АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА 

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190121 http://fasszo.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

22 октября 2025 года Дело № А56-31371/2022  

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Дмитриева В.В., судей Власовой М.Г., Константинова П.Ю.,  

при участии от общества с ограниченной ответственностью «Модуль» ФИО1 (доверенность от 12.12.2024), от общества с ограниченной ответственностью «ИТИРУС-Регионы» ФИО2 (доверенность от 01.07.2022),  

рассмотрев 21.10.2025 в открытом судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Модуль» на постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.04.2025 по делу № А56-31371/2022,  

у с т а н о в и л:

Общество с ограниченной ответственностью (далее – ООО) «Модуль», адрес: 195112, Санкт-Петербург, Малоохтинский пр., д. 64, лит. Б, пом. 24Н, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее – Общество), обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с иском, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), к ООО «ИТИРУС-Регионы», адрес: 198097, Санкт-Петербург, ул. Трефолева, д. 4, корп. 1, лит. А, пом. 1Н, оф. № 209,  

ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее – Компания), о взыскании 173 140,09 долларов США и 44 040,50 руб. задолженности, а также  

89 454,14 долларов США неустойки за просрочку оплаты услуг по доставке груза и 16 911,55 руб. штрафной неустойки за просрочку оплаты расходов по приведению груза в транспортабельное состояние и сортировке груза (по состоянию на 29.06.2023), всего – 262 594,23 доллара США и 60 952,05 руб.  

Компания предъявила встречный иск о взыскании с Общества  

11 712 298,14 руб. убытков и зачете требований между встречным и первоначальным исками в валюте Российской Федерации на дату принятия решения.  

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований, привлечено ООО «Южная судоходная компания», адрес: 354065, 

<

...>, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее – ООО «ЮСК»).  

Решением суда первой инстанции от 27.07.2023, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 24.10.2023, первоначальный иск удовлетворен частично; с Компании в пользу Общества взыскано 173 140,09 доллара США и 44 040,50 руб. задолженности, в общей сумме – 12 267 730,85 руб., 40 000 долларов США неустойки за просрочку оплаты услуг, 16 911,55 руб. штрафной неустойки за просрочку оплаты расходов по приведению груза в транспортабельное состояние и сортировку груза, всего в сумме –  

2 840 911,55 руб.; в удовлетворении остальной части первоначального иска отказано; встречный иск удовлетворен в полном объеме; в результате зачета взаимных требований с Компании в пользу Общества взыскано  

836 716,45 руб. задолженности и 2 840 911,55 руб. неустойки. 

Постановлением суда округа от 26.01.2024 решение от 27.07.2023 и постановление от 24.10.2023 отменены; дело направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции.  

При новом рассмотрении дела Общество и Компания в порядке статьи 49 АПК РФ уточнили первоначальные и встречные исковые требования: по первоначальному иску Общество просило взыскать с Компании 164 028,83 долларов США и 44 040,50 руб. задолженности, а также 58 497,27 долларов США и 16 911,55 руб. штрафной неустойки в рублях по официальному курсу Центрального Банка Российской Федерации (далее – ЦБ РФ) на дату платежа; по встречному иску Компания просила взыскать с Общества 11 431 014,40 руб. в возмещение убытков и произвести зачет требований сторон между встречным и первоначальным исками в валюте Российской Федерации по курсу ЦБ РФ на дату принятия решения.  

Решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 11.09.2024 первоначальный иск удовлетворен; по встречному иску с Общества в пользу Компании взыскано  

1 801 515 руб. 67 коп. в возмещение ущерба; в удовлетворении остальной части встречного иска отказано.  

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.04.2025 указанное решение изменено; исковые требования удовлетворены частично; с Компании в пользу Общества с учетом произведенного зачета взыскано 30 478,91 руб. задолженности по договору на транспортно-экспедиторское обслуживание от 11.05.2021  

 № 216-2021 (далее – Договор); в удовлетворении остальной части исковых требований отказано; в удовлетворении встречного искового заявления отказано полностью.  

Не согласившись с указанным судебным актом, Общество  

обратилось в суд кассационной инстанции с кассационной жалобой, в которой, ссылаясь на нарушение судом апелляционной инстанции норм материального и процессуального права, несоответствие его выводов фактическим обстоятельствам дела и представленным в него доказательствам, просит отменить обжалуемое постановление, оставить в силе решение суда первой инстанции.  

По мнению подателя жалобы, у апелляционного суда не имелось правовых оснований для изменения, а фактически – отмены законного и обоснованного решения Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 11.09.2024. Кроме того, податель жалобы ссылается на то, что обжалуемое постановление принято судом апелляционной инстанции с нарушением норм процессуального права (приняв уточненные требования Компании по встречному иску, суд не перешел к рассмотрению дела по правилам первой инстанции, а также вышел за пределы доводов апелляционной жалобы, изменив решение в той части, которая не обжаловалась).  

В судебном заседании представитель Общества поддержал доводы жалобы, а представитель Компании просил оставить ее без удовлетворения.  

ООО «ЮСК» надлежащим образом извещено о времени и месте судебного разбирательства, однако своих представителей в судебное заседание не направило, что в соответствии со статьей 284 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения кассационной жалобы.  

Законность обжалуемого судебного акта проверена в кассационном порядке.  

Как установлено судом и подтверждено материалами дела, 11.05.2021 Компания (клиент) и Общество (экспедитор) заключили договор на транспортно-экспедиторское обслуживание № 216-2021 (далее – Договор), по условиям которого экспедитор по поручению клиента обязался за вознаграждение и за счет клиента организовывать услуги, связанные с перевозкой грузов клиента.  

Согласно поручению клиента от 11.05.2021 экспедитор обязался организовать морскую перевозку груза массой 417 610 т, объявленной стоимостью 1 356 650 долларов США из порта Rizhao (Китай) с приемом от грузоотправителя компании «ZOOMLION HEAVY INDUSTRY SCIENCE AND TECHNOLOGY CO., LTD» в адрес грузополучателя (заказчика).  

Приложением от 12.05.2021 № 2 к Договору стороны установили условия транспортно-экспедиторского обслуживания, организации обработки и доставки морским транспортом следующего груза (согласно поручению заказчика): гусеничный кран ZOOMLION, модель ZCC550H – 1 шт; гусеничный кран ZOOMLION, модель ZCC260 – 1 шт; гусеничный кран ZOOMLION, модель QUY180 – 2 шт., по маршруту: порт Rizhao (Китай) – порт Санкт-Петербург (Россия), включая работы по раскреплению груза на судне, а также выгрузке с судна на причал в порту  

Санкт-Петербург и сортировке груза.  

Приложением № 2 к Договору установлен ориентировочный срок доставки груза – 45 суток (+/-).  

Груз был обработан в месте погрузки в порту Rizhao (Китай) и принят экспедитором к перевозке 06.08.2021, на него было оформлены 4 коносамента: № ND34RZSPB003, ND34RZSPB001A, ND34RZSPB001B и ND34RZSPB002. Судно «Nodus» V2134 с грузом отбыло 07.08.2021 из порта Rizhao (Китай). Выгрузка судна «Nodus» по коносаментам производилась в порту выгрузки в период с 27 по 29 октября 2021 года, о чем составлен акт выполненных работ от 30.10.2021 № 21/А/46238.  

Судно 20.07.2021 было пришвартовано в порту Rizhao (Китай), но осуществляло погрузочные работы с грузом третьих лиц (письма от 20.07.2021 № 979 и от 29.07.2021 № 1547), что, как указывает Общество, существенно повлияло на дату выхода судна из порта с грузом. При этом, исходя из содержания сюрвейерских отчетов о погрузке, весь груз от грузоотправителя находился на складе порта уже с 13.07.2021.  

В районе погрузки 25.07.2021 начался тайфун, по причине чего судно 26.07.2021 отбыло на якорную стоянку (информация подтверждена письмом от 29.07.2021 № 1547). Судно 30.07.2021 пришвартовалось повторно после тайфуна, погрузка же груза на судно началась только 03.08.2021.  

В связи с просрочкой доставки груза Компания обращалась к Обществу с претензией от 23.09.2021 № 002, на которую Общество ответило письмом от 30.09.2021 № 1367.  

Для оплаты услуг экспедитора в адрес Компании выставлен счет от 13.08.2021 № 21-23550 на сумму 623 732,50 доллара США.  

По условиям приложения № 2 к Договору оплата должна быть произведена частями следующим образом: предоплата – 30%, далее 30% – в момент доставки груза в порт Санкт-Петербург, 40% – по факту подписания акта выполненных работ в течение 10 дней.  

В пункте 8.4 Договора стороны согласовали обмен документами посредством факсимильной, электронной и иной связи.  

Счет от 13.08.2021 № 21-23550 был получен клиентом 16.08.2021, акт выполненных работ от 30.10.2021 № 21/А/46238 – 01.11.2021.  

Также выставлен счет от 12.11.2021 № 21-52612 на сумму 

44 040,50 руб. по оплате расходов, понесенных акционерным обществом «Петролеспорт», на приведение груза в транспортабельное состояние и сортировку груза.  

Пунктом 3.2 Договора предусмотрено, что в случае нарушения сроков оплаты, предусмотренных Договором, Общество (экспедитор) вправе требовать от клиента уплаты штрафной неустойки в размере 0,1% от стоимости услуг за каждый день просрочки, которая согласно расчету Общества составила 89 454,14 доллара США по состоянию на 29.06.2023.  

Неисполнение Компанией обязательств по Договору и требований претензии от 15.12.2021 явилось основанием для обращения Общества в  

арбитражный суд с первоначальным иском.  

Компания заявила встречный иск о взыскании с Общества  

11 712 298,14 руб. убытков, причиненных в результате нарушения Обществом сроков доставки груза и повреждения груза.  

В связи с нарушением сроков поставки Компанией гусеничных кранов покупателям (лизингополучателям) из-за нарушения Обществом сроков их перевозки по Договору Компании были предъявлены соответствующие претензии со стороны покупателей (лизингополучателей) о выплате неустоек и штрафов, и в целях сохранения существующих договоров купли-продажи (совершения действий по недопущению расторжения сделок, восстановления нарушенных прав), Компания заключила с покупателями груза соглашения об урегулировании претензий. Сумма убытков Компании в виде реально понесенных расходов (стоимости транспортных расходов по доставке грузов) для восстановления своих прав по сделкам перед покупателями вышеуказанных гусеничных кранов, вследствие ненадлежащего исполнения Обществом своих обязанностей по доставке груза (существенном нарушении сроков доставки), составила 8 197 000 руб.  

По факту повреждения груза Компания обратилась к Обществу с претензией от 05.03.2022 № 004 о возмещении убытков, связанных с восстановительными работами по приведению груза в первоначальное состояние. Стоимость восстановительного ремонта груза по расчету Компании составила 3 774 298,14 руб.  

Восстановительные работы включают в себя следующие расходы: расходы на материалы складского запаса – 2 220 254,44 руб.; расходы на материалы, приобретенные по безналичному расчету – 73 428,80 руб.; расходы на материалы, приобретенные за наличные средства –  

78 330,62 руб.; расходы на зарплату сотрудникам, непосредственно занятым восстановлением – 881 627,23 руб.; накладные расходы –  

520 657,04 руб. 

Определением от 01.09.2022 суд первой инстанции назначил судебную экспертизу в целях установления размера ущерба, причиненного Компании, проведение которой поручил эксперту ООО «Про.Эксперт» ФИО3.  

Заключение эксперта от 05.01.2023 № 58 подтвердило понесенные Компанией убытки по восстановительному ремонту поврежденного груза, возникшему по причине ненадлежащего крепления груза экспедитором на судне.  

Согласно выводам, содержащимся в экспертном заключении, стоимость восстановительного ремонта поврежденного груза в объеме дефектов и/или повреждений, указанных в сюрвейерском отчете от 01.11.2021 № 090_21, без учета транспортных расходов по перемещению элементов кранов в зону ремонта и перемещению кранов до пункта назначения, составляет 3 234 014,40 руб., с учетом налога на добавленную  

стоимость. Установленные повреждения образовались в период транспортировки груза морским судном, так как согласно представленным на исследование документам недостатков/дефектов после погрузки выявлено не было, а во время выгрузки установленные в процессе настоящего исследования повреждения были выявлены и зафиксированы.  

Удовлетворяя первоначальный иск в полном объеме и встречный иск в части, суд первой инстанции руководствовался положениями статей 15, 309, 310, 317, 333, 393, 401, 801 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), а также нормами Федерального закона от 30.06.2003 № 87-ФЗ «О транспортно-экспедиционной деятельности» (далее – Закон № 87-ФЗ).  

Частично отказывая в удовлетворении встречного иска, суд первой инстанции признал отсутствие в деле доказательств того, что повреждение (порча) принятого для экспедирования груза возникло вследствие действий (бездействия) экспедитора, совершенных им умышленно или по грубой неосторожности, в связи с чем применил положения пункта 3 статьи 6 Закона № 87-ФЗ об ограничении ответственности экспедитора в указанных в этой статье пределах.  

Апелляционный суд, посчитав, что выводы суда первой инстанции в части отсутствия вины экспедитора в повреждении (порче) принятого для экспедирования груза, а также отсутствия причинно-следственной связи между убытками клиента по просрочке доставки груза сделаны при неполном исследовании судом первой инстанции всех обстоятельств дела, изменил решение суда и пришел к выводу, что в результате произведенных зачетов первоначальное исковое заявление с требованиями, изложенными в виде встречного иска, подлежит удовлетворению в размере 30 478,91 руб., во встречном иске отказал.  

Проверив в порядке статей 284, 286, 288 АПК РФ законность обжалуемого судебного акта по доводам кассационной жалобы, суд кассационной инстанции пришел к следующему.  

В силу пункта 1 статьи 801 ГК РФ по договору транспортной экспедиции одна сторона (экспедитор) обязуется за вознаграждение и за счет другой стороны (клиента-грузоотправителя или грузополучателя) выполнить или организовать выполнение определенных договором экспедиции услуг, связанных с перевозкой груза. При этом условия выполнения договора транспортной экспедиции определяются соглашением сторон, если иное не установлено законом о транспортно-экспедиционной деятельности, другими законами или иными правовыми актами (пункт 3 статьи 801 ГК РФ).  

В соответствии с пунктом 2 статьи 5 Закона № 87-ФЗ клиент в порядке, предусмотренном договором транспортной экспедиции, обязан возместить экспедитору понесенные им расходы в интересах клиента.  

Согласно пункту 1 статьи 803 ГК РФ и пункту 1 статьи 6 Закона 

 № 87-ФЗ за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязанностей, предусмотренных договором транспортной экспедиции и данным  

Законом, экспедитор и клиент несут ответственность по основаниям и в размере, которые определяются в соответствии с главой 25 Гражданского кодекса Российской Федерации и указанным Законом.  

Положения названной главы 25 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривают, в частности, обязанность должника возместить убытки (статья 393), взыскание убытков и неустойки (статья 394), основания ответственности за нарушение обязательств (статья 401).  

В соответствии со статьей 330 ГК РФ неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков.  

В статье 393 ГК РФ предусмотрено, что должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства. Убытки определяются в соответствии с правилами, предусмотренными статьей 15 ГК РФ.  

На основании статьи 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).  

Применение гражданско-правовой ответственности в виде взыскания убытков возможно при наличии условий, предусмотренных законом. При этом лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать следующую совокупность обстоятельств: факт причинения убытков и их размер, противоправное поведение причинителя вреда, наличие причинно-следственной связи между возникшими убытками и действиями указанного лица, а также вину причинителя вреда.  

Для возмещения убытков лицо, требующее их возмещения, должно доказать факт нарушения его права, наличие причинно-следственной связи между этим фактом и понесенными убытками, а также размер убытков. Отсутствие хотя бы одного из указанных условий, необходимых для применения ответственности в виде взыскания убытков, влечет отказ в удовлетворении исковых требований.  

В силу статьи 805 ГК РФ, если из договора транспортной экспедиции не следует, что экспедитор должен исполнить свои обязанности лично, экспедитор вправе привлечь к исполнению своих обязанностей других лиц.  

Право экспедитора на возложение исполнения обязательств на третье лицо не означает того, что третьи лица становятся ответственными  

по обязательствам экспедитора непосредственно перед клиентом. В таком случае экспедитор по-прежнему несет полную ответственность перед клиентом за неисполнение договора, в том числе в случае утраты или повреждения груза (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 03.04.2018 № 36-КГ18-1), поэтому именно экспедитор как профессиональный участник гражданско-правового оборота и соответствующих правоотношений по оказанию экспедиционных услуг, являясь субъектом, осуществляющим предпринимательскую деятельность (статья 2 ГК РФ), несет ответственность за неисполнение обязательств по договору, поскольку он самостоятельно выбирает способ исполнения обязательства, в том числе принимает решение о возможности привлечения третьих лиц к исполнению.  

В настоящем деле сторонами согласованы условия морской перевозки.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 115 Кодекса торгового мореплавания Российской Федерации (далее – КТМ РФ) по договору морской перевозки груза перевозчик обязуется доставить груз, который ему передал или передаст отправитель, в порт назначения и выдать его управомоченному на получение груза лицу, отправитель или фрахтователь обязуется уплатить за перевозку груза установленную плату (фрахт).  

В силу пункта 2 статьи 115 КТМ РФ договор морской перевозки груза может быть заключен с условием предоставления для морской перевозки груза всего судна, части его или определенных судовых помещений (чартер) или без такого условия.  

Наличие и содержание договора морской перевозки груза могут подтверждаться чартером, коносаментом или другими письменными доказательствами (пункт 2 статьи 117 КТМ РФ).  

Из материалов дела следует, что в целях исполнения Договора между истцом и ООО «ЮСК» был заключен договор морской перевозки, а ООО «ЮСК» в свою очередь заключила рейсовый чартер от 03.06.2021 с теплоходом «Nodus».  

Факт заключения договора морской перевозки и приема груза на борт судна «Nodus» подтверждается коносаментом со ссылкой на заключенный чартер.  

Таким образом, в данном случае факт заключения договора морской перевозки подтверждается и коносаментом, и чартером.  

Статьей 119 КТМ РФ установлено, что отношения между перевозчиком и получателем, не являющимся стороной договора морской перевозки груза определяются коносаментом.  

Согласно пункту 1 статьи 150 КТМ РФ перевозчик с момента принятия груза для перевозки до момента его выдачи надлежаще и старательно должен грузить, обрабатывать, укладывать, перевозить, хранить груз, заботиться о нем и выгружать его.  

В соответствии со статей 152 КТМ РФ перевозчик обязан доставить груз в срок и маршрутом, которые установлены соглашением сторон, при  

отсутствии соглашения в срок, который разумно требовать от заботливого перевозчика с учетом конкретных обстоятельств, и обычным маршрутом.  

Из статьи 166 КТМ РФ следует, что перевозчик признается просрочившим доставку груза, если груз не выдан в порту выгрузки, предусмотренном договором морской перевозки груза, в срок, который определен соглашением сторон, при отсутствии такого соглашения - в разумный срок, который требуется от заботливого перевозчика с учетом конкретных обстоятельств (пункт 2). Лицо, имеющее право заявить требование к перевозчику в связи с утратой груза, может считать груз утраченным, если груз не выдан в порту выгрузки лицу, управомоченному на получение груза, в течение 30 календарных дней по истечении установленного пунктом 2 этой статьи срока выдачи груза (пункт 3).  

В силу пункта 1 статьи 169 КТМ РФ перевозчик несет ответственность за утрату или повреждение принятого для перевозки груза в следующих размерах: за утрату груза - в размере стоимости утраченного груза; за повреждение груза - в размере суммы, на которую понизилась его стоимость; в случае утраты груза, принятого для перевозки с объявлением его ценности, - в размере объявленной стоимости груза.  

Согласно пункту 2 статьи 169 КТМ РФ общая сумма, подлежащая возмещению, исчисляется исходя из стоимости груза в том месте и в тот день, в которые груз был выгружен или должен был быть выгружен с судна в соответствии с договором морской перевозки груза. Стоимость груза определяется исходя из цены, определенной на биржевых торгах, или, если нет такой цены, исходя из существующей рыночной цены, а если нет ни той, ни другой цены, исходя из обычной стоимости грузов того же рода и качества. Из суммы, подлежащей возмещению за утрату или повреждение груза, вычитаются расходы на перевозку груза (фрахт, пошлины и другие), которые должны были быть произведены грузовладельцем, но вследствие утраты или повреждения груза произведены не были.  

Требованиями пункта 1 статьи 124 КТМ РФ предусмотрено обеспечение перевозчиком мореходного состояния судна: технической готовности судна к плаванию, надлежащей экипировки, оснастки и снаряжения.  

Доказательств невыполнения Обществом данного требования не представлено.  

Согласно пункту 1 статьи 139 КТМ РФ грузы, нуждающиеся в таре и упаковке для обеспечения их полной сохранности при перевозках, должны предъявляться для перевозок в исправной таре и упаковке. В соответствии с пунктом 2 указанной статьи отправитель обязан надлежащим образом маркировать груз и представлять перевозчику необходимые сведения о нем. В случае, если груз требует особого с ним обращения, отправитель обязан информировать перевозчика о свойствах груза и порядке обращения с ним.  

При этом, как видно из материалов дела, в заявке Компания не указала на какие-либо особые условия перевозки, какой-либо оговорки в  

коносаменте, которая используется в праве торгового мореплавания целях обеспечения интересов ее субъектов путем проставления соответствующей надписи по пункту 2 статьи 145 КТМ РФ, также нет.  

Согласно отметке в коносаменте факт размещения груза на палубе был согласован с отправителем в соответствии с требованиями статьи 138 КТМ РФ.  

Сюрвейерским отчетом о погрузке от 07.08.2021 подтверждается, что раскрепление груза на палубе было выполнено надлежащим образом и не могло стать причиной повреждения груза.  

Вопреки выводам суда апелляционной инстанции о том, что факт ненадлежащего крепления груза подтверждается заключением эксперта, иных доказательств нарушения требований к креплению груза, наличия умысла или грубой небрежности в действиях (бездействии) перевозчика, которые могли бы являться основанием для лишения экспедитора права на ограничение ответственности за повреждение груза или просрочку в его доставке согласно статье 172 КТМ РФ, в материалы дела не представлено.  

Обязанность обеспечить надлежащую упаковку груза, предохраняющую груз от воздействия окружающей среды, которое предполагается при перевозке груза на палубе, лежит на отправителе, так как в коносаменте отсутствуют отметки об особых требованиях к перевозке (статья 144 КТМ РФ). Из материалов дела не следует, что при заключении Договора стороны согласовали особые требования, предъявляемые к размещению груза на судне или маршруту морской перевозки,.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 8 Закона № 87-ФЗ в случае, если во время выдачи груза получатель, указанный в договоре транспортной экспедиции, или уполномоченное им лицо не уведомили экспедитора в письменной форме об утрате, о недостаче или повреждении (порче) груза и не указали общий характер недостачи или повреждения (порчи) груза, считается, если не доказано иное, что они получили груз неповрежденным.  

Таким образом, требованиями Закона № 87-ФЗ обязанность по фиксации повреждений груза и их характера лежит на грузополучателе/грузоотправителе, который несет риск отрицательных последствий не совершения подобных действий. В материалах дела действительно отсутствует двухсторонний акт, составленный сторонами с учетом того, что выгрузка осуществлялась силами Общества, в то же время Компания представила отчет сюрвейера, который указывает на наличие повреждений груза. Данный документ подлежит оценке вместе с совокупностью документов, представленных участниками спора, в том числе, перевозчиком.  

Экспедитор, не исполнивший или ненадлежащим образом исполнивший обязательство, являясь субъектом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, несет гражданско-правовую  

ответственность независимо от наличия или отсутствия вины и может быть освобожден от нее лишь при наличии обстоятельств, которые он не мог предотвратить и устранение которых от него не зависело. При этом вина экспедитора в случае нарушения обязательства презюмируется и на него возлагается бремя доказывания обстоятельств, являющихся основанием для освобождения от такой ответственности (например, пункт 3 статьи 401, пункт 1 статьи 1079 ГК РФ).  

В соответствии с пунктом 1 статьи 401 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором, лицо, не исполнившее или ненадлежащим образом исполнившее обязательство при осуществлении предпринимательской деятельности, несет ответственность, если не докажет, что ненадлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств.  

Юридическая квалификация обстоятельства как непреодолимой силы возможна только при одновременном наличии совокупности ее существенных характеристик: чрезвычайности и непредотвратимости (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 21.06.2012 № 3352/12). Под чрезвычайностью понимается исключительность, выход за пределы обыденного, необычайность для тех или иных жизненных условий, что не относится к жизненному риску и не может быть учтено ни при каких обстоятельствах. Чрезвычайный характер непреодолимой силы не допускает квалификации в качестве таковой любого жизненного факта, ее отличие от случая в том, что она имеет в основе объективную, а не субъективную непредотвратимость. Аналогичная норма содержится в статье 7 Закона № 87-ФЗ.  

Таким образом, по смыслу приведенных норм права экспедитор несет ответственность независимо от наличия или отсутствия его вины в нарушении обязательства по перевозке и единственным основанием освобождения его от ответственности за утрату груза является наличие препятствий вне разумного контроля экспедитора - обстоятельств, которые экспедитор не мог предотвратить и устранение которых от него не зависело, поскольку от него нельзя было разумно ожидать принятия этих препятствий в расчет при заключении договора, а равно их предотвращения и преодоления последствий. При этом ссылки на наличие события недостаточно, сторона обязана доказать, что было невозможно разумно избежать или преодолеть его последствия.  

Кроме того, согласно пунктам 3 и 4 статьи 6 Закона № 87-ФЗ предел ответственности экспедитора за неисполнение (ненадлежащее исполнение) обязанностей, предусмотренных договором транспортной экспедиции, не может превышать 666,67 СПЗ за место или иную единицу отгрузки. Это правило не применяется, если экспедитор не докажет, что утрата (повреждение) принятого для экспедирования груза возникли не вследствие его собственного действия или собственного бездействия, совершенных умышленно или по грубой неосторожности. Указанный  

предел ответственности в 666,67 СПЗ установлен также в пункте 1 статьи 170 КТМ РФ, где указано, что если род и вид, а также стоимость груза не были объявлены отправителем до погрузки груза и не были внесены в коносамент, ответственность перевозчика за утрату или повреждение принятого для перевозки груза не может превышать 666,67 расчетной единицы за место или другую единицу отгрузки либо две расчетные единицы за один килограмм массы брутто утраченного или поврежденного груза в зависимости от того, какая сумма выше. Эти положения основаны на протоколе от 21.12.1979 к Конвенции об унификации некоторых правил о коносаменте 1924 г. (Брюссельская конвенция), которым был установлен предел ответственности перевозчика за повреждение или потерю груза в размере 666,67 расчетных единиц СПЗ за место или единицу груза либо 2 расчетных единицы СПЗ за один килограмм веса груза. Иными словами, вышеназванными законами устанавливается двойное ограничение ответственности экспедитора (перевозчика).  

Суд первой инстанции, принимая решение, исходил из того, что общий размер ответственности экспедитора при международной морской перевозке за повреждение груза ограничен вышеназванными суммами, в то же время суд округа обращает внимание на наличие правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.03.2014 № 14846/13, о возможности иного подхода с учетом конкретных обстоятельств.  

 В постановлении апелляционной инстанции в части отказа в применении вышеназванной нормы не приводятся основания, подтверждающие наличие иных обстоятельств относительно данного вывода суда.  

Более того, принимая постановление о взыскании суммы убытков от повреждения груза, суд апелляционной инстанции не учел, что они были определены по результатам экспертизы с учетом налога на добавленную стоимость. В заключении эксперт не указал какой именно налог им учитывался (входной по материалам), либо собственный налог Компании, а взыскание его в составе убытков при определенных обстоятельствах противоречит правовым позициям, изложенным в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2013 № 2852/13, определениях Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 13.12.2018  

 № 305-ЭС18-10125, от 31.01.2022 № 305-ЭС21-19887, от 14.04.2022 № 305-ЭС21-28531.  

Пункт 2 статьи 166 КТМ РФ устанавливает понятие срока доставки по договору морской перевозки и ответственности перевозчика за доставку груза, вернее, за просрочку в его доставке. Срок доставки может быть определен соглашением сторон. При отсутствии такового груз должен быть доставлен в порт назначения в разумный срок, который требуется от заботливого перевозчика с учетом конкретных обстоятельств.  

Таких понятий в Гаагских и Гаагско-Висбийских правилах не содержится. Если договор международной морской перевозки груза заключен по одной из этих конвенций, а применимым правом будет российское, то ответственность перевозчика за нарушение срока доставки (задержку в доставке) будет исчисляться по правилам пункта 1 статьи 169 КТМ РФ. Перевозчик отвечает суммами, не превышающими размер вознаграждения (фрахта) в соответствии с договором морской перевозки груза. Иной ущерб по этому основанию не возмещается (принцип исключительной неустойки).  

Гамбургские правила определяют понятие «задержка в сдаче груза», что косвенным образом определяет категорию срока доставки груза (пункт 2 статьи 5). Ответственность перевозчика за такую задержку определяется по правилам подпункта (b) пункта 1 статьи 6 названных правил. Она ограничена 2,5-кратным размером фрахта за задержанный груз, но не выше всего размера фрахта, подлежащего уплате на основании договора перевозки. Здесь также действует принцип исключительной неустойки.  

Статья 171 КТМ РФ содержит, в частности, положение (пункт 2), которое говорит о том, что при предъявлении требований к работникам и агентам перевозчика они имеют такое же право на ограничение ответственности, как и сам перевозчик. В целом нормы статьи 171 КТМ РФ в совокупности с пунктом 2 статьи 172 почти в точности повторяют нормы статьи 4-бис Гаагско-Висбийских правил. В обоих документах, в частности, декларируется, что суммарно с перевозчика, а также с его работников и агентов не могут быть взысканы суммы больше тех, которые определены в соответствующем нормативном акте.  

Удовлетворяя требование о взыскании убытков в полном объеме, суд апелляционной инстанции данное положение закона не применил, чем фактически освободил клиента от оплаты услуг.  

В тоже время суд первой инстанции вообще не учел наличие второго основания о возможном взыскании убытков, связанных с просрочкой доставки груза, оценив только требований о взыскании ущерба от повреждения груза.  

Суд округа обращает внимание на то, что постановление суда апелляционной инстанции о взыскании суммы убытков с Общества, связанных с исполнением обязанностей Компании по её договорам, также недостаточно обосновано по иным основаниям.  

С учетом разъяснений, изложенных в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25  

«О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», пункта 1, 2, 4, 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», при обращении с иском о взыскании убытков истцу необходимо доказать факт причинения убытков, то есть  

неисполнение или ненадлежащее исполнение ответчиком обязательств и юридически значимую причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением ответчиком обязательств и возникновением у истца убытков, а также их размер.  

Право собственности и риски случайной гибели товара перешли к покупателю в момент передачи товара грузоперевозчику в порту отправления «FOB Rizhao – Free Out порт Санкт-Петербург».  

В данном случае Общество не является участником договорных правоотношений между Компанией (поставщиком, арендодателем) и покупателем (арендатором), в связи с чем с Общества как с экспедитора подлежат взысканию лишь убытки, причиненные нарушением условий Договора, заключенного между ним и клиентом.  

Произвольное вмешательство кого-либо в частные правоотношения недопустимо (пункта 1 статьи 1 ГК РФ). Такое положение дел характерно для споров двух лиц, интересы которых противопоставляются друг другу. В соответствии с подпунктом 3 и 4 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать разумно и добросовестно.  

Очевидно, что принятие рисков несения ответственности в подобном размере (заявленном в иске по настоящему делу), безусловно, повлияло бы на стоимость или иные условия перевозки, например, увеличение времени перевозки. При этом из условий договора заявки и иных документов не следует, что ответчик разумно мог предполагать, принимая обязательства по заявке на перевозку на предложенных условиях, возможные последствия за столь незначительные нарушения обязанности по перевозке (опоздание на несколько часов). Ссылки на договор поставки или аренды заявка не содержит, доказательств раскрытия условий таких договоров перед Обществом при оформлении заявки не представлено.  

Расходы, совершенные действиями самого потерпевшего, могут рассматриваться как реальный ущерб, только если они совершены для целей восстановления права (статья 15 ГК РФ). Кроме того, указанные расходы были направлены не на восстановление какого-либо нарушенного права истца, а на исполнение Компанией своих обязательств по договорам с третьими лицами, и являются обычным риском предпринимательской деятельности.  

Учитывая изложенное, суд первой инстанции пришел к правильному выводу, что в действиях Общества не усматривается нарушение обязательства, находящееся в причинно-следственной связи с вменяемыми ему убытками. Таким образом, правовых оснований для удовлетворения иска в том виде, в каком он заявлен клиентом к экспедитору, и отмены решения суда первой инстанции и зачета этих требований у суда апелляционной инстанции не имелось.  

Апелляционным судом были допущены нарушения положений статей 170 и 268 АПК РФ, так как постановление апелляционного суда в  

его резолютивной части не соответствует содержанию его мотивировочной части, поскольку Компанией требование о зачете было заявлено именно во встречном иске, но в резолютивной части постановления отражен отказ во встречном иске, при этом фактически этот иск удовлетворен (пункт 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 11.06.2020 № 6 «О некоторых вопросах применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о прекращении обязательств»).  

Суд округа приходит к выводу, что судами обеих инстанций в части проведения зачета и отказа в его проведении не учтено следующее.  

В пункте 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.11.2016 № 54 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении» (далее - Постановление № 54) разъяснено, что в силу статей 140 и 317 ГК РФ при рассмотрении споров, связанных с исполнением денежных обязательств, следует различать валюту, в которой денежное обязательство выражено (валюту долга), и валюту, в которой это денежное обязательство должно быть исполнено (валюту платежа).  

При удовлетворении судом требований о взыскании денежных сумм, которые в соответствии с пунктом 2 статьи 317 ГК РФ подлежат уплате в рублях в сумме, эквивалентной определенной сумме в иностранной валюте или в условных денежных единицах, в резолютивной части судебного акта должны содержаться: указание на размер сумм в иностранной валюте и об уплате взыскиваемых сумм в рублях; ставка процентов и (или) размер неустойки, начисляемых на эту сумму; дата, начиная с которой производится их начисление, дата или момент, до которых они должны начисляться; точное наименование органа (юридического лица), устанавливающего курс, на основании которого должен осуществляться пересчет иностранной валюты (условных денежных единиц) в рубли; указание момента, на который должен определяться курс для пересчета иностранной валюты (условных денежных единиц) в рубли.  

Определяя курс и дату пересчета, суд указывает курс и дату, установленные законом или соглашением сторон.  

Если согласно закону или договору курс для пересчета иностранной валюты (валюта долга) в рубли (валюта платежа) должен определяться на дату вынесения решения или на более раннюю дату, суд самостоятельно осуществляет пересчет иностранной валюты в рубли и указывает в резолютивной части решения сумму основного долга в рублях (пункт 28).  

В соответствии со статьей 11 КТМ РФ расчетная единица является единицей СДР, при этом перевод в рубли сумм, взыскиваемых по статьей 170 КТМ РФ, осуществляется на дату вынесения решения судом, арбитражным судом или третейским судом либо на установленную соглашением сторон дату.  

Суд первой инстанции, удовлетворив требования в соответствующей  

части, не применив указания, содержащиеся в пункте 28 Постановления  

 № 54, посчитал невозможным произвести зачет в соответствующей сумме основного и встречного иска на дату вынесения решения, не учел специальные нормы закона – статьи 11 и 170 КТМ и пункт 2 статьи 317  

ГК РФ. 

С учетом необходимости исследования доказательств и установления фактических обстоятельств дела, имеющих значение для правильного рассмотрения спора, невыполнения обязательных указаний суда кассационной инстанции, нарушение норм процессуального права, принимая во внимание, что судебные акты повторно проверяются судом кассационной инстанции и содержащиеся в них выводы не соответствуют установленным по делу фактическим обстоятельствам или имеющимся в деле доказательствам, судами не учтены указания суда кассационной инстанции, изложенные в постановлении от 26.01.2024, дело подлежит передаче на новое рассмотрение в суд первой инстанции (пункт 4 части 1 статьи 287 АПК РФ).  

При новом рассмотрении дела суду необходимо устранить указанные недостатки, установить и исследовать все существенные для правильного рассмотрения дела обстоятельства; правильно применив соответствующие нормы процессуального и материального права; указать мотивы соответствующих выводов суда.  

Руководствуясь статьями 286 – 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа  

п о с т а н о в и л :

решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 11.09.2024 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.04.2025 по делу  

 № А56-31371/2022 отменить. 

Дело направить на новое рассмотрение в Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области.  

Председательствующий В.В. Дмитриев Судьи М.Г. Власова 

 П.Ю. Константинов