АРБИТРАЖНЫЙ СУД НОВОСИБИРСКОЙ ОБЛАСТИ

 ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 

РЕШЕНИЕ

Дело №А45-44329/2024

г. Новосибирск

24 июня 2025 года

Резолютивная часть решения объявлена 06 июня 2025 года.

 Полный текст решения изготовлен 24 июня 2025 года.

Арбитражный суд Новосибирской области в составе судьи Кирюхина М.Ю., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Кононенко Е.С.,рассмотрев в открытом судебном заседании дело № А45-44329/2024по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью «Инвест Групп Андеграунд» (ИНН 

<

***>, ОГРН

<

***>) к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Новосибирской области «Государственная Новосибирская клиническая психиатрическая больница № 3» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) о признании недействительным решения об одностороннем отказе от исполнения контракта, взыскании стоимости поставленного товара,

при участии в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, Государственного казенного учреждения Новосибирской области «Управление контрактной системы» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>),

при участии в судебном заседании представителей:

от общества с ограниченной ответственностью «Инвест Групп Андеграунд» – директор ФИО1 на основании приказа от 14.09.2015; 

от Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Новосибирской области «Государственная Новосибирская клиническая психиатрическая больница № 3» – ФИО2 по доверенности от 06.05.2025, ФИО3 по доверенности от 31.01.2025;   

от Государственного казенного учреждения Новосибирской области «Управление контрактной системы» – ФИО4 по доверенности от 09.01.2025, ФИО5 по доверенности от 09.01.2025,

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Инвест Групп Андеграунд» (далее – ООО «Инвест Групп Андеграунд», общество, истец) обратилось в Арбитражный суд Новосибирской области с исковым заявлением к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Новосибирской области «Государственная Новосибирская клиническая психиатрическая больница № 3» (далее – ГБУЗ НСО «ГНКПБ № 3», учреждение, ответчик) о признании недействительным решения об одностороннем отказе от исполнения контракта от 06.12.2024 № 17/2024, взыскании стоимости поставленного товара в сумме 1 439 689 руб. 99 коп.  

В ходе рассмотрения дела к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено Государственное казенное учреждение Новосибирской области «Управление контрактной системы» (далее – третье лицо).  

В отзыве на исковое заявление, а также дополнительных пояснениях по делу ответчик просил отказать в удовлетворении заявленных исковых требований, ссылаясь на нарушение истцом обязательства по поставке товара, соответствующего условиям контракта, а также непредставление поставщиком товаросопроводительных документов, достоверно подтверждающих надлежащее качество и безопасность поставленного товара.   

При этом, помимо ранее представленных доказательств, 30.05.2025 ответчик дополнительно представил в материалы дела фотоснимки переданного товара, которые, как утверждает ответчик, подтверждают факт несоответствия переданного товара необходимым качественным характеристикам.  

В свою очередь, 02.06.2025 истец обратился к суду с заявлением о фальсификации представленных доказательств, аргументируя данное заявление тем, что между истцом и ответчиком было заключено два контракта в одно время, первый – спорный контракт от 28.06.2024 № 0851200000624003997, в рамках которого предметом поставки выступает пижама летняя, заявленные характеристики которых: 98 % хлопок и 2 % – ПЭ, а также второй (иной) контракт – от 28.06.2024 № 0851200000624003997, предметом поставки по которому выступает пижама летняя утепленная и заявленные характеристики по которому – 100 % хлопок.    

Как указывает истец, из представленных фотоснимков явно следует, что ответчиком осматривались утепленные пижамы: из части снимков бирок прямо указано, что это пижама утепленная; на последнем фото под биркой «НАШЕ» также утепленная пижама из материала фланель с начесом (клетка зеленого цвета). 

В связи с этим истец утверждает, что ответчик умышленно предоставил фотоснимки от иного заказа, поставленного в рамках другого контракта и с отличным техническим заданием, тем самым сфальсифицировал доказательства. 

Определением суда от 07.05.2025 судебное заседание по рассмотрению дела отложено на 03.06.2025. Определением от 03.06.2025 в судебном заседании по рассмотрению дела был объявлен перерыв до 06.06.2025. 

В ходе судебного заседания представитель истца поддержал заявленные исковые требования, а также заявление о фальсификации доказательств.

Представитель ответчика возражал против удовлетворения исковых требований по доводам, изложенным в отзыве и дополнительных пояснениях. 

Третье лицо также возражало против удовлетворения исковых требований по доводам, изложенным в отзыве. 

Изучив заявление истца о фальсификации доказательств (фотоснимков), представленных ответчиком, суд пришёл к выводу, что данное заявление подлежит оставлению без рассмотрения, исходя из следующего.   

 Согласно статье 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), лицо, участвующее в деле, вправе обратиться к арбитражному суду с заявлением о фальсификации доказательства, представленного в арбитражный суд другим лицом, участвующим в деле; при этом арбитражный суд обязан либо исключить оспариваемое доказательство с согласия лица, его представившего, из числа доказательств по делу (пункт 2 части 1), либо проверить обоснованность заявления о фальсификации доказательства, если лицо, представившее это доказательство, заявило возражения относительно его исключения из числа доказательств по делу (пункт 3 части 1), а результаты рассмотрения заявления - отразить в протоколе судебного заседания (часть 2).

Данное регулирование имеет своей целью недопущение использования при осуществлении правосудия фальсифицированных доказательств, не предполагает его произвольного применения.

В соответствии с разъяснениями абзаца второго пункта 39 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.12.2021 № 46 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в суде первой инстанции» (далее – Постановление № 46) в порядке статьи 161 АПК РФ подлежат рассмотрению заявления, мотивированные наличием признаков подложности доказательств, то есть совершением действий, выразившихся в подделке формы доказательства: изготовление документа специально для представления его в суд (например, несоответствие времени изготовления документа указанным в нем датам) либо внесение в уже существующий документ исправлений или дополнений (например, подделка подписей в документе, внесение в него дополнительного текста). 

В силу части 3 статьи 71 АПК РФ не подлежат рассмотрению по правилам названной статьи заявления, касающиеся недостоверности доказательств (например, о несоответствии действительности фактов, изложенных в документе).

Руководствуясь вышеприведенными разъяснениями, суд приходит к выводу о том, что заявление истца о фальсификации доказательств (фотоснимков), представленных ответчиком, подлежит оставлению без рассмотрения, поскольку заявляя о фальсификации доказательств, истец фактически оспаривает действительности фактов, изложенных на фотоснимках, представленных ответчиком, тем самым подменяя обязанность по опровержению сведений, отраженных в указанных доказательствах (статья 65 АПК РФ), на процедуру фальсификации доказательства (статья 161 АПК РФ), что недопустимо.     

Кроме того, суд отмечает, что в силу положений части 1 статьи 64, части 2 статьи 65, статьи 67 АПК РФ не подлежит рассмотрению заявление о фальсификации, если оно подано в отношении доказательств, подложность которых, по мнению суда, не повлияет на исход дела в связи с наличием в материалах дела иных доказательств, позволяющих установить фактические обстоятельства.    

Применительно к указанным положениям суд также отмечает, что оспариваемые истцом фотоснимки не валяют на исход дела (в связи с наличием в материалах дела иных доказательств), о чем указано ниже.   

Заслушав представителей лиц, участвующих в деле, изучив материалы дела, суд установил следующие обстоятельства.   

Как следует из материалов дела, между истцом (поставщик) и ответчиком (заказчик) в соответствии требованиями Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее – Закон № 44-ФЗ) при способе определения поставщика электронный аукцион (протокол подведения итогов электронного аукциона от 17.06.2024 № 08512000006243919) заключен контракт на поставку мягкого инвентаря (пижама) от 28.06.2024 № 0851200000624003919 (далее – контракт).  

Согласно пункту 1.1 контракта, предметом контракта является поставка мягкого инвентаря (пижама) (далее – товар) для нужд заказчика в соответствии с Описанием объекта закупки (приложение № 1 к контракту) и на условиях, предусмотренных контрактом.

Пунктами 1.2, 1.3 контракта установлено, что поставка товара осуществляется поставщиком в соответствии с законодательством Российской Федерации, требованиями иных нормативных правовых актов, регулирующих порядок поставки такого вида товара, устанавливающих требования к качеству такого вида товара, в соответствии с условиями контракта. 

Поставляемый товар должен соответствовать требованиям качества и безопасности товаров в соответствии с действующими стандартами, утвержденными в отношении данного вида товара, что должно подтверждаться соответствующими документами, оформленными в соответствии с законодательством Российской Федерации.  

Цена контракта составляет 1 439 689 руб. 99 коп. (пункт 2.1 контракта). Срок поставки товара – в течение 30 календарных дней с даты заключения контракта (пункт 3.3 контракта).  

Как утверждает истец, во исполнение условий контракта по передаточным актам от 03.09.2024 № 666, от 11.09.2024 № 44, от 23.09.2024 № 45, от 25.09.2024 № 46 общество поставило в адрес ответчика предусмотренный контрактом товар надлежащего качества в необходимом количестве на общую сумму 1 439 689 руб. 99 коп.

Между тем заказчик отказал поставщику в приемке всего поставленного товара, направив в адрес поставщика мотивированные отказы от подписания документов о приемке от 25.09.2024 и от 08.10.2024.   

В качестве оснований для отказа в приемке товара заказчик сослался на недостоверность сведений из реестра о произведенной продукции, а также на недействительный сертификат соответствия продукции, которые были представлены поставщиком комплектом документов вместе с переданным товаром (также размещены в ЕИС вместе с документом о приемке). 

03.10.2024 и 21.10.2024 исходящими письмами № 28 и № 42 поставщик направил в адрес заказчика ответы на мотивированные отказы заказчика от подписания документов о приемке, в которых указал, что отказ от приемки товара со стороны ответчика является незаконным и необоснованным. 

11.10.2024 посредством ЕИС в адрес общества поступило уведомление ответчика о вызове поставщика для совместного осмотра товара и отбора проб от ГБУЗ НСО ГНКПБ № 3

В ответ на уведомление заказчика поставщик письмом от 13.10.2024 № 36 сообщил, что к мотивированному отказу изначально не приложено экспертное заключение, что заключение должно основываться на положениях, дающих возможность проверить обоснованность и достоверность сделанных выводов на базе общепринятых научных, юридических и практических данных, а также указав, что изначально экспертиза (в том числе силами заказчика) должным образом не проводилась.  

В связи с этим, по мнению истца, проводить повторную экспертизу, не предусмотренную для заказчика контрактом, по истечении сроков, установленных для приемки, с подписанным мотивированным отказом являлось нецелесообразным.  

После этого на протяжении октября-декабря 2024 года сторонами велась переписка, предметом которой являлось предъявление учреждением поставщику замечаний к качеству поставленного товара, в том числе со ссылкой на недоказанность его соответствия требованиям качества и безопасности товаросопроводительными документами.         

По итогам данной переписки, ссылаясь на неоднократное нарушение истцом сроков поставки товара, а также отсутствие факта поставки товара, соответствующего необходимым требованиям качества и безопасности, заказчик принял оспариваемое решение об одностороннем отказе от исполнения контракта от 06.12.2024 № 17/2024. 

Полагая, что решение ответчика об одностороннем отказе от исполнения контракта от 06.12.2024 № 17/2024 является незаконным и необоснованным, ООО «Инвест Групп Андеграунд» обратилось в арбитражный суд с рассматриваемым исковым заявлением.

Оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ, арбитражный суд пришел к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения заявленных исковых требований, исходя из следующего.   

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 525 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) поставка товаров для государственных или муниципальных нужд осуществляется на основе государственного или муниципального контракта на поставку товаров для государственных или муниципальных нужд, а также заключаемых в соответствии с ним договоров поставки товаров для государственных или муниципальных нужд (пункт 2 статьи 530). 

К отношениям по поставке товаров для государственных или муниципальных нужд применяются правила о договоре поставки (статьи 506 - 522), если иное не предусмотрено правилами данного Кодекса. 

Положения статьи 33 Закона № 44-ФЗ регламентирует общее правило описания объекта закупки, согласно которому требования или указания, устанавливаемые к данному объекту, не должны повлечь за собой ограничение количества участников закупки.

Включение заказчиком в аукционную документацию требований к закупаемому товару, которые свидетельствуют о его конкретном производителе, в отсутствие специфики использования такого товара является нарушением положений статьи 33 Закона № 44-ФЗ (пункт 2 Обзора судебной практики применения законодательства Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 28.06.2017, далее – Обзор). 

Из указанных положений следует, что выбор конкретной модели поставляемого товара, предложение о поставке которого подается в ходе участия в конкурсной процедуре, осуществляется участником конкурсной процедуры, который являясь добросовестным участником гражданского оборота обязан соотнести свои возможности по надлежащему исполнению контракта в случае признания его победителем закупки. 

При этом ожидаемым интересом заказчика, обусловленным принципом эффективности осуществления закупки (статьи 6, 12 Закона № 44-ФЗ), является заключение объективно исполнимого контракта, то есть достижение заданных результатов обеспечения государственных и муниципальных нужд.

В силу пункта 3 статьи 307 ГК РФ при установлении, исполнении обязательства и после его прекращения стороны обязаны действовать добросовестно, учитывая права и законные интересы друг друга, взаимно оказывая необходимое содействие для достижения цели обязательства, а также предоставляя друг другу необходимую информацию. 

Из указанных положений следует, что выяснение объективной возможности исполнения контракта, в том числе - на стадии участия в конкурсной процедуре, является обязанностью добросовестного участника закупки, вследствие чего заключение контракта, заведомо не возможного к исполнению, не отвечает стандарту добросовестного поведения, установленному гражданским законодательством в его истолковании, данном в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации».

По пункту 1 статьи 523 ГК РФ односторонний отказ от исполнения договора поставки (полностью или частично) или одностороннее его изменение допускаются в случае существенного нарушения договора одной из сторон (абзац четвертый пункта 2 статьи 450 ГК РФ).

В соответствии с частью 2 статьи 34 Закона № 44-ФЗ при заключении и исполнении контракта изменение его условий не допускается, за исключением случаев, предусмотренных настоящей статьей и статьей 95 настоящего Федерального закона.

Следовательно, нарушения, допущенные при исполнении контракта, могут признаваться существенными, влекущими его расторжение по инициативе заказчика (часть 9 статьи 95 Закона № 44-ФЗ).

Согласно пунктам 1, 2 статьи 450.1 ГК РФ, предоставленное настоящим Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором право на односторонний отказ от договора (исполнения договора) (статья 310) может быть осуществлено управомоченной стороной путем уведомления другой стороны об отказе от договора (исполнения договора). Договор прекращается с момента получения данного уведомления, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором.

В случае одностороннего отказа от договора (исполнения договора) полностью или частично, если такой отказ допускается, договор считается расторгнутым или измененным.

В частях 8, 9, 15 статьи 95 Закона № 44-ФЗ предусмотрено, что расторжение контракта допускается по соглашению сторон, по решению суда, в случае одностороннего отказа стороны контракта от исполнения контракта в соответствии с гражданским законодательством. Заказчик вправе принять решение об одностороннем отказе от исполнения контракта по основаниям, предусмотренным ГК РФ для одностороннего отказа от исполнения отдельных видов обязательств, при условии, если это было предусмотрено контрактом.

В пункте 14 Обзора указано, что отсутствие в государственном (муниципальном) контракте упоминания о каком-либо конкретном существенном нарушении обязательств, являющемся основанием для одностороннего отказа, не может свидетельствовать об отсутствии у стороны такого права, если в контракте содержится общее указание на право стороны на односторонний отказ.

Закон № 44-ФЗ указывает лишь на необходимость закрепить в контракте саму возможность его расторжения в одностороннем порядке по правилам гражданского законодательства. При этом основания для принятия заказчиком решения об одностороннем отказе от договора установлены в ГК РФ и подлежат применению. Неуказание в контракте какого-либо конкретного существенного нарушения обязательства, являющегося основанием для заявления одностороннего отказа, не говорит об отсутствии у стороны такого права при наличии соответствующего основания в ГК РФ.

Целью отказа от исполнения контракта, в том числе, является предоставление стороне возможности выйти из правоотношения, обязательства по которому исполняются его контрагентом ненадлежащим образом.

Пунктом 9.3 спорного контракта предусмотрено, что его расторжение допускается по соглашению сторон, по решению суда или в связи с односторонним отказом стороны контракта от исполнения контракта в соответствии с гражданским законодательством.

В рассматриваемой ситуации отказ учреждения от исполнения контракта мотивирован неоднократным нарушением поставщиком сроков поставки товара, а также непредставлением поставщиком товаросопроводительных документов, достоверно подтверждающих надлежащее качество и безопасность поставленного товара.    

Так, одним из доводов учреждения, указывающего на обоснованность принятого решения об одностороннем отказе от исполнения контракта, является факт приостановления действия предоставленного поставщиком Сертификата соответствия поставляемой продукции требованиям технического регламента Евразийского экономического союза за номером ЕАЭС RU С-RU.НЕ16.В.01429/22 от 15.04.2022 со сроком действия по 14.04.2027, начиная с 14.04.2023.    

Оценивая указанный аргумент учреждения, суд исходит из следующего.

Согласно пункту 1.2. контракта, поставка товара осуществляется поставщиком в соответствии с законодательством Российской Федерации, требованиями иных нормативных правовых актов, регулирующих порядок поставки такого вида товара, устанавливающих требования к качеству такого вида товара, в соответствии с условиями контракта.

Поставляемый товар должен соответствовать требованиям качества и безопасности товаров в соответствии с действующими стандартами, утвержденными в отношении данного вида товара, что должно подтверждаться соответствующими документами, оформленными в соответствии с законодательством Российской Федерации.

В силу пункта 3.5 контракта в день поставки поставщик одновременно с товаром должен передать заказчику: документы, подтверждающие качество товара в соответствии с законодательством Российской Федерации (сертификат (паспорт) качества производителя, технический паспорт, гарантийный талон, оформленный на Заказчика, инструкция по эксплуатации и др.).

В случае отсутствия вышеназванных документов заказчику предоставлено право отказаться от приемки товара и товар будет считаться не поставленным. 

Как следует из материалов дела, при проведении аукциона на поставку спорного товара (индивидуальный код закупки: 242540712031854070100102280011414244) в составе своей заявки в качестве документа, подтверждающего качество поставляемого товара в соответствии с законодательством Российской Федерации истец представил Сертификат соответствия поставляемой продукции требованиям технического регламента Евразийского экономического союза № ЕАЭС RU С-RU.НЕ16.В.01429/22 от 15.04.2022 со сроком действия: с 15.04.2022 по 14.04.2027 включительно; заявитель: ООО «Инвест Групп Андеграунд».      

Таким образом, в качестве доказательства, подтверждающего надлежащее качество спорного товара, его безопасность и соответствие требованиям технического регламента Евразийского экономического союза, при подаче заявки на участие в электронном аукционе ООО «Инвест Групп Андеграунд» был заявлен и комиссией по осуществлению закупок при подведении итогов был принят сертификат соответствия № ЕАЭС RU C-RU.HE16.B.01429/22, выданный обществу.   

Между тем, как следует из представленных доказательств и по существу не оспаривается истцом, еще с 14.04.2023 и вплоть до настоящего времени (то есть и на момент участия в спорном аукционе и на момент передачи товара в адрес ответчика) сертификат соответствия, выданный истцу, был приостановлен органом сертификации.           

В целях уточнения вопроса о статусе сертификата истца при приёмке спорного товара ответчиком был направлен запрос в уполномоченный орган по сертификации, выдававший обществу вышеуказанный сертификат, в ответ на который получен ответ (представлен в материалы дела 11.03.2025) о том, что в соответствии с пунктом 4.8 статьи 11 Технического Регламента Таможенного Союза TP ТС 017/2011 «О безопасности легкой промышленности», орган сертификации проводит инспекционный контроль за сертифицированной продукцией легкой промышленности посредством проведения испытаний образцов в аккредитованной испытательной лаборатории и (или) анализа состояния производства. Периодичность контроля – 1 раз в год.     

Как указано органом по сертификации, в нарушение вышеуказанного порядка держатель сертификата (истец) не прошел инспекционный контроль в установленный срок, что явилось основанием для принятия решения о приостановлении действия сертификата соответствия № ЕАЭС RU C-RU.HE16.B.01429/22, выданного истцу.

В ходе рассмотрения дела то обстоятельство, что в отношении поставленной продукции начиная с 14.04.2023 и вплоть до настоящего времени ООО «Инвест Групп Андеграунд» не осуществляло прохождения инспекционного контроля посредством проведения испытаний образцов, истцом не оспаривалось.    

При таких обстоятельствах, учитывая, что в силу пункта 3.5 контракта в день поставки поставщик одновременно с товаром должен передать заказчику: документы, подтверждающие качество товара в соответствии с законодательством Российской Федерации, принимая во внимание, что в качестве такого доказательство поставщиком был заявлен и комиссией по осуществлению закупок был принят сертификат соответствия № ЕАЭС RU C-RU.HE16.B.01429/22, действие которого приставлено органом по сертификации по причине не прохождения держателем сертификата инспекционного контроля, арбитражный суд полагает, что у ответчика имелись достаточные правовые основания для отказа от принятия спорного товара по причине недоказанности того, что данный товар отвечает заявленным стандартам качества и безопасности.      

При этом суд также учитывает, что приостановление срока действия сертификата не носило чрезвычайный характер, а потому подлежало учету обществом при подаче заявки на участие в конкурсной процедуре.   

Ожидаемым интересом заказчика является приобретение товара, объективно возможного к эксплуатации, в том числе – имеющего необходимые сертификаты, а такжеобъективно соответствующим необходимым стандартам качества и безопасности. 

В связи с этим, добровольно принимая на себя обязательство по поставке товара, качество которого подтверждается сертификатом соответствия, выданным уполномоченным органом и указанным в заявке и соответствующего требованиям конкурсной документации, истец должен был учитывать обстоятельства действительности заявляемого сертификата, выданного на товар, а также предпринять действия направленные на их соблюдение (например, путем прохождения инспекционного контроля к моменту передачи товара в адрес заказчика).       

Следовательно, имея возможность исполнить обязательства по передаче товара надлежащим образом до истечения срока поставки товара, истец не принял к этому достаточных мер, при том, что неустранение замечаний к оформлению передаточной документации является существенным для ответчика как для бюджетного учреждения.  

Аргументы истца со ссылкой на то, что в соответствии с информацией, размещенной органом по сертификации, срок приостановления действия сертификата был установлен до 12.05.2023, в связи с чем по правилам статьи 190 ГК РФ по истечении установленного срока приостановление действия данного сертификата прекратилось, признается судом несостоятельным, поскольку, как установлено выше, причиной приостановления действия сертификата истца явилось непрохождение обществом периодичности инспекционного контроля производимой продукции.     

В связи с этим, учитывая, что истец не оспаривает тот факт, что после приостановления срока действия сертификата он более не проходил инспекционный контроль производимой продукции, нет никаких оснований для вывода о том, что обстоятельства, на основании которых действие сертификата было приостановлено, отпали, и поставляемая продукция вновь достоверно соответствует необходимым стандартам качества и безопасности.  

Довод истца о том, что в ответ на поступившее замечание обществом было направлено в адрес учреждения гарантийное письмо от 17.10.2024 № 44, в соответствии с которым поставщик принял на себя обязательство по гарантийному обслуживанию товара, поставленного по контракту, также отклоняется судом, поскольку то обстоятельство, что поставщик гарантировал произвести гарантийное обслуживание поставленного товара, то есть устранить недостатки товара при их выявлении, не освобождает поставщика от обязанности подтвердить качество поставляемой продукции, а также её безопасность на этапе приёмки товара заказчиком.      

Кроме того, как установлено выше, в составе заявки на участие в спорной закупке в качестве доказательства, подтверждающего качество поставляемого товара в соответствии с законодательством Российской Федерации (пункт 3.5 контракта) истец заявил и комиссией по осуществлению закупок был принят именно сертификат соответствия № ЕАЭС RU C-RU.HE16.B.01429/22.  

Утверждение истца о том, что лица, подписавшие от имени ответчика мотивированные отказы от подписания документов о приемке, не обладали такими полномочиями, отклоняется судом, поскольку опровергается материалами дела, в частности, приказами и доверенностями, представленными учреждением.  

С учётом вышеизложенного, арбитражный суд полагает, что связи с ненадлежащим исполнением контракта истцом в установленные сроки у ответчика возникло предусмотренное пунктом 9.3 контракта право на односторонний отказ от его исполнения.   

Учитывая данное обстоятельство, правовых оснований для признания недействительным решения учреждения об одностороннем отказе от исполнения контракта от 06.12.2024 № 17/2024 и взыскания с ответчика стоимости поставленного товара в сумме 1 439 689 руб. 99 коп. не имеется, а потому заявленные исковые требования подлежат отказу в удовлетворении.   

В силу пункта 2 статьи 453 ГК РФ в случае расторжения договора обязательства сторон прекращаются, если иное не предусмотрено законом, договором или не вытекает из существа обязательства. 

Следовательно, рассматривая спор о расторжении договора поставки, по которому поставщик передал в собственность покупателя определенное имущество и не получил встречное предоставление, суд должен одновременно рассмотреть вопрос о возврате продавцу переданного покупателю имущества, поскольку сохранение этого имущества без предоставления встречного исполнения означало бы нарушение согласованной сторонами эквивалентности встречных предоставлений.  

Последнее означает, что при расторжении договора поставки суд должен урегулировать вопрос о возврате товара независимо от предъявления продавцом соответствующего требования. 

Указанная правовая позиция приведена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 18.08.2020 № 309-ЭС20-9064 по делу № А76-4808/2019.

В настоящем случае из материалов дела следует и сторонами не оспаривается, что вопрос возврата товара, от принятия которого учреждение обоснованно отказалось, но продолжает хранить на своём складе, не разрешен, в связи с чем данный вопрос подлежит урегулированию на стадии рассмотрения дела судом путем возложения на учреждение обязанности в течение двадцати рабочих дней со дня вступления настоящего решения в законную силу возвратить истцу по передаточному акту товар (пижамы), переданный по документам о приёмке от 03.09.2024 № 666, от 11.09.2024 № 44, от 23.09.2024 № 45, от 25.09.2024 № 46 к контракту на поставку мягкого инвентаря (пижама) от 28.06.2024 № 0851200000624003919.           

В соответствии со статьей 110 АПК РФ судебные расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение искового заявления относятся судом на истца в связи с отказом в удовлетворении заявленных исковых требований.

При этом, поскольку истцу предоставлена отсрочка по уплате государственной пошлины за рассмотрение иска, то 118 191 руб. государственной пошлины подлежит взысканию с истца в доход федерального бюджета.    

На основании изложенного и руководствуясь статьями 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд 

РЕШИЛ:

в удовлетворении заявленных исковых требований отказать.  

Обязать государственное бюджетное учреждение здравоохранения Новосибирской области «Государственная Новосибирская клиническая психиатрическая больница № 3» (ОГРН 

<

***>) в течение двадцати рабочих дней со дня вступления настоящего решения в законную силу возвратить обществу с ограниченной ответственностью «Инвест Групп Андеграунд» (ОГРН 

<

***>) по передаточному акту товар (пижамы), переданный по документам о приёмке: от 03.09.2024 № 666 (пижама в общем количестве 420 штук); от 11.09.2024 № 44 (пижама в общем количестве 540 штук), от 23.09.2024 № 45 (пижама в общем количестве 400 штук), от 25.09.2024 № 46 (пижама в общем количестве 686 штук) в рамках исполнения контракта на поставку мягкого инвентаря (пижама) от 28.06.2024 № 0851200000624003919.         

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Инвест Групп Андеграунд» (ОГРН 

<

***>) в доход федерального бюджета 118 191 руб. государственной пошлины за рассмотрение иска. 

Решение, не вступившее в законную силу, может быть обжаловано в течение месяца после его принятия в Седьмой арбитражный апелляционный суд.

Решение может быть обжаловано в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа при условии, если оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.  

Жалобы подаются через Арбитражный суд Новосибирской области.

 Судья М.Ю. Кирюхин