ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Москва

 

22.01.2020

             Дело № А41-82350/18

Резолютивная часть постановления объявлена 16.01.2020

Полный текст постановления изготовлен 22.01.2020

 

Арбитражный суд Московского округа 

в составе: председательствующего-судьи Дунаевой Н.Ю.,

судей Красновой С.В., Федуловой Л.В., 

при участии в заседании:

от ООО "ЖилКомАльтернатива" – ФИО1 – доверен. от 05.09.2019 №32

от ФИО2 – лично, паспорт, ФИО3 – доверен. от 31.05.2018 №50 АБ 1627646, ФИО4 – доверен. от 06.12.2018 №50 АБ 2009865

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу ООО "ЖилКомАльтернатива" 

на решение Арбитражного суда Московской области от 10.07.2019 и постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 01.10.2019 по делу № А41-82350/18

по иску ООО "ЖилКомАльтернатива" 

к ФИО2 

о взыскании убытков,

УСТАНОВИЛ:

ООО "ЖилКомАльтернатива" обратилось в Арбитражный суд Московской области с исковым заявлением к ФИО2 о взыскании в порядке принятого судом в соответствии со ст. 49 АПК РФ уточнения 7209983 руб. 61 коп. убытков, причиненных обществу при исполнении ответчиком обязанностей генерального директора общества.

Решением Арбитражного суда Московской области от 10.07.2019 в удовлетворении заявленных требований отказано.

Постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 01.10.2019 решение Арбитражного суда Московской области от 10.07.2019 по делу N А41-82350/18 оставлено без изменения.

Не согласившись с принятыми судебными актами, истец обратился с кассационной жалобой в Арбитражный суд Московского округа, в которой просит решение Арбитражного суда Московской области от 10.07.2019 и постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 01.10.2019 по делу N А41-82350/18 отменить, направить дело на новое рассмотрение в Арбитражный суд Московской области.

В качестве оснований обоснованности жалобы заявитель ссылается на нарушение и неправильное применение норм права, судами нарушены положения ст.ст. 33, 45 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, ст.ст. 81, 193 ТК РФ, ст.ст. 65, 71, 88, 161, 168, 170 АПК РФ, несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в материалах дела доказательствам, суды не исследовали доказательства, представленные истцом в подтверждение недобросовестного поведения ответчика, генеральный директор не мог не знать об отсутствии правовых оснований для выплат заработной платы лицам, не осуществляющим трудовую деятельность, указанные лица не были уволены за прогул, суды необоснованно отклонили ходатайство истца о вызове свидетелей, суды необоснованно отклонили отчет о проведении служебной проверки, ответчик незаконно принял решение об увеличении себе заработной платы, суд первой инстанции не рассмотрел заявление о фальсификации протоколов общих собрании, на основании которого были увеличены выплаты заработной платы ответчику, а суд апелляционной инстанции рассмотрел указанное заявление только в части, участники общества не принимали решение о проведении аудита, поэтому вышеуказанные судебные акты подлежат отмене.

В ходе судебного рассмотрения кассационной жалобы заявитель поддержал доводы, изложенные в жалобе, просил решение Арбитражного суда Московской области от 10.07.2019 и постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 01.10.2019 по делу N А41-82350/18 отменить, направить дело на новое рассмотрение в Арбитражный суд Московской области.

Ответчик доводы кассационной жалобы отклонил, просил судебные акты оставить в силе.

Изучив доводы кассационной жалобы, заслушав представителей сторон, проверив в порядке статей 284, 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судом норм материального права и соблюдение норм процессуального права при принятии обжалуемых судебных актов, суд кассационной инстанции приходит  к выводу о том, что отсутствуют основания, предусмотренные статьей 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, для отмены или изменения оспариваемых судебных актов, а именно:

Из материалов дела следует и установлено судами, 25.04.2006 в качестве юридического лица ООО "ЖилКомАльтернатива" (ИНН 

<

***>) было зарегистрировано Инспекцией ФНС по г. Электростали Московской области за основным государственным регистрационным номером 1065012024813.

На основании протокола общего собрания участников общества N 15 от 09.12.2013 ответчик был назначен на должность генерального директора общества, с ФИО2 в редакции дополнительных соглашений был заключен трудовой договор N 149 от 13.12.2013.

На основании решения внеочередного общего собрания участников ООО "ЖилКомАльтернатива" N 1/2018 от 12.03.2018 полномочия ответчика в качестве генерального директора общества были прекращены, на должность генерального директора назначен ФИО5, а с 26.07.2018 на должность генерального директора был назначен ФИО6.

Согласно результатам проверки (служебного расследования), проведенной на основании приказа генерального директора ФИО5 от 14.05.2018, было выявлено, что действиями ФИО2 в качестве генерального директора общества в период с января 2015 г. по март 2018 г. обществу были причинены убытки, что послужило основанием для обращения истца в суд с настоящим иском.

Гражданско-правовая ответственность органов управления юридического лица, включая ответственность единоличного исполнительного органа, перед самим юридическим лицом предусмотрена статьей 53 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также статьей 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью".

В частности единоличный исполнительный орган, обязан возместить обществу убытки, причиненные его виновными действиями (бездействием).

В соответствии с толкованием правовых норм, приведенном в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 08.02.2011 № 12771/10, при рассмотрении споров о возмещении причиненных обществу единоличным исполнительным органом убытков подлежат оценке действия (бездействие) ответчика с точки зрения добросовестного и разумного осуществления им прав и исполнения возложенных на него обязанностей.

При этом в гражданском законодательстве закреплена презумпция добросовестности участников гражданских правоотношений (пункт 3 статьи 10 Гражданского кодекса РФ). Данное правило распространяется и на руководителей хозяйственных обществ, членов органов его управления, то есть предполагается, что они при принятии деловых решений, в том числе рискованных, действуют в интересах общества и его акционеров (участников).

В соответствии с п. 2 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 N 62 недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

1) действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке;

2) скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки;

3) совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица;

4) после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица;

5) знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.).

Убытки подлежат взысканию по правилам статьи 15 Гражданского кодекса РФ, согласно которой лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права.

Лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать противоправность поведения ответчика, наличие и размер понесенных убытков, а также причинную связь между противоправностью поведения ответчика и наступившими убытками.

Таким образом, при обращении с иском о взыскании убытков, причиненных противоправными действиями единоличного исполнительного органа, истец обязан доказать сам факт причинения ему убытков и наличие причинной связи между действиями причинителя вреда и наступившими последствиями, в то время как обязанность по доказыванию отсутствия вины в причинении убытков лежит на привлекаемом к гражданско-правовой ответственности единоличном исполнительном органе.

В обоснование причинения обществу убытков в размере 3 937 147 руб. истец ссосался на выплату обществом в качестве заработной платы гражданам ФИО7, ФИО8, Калуга А.А., ФИО9, ФИО10, ФИО11, которые, по мнению истца, не осуществляли трудовую деятельность в качестве работников общества, в связи с чем у ответчика не было правовых оснований для выплаты заработной платы указанным физическим лицам.

Указанные доводы обоснованы истцом исключительно объяснениями главного бухгалтера общества ФИО12, а также самих сотрудников ФИО7, которая была допрошена в судебном заседании, письменными заявлениями ФИО8 и ФИО11

Признавая требования истца в указанной части несостоятельными, суды исходили из того, что в материалах дела имеются трудовые договоры с ФИО7, ФИО8, Калуга А.А., ФИО9, ФИО10, ФИО11, а также табели рабочего времени за спорный период, в которых отражены данные об этих сотрудниках, находившихся на рабочих местах и исполнявших свои служебные обязанности. Более того, данные лица длительное время работали в ООО "ЖилКомАльтернатива", были приняты на работу в период с 2004 г. по 2012 г. (ФИО7 - в 2004 г., ФИО8 - в 2006 г., Калуга А.А. - в 2006 г., ФИО9 - в 2012 г., ФИО10 - в 2010 г., ФИО11 - в 2006 г.), то есть до вступления в должность генерального директора ФИО2

При этом, судами установлено, что ведение табелей учета рабочего времени входило в обязанности мастеров и работников кадровой службы, о чем свидетельствуют подписи указанных лиц в табелях представленных обществом.

Как верно отметили суды, бухгалтер-кадровик ФИО12 имела право запрашивать от специалистов и руководителей подразделений информацию и документы, необходимые для исполнения должностных обязанностей, однако, по факту отсутствия работников такой информации бухгалтером-кадровиком не запрашивалось, в связи с чем сомнений в их наличии и исполнении трудовых обязанностей не возникало.

Более того, суды правомерно указали, что обязанности по проверке и оформлению документов сотрудников Общества лежали на начальнике отдела кадров ФИО12, а денежные средства в целях расчетов по заработной плате выдавала кассир ФИО13, поэтому подписывая соответствующие платежные ведомости ФИО2 распоряжался денежными средствами Общества не самостоятельно, а добросовестно, полагаясь на своих ответственных работников.

Кроме того, суды установили, что общество в лице нового директора ФИО5 уволило ФИО8 не за прогул, а по собственному желанию. Так, согласно приказам за подписью нового генерального директора ФИО5 о прекращении трудовых договоров с ФИО8, ФИО11 по личному заявлению работника. Общество выплатило указанным лицам заработную плату и компенсации за неиспользованный отпуск, о чем свидетельствуют представленные обществом справки 2-НДФЛ на данных сотрудников.

Судами также установлено, что выплата заработной платы самому ФИО2 в полном соответствии со штатным расписанием осуществлялась обществом в принудительном порядке после прокурорской проверки, которая также не выявила фактов нахождения в обществе номинальных сотрудников.

Отклоняя доводы истца о наличии убытков общества в размере 1 507 004 руб. 29 коп., в связи с необоснованным увеличением генеральным директором собственной заработной платы и выплаты премии без соответствующего на то распоряжения работодателя, суды исходили из отсутствия доказательств того, что эти выплаты были экономически необоснованными, причинили обществу ущерб, негативно повлияли на финансовые показатели организации и затруднили его хозяйственную деятельность.

Судами установлено и следует из представленных истцом справок 2-НДФЛ за 2015 - 2016 годы, максимальный месячный доход ФИО2 составил 60 000 руб., что не превышает установленный трудовым договором размер должностного оклада и ежемесячной премии в общей сумме 60 000 руб. 

30.11.2016 участниками общества было принято решение, оформленное протоколом N 19, об установлении с 01.12.2016 премии генеральному директору в размере 75%.

При этом, согласно представленным обществом справкам 2-НДФЛ, максимальный месячный доход ФИО2 с декабря 2016 г. составил 70 000 руб., что не превышает установленный решением участников общества размер должностного оклада и ежемесячной премии в общей сумме 70 000 руб. 

Кроме того, 28.08.2017 участниками общества было принято решение, оформленное протоколом N 20, об увеличении с 01.09.2017 оклада генеральному директору до 45 000 руб.

При этом, согласно представленным истцом справкам 2-НДФЛ месячный доход ФИО2 с сентября 2017 г. составил 78 750 руб., что не превышает установленный решением участников общества размер должностного оклада и ежемесячной премии в общей сумме 78 750 руб.

Более того, суды установили, что после увольнения ФИО2 оклад нового генерального директора и размер премии соответствовал ранее выплачиваемому ФИО2 окладу. 

Согласно части 1 статьи 161 АПК РФ, если лицо, участвующее в деле, обратится в арбитражный суд с заявлением в письменной форме о фальсификации доказательства, представленного другим лицом, участвующим в деле, суд: разъясняет уголовно-правовые последствия такого заявления; исключает оспариваемое доказательство с согласия лица, его представившего, из числа доказательств по делу; проверяет обоснованность заявления о фальсификации доказательства, если лицо, представившее это доказательство, заявило возражения относительно его исключения из числа доказательств по делу.

В этом случае арбитражный суд принимает предусмотренные федеральным законом меры для проверки достоверности заявления о фальсификации доказательства, в том числе назначает экспертизу, истребует другие доказательства или принимает иные меры.

Из указанной нормы не следует, что суд в любом случае обязан назначить экспертизу при наличии заявления участвующего в деле лица о фальсификации доказательства. Обоснованность или необоснованность заявления может быть проверена и путем сопоставления в ходе исследования других доказательств по делу.

Проведя проверку заявления истца о фальсификации доказательств с соблюдением требований ст. 161 АПК РФ, суд первой инстанции не усмотрел оснований для удовлетворения ходатайства истца о фальсификации доказательств - протоколов общего собрания участников ООО "ЖилКомАльтернатива" от 30.12.2013 и от 30.11.2016 и назначения по делу судебной экспертизы.

При этом, суд апелляционной инстанции правомерно отметил, что протоколы N 19 от 30.11.2016 и N 20 от 28.08.2017 были представлены и заверены самим истцом в рамках прокурорской проверки.

Отклоняя доводы истца о наличии убытков в части необоснованного перечисления денежных средств в размере 921 380 руб. 03 коп. контрагентам общества, суды исходили из наличия доказательств выполнения работ. Ответчик в материалы дела представил исполнительную документацию по договорам: сметы, акты выполненных работ, отчеты аудитора, из которых следует, что все заключенные в спорный период сделки с указанными юридическими лицами были исполнены. При этом, истец доказательств нецелевого расходования денежных средств, равно как и доказательств отсутствия встречного предоставления по договору, суду не представил.

Более того, судами установлено, что договоры на аудиторские услуги N 5-А-17 от 20.11.2017 и N 4-А-17 от 17.10.2017, заключенные с ИП ФИО14, были заключены на рыночных условиях и исполнены надлежащим образом, что подтверждается копиями отчетов об аудиторских проверках, полученные от контрагента. При этом, суды отметили, что необходимость проведения аудиторской проверки была вызвана необходимостью соблюдения требований п. 10, п. 10.1 ст. 161 Жилищного кодекса Российской Федерации и Федерального закона от 21.07.2014 N 209-ФЗ "О государственной информационной системе жилищно-коммунального хозяйства".

Суды также отметили, что договор аренды автомобиля от 22.12.2017 был заключен на рыночных условиях. При этом, подписание и исполнение данных договоров входило в круг обязанностей генерального директора, соответствовало основному виду деятельности общества и отвечало интересам истца, что исключает возможность удовлетворения иска о взыскании оплаты по этим сделкам в качестве убытков с директора.

Отклоняя ссылку истца на причинение убытков обществу в размере 844 452 руб. 29 коп. - штрафы, уплаченные обществом в связи с допущенными нарушениями в сфере управления жилыми домами и налоговой деятельности (несвоевременным перечислением суммы НДФЛ), в период работы ФИО2 в должности руководителя истца, суды исходили из того, что ответственность за ведение финансовой деятельности в обществе за предоставление отчетности в налоговый орган за первое полугодие 2016 года лежала на состоящем в штате этой организации главном бухгалтере ФИО12, поскольку наличие в штате главного бухгалтера, обладающего специальными познаниями в области ведения бухгалтерского учета, предполагает возложения на лицо, занимающее эту должность, функций по надлежащему ведению и составлению налоговой отчетности организации и направлению ее в соответствующий административный орган.

Согласно представленным истцом постановлениям Главного управления Московской области "Государственная жилищная инспекция Московской области" ООО "ЖилКомАльтернатива" привлекалось к административной ответственности за ненадлежащее состояние жилого фонда: сломанные дверные петли, отслоившуюся краску, отсутствующие стекла в окнах помещений общего пользования, за несвоевременную уборку снега, повреждение детской площадки, отсутствие утеплителя газопровода.

Вместе с тем, как верно указали суды, данные нарушения не могут быть признаны следствием действий (бездействия) генерального директора. Как верно установили суды, ответчик со своей стороны принимал меры к предотвращению нарушений, его действия не выходили за пределы обычного делового оборота потому наличие в обществе проблем, связанных с ненадлежащим исполнением трудовых обязанностей отдельных сотрудников, не может свидетельствовать о недобросовестном поведении самого ФИО2

Более того, согласно бухгалтерскому балансу общества по состоянию на 31.12.2017, подписанного ФИО5, деятельность истца за 2015 - 2017 гг. являлась эффективной, а его финансовые показатели только улучшались.

Исследовав и оценив в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные в материалы дела доказательства и доводы сторон, суды первой и апелляционной инстанций пришли к правомерному выводу об отказе в удовлетворении заявленных требований.

Доводы заявителя о том, что суд отказал в ходатайстве о вызове свидетелей, кассационная коллегия считает несостоятельными, поскольку по смыслу статьи 88 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации вызов лица в качестве свидетеля является правом, а не обязанностью суда, и обуславливается предметом доказывания и необходимостью в получении определенного доказательственного материала (относимого и допустимого) в подтверждение наличия какого-либо юридического факта.

Доводы заявителя о том, что суд не рассмотрел заявление о фальсификации доказательств не нашли своего подтверждения. Более того, суд кассационной инстанции учитывает, что протоколы N 19 от 30.11.2016 и N 20 от 28.08.2017, о фальсификации которых было заявлено истцом, были представлены и заверены самим истцом в рамках прокурорской проверки.

Суд кассационной инстанции обращает внимание, что согласно правовой позиции Конституционного суда Российской Федерации, приведенной, в том числе, в Определении от 17.02.2015 N 274-О, статьи 286 - 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, находясь в системной связи с другими положениями данного Кодекса, регламентирующими производство в суде кассационной инстанции, предоставляют суду кассационной инстанции при проверке судебных актов право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм материального и процессуального права и не позволяют ему непосредственно исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела.

Иное позволяло бы суду кассационной инстанции подменять суды первой и второй инстанций, которые самостоятельно исследуют и оценивают доказательства, устанавливают фактические обстоятельства дела на основе принципов состязательности, равноправия сторон и непосредственности судебного разбирательства, что недопустимо. Соответствующая правовая позиция отражена в Определении Верховного Суда РФ от 12.07.2016 N 308-ЭС16-4570 по делу N А63-3604/2015.

Доводы заявителя кассационной жалобы, по которым он не согласен с оспариваемыми судебными актами, направлены на переоценку обстоятельств, установленных судами первой и апелляционной инстанций, что недопустимо при рассмотрении дела в суде кассационной инстанции, исходя из положений главы 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

При указанных обстоятельствах, суд кассационной инстанции не установил оснований для изменения или отмены решения арбитражного суда первой и постановления апелляционной инстанций, предусмотренных в ч. 1 ст. 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 284 - 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации 

 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Московской области от 10.07.2019 и постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 01.10.2019 по делу № А41-82350/18 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

 

Председательствующий-судья                                                              Н.Ю. Дунаева

 

Судьи:                                                                                                          С.В. Краснова

 

                                                                                                                      Л.В. Федулова