ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Москва

22.05.2024                                                                                 Дело № А41-78842/2015

Резолютивная часть постановления объявлена 07.05.2024

Полный текст постановления изготовлен 22.05.2024

Арбитражный суд Московского округа

в составе: председательствующего-судьи Паньковой Н.М.,

судей: Голобородько В.Я., Калининой Н.С.,

при участии в заседании:

от ФИО1 – ФИО2, (доверенность от 12.10.2021),

от конкурсного управляющего должника – ФИО3, (доверенность от 08.12.2023),

рассмотрев в судебном заседании

кассационную жалобу конкурсного управляющего ООО «ОЛТЭР»

на определение Арбитражного суда Московской области от 27.10.2023,

постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 15.02.2024

по заявлению конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО4, ФИО1, ФИО5, ФИО6 и ФИО7,

в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) ООО «ОЛТЭР»,

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда Московской области от 14.11.2019 ООО «ОЛТЭР» признано несостоятельным (банкротом) с открытием конкурсного производства, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО8

В Арбитражный суд Московской области 23.06.2021 поступило заявление конкурсного управляющего должника о привлечении ФИО4, ФИО1, ФИО5, ФИО6 и ФИО7 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Определением Арбитражного суда Московской области от 27.10.2023, оставленным без изменения постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 15.02.2024, к субсидиарной ответственности по обязательствам должника привлечены ФИО5 и ФИО7

Не согласившись с принятыми судебными актами, конкурсный управляющий должника обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить определение Арбитражного суда Московской области от 27.10.2023 и постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 15.02.2024 в части отказа в привлечении к субсидиарной ответственности ФИО4 и ФИО1, и направить обособленный спор в указанной части на новое рассмотрение в суд первой инстанции, в связи с нарушением норм материального и процессуального права, несоответствием выводов судов фактическим обстоятельствам дела.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте Верховного суда Российской Федерации http://kad.arbitr.ru.

Судебные акты судов нижестоящих инстанций подлежат проверке судом кассационной инстанции только в обжалуемой части в пределах доводов кассационной жалобы согласно положениям статьи 286 АПК РФ.

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего должника на доводах кассационной жалобы настаивала, просила обжалуемые судебные акты отменить, кассационную жалобу удовлетворить.

Представитель ФИО1 в судебном заседании возражал против удовлетворения кассационной жалобы, просил обжалуемые судебные акты оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Иные участвующие в деле лица, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что согласно части 3 статьи 284 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения кассационной жалобы в их отсутствие.

В материалы дела от ФИО1 поступил письменный отзыв на кассационную жалобу, в котором указано на отсутствие оснований для удовлетворения кассационной жалобы.

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, заслушав представителей лиц, явившихся в судебное заседание, проверив в порядке статей 286, 287, 288 АПК РФ правильность применения судами норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам, судебная коллегия суда кассационной инстанции не находит оснований для отмены обжалуемых судебных актов по доводам кассационной жалобы, в силу следующего.

Согласно статье 223 АПК РФ, статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее – Закон № 266) Закон о банкротстве дополнен главой III.2 «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве».

Согласно пункту 3 статьи 4 Закона № 266 рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона).

По смыслу пункта 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 г. № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», положения Закона о банкротстве в редакции Закона № 266 о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Закона № 266.

Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона № 266, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона № 266, независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.

Однако предусмотренные Законом о банкротстве в редакции Закона № 266 процессуальные нормы о порядке рассмотрения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности подлежат применению судами после 01.07.2017 независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве.

В статье 2 Закона о банкротстве в редакции Закона № 134 установлено, что контролирующее должника лицо - лицо, имеющее либо имевшее в течение менее чем два года до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом (в частности, контролирующим должника лицом могут быть признаны члены ликвидационной комиссии, лицо, которое в силу полномочия, основанного на доверенности, нормативном правовом акте, специального полномочия могло совершать сделки от имени должника, лицо, которое имело право распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, руководитель должника).

Исходя из толкования данного пункта, перечень критериев для определения лица, как контролирующего, не является исчерпывающим.

В соответствии с пунктом 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, в том числе возможность давать указания лицам, названным в пунктах 1 и 2 настоящей статьи, обязано действовать в интересах юридического лица разумно и добросовестно и несет ответственность за убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Следовательно, контролирующим должника лицом, согласно данным нормам, могли быть не только официальные лица, но и конечные бенефициары, фактически принимавшие решения.

В пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53) разъяснено, что осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.). Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника.

Если сделки, изменившие экономическую и (или) юридическую судьбу должника, заключены под влиянием лица, определившего существенные условия этих сделок, такое лицо подлежит признанию контролирующим должника.

К субсидиарной ответственности может быть привлечен конечный бенефициар, не имеющий соответствующих формальных полномочий, не заинтересованный в раскрытии своего статуса контролирующего лица. Наоборот, он обычно скрывает наличие возможности оказания влияния на должника. Его отношения с подконтрольным обществом не регламентированы какими-либо нормативными или локальными актами, которые бы устанавливали соответствующие правила, стандарты поведения (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 15.02.2018 № 302-ЭС14-1472 (4,5,7)).

В абзацах 3 и 4 пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 25) разъяснено, что отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ).

По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Таким образом, отсутствие вины доказывается лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности.

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника.

Размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

Размер ответственности контролирующего должника лица подлежит соответствующему уменьшению, если им будет доказано, что размер вреда, причиненного имущественным правам кредиторов по вине этого лица, существенно меньше размера требований, подлежащих удовлетворению за счет этого лица.

Возможность привлечения лиц, названных в пункте 2 статьи 10 Закона о банкротстве, к субсидиарной ответственности по указанным в данной норме основаниям возникает при наличии совокупности следующих условий:

возникновение одного из перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве обстоятельств;

неподача указанными в пункте 2 статьи 10 Закона о банкротстве лицами заявления о банкротстве должника в течение месяца с даты возникновения соответствующего обстоятельства;

возникновение обязательств должника, по которым указанные лица привлекаются к субсидиарной ответственности, после истечения срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве;

вина, указанных в пункте 2 статьи 10 Закона о банкротстве, лиц в неподаче заявления о банкротстве должника.

В пункте 9 Постановления № 53 разъяснено, что обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Как верно указано судами, поскольку период, когда имели место обстоятельства, вменяемые отвечающим по заявлению лицам, имели место до введения в действие вышеуказанных изменений Закона о банкротстве, их ответственность при рассмотрении настоящего спора регулируется положениями статей 9, 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ, несмотря на то, что статья 10 Закона о банкротстве с 30.07.2017 утратила силу.

С учетом изложенного, с точки зрения рассмотрения вопроса о субсидиарной ответственности имел значение двухлетний срок контроля общества до момента возбуждения дела о банкротстве, то есть в период с 21.10.2013.

Как следует из материалов дела и установлено судами, в качестве контролирующих должника лиц конкурсным управляющим были указаны:

ФИО4, генеральный директор с 24.12.2010 по 19.03.2013;

ФИО6, участник с долей в размере 100% в период с 15.07.2010 по 26.06.2013 и с долей в размере 99% в период с 27.06.2013 по 21.08.2014;

ФИО5, генеральный директор с 20.03.2013 по 06.10.2013 и с 09.07.2014 по 08.10.2019, участник с долей в размере 99% в период с 21.08.2014 по 21.10.2014 и участник с долей в размере 100% в период с 22.10.2014 по настоящее время;

ФИО1, генеральный директор с 07.10.2013 по 09.07.2014;

ФИО7, конечный бенефициар должника.

Отказывая в удовлетворении требования конкурсного управляющего в отношении ФИО4 судами установлено и принято во внимание то,  что полномочия ФИО4, как генерального директора должника, прекращены за рамками периода контроля, указанного в статье 2 Закона о банкротстве, каких-либо доказательств, подтверждающих наличие контроля у него над должником в период с 21.10.2013, а также совершения им каких-либо действий, направленных на затягивание возбуждения дела о несостоятельности должника, искусственному увеличению этого периода с целью ухода от субсидиарной ответственности, конкурсным управляющим в материалы не представлено.

Суды пришли к выводу, что в период своей деятельности  поведение ФИО4  было разумным поведением руководителя должника, отвечающего за строительство крупного жилого комплекса в центре Москвы. При этом отмечено, что тот факт, что должник с 2010 года стал допускать просрочки исполнения обязательств перед кредиторами, с учетом указанных обстоятельств, не должно было являться основанием для немедленной подачи руководителем должника заявления о несостоятельности (банкротстве) общества.

Кроме того, суды приняли во внимание выводы экспертного заключения, согласно которому признаки объективного банкротства у должника возникли в конце 2014 года начале 2015 года, а датой объективного банкротства являлось 21.01.2015. Установленный факт неплатежеспособности должника с 2010 года, не свидетельствует о наличии признаков объективного банкротства.

При таких обстоятельствах суды пришли к верному выводу об отсутствии оснований для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Отказывая в удовлетворении требования о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, судами первой и апелляционной инстанций установлено и принято во внимание то, что ФИО1 был привлечен к управлению должником в качестве антикризисного управляющего в связи с возбуждением в отношении общества первого дела о несостоятельности (банкротстве). При этом им, в связи с необходимостью финансирования строительства были заключены договоры, в рамках которых в общество поступили реальные денежные средства.  

Оценив  деятельность ФИО1  на должности генерального директора, суды пришли к выводу, что своими действиями он не мог довести должника до банкротства, так как на дату начала его руководства в отношении должника уже была возбуждена процедура банкротства, напротив его действия привели к ее прекращению, то есть объективно являлись добросовестными и обоснованными, соответствующими обычной практике управления компанией в условиях возбужденной процедуры банкротства. Доказательств совершения ФИО1 действий по уменьшению имущества должника, необоснованному увеличению обязательств должника, конкурсным управляющим должника не представлено. В период руководства ФИО1 имущество должника и потенциальная конкурсная масса не только не уменьшились, а наоборот увеличились, в том числе за счет возврата сумм займа и выплаты процентов по договорам займа.

С учетом изложенного суды пришли к обоснованному выводу об отсутствии оснований для привлечения ФИО1  к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

По результатам кассационного рассмотрения суд округа пришел к выводу о том, что суды обеих инстанций, исследовав и оценив все представленные сторонами доказательства, а также доводы и возражения участвующих в деле лиц, руководствуясь положениями действующего законодательства, с достаточной полнотой выяснили имеющие существенное значение для дела обстоятельства.

Доводы кассатора были предметом проверки судов первой и  апелляционной инстанции и им дана надлежащая оценка в связи с чем не могут служить основанием для отмены обжалуемых судебных актов.

Иная оценка заявителем кассационной жалобы установленных судом фактических обстоятельств дела и толкование положений закона не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки.

Нарушений норм материального и процессуального права, являющихся основаниями для отмены обжалуемых судебных актов в соответствии со статьей 288 АПК РФ, судом кассационной инстанции не установлено, в связи с чем кассационная жалоба удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь статьями 284, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Московского округа

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Московской области от 27.10.2023, постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 15.02.2024 по делу №А41-78842/2015 в обжалуемой части оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий-судья                                                           Н.М. Панькова

 

Судьи:                                                                                                       В.Я. Голобородько

 

                                                                                                                    Н.С. Калинина