﻿

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-78593/2019

26 октября 2021 года

г. Санкт-Петербург

 

Резолютивная часть постановления объявлена     21 октября 2021 года

Постановление изготовлено в полном объеме  26 октября 2021 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  Третьяковой Н.О.

судей  Зотеевой Л.В., Трощенко Е.И.

при ведении протокола судебного заседания:  Короткевичем В.И. 

при участии:  

от истца (заявителя): Вьючков П.Г. по доверенности от 01.05.2021

от ответчика (должника): Полховский А.В. по доверенности от 16.12.2020

от 3-го лица: Не явились, извещены

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер  13АП-24380/2021) ИП Ковалева Константина Евгеньевича на решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 01.06.2021 по делу № А56-78593/2019 (судья Кожемякина Е.В.), принятое

по иску ИП  Ковалева Константина Евгеньевича 

к ИП Кравчук  Анатолий Степанович

3-е лицо: Кравчук Светлана Ивановна; ИП Смирнов Геннадий Олегович

о взыскании,

установил:

Индивидуальный предприниматель Ковалев Константин Евгеньевич (далее – истец, предприниматель Ковалев К.Е.) обратился в Арбитражный суд Санкт-Петербурга и Ленинградской области с иском к Индивидуальному предпринимателю Кравчук Анатолию Степановичу (далее – ответчик, предприниматель Кравчук А.С.) о признании предоставления права использования истцу комплекса исключительных прав по договору коммерческой концессии игрового центра LEFUNGO от 01.03.2018 несостоявшимися и о взыскании с ответчика 3 666 478,22 руб. убытков.

        Решением суда от 01.06.2021 в удовлетворении иска отказано.

        В апелляционной жалобе истец, ссылаясь на неправильное применение судом норм материального и процессуального права, неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для дела, просит решение суда отменить и принять по делу новый судебный акт. По мнению подателя жалобы, суд первой инстанции при рассмотрении настоящего дела не применил положения статьи 431.2 ГК РФ, притом, что ответчиком были сообщены недостоверные заверения об обороте игрового центра по эксклюзивной франшизе; об окупаемости игрового центра;  о выручке и прибыли игрового центра.  Суд необоснованно отклонил ходатайство о назначении дополнительной экспертизы, несмотря на то, что дополнительны документы для проведения экспертизы, запрошенные экспертом, были представлены в суд, но не переданы эксперту. При этом, в экспертном заключении эксперт не ответил на часть вопросов ввиду отсутствия необходимых документов.

        Определением Председателя Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.10.2021 в составе суда, рассматривающего дело, произведена замена судьи Згурской М.Л. в связи с временной нетрудоспособностью на судью Зотееву Л.В. Рассмотрение жалобы начато сначала. 

        В настоящем судебном заседании представитель истца  поддержал доводы, приведенные в апелляционной жалобе, и заявил ходатайство о назначении по делу  дополнительной экспертизы. 

        Представитель ответчика против удовлетворения ходатайства и апелляционной жалобы возражал, просит оставить без изменения решение суда первой инстанции.

При недостаточной ясности или полноте заключения эксперта, а также при возникновении вопросов в отношении ранее исследованных обстоятельств дела может быть назначена дополнительная экспертиза, проведение которой поручается тому же или другому эксперту (часть 1 статьи 87 АПК РФ).

Вопрос о проведении повторной и (или) дополнительной экспертизы в каждом конкретном случае разрешается судом исходя из обстоятельств дела.

В данном случае суд апелляционной инстанции, с учетом анализа представленного в материалы дела Заключения, представленных сторонами доказательств, посчитал, что основания для назначения дополнительной экспертизы,  предусмотренные пунктом 1 статьи 87 АПК РФ, отсутствуют.

Законность и обоснованность принятого по делу судебного акта проверена в апелляционном порядке.

Как следует из материалов дела, 13.11.2017 между истцом (заказчик) и ответчиком (исполнитель) был заключен договор возмездного оказания услуг                           № 23/2017, в соответствии с условиями которого,  исполнитель  обязался осуществлять информационно-консультационное обслуживание заказчика в процессе создания и развития заказчиком одного детского игрового центра на территории одного из административных районов Санкт-Петербурга 

В рамках оказания этих услуг  исполнитель осуществляет следующие действия: 

- передает заказчику коммерческую документацию для создания одного центра по следующим направлениям: руководство для осуществления деятельности, брендбук, включая образцы рекламных материалов; образцы коммерческих предложений, договоров, в рамках текущей деятельности; оформления и порядок работы персонала; мастер-классы; закупка необходимых материалов, игровых наборов;

-   далее по мере необходимости и по запросу заказчика исполнитель дает устные и письменные консультации по вопросам создания и развития Центра включая вопросы финансовых показателей, управления и мотивации персонала, проведения рекламных компаний, подготовки персонала заказчика к работе в центре; удаленно инструктирует заказчика по вопросам подбора персонала; проводит обучение персонала заказчика по вопросам организации работы центра, продажи услуг, организации и проведения мастер-классов и построения экспозиций.

Пунктом 3.1 настоящего договора установлено, что стороны закрепляют намерение заключить договор коммерческой концессии (основной договор), предметом которого является право на использование Комплекса исключительных прав правообладателя  для организации и функционирования одного игрового центра, включая право использования товарного знака LEFUNGO, номер государственной регистрации 623622, приоритет товарного знака 01.08.2016, зарегистрировано в Государственном реестре товарных знаков и обслуживания Российской Федерации 13.07.2017. Срок заключения договора коммерческой концессии – не позднее шестидесяти дней с даты подписания настоящего договора.

Проект договора коммерческой концессии прилагается к настоящему договору и является его неотъемлемой частью. Стороны достигли  соглашения по всем существенным условиям договора коммерческой концессии, но допускают обсуждение дополнительных условий договора коммерческой концессии (пункт 3.3 договора оказания услуг).

16.11.2017  истец перечислил ответчику 400 000 руб. по договору оказания услуг.

25.12.2017 руководитель проекта Леготека LEFUNGOПирогова Н. сообщила истцу, что все подготовлено, госпошлина за регистрацию договора коммерческой концессии оплачена. 

22.01.2018 Пирогова направила истцу письмо с данными игрового центра Леготека в ТК «Южный полюс», согласно которым, в 2015 году выручка игрового центра составила 7 780 000 руб., чистая прибыль – 2 723 000 руб., в 2016 году выручка составила 9 987 248 руб., чистая прибыль – 3 895 027 руб., в 2017 году выручка составила 11 410 820 руб., чистая прибыль – 4 385 260 руб. 

Как указывает истец в исковом заявлении, ориентируясь на присланные данные руководителя проекта Леготека LEFUNGO,  Ковалев К.Е. принял решение заключить договор коммерческой концессии. 

01.03.2018 между ИП Кравчук А.С. (правообладатель)  и ИП Ковалевым К.Е. (пользователь)  был заключен договор коммерческой концессии игрового центра LEGUNFO, в соответствии с которым,  правообладатель обязался предоставить пользователю  за вознаграждение на указанный в настоящем договоре срок, право использовать в предпринимательской деятельности пользователя, принадлежащий правообладателю комплекс исключительных прав, включающий право на товарный знак, зарегистрированный на имя правообладателя, для открытия и функционирования одного Игрового центра

Стороны также пришли к соглашению относительно того, что  настоящий договор предусматривает использование коммерческого опыта правообладателя в объеме, указанном в Руководстве по использованию франшизы Игрового центра LEFUNGO (пункт 2.1 договора).

В соответствии с пунктом 4.1 договора коммерческой концессии  правообладатель обязался передать пользователю коммерческую документацию (Руководство), необходимую пользователю для осуществления Комплекса исключительных прав (далее – КИП), а также проинструктировать пользователя и его персонал по вопросам, связанным с осуществлением этих прав; оказывать пользователю постоянное консультативное содействие, включая содействие в обучении и повышении квалификации персонала.

С мая 2018 года стороны начали проводить переговоры по изменению условий договора в части оплаты роялти. 

В соответствии с согласованными условиями по договору  истец за период июнь-декабрь 2018 оплатил 145 000 руб. 

Начиная с января 2019, истец не производил выплату роялти, ввиду того, что до настоящего времени предоставление права пользования в Роспатенте не зарегистрировано. 

Из искового заявления следует, что ответчик свои обязанности по договору исполнял ненадлежащим образом, в частности: персональный менеджер по сопровождению пользователя был назначен только 29.03.2018, программы мастер-классов были предоставлены Н. Пироговой 16.04.2018; не укомплектован штат; не выполнено обучение персонала; не добавлена информация об игровом центре на сайт правообладателя леготека-спб.ру на страницу сети «Вконтакте»; отсутствие скидок и совместных закупок; отсутствие контроля за качеством работы персонала и обучения. Как указывает истец, на всем протяжении действия договора коммерческой концессии вложения в игровой центр не окупались, Ковалев К.Е. постоянно писал правообладателю о необходимости пересмотра условий договора о размере роялти. 

При этом  ответчик не исполнил свою обязанность по регистрации договора в Роспатенте; менеджер проекта дает формальные рекомендации, не основанные на коммерческом опыте ИП Кравчука А.С.; часть рекомендаций была от другого центра. 

Данные обстоятельства послужили основанием для направления 15.04.2019 истцом в адрес ответчика  уведомления об отказе от исполнения договора на основании статьи 431.2 ГК РФ с требованием возместить убытки.

Оставление ответчиком данной претензии  без удовлетворения явилось основанием для обращения предпринимателя Ковалева К.Е. в арбитражный суд с настоящим иском.

Суд первой инстанции отказал в удовлетворении иска, указав, что истцом не доказано наличие обстоятельств, являющихся основанием для возложения на ответчика гражданско-правовой ответственности в виде взыскания убытков.

Апелляционная инстанция, выслушав мнение представителей сторон, изучив материалы дела и оценив доводы жалобы, не находит оснований для ее удовлетворения.

Пунктами 1 и 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) предусмотрено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

По смыслу указанной нормы лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать наличие полного состава правонарушения: факт причинения убытков, противоправное поведение лица, действиями (бездействием) которого причинены убытки, причинную связь между указанными действиями (бездействием) и убытками, размер убытков, а также принятие мер по разумному уменьшению размера понесенных убытков.

Привлечение лица к гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков возможно только при доказанности всей совокупности вышеперечисленных условий, отсутствие хотя бы одного из элементов состава гражданского правонарушения исключает возможность привлечения к имущественной ответственности.

Причинно-следственная связь между нарушением права и причинением убытков должна быть прямой; единственной причиной, повлекшей неблагоприятные последствия для истца в виде убытков, являются исключительно действия (бездействия) ответчика и отсутствуют какие-либо иные обстоятельства, повлекшие наступление указанных неблагоприятных последствий. Убытки истца являются прямым необходимым следствием исключительно действий (бездействий) ответчика, а именно в результате действий (бездействий) ответчика (причина) наступили неблагоприятные последствия для истца в виде убытков (следствие).

Как отмечено в пункте 12 постановления от 23.06.2015 N 25, по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ). Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 ГК РФ в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

В данном случае истец ссылается на то, что ответчиком были предоставлены недостоверные заверения об обстоятельствах, имеющих значение для заключения договора, его исполнения или прекращения.

Как  указано судом выше, сторонами  01.03.2018 был заключен договор коммерческой концессии игрового центра LEGUNFO, в соответствии с которым,  правообладатель (истец) обязался предоставить пользователю (ответчик) за вознаграждение на указанный в настоящем договоре срок, право использовать в предпринимательской деятельности пользователя, принадлежащий правообладателю комплекс исключительных прав, включающий право на товарный знак, зарегистрированный на имя правообладателя, для открытия и функционирования одного Игрового центра

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1027 ГК РФ по договору коммерческой концессии одна сторона (правообладатель) обязуется предоставить другой стороне (пользователю) за вознаграждение на срок или без указания срока право использовать в предпринимательской деятельности пользователя комплекс принадлежащих правообладателю исключительных прав, включающий право на товарный знак, знак обслуживания, а также права на другие предусмотренные договором объекты исключительных прав, в частности на коммерческое обозначение, секрет производства (ноу-хау).

Договор коммерческой концессии предусматривает использование комплекса исключительных прав, деловой репутации и коммерческого опыта правообладателя в определенном объеме (в частности, с установлением минимального и (или) максимального объема использования), с указанием или без указания территории использования применительно к определенной сфере предпринимательской деятельности (продаже товаров, полученных от правообладателя или произведенных пользователем, осуществлению иной торговой деятельности, выполнению работ, оказанию услуг).

Истец считает, что убытки, подлежащие возмещению ответчиком в полном размере, причинены истцу вследствие: недостоверных заверений об обстоятельствах, данных ответчиком истцу в ходе переговоров о заключении предварительного договора  и имевших существенное значение для заключения договора коммерческой концессии.

 Суд первой инстанции, исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, установив, что истец в материалы дела не представил документы, подтверждающие совершение противоправных, виновных действий со стороны ответчика, приведших к убыточной деятельности игрового центра, пришел к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения  исковых требований.

Также суд указал на отсутствие причинно-следственной связи между допущенными нарушениями и возникшими убытками, с учетом того, что ответчиком не допущено существенных нарушений условий договора, которые повлекли для истца такой ущерб, что он в значительной степени лишился бы того, на что был вправе рассчитывать при заключении договора.

Согласно статье 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Между тем в нарушение положений указанной статьи АПК РФ истец, обратившись в суд с требованием о взыскании убытков, не представил в материалы дела доказательств неисполнения ответчиком обязанностей, предусмотренных  пунктом 4.1. договора.

При этом судебными актами по делу №А56-53424/2019 установлено, что представленные в материалы дела доказательства в совокупности подтверждают факт надлежащего исполнения ИП Кравчуком А.С. принятых на себя по соглашению обязательств в части предоставления ИП Ковалеву К.Е. прав на использование КИП, а также факт начала использования ИП Ковалевым К.Е. комплекса исключительных прав, предоставленного ему в пользование ИП Кравчуком А.С.

В рамках настоящего дела судом первой инстанции установлено, что при составлении Руководства (коммерческая документация) учитывалась посещаемость центра, организация детского магазина, количество рабочего персонала, его мнение, мнение администраторов, анализировались данные по мастер-классам, проведению детских мероприятий, проведению рекламных компаний, как путем использования интернет ресурсов, так использование иного доступного рекламного сегмента. 

Организовывались очные встречи с сотрудниками игрового центра, руководством, администраторами, опрашивались по вопросам деятельности центра; запрашивались финансовые показатели центра, документы о закупке, реализации товаров, о выплате заработных плат и иные первичные учетные данные. 

На базе полученных ответов и документов составлялось руководство, которое носило рекомендательный характер. 

При этом окупаемость бизнес проекта возможна только спустя 6 месяцев при выполнении всех рекомендаций в полном объеме. 

Как установлено судом, в материалы дела не представлены  доказательства, того, что истец предпринял необходимые действия или выполнил критерии, изложенные в Главе 10 руководства раздел 9 «Экономика», а также то, что он нанял на работу штат сотрудников в количестве, указанном в Главе 10. 

Также в материалах дела отсутствуют доказательства, подтверждающие, что истец смог организовать необходимое количество свободных посещений, праздников, мастер классов, организовать работу магазина и все эти действия были выполнены по рекомендуемым ценам. 

При этом, как указал суд, сам истец в судебных заседаниях подтвердил, что он не достиг критериев, изложенных в бизнес плане и не смог организовать определенную посещаемость игрового центра. 

Между тем, из Руководства следует, что при выполнении всех рекомендаций расчетный срок окупаемости первоначальных вложений - 6 месяцев с начала работы. 

Таким образом, информация, расчеты, изложенные в разделе 9, 10 Главы 10 Руководства, являются рекомендациями, и достижение результата возможно при выполнении одновременного выполнения всех рекомендаций, а не по отдельности каждой. 

Доводы  апелляционной жалобы том, что суд при рассмотрении настоящего спора не применил положения статьи 431.2 ГК РФ, рассмотрены судом апелляционной инстанции.

Согласно пункту 1 статьи 431.2 ГК РФ сторона, которая при заключении договора либо до или после его заключения дала другой стороне недостоверные заверения об обстоятельствах, имеющих значение для заключения договора, его исполнения или прекращения (в том числе относящихся к предмету договора, полномочиям на его заключение, соответствию договора применимому к нему праву, наличию необходимых лицензий и разрешений, своему финансовому состоянию либо относящихся к третьему лицу), обязана возместить другой стороне по ее требованию убытки, причиненные недостоверностью таких заверений, или уплатить предусмотренную договором неустойку.

Предусмотренная статьей 431.2 ГК РФ ответственность наступает, если сторона, предоставившая недостоверные заверения, исходила из того, что другая сторона будет полагаться на них, или имела разумные основания исходить из такого предположения.

В соответствии с пунктом 4 статьи 431.2 ГК РФ последствия, предусмотренные пунктами 1 и 2 статьи 431.2 ГК РФ, применяются к стороне, давшей недостоверные заверения при осуществлении предпринимательской деятельности, независимо от того, было ли ей известно о недостоверности таких заверений, если иное не предусмотрено соглашением сторон. При этом предполагается, что сторона, предоставившая недостоверные заверения, знала, что другая сторона будет полагаться на такие заверения.

Суть заверения об обстоятельствах состоит в том, что еще до заключения договора контрагенты сообщают друг другу определенную информацию о себе. Речь идет, в частности, о наличии у потенциального участника договора полномочий на его заключение, необходимых лицензий и разрешений и др.   

Соответствующая информация может предоставляться в форме заверений, данных до заключения договора, включаться в текст договора непосредственно или предоставляться в ходе исполнения договора.

Таким образом, заверение об обстоятельствах представляет собой информацию о конкретных фактах, на которых может основываться контрагент, заключая сделку.

Вместе с тем, сведения об обороте игрового центра, окупаемости, выручке и прибыли, в данном случае, по мнению суда апелляционной инстанции, не являются информацией, представляющей собой "заверение об обстоятельствах", притом, как установлено судом и не опровергнуто истцом, предприниматель Ковалев К.Е. не смог организовать рабочий процесс детского игрового центра таким образом, чтобы он приносил прибыль, на которую рассчитывал истец.

Сведения о среднем чеке, клиентах в месяц, посещаемости центра в Санкт-Петербурге не являются заверением об обстоятельствах.

Более того, как обоснованно указал суд первой инстанции, с ноября 2017 (заключение договора возмездного оказания услуг) по март 2018 (заключение договора коммерческой концессии)  у истца имелась возможность для  изучения структуры рынка, оценки своих  возможностей по ведению соответствующих дел на определенной территории торгового центра. 

Проанализировав и оценив представленные истцом доказательства, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что они не подтверждают недобросовестность ответчика, а также намерение ввести истца в заблуждение.

В соответствии с пунктом 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

Совокупности достоверных и допустимых доказательств, достаточных для опровержения указанной презумпции, истцом представлено не было. При этом вопреки доводу истца установление причин убыточной деятельности игрового центра не входит в предмет доказывания по делу.

Относительно доводов апелляционной жалобы относительно экспертного заключения, не удовлетворения судом первой инстанции ходатайства о назначении по делу дополнительной экспертизы, суд апелляционной инстанции считает необходимым указать, что, на основании части 2 статьи 64, части 3 статьи 86 АПК РФ заключения экспертов являются одним из доказательств по делу и оцениваются наряду с другими доказательствами.

Полно и всесторонне исследовав и оценив совокупность имеющихся в материалах дела доказательств, суд первой инстанции пришел к  правомерному выводу  об отсутствии оснований для удовлетворения иска в части взыскания убытков.

Отказывая в удовлетворении иска в части требования истца - признать предоставление права использования Ковалеву К.Е. комплекса исключительных прав по договору коммерческой концессии игрового центра LEGUNFO от 01.03.2018 несостоявшимся, суд первой инстанции исходил из того, что ответчиком были осуществлены действия по регистрации договора, а именно, направлено заявление о регистрации предоставления права использования по договору в Федеральную службу по интеллектуальной собственности от 07.03.2019, подписанное как истцом, так и ответчиком. 

Однако, истец обратился в Федеральную службу по интеллектуальной собственности с заявлением об отзыве заявления о государственной регистрации спорного договора, в связи с чем, 27.09.2019 в адрес обоих участников направлено уведомление об удовлетворении заявления и прекращении делопроизводства по регистрации договора коммерческой концессии.

Таким образом, с учетом данного обстоятельства, а также принимая во  внимание, что договор в одностороннем порядке расторгнут истцом, то основания для удовлетворения требования истца о признании несостоявшимся предоставления права использования истцом комплекса исключительных прав, у суда первой инстанции отсутствовали.

        Апелляционная инстанция считает, что фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены судом на основании полного, всестороннего и объективного исследования имеющихся в деле доказательств с учетом всех доводов и возражений участвующих в деле лиц, выводы суда соответствуют фактическим обстоятельствам и представленным доказательствам, основаны на правильном применении норм материального и процессуального права.

С учетом изложенного решение суда первой инстанции подлежат оставлению без изменения, апелляционная жалоба предпринимателя                            Ковалева  К.Е. - без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,  Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 01.06.2021 по делу №  А56-78593/2019  оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление  может быть  обжаловано  в  Суд по интеллектуальным правам в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.

Председательствующий

Н.О. Третьякова

 

Судьи

Л.В. Зотеева

 Е.И. Трощенко