Шестой арбитражный апелляционный суд 

улица Пушкина, дом 45, город Хабаровск, 680000, 

официальный сайт:  http://6aas.arbitr.ru

e-mail: info@6aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 06АП-1098/2021

06 апреля 2021 года

г. Хабаровск

Резолютивная часть постановления объявлена 30 марта 2021 года. Полный текст  постановления изготовлен 06 апреля 2021 года.

Шестой арбитражный апелляционный суд  в составе:

председательствующего     Козловой Т.Д.

судей                                       Гричановской Е.В., Ротаря С.Б.

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1

при участии  в заседании:

от индивидуального предпринимателя ФИО2: ФИО3, представитель по доверенности от 28.05.2020; 

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу Гулевич Валентины Викторовны

на определение от 26.01.2021

по делу №А04-855/2020

Арбитражного суда Амурской области

по заявлению индивидуального предпринимателя ФИО2   

к ФИО5

о  признании сделки недействительной и применении последствий недействительности 

в рамках дела о признании ФИО6 несостоятельным (банкротом) 

 

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда Амурской области от 07.02.2020 принято к производству заявление индивидуального предпринимателя ФИО2 (далее – ФИО2) о признании индивидуального предпринимателя ФИО6 (ИНН 

<

***>, ОГРНИП 316280100079461, далее – ФИО6, должник) несостоятельным (банкротом), возбуждено производство по делу о банкротстве.

Определением суда от 06.07.2020 требования ФИО2 признаны обоснованными, в отношении ФИО6 введена процедура реструктуризация долгов гражданина, финансовым управляющим имуществом должника утверждена ФИО7 (далее – ФИО7).

Решением суда от 23.11.2020 (резолютивная часть объявлена 16.11.2020) ФИО6 отказано в утверждении плана реструктуризации долгов гражданина, должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура реализация имущества гражданина, финансовым управляющим имуществом ФИО6 утверждена ФИО7 (далее – финансовый управляющий).

В рамках дела о признании ФИО6 несостоятельным (банкротом) ФИО2 15.07.2020 обратилась в суд первой инстанции с заявлением о признании договора купли – продажи земельного участка, расположенного по адресу Амурская область, г.Свободный, (кадастровый номер №28:05:010918:618), заключенного между ФИО6 и ФИО5 (далее – ФИО5) недействительным и применении последствий недействительности сделки в виде обязания ФИО5 возвратить в конкурсную массу должника вышеуказанный земельный участок.

Определением суда от 26.01.2021 заявление удовлетворено.

В апелляционной жалобе ФИО5 просит определение суда от 26.01.2021 изменить в части, в качестве последвий недействительности сделки взыскать с ФИО6 в пользу ФИО5 денежные средства в размере 3 000 000 руб., внесенные последней по договору купли-продажи земельного участка  от 06.06.2019.

В обоснование жалобы приводит доводы о том, что согласно рецензии на экспертное заключение от 23.11.2020 №902 нарушения, допущенные экспертом, являются существенными и влияют на результат экспертизы, однако судом первой инстанции данные обстоятельства не учтены. Полагает, что принятие порочного экспертного заключения в качестве доказательства в суде первой инстанции привело к необоснованному исключению  из числа доказательств приходно-кассового ордера от 06.06.2019 №31 и квитанции к нему. Обращает внимание на то, что суд первой инстанции не указывает на основании каких источников был сделан вывод о не типичности отсутствия формулировки в договоре купли-продажи  недвижимого имущества о способе расчета между сторонами.   Считает, что  у суда первой инстанции отсутствовали основания  для непринятия факта внесения денежных средств. Ссылается на то, что указание суда на недоказанность возможности ФИО5 аккумулировать денежные средства в достаточном размере не основано на представленных в дело доказательствах и нормах права. Указывает на то, что в материалы дела было представлено достаточно доказательств, подтверждающих внесения  ФИО5 денежных средств по оспариваемому договору обоснованных и допустимых оснований для непринятия данных доказательств, представлено не было, в связи с чем основания для отказа в применении реституции у суда первой инстанции отсутствовали. 

ФИО2 в отзыве на жалобу просит определение суда от 26.01.2021 оставить без изменения, жалобу – без удовлетворения. 

Присутствовавший в судебном заседании представитель ФИО2  выразил несогласие с доводами жалобы, просил оставить обжалуемый судебный акт без изменения как законный и обоснованный. 

Иные лица, участвующие в обособленном споре, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, явку своих представителей не обеспечили.

Представитель ФИО6, ходатайство которого об участии в заседании посредством онлайн-связи удовлетворено судом апелляционной инстанции, участия в судебном заседании не принимал.

Изучив материалы обособленного спора с учетом доводов апелляционной жалобы и отзыва на нее, заслушав присутствовавшего в судебном заседании представителя, Шестой арбитражный апелляционный суд пришел к следующему.

В соответствии со статьей 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), пунктом 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными настоящим Федеральным законом.

Параграфом 1.1 главы X Закона о банкротстве установлены особенности банкротства гражданина.

В силу пункта 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве установлено, что заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

Пунктом 2 указанной статьи предусмотрено, что право на подачу заявления об оспаривании сделки должника-гражданина по указанным в статье 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона основаниям возникает с даты введения реструктуризации долгов гражданина.

Заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд наряду с лицами, указанными в пункте 1 настоящей статьи, конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер кредиторской задолженности перед ним, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его аффилированных лиц (пункт 2 статьи 61.9 Закона о банкротстве).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее – ГК РФ), а также по основаниям и в порядке,  которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Согласно пункту 1 статьи 61.2 названного Закона сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

В пункте 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63) разъяснено, что неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

Из разъяснений, изложенных в  пункте 9 указанного Постановления следует, что если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Установлено, что  дело о признании ФИО6 несостоятельным (банкротом) возбуждено судом первой инстанции 07.02.2020, тогда как оспариваемый договор купли-продажи заключен 06.06.2019, то есть в пределах срока, предусмотренного пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Таким образом, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что спорный договор заключен в период подозрительности.

Так, согласно пункту 1.1 договора ФИО6 продал ФИО5 принадлежащий ему на праве собственности земельный участок площадью     2 620 кв.м с кадастровым номером №28:05:010918:618, находящийся по адресу: Амурская область, г.Свободный, на землях населенных пунктов, предоставленный для административно - гостиничного комплекса.

В соответствии с пунктом 1.2 указанный земельный участок принадлежит ФИО6 на основании договора купли - продажи земельного участка с жилым домом, удостоверенного нотариусом Свободненского нотариального округа Амурской области ФИО8 21.09.2018 года по реестру №028/10-н/20-20181-3398, договора купли - продажи земельного участка с жилым домом, удостоверенного нотариусом Свободненского нотариального округа Амурской области ФИО8 21.09.2018 по реестру 28/10-н/28-2018-1-3394, дополнительного соглашения к договору купли - продажи земельного участка с жилым домом, удостоверенного нотариусом Свободненского нотариального округа Амурской области ФИО8 21.09.2018 года по реестру № 28/10-н/282018-1-4096, о чем в Едином государственном реестре недвижимости 15.01.2019 сделана запись регистрации №28:05:010918:618-28/007/2019-1, что подтверждается Выпиской из Единого государственного реестра недвижимости (далее - ЕГРН) об основных характеристиках и зарегистрированных правах на объект недвижимости.

Из пункта 2.2 договора следует, что стороны оценивают указанный земельный участок в 3 000 000 руб.

Согласно пункту 2.3 договора ФИО5 купила у ФИО6 указанный земельный участок за 3 000 000 руб.

Пунктом 2.4 договора предусмотрено, что расчет между сторонами произведен полностью до подписания договора.

В соответствии с пунктами 3.1, 3.2 договора земельный участок правами других лиц не обременен. Ограничений в пользовании земельным участком не имеется.

Установлено, что государственная регистрации произведена 07.06.2019, номер регистрации: 28:05:010918:618-28/004/2019-3.

ФИО5 в подтверждение факта оплаты по договору купли – продажи земельного участка  представлен приходный кассовый ордер от 06.06.2019 №31 на сумму 3 000 000 руб., а также квитанция к приходному кассовому ордеру  от 06.06.2019 №31.

Однако, ФИО2 при рассмотрении обособленного спора в суде первой инстанции заявлено ходатайство о фальсификации вышеуказанного  приходного кассового ордера и квитанции к нему. 

Так, на основании проведенной судом первой инстанции экспертизы экспертом общества с ограниченной ответственностью «Бюро независимых экспертиз «Версия» ФИО9 в экспертном заключении определено, что период времени изготовления квитанции к приходному кассовому ордеру №31, датированного 06.06.2019 и приходного кассового ордера №31, датированного 06.06.2019 составляет менее одного года, считая от начала исследования, при условии хранения документа при нормальной температуре и влажности, то есть представленные документы были выполнены позднее октября 2019 года и в этой связи фактически дата их изготовления не соответствует указанной в документе дате; признаков агрессивного воздействия (теплового, светового, химического или механического), которое могло бы привести к эффекту искусственного состаривания не обнаружено.  

Таким образом, суд первой инстанции, принимая во внимание не представление сторонами сделки иных доказательств подтверждающих оплату по договору купли – продажи земельного участка от 06.06.2019,  пришел к обоснованному выводу об исключении в порядке статьи 161 АПК РФ из числа доказательств квитанции к приходному кассовому ордеру от 06.06.2019 №31 и приходного кассового ордера от 06.06.2019 №31.

При этом, как обоснованно отмечено судом первой инстанции, в текст оспариваемого договора стороны включили однозначное условие о том, что расчет между покупателем и продавцом осуществлен в полном объеме до подписания договора, вместе с тем, доказательств такого расчета, помимо исключенных из числа доказательств  документов, сторонами сделки не представлено.

С учетом вышеизложенного, суд первой инстанции, принимая во внимание отсутствие надлежащих доказательств оплаты по спорному договору, пришел к правомерному выводу о том, что как ФИО6, так и ФИО5 при заключении договора  купли – продажи земельного участка от 06.06.2019, включая в него условие о произведенном расчете по договору, не намеревались обеспечить получение ФИО6 какого-либо встречного равноценного исполнения по оспариваемой сделке ни в момент заключения спорного договора, ни в последующем, что, в свою очередь, свидетельствует о наличии оснований для признания на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве договора купли–продажи земельного участка от 06.06.2019 недействительной сделкой.

Далее, пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусмотрено, что сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Как вышеуказано, дело о признании ФИО6 несостоятельным (банкротом) возбуждено судом первой инстанции тогда как оспариваемый договор купли-продажи заключен 06.06.2019,.

Так, учитывая, что дело о банкротстве ФИО6 возбуждено 07.02.2020, а оспариваемая сделка совершена 06.06.2019, то есть в течение трех лет до принятия заявления о признании должника несостоятельным (банкротом), суд первой инстанции правомерно указал о том, что она отвечает условиям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В силу пункта 5 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 для признания сделки недействительной по основанию пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Пунктом 6 указанного Постановления разъяснено, что согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

Согласно пункту 7 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 Закона о банкротстве) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

В соответствии с абзацем 36 статьи 2 Закона о банкротстве под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника.

Под неплатежеспособностью - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное (абзац 37 статьи 2 Закона о банкротстве).

Так, ФИО6 и ФИО5 путем фальсификации документов фактически пытались создать видимость расчетов по договору купли – продажи земельного участка от 06.06.2019, не имея в действительности намерение их осуществлять, что, в свою очередь, свидетельствует о наличии цели причинения вреда кредиторам путем уменьшения имущества должника.

При этом, как обоснованно указано судом первой инстанции, ФИО5, принимая участия в фальсификации приходного кассового ордера от 06.06.2019 №31 и квитанции к  нему, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, при оказании содействия в фальсификации доказательств не могла не знать о преследуемой должником противоправной цели, но, несмотря на такое знание все равно потворствовала ее достижению.

Более того, решением Свободненского городского суда по делу №2- 1056/2019 от 04.10.2019 вступившим в законную силу, с ФИО6 взыскано неосновательное обогащение в размере 55 771 404 руб., данные обстоятельства послужили основанием для обращения ФИО2 07.06.2019 в суд первой инстанции с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом).

Таким образом, действия ФИО6 по отчуждению спорного объекта недвижимости осуществлены должником в период судебного разбирательства по заявлению ФИО2 к должнику.

На основании вышеизложенного, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу, что спорный земельный участок отчужден в момент наличия у ФИО6 задолженности перед ФИО10, требования которой включены в реестр требований кредиторов должника на основании вышеуказанного решения Свободненского городского суда по делу №2-1056/2019.

Следует также отметить, что финансовым управляющим должника представлен ответ на письмо (исх. №27 от 15.09.2020), направленный обществом с ограниченной ответственностью «АМУРТЕХПРОЕКТ» (далее – ООО «АМУРТЕХПРОЕКТ»), из которого следует, что между ФИО6 и ООО «АМУРТЕХПРОЕКТ» заключен договор от 10.10.2018 №30/18  на выполнение проектной документации «Административно – гостиничный комплекс», расположенный по адресу: 

<

...>.

Так, по факту исполнения договора сторонами подписан акт выполненных работ от 08.11.2018 №25, а 19.11.2018 ФИО6  получено разрешение №28-301-171- 2018 на строительство объекта капитального строительства – Административно-гостиничного комплекса, запланированного к размещению на спорном земельном участке (с учетом его образования из двух земельных участков, указанных в разрешении на строительство – выписка из ЕГРН от 01.09.2020).

Далее, муниципальным унитарным предприятием  «Белогорсктехинвентаризация» 06.05.2019 изготовлен технический паспорт на здание гостиницы.

На основании предоставленного ФИО6 технического паспорта в июне 2019 года ООО «АМУРТЕХПРОЕКТ» выдано письмо о рекомендации принять объект «Административное здание», входящие в объект «Административно – гостиничного комплекса», указанное письмо носило рекомендательный характер и уведомляло о том, что в рамках выполненного проекта (в планировочный решениях) отступлений не выявлено.

Данные обстоятельства лицами, участвующими в обособленном споре не оспорены, на ФИО5, ни ФИО6 доказательств того, что возведение объектов капитального строительства на спорном земельном участке было начато уже после заключения оспариваемого договора, не представлено, тогда как, вышеуказанными доказательствами подтверждается обратное.

При этом факт наличия на земельном участке объекта недвижимого имущества на момент совершения сделки признан представителями как должника так и ФИО5 в судебном заседании суда первой инстанции  при заявлении ими ходатайств о признании в порядке статьи 49 АПК РФ заявленных требований.

Более того, ФИО6 при рассмотрении обособленного спора в суде первой инстанции представлен проект искового заявления ФИО6 к ФИО5 о возврате неосновательного обогащения в натуре, обоснованного положениями пункта 4 статьи 35 Земельного кодекса Российской Федерации (далее – ЗК РФ), статей 1102 – 1104 ГК РФ.

На основании вышеизложенного, суд первой инстанции, принимая во внимание подтверждение факта нахождения на момент продажи на спорном земельном участке объектов недвижимости, пришел к правомерному выводу о том, что  отчуждение земельного участка произведено с расположенными на нем объектом недвижимости, строительство которого осуществлялось  ФИО6  на основании полученного им разрешения на строительство от 19.11.2018.

Кроме того, после регистрации перехода права собственности на земельный участок за ФИО5 последней инициировано судебное разбирательство в целях признания права собственности на находящиеся на земельном участке здания как на самовольные постройки.

Вместе с тем, доказательств, свидетельствующих о том, что при заключении договора купли-продажи земельного участка ФИО6 получено равноценное встречное исполнение, учитывающее наличие на земельном участке объекта недвижимого имущества, строительство которого осуществлял последний, не представлено.

В свою очередь, как правомерно указано судом первой инстанции, что даже в условиях доказанности уплаты ФИО5 цены, определенной договором купли-продажи земельного участка, данное исполнение очевидно нельзя признавать равноценным полученному последней имуществу ФИО6, при том, что согласно представленному ФИО2 отчету об оценке рыночной стоимости объекта недвижимости по состоянию на 07.06.2019 стоимость расположенных на земельном участке зданий многократно (равно как и действительная стоимость здания гостиницы, отраженная в представленном техническом паспорте от 06.05.2019) превышает цену, предусмотренную  спорным договором купли-продажи земельного участка. 

На основании вышеизложенного, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что действия по заключению спорной сделки направлены на вывод активов должника (выбытие ликвидного имущества) с целью уклонения от обращения на него взыскания кредиторами, а также с целью предотвращения возможного обращения взыскания на имущество в будущем.

В связи с чем,  суд первой инстанции  правомерно указал о том, что сделка по договору купли – продажи земельного участка от 06.06.2019 причинила вред имущественным правам кредиторов, поскольку привела к  выбытию из конкурсной массы объекта недвижимого имущества в отсутствие встречного исполнения.

Следует также отметить, что на момент совершения оспариваемой сделки, как следует из отзыва ФИО5 от 14.10.2020, последняя знала о неплатежеспособности должника.

Таким образом, данные действия свидетельствуют о  наличии цели причинения вреда  кредиторам должника при совершении оспариваемой сделки и осведомленность ФИО11 о наличии признаков неплатежеспособности у ФИО6

С учетом вышеизложенного, суд первой инстанции пришел к выводу о наличии оснований для признания договора купли–продажи земельного участка от 06.06.2019 недействительной сделкой и на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Данные обстоятельства предметом апелляционного обжалования не являются.

Так, положениями пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве предусмотрено, что все, что передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой III.1 Закона о банкротстве, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

В силу пункта 2 статьи 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Так, как следует из выписки ЕГРН  от 28.03.2020 № 99/2020/322994123, земельный участок с кадастровым номером: 28:05:010918:618 на праве собственности принадлежит ФИО5

На основании вышеизложенного, суд первой инстанции, принимая во внимание отсутствие доказательств встречного исполнения со стороны ФИО5, также правомерно применил последствия недействительности сделки в виде в виде возврата в конкурсную массу должника спорного земельного участка. 

Доводы жалобы о том, что согласно рецензии на экспертное заключение от 23.11.2020 №902 нарушения, допущенные экспертом, являются существенными и влияют на результат экспертизы, однако судом первой инстанции данные обстоятельства не учтены, подлежат отклонению судом апелляционной инстанции, поскольку рецензирование судебной экспертизы привлеченным по инициативе заинтересованной стороны во внесудебном порядке специалистом не является предусмотренным законом процессуальным способом оспаривания результатов судебной экспертизы.

Доводы жалобы о том, что в материалы дела было представлено достаточно доказательств, подтверждающих внесение ФИО5 денежных средств по оспариваемому договору обоснованных и допустимых оснований для непринятия данных доказательств, представлено не было, в связи с чем основания для отказа в применении реституции у суда первой инстанции отсутствовали, подлежит отклонению судом апелляционной инстанции, поскольку значимым для разрешения обособленного спора обстоятельством является не только наличие у ФИО5 финансовой возможности предоставить встречное исполнение в части оплаты по договору купли-продажи, но и наличие либо отсутствие произведенной фактической оплаты покупателем должнику денежных средств в счет приобретения спорного земельного участка.

При этом следует отметить, что в налоговой декларации заявителя жалобы по УСН за 2019 год указано на отсутствие в 1 полугодии 2019 года (в периоде, в который между сторонами произведен расчет по спорному договору) получения доходов, а сведения об оборотах по расчетному счету в ПАО «Сбербанк России» представлены за период с июля 2019 года (при этом остаток на 01.07.2019 указан равным 93 руб.), в то время как, спорный договор, содержащий указание на осуществление ФИО5 расчета с ФИО6 в полном объеме, заключен в июне 2019 года.

В отношении представленного договора купли-продажи автомобиля следует отметить, что он содержит указание на цену отчужденного ФИО5 автомобиля – 10 000 руб.,

В нарушение положений статьи 65 АПК РФ заявителем жалобы доказательств получения от покупателя денежных средств в счет оплаты транспортного средства, в том числе  в большем размере, чем указано в договоре, не представлено.

Доводы жалобы о том, что принятие порочного экспертного заключения в качестве доказательства в суде первой инстанции привело к необоснованному исключению  из числа доказательств приходно-кассового ордера от 06.06.2019 №31 и квитанции к нему, отклоняется судом апелляционной инстанции, поскольку само по себе несогласие с экспертным заключением не является основанием для признания данного заключения недостоверным и (или) порочным.

Следует также отметить, что  заключение эксперта с учетом дополнения (письменных пояснений эксперта) не содержит неясности в суждениях, заключение выполнено последовательно, не содержит противоречивых выводов, данное заключение достаточно ясное и полное, содержит однозначные выводы по поставленным вопросам.

При этом ,заключение экспертизы является одним из доказательств по делу, которое не имеет заранее установленной силы, не носит обязательного характера и подлежит исследованию и оценке судом наравне с другими представленными доказательствами (статьи 64, 71 АПК РФ).

Так, экспертное заключение исследовалось и оценивалось судом первой инстанции наряду с другими доказательствами, судом первой инстанции сделаны выводы по существу обособленного спора на основании всей совокупности доказательств, а не только заключения экспертизы.

Доводы жалобы о том, что у суда первой инстанции отсутствовали основания  для непринятия факта внесения денежных средств, подлежат отклонению судом апелляционной инстанции, поскольку  платежеспособность покупателя в рамках рассмотрения обособленного спора не доказана.

На основании вышеизложенного, суд апелляционной инстанции, проверив доводы, приведенные в апелляционной жалобе, приходит к выводу, что обжалуемый судебный акт соответствует нормам материального права, а содержащиеся в нем выводы - установленным в рамках рассматриваемого обособленного спора фактическим обстоятельствам.

Нарушений норм процессуального права, в том числе влекущих безусловную отмену судебного акта, судом первой инстанции не допущено.

При таких обстоятельствах, основания для отмены или изменения определения суда от 26.01.2021 и удовлетворения апелляционной жалобы отсутствуют.

В силу статьи 110 АПК РФ расходы по государственной пошлине за рассмотрение апелляционной жалобы относятся на ее заявителя.

Руководствуясь частью 3 статьи 223, статьями 258, 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Шестой арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Амурской области от 26.01.2021 по делу №А04-855/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Дальневосточного округа в течение одного месяца со дня его принятия, через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий

     Т.Д. Козлова

 

Судьи

Е.В. Гричановская

 

      С.Б. Ротарь