ДВЕНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

410002, г. Саратов, ул. Лермонтова д. 30 корп. 2 тел: (8452) 74-90-90, 8-800-200-12-77; факс: (8452) 74-90-91, 

http://12aas.arbitr.ru; e-mail: info@12aas.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело №А12-1121/2020

г. Саратов

26 апреля 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 17 апреля 2024 года.  Полный текст постановления изготовлен 26 апреля 2024 года.  

Двенадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего – судьи Батыршиной Г.М., судей Романовой Е.В., Судаковой Н.В. при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего  общества с ограниченной ответственностью «Универсал спецмашины» ФИО2 на определение Арбитражного суда Волгоградской области от 13 октября 2023  года по делу № А12-1121/2020 (судья Акимов А.Н.)  

об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего общества с ограниченной  ответственностью «Универсал спецмашины» о привлечении к субсидиарной ответственности  ФИО3 и ФИО4  

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью  «Универсал спецмашины»,  

лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, извещены о времени и месте  судебного разбирательства надлежащим образом в порядке частей 1, 6 статьи 121, части 1  статьи 122, части 1 статьи 123, части 1 статьи 186 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации,  

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Волгоградской области от 18.08.2020 общество с ограниченной  ответственностью «Универсал спецмашины» (далее ООО «Универсал спецмашины»,  должник) признано несостоятельным (банкротом), открыта процедура конкурсного  производства, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО5.  

03.02.2023 в суд от конкурсного управляющего поступило заявление о привлечении к  субсидиарной ответственности и взыскании с ФИО3 и ФИО4 в пользу ООО «Универсал спецмашины» в порядке привлечения к  субсидиарной ответственности 29 326 434 рублей, из которых 1 138 834 рублей - текущие  расходы и вознаграждение арбитражного управляющего.  

Определением Арбитражного суда Волгоградской области от 13.10.2023 в  удовлетворении заявления конкурсного управляющего ООО «Универсал спецмашины»  

ФИО6 о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО3 и ФИО4 отказано.  

Определением Арбитражного суда Волгоградской области от 07.07.2023 

ФИО5 от исполнения обязанностей конкурного управляющего ООО «Универсал  спецмашины» освобожден, конкурсным управляющим ООО «Универсал спецмашины»  утверждена ФИО2, член ААУ «Центр финансового оздоровления  предприятий агропромышленного комплекса».  

Конкурсный управляющий ООО «Универсал спецмашины» ФИО2, не  согласившись с выводами суда первой инстанции, обратилась в Двенадцатый арбитражный  апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить обжалуемое  определение, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявления в полном  объёме.  

В обоснование апелляционной жалобы указано, что вывод суда первой инстанции об  отсутствии оснований для привлечения ФИО3, ФИО4 не соответствует  обстоятельствам дела, поскольку указанные лица являются заинтересованными лицами и,  следовательно, не могли не знать о признаках неплатежеспособности или недостаточности  имущества должника. Определением Арбитражного суда Волгоградской области по делу   № А12-1121/2020 от 13.04.2021 признана недействительной сделка по перечислению  денежных средств в пользу ФИО4 в размере 4 476 410 руб. Определением  Арбитражного суда Волгоградской области по делу А12-1121/2020 от 27.04.2022 признана  недействительной сделка по перечислению денежных средств в пользу Шурутина Д..В. в  размере 1 562 000 руб. Кроме того, определением Арбитражного суда Волгоградской  области по делу А12-5392/2020 от 21.09.2020 требования ООО «Универсал СпецМашины» к  ООО «Волгоград СпецМашины» в размере долга на 15 462 000 руб. и неустойки на 1 139 986  руб. признаны обоснованными и подлежащими удовлетворению в очередности,  предшествующей распределению ликвидационной квоты (руководителем и участником ООО  «Волгоград СпецМашины» являлся ФИО3). Размер непогашенных текущих  обязательств должника по состоянию на дату подачи заявления составляет 1138833,51руб.,  размер непогашенных требований кредиторов, включенных в реестр, а также учитываемых  за реестром составляет 28187599,67 руб. Согласно отчету арбитражного управляющего в  ходе проведения процедуры банкротства сформированной конкурсной массы не достаточно  для соразмерного удовлетворения требований кредиторов. Конкурсный управляющий  полагает, что исходя из указанной информации можно сделать вывод о невозможности  полного погашения требований кредиторов вследствие недостаточности имущества  должника.  

Лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились. Информация о месте и  времени судебного заседания размещена на официальном сайте арбитражного суда в  информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» (kad.arbitr.ru), что подтверждено  отчётом о публикации судебных актов на сайте.  

В соответствии с частью 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации (далее – АПК РФ) суд считает возможным рассмотреть дело в  отсутствие извещенных лиц.  

Проверив законность принятого по делу судебного акта, правильность применения  норм материального права в пределах, установленных статьей 268 АПК РФ, обсудив доводы  апелляционной жалобы, судебная коллегия апелляционной инстанции не находит правовых  оснований для удовлетворения поданной по делу апелляционной жалобы, исходя из  нижеследующего.  

Дела о несостоятельности (банкротстве) в силу части 1 статьи 223 АПК РФ и пункта 1  статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности  (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по  правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными  законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).  

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в  Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации  об административных правонарушениях» (далее - Федеральный закон от 29.07.2017 № 266- ФЗ) введена в действие глава III.2 Закона о банкротстве «Ответственность руководителя  должника и иных лиц в деле о банкротстве».  

Переходные положения изложены в статье 4 Федерального закона от 29.07.2017 №  266-ФЗ, согласно которым рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной  ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве, которые поданы с  01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Федерального закона  от 29.07.2017 № 266-ФЗ.  

Согласно пункту 2 Информационного письма ВАС РФ от 27.04.2010 № 137, к  правоотношениям между должником и контролирующими лицами подлежит применению та  редакция Закона о банкротстве, которая действовала на момент возникновения  обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к такой ответственности.  

В силу п. 1 ст. 61.10 Закона о банкротстве под контролирующим должника лицом  понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три  года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их  возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника  банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность  иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и  определению их условий. Предполагается, что лицо являлось контролирующим должника  лицом, если это лицо являлось руководителем должника или управляющей организации  должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом  ликвидационной комиссии (пункт 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве).  

Как следует из материалов дела, в качестве контролирующих должника лиц  конкурсным управляющим указаны: ФИО4 - бывший руководитель должника, а  также учредитель ООО «Универсал СпецМашины» с 18.07.2017 по 22.08.2020 с долей 5000  руб., что составляет 50 процентов доли, ФИО3 – учредитель должника ООО  «Универсал СпецМашины» с 18.07.2017 по 22.08.2020 с долей 5000 руб., что составляет 50  процентов доли.  

В качестве оснований для привлечения контролирующих должника лиц к  субсидиарной ответственности конкурсный управляющий указывает пункт 1 статьи 61.12  Закона о банкротстве и подпункт 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение  обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для  принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию  такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего  Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых  настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия  решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого  решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.  

В силу пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве размер ответственности в  соответствии с настоящим пунктом равен размеру обязательств должника (в том числе по  обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 23 статьи 9 настоящего Федерального закона, и до возбуждения дела о банкротстве должника  (возврата заявления уполномоченного органа о признании должника банкротом).  

Согласно абзацу второму пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве презюмируется  наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника,  ликвидационной комиссией заявления о банкротстве и невозможностью удовлетворения  требований кредиторов, обязательства перед которыми возникли в период просрочки подачи  заявления о банкротстве.  

Обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает  в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных  

обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб  деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из  обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.  

Согласно пункту 2 статьи 10 Закона о банкротстве нарушение обязанности по подаче  заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9  настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на  которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по принятию решения о  подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по  обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2  и 3 статьи 9 настоящего Федерального закона.  

Пункт 1 статьи 9 Закона о банкротстве на должника (руководителя должника)  возлагается обязанность по подаче заявления в арбитражный суд в случае, если должник  отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества.  

Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях,  предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через  месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (пункт 2).  

В соответствии со статьей 2 Закона о банкротстве недостаточность имущества -  превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных  платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; неплатежеспособность -  прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по  уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом  недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.  

При этом, как отмечено в пункте 9 Постановления Пленума Верховного Суда  Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с  привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее -  постановление Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53), обязанность по обращению в суд с  заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный  руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной  управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был  объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9  Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)2.  

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков  неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи  9 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», не  свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые  затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил  необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически  обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной  ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки  зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах.  

В пункте 4 Постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53 разъяснено, что под  объективным банкротством понимается момент, в который должник стал неспособен в  полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе об уплате обязательных  платежей, из-за превышения совокупного размера обязательств над реальной стоимостью его  активов.  

По смыслу приведенных выше разъяснений неподача заявления о признании  должника несостоятельным (банкротом) после возникновения обстоятельств, перечисленных  в пункте 1 статьи 9 Федерального закона от 26.10.2002 г. N 127-ФЗ "О несостоятельности  (банкротстве)", влечет привлечение к субсидиарной ответственности исключительно в  случае, если такие обстоятельства в действительности совпадают с моментом объективного  банкротства должника и эти обстоятельства как внешние признаки объективного  банкротства воспринимаются любым добросовестным и разумным руководителем,  

находящимся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики,  учитывая масштаб деятельности должника, именно как признаки объективного банкротства.  

В обосновании заявленных требований конкурсный управляющий ссылается на то,  что ответчики должны были подать заявление о признании должника банкротом в  арбитражный суд не позднее 17.01.2020, так как обязательства перед ООО «ЭкоНива- Черноземье» должником не исполнены в течение трех месяцев, задолженность  подтверждается судебным актом по делу А14-15045/2019.  

По данным открытых источников «Кад.арбитр», решением Арбитражного суда  Воронежской области от 17.09.2019 по делу № А14-15045/2019 с должника в пользу ООО  «ЭкоНива-Черноземье» взыскана задолженность в размере 7 500 000 руб. (основной долг), 60  500 руб. (государственная пошлина), вытекающая из договора поставки от 29.11.2017 № 0211-17.  

Решением суда Арбитражного суда Воронежской области от 17.09.2019 по делу   № А14-15043/2019 с должника в пользу ООО «ЭкоНива-Черноземье» взыскана  задолженность в размере 5 100 000 руб. (основной долг), 48 500 руб. (государственная  пошлина), вытекающая из договора поставки от 29.112017 № 05-11-17.  

Определением от 08.06.2020 требования ООО «ЭкоНива-Черноземье» в размере 12  660 500 руб. включены в реестр требований кредиторов ООО «Универсал спецмашины», с  очередностью удовлетворения: - 12 660 500 руб. (основной долг) – требования кредиторов  третьей очереди.  

Суд первой инстанции исходил из того, что задолженность перед конкретным  кредитором не свидетельствует о том, что должник автоматически стал отвечать признакам  неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества в целях привлечения  контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по пункту 2 статьи 10  Закона о банкротстве. Само по себе наличие не исполненных перед кредиторами  обязательств не влечет безусловной обязанности руководителя должника обратиться в суд с  заявлением о признании несостоятельным (банкротом).  

В соответствии со статьей 71 АПК РФ, оценив представленные в материалы дела  доказательства, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что конкурсный  управляющий не представил доказательств, свидетельствующих о наличии обстоятельств,  являющихся основанием для обязательного обращения бывшего руководителя должника с  заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом) в срок до 17.01.2020,  учитывая, что сам по себе факт ухудшения финансового состояния должника не отнесен к  обстоятельствам, обязывающим руководителя должника обратиться в арбитражный суд с  заявлением о банкротстве должника.  

В материалах дела отсутствуют надлежащие и достаточные доказательства,  свидетельствующие о недобросовестном и неразумном поведении ответчиков при  осуществлении руководства должником и совершении им действий, направленных на  ухудшение финансового положения должника.  

В свою очередь, наличие и доказанность такого недобросовестного поведения со  стороны руководителя и учредителя общества является обязательным условием для  привлечения его к субсидиарной ответственности по долгам организации согласно ст. 61.12  Закона о банкротстве.  

Помимо объективной стороны правонарушения, связанной с нарушением обязанности  по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены в  статье 9 Закона о банкротстве, необходимо установить вину субъекта ответственности.  

Между тем, конкурсным управляющим в нарушение статьи 65 АПК РФ, не  представлено доказательств того, что в случае своевременного исполнения руководителем  либо учредителем должника обязанности обратиться в суд с заявлением о банкротстве  должника задолженность перед кредитором должника была бы погашена.  

Наличие прямой причинно-следственной связи между бездействием руководителя и  учредителя по подаче заявления и наступившими последствиями в виде возникновения  

задолженности перед кредиторами, впоследствии включенной в реестр требований  кредиторов, не доказано.  

Доводы о том, что в спорный период размер денежных обязательств превышал  стоимость активов должника, правомерно отклонены судом первой инстанции, так как  действующее законодательство не предполагает, что руководитель общества обязан  обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании общества банкротом, как только  активы общества стали уменьшаться, наоборот, данные обстоятельства позволяют принять  необходимые меры по улучшению его финансового состояния.  

Кроме того, Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от  18.07.2003 № 14-П указал, что формальное превышение размера кредиторской  задолженности над размером активов, отраженное в бухгалтерском балансе должника, не  является свидетельством невозможности должника исполнить свои обязательства. Такое  превышение не может рассматриваться как единственный критерий, характеризующий  финансовое состояние должника, а приобретение отрицательных значений не является  основанием для его немедленного обращения в арбитражный суд с заявлением о  банкротстве.  

Показатели, с которыми законодатель связывает обязанность должника по подаче в  суд заявления о собственном банкротстве, должны объективно отображать наступление  критического для должника финансового состояния, создающего угрозу нарушения прав и  законных интересов других лиц.  

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции правомерно отказал в  удовлетворении заявления конкурсного управляющего о привлечении ответчиков к  субсидиарной ответственности в соответствии с пунктом 1 статьи 61.12 Закона о  банкротстве.  

В качестве основания для привлечения ФИО7, ФИО3 к  субсидиарной ответственности по обязательствам должника в соответствии с положениями  подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве конкурсный управляющий  ссылается на совершение ответчиками сделок, направленных на причинение вреда  имущественным правам кредиторов.  

В соответствии с положениями пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве если  полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или)  бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную  ответственность по обязательствам должника.  

Согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано  иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие  действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, в том числе в случае, если  причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения  этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких  сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки,  указанные в статьях 61.2 и 61.3 данного Закона.  

Контролирующее должника лицо несет субсидиарную ответственность по правилам  статьи 61.11 Закона о банкротстве также в случае, если должник стал отвечать признакам  неплатежеспособности не вследствие действий и (или) бездействия контролирующего  должника лица, однако после этого оно совершило действия и (или) бездействие,  существенно ухудшившие финансовое положение должника (подпункт 2 пункта 12  указанной статьи).  

В пункте 23 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от  21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих  должника лиц к ответственности при банкротстве» разъяснено, что под действиями  (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения  требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия  (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те,  без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность  

влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя  наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и  фактически наступившим объективным банкротством.  

Презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок)  может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен  существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки  должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и  одновременно являющиеся существенно убыточными (пункте 23 Постановление № 53).  

Суд первой инстанции не усмотрел оснований для удовлетворения заявления о  привлечения к субсидиарной ответственности указанных лиц по данному основанию в связи  со следующим.  

Как следует из материалов дела, фактически заявитель ссылается на  недобросовестные действия лиц, контролирующих должника, по выводу активов, в  результате совершения следующих сделок:  

1. Перечисление со счета должника ООО «Универсал спецмашины» в пользу  ФИО3 денежных средств на общую сумму 1 562 000 руб. с назначением платежей –  перечисление денежных средств по беспроцентным договорам займа.  

Вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Волгоградской  области от 27.04.2022 по делу № А12-1121/2020 признаны недействительными платежи,  произведенные в пользу ФИО3, денежные средства в сумме 1 562 000 руб.  взысканы в конкурсную массу ООО «Универсал спецмашины».  

2. Перечисление со счета должника ООО «Универсал спецмашины» в пользу  ФИО4 денежных средства в размере 4 476 410 руб. с назначением платежей -  перечисление денежных средств по беспроцентным договорам займа.  

Вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Волгоградской  области от 13.10.2021 по делу № А12-1121/2020 признаны недействительными платежи,  произведенные в пользу ФИО4, денежные средства на общую сумму 4 476 410  руб. взысканы в конкурсную массу ООО «Универсал спецмашины».  

3. Договоры денежного займа, заключенные между ООО «Универсал  СпецМашины» (кредитор) и ООО «Волгоград СпецМашины» (заемщик) в период с  17.10.2017 по 08.10.2018 на общую сумму 15 462 000 руб.  

 Вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Волгоградской  области по делу А12- 5392/2020 от 21.09.2020 требования ООО «Универсал СпецМашины» к  ООО «Волгоград СпецМашины» в размере долга на 15 462 000 руб. и неустойки на 1 139 986  руб. признаны обоснованными и подлежащими удовлетворению в очередности,  предшествующей распределению ликвидационной квоты (руководителем и участником ООО  «Волгоград СпецМашины» являлся ФИО3).  

Суд первой инстанции исследовал обстоятельства заключения договоров займа между  ООО «Универсал СпецМашины» (кредитор) и ООО «Волгоград СпецМашины» (заемщик) в  период с 17.10.2017 по 08.10.2018 и установил, что согласно п. 1.4 договоров займа (36)  прописано «заемщик обязуется возвратить заем и начисленные проценты не позднее  31.12.2019. Заявление о введении процедуры в отношении ООО «Универсал СпецМашины»  было подано 20.01.2020.  

После введения процедуры наблюдения должника ООО «Универсал СпецМашины»,  бывший руководитель своевременно направил претензию руководителю ООО «Волгоград  СпецМашины», где требовал возврата заемных денежных средств, однако после  отправленной претензии подано заявление о введении процедуры банкротства.  Правоустанавливающие документы были переданы временному управляющему ФИО5, которым и заявлено о включении в реестр требований кредиторов должника ООО  «Волгоград СпецМашины», то есть были приняты меры к истребованию задолженности.  

Кроме того, займы не признаны мнимыми сделкам, были частично погашены, между  указанными организациями велась действительная финансово-хозяйственная деятельность,  что подтверждается выпиской из расчетного банковского счёта ООО «УСМ».  

Так согласно представленной в материалы дела копии выписки из расчётного  банковского счёта ООО «Универсал СпецМашины», в частности, сведения о возврате  денежных средств в период 2017-2019 года в количестве 46 операций, что противоречит  доводам конкурсного управляющего о выводе денежных средств должника с какой-либо  противозаконной целью, в том числе доведения его до банкротства.  

Согласно пояснениям ФИО4, данным в суде первой инстанции,  поддержанным в обоснование своей позиции в суде апелляционной инстанции, денежные  средства в сумме 4 476 410 руб. ФИО4 передал ООО «Универсал СпецМашины»в  виде займа для выдачи заработной платы и текущей деятельности предприятия. Займы  впоследствии предприятием ему были возвращены, в доказательство реальности займа  ФИО4 ссылается на сохранившиеся у него копии документов, которые не были  учтены конкурсным управляющим.  

Суд первой инстанции, исследовав указанные обстоятельства в совокупности с  доводами участников спора, пришел к выводу об отсутствии причинно-следственной связи  между действиями ФИО3, ФИО4 по заключению спорных сделок и  банкротством должника и, следовательно, к выводу об отсутствии оснований для  привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности на  основании подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.  

При этом суд первой инстанции учитывал, что субсидиарная ответственность  является экстраординарным механизмом защиты нарушенных прав кредиторов, то есть  исключением из принципа ограниченной ответственности участников и правила о защите  делового решения менеджеров, поэтому по названной категории дел не может быть  применен стандарт доказывания, применяемый в рядовых гражданско-правовых спорах. В  частности, нелюбое подтвержденное косвенными доказательствами сомнение в отсутствии  контроля должно толковаться против ответчика, такие сомнения должны быть достаточно  серьезными, то есть ясно и убедительно с помощью согласующихся между собой  косвенных доказательств подтверждать факт возможности давать прямо либо  опосредованно обязательные для исполнения должником указания.  

Доказывание соответствующего контроля может осуществляться путем приведения  доводов о существовании между лицами формально юридических связей, позволяющих  ответчику в силу закона либо иных оснований (например, учредительных документов)  давать такие указания, а также путем приведения доводов о наличии между лицами  фактической аффилированности в ситуации, когда путем сложного и непрозрачного  структурирования корпоративных связей (в том числе с использованием офшорных  организаций) или иным способом скрывается информация, отражающая объективное  положение дел по вопросу осуществления контроля над должником.  

Однако в рассматриваемом случае доказательства того, что действия ответчиков  совершены исключительно с целью причинения вреда кредиторам должника не  представлены.  

То обстоятельство, что сделки были признаны недействительными, не является  безусловным основанием для привлечения ФИО3, ФИО4 к  субсидиарной ответственности или убыткам, поскольку для признания сделки  недействительной в деле о банкротстве достаточно только формальных оснований, как-то:  заключение сделки в срок подозрительности, наличие признаков неравной цены,  предпочтения, взаимосвязь лиц, заключивших сделку. Тогда как для привлечения к  гражданско-правовой ответственности необходимо установить, что действия конкретного  лица являлись противоправными, т.е. их целью являлось причинение вреда; вину  конкретного лица и его психическое отношение к своему противоправному поведению и его  последствиям; наличность самих последствий в виде причиненного ущерба и причинную  связь между ними.  

Изучив доводы апелляционной жалобы конкурсного управляющего по указанному  основанию, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.  

В соответствии со статьей 2 Федерального закона «О несостоятельности  (банкротстве)» в редакции до 30.07.2017 контролирующее должника лицо - лицо, имеющее  либо имевшее в течение менее чем три года до принятия арбитражным судом заявления о  признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником  указания или возможность в силу нахождения с должником в отношениях родства или  свойства, должностного положения либо иным образом определять действия должника, в  том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо  оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника  иным образом (в частности; контролирующим должника лицом могут быть признаны члены  ликвидационной комиссии, лицо, которое в силу полномочия, основанного на доверенности,  нормативном правовом акте, специального полномочия могло совершать сделки от имени  должника, лицо, которое имело право распоряжаться пятьюдесятью и более процентами  голосующих акций акционерного общества или более чем половиной долей уставного  капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, руководитель  должника).  

Согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция  доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть  применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен  существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки  должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и  одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что  значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям  крупных сделок (статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.).  

Пункты 7, 16, 17 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53  контролирующим может быть признано лицо, извлекшее существенную (относительно  масштабов деятельности должника) выгоду.  

Согласно пункту 23 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53  Согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до  банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к  контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред  кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для  него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся  

существенно убыточными. 

Принимая во внимание взыскание с ответчиков убытков, причиненных в результате  совершения сделок, руководствуясь правовой позицией, изложенной в пункте 20 Пленума  Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53, и следуя принципу  недопустимости двойной ответственности за одно и то же правонарушение, в настоящее  время прямо закрепленной в пункте 6 статьи 61.20 Закона о банкротстве, суд первой пришел  к обоснованному выводу об отказе в привлечении контролирующих должника лиц к  субсидиарной ответственности в указанной части.  

В соответствии с частью 1 статьи 65 и частью 1 статьи 66 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно  доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и  возражений, при этом доказательства представляются лицами, участвующими в деле.  

Положениями частей 1 и 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации установлено, что судопроизводство в арбитражном суде  осуществляется на основе состязательности.  

Лица, участвующие в деле, вправе знать об аргументах друг друга до начала  судебного разбирательства. Каждому лицу, участвующему в деле, гарантируется право  представлять доказательства арбитражному суду и другой стороне по делу, обеспечивается  право заявлять ходатайства, высказывать свои доводы и соображения, давать объяснения по  всем возникающим в ходе рассмотрения дела вопросам, связанным с представлением  

доказательств. Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения  или несовершения ими процессуальных действий.  

Суд апелляционной инстанции неоднократно предлагал участникам обособленного  спора, в том числе, конкурсному управляющему представить дополнительные пояснения в  обоснование своих доводов и возражений.  

 В нарушение положений статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, конкурсным управляющим не представлено достаточных  доказательств, подтверждающих обоснованность его заявления.  

Таким образом, суд пришел к обоснованному выводу о том, что заявителем не  доказана совокупность условий, необходимых для привлечения ФИО3, ФИО4 к субсидиарной ответственности или убыткам.  

Заявителем апелляционной жалобы документально не опровергнуты выводы, к  которым пришел суд первой инстанции на основании полного и всестороннего исследования  представленных в дело доказательств (статьи 9, 65 АПК РФ).  

Несогласие апеллянта с произведенной судом первой инстанции оценкой имеющихся  в деле доказательств, а также иное толкование заявителем положений гражданского  законодательства не свидетельствуют о неправильном применении судом первой инстанции  норм материального и процессуального права и не является в рассматриваемом случае  основанием для отмены или изменения обжалуемого судебного акта.  

Суд апелляционной инстанции считает, что убедительных доводов, основанных на  доказательственной базе и позволяющих отменить обжалуемый судебный акт,  апелляционная жалоба не содержит.  

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции не находит оснований для  переоценки выводов суда первой инстанции и отмены или изменения обжалуемого  определения суда.  

В соответствии с частью 1 статьи 177 АПК РФ постановление, выполненное в форме  электронного документа, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его  размещения в установленном порядке в информационно-телекоммуникационной сети  «Интернет» в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его  принятия.  

Руководствуясь статьями 268-272 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, суд апелляционной инстанции  

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Волгоградской области от 13 октября 2023 года по делу   № А12-1121/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.  

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную  силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа  в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме через  арбитражный суд первой инстанции, принявший определение.  

Председательствующий Г.М. Батыршина  

Судьи Е.В. Романова  

 Н.В. Судакова