ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-58581/2019

18 июля 2023 года

г. Санкт-Петербург

/сд.4

Резолютивная часть постановления объявлена     03 июля 2023 года

Постановление изготовлено в полном объеме  18 июля 2023 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  Серебровой А.Ю.

судей  Будариной Е.В., Морозовой Н.А.

при ведении протокола судебного заседания:  секретарем ФИО1 

при участии:  

от АО «Строительное управление №308» - представитель ФИО2 (по доверенности от 23.12.2022),

 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы (регистрационный номер  13АП-13553/2023, 13АП-13555/2023)  временного управляющего акционерного общества «Строительное управление №308» ФИО3 и акционерного общества «Строительное управление №308»

на определение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 27.03.2023 по делу № А56-58581/2019/сд.4 (судья  Мороз А.В.), принятое 

по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Иннолайн» ФИО4 о признании сделки недействительной и применении последствий ее недействительности по делу о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Иннолайн»

ответчик: акционерное общество «Строительное управление №308» 

 

об удовлетворении заявления,

установил:

определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 07.08.2019 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Иннолайн», адрес: 191002, Санкт-Петербург, ул. Марата, д. 47-49, лит. А, пом. 26Н, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее – Общество, должник). Определением суда от 06.11.2019 в отношении Общества введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО5. 

Решением суда от 10.09.2020 Общество признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО4. 

Конкурсный управляющий 01.04.2022 обратился в суд с заявлением о признании недействительными сделками соглашений  зачете взаимных требований от 31.08.2018 на сумму 153 332 955 руб. 39 коп. и на сумму 7 316 294 руб. 26 коп., заключенных с акционерным обществом «Строительное управление № 308».

Соглашения оспорены по основаниям статьи 61.3 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» и общих положений статей 10, 168, пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Заявитель ссылался на аффилированность участников сделки.

В ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции, заявленные требования уточнены конкурсным управляющим в порядке статьи 49 АПК РФ, он просил признать недействительными соглашения о зачете взаимных требований от 31.08.2018 в части, соответственно, сумм в размере 77 208 208 руб. 93 коп. и 2 400 000 руб., применив последствия в виде восстановления задолженности ответчика перед Обществом в названных суммах.

В обоснование заявленных требований при их уточнении, конкурсный управляющий сослался на положения пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

Определением от 27.03.2023 заявление удовлетворено.

Суд первой инстанции не усмотрел оснований для применения общих положений о недействительности сделок, предусмотренных статьями 10, 168 ГК РФ, посчитав, что доводы конкурсного управляющего не выходят за пределы диспозиции статьи 61.2 Закона  о банкротстве; признаков притворности оспариваемых сделок также не доказано.

Также суд указал на совершение спорных сделок за пределами периодов, предусмотренных статьей 61.3 Закона о банкротстве, что исключает признание их недействительными по данному основанию. 

Суд принял во внимание выводы, сделанные в Анализе финансового положения, подготовленном временным управляющим, о неудовлетворительных показателях платежеспособности должника, начиная с 2017 года, также установил наличие аффилированности между должником и ответчиком. 

Со ссылкой на обстоятельства, установленные в обособленном споре № А56-58581/2019/сд3, суд посчитал не подтвержденным факт перечисления аванса ответчиком в размере 71 441 241 руб. по договору от 02.10.2017 № 73/17 между должником и ответчиком, так как из представленных ответчиком платежных поручений в подтверждение авансирования следовало перечисление лишь суммы в размере 52 901 331 руб.  Иные платежи, как следует из их назначения, перечислены по договорам от 03.04.2017 № 31/17 и от 17.04.2017 № 07/17. 

Учитывая аффилированность сторон, направленное ответчиком должнику письмо о корректировке назначения платежа суд посчитал ненадлежащим доказательством изменения назначения произведенных перечислений. 

Также судом приняты во внимание сделанные при рассмотрении указанного выше обособленного спора выводы об освоении аванса в части суммы 17 677 922 руб. В ранее рассмотренном обособленном споре, суд установил наличие задолженности на момент заключения соглашения о новации долга от 28.12.2018 по договору субподряда № 73/17 в размере 35 278 408 руб. 96 коп. и пришел к выводу о том, что должник принял на себя заемные обязательства в размере, превышающем сумму задолженности, причинив, таким образом, ущерб иным кредиторам. В связи с этим было признано недействительным соглашение о новации обязательства по возврату неотработанного аванса в заемное обязательство. 

В отношении суммы 17 677 922 руб. 04 коп., как следует из изложенного выше, обязательства были погашены до заключения соглашения о зачете. 

В отношении иных, указанных в соглашении о зачете обязательств, суд посчитал, что реальность правоотношений не подтверждена, не приняв представленные в материалы дела договоры поставки и субаренды, товарные накладные, счета-фактуры и акты, так как они составлены заинтересованными лицами.

Суд пришел к выводу о том, что участники спора не подтвердили наличие у должника реальной возможности исполнения отраженных в представленных документах обязательств.

В отношении перечисления аванса в размере 2 400 000 руб., суд пришел к выводу о том, что эта сумма перечислена ответчиком должнику по договору № 21/17, а не по договору субподряда от 27.03.2018 № 17/18.

Исходя из изложенного, суд посчитал, что в результате совершения оспариваемых сделок, имело место безвозмездное выбытие актива должника – дебиторской задолженности и применил последствия недействительности оспариваемых сделок в виде восстановления погашенной соглашениями о зачете задолженности в пределах заявленных требований.

Суд отклонил заявление временного управляющего ответчика о пропуске срока исковой давности, согласившись с доводами конкурсного управляющего о получении документов, подтверждающих совершение спорной сделки лишь 01.04.2021, в связи с ненадлежащим исполнением руководителем должника обязанности по передаче документации конкурсному управляющему. Оснований полагать, что о совершении оспариваемой сделки конкурсный управляющий узнал в момент признания должника банкротом, суд не усмотрел. 

На определение подана апелляционная жалоба АО «Строительное управление № 308», которое просит отменить обжалуемый судебный акт и оставить заявление без удовлетворения.

 В обоснование доводов апелляционной жалобы, ее податель ссылается на то, что ответчиком регулярно проводились зачеты по встречным обязательствам с контрагентами на основании данных бухгалтерского учета.

Податель жалобы не согласен с выводами суда об отсутствии подтверждения фактов поставки товара ответчиком в пользу должника, отмечая, что поставленный товар (шумопоглощающие экраны) были реализованы конкурсным управляющим в процедуре конкурсного производства.

Податель жалобы не соглашается с выводами суда о том, что принимаемые на себя должником обязательства с 2016 года были заведомо неисполнимым, утверждая, что ответчик перечислил на расчетный счет должника суммы, намного превышающие размер требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов.

По мнению ответчика, у суда не имелось оснований ссылался на выводы, сделанные в обособленном споре № А56-585981/2019/сд.3, поскольку принятый по нему судебный акт оспаривается в апелляционном порядке. 

Податель жалобы полагает, что согласование изменения назначения платежей с контрагентом является достаточным для их идентификации и не согласен с выводом суда о том, что авансирование должника на  указанную в оспариваемом соглашении сумму не подтверждено. Вывод суда об исполнении обязательства на сумму 17 677 922 руб. 04 коп., как считает податель жалобы, не основан на материалах дела.

Определение суда обжаловано также в апелляционном порядке временным управляющим АО «СУ № 308» ФИО3, который просит отменить обжалуемый судебный акт и отказать в удовлетворении заявления.

Податель жалобы полагает, что назначение рассматриваемых платежей следует оценивать с учетом их корректировки распорядительными письмами ответчика. 

Также, временный управляющий ответчика настаивает на пропуске заявителем срока исковой давности, полагая, что о совершении оспариваемой сделки конкурсный управляющий узнал из банковской выписки, которую разумный арбитражный управляющий должен был получить еще в период процедуры наблюдения. 

Конкурсный управляющий представил письменные возражения по апелляционной жалобе, в которых настаивал на том, что документы, составленные аффилированными лицами, достаточным доказательством достоверности отраженных в них сведениях не является. 

В судебном заседании апелляционного суда, представитель ответчика поддержал доводы апелляционной жалобы. 

Временный управляющий ответчика на связь посредством онлайн-заседания не вышел, при этом со стороны апелляционного суда возможность подключения была обеспечена, что подтверждается протоколом судебного заседания от 03.07.2023.

Иные лица, извещенные надлежащим образом, явку в судебное заседание не обеспечили, временный управляющий ответчика на связь онлайн не вышел.

 С учетом мнения представителя ответчика и в соответствии с положениями статьи 156 АПК РФ, дело рассмотрено в отсутствие неявившихся лиц.

Проверив законность и обоснованность обжалуемого судебного акта, апелляционный суд не находит оснований для его отмены или изменения.

Как следует из материалов дела, сторонами подписано Соглашение о зачете взаимных требований от 31.12.2018, в котором стороны отразили наличие задолженности Общества перед ответчиком по договору субподряда от 02.10.2017 № 73/17 в размере 53 763 318 руб. 96 руб.; по договору субподряда от 02.10.2017 № 73/17  в размере авансового платежа 883 524 руб. 59 коп.; по соглашению о новации долга от 28.12.2018 по договору субподряда от 09.08.2017 № 47/17 в размере 2 628 311 руб.31 коп.; по договору поставки от 26.07.2018 № 57/18 в размере 44 750 104 руб. 17 коп.; по договору поставки от 26.07.2018 № 57/18 в размере 12 184 533 руб. 47 коп.; по договору аренды от 29.06.2018 № 53/18 в размере 231 173 руб. 47 коп.; по договору аренды  от 21.08.2018 № 68/18 в размере 619 873 руб. 36 коп. 

Также стороны указали на наличие встречных обязательств ответчика перед Обществом по договору субподряда от 02.10.2017 № 73/17 в размере 883 524 руб. 59 коп.; по договору субподряда от 31.03.2017 № 13/17 в размере 238 678 руб. 30 коп.; по договору субподряда от 01.12.2016 № 56/16 в размере 1 987 029 руб. 55 коп.; по договору субподряда  от 29.12.2016 № 50/16 в размере 9 653 602 руб. 24 коп.; по договору субподряда от 26.07.2017 № 53/17 в размере 286 032 руб. 18 коп.; по договору от 01.12.2015 № 92/15 в  размере 12 101 999 руб. 48 коп.; по договору субподряда от 17.04.2017 № 07/17 в размере 7 560 462 руб. 48 коп.; по договору субподряда от 27.03.2018 № 12/18 в размере 33 168 572 руб. 21 коп.; по договору субподряда от 03.04.2017 № 31/17 в размере 87 441 047 руб. 99 коп.  

В пункте 2 соглашения стороны согласовали, что указанная задолженность является погашенной.

От той же даты, стороны составили соглашение о зачете взаимных требований в отношении задолженности Общества перед  ответчиком по договору субподряда от 27.03.2018  № 17/18 в размере авансового платежа в сумме 2 400 000 руб. и задолженности ответчика перед должником по договору субподряда от 27.03.2018 № 17/18 в размере 1 825 432 руб. 05 коп. и по договору субподряда от 31.03.2017 № 21/17 в размере 574 567 руб. 95 коп. 

В силу пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

 В пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве отражено, что сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий: стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок; должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы; после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

 Согласно пункту 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в отношении отдельного кредитора или иного лица, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами в отношении удовлетворения требований, в частности при наличии одного из следующих условий: сделка направлена на обеспечение исполнения обязательства должника или третьего лица перед отдельным кредитором, возникшего до совершения оспариваемой сделки; сделка привела или может привести к изменению очередности удовлетворения требований кредитора по обязательствам, возникшим до совершения оспариваемой сделки; сделка привела или может привести к удовлетворению требований, срок исполнения которых к моменту совершения сделки не наступил, одних кредиторов при наличии не исполненных в установленный срок обязательств перед другими кредиторами; сделка привела к тому, что отдельному кредитору оказано или может быть оказано большее предпочтение в отношении удовлетворения требований, существовавших до совершения оспариваемой сделки, чем было бы оказано в случае расчетов с кредиторами в порядке очередности в соответствии с законодательством Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве).

В пункте 2 приведенного положения отражено, что сделка, указанная в пункте 1 настоящей статьи, может быть признана арбитражным судом недействительной, если она совершена после принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом или в течение одного месяца до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом.

По условиям пункта 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве, сделка, указанная в пункте 1 настоящей статьи и совершенная должником в течение шести месяцев до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом, может быть признана арбитражным судом недействительной, если в наличии имеются условия, предусмотренные абзацами вторым и третьим пункта 1 настоящей статьи, или если установлено, что кредитору или иному лицу, в отношении которого совершена такая сделка, было известно о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества либо об обстоятельствах, которые позволяют сделать вывод о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Предполагается, что заинтересованное лицо знало о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества, если не доказано обратное.

Оспариваемые соглашения подписаны в пределах года до возбуждения дела о банкротстве, но, ранее, чем за шесть месяцев до этой даты. Следовательно, рассматриваемые сделки могли быть оспорены лишь по основаниям пунктов 1, 2 статьи 61.2  Закона о банкротстве.

Как разъяснено в пункте 5 Постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», для признания сделки недействительной по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В силу разъяснений пункта 9 постановления Пленума № 63, при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем, наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 настоящего Постановления).

Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Таким образом, в данном случае неравноценность предоставления по сделке являлась достаточным основанием для вывода о ее недействительности. 

Уточняя заявленное требование, конкурсный управляющий указал на подтверждение факта получения должником от ответчика по договору подряда от 02.10.2017 № 73/17 аванса в размере 52 901 331 руб., на 1 745 512 руб. 55 коп. меньше, нежели указано в Соглашении о зачете. 

Кроме того, по утверждению конкурсного управляющего, должник выполнил и передал ответчику работы по указанному договору на сумму 14 974 993 руб. 

Исходя из изложенного, конкурсный управляющий сослался на незаконность новации от 28.12.2018 и включения в Соглашение задолженности по ней. 

Также конкурный управляющий настаивает на том, что должником не был получен аванс в размере 2 400 000 руб. по договору №17/18.

В силу правовой позиции, сформулированной в пункте 1 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц», утвержденного  Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020, на аффилированном с должником кредиторе лежит бремя опровержения разумных сомнений относительно мнимости договора, на котором основано его требование, заявленное в деле о банкротстве.

В таком случае для подтверждения реальности хозяйственных правоотношений недостаточно документов, исходящих от заинтересованных сторон и их факт должен подтверждаться доказательствами, удостоверенными третьими, независимыми лицами. В отношении сторон сделки в данном случае подлежит применению повышенный стандарт  

Ссылаясь на совершение авансовых платежей, ответчик представил в материалы дела платежные поручения, в назначении которых указаны реквизиты иных сделок, нежели договоров №№ 73/17 и 17/18. 

Доводы об изменении назначения платежей на основании писем АО «СУ № 308», в отношении которых отсутствуют доказательства их вручения получателю платежа, равно как и внесение последним соответствующих изменений в систему бухгалтерского учета, не могли при таких обстоятельствах быть приняты судом. Объективными доказательствами факт внесения аванса именно по тем договорам, по которым был произведен зачет, не подтвержден.

Равным образом, не представлены достаточные доказательства поставки и арендных правоотношений. Объективного подтверждения перемещения товаров, в частности их транспортировки, экономического обоснования приобретения спорных материалов должником, равно как и фактического использования Обществом части помещения, указанного в договорах аренды, в деле не имеется.

В договорах поставки и товарных накладных отсутствуют сведения об индивидуально-определенных признаках поставляемых товаров, указана только их марка, то есть, родовые признаки. Этих сведений недостаточно для идентификации предмета поставки и товарно-материальных ценностей, на включение которых в конкурсную массу ссылаются податели апелляционных жалоб.

Исходя из изложенного, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что наличие встречного требования АО «СК № 308» к должнику в спорной части не подтверждено, что, также, исключало возможность прекращения такого обязательства новацией в порядке статьи 414 ГК РФ.

Погашение дебиторской задолженности в счет несуществующего обязательства является убыточным для Общества. 

Как разъяснено в пунктах 6, 7 постановления Пленума № 63, согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

В силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Общество 12.04.2019 разместило на Федресурсе сообщение о намерении обратиться с заявлением о собственном банкротстве, указав в качестве кредитора общество с ограниченной ответственностью «ТД «Электротехмонтаж».

В заявлении о банкротстве, поданном в суд 24.05.2019, Общество ссылалось на наличие у него признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества, в частности кредиторской задолженности, установленной судебными актами, принятыми в период февраль – апрель 2019 года, которая возникла в 2018 году. 

То есть, по итогам 2018 года, когда были подписаны Соглашения о зачетах, у Общества имелись признаки неплатежеспособности, о чем должна была быть осведомлена вторая сторонам сделки как аффилированное по отношению к должнику лицо.

При таких обстоятельствах, цель причинения вреда при совершении оспариваемых сделок и факт причинения этого вреда презюмируется, и ответчиком данная презумпция не опровергнута.

Доводы о том, что требования кредиторов могли быть погашены за счет размера оставшегося у должника требования к АО «СУ 308» не могут быть приняты, так как приведенных выше мотивов совершения спорных сделок не исключают.

Кроме того, последующее признание несостоятельным  Общества и возбуждение дела о банкротстве №А56-26608/2021 в отношении АО «СУ 308» ставит под сомнение возможность погашения требований кредиторов Общества за счет дебиторской задолженности АО «СУ 308» исходя из ее номинальной стоимости.

Таким образом, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о недействительности оспариваемых сделок по основаниям пунктов 1, 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Поскольку предметом рассмотрения в данном случае являются именно сделки зачета, конкурсный управляющий не имел возможности получить информацию об их совершении по итогам анализа банковской выписки Общества.

Как разъяснено в пункте 32 постановления Пленума № 63, заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве может быть подано в течение годичного срока исковой давности (пункт 2 статьи 181 ГК РФ).

В соответствии со статьей 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий (в том числе исполняющий его обязанности - абзац третий пункта 3 статьи 75 Закона) узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. Если утвержденное внешним или конкурсным управляющим лицо узнало о наличии оснований для оспаривания сделки до момента его утверждения при введении соответствующей процедуры (например, поскольку оно узнало о них по причине осуществления полномочий временного управляющего в процедуре наблюдения), то исковая давность начинает течь со дня его утверждения. В остальных случаях само по себе введение внешнего управления или признание должника банкротом не приводит к началу течения давности, однако при рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. При этом необходимо принимать во внимание, в частности, что разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под статьи 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. В частности, разумный управляющий запрашивает у руководителя должника и предыдущих управляющих бухгалтерскую и иную документацию должника (пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве), запрашивает у соответствующих лиц сведения о совершенных в течение трех лет до возбуждения дела о банкротстве и позднее сделках по отчуждению имущества должника (в частности, недвижимого имущества, долей в уставном капитале, автомобилей и т.д.), а также имевшихся счетах в кредитных организациях и осуществлявшихся по ним операциям и т.п.

В материалы дела представлен акт передачи документации должника, которым подтверждается, что копии оспариваемых соглашений получены конкурсным управляющим от бывшего руководителя должника в составе коробки № 7 - 01.04.2021. Обращение в суд последовало в течение года с указанного момента. Суд первой инстанции правильно указал на то, что срок исковой давности в данном случае не пропущен. 

Таким образом, оснований для отмены определения суда и удовлетворения апелляционных жалоб не имеется.

В силу положений статьи 110 АПК РФ, в связи с предоставленной подателям апелляционных жалоб отсрочкой по уплате государственной пошлины при обращении в суд, по итогам рассмотрения дела госпошлина подлежит взысканию с них в доход федерального бюджета.

Руководствуясь статьями 269 - 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд 

 

постановил:

Определение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 27.03.2023 по делу №А56-58581/2019/сд.4 оставить без изменения, апелляционные жалобы временного управляющего акционерного общества «Строительное управление №308» ФИО3 и акционерного общества «Строительное управление №308» - без удовлетворения. 

Взыскать с временного управляющего акционерного общества «Строительное управление №308» ФИО3 в доход федерального бюджета 3 000,00 руб. государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы.

Взыскать с акционерного общества «Строительное управление №308» в доход федерального бюджета 3 000,00 руб. государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы.

Постановление  может быть  обжаловано  в  Арбитражный  суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

 

Председательствующий

А.Ю. Сереброва

Судьи

Е.В. Бударина

 

 Н.А. Морозова