АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-2971/20 

Екатеринбург

25 января 2023 г.

Дело № А60-23565/2019

Резолютивная часть постановления объявлена 18 января 2023 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 25 января 2023 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Шершон Н.В.,

судей Морозова Д.Н., Артемьевой Н.А.

при ведении протокола помощником судьи Мясниковой О.В., рассмотрел в судебном заседании проведенном с использованием системы веб-конференции информационной системы «Картотека арбитражных дел» (онлайн-заседание), кассационную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Свердловской области от 13.09.2022 по делу № А60-23565/2019 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.11.2022 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, в том числе публично, путем размещения информации на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании в режиме веб-конференции приняли участие представители:

ФИО1 – ФИО2 (доверенность от 17.03.2022);

ФИО3 – ФИО4 (доверенность от 06.11.2018).

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 17.08.2020 ФИО3 (далее – Должник) признана несостоятельной (банкротом), в отношении нее введена процедура реализации имущества гражданина, исполняющим обязанности финансового управляющего утвержден ФИО5.

Определением суда от 23.12.2020 финансовым управляющим имуществом Должника утвержден ФИО6. 

В дальнейшем финансовым управляющим представлено ходатайство о завершении в отношении Должника процедуры банкротства с приложением к нему отчета и иных документов.

Кредитор ФИО1 заявил о неосвобождении Должника от обязательств.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 01.12.2021, оставленным без изменения постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.03.2022, процедура реализации имущества гражданина в отношении ФИО3  завершена, Должник освобождена от исполнения обязательств перед кредиторами в соответствии с пунктом 3 статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве). 

Постановлением Арбитражного суда Уральского округа от 27.06.2022 определением Арбитражного суда Свердловской области от 01.12.2021 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.03.2022 отменены в части применения в отношении ФИО3 положения пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве об освобождении от обязательств перед ФИО1, обособленный спор в отмененной части направлен на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 13.09.2022, оставленным без изменения постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.11.2022 в отношении ФИО3 применены положения п. 3 ст. 213.28 Закона о банкротстве об освобождении от обязательств перед ФИО1

В кассационной жалобе ФИО1 просит указанные судебные акты отменить, принять новый судебный акт о неосвобождении Должника от исполнения обязательств. Кассатор полагает, что судами не были рассмотрены его доводы, изложенные в заявлении от 28.07.2022 о неприменении к Должнику положений п. 3 ст. 213.28 Закона о банкротстве, им не дана надлежащая правовая оценка. Кассатор считает, что судами сделаны выводы, противоречащие фактам, установленным  в определении суда от 06.07.2020, настаивает на том, что в рассматриваемом случае имеет значение само по себе противоправное поведение Должника, наличие либо отсутствие негативных последствий сделки для кредиторов значимым не является; выражает свое несогласие с выводами судов в об отсутствии со стороны Должника уклонения от передачи документации финансовому управляющему и от исполнения обязательств перед кредитором  ФИО1, полагает, то суды в бжаемых судебных актах полностью оправдали позицию Должника по уклонению от исполнения обязательств, что недопустимо, настаивает на том, что недобросовестность Должника подтверждена материалами дела.

В отзыве на кассационную жалобу ФИО3 против изложены в ней доводов возражает, просит оставить обжалуемые судебные акты без изменения, в удовлетворении кассационной жалобы отказать. 

Проверив законность обжалуемых определения Арбитражного суда Свердловской области от 13.09.2022 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.11.2022  в порядке, предусмотренном статьями 284 – 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд кассационной инстанции не находит оснований для их отмены.

Как следует из  материалов дела и установлено судами, обращаясь с ходатайством о завершении в отношении ФИО3 процедуры реализации имущества, финансовый управляющий ФИО6 указал на возможность освобождения Должника от дальнейшего исполнения требований кредиторов.

Кредитор ФИО1, в свою очередь, против освобождения ФИО3 от дальнейшего исполнения обязательств возразил, в частности, в заявлении от 28.07.2022 указал следующие обстоятельства: Должник препятствовала деятельности финансового управляющего, длительное время уклонялась от передачи ему сведений и документов; определением арбитражного суда от 06.07.2020 признано недействительной сделкой, сопряженной с недобросовестным поведением сторон, дополнительное соглашение от 15.11.2018 к договору поручительства № 9963001/4 от 01.02.2013, заключенное между ФИО7 и Должником; Должник совершала действия, направленные на непогашение задолженности перед кредитором ФИО1, уволилась по собственному желанию после подачи кредитором заявления о банкротстве, не обратилась с заявлением о собственном банкротстве; кроме того, ФИО3, имея неисполненные обязательства перед кредитором ФИО1, осуществляла исполнение кредитных обязательств перед публичным акционерным обществом «Сбербанк» (далее – Сбербанк).  

По общему правилу после завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина (пункт 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве).

В силу пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение гражданина от обязательств не допускается в случае, если: вступившим в законную силу судебным актом гражданин привлечен к уголовной или административной ответственности за неправомерные действия при банкротстве, преднамеренное или фиктивное банкротство; гражданин не предоставил необходимые сведения или предоставил заведомо недостоверные сведения финансовому управляющему или арбитражному суду; доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество.

Таким образом, отказ в освобождении от обязательств должен быть обусловлен противоправным поведением должника, направленным на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредиторами (сокрытие своего имущества, воспрепятствование деятельности финансового управляющего и т.д.).

Злостное уклонение от погашения задолженности, выражающееся в стойком умышленном нежелании должника исполнять обязательство при наличии возможности, следует разграничивать от непогашения долга вследствие отсутствия возможности, нерационального ведения своих дел или стечения жизненных обстоятельств. Признаки злостности уклонения обнаруживаются, в частности, в том, что должник умышленно скрывает свои доходы и имущество, на которое может быть обращено взыскание, изменяет место жительства или имя, не извещая об этом кредитора, противодействует приставу-исполнителю или финансовому управляющему в исполнении обязанностей по формированию имущественной массы, подлежащей описи, реализации и направлению на погашение задолженности по обязательству, несмотря на требования кредитора о погашении долга ведет явно роскошный образ жизни (определение Верховного Суда Российской Федерации от 03.09.2020 по делу № 310-ЭС20-6956).

При установлении недобросовестности одной из сторон суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения применяет меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 1  постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

При этом принятие на себя непосильных долговых обязательств ввиду необъективной оценки собственных финансовых возможностей и жизненных обстоятельств не может являться основанием для неосвобождения от долгов. В отличие от недобросовестности неразумность поведения физического лица сама по себе таким препятствием не является.

Так, судами по результатам изучения материалов дела установлено, что финансовый управляющий ФИО5 в процедуре реструктуризации обратился с ходатайством об истребовании документов у Должника. В рамках обособленного спора об истребовании документов состоялись следующие заседания: 22.11.2019, 06.12.2019, 20.12.2019, 26.12.2019, 28.01.2020, 13.02.2020, при этом представитель Должника участвовал в каждом судебном заседании, а финансовый управляющий принял участие только в судебных заседаниях, состоявшихся 28.01.2020 и 13.02.2020; представителем Должника уже к первому заседанию были представлены указанные управляющим документы, однако в последующем последний неоднократно уточнял свои требования, формируя новый перечень сведений и документов, не раскрывая его заблаговременно перед Должником. При таких обстоятельствах, приняв также во внимание пояснения Должника о том, что финансовый управляющий находится в ином регионе, что осложняет для гражданина-должника процесс передачи документации, учитывая при этом, что все сведения и документы фактически были предоставлены управляющему еще в период процедуры реструктуризации долгов, суды не усмотрели в данном случае в поведении Должника признаков заведомого намеренного противодействия деятельности финансового управляющего.

Судами при рассмотрении настоящего спора учтено, что определением суда от 06.07.2020 по настоящему делу признано недействительным дополнительное соглашение от 15.11.2018 к договору поручительства от 01.02.2013, заключенное между ФИО7 и ФИО3, в данном судебном акте констатировано, что данная сделка совершена с целью проведения подконтрольной процедуры, поскольку приобретая задолженность по договорам поручительства, ФИО7 становится мажоритарным кредитором в делах о банкротстве общества с ограниченной ответственностью «Верхнесалдинский металлургический завод» и о банкротстве Должника. 

Вместе с тем, принимая во внимание, что ФИО7 заявителем по настоящему делу о банкротстве не являлся, определением суда от 06.07.2020 в удовлетворении его заявления о включении в реестр требований кредиторов Должника было отказано, незаконная сделка не оказала негативного влияния на ход процедуры банкротства и результат расчетов с кредиторами, не привела к уменьшению конкурсной массы либо невозможности ее увеличения, суды первой и апелляционной инстанций сочли, что в данном случае с учетом характера и последствий поведения Должника не усмотрели оснований для неосвобождения ФИО3 от исполнения от обязательства в связи с приведенными выше обстоятельствами поведения Должника.

Каких-либо действий, указывающих на признаки злостного уклонения Должника от исполнения обязательств, судами в данном случае не установлено.

Судами установлено, что испытывая финансовые затруднения, Должник затруднялась при исполнении обязательств перед кредиторами, как перед ФИО1, так перед Сбербанком, при этом, несмотря на то, что требование Сбербанка удовлетворено ею в большем размере, погашение по мере возможностей производилось обоим кредиторам; в ходе судебных заседаний Должник последовательно приводила непротиворечивые пояснения и подтверждающие их доказательства, объясняющие мотивы ее действий, в частности о том, что требования Сбербанка обеспечены залогом единственного жилья и неисполнение этих обязательств влекло за собой обращение взыскание на предмет залога, в связи с чем погашение требований Сбербанка для нее, действительно, являлось приоритетным, но при этом не было сопряжено со злоупотреблением правом. Увольнение с работы, с учетом возраста Должника, равно как и неподача заявления о собственном банкротстве, не означает недобросовестного поведения при исполнении обязательств.

С учетом этого и исходя из социально-реабилитационной направленности института потребительского банкротства, суды сочли Должника подлежащей освобождению от исполнения обязательств перед кредиторами, в том числе перед ФИО1, в силу пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве.

По результатам рассмотрения кассационной жалобы суд округа полагает, что нормы законодательства, регламентирующие институт потребительского банкротства, судами обеих инстанций применены правильно, выводы судов о применении нормы права соответствуют установленным ими обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, нарушений норм процессуального права, приведших к принятию неправильного судебного акта, не допущено.

Вопреки убеждению кассатора ФИО1, суд округа усматривает, что судами первой и апелляционной инстанций при новом рассмотрении спора рассмотрены и оценены все его доводы, приведенные в обоснование заявления о неосвобождения ФИО3 от исполнения обязательств. 

Иные доводы, приведенные в кассационной жалобе, сводятся к изложению обстоятельств дела, которые были предметом исследования и оценки судов, о нарушении либо неправильном применении судами норм права не свидетельствуют, по сути, сводятся к тому, что приведенные участвующими в деле лицами доводы и возражения по рассматриваемому вопросу судам следовало оценить иным образом. Однако полномочиями по переоценке доказательств и разрешению вопросов факта суд округа не наделен.

Таким образом, учитывая, что нарушений норм материального и/или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом округа не выявлено, обжалуемые определение Арбитражного суда Свердловской области от 13.09.2022 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.11.2022 отмене по приведенным кассатором доводам не подлежат.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 13.09.2022 по делу № А60-23565/2019 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.11.2022 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

ПредседательствующийН.В. Шершон 

 

СудьиД.Н. Морозов 

 

Н.А. Артемьева