с общепринятыми понятиями в области химии. 

Согласно п. 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.11.2019 № 49 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза» суд проверяет обоснованность классификационного решения, вынесенного таможенным органом, исходя из оценки представленных таможенным органом и декларантом доказательств, подтверждающих сведения о признаках (свойствах, характеристиках) декларируемого товара, имеющих значение для его правильной классификации согласно ТН ВЭД, руководствуясь ОПИ ТН ВЭД, а также принятыми в соответствии с ними на основании п. 6 ст. 21, п.п. 1 и 2 ст. 22 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза решениями Федеральной таможенной службы и Комиссии по классификации отдельных видов товаров, если такие решения относятся к спорному товару. Для целей интерпретации положений ТН ВЭД судами также учитываются Пояснения к ТН ВЭД, рекомендованные Комиссией по классификации отдельных видов товаров в качестве вспомогательных рабочих материалов.

Таким образом, в целях правильной классификации товара в 29 или 38 группе ТН ВЭД ЕАЭС, правоприменение должно осуществляться на основании ТН ВЭД, пояснений к ТН ВЭД,  с учетом сведений о признаках (свойствах, характеристиках) декларируемого товара. Признаки, свойства и характеристики товара – это не что иное, как сведения, содержащиеся в технической документации на товар и инструментальные исследования, содержащиеся в заключении таможенного эксперта, подтверждающие компонентный состава товара с указанием его процентного содержания каждого из компонентов. 

С учетом указанного, суд полагает обоснованным придерживаться регламентации, установленной примечанием 1 (а) к группе 29 ТН ВЭД ЕАЭС, в соответствии с которым к 29 группе  могут относиться отдельные соединения  определенного химического состава с примесями. 

В представленных таможенными органами документах (актах, отзывах, письменных объяснениях) оценка этому доводу не давалась вовсе. В свою очередь, Общество указывает,  что спорный товар является отдельным соединением определенного химического состава, содержащим примеси, где: N-децил-N-метил-1-декамин (сод. 96,4 %) – это вещество, отвечающее признакам  отдельного соединения определенного  химического состава (ОСОХС), а остальные компоненты: N-метил-N-октил-1-октанамин (сод. 1,0 %), N,N-дидецил-1-деканамин (сод. 0,7 %), эфиры жирных кислот – дециллоктаноат и децилдеканоат, являются примесями.

То есть, для разрешения настоящего дела, спорный товар необходимо оценить на предмет содержания в нем примесей, под которыми следует рассмотреть все входящие в состав товара компоненты, за исключением основного компонента (целевого амина N-децил-N-метил-1-деканамина, сод. 96, 4 %), а именно:

- N-метил-N-октил-1-октанамин (сод. 1,0 %);

- N,N-дидецил-1-деканамин (сод. 0,7 %);

- эфиры жирных кислот – дециллоктаноат и децилдеканоат (суммарным содержанием 1,9%).

4. Согласно Общим положениям пояснений к группе 29 ТН ВЭД ЕАЭС Термин «примеси» используется исключительно для веществ, присутствие которых в отдельном химическом соединении является единственным и непосредственным результатом процесса производства (включая очистку). Эти вещества могут появляться  в результате влияния любых факторов: присутствующих в таком процессе, в основном следующих:

(а) неполнота превращения исходных материалов;

(б)  присутствие примесей в исходных материалах;

(в) реагенты, используемые в процессе производства (включая очистку);

(г) побочные продукты.

По мнению суда, для надлежащей  оценки каждого из названных критериев,  необходимы сведения о способах производства спорного товара.  Из заключения таможенного эксперта, раздел 4,  следует, что получение третичных аминов происходит в результате синтеза сложных эфиров жирных кислот и вторичных аминов с последующим восстановлением.

Однако,  в литературных источниках, приведенных в заключении таможенного эксперта нет сведений  о существовании названного ею метода.  Данное обстоятельство подтверждено и в заключении специалиста ФИО8 от 04.12.2024.

Согласно пояснений судебного эксперта ФИО6, представленных им в судебном заседании 19.11.2024, способ производства товара, названный таможенным экспертом ФИО9 не идентичен способу производства, указанному производителем товара «Solvay (Zhangiagang) SpecialtyChemicalsCo., LTD (Китай)).

В ходе допроса 24.04.2024 экспертом ФИО9 было указано, что для  ответа на поставленные перед ней  вопросы требовалось определение химического состава пробы и для его определения технология производства ей была не нужна.  Также экспертом было подтверждено, что указанный в  экспертном заключении от 16.07.2020 способ получения третичных аминов, был выбран ею предположительно на основании информационно-аналитических данных и данных информационных источников.  

Таким образом, таможенные органы в материалы дела не представили каких - либо доказательств заявленного экспертом  ФИО9 способа получения спорного товара и отказались от оценки вышеназванных критериев.

В свою очередь, ООО НПО «НИИПАВ» представило в материалы дела  нотариально удостоверенный нотариусом ФИО7 протокол осмотра доказательств и нотариально удостоверенный перевод переписки между Обществом  и производителем товара «Solvay (Zhangiagang) SpecialtyChemicalsCo., LTD (Китай)) от 28.05.2024.  При описании производственного процесса  спорного товара производителем было указано следующее. Спирт жирного ряда вступает в реакцию  с монометиламином и, образовавшаяся   вода удаляется. Создается сырой третичный амин. Сырой продукт подвергают дистиляции для получения конечного продукта. Исходным сырьем для производства спорного товара является спирт жирного ряда  из пальмового масла и монометиламина  промышленного происхождения.

Судебным экспертом ФИО6 в ответе на вопрос № 5 указано, что присутствие компонентов N-метил-N-октил-1-октанамина (сод. 1,0 %), N,N-дидецил-1-деканамина (сод. 0,7 %) и эфиров жирных кислот (дециллоктаноата и децилдеканоата) в товаре:

- может являться  результатом неполноты  превращения исходных материалов;

- может являться  результатом их присутствия  в исходных  материалах;

- может являться побочным продуктом процесса производства.

В ходе пояснений в судебном заседании 19.11.2024 эксперт ФИО6 подтвердил, что, если представить процесс синтеза исследуемого товара, то по законам химии, он, как эксперт, не усматривает никаких ограничений  в присутствии этих продуктов в товаре по указанным основаниям.

В ответе на вопрос № 4 экспертом ФИО6 указано, что присутствие компонентов N-метил-N-октил-1-октанамина (сод. 1,0 %), N,N-дидецил-1-деканамина (сод. 0,7 %) и эфиров жирных кислот (дециллоктаноата и децилдеканоата) в товаре может являться непосредственным результатом  процесса производства товара. 

В заключении специалиста ФИО8, от 04.12.2024 даны  утвердительные аналогичные ответы. Дополнительно специалистом указано, что присутствие названных компонентов возможно в результате влияния всех вышеперечисленных факторов, сопровождающих процесс производства.  При этом, факторы а) и б) фактически вытекают друг из друга, поскольку, неполнота превращения исходных материалов (сырья), (фактор (а)) обуславливает  присутствие в товаре компонентов, которые, не подвергаясь  превращениям в процессе производства переходят в товар из исходного сырья в результате своего присутствия в нем (фактор (б)). Таким образом,  присутствие  указанных компонентов  может являться результатом, как фактора а), так и фактора б), но с большей степенью вероятности эти факторы применимы  для компонентов эфиры жирных кислот (сод.1,9%). Что касается фактора в), то  здесь специалистом указано, что  присутствие всех компонентов  в качестве продуктов побочных реакций  (фактор (в)), наиболее вероятно, поскольку  в процессе производства товара имеются  необходимые условия для протекания таких реакций. Специалистом ФИО8  приведены примеры химических реакций, соответствующих способу производства производителя, где  результатом протекания этих реакций являются содержащиеся в продукте компоненты. 

Данные выводы таможенными органами не опровергнуты.  

5. Примесями  не могут признаваться  такие вещества, которые намерено оставляют в продукте с  целью сделать его пригодным для использования в иных целях, отличных от традиционных.

Представленные суду доказательства подтверждают, что при ответе на данный вопрос у сторон не возникло каких – либо противоречий.

В подтверждение соблюдения этого критерия, Общество  заявляло, что присутствие в спорном товаре N-метил-N-октил-1-октанамина (сод. 1,0 %), N,N-дидецил-1-деканамина (сод. 0,7 %) и эфиров жирных кислот (дециллоктаноата и децилдеканоата) является  не  результатом их намеренного оставления в нем,   с целью сделать его пригодным для использования в иных целях, отличных от традиционных, а обусловлено их присутствием в качестве таковых, начиная от сырья. Содержание названных компонентов не изменяет основных свойств товара и не модифицирует его, делая пригодным для использования в иных целях. Если оценивать свойства  основного компонента: N-децил-N-метил-1-декамина (сод. 96,4 %) без примесей и его же с примесями: N-метил-N-октил-1-октанамина (сод. 1,0 %), N,N-дидецил-1-деканамина (сод. 0,7 %) и эфиров жирных кислот (дециллоктаноата и децилдеканоата), то их практическое применение будет идентичным – для производства ПАВ (поверхностно-активных веществ).

Таможенными органами данный довод Общества не опровергнут, доказательств обратного не приведено. Напротив, в ходе допроса 24.04.2024 таможенного эксперта ФИО9 ею было подтверждено, что  вещества N-метил-N-октил-1-октанамин (сод. 1,0 %), N,N-дидецил-1-деканамин (сод. 0,7 %) не изменяют свойств основного компонента N-децил-N-метил-1-декамина (сод. 96,4 %), т.к. функциональную нагрузку  в пробе они несут туже самую, что и целевой амин, т.к. эти  вещества относятся к одной группе товаров.

 Специалистом ФИО8 в заключении от 04.12.2024  при ответе на вопрос № 6 указано, что  N-метил- N-октил-1-октанамин (сод.  1,0 %),  N,N –дидецил-1-деканамин (сод. 0,7 %), эфиры жирных кислот (децилоктаноат и децилдеканоат, сод.1,9%) не изменяют, свойств и области возможного использования N-децил, N-метил-1-деканамин (сод. 96,4 %)  и не делают его  пригодным для использования  в иных целях, отличных от традиционных ( т.е. от целей его обычного использования).

Аналогичный ответ дан судебным экспертом ФИО6, утвердительно указавшем, что присутствие N-метил- N-октил-1-октанамина (сод.  1,0 %),  N,N –дидецил-1-деканамина (сод. 0,7 %), эфиров жирных кислот (децилоктаноата и децилдеканоата, сод.1,9%) не меняет свойств N-децил-N-метил-1-деканамина (сод. 96,4 %), а применение основного компонента в присутствии естественных примесей, (указанных в вопросе), не зависит от наличия или отсутствия данных примесей.

 Производитель товара однозначно подтвердил, что в товаре не имеется  примесей, добавленных в процессе химического синтеза или после  производства товара, изменяющих его свойства.

Таким образом, по результатам оценки каждого из вышеприведенных критериев, содержащихся в  Общих положениях пояснений к группе 29 ТН ВЭД ЕАЭС, суд пришел к выводу о том, что спорный товар может признаваться отдельным соединением определенного химического состава, содержащим примеси, где основной/ целевой амин: N-децил, N-метил-1-деканамин (сод. 96,4 %) является отдельным соединением определенного химического состава, а остальные, входящие в состав товара компоненты: N-метил- N-октил-1-октанамин (сод.  1,0 %),  N,N –дидецил-1-деканамин (сод. 0,7 %), эфиры жирных кислот (децилоктаноат и децилдеканоат, сод.1,9%) являются примесями, что позволяет рассматривать спорный товар в качестве отдельного соединения определенного химического состава, содержащего примеси в целях классификации его в 29 группе ТН ВЭД ЕАЭС.

Суд также считает необоснованными и иные приведенные таможенными органами доводы. 

Ссылка таможенного органа на вступившие в законную силу  решения судов  по делам № А56-85711/2020, А56-187/2021 по спору с иным декларантом (ООО «Корпорация СБК») не может приниматься во внимание при рассмотрении настоящего дела.

Ссылка таможенных органов на названные судебные акты  недопустима, т.к.:

- при принятии решения арбитражный суд оценивает доказательства и доводы, приведенные лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений; определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены и какие обстоятельства не установлены, какие законы и иные нормативные правовые акты следует применить по данному делу; устанавливает права и обязанности лиц, участвующих в деле; решает, подлежит ли иск удовлетворению ( ч. 1 ст. 168 АПК РФ).

- основания иска по вышеназванным делам и  настоящему делу не совпадают. В рамках вышеназванных дел и настоящего дела декларанты обосновывали свои требования различными доказательствами и различными экспертными исследованиями. В частности, при рассмотрении вышеназванных дел, суды не располагали информацией о процессе производства товара, что и позволило признать недоказанным довод декларантов о присутствии в товаре примесей, как единственного и непосредственного результата процесса  производства, а также  рассмотреть и оценить довод заявителей, что присутствие примесей  в товаре  является результатом влияния одного из следующих факторов, сопровождающих  процесс  производства: результатом неполноты превращения  исходных материалов, результатом их присутствия в исходных материалах; либо же они  являются побочными продуктами процесса производства товара; 

- таможенный эксперт ФИО9 не располагала данными о способе производства товара, а названный ею способ являлся, с ее слов, предположительным. При рассмотрении настоящего дела было установлено, что предположение  эксперта ФИО9 о способе производства товара, приведенное ею в экспертном заключении от 16.07.2020 не совпадает с фактическим способом производства поставщика товара «Solvay (Zhangiagang) SpecialtyChemicalsCo., LTD (Китай)), что исключает обоснованность выводов таможенного эксперта, положенных в основу  ранее принятых судом решений  и возможность их принятия при рассмотрении настоящего дела;

обстоятельство, что,  в нарушение требований п. 16 Приказа  ФТС № 2264 от 20.11.2014 «Об утверждении  Порядка отбора  таможенными органами российской Федерации  проб (образцов) товаров  для проведения таможенной экспертизы, Порядка приостановления  срока проведения таможенной экспертизы»,  отобранная  по акту отбора от 20.06.2020 № 10210130/200620/000031 проба товара (соединения с аминной функциональной группой: моноамины ациклические (додецилметиламин), с длиной цепи алкил –радикала 10-10  Fentamin МА1010 (N-децил, N-метил-1-декамин), CAS номер 7396-58-9, изготовитель «Solvay (Zhangiagang) SpecialtyChemicalsCo., LTD (Китай)), была передана для проведения таможенной экспертизы в  Экспертно-криминалистическую службу – регионального филиала Центрального экспертно-криминалистического таможенного управления г. Санкт-Петербург  только 03.07.2020, т.е. за пределами установленного Приказом срока (не позднее трех рабочих дней, следующих за днем оформления акта);

-  в рамках рассмотрения вышеназванных дел,  суд оставил без оценки то обстоятельство, что в заключении таможенного эксперта ФИО9 от 16.07.2020 содержатся существенные пороки, а именно - в разделе два,  поступившая на экспертизу проба содержит оттиск печати «ФТС России Балтийская таможня 640», в то время, как в разделе исследований  проба содержит оттиск печати «ФТС России Санкт-Петербургская таможня 163». Несмотря, на исследование этого вопроса при рассмотрении настоящего дела, таможенные органы не представили, каких – либо доказательств, подтверждающих технический характер допущенной ошибки, как на то было указано таможенным экспертом;

- при рассмотрении настоящего дела проведена судебная экспертиза, с постановкой вопросов, которые не были предметом оценки по ранее рассмотренным делам;

- доводы судов по ранее рассмотренным делам о том, что выводы эксперта ФИО9 подтверждены проведенными исследованиями (методом хромато-масс-спектрометрии, инфракрасной спектроскопии, термогравиметрии) не могут относиться к ее субъективным выводам об отнесении одной части компонентов товара к смеси, а другой к примесям, т.к. в ходе допроса 24.04.2024 эксперта ФИО9 по настоящему делу, было бесспорно подтверждено, что метод хромато-масс-спектрометрии и др. методы позволяют определять только компонентный состав и процентное содержание каждого компонента, в то время как выводы о смесевом характере продукта эксперт основывает исключительно на анализе информационно – аналитических источников и имеющихся документов. Однако, ни один из приведенных ею источников не содержит такого разделения компонентов и противоречит  понятию смесь, содержащемуся в научной литературе.  

- при проведении экспертизы таможенный эксперт ФИО9 не обладала документами, представленными в материалы настоящего дела, что исключает обоснованность сделанных ею выводов, а соответственно и выводов суда;

 - суд не усматривает возможным согласиться с выводами суда о том, что наличие в составе продукта двух и более индивидуальных химических соединений позволяет признать этот продукт смесью, т.к. это противоречит примечанию 1 (а) к группе 29 ТН ВЭД ЕАЭС, в соответствии с которым, отдельные соединения  определенного химического состава могут содержать примеси, а это означает, что в 29 группу ТН ВЭД ЕАЭС  могут относиться не только однокомпонентные товары (индивидуальные химические соединения) но и товары, состоящие не из одного, а из нескольких отдельных химических соединений (ОСОХС, содержащие  примеси).

- нельзя согласиться с выводами суда о том, что паспорт безопасности химической продукции должен содержать указания, что N-децил- N-метил-1-деканамин (сод. 96, 4 %) является основным веществом в товаре, а иные компоненты примесями. Данный вывод противоречит содержанию п. 1 ст. 20 ТК ЕАЭС, в соответствии с которым декларант и иные лица осуществляют классификацию товаров в соответствии с ТН ВЭД.

Критериями классификации товара для таможенных целей являются его объективные характеристики и свойства, как они определены в текстах соответствующих товарных позиций и в примечаниях к разделам и группам (см. Решение Суда Евразийского экономического союза от 18.06.2019 N СЕ-1-2/1-19-КС).

Паспорт безопасности химической продукции - является обязательной составной частью технической документации на химическую продукцию и предназначен для обеспечения потребителя достоверной информацией по безопасности промышленного применения, хранения, транспортирования и утилизации химической продукции, а также ее использования в бытовых целях. Паспорт безопасности не может рассматриваться судом в качестве документа, определяющего, что в целях классификации товара в соответствии с ТН ВЭД может признаваться основным компонентом, а что примесями, т.к. законодатель таких требований к названному документу не устанавливает, а вопросы классификации товаров относит исключительно к компетенции таможенных органов.

Регламент REACH, определяет требования к паспортам безопасности - SafetyDataSheet (SDS).  Паспорт SDS является основным средством передачи информации об опасностях, связанных с химическими веществами, и рисках, которые они представляют для здоровья человека и окружающей среды, а также о мерах по контролю рисков, но никак не об отнесении входящих в состав химического вещества компонентов к основному веществу и примесям.

Регламент REACH содержит подробные требования и формат паспортов безопасности веществ и смесей.  Информация в SDS обязана соответствовать отчету о химической безопасности (CSR). Регламент (EC) No 1907/2006 предписывает, какая информация обязана и может быть включена в каждый раздел SDS, в т. ч.:

1. Идентификация продукта (раздел 1 паспорта безопасности содержит основную идентификационную информацию о веществе, включая: общие названия химического вещества, соответствующие идентифицированные применения, сведения о поставщиках и контактные данные в чрезвычайных ситуациях).

2 Идентификация опасности (в этом разделе описываются риски, связанные с химическим веществом, с использованием классификаций опасности, кодов / формулировок опасностей, кодов /положений предосторожности, сигнальных слов и пиктограмм опасности). 

3. Состав / информация об ингредиентах (в этом разделе указываются ингредиенты и их концентрации. Концентрация ингредиентов, входящих в состав конкретного химического вещества, часто является конфиденциальной информацией, и определенный уровень конфиденциальности достигается путем раскрытия процентных диапазонов, а не точных процентных соотношений в их составах. Например, химическое вещество может состоять из 10– 

<

30% химического вещества X и 30-40% химического вещества Y)

4. Меры первой помощи. 

5. Противопожарные меры.

6 .Меры при случайном выбросе.

7. Обращение и хранение.

8. Контроль воздействия / личная защита.

9. Физические и химические свойства (в этом разделе подробно описаны физические и химические свойства химического вещества. Он предоставляет информацию о химическом веществе, таком как его состояние, внешний вид, запах, точки плавления / замерзания и даже вкус химического вещества). 

10. Стабильность и химическая активность.

11. Токсикологическая информация.

12. Экологическая информация.

13. Утилизация отходов.

14. Информация о транспорте.

15. Нормативная информация (обновления об опасностях, дополнительная информация из новых исследований и информация, которая больше не соответствует требованиям). 

Иных требований, к паспорту безопасности на товар законодательно не закреплено, что исключает какую либо обязанность производителя отражать в нем дополнительные сведения.

Иными словами, определение того, что является основным компонентом, а что примесями к нему, в целях применения ТН ВЭД ЕАЭС, отнесено не к компетенции производителя, а к компетенции таможенных органов, осуществляющих проверку правильности классификации товара. Однако, в рассматриваемом случае, таможенный орган пренебрег существующей у него обязанностью и, не исследовав процесса производства третичных аминов, не запросив у производителя соответствующей информации, пришел к голословному, документально не подтвержденному выводу, основанному на документе, в котором такой информации содержаться не должно в силу закона.  

Иных доводов таможенные органы не привели. 

Согласно ч. 5 ст. 200 АПК РФ обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта  закону или иному нормативному правовому акту, законности принятия  оспариваемого решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), наличия у органа или лица надлежащих полномочий на принятие  оспариваемого акта, решения,  совершения  оспариваемых действий (бездейстия), а также обстоятельств, послуживших основанием  для принятия  оспариваемого акта, решения,  совершения  оспариваемых действий (бездейстия), возлагается на орган или лицо, которые приняли  акт, решение или  совершили  действия (бездейстие).

Ненормативный акт, решение или действия (бездейстие) признаются недействительными при наличии одновременно двух условий: если они не соответствую закону или иному ненормативно правовому акту и нарушают права и законные интересы заявителя.

В настоящем случае суд считает, что  таможенные органы не доказали  правомерности  классификации товара в товарной позиции 3824 ТН ВЭД ЕАЭС и не представили  доказательств соответствия оспариваемых решений закону или иному нормативному правовому акту, законности  оспариваемого решения. 

В соответствии с пунктом 3 части 4 статьи 201 АПК РФ в резолютивной части решения по делу об оспаривании ненормативных правовых актов, решений органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц должно содержаться указание на признание оспариваемого акта недействительным или решения незаконным полностью или в части и обязанность устранить допущенные нарушения прав и законных интересов заявителя либо на отказ в удовлетворении требования заявителя полностью или в части. 

Как разъяснено в пункте 21 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.07.2014 № 46, если судебный акт принят не в пользу государственного органа (органа местного самоуправления), должностного лица такого органа, за исключением прокурора, Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации, расходы заявителя по уплате государственной пошлины подлежат возмещению соответствующим органом в составе судебных расходов (часть 1 статьи 110 АПК РФ). 

На основании части 1 статьи 110 АПК РФ, подпункта 3 пункта 1 статьи 333.21 НК РФ понесенные заявителем судебные расходы в виде уплаченной государственной пошлины в размере 27 000 руб. подлежат взысканию с Балтийской таможни Северо-Западного таможенного управления Федеральной таможенной службы и Ростовской таможни Южного таможенного управления.

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

решил:

Признать недействительными решения о классификации товара в соответствии с единой Товарной номенклатурой внешнеэкономической деятельности Евразийского экономического союза, принятые Балтийской таможней Северо-Западного таможенного управления Федеральной таможенной службы: от 23.06.2023 № РКТ-10216000-23/000142; от 27.06.2023 № РКТ-10216000-23/000176; от 27.06.2023 № РКТ-10216000-23/000177.

Признать недействительными решения о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларациях на товары: от 26.06.2020 ДТ № 10313140/250620/0046599 (товар № 2), от 25.08.2020 ДТ№ 10313140/250820/0072766 (товар № 1), от 06.10.2020 ДТ №10323010/061020/0014023 (товар № 1) после выпуска товаров, принятые Балтийской таможней Северо-Западного таможенного управления Федеральной таможенной службы 23.06.2023, 27.06.2023.

Признать недействительными уведомления Ростовской таможни Южного таможенного управления о неуплаченных суммах таможенных платежей, специальных, антидемпинговых, компенсационных пошлин, процентов и пеней: от 26.06.2023№ 10313000/У2023/0000392 с суммой доначислений - 386 368,24 руб., от 28.06.2023№ 10313000/У2023/0000398 с суммой доначислений - 415 456,44 руб., от 28.06.2023№ 10313000/У2023/0000400 с суммой доначислений - 434 138,26 руб.

Взыскать с Балтийской таможни Северо-Западного таможенного управления Федеральной таможенной службы и Ростовской таможни Южного таможенного управления в пользу общества с ограниченной ответственностью Научно производственное объединение «НИИПАВ» 27 000 рублей судебных расходов по уплате государственной пошлины.

Решение может быть обжаловано в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня принятия.

Судья                                                                           Корчагина Н.И.