ДЕВЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

15.01.2024 года                                                            дело № А35-4374/2022

г. Воронеж                                                                                                            

 

Резолютивная часть постановления объявлена 12.01.2024 года

Постановление в полном объеме изготовлено  15.01.2024 года

 

Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

 

председательствующего судьи                                        Безбородова Е.А.

судей                                                                                   Ботвинникова В.В.

                                                                                             Мокроусовой Л.М.

 

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

 

при участии:

 

от финансового управляющего ФИО2 ФИО3: представитель не явился, извещен надлежащим образом,

от иных лиц, участвующих в деле: представители не явились, извещены надлежащим образом,

 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу финансового управляющего ФИО2 ФИО3 на определение Арбитражного суда Курской области от 16.10.2023 по делу №А35-4374/2022 по заявлению финансового управляющего ФИО3 о признании недействительной сделки должника, применении последствий ее недействительности в рамках дела, рассматриваемого по заявлению ФИО2 (ИНН 

<

***>) о признании ее несостоятельной (банкротом), 

 

 

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда Курской области от 28.06.2022 принято к производству заявление ФИО2 о признании ее несостоятельным (банкротом), возбуждено производство по делу.

Определением Арбитражного суда Курской области от 11.08.2022 в отношении ФИО2 введена процедура процедуру реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО4

Решением Арбитражного суда Курской области от 01.02.2023 в отношении ФИО2 введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утверждена ФИО4

Определением от 06.03.2023 года арбитражный управляющий ФИО4 освобожден от исполнения обязанностей финансового управляющего ФИО2.

Определением суда от 22.03.2023 года финансовым управляющим ФИО2 утвержден арбитражный управляющий ФИО3.

18.07.2023 финансовый управляющий ФИО3 обратился в арбитражный суд с заявлением об оспаривании сделки по отчуждению транспортного средства Мерседес Бенц 320, 2000 года выпуска, г/н 

<

***> заключенную между должником ФИО2 с гражданином ФИО5, и просил применить к вышеуказанной сделке последствия недействительности в виде возврата имущества в конкурсную массу.

Определением Арбитражного суда Курской области от 16.10.2023 в удовлетворении заявления финансового управляющего ФИО3 о признании недействительным договора купли-продажи от 25.01.2014, заключенного между ФИО2 и ФИО5, применении последствий недействительности сделки отказано.

Не согласившись с данным определением, финансовый управляющий ФИО2 ФИО3 обратился в Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции отменить.

На основании статей 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации апелляционная жалоба рассматривалась в отсутствие неявившихся лиц, извещенных о времени и месте судебного разбирательства надлежащим образом.

Изучив материалы дела и доводы апелляционной жалобы, арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта. При этом суд апелляционной инстанции исходит из следующего.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, между ФИО2 (продавец, должник) и ФИО5 (покупатель, ответчик) был заключен договор купли-продажи от 25.01.2014, по условиям которого продавец обязался передать, а покупатель принять и оплатить транспортное средство Мерседес Бенц 320, 2000 года выпуска, г/н 

<

***> (л.д.12).

Стоимость транспортного средства составила 40 000 руб.

Полагая, что указанная сделка привела к причинению вреда имущественным правам кредиторов должника, совершена при злоупотреблении правом сторонами, финансовый управляющий просил признать ее недействительной на основании статьи 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Принимая обжалуемый судебный акт, арбитражный суд первой инстанции правомерно исходил из следующего. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» дела о банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными настоящим Федеральным законом.

В соответствии со статьей 213.32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

Право на подачу заявления об оспаривании сделки должника-гражданина по указанным в статье 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона основаниям возникает с даты введения реструктуризации долгов гражданина.

В силу пункта 1 статьи 61.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Правила настоящей главы могут применяться к оспариванию действий, направленных на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации (пункт 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве).

В рассматриваемом случае, заявление о признании должника банкротом принято определением от 28.06.2022, оспариваемый договор заключен 25.01.2014, то есть за пределами сроков подозрительности, установленных пунктами 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а потому указанная сделка не может быть оспорена по правилам главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

Вместе с тем, согласно разъяснениям, данным в пункте 4 Постановления ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

Статья 10 ГК РФ предусматривает, что не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

Исходя из анализа указанной нормы права, под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам.

Злоупотребление правом при совершении сделки является нарушением запрета, установленного в статье 10 ГК РФ, в связи с чем, такая сделка подлежит признанию недействительной на основании статей 10 и 168 ГК РФ.

В силу правовой позиции, изложенной в пункте 7 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 ГК РФ).

Для признания сделки недействительной по причине злоупотребления правом обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения спора и подлежащими установлению, являются наличие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок; наличие или возможность негативных правовых последствий для прав и законных интересов иных лиц; наличие у стороны по сделке иных обязательств, исполнению которых совершение сделки создает или создаст в будущем препятствия.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается в том числе, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

При оценке доводов о пороках сделки суд не должен ограничиваться проверкой соответствия документов, установленным законом формальным требованиям. Необходимо принимать во внимание и иные доказательства, в том числе об экономических, физических, организационных возможностях кредитора или должника осуществить спорную сделку. Формальное составление документов об исполнении сделки не исключает ее мнимость (пункт 86 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Бремя опровержения доводов о фиктивности сделки лежит на лицах, ее заключивших, поскольку в рамках спорного правоотношения они объективно обладают большим объемом информации и доказательств, чем другие лица, участвующие в деле. Предоставление дополнительного обоснования не составляет для них какой-либо сложности.

В обоснование заявленных требований финансовый управляющий указал, что оспариваемая сделка привела к уменьшению активов должника, причинению вреда имущественным правам кредиторов.

Между тем, как правомерно установлено судом первой инстанции,  финансовым управляющим не учтено следующее.

Правонарушение, заключающееся в необоснованном принятии должником дополнительных долговых обязательств и (или) в необоснованной передаче им имущества другому лицу, причиняющее ущерб конкурсной массе и, как следствие, наносящее вред имущественным правам кредиторов должника, является основанием для признания соответствующих сделок недействительными по специальным правилам, предусмотренным статьей 61.2 Закона о банкротстве.

Вопрос о допустимости оспаривания таких сделок на основании статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации неоднократно рассматривался Президиумом  Высшего   Арбитражного   Суда  Российской   Федерации   и   Судебной коллегией по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11, определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 28.04.2016 №N 306-ЭС15-20034, от 29.04.2016 № 304-ЭС15-20061, от 31.08.2017 № 305-ЭС17-4886, от 24.10.2017 № 305-ЭС17-4886(1), от 17.12.2018 № 309-ЭС18-14765, от 06.03.2019 № 305-ЭС18-22069, от 09.03.2021 № 307-ЭС19-20020(8,10), от 09.03.2021 № 307-ЭС19-20020(9), от 21.10.2021 № 305-ЭС18-18386(3) и др.). Согласно сложившейся судебной практике применение статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации возможно лишь в том случае, когда речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов подозрительных сделок.

Закрепленные в статье 61.2 Закона о банкротстве положения о недействительности сделок, направленные на пресечение возможности извлечения преимуществ из недобросовестного поведения, причиняющего вред кредиторам должника, обладают приоритетом над нормами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации исходя из общеправового принципа «специальный закон вытесняет общий закон», определяющего критерий выбора в случае конкуренции общей и специальной норм, регулирующих одни и те же общественные отношения.

При этом сделки, указанные в статье 61.2 Закона о банкротстве, являются оспоримыми и на них распространяется годичный срок исковой давности, установленный пунктом 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11 особо обращено внимание на недопустимость квалификации сделок с предпочтением или подозрительных сделок как ничтожных в целях обхода правил о сроке исковой давности по оспоримым сделкам.

Баланс интересов должника, контрагента по сделке, кредиторов, а также стабильность гражданского оборота достигаются определением критериев подозрительности сделки и установлением ретроспективного периода глубины ее проверки, составляющего в данном случае три года, предшествовавших дате принятия заявления о признании должника банкротом.

Сам по себе факт заключения сделки до начала течения периода подозрительности, исключающий возможность ее оспаривания по правилам статьи 61.2 Закона о банкротстве, не является достаточным основанием для квалификации возникших отношений как ничтожных.

Положения статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации могут быть применены только к сделкам, совершенным с пороками, выходящими за пределы дефектов подозрительных сделок.

Пунктом 3 статьи 1 ГК РФ установлено, что при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

Согласно пункту 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (пункт 2 названной статьи).

При этом пунктом 5 названной статьи установлено, что добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

Из содержания статьи 10 ГК РФ следует, что под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лица, управомоченного по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам или создающее условия для наступления вреда.

Указанная норма закрепляет принцип недопустимости (недозволенности) злоупотребления правом и определяет общие границы (пределы) гражданских прав и обязанностей. Суть этого принципа заключается в том, что каждый субъект гражданских правоотношений волен свободно осуществлять права в своих интересах, но не должен при этом нарушать права и интересы других лиц. Действия в пределах предоставленных прав, но причиняющие вред другим лицам, являются в силу данного принципа недозволенными (неправомерными) и признаются злоупотреблением правом.

Для констатации ничтожности сделки по указанному основанию помимо злоупотребления правом со стороны должника необходимо также установить факт соучастия либо осведомленности другой стороны сделки о противоправных целях должника.

При этом осведомленность контрагента должника может носить реальный характер (контрагент точно знал о злоупотреблении) или быть презюмируемой (контрагент должен был знать о злоупотреблении, действуя добросовестно и разумно (в том числе случаи, если контрагент является заинтересованным лицом).

Согласно абз. 3 пункта 1 Постановления Пленума № 25, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу п. 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Как было указано ранее, в рассматриваемом случае в обоснование вывода о недействительности оспариваемой сделки финансовый управляющий указал на то, что этот договор, совершенный за пределами трех лет до возбуждения дела о банкротстве, привел к причинению вреда имущественным правам кредиторов должника.

Вместе с тем, в данном случае обстоятельства, приведенные финансовым управляющим, в полной мере укладываются в диспозицию пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве как специального средства противодействия недобросовестным действиям в преддверии банкротства, нарушающим права кредиторов.

Какие-либо обстоятельства, кроме указанных выше, которые бы выходили за пределы дефектов подозрительных сделок, финансовым управляющим не раскрыты.

При этом из материалов дела следует, что спорный договор заключен более чем за восемь лет до даты возбуждения дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО2, что подтверждается копией договора купли-продажи, представленной органами ГИБДД на запрос суда (л.д.27-30).

Как правомерно установлено судом первой инстанции, сам по себе факт того, что спорный автомобиль был перерегистрирован за новым собственником лишь в 2023 году не имеет правового значения, поскольку в силу статей 223, 224, 433, 456, 458 Гражданского кодекса Российской Федерации договор купли-продажи автомобиля считается заключенным с момента его передачи (вручения) покупателю, для чего не требуется ни письменной формы, ни государственной регистрации автомобиля. Факт учета транспортного средства за новым собственником в органах ГИБДД не имеет отношения к переходу права собственности.

Регистрация транспортных средств в органах ГИБДД МВД РФ носит исключительно информационный (учетный) характер и не подтверждает возникновение, переход или прекращение вещных прав на них.

Согласно пункту 6 Постановления Правительства РФ от 21.12.2019 № 1764 «О государственной регистрации транспортных средств в регистрационных подразделениях Государственной инспекции безопасности дорожного движения Министерства внутренних дел Российской Федерации» (вместе с «Правилами государственной регистрации транспортных средств в регистрационных подразделениях Государственной инспекции безопасности дорожного движения Министерства внутренних дел Российской Федерации») регистрационные действия совершаются на основании заявления владельца транспортного средства или его представителя о совершении регистрационных действий, а также в случаях, установленных Федеральным законом «О государственной регистрации транспортных средств в Российской Федерации и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», - по инициативе регистрационного подразделения.

Таким образом, постановка на учет осуществляется исключительно вследствие волеизъявления фактического владельца транспортного средства.

Судом первой инстанции правомерно установлено, что по состоянию на дату заключения спорного договора, дату передачи спорного транспортного средства (25.01.2014г., л.д.29,30) у ФИО2 не имелись неисполненные обязательства перед кредиторами.

При изложенных обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу об отсутствии правовых оснований для признания сделки недействительной (ничтожной) на основании статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Также отсутствуют основания для признания спорного договора мнимым (статьи 170 ГК РФ), при этом, из представленной в материалы дела копии акта приема-передачи (л.д.30), следует, что ФИО2 получила от ФИО5 денежные средства за спорный автомобиль в полном объеме.

Доводы заявителя апелляционной жалобы о несогласии с вышеуказанными выводами суда первой инстанции подлежат отклонению, поскольку не опровергают законных и обоснованных выводов суда первой инстанции, сделанных на основании надлежащей оценки представленных в материалы дела доказательств, при правильном применении норм права.

В соответствии с частью 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, исходя из результатов рассмотрения обособленного спора, расходы по уплате государственной пошлины правомерно отнесены на должника.

Убедительных доводов, основанных на доказательствах и позволяющих отменить обжалуемый судебный акт, апелляционная жалоба не содержит, в связи с чем, удовлетворению не подлежит.

Нормы процессуального права, являющиеся в соответствии с частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основанием для отмены судебного акта арбитражного суда первой инстанции в любом случае, судом первой инстанции не нарушены.

Руководствуясь пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Курской области от 16.10.2023 по делу №А35-4374/2022 оставить без изменения, а апелляционную жалобу без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Арбитражный суд Центрального округа в срок, не превышающий месяца со дня вступления в законную силу, через арбитражный суд первой инстанции согласно части 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий судья                                       Е.А. Безбородов

 

Судьи                                                                                В.В. Ботвинников 

 

                                                                                           Л.М. Мокроусова