Арбитражный суд Калининградской области

Рокоссовского ул., д. 2-4, г. Калининград, 236016

E-mail: kaliningrad.info@arbitr.ru

http://www.kaliningrad.arbitr.ru

 

Именем Российской Федерации

 

Р  Е  Ш  Е  Н  И  Е

 

город Калининград                                                         Дело № А21-2069/2020

«22» июля 2020 года

 

Резолютивная часть решения оглашена 15 июля 2020 года. 

Решение изготовлено в полном объеме 22 июля 2020 года.

 

Арбитражный суд Калининградской области в составе судьи Любимовой С.Ю., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

рассмотрев в судебном заседании дело по исковому заявлению «ROI VISUAL Co., Ltd.» («РОИ ВИЖУАЛ Ко., Лтд.») 

к Индивидуальному предпринимателю ФИО2 

о взыскании 50 000 руб. компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак № 1 213 307 и на произведения изобразительного искусства,  судебные расходы

 

при участии в судебном заседании: стороны не явились, извещены 

 

установил:

«ROI VISUAL Co., Ltd.» («РОИ ВИЖУАЛ Ко., Лтд.») (место нахождения: Республика Корея, г. Сеул, Кангнам-гу, Хакдонг-ро 30-гил, 5, 6 этаж, здание ФИО3 Плаза, Нонхён-донг)  (далее – компания, истец) обратилась в Арбитражный суд Калининградской области с исковым заявлением о взыскании с индивидуального предпринимателя ФИО2 (ОГРНИП 305390503100020, ИНН 

<

***>)  (далее – ИП ФИО4, предприниматель, ответчик) 50 000 рублей, состоящих из компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак № 1 213 307, компенсации за нарушение исключительного права на произведения изобразительного искусства – изображения персонажей «ROBOCAR POLI» (Робокар Поли (Поли)», «ROBOCAR POLI (ROY)» (Робокар Поли (Рой)», «ROBOCAR POLI (AMBER)» (Робокар Поли (Эмбер)», «ROBOCAR POLI (HELLY)» (Робокар Поли (Хэлли)», а также судебных издержек в размере стоимости вещественного доказательства – товара, приобретенного у ответчика в размере 280 руб., судебных издержек в размере стоимости почтовых отправлений в виде претензии и искового заявления в размере 249,54 руб. и расходов по уплате государственной пошлины в размере 2 000 руб.

Истец, поддерживая исковые требования в полном объеме, направил ходатайство о рассмотрение дела в отсутствие представителя.

Ответчик возражала против удовлетворения исковых требований, заявив о злоупотреблении правом со сторон истца, а также оспаривая полномочия лица, выдавшего доверенность на имя представителя, а также полномочия на представление интересов истца в целом. Кроме того, ответчик считает видеозапись не относимым и не допустимым доказательством по делу, а лицо производившее видеосъемку не указал для каких целей ведет съемку. Также предприниматель указала, что самостоятельно не размещала на товаре спорные произведения правообладателя, а приобрела товар у третьего лица, о контрафактности которого не было известно. Кроме того, указала на то, что все спорные персонажи  нанесены на один товар и созданы для одного фильма, то имеются основания для взыскания компенсации за один факт нарушения. В случае отклонения судом указанных доводов, ИП ФИО2 просила снизить размер компенсации,  ссылаясь на то, что нарушение не носило грубый характер, одним действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности, продажа спорного товара не являлось основной деятельностью ответчика, размер подлежащей выплате компенсации многократно превышает размер причиненных правообладателю убытков. Также предприниматель указала на тяжелое финансовое положение, на иждивении находится нетрудоспособная мама, инвалид 1 группы и которой прописано постоянное лечение, в том числе, прием дорогостоящих препаратов и проведение дорогостоящего обследования, сама предприниматель также получает медикаментозное лечение на постоянной основе. Кроме того,  из-за введенных ограничений по коронавирусу длительное время была приостановлена деятельность ввиду закрытия торгового центра.

Исследовав материалы дела в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), суд установил.

Как следует из материалов дела и не оспаривается сторонами «ROI VISUAL Co., Ltd.» («РОИ ВИЖУАЛ Ко., Лтд.») является правообладателем товарного знака  № 1 213 307 (логотип «ROBOCAR POLI»). В международный реестр товарных знаков, зарегистрированных в соответствии с Мадридским соглашением о международной регистрации знаков от 28.06.1989 и протоколом к нему, внесена запись о регистрации за правообладателем товарного знака в виде логотипа  «ROBOCAR POLI» от 26.04.2013, что подтверждено свидетельством Всемирной организации интеллектуальной собственности № 1 213 307. Товарный знак  №  1 213 307 (логотип «ROBOCAR POLI») имеет правовую охрану, в том числе  в отношении товаров  28 класса Международной классификации товаров и услуг, включающего таки товары, как «игрушки».

Также ROI VISUAL Co., Ltd.» («РОИ ВИЖУАЛ Ко., Лтд.») обладает исключительными правами на объекты авторского права – произведения изобразительного искусства: изображение персонажей ROBOCAR POLI» (Робокар Поли (Поли)», «ROBOCAR POLI (ROY)» (Робокар Поли (Рой)», «ROBOCAR POLI (AMBER)» (Робокар Поли (Эмбер)», «ROBOCAR POLI (HELLY)» (Робокар Поли (Хэлли)», что подтверждено свидетельствами о регистрации авторского права от 27.09.2016, выданных Комиссией по авторскому праву Кореи.

14.08.2019 в торговой точке, расположенной вблизи адреса: 

<

...>, ответчиком произведена продажа товара (одежда).  На товаре   содержатся обозначения, сходные до степени смешения с товарным знаком № 1 213 307 и изображения персонажей ROBOCAR POLI» (Робокар Поли (Поли)», «ROBOCAR POLI (ROY)» (Робокар Поли (Рой)», «ROBOCAR POLI (AMBER)» (Робокар Поли (Эмбер)», «ROBOCAR POLI (HELLY)» (Робокар Поли (Хэлли)».

Факт продажи товара, а также идентичность представленного в материалы дела товара, ответчик не оспаривает.

Покупка товара подтверждается чеком, содержащим сведения о наименовании продавца, ИНН продавца, совпадающие с данными, указанными в выписке из ЕГРИП в отношении ответчика, уплаченной за товар денежной сумме, дате заключения договора розничной купли-продажи, иные сведения, приобретения товара.

Полагая, что фактом предложения к продаже товара без согласия правообладателя нарушены принадлежащие ему исключительные права на товарные знаки, 10.10.2019 истец направил в адрес ответчика претензию о нарушении исключительных прав с требованиями выплаты компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак и объекты интеллектуальной собственности, а также прекращении дальнейшей реализации аналогичных товаров. 

Претензия оставлена ответчиком без удовлетворения, что послужило основанием для обращения Компании с настоящим исковым заявлением в суд.

Рассмотрев материалы дела, суд отмечает следующее.

Согласно пункту 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если настоящим Кодексом не предусмотрено иное. Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением). В соответствии со статьей 1477 ГК РФ на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак. Как следует из положений статьи 1482 ГК РФ, в качестве товарных знаков могут быть зарегистрированы словесные, изобразительные, объемные и другие обозначения или их комбинации. Товарный знак может быть зарегистрирован в любом цвете или цветовом сочетании.

На территории Российской Федерации действует исключительное право на товарный знак, зарегистрированный федеральным органом исполнительной власти по интеллектуальной собственности (статья 1479 ГК РФ). Согласно пункту 1 статьи 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 настоящего Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 настоящей статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак.

Исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; при выполнении работ, оказании услуг; на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; в сети "Интернет", в том числе в доменном имени и при других способах адресации (пункт 2 статьи 1484 ГК РФ). В силу пункта 3 статьи 1484 ГК РФ никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения. По смыслу нормы статьи 1515 ГК РФ нарушением исключительного права владельца товарного знака признается использование не только тождественного товарного знака, но и сходного с ним до степени смешения обозначения.

Таким образом, средство индивидуализации (товарный знак) может быть не только размещено на товаре, но и выражено в товаре иным способом.

Из содержания приведенных норм следует, что под незаконным использованием товарного знака признается любое действие, нарушающее исключительные права владельцев товарного знака: несанкционированное изготовление, применение, ввоз, предложение о продаже, продажа, иное введение в хозяйственный оборот или хранение с этой целью товарного знака или товара, обозначенного этим знаком, или обозначения, сходного с ним до степени смешения, при этом незаконность воспроизведения чужого товарного знака является признаком контрафактности.

Произведения живописи, скульптуры, графики, дизайна, графические рассказы, комиксы и другие произведения изобразительного искусства также относятся к объектам интеллектуальных, в частности, авторских прав (абзац 7 пункт 1 статья 1259 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 3 статьи 1259 ГК РФ авторские права распространяются как на обнародованные, так и на необнародованные произведения, выраженные в какой-либо объективной форме, в том числе в письменной, устной форме, в форме изображения, в форме звуко- или видеозаписи, в объемно-пространственной форме.

Охрана авторским правом персонажа произведения предполагает, в частности, что только автору или иному правообладателю принадлежит исключительное право использовать персонаж любым способом, в том числе путем его воспроизведения или переработки (подпункты 1 и 9 пункта 2 статьи 1270 ГК РФ).

Воспроизведением персонажа признается изготовление экземпляра, в котором используется, например, текст, содержащий описание персонажа, или конкретное изображение (например, кадр мультипликационного фильма), или индивидуализирующие персонажа характеристики (детали образа, характера и (или) внешнего вида, которые характеризуют его и делают узнаваемым). В последнем случае воспроизведенным является персонаж и при неполном совпадении индивидуализирующих характеристик или изменении их несущественных деталей, если несмотря на это такой персонаж сохранил свою узнаваемость как часть конкретного произведения (например, при изменении деталей одежды, не влияющих на узнаваемость персонажа).

В отношении персонажа произведения не используется понятие сходства до степени смешения. Наличие внешнего сходства между персонажем истца и образом, используемым ответчиком, является лишь одним из обстоятельств, учитываемых для установления факта воспроизведения используемого произведения (его персонажа).

Другие лица не могут использовать соответствующие результаты интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными настоящим Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную настоящим Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается настоящим Кодексом.

Пунктом 68 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 10) разъяснено, что выражение нескольких разных результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации в одном материальном носителе (в том числе воспроизведение экземпляров нескольких произведений, размещение нескольких разных товарных знаков на одном материальном носителе) является нарушением исключительного права на каждый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации (абзац третий пункта 3 статьи 1252 ГК РФ).

При этом авторское право с учетом пункта 7 статьи 1259 ГК РФ распространяется на любые части произведений при соблюдении следующих условий в совокупности:

-  такие части произведения сохраняют свою узнаваемость как часть конкретного произведения при их использовании отдельно от всего произведения в целом;

-  такие части произведений сами по себе, отдельно от всего произведения в целом, могут быть признаны самостоятельным результатом творческого труда автора и выражены в объективной форме.

В разъяснениях, изложенных в пункте 81 постановления № 10, относительно объектов авторского права указано, что к частям произведения могут быть отнесены в числе прочего: название произведения, его персонажи, отрывки текста (абзацы, главы и т.п.), отрывки аудиовизуального произведения (в том числе его отдельные кадры), подготовительные материалы, полученные в ходе разработки программы для ЭВМ, и порождаемые ею аудиовизуальные отображения.

Пункт 82 постановления № 10 разъясняет, что под персонажем следует понимать совокупность описаний и (или) изображений того или иного действующего лица в произведении в форме (формах), присущей (присущих) произведению: в письменной, устной форме, в форме изображения, в форме звуко- или видеозаписи, в объемно-пространственной форме и др.

Истец, обращающийся в суд за защитой прав именно на персонаж как часть произведения, должен обосновать, что такой персонаж существует как самостоятельный результат интеллектуальной деятельности. При этом учитывается, обладает ли конкретное действующее лицо произведения достаточными индивидуализирующими его характеристиками:  в частности,  определены ли внешний вид действующего лица произведения, характер, отличительные черты (например, движения, голос, мимика, речевые особенности) или другие особенности, в силу которых действующее лицо произведения является узнаваемым даже при его использовании отдельно от всего произведения в целом.

При подтверждении наличия индивидуализирующих характеристик действующего лица его охраноспособность в качестве персонажа (пункт 7 статьи 1259 ГК РФ) презюмируется.

Таким образом, из вышеприведенных положений постановлений высших судебных инстанций следует, что поскольку принадлежность части произведения, названия произведения и персонажа произведения к объектам авторского права обусловлена тем, что они по своему характеру являются самостоятельным результатом творческого труда, повлекшим возможность их использования независимо от самого произведения в целом, в каждом конкретном случае следует устанавливать наличие у таких объектов признаков, позволяющих сделать такой вывод.

Указанный вывод нашел свое отражение в правовых позициях, выраженных в пунктах 9 и 10 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015.

На основании оценки представленных в материалы дела доказательств судом установлено, что персонажи ««ROBOCAR POLI (POLI)», «ROBOCAR POLI (ROY)», «ROBOCAR POLI (AMBER)», «ROBOCAR POLI (HELLY)» обладают такой совокупностью признаков, которые делают их оригинальными, узнаваемыми и отличительными от других героев в силу их внешнего вида, движений, голоса, мимики и иных признаков, предназначенных для зрительного и слухового восприятия. Например, указанные персонажи имеют разные голоса, характеры, индивидуальный внешний вид. Указанные персонажи могут самостоятельно использоваться отдельно друг от друга.

При указанных обстоятельствах, арбитражный суд приходит к выводу о том, что каждый персонаж - ROBOCAR POLI» (Робокар Поли (Поли)», «ROBOCAR POLI (ROY)» (Робокар Поли (Рой)», «ROBOCAR POLI (AMBER)» (Робокар Поли (Эмбер)», «ROBOCAR POLI (HELLY)» (Робокар Поли (Хэлли)» - изображенные на упаковке товара (футболке), являются отдельными объектами авторского права, самостоятельными произведениями изобразительного искусства.

Наличие у компании исключительных прав на товарный знак и произведения изобразительного искусства подтверждаются представленными в материалы дела доказательствами.

Доказательств наличия у предпринимателя прав использование названных произведений изобразительного искусства и товарного знака не представлено, так же как ответчиком не представлено доказательств приобретения данного товара у лица, имеющего право на использование изображенных на товаре товарных знаков и произведений изобразительного искусства.

При этом суд отмечает, что ответчик документально не опроверг обстоятельства приобретения товаров, зафиксированные представленной в материалы дела видеосъемкой.

Согласно статье 64 АПК РФ, доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном настоящим Кодексом и другими федеральными законами порядке сведения о фактах, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела.

В силу положений статьи 89 АПК РФ, иные документы и материалы допускаются в качестве доказательств, если содержат сведения об обстоятельствах, имеющих значение для правильного рассмотрения дела. К иным документам и материалам относится материалы фото- и киносъемки, аудио- и видеозаписи и иные носители информации, полученные, истребованные или представленные в порядке, установленном Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

По смыслу статей 12, 14 ГК РФ, части 2 статьи 64 АПК РФ, видеосъемка при фиксации факта распространения контрафактной продукции является допустимым способом самозащиты и отвечает признакам относимости, допустимости и достоверности доказательств.

Видеосъемка, произведенная истцом в целях самозащиты на основании статьи 12 ГК РФ, в силу статьи 68 АПК РФ является допустимым доказательством.

В соответствии со статьями 426, 492 и 494 ГК РФ, выставление на продажу спорной продукции свидетельствует о наличии со стороны ответчика публичной оферты, а факт ее продажи подтверждается видеозаписью процесса покупки.

Представленный в материалы дела чек от 14.08.2019 относится к документам, подтверждающим факт покупки.

Ответчик не пояснил, каким образом кассовый чек с его реквизитами оказался запечатленным на видеозаписи. 

Видеосъемка подтверждает, какой именно товар был продан, дата покупки следует из чека, который подтверждает факт заключения разовой сделки купли-продажи с ответчиком. На видеозаписи запечатлен процесс приобретения спорного товара (футболки). Внешний вид спорного товара, а также изображения чека, зафиксированные на видеозаписи, визуально совпадают с соответствующими доказательствами, представленными истцом в материалы дела. 

Ответчик документально не опроверг обстоятельства, зафиксированные представленной в материалы данного дела видеосъемкой. На видеозаписи последовательность видеоряда не нарушена, поэтому оснований считать данную видеозапись поддельной у суда отсутствуют.

В пункте 55 Постановления № 10 разъяснено, что факт неправомерного распространения контрафактных материальных носителей в рамках договора розничной купли-продажи может быть установлен не только путем представления кассового или товарного чека или иного документа, подтверждающего оплату товара, а также заслушивания свидетельских показаний (статья 493 ГК РФ), но и на основании иных доказательств, например аудио- или видеозаписи. Для признания аудио- или видеозаписи допустимым доказательством согласия на проведение аудиозаписи или видеосъемки того лица, в отношении которого они производятся, не требуется. Информация о распространении гражданином контрафактной продукции не является информацией о его частной жизни, в том числе информацией, составляющей личную или семейную тайну.

Определением от 27.04.2020 спорный товар и диск с видеозаписью покупки товара приобщены к материалам дела.

Таким образом, оснований полагать, что данные доказательства получены с нарушением федерального закона, у суда не имеется. Злоупотребление правом со стороны истца не установлено.

С заявлением о фальсификации представленных истцом доказательств, в соответствии со статьей 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, ответчик не обращался.

При таких обстоятельствах суд отклоняет, как не доказанные доводы ответчика об оспаривании кассового чека, диска DVD, средств, при помощи которых осуществлялась видеосъемка.

Доказательств, подтверждающих, что ответчик по данному чеку продал иной товар, права на реализацию которого у него имеются, ответчик в нарушение статьи 65 АПК РФ в материалы дела не представил.

Кроме того, ответчиком не представлено доказательств того, что лицо производившее закупку действовало не от имени правообладателя.

В части оспаривания ответчиком правомерности выдачи доверенностей, представленных истцом в материалы дела, суд отмечает следующее.

Согласно статье 254 АПК РФ иностранные лица, участвующие в деле, должны представить в арбитражный суд доказательства, подтверждающие их юридический статус и право на осуществление предпринимательской и иной экономической деятельности (часть 3).

В пункте 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27.06.2017 № 23 «О рассмотрении арбитражными судами дел по экономическим спорам, возникающим из отношений, осложненных иностранным элементом» (далее – Постановления Пленума № 23) даны следующие разъяснения: арбитражный суд принимает меры к установлению юридического статуса участвующих в деле иностранных лиц и их права на осуществление предпринимательской и иной экономической деятельности.

Юридический статус иностранной организации определяется по праву страны, где учреждено юридическое лицо, организация, не являющаяся юридическим лицом по иностранному праву, если иное не предусмотрено нормами федерального закона (статьи 1202, 1203 ГК РФ).

Юридический статус иностранного юридического лица подтверждается, как правило,   выпиской   из   официального  торгового   реестра   страны   происхождения.

Юридический статус иностранных лиц может подтверждаться иными эквивалентными доказательствами юридического статуса, признаваемыми в качестве таковых законодательством страны учреждения, регистрации, основного места осуществления предпринимательской деятельности, гражданства или места жительства иностранного лица.

При установлении юридического статуса иностранного лица суд может также принимать во внимание открытую информацию в сети «Интернет», размещенную на официальных сайтах уполномоченных иностранных органов по регистрации юридических лиц и содержащую сведения о регистрации юридических лиц.

Согласно пункту 24 Постановления Пленума № 23 по общему правилу, документы, подтверждающие юридический статус иностранного лица и право на осуществление предпринимательской и иной экономической деятельности, должны быть получены не ранее чем за тридцать дней до обращения истца в арбитражный суд (пункт 9 части 1 статьи 126 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), за исключением случаев, когда такие документы требуют консульской легализации или проставления апостиля.

В случае если документы требуют консульской легализации или проставления апостиля, такая легализация должна быть совершена или апостиль должен быть проставлен не ранее чем за тридцать дней до обращения истца в арбитражный суд, а сам документ при этом должен быть получен в разумные сроки до начала осуществления консульской легализации или до проставления апостиля.

Из взаимосвязанных положений приведенных норм права и разъяснений высшей судебной инстанции Российской Федерации по вопросу подтверждения правового статуса иностранных лиц в арбитражном процессе следует, что при рассмотрении дела с участием иностранного лица суд должен установить статус иностранного лица и наличие у него права на осуществление предпринимательской и иной экономической деятельности на основании актуальных, достаточных и достоверных доказательств.

Истцом в материалы дела представлено свидетельство в отношении ROI VISUAL Co., Ltd, согласно которому организация является действующей на территории Республики Корея с регистрационным номером 110111 -3015339 и идентификационным номером 211-87-50168. Датой начала коммерческой деятельности организации является - 19.05.2004 (дата регистрации - 22.05.2004), вид коммерческой деятельности - информация и коммуникации/оптово-розничная торговля, а также предмет коммерческой деятельности – производство видеоматериалов и кинофильмов, оптовая торговля игрушками и товарами для хобби.

Свидетельство выдано уполномоченным органом, информация является общедоступной в сети интернет. Указанное свидетельство было выдано главой соответствующего налогового органа Республики Корея (номер свидетельства 8546-888-6343-716).

Подлинность подписи, печати/штампа удостоверены 10.02.2020 апостилем, что соответствует требованиям Конвенции отменяющей требование легализации иностранных официальных документов от 05.10.1961, членами которой являются Россия и Республика Корея. Также суд обращает внимание на то, что документы за подписью Ли Донг Ву в соответствии с Гаагской конвенцией от 05 октября 1961 года надлежащим образом апостилированы Министерством иностранных дел Республики Корея.

Нотариусом засвидетельствована подлинность подписи, сделанной переводчиком указанного свидетельства о государственной регистрации, 18.02.2020.

Данная выписка содержит в себе информацию о регистрационном номере, юридическом адресе, статусе, организационно-правовой форме, дате регистрации компании, также содержатся сведения о видах деятельности Компании.

Совокупность изложенных сведений подтверждает факт инкорпорации компании ROI VISUAL Co., Ltd. на территории Кореи и наличие у нее статуса юридического лица, обладающего правоспособностью.

Представленные истцом документы являются надлежащими источниками доказательственной информации в силу прямых разъяснений, изложенных в абзаце 7 пункта 19 Постановления Пленума № 23.

С учетом того, что к полномочиям представителя иностранного лица для ведения дела в государственном суде в силу пункта 4 статьи 1217.1 ГК РФ применяется право страны, где проводится судебное разбирательство, объем полномочий представителя на ведение дела в арбитражном суде Российской Федерации, определяется на основании статьи 62 АПК РФ.

ROI VISUAL Co., Ltd. в лице Ли Донг Ву выдана доверенность от 01.08.2019 на имя Ассоциации специалистов по обороту и защите интеллектуальной собственности «БРЕНД», апостилированная нотариусом Ким Чоль Ги 20.08.2019.

03.09.2019 Компания в лице Ассоциации специалистов по обороту и защите интеллектуальной собственности «БРЕНД» выдала доверенность на имя ООО «АйПи Сервисез» (серия 77 АГ 1192467), ФИО5, удостоверенную нотариусом ФИО6 Объем переданных полномочий в рамках доверенности соответствует тому объему полномочий, которым обладает Ассоциация специалистов по обороту и защите интеллектуальной собственности «БРЕНД».

Проверить подлинность доверенности можно на сайте: http://reestr-dover.ru, введя реестровый номер № 77/741-н/77-2019-8-1690 и дату 03.09.2019, ФИО нотариуса: ФИО6. Согласно данным проверки подлинности доверенности: «Документ найден. Регистрационный номер в реестре нотариальных действий ЕИС 125078761 от 14:23 03.09.2019. Нотариально удостоверенных распоряжений об отмене доверенностей, содержащих сведения об отмене доверенности от 03.09.2019 за реестровым номером 77/741-н/77-2019-8-1690, не найдено».

Нотариальный акт об удостоверении доверенности отменен не был, подлинность нотариально оформленного документа не опровергнута в порядке, установленном статьей 161 АПК РФ.

Указанные документы соответствуют требованиям статьи 255 АПК РФ, надлежащим образом легализованы, нотариально удостоверены и представлены в материалы дела с заверенными переводами на русский язык, в соответствии с частью 5 статьи 75 АПК РФ.

В связи с изложенным, суд считает, что истцом в материалы дела представлены все необходимые доказательства полномочий представителя истца действовать в интересах «ROI VISUAL Co., Ltd.». Таким образом, ООО «АйПи Сервисез», ФИО5 являются уполномоченными представителями ROI VISUAL Co., Ltd. по настоящему делу.

При этом, суд соглашается с доводами истца о том, что указание в доверенности начала срока действия с 01.03.2019 отвечает требованиям законодательства страны выдачи доверенности.

Довод ответчика, что истец злоупотребляет своими правами, поскольку его действия не направлены на защиту нарушенного права, а ориентированы на взыскание компенсации, отклоняется судом, так как взыскание компенсации является одним из способов защиты и мер ответственности, установленных ГК РФ за нарушение прав интеллектуальной собственности, в связи с чем использование истцом указанного способа защиты не свидетельствует о злоупотреблении правом со стороны последнего в отсутствие соответствующих доказательств.

В соответствии с пунктом 3 статьи 401 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором, лицо, не исполнившее или ненадлежащим образом исполнившее обязательство при осуществлении предпринимательской деятельности, несет ответственность, если не докажет, что надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств.

Исходя из изложенного, хозяйственное общество (предприниматель) не может быть освобождено от гражданско-правовой ответственности, в том числе в связи с отсутствием его вины, поскольку его деятельность является предпринимательской и осуществляется с учетом рисков и возможных негативных последствий, ей присущих. Аналогичная правовая позиция изложена в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 20.11.2012 N 8953/12 по делу N А40-82533/2011.

Кроме того, ответчик, являясь субъектом предпринимательской деятельности, при той степени разумности и осмотрительности, какая от него требовалась при данных обстоятельствах, мог и должен был осуществлять проверку реализуемой продукции на предмет незаконного использования интеллектуальной собственности, и принимать меры по недопущению к реализации контрафактной продукции.

Доказательств наличия обстоятельств непреодолимой силы, сделавших невозможным соблюдение исключительных прав истца на товарные знаки, ответчиком в материалы дела не представлено.

Таким образом, совокупностью доказательств, представленных истцом, доказана вина ответчика в продаже товара в нарушение исключительных прав истца на товарный знак и произведения изобразительного искусства, а требование истца о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав Компании, является обоснованным.

Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации без согласия правообладателя является незаконным и влечет ответственность, установленную действующим законодательством (абзац 3 статьи 1229 ГК РФ). 

В соответствии с пунктом 3 статьи 1252 ГК РФ и статьей 1301, 1515 ГК РФ, обладатели исключительного права на произведение вправе требовать от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации за каждый факт нарушения исключительных прав, в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемой по усмотрению суда.

Минимальный размер суммы взыскиваемой компенсации, исходя из пункта 3 статьи 1252, статей 1301, 1515 ГК РФ составляет 10 000 рублей за каждый факт нарушения исключительных прав правообладателя.

При обращении в суд Компанией избран способ защиты исключительного права в виде взыскания компенсации, предусмотренной подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения.

Рассматривая дела о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, суд определяет сумму компенсации в указанных законом пределах по своему усмотрению, но не выше заявленного истцом требования. При этом суд не лишен права взыскать сумму компенсации в меньшем размере по сравнению с заявленным требованием, но не ниже низшего предела, установленного подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ.

В рассматриваемом случае истцом заявлено требование о взыскании компенсации на основании подпункта 1 статьи 1301 ГК РФ в минимальном, предусмотренном диспозицией этой статье размере, за каждый факт нарушения его исключительных прав, что освобождает истца от необходимости предоставлять обоснование размера требуемой суммы, подтверждающее ее соразмерность допущенному нарушению (пункт 61 Постановления Пленума N 10).

В свою очередь, ИП ФИО2 заявлено ходатайство о снижении заявленной ко взысканию компенсации, рассмотрев которое, суд находит подлежащим удовлетворению.

В пункте 64 Постановления № 10 разъяснено, что положения абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 ГК РФ о снижении размера компенсации применяются только при множественности нарушений и лишь в случае, если ответчиком заявлено о необходимости применения соответствующего порядка снижения компенсации.

В Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 13.12.2016 № 28-П высказана правовая позиция, согласно которой суды при наличии определенных условий и с учетом характера и последствий нарушения, вправе снижать размер компенсации ниже предела, установленного абзацем третьим пункта 3 статьи 1252 ГК РФ.

Конституционный Суд Российской Федерации в названном Постановлении указал, что пункт 3 статьи 1252 ГК РФ во взаимосвязи с другими положениями данного Кодекса, включая его статьи 1301, 1311 и 1515, закрепляет в числе прочего правила, которыми должен руководствоваться суд при определении размера компенсации в случае, если одним действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации: в таких случаях размер компенсации определяется судом - в пределах, установленных данным Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости - за каждый неправомерно используемый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации; если же права на соответствующие результаты или средства индивидуализации принадлежат одному правообладателю, общий размер компенсации может быть снижен судом ниже пределов, установленных данным Кодексом.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в Постановлении № 28-П, такое уменьшение возможно лишь по заявлению ответчика и при наличии следующих условий:

размер подлежащей выплате компенсации с учетом возможности ее снижения многократно превышает размер причиненных правообладателю убытков;

правонарушение совершено ответчиком впервые;

использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью деятельности ответчика и не носило грубый характер (например, если продавцу не было заведомо известно о контрафактном характере реализуемой им продукции).

Сторона, заявившая о необходимости такого снижения, обязана в соответствии со статьей 65 АПК РФ доказать необходимость применения судом такой меры. Снижение размера компенсации ниже минимального предела, установленного законом, является экстраординарной мерой, должно быть мотивировано судом и обязательно подтверждено соответствующими доказательствами (пункт 21 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 3 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 12.07.2017).

Вместе с тем снижение размера заявленной ко взысканию компенсации в рамках части 3 статьи 1252 ГК РФ не требует повышенного доказывания и соблюдения условий, установленных в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 13.12.2016 № 28-П, в связи с чем может быть рассмотрено, в том числе, на основании тех доводов и доказательств, которые представлены ответчиком.

На основании изложенного, суд, приняв во внимание обстоятельства дела (размещение на одном реализованном товаре товарного знака № 1 213 307 и 4 произведений изобразительного искусства), товар не произведен самим ответчиком, заявленное ответчиком ходатайство о снижении размера компенсации, характер допущенного нарушения, степень вины нарушителя, незаконное использование объектов интеллектуальной собственности не носило грубый характер, отсутствие доказательств причинения каких-либо крупных (реальных) убытков правообладателю, стоимость реализованного ответчиком товара (280 руб.), исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения, считает возможным снизить заявленный истцом размер компенсации за использование товарного знака № 1 213 307 и 4 произведений изобразительного искусства до 10 000 руб. (исходя из размера компенсации по 2 000 руб. за нарушение исключительных прав на рассматриваемый товарный знак и за каждое изображение).  Также судом приняты во внимание представленные предпринимателем доказательства о нахождение у нее на иждивении матери-инвалида, получающей лечение на постоянной основе и то, что сама ИП ФИО2 получает постоянное лечение. 

При этом суд также принимает во внимание, что в условиях пандемии коронавируса, ответчик, в течение длительного времени в силу административного запрета на осуществление торговой деятельности, не получала доход.

По мнению суда, компенсация в общей сумме 10 000 руб. является соразмерной последствиям нарушения и соответствует принципу разумности и справедливости с учетом характера допущенного нарушения и иных установленных по делу обстоятельств.

Взыскание такой суммы компенсации позволяет не только возместить стороне (истцу) убытки, в связи с неправомерным использованием, принадлежащего ему товарного знака и нарушение исключительного права на произведение изобразительного искусства при осуществлении ответчиком предпринимательской деятельности, но и удержать ответчика от нарушения интересов истца в будущем.

Таким образом, требование истца о взыскании компенсации подлежит частичному удовлетворению в размере 10 000 руб., признанной судом обоснованной. В остальной части в удовлетворении исковых требований следует отказать.

В части заявленных истцом требований о взыскании расходов на приобретение контрафактного товара в размере 280 руб., суд отмечает следующее.

Расходы на приобретение товара связаны с доказыванием факта допущенного предпринимателем нарушения исключительных прав истца, а, следовательно, относятся к судебным издержкам.

Перечень судебных издержек, предусмотренный положениями Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не является исчерпывающим.

В пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» разъяснено, что понесенные истцом расходы в связи с собиранием доказательств до предъявления искового заявления в суд могут быть признаны судебными издержками, если несение таких расходов было необходимо для реализации права на обращение в суд и собранные до предъявления иска доказательства соответствуют требованиям относимости и допустимости.

Приобретенный истцом у ответчика товар приобщен к делу в качестве вещественного доказательства, на основании которого установлены обстоятельства, имеющие юридическое значение для разрешения настоящего дела.

В силу изложенного, несение истцом расходов, направленных на приобретение спорного товара, связано с предметом спора по настоящему делу и отвечают установленным статьей 106 АПК РФ критериям судебных издержек и подлежат взысканию с ответчика в качестве судебных издержек по правилам статьи 110 АПК РФ.

Расходы в размере 249,54 руб. по отправке претензии и искового заявления также относятся к судебным издержкам в силу статьи 106 АПК РФ и подлежат взысканию с ответчика, поскольку эти расходы реально понесены и документально подтверждены.

Обратного ответчиком не доказано.

В силу статьи 110 АПК РФ расходы истца по уплате государственной пошлины относятся на ответчика пропорционально размеру удовлетворенных требований, а именно: в размере 2 000 руб.

В силу пункта 2 статьи 168 АПК РФ при принятии решения арбитражный суд определяет дальнейшую судьбу вещественных доказательств. 

Согласно части 1 статьи 80 АПК РФ вещественные доказательства, находящиеся в арбитражном суде, после их осмотра и исследования судом возвращаются лицам, от которых они были получены, если они не подлежат передаче другим лицам. 

Арбитражный суд вправе сохранить вещественные доказательства до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела, и возвратить их после вступления указанного судебного акта в законную силу (часть 2 статьи 80 АПК РФ). 

Вместе с тем, АПК РФ оговаривает специальные правила распоряжения вещественными доказательствами, которые согласно федеральному закону не могут находиться во владении отдельных лиц (часть 3 статьи 80 АПК РФ). 

Так в случае, когда распространение материальных носителей, в которых выражено средство индивидуализации, приводит к нарушению исключительного права на это средство, такие материальные носители считаются контрафактными и по решению суда подлежат изъятию из оборота и уничтожению (пункт 4 статьи 1252 ГК РФ). 

При таких обстоятельствах приобщенное определением арбитражного суда от 27.04.2020 в материалы дела вещественное доказательство – футболка (1 шт.) не может быть возращена и подлежит уничтожению.

 

Руководствуясь статьями 167-171 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд 

 

Р   Е   Ш   И   Л:

Взыскать с Индивидуального предпринимателя ФИО2 в пользу «ROI VISUAL Co., Ltd.» («РОИ ВИЖУАЛ Ко., Лтд.»):

- 2 000 руб. компенсацию за нарушение исключительных имущественных прав на средства индивидуализации – товарный знак № 1 213 307 («ROBOCAR POLI»)

- 2 000 руб., компенсации за нарушение исключительных имущественных прав на произведение изобразительного искусства – изображение персонажа «ROBOCAR POLI» (Робокар Поли (Поли)»,

- 2000 руб., компенсации за нарушение исключительных имущественных прав на произведение изобразительного искусства – изображение персонажа «ROBOCAR POLI (ROY)» (Робокар Поли (Рой)»,

- 2 000 руб., компенсации за нарушение исключительных имущественных прав на произведение изобразительного искусства – изображение персонажа «ROBOCAR POLI (AMBER)» (Робокар Поли (Эмбер)»,

- 2 000 руб., компенсации за нарушение исключительных имущественных прав на произведение изобразительного искусства – изображение персонажа «ROBOCAR POLI (HELLY)» (Робокар Поли (Хэлли)»,

- 280 руб.  издержек в размере стоимости вещественного доказательства,

- 249,54 руб. почтовых расходов по отправке претензии и искового заявления, 

- 200 руб. стоимости выписки из Единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей,

- 2 000 рублей в возмещение расходов по уплате государственной пошлины.

В остальной части в удовлетворении исковых требований отказать.

Вещественное доказательство  контрафактный товар  (футболка), приобщенное к делу № А21-2069/2020 определением арбитражного суда от 27.04.2020, уничтожить после вступления решения в законную силу.

Решение может быть обжаловано в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня принятия.

 

Судья                                                                      С.Ю. Любимова