ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

644024, г. Омск, ул. 10 лет Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №   А46-22935/2018

30 марта 2022 года

город Омск

 

Резолютивная часть постановления объявлена  23 марта 2022 года

Постановление изготовлено в полном объёме  30 марта 2022 года

 

Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Аристовой Е. В.,

судей  Брежневой О. Ю., Дубок О. В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарём судебного заседания ФИО1, 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-881/2022) ФИО2 (далее – ФИО2) на определение от 28.12.2021 Арбитражного суда Омской области по делу № А46-22935/2018 (судья Горобец Н. А.), вынесенное по результатам рассмотрения заявления Федеральной налоговой службы в лице Управления Федеральной налоговой службы по Омской области (

<

...>, далее – УФНС, налоговая служба) к ФИО2 (г. Омск) о взыскании убытков в размере 35 822 866 руб. в конкурсную массу общества с ограниченной ответственностью «Строительно-монтажное управление «ЗЖБИ № 7» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, далее – ООО «СМУ «ЗЖБИ № 7», управление, должник), при участии в обособленном споре в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО3 (далее – ФИО3), Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Омской области (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, 

<

...>, далее – Управление Росреестра по Омской области), в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «СМУ «ЗЖБИ № 7»,

при участии в судебном заседании представителей:  

от ФИО2 – ФИО4 по доверенности от 13.04.2021 № 55 АА 2504758, 

от УФНС – ФИО5 по доверенности от 25.01.2022 № 01-18/00969, 

установил:

ФИО6 обратился в Арбитражный суд Омской области с заявлением о признании ООО «СМУ «ЗЖБИ № 7» несостоятельным (банкротом), принятым к производству определением от 17.01.2019.

Решением от 18.04.2019 (резолютивная часть объявлена 11.04.2019) управление признано несостоятельным (банкротом); открыто конкурсное производство по упрощённой процедуре ликвидируемого должника; конкурсным управляющим ООО «СМУ «ЗЖБИ № 7» утверждена ФИО7 (далее –управляющий).

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) должника ФНС обратилась 05.03.2021 в арбитражный суд с заявлением к ФИО2 о взыскании убытков в размере 35 822 866 руб. в конкурсную массу ООО «СМУ «ЗЖБИ № 7».

К участию в обособленном споре в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО3, Управление Росреестра по Омской области.

Определением от 28.12.2021 Арбитражного суда Омской области по делу № А46-22935/2018 установлено наличие оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, предусмотренной статьёй 61.12 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве). С ФИО2 в пользу ООО «СМУ«ЗЖБИ № 7» взыскано 399 580 руб. Признано установленным наличие оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, предусмотренной статьёй 61.11 Закона о банкротстве. Производство в указанной части по установлению размера ответственности, подлежащего взысканию в конкурсную массу должника с ФИО2, приостановлено до окончания всех мероприятий по формированию конкурсной массы должника.

В апелляционной жалобе ФИО2 ставится вопрос об отмене определения суда и принятии нового судебного акта. В заявлении об уточнении требований жалобы (вх. от 28.02.2022) податель жалобы считает судебный акт необоснованным, подлежащим отмене по следующим основаниям:

- на основании договора беспроцентного займа от 02.03.2015 № 4 долг общества с ограниченной ответственностью «Строительная компания «ЗЖБИ № 7» (далее – компания) перед обществом с ограниченной ответственностью «ПФ Завод ЖБИ № 7» (далее – ООО «ПФ Завод ЖБИ № 7») погашен ФИО2, новым кредитором по отношению к компании стал ФИО2; на лицевой счёт последнего поступали денежные средства от компании в счёт частичного погашения долга по указанному договору;

- на основании соглашения о переводе долга от 02.02.2017 компания передала управлению долг перед ФИО2 по договору от 02.03.2015 № 4. Соответственно, новым должником по отношению к ФИО2 по договору беспроцентного займа стало управление. Экономическая выгода заключения соглашения обусловлена тем, что кроме кредиторской задолженности также передана и дебиторская задолженность, подлежащая взысканию (передачу дебиторской задолженности подтверждает дополнительное соглашение от 03.02.2017 к соглашению);

- поскольку новым должником по отношению к ФИО2 стало управление, именно оно было обязано возвращать денежные средства в счёт погашения задолженности по договору беспроцентного займа от 02.03.2015 № 4;

- по состоянию на 2015 год управление не являлось стороной по вышеуказанному договору;

- выводы суда об активном осуществлении деятельности должником и одновременно о наличии у организации признака неплатёжеспособности противоречат друг другу;

- не соответствует обстоятельствам дела вывод суда о том, что в результате действий ФИО2 от должника получен товар без равноценного встречного исполнения;

- полномочия ФИО2 как руководителя должника прекращены решением участника от 20.03.2018, соответственно, у ФИО2 отсутствовали полномочия для осуществления мероприятий, направленных на взыскание дебиторской задолженности ФИО3 по договорам от 01.02.2017, от 01.04.2017, от 20.04.2017, от 28.12.2017 (с учётом сроков оплаты по договорам). Отмечает, что из определения от 08.10.2021 не следует, в какой срок должна была быть произведена оплата по договорам от 01.12.2016, от 23.03.2017, от 14.04.2017, от 06.06.2017, от 04.07.2017 за выполненные работы. Следовательно, не доказано, что меры по взысканию долга по договорам должны были быть приняты именно в период исполнения ФИО2 обязанностей руководителя должника.

Подробно позиция заявителя изложена в апелляционной жалобе.

Межрайонная инспекция Федеральной налоговой службы № 7 по Омской области   в представленном суду апелляционной инстанции письменном отзыве на апелляционную жалобу не согласилась с доводами жалобы, просила определение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. Отмечает, что в соответствии с решением единственного участника управления № 8 с 05.10.2018 ФИО2 назначен ликвидатором общества, что подтверждается выпиской из ЕГРЮЛ. Полномочия ФИО2 прекращены с 18.04.2019 (с даты открытия конкурсного производства и утверждения конкурсного управляющего). Таким образом, в 2017 – 2018 гг. ФИО2 являлся контролирующим должника лицом согласно пункту 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве и имел возможность взыскать дебиторскую задолженность.

В судебном заседании представитель ФИО2 поддержал доводы, изложенные в жалобе, представил письменное ходатайство о приобщении дополнительных документов: договоров займа от 20.01.2015, от 05.02.2015, от 30.01.2015, расписки от 29.11.2019 по договору от 05.02.2015, расписки от 20.01.2019 к договору от 20.01.2015, расписки от 30.01.2019 к договору от 30.01.2015.

Представитель УФНС в заседании суда апелляционной инстанции высказался согласно вышеуказанному отзыву на апелляционную жалобу. 

Учитывая надлежащее извещение лиц, участвующих в рассмотрении обособленного спора, о времени и месте проведения судебного заседания, апелляционная жалоба рассматривается в их отсутствие в соответствии с положениями статей 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Дополнительные доказательства принимаются арбитражным судом апелляционной инстанции, если лицо, участвующее в деле, обосновало невозможность их представления в суд первой инстанции по причинам, не зависящим от него, в том числе в случае, если судом первой инстанции было отклонено ходатайство об истребовании доказательств, и суд признает эти причины уважительными (часть 2 статьи 268 АПК РФ). 

В соответствии с пунктом 29 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации (далее – ВС РФ) от 30.06.2020 № 12 «О применении АПК РФ при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции», поскольку арбитражный суд апелляционной инстанции на основании статьи 268 АПК РФ повторно рассматривает дело по имеющимся в материалах дела и дополнительно представленным доказательствам, то при решении вопроса о возможности принятия новых доказательств, в том числе приложенных к апелляционной жалобе или отзыву на апелляционную жалобу, он определяет, была ли у лица, представившего доказательства, возможность их представления в суд первой инстанции или заявитель не представил их по независящим от него уважительным причинам. К числу уважительных причин, в частности, относятся: необоснованное отклонение судом первой инстанции ходатайств лиц, участвующих в деле, об истребовании дополнительных доказательств, о назначении экспертизы; наличие в материалах дела протокола, аудиозаписи судебного заседания, оспариваемых лицом, участвующим в деле, в части отсутствия в них сведений о ходатайствах или об иных заявлениях, касающихся оценки доказательств. Признание доказательства относимым и допустимым само по себе не является основанием для его принятия арбитражным судом апелляционной инстанции.

Суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для приобщения дополнительных документов к материалам дела; не мотивирована невозможность предоставления суду первой инстанции названных документов. Вышеуказанные документы подлежат возврату подателю жалобы.

Рассмотрев апелляционную жалобу, отзыв на неё, материалы дела, заслушав представителей, явившихся в судебное заседание, проверив законность и обоснованность обжалуемого судебного акта, суд апелляционной инстанции установил следующее.

Обращаясь в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением, ФНС указала, что в результате вывода ФИО2 активов должника путём перечисления 24 626 506 руб. (с назначением платежа «возврат денежных средств по договору беспроцентного займа») без равноценного встречного предоставления, должнику причинены убытки. Также заявитель полагает, что в результате действий ФИО2 его супруге – ФИО3 поставлен товар на сумму 6 450 845 руб. 03 коп. также без встречного обеспечения, в связи с чем должник был лишён части принадлежащего ему имущества, при том, что на момент перечисления денежных средств и передачи товара третьему лицу ООО «ЗЖБИ № 7» имело обязательства перед иными кредиторами. Считает, что ответчиком причинены убытки должнику в результате ненадлежащего исполнения публично-правовых обязанностей в размере 4 745 515 руб., в том числе пени – 2 962 774 руб. 60 коп., штраф – 1 782 740 руб. 70 коп.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, в периоды с 13.01.2017 по 29.03.2018, с 16.10.2018 по 18.04.2019 (по дату признания должника банкротом и открытии конкурсного производства) руководителем управления являлся ФИО2

Согласно выпискам по расчётным счетам ООО «СМУ «ЗЖБИ № 7» в периодс марта 2017 по декабрь 2018 гг. ФИО2 перечислены денежные средства в размере 24 626 506 руб., с назначением платежей «... возврат денежных средств по договору беспроцентного займа № 4 от 02.03.2015...»; при этом предоставление займа ФИО2 должнику ранее не прослеживается; у ФИО2 отсутствовала финансовая возможность предоставления займа должнику в размере 24 626 506 руб., поскольку доход ФИО2 за 2010 – 2018 гг. составлял меньшую сумму.

В письменных пояснениях (вх. от 23.11.2021) ФНС просила удовлетворить заявление о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности; взыскать с последнего задолженность по неисполненным обязательствам управления в соответствии с отчётом управляющего; заменить взыскателя ООО «СМУ «ЗЖБИ № 7» на ФНС согласно подпункту 3 пункта 2 статьи 61.17 Закона о банкротстве (размер задолженности 22 566 672 руб. 30 коп.).

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, суд первой инстанции установил наличие оснований для привлечения бывшего руководителя ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, предусмотренной статьёй 61.11 Закона о банкротстве, приостановил рассмотрение заявления ФНС по настоящему обособленному спору в указанной части до окончания всех мероприятий по формированию конкурсной массы должника. Суд признал установленным наличие оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, предусмотренной статьёй 61.12 Закона о банкротстве, взыскал с ответчика в пользу управления 399 580 руб., не усмотрел оснований для включения требований кредиторов, возникших до истечения срока на обращения ответчика в суд с заявлением о признании должника банкротом, в размер субсидиарной ответственности ФИО2 Суд учёл, что обязательства должника перед ФНС в общем размере 22 296 672 руб. 30 коп. не подлежат включению в размер субсидиарной ответственности ФИО2, поскольку решения о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения вступили в силу после даты возбуждения дела о банкротстве управления.

Повторно рассмотрев материалы обособленного спора в пределах доводов апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции не установил оснований для отмены или изменения обжалуемого определения.

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон № 266-ФЗ)  и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» внесены изменения в Закон о банкротстве, положения статьи 10 Закона о банкротстве утратили силу. Закон № 266-ФЗ вступил в силу со дня его официального опубликования – 30.07.2017. 

Пунктом 3 статьи 4 Закона № 266-ФЗ предусмотрено, что рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьёй 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции Закона № 266-ФЗ).

В тоже время применение той или иной редакции статьи 10 Закона о банкротстве (в настоящее время статьи 61.11, 61.12 Закона о банкротстве) в части норм материального права зависит от того, когда имели место обстоятельства, являющиеся основанием для привлечения контролирующего лица должника к субсидиарной ответственности, а не от того, когда было подано заявление о привлечении к субсидиарной ответственности. Нормы процессуального права подлежат применению в редакции, действующей на дату обращения с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности.

По смыслу пункта 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) действие норм материального права во времени, подчиняется иным правилам, акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие; действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, когда это прямо предусмотрено законом. 

В связи с этим, положения Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности, имели место после дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ.

Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона № 266-ФЗ.

Согласно пунктам 1 и 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий. Пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо: 1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии; 2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника; 3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 ГК РФ.

При этом согласно пункту 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации (далее – ВС РФ) от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление № 53) под объективным банкротом понимается момент, в который должник стал неспособен в полном объёме удовлетворить требования кредиторов, в том числе об уплате обязательных платежей, из-за превышения совокупного размера обязательств над реальной стоимостью его активов.

Таким образом, контролирующее должника лицо может быть привлечено к субсидиарной ответственности за несвоевременную подачу заявления о признании должника банкротом только по тем обязательствам, которые возникли после момента наступления объективного банкротства и после осознания любым разумным и добросовестным менеджером, которым мог быть на месте контролирующего лица, что предпринимаемые им меры реабилитации должника являются бесполезными.

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 9 постановления № 53, при исследовании совокупности обстоятельств, входящих в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной названной нормой, следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Бремя доказывания наличия оснований для привлечения к субсидиарной ответственности в силу требований статьи 65 АПК РФ и пункта 56 постановления № 53 лежит на заявителе. Бремя доказывания отсутствия причинной связи между невозможностью удовлетворения требований кредитора и нарушением обязанности, предусмотренной пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, лежит на привлекаемом к ответственности лице (лицах).

Из пункта 20 постановления № 53, а также разъяснений, содержащихся в пункте 1, абзаце втором пункта 4, абзаце третьем пункта 17, абзаце десятом пункта 24 данного постановления, следует, что выбор между привлечением контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по его обязательствам и взысканием с них убытков осуществляется судом в зависимости от тяжести последствий неправомерных действий (бездействия) этих лиц для должника, связанных с размером их субъективно осознаваемого выхода за допустимые пределы делового решения разумного и добросовестного менеджера.

Независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 АПК РФ самостоятельно квалифицирует предъявленное требование. При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьёй 53.1 ГК РФ, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков.

Для возложения на контролирующее должника лицо субсидиарной ответственности необходимо установить наличие совокупности условий, предусмотренных Законом о банкротстве, в зависимости от оснований привлечения.

Статус контролирующего должника лица у ФИО2 презюмируется, исходя из подпункта 1 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве; ФИО2 являлся директором управления в периоды с 13.01.2017 по 29.03.2018, с 16.10.2018 по 18.04.2019 (до введения процедуры конкурсного производства), что подтверждается выпиской из ЕГРЮЛ.

В материалы дела представлен договор займа от 02.03.2015 № 4, заключённый ФИО2 (займодавец) и ООО «Строительная компания «ЗЖБИ № 7» (заёмщик, компания, ИНН 

<

***>), по условиям которого займодавец передаёт на условиях настоящего договора в собственность компании (заёмщик) денежные средства в размере 60 982 690 руб. 73 коп.

В силу пункта 2.1 договора беспроцентного займа заём предоставляется путём погашения задолженности заёмщика перед ООО «ПФ «Завод ЖБИ № 7».

Денежные средства в размере 60 982 690 руб. 73 коп. внесены ФИО2 в кассу ООО «ПФ «Завод ЖБИ № 7», что подтверждается квитанциями к ПКО.

Как указано выше, в период с марта 2017 по декабрь 2018 гг. с расчётного счёта должника ФИО2 перечислены денежные средства в общей сумме 24 626 506 руб., в назначениях платежей указано на «возврат денежных средств по договору беспроцентного займа от 02.03.2015 № 4».

В соответствии с дополнительным соглашением от 03.02.2017 к соглашению о переводе долга от 02.02.2017, заключённому между компанией (ИНН 

<

***>, первоначальный должник) в лице ликвидатора ФИО2 и управлением (новый должник) в лице директора ФИО2, пункт 2.2 соглашения изложен в новой редакции: в качестве оплаты за перевод долга по настоящему соглашению первоначальный должник уступает (передаёт) новому должнику права требования о взыскании денежных средств к следующим лицам: ООО НПО «Мостовик» на сумму 2 455 737 руб. 66 коп., ООО «НСК» на сумму 45 451 047 руб. 89 коп., НОУ «ЦСПТ» - 523 694 руб., ООО «Завод ЗЖБИ № 7» - 10 938 051 руб. 89 коп., ООО «Стройресурс» - 785 050 руб., ООО ПТК «ЭнергоСнаб» - 48 656 руб. 98 коп.

ФИО2 даны следующие пояснения: 

- задолженность ООО «ПТК «ЭнергоСнаб» в размере 48 656 руб. 98 коп. оплачена 02.11.2017, что подтверждается выборкой из карточки счёта № 51 должника за 2017 год;

- задолженность ООО «НСК» в размере 45 451 047 руб. 89 коп. частично погашена на сумму 3 850 577 руб. 87 коп., из которых 2 350 577 руб. 87 коп. посредством внесения денежных средств на расчётный счёт ООО «СМУ «ЗЖБИ № 7», а именно: 300 000 руб. – 21.06.2017, 500 000 руб. – 11.08.2017,  500 000 руб. – 17.08.2017,  1 050 577 руб. 87 коп. – 29.12.2017, что подтверждается выборкой из карточки счёта № 51 ООО «СМУ «ЗЖБИ № 7» за 2017 год. Сумма 1 500 000 руб. внесена ООО «НСК» 10.04.2017 и 11.04.2017 на счёт компании (письмо ООО «СМУ ЗЖБИ №7» от 07.04.2017 № 10, которым должник уведомил ООО «НСК» о перечислении денежных средств в счёт погашения задолженности на счёт компании). Соответственно, размер долга компании перед ООО «СМУ «ЗЖБИ № 7» составил 41 600 470 руб. 02 коп. 

10.01.2018 между ООО «СМУ «ЗЖБИ № 7» и ООО «ЗЖБИ № 7» заключён договор об уступке права требования задолженности ООО «НСК» перед ООО «СМУ «ЗЖБИ №7» в размере 41 600 470 руб. 02 коп., то есть в размере оставшейся части дебиторской задолженности. В качестве оплаты по договору за уступаемое право требования ООО «ЗЖБИ № 7» оплачивает ООО «СМУ «ЗЖБИ № 7» сумму в размере 41 600 470 руб. 02 коп. (пункт 2.2 договора).

02.02.2017 между ООО «СМУ «ЗЖБИ № 7» и ООО «ЗЖБИ № 7» заключён договор об уступке права требования задолженности ООО «КонктритСтрой» перед ООО «ЗЖБИ № 7» в размере 7 309 088 руб. 50 коп.

Между ООО «СМУ «ЗЖБИ № 7» и ООО «ЗЖБИ № 7» заключены договоры об уступке права требования задолженности ООО «КонктритСтрой» перед ООО «ЗЖБИ № 7»: от 30.04.2017 в размере 3 391 545 руб. 50 коп.; от 13.07.2017 в размере 1 899 754 руб. 04 коп.; от 13.10.2017 в размере 1 469 956 руб.; от 12.10.2017 в размере 686 448 руб.; от 14.12.2017 в размере 386 427 руб. 72 коп. 

Согласно пунктам 2.2 договоров в качестве оплаты по договору за уступаемое право требования ООО «СМУ «ЗЖБИ № 7» оплачивает ООО «ЗЖБИ № 7» суммы, равные размерам передаваемых прав требований. 

По утверждению ответчика, возникла ситуация, при которой как ООО «СМУ «ЗЖБИ № 7» имело задолженность перед ООО «ЗЖБИ № 7» по договорам уступки прав требований, так и ООО «ЗЖБИ № 7» имело задолженность перед ООО «СМУ «ЗЖБИ № 7» по договору уступки прав требований. В связи с этим 10.01.2018 между ООО «ЗЖБИ № 7», ООО «ЗаводЖБИ № 7» и управлением заключено трёхстороннее соглашение о взаимном зачёте требований. Указанными организациями зачтены взаимные требования на сумму 15 143 219 руб. 76 коп.

11.01.2018 между ООО «СМУ «ЗЖБИ № 7» и ООО «ЗЖБИ № 7» заключено соглашение о переводе долга, имеющегося у ООО «СМУ «ЗЖБИ № 7» перед ООО «Арманта Групп», в размере 17 455 739 руб. 15 коп. Наличие правоотношений между ООО «СМУ «ЗЖБИ №7» и ООО «Арманта Групп» подтверждается договором поставки от 10.01.2017 и спецификациями.

Также 11.01.2018 между ООО «СМУ «ЗЖБИ № 7» и ООО «ЗЖБИ № 7» заключено соглашение о переводе долга, имеющегося у ООО «СМУ «ЗЖБИ № 7» перед ООО «ТТК «Орис», в размере 8 988 470 руб. Наличие правоотношений между указанными сторонами подтверждается договором подряда от 10.08.2017.

Пунктами 2.2 указанных соглашений о переводе долга в качестве оплаты за перевод долга по настоящему соглашению ООО «ЗЖБИ № 7» зачитывает в счёт части обязательств по оплате за полученное право требования долга ООО «НСК» по договору уступки права требования от 10.01.2018.

Соответственно, по доводам ответчика, принимая задолженность ООО «СМУ «ЗЖБИ № 7» перед ООО «Арманта Групп» и ООО «ТТК «Орис», ООО «ЗЖБИ № 7» тем самым погасило имеющуюся перед должником задолженность по договору уступки права требования от 10.01.2018. Таким образом, управление получило дебиторскую задолженность ООО «НСК» как в виде денежных средств, перечисленных самим ООО «НСК», так и в виде зачёта требований перед собственными контрагентами.

- задолженность НОУ «ЦСПТ» в размере 523 694 руб. оплачена частями посредством внесения денежных средств на расчётный счёт должника, а именно: 7 720 руб. 89 коп. – 16.10.2017, что подтверждается выборкой из карточки счёта № 51 должника за 2017 год;  15 580 руб. – 24.07.2018,  2 734 руб. 81 коп. – 10.08.2018, 165 руб. 19 коп. – 24.08.2018, 5 570 руб. 83 коп. – 27.09.2018, 968 руб. 58 коп. – 01.10.2018,  202 779 руб. 70 коп. – 22.10.2018, 6 415 руб. 86 коп. – 22.11.2018, 88 919 руб. 33 коп. – 26.11.2018, 10 000 руб. – 29.11.2018, 183 000 руб. – 05.12.2018, что подтверждается выборкой из карточки счёта № 51 компании за 2018 год.

- дебиторская задолженность ООО «СтройРесурс» в размере 785 050 руб. получена должником путём зачёта требований. На основании соглашения от 22.03.2018 взаимно зачтены требования компании и ООО «СтройРесурс» на сумму 682 739 руб. 96 коп., на основании соглашения от 04.09.2018 между указанными сторонами – требования на сумму 102 310 руб. 

Управляющим в материалы дела представлен договор подряда от 24.04.2017 № 30, заключённый между управлением (заказчик) в лице директора ФИО2 и ООО «АТА» (подрядчик) в лице ФИО8, по условиям которого подрядчик обязался выполнить работы по устройству полов и чистовой отделке помещений на объекте МКД с отдельно стоящим объектом дошкольного образования на 80 местпо ул. 12 Декабря в КАО г. Омска. Общая стоимость работ – 8 003 414 руб. 90 коп.

25.08.2017 между должником и ООО «АТА» подписано дополнительное соглашение к договору № 1 на выполнение дополнительных работ.

Управляющим представлены акты по форме № КС-2 к вышеуказанному договору и даны пояснения, что отношения должника и ФИО3 не являлись поставкой товара, а представляли собой выполнение строительно-монтажных работ силами субподрядчиков. Сумма выполненных работ оплачена ФИО3 подрядчику – ООО «АТА» по распорядительному письму, путём внесения наличных денежных средств в кассу ООО «АТА»; на момент расчётных операций наличествовала задолженность должника перед ООО «АТА» в размере 7 220 162 руб. 16 коп. по договору от 24.04.2017 № 30 в редакции дополнительного соглашения на общую сумму 8 196 937 руб. 88 коп.

В дополнениях к отзыву (вх. от 26.11.2021) ответчик указывает, что экономическая выгода заключения соглашения от 02.02.2017 о переводе долга между компанией и должником обусловлена тем, что кроме кредиторской задолженности, также была передана и дебиторская задолженность, подлежащая взысканию. Передачу дебиторской задолженности подтверждает дополнительное соглашение от 03.02.2017 к соглашению о переводе долга от 02.02.2017.

По смыслу пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве к заинтересованным лицам должника относятся лица, которые входят с ним в одну группу лиц, либо являются по отношению к нему аффилированными. Таким образом, критерии выявления заинтересованности в делах о банкротстве через включение в текст закона соответствующей отсылки сходны с соответствующими критериями, установленными антимонопольным законодательством.

Доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства (определение ВС РФ от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6)).

Обстоятельства вхождения должника, ООО «ПФ «Завод ЖБИ № 7», ООО «Завод ЗЖБИ № 7», ООО «ЗЖБИ № 7» в одну группу лиц, подконтрольную ФИО2, участвующими в споре лицами не оспаривается.

Исходя из совокупной оценки вышеназванных сделок, коллегия суда приходит к выводу, что действия контролирующего должника лица имели целью создание модели ведения бизнеса, которая повлекла за собой целенаправленное неисполнение ООО «СМУ «ЗЖБИ № 7» обязательств перед кредиторами (создание центра прибыли и центра убытков); не доказана экономическая целесообразность перевода долга на должника по соглашению от 02.02.2017, в том числе с учётом фактического восполнения имущественной массы в сумме, не соответствующей размеру принятых на себя обязательств, при прекращении взаимных обязательств путём проведения зачётов и перечисления денежных средств. 

При этом судом принято во внимание, что надлежащих доказательств наличия у ФИО2 финансовой возможности предоставления займа должнику в указанном размере в материалы дела не представлено.

Суд заключил, что ФИО2, зная о наличии иной задолженности перед кредиторами, в преддверии банкротства предпринял меры по выводу активов должника в пользу супруги.

При сопоставлении данных из книг продаж по декларациям НДС и по расчётным счетам ООО «СМУ «ЗЖБИ № 7» за 2017-2018 гг. установлено, что ФИО3, получив товар от должника на сумму 6 450 845 руб. 03 коп. оплату за него не произвела. 

Кроме того, судом установлены факты передачи товара ООО «ЗЖБИ № 7» без встречного равноценного исполнения.

Так, в 2017 году должником ООО «ЗЖБИ № 7» продан товар (оказаны услуги) на сумму 121 млн. руб. Данное обстоятельство подтверждается определением от 08.10.2021 Арбитражного суда Омской области по делу о банкротстве ООО «ЗЖБИ № 7» (№ А46-22714/2020). В рамках данного дела конкурсный управляющий ООО «СМУ «ЗЖБИ № 7» обратился с заявлением о включении рассматриваемой выше суммы в реестр требований кредиторов ООО «ЗЖБИ № 7». 

Как следует из определения от 08.10.2021 в рамках дела № А46-22714/2020, в удовлетворении заявления отказано со ссылкой на пропуск срока давности. Установлено, что ООО «СМУ «ЗЖБИ № 7» меры по взысканию задолженности не предпринимало.

Учитывая, что руководителем ООО «ЗЖБИ № 7» (ИНН 

<

***>) с 29.07.2016 являлся ФИО2, суд заключил, что должник на протяжении года предоставлял подконтрольному лицу ООО «ЗЖБИ № 7» товар без его фактической оплаты, при том, что в 2017 году должник отвечал признакам неплатёжеспособности.

Судом принято во внимание, что в 2017 году при активе баланса должника 366 714 тыс. руб. выведено товара на сумму 121 782 руб., что составляет 33 %. После 2017 года обороты по расчётным счетам должника значительно снижаются, что подтверждается выпиской по расчётным счетам должника.

То есть действия ответчика, выразившиеся в совершении сделок без получения оплаты, фактически привели к объективному банкротству ООО «СМУ «ЗЖБИ № 7». После их исполнения должник стал не способен рассчитаться по своим обязательствам.

Суд первой инстанции согласился с доводами заявителя, что с 2017 года должник отвечал признакам неплатёжеспособности, что подтверждается решениями о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения от 11.01.2019 № 05-31/51721, от 11.01.2019 № 05-31/51722, от 21.12.2018 № 05-31/51416, от 24.01.2019 № 05-31/52089.

Судом отмечено, что ООО «СМУ «ЗЖБИ № 7» в 2017 – 2018 гг. имело обязательства перед иными кредиторами:

- ФИО8 (заявитель по делу о банкротстве) в размере 399 580 руб. на основании судебного приказа мирового судьи от 27.10.2018 по делу № 2-35433-110/2018 (основание: акт выполненных работ от 28.02.2018, претензия от 14.05.2018). Требования кредитора включены в реестр требований кредиторов должника в составе третьей очереди решением от 18.04.2019 Арбитражного суда Омской области по делу № А46-22935/2018;

- ООО «Высот-Строй» в размере 1 957 129 руб. 24 коп. на основании актов выполненных работ за июнь и август 2017 года. Требование включено в реестр требований кредиторов должника определением от 22.08.2019 Арбитражного суда Омской области по делу № А46-22935/2018;

- ООО «Олимп» в размере 9 999 761 руб. 70 коп. на основании договора поставки от 01.08.2016 (согласно первичным документам работа выполнена май-июнь 2017 года и не оплачена в течение 30 дней). Требование включено в реестр требований кредиторов должника определением от 27.08.2019 Арбитражного суда Омской области по делу № А46-22935/2018;

- ООО «РусВентПром» в размере 1 485 448 руб. 66 коп. на основании договора подряда от 08.06.2017, акта выполненных работ от 30.04.2018. Требование включено в реестр требований кредиторов должника определением от 27.08.2019 Арбитражного суда Омской области по делу № А46-22935/2018;

- ООО «ЛИЗПО» в размере 7 943 839 руб. 01 коп. на основании договора подряда от 10.08.2017. Требование включено в реестр требований кредиторов должника определением от 29.08.2019 Арбитражного суда Омской области по делу №  А46-22935/2018;

- ФИО9 в размере 1295 200 руб. на основании займа от 05.04.2017 (срок возврата до 10.01.2018). Требование включено в реестр требований кредиторов должника определением от 27.08.2019 Арбитражного суда Омской области по делу №  А46-22935/2018;

- бюджетным учреждением г. Омска «Управление дорожного хозяйства и благоустройства в размере 275 738 руб. 80 коп. на основании договора о выполнении работ по озеленению территории от 21.07.2017 (согласно документам период просрочки с 29.06.2018). Требование включено в реестр требований кредиторов должника определением от 10.12.2019 Арбитражного суда Омской области по делу №  А46-22935/2018;

- ФНС России в размере 22 566 672 руб. 30 коп. по результатам проведения камеральных налоговых проверок за 1 – 4 кв. 2017 года. Требование включено в реестр требований кредиторов должника определением от 09.06.2020 Арбитражного суда Омской области по делу № А46-22935/2018.

По результатам оценки представленных в материалы обособленного спора доказательств суд первой инстанции посчитал, что действия (бездействие) ФИО2 по выводу из оборота должника активов (товара) без равноценного встречного исполнения, непринятию мер (уклонению) по взысканию дебиторской задолженности ООО «СМУ «ЗЖБИ № 7», ФИО3, необоснованный вывод денежных средств в адрес ФИО2(займы), несоблюдение бухгалтерского и налогового законодательства не являются добросовестными и разумными, что в результате привело к банкротству должника.

Коллегия суда отмечает, что приведённые обстоятельства указывают на ненадлежащее исполнение руководителем должника своих обязанностей, которое способствовало росту (наращиванию) дебиторской задолженности перед взаимозависимыми лицами и привело к несостоятельности (банкротству) ООО «СМУ «ЗЖБИ № 7».

Действия по выводу имущества (непринятия мер по взысканию дебиторской задолженности) привели в 2017 году к выбытию 27 % активов должника; убыточны и одновременно значимы применительно к масштабам деятельности должника; явились причиной объективного банкротства должника вследствие прекращения финансово-хозяйственной деятельности; повлекли наступление негативных последствий для уполномоченного органа и иных кредиторов должника, а именно невозможность погашения требований кредиторов за счёт имущества должника, что подтверждается решением от 18.04.2019 Арбитражного суда Омской области по делу о банкротстве ООО «СМУ «ЗЖБИ № 7».

Ввиду убыточности для должника осуществлённых ответчиком сделок по выводу имущества суд усмотрел наличие оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, предусмотренной статьёй 61.11 Закона о несостоятельности (банкротстве).

Производство в части установления размера субсидиарной ответственности ФИО2 по обязательствам должника обоснованно приостановлено судом первой инстанции до окончания всех мероприятий по формированию конкурсной массы должника.

Апелляционный суд соглашается с выводами арбитражного суда в указанной части.

Пункт 1 статьи 9 Закона о банкротстве связывает обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве, в том числе с появлением признаков неплатёжеспособности или недостаточности имущества, в частности, с возникновением ситуации, при которой удовлетворение требований одного или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения обязательств перед другими кредиторами.

В силу пункта 2 статьи 9 Закона о банкротстве заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

Согласно пункту 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьёй 9 Закона о банкротстве, влечёт за собой субсидиарную ответственность руководителя должника.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве размер ответственности в соответствии с настоящим пунктом равен размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 – 4 статьи 9 настоящего Федерального закона, и до возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признании должника банкротом).

Поскольку дело о несостоятельности (банкротстве) ООО «СМУ «ЗБИ №7» возбуждено 17.01.2019 (определение Арбитражного суда Омской области от 17.01.2019 года по делу № А46-22935/2018), размер субсидиарной ответственности ФИО2 (в качестве руководителя ООО «СМУ «ЗЖБИ №7») равен размеру обязательств ООО «СМУ «ЗЖБИ №7», которые возникли в период с 28.10.2017 по дату возбуждения дела о банкротстве. 

Судом размер субсидиарной ответственности определён суммой требований ФИО8, составляющей 399 580 руб.; обязательства ООО «СМУ «ЗЖБИ №7» возникли с 15.12.2017, то есть после истечения срока на обращение руководителя в суд с заявлением о признании ООО «СМУ «ЗЖБИ №7» банкротом. 

Как указал суд, обязательства ООО «СМУ «ЗЖБИ №7» перед иными кредиторами возникли до истечения указанного срока, в связи с чем не учтены при определении размера субсидиарной ответственности. 

Апелляционная жалоба не содержит возражений относительно выводов суда в указанной части; возражений от участвующих в споре лиц относительно определённого судом размера ответственной по статье 61.12 Закона о банкротстве не последовало; апелляционный суда рассмотрел спор в пределах доводов, заявленных в апелляционной жалобе (часть 5 статьи 268 АПК РФ).

Поскольку доводы апелляционной жалобы не содержат фактов, которые влияли бы на законность и обоснованность обжалуемого судебного акта либо опровергали выводы суда первой инстанции, а нормы материального права применены судом первой инстанции правильно, нарушений норм процессуального права, которые привели или могли бы привести к принятию неправильного судебного акта, не допущено, апелляционная жалоба подлежит оставлению без удовлетворения.

Нормы материального права применены арбитражным судом первой инстанции правильно. Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ в любом случае основаниями для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено. 

Апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь пунктом 1 статьи 269, статьёй 271 АПК РФ, Восьмой арбитражный апелляционный суд

постановил:

определение от 28.12.2021 Арбитражного суда Омской области по делу № А46-22935/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

 

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано путём подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно-Cибирского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления.

Председательствующий

 

                    Е. В. Аристова

 

Судьи

 

О. Ю. Брежнева

 

               О. В. Дубок