ДВАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Староникитская ул., 1, г. Тула, 300041, тел.: (4872)70-24-24, факс (4872)36-20-09

e-mail: info@20aas.arbitr.ru, сайт: http://20aas.arbitr.ru 

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Тула

Дело № А68-11032/2018

20АП-7512/202020

 

Резолютивная часть постановления объявлена 3 марта 2021 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 04 марта 2021 года.

 

Двадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего                Волковой Ю.А., судей Григорьевой М.А. и Мосиной Е.В., при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, при участии в судебном заседании:                     от конкурсного управляющего ООО «Энергосбыт» ФИО2 – представителя ФИО3  (доверенность от 20.09.2020), от общества с ограниченной ответственностью «Инвест» - представителя ФИО4 (доверенность от 11.01.2021), в отсутствие иных заинтересованных лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения информации на официальном сайте арбитражного суда в сети Интернет, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Инвест» на определение Арбитражного суда  Тульской области от 09.12.2020 по делу № А68-11032/2018 (судья Лось Г.Г.), принятое по результатам рассмотрения ходатайства конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Энергосбыт» (ИНН: 

<

***>,                                         ОГРН: 

<

***>) ФИО2 об утверждении мирового соглашения, в рамках дела о признании общества с ограниченной ответственностью «Энергосбыт» несостоятельным должником (банкротом), 

 

УСТАНОВИЛ:

в производстве Арбитражного суда  Тульской области находится дело о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Энергосбыт».

11.03.2020 в Арбитражный суд Тульской области от  конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Энергосбыт» поступило ходатайство об утверждении мирового соглашения с приложением протокола собрания кредиторов должника от 17.02.2020 № 2 и текста мирового соглашения, подписанного конкурсным управляющим должника и представителем собрания кредиторов общества с ограниченной ответственностью «Энергосбыт» ФИО4 (далее - мировое соглашение).

Определением Арбитражного суда  Тульской области от 09.12.2020 в утверждении мирового соглашения по делу № А68-11032/2018 отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, общество с ограниченной ответственностью «Инвест» обратилось с апелляционной жалобой в Двадцатый арбитражный апелляционный суд, в которой просило отменить определение и принять по делу новый судебный акт, утвердить мировое соглашение по делу № А68-11032/2018.

В обоснование доводов апелляционной жалобы ссылается на то, что денежные средства поступят в конкурсную массу именно после продажи имущества должника  для расчетов с кредиторами.

ООО «Инвест» считает, что заключение мирового соглашения является наиболее предпочтительным выходом из сложившейся ситуации исходя из имущественного состояния должника.

Выражает несогласие с выводами суда первой инстанции об аффилированности кредитора и должника, а также о намерении кредитора предоставить преимущество определенной группе лиц и получить влияние на ход процедуры банкротства должника, поскольку они документально не подтверждены и носят предположительный характер.

Обращает внимание на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 23.12.2019 по делу №А56-97377/2018, которое подтверждает отсутствие аффилированности между ООО «Инвест» и ООО «Энергосбыт» как фактической, так и юридической.

По мнению кредитора, выводы суда первой инстанции не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, поскольку требование ООО «Инвест» основано на кредитном договоре и договоре уступки права (требования), не является корпоративным и не вытекает из факта участия кредитора в капитале должника. 

Взаимоотношения ФИО5 и ФИО6 по возмездному договору купли-продажи 50% долей в ООО «Галактика» свидетельствуют лишь о намерении одного лица приобрести определенное имущество у другого лица. 

В материалы дела от конкурсного управляющего ООО «Энергосбыт» ФИО2 поступил отзыв, в котором последний поддержал доводы апелляционной жалобы, просил ее удовлетворить, определение отменить и принять по делу новый судебный акт, утвердив мировое соглашение по делу № А68-11032/2018.

От конкурсных кредиторов ООО «Кровельные системы» и ФИО5 поступили отзывы, в которых они  просили отменить обжалуемое определение, а апелляционную жалобу                      ООО «Инвест» - удовлетворить.

В судебном заседании представитель общества с ограниченной ответственностью «Инвест»   поддерживал доводы апелляционной жалобы по основаниям, изложенным в ней.

Представитель конкурсного управляющего ООО «Энергосбыт» ФИО2 поддерживал доводы апелляционной жалобы по основаниям, изложенным в отзыве.

Иные заинтересованные лица,  участвующие в настоящем обособленном споре, извещенные о времени и месте судебного заседания надлежащим образом, в суд апелляционной инстанции не явились, своих представителей не направили.  

В соответствии со статьями 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) жалоба рассмотрена в отсутствие неявившихся участников арбитражного процесса, их представителей, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания. 

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены апелляционной инстанцией в порядке статей 266, 268 АПК РФ в пределах доводов апелляционной жалобы. 

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований, предусмотренных статьей 270 АПК РФ, для отмены или изменения судебного акта в силу следующего.

В соответствии с частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В соответствии с пунктом 1 статьи 32 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" дела о банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными настоящим Федеральным законом.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, в том числе протокола внеочередного общего собрания участников должника от 06.03.2020, что ФИО5 (далее - ФИО5) владеет долей в уставном капитале ООО «Энергосбыт» в размере 80 %, а ФИО7 - долей в уставном капитале ООО «Энергосбыт» в размере 20 %.

Как установлено в постановлении Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.04.2019 по делу № А56-76592/2018, принятого в рамках дела о признании общества с ограниченной ответственностью «Торговый дом «Энергосбыт» (далее -                          ООО «ТД «Энергосбыт»), учредителем и генеральным директором общества с ограниченной ответственностью «Инвест» является ФИО6; учредителем и генеральным директором ООО «ТД «Энергосбыт» - ФИО5 При этом ФИО5 являлся участником (50 %) и генеральным директором (до 10.05.2018) общества с ограниченной ответственностью «Галактика» (далее - ООО «Галактика»), ФИО6 является участником (50 %) ООО «Галактика».

Из вышеуказанного постановления следует, что суд апелляционной инстанции согласился с доводами подателя жалобы об аффилированности ООО «Инвест» и                      ООО «ТД «Энергосбыт».

Так, в рамках дела № А56-76592/2018 о признании ООО «ТД «Энергосбыт» несостоятельным (банкротом) 25.04.2019 генеральный директор ООО «Энергосбыт» (должника в рассматриваемом деле № А68-11032/2018) ФИО5 представил в электронном виде посредством системы «Мой Арбитр» письменные пояснения, в которых отметил, что «группа компаний ЭЛСО занималась бизнесом по реализации отопительной и сантехнической продукции более 20 лет. При этом, деятельность была распределена следующим образом: ФИО5 занимался оптовыми продажами (генеральный директор ООО «Энергосбыт»), ФИО8 занимался розничной торговлей (юридические и физические лица) более 20 магазинов (генеральный директор ООО «Торговый Дом «Энергосбыт» и ООО «Энергосбыт-Нева»). Только после ухода ФИО8 летом 2018 года генеральным директором ООО «Торговый дом «Энергосбыт» стал ФИО5 и принял управление розницей на себя».

При таких обстоятельствах суд первой инстанции пришел к выводу об  аффилированности ООО «Инвест» и ООО «ТД «Энергосбыт», поскольку установленные в постановлении    Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.04.2019 по делу № А56-76592/2018 носят преюдициальный характер и подлежат учету при разрешении всех вопросов, где указанная аффилированность может иметь правовое значение.

Из совокупности материалов дела и выводов, содержащихся в постановлении Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.04.2019 по делу                             № А56-76592/2018,  судом области  сделан вывод о том, что  ООО «Энергосбыт», ООО «ТД «Энергосбыт»,   ООО «Инвест» и ООО «Галактика» входят в одну группу лиц (наряду с гражданами ФИО5, ФИО6).

Из протокола собрания кредиторов ООО «Энергосбыт» от 17.02.2020 № 2 следует, что фактически за заключение мирового соглашение проголосовали два конкурсных кредитора - ООО «Инвест» и ООО «Галактика», входящие  в одну группу лиц с должником.

Оценив условия мирового  соглашения, суд первой инстанции, отказывая в его утверждении, обоснованно руководствовался следующим.

По условиям мирового соглашения в отношении обязательств должника по основному долгу, процентам за пользование и судебным расходам устанавливается скидка с долга в размере 30 %, а оставшаяся часть в размере 70 % погашается ООО «Энергосбыт» в течение 7 лет (по 2026 год).

В силу пунктов 2.2 и 3.3 мирового соглашения оно подлежит исполнению должником в сумме 358 030 826 руб. 26 коп. за счет извлечения прибыли от осуществления хозяйственной деятельности и взыскания дебиторской задолженности.

В силу разъяснений, данных в пунктах 7, 18 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 20.12.2005 № 97 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами споров, связанных с заключением, утверждением и расторжением мировых соглашений в делах о несостоятельности (банкротстве)» (далее - Обзор), во-первых, не подлежат утверждению мировые соглашения, содержащие неясные выражения или создающие неопределенность в отношении объема обязательств должника или сроков их исполнения; по другому делу согласно условиям мирового соглашения должник принимал на себя обязательство уплатить одному из кредиторов определенную сумму в течение месяца с момента получения дебиторской задолженности от иного лица. Суд отказал в утверждении мирового соглашения, поскольку обязанность должника была поставлена под условие, относительно которого неизвестно, наступит оно или нет.

Судом первой инстанции обоснованно принято во внимание, что такая нечеткая формулировка, как «извлечение прибыли от осуществления хозяйственной деятельности», не позволяет признать условия мирового соглашения в достаточной степени ясными и определенными, особенно с учетом того, что из пояснений представителя конкурсного управляющего должника следует, что единственной возможностью осуществления хозяйственной деятельности является реализация разукомплектованного имущества должника, объем затрат на укомплектование и ликвидность которого не определены на момент предъявления ходатайства об утверждении мирового соглашения.

Принимая во внимание содержание п. 7 информационного письма Президиума ВАС РФ от 20.12.2005 N 97, невозможность утверждения мирового соглашения в представленной редакции прямо следует из неизвестности наступления условий, предусмотренных пунктом 3.3 мирового соглашения, а именно, будет ли получена должником прибыль в установленный мировым соглашением семилетний срок, а также будет ли взыскана соответствующая дебиторская задолженность.

Пунктом 18 Обзора предусмотрено, что основанием для отказа в утверждении мирового соглашения могут служить обстоятельства, предусмотренные статьей 160 Закона о банкротстве.

В силу пункта 2 статьи 160 Закона о банкротстве основанием для отказа арбитражным судом в утверждении мирового соглашения является:

нарушение установленного настоящим Федеральным законом порядка заключения мирового соглашения;

несоблюдение формы мирового соглашения;

нарушение прав третьих лиц;

противоречие условий мирового соглашения настоящему Федеральному закону, другим федеральным законам и иным нормативным правовым актам;

наличие иных предусмотренных гражданским законодательством оснований ничтожности сделок.

В пункте 18 Обзора отмечено, что правила Закона о банкротстве, регулирующие принятие решения о заключении мирового соглашения большинством голосов кредиторов, не означают, что такое решение может приниматься произвольно. Установление неразумных сроков погашения задолженности не может считаться нормальным способом расчетов с кредиторами, противоречит смыслу и целям мирового соглашения как процедуры банкротства. Поскольку в силу невозможности выработки единого мнения иным образом Законом предусматривается принуждение меньшинства кредиторов большинством, мировое соглашение в деле о банкротстве должно представлять разумный компромисс между интересами должника и всех его кредиторов и не может приводить к неоправданным отсрочкам в погашении обязательств перед кредиторами.

При этом, сведений, безусловно свидетельствующих о том, что предложенный семилетний срок и условия (в том числе о 30 % скидке) направлены на обеспечение разумного и справедливого баланса (компромисса) интересов должника и кредиторов, и в результате исполнения мирового соглашения возможно восстановление платежеспособности должника, в материалы дела не представлены.

Мировое соглашение не должно заключаться в обход законодательства о банкротстве и не может противоречить смыслу и цели мирового соглашения как реабилитационной процедуры в отношении должника. Учитывая реабилитационный характер мирового соглашения, должник для расчета с кредиторами должен обладать достаточным объемом ликвидного имущества предприятия, не принимающего участия в производственной деятельности и не обремененного залогом, и при этом получать постоянную выручку для погашения текущей задолженности перед кредиторами.

Все это создает неясность и возможность различного толкования условий мирового соглашения, что в конечном итоге повлечет его неисполнимость, так как график погашения задолженности не прописан и не установлен источник выплат денежных средств.

Мировое соглашение ставит кредиторов в неравные условия, по сравнению с третьими лицами.

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 1 ГК РФ гражданское законодательство основывается на признании равенства участников регулируемых им отношений, неприкосновенности собственности, свободы договора, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в частные дела, необходимости беспрепятственного осуществления гражданских прав, обеспечения восстановления нарушенных прав, их судебной защиты.

Граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

В силу пункта 1 статьи 9 ГК РФ граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.

Вместе с тем принцип общего дозволения, характерный для гражданского права, не означает, что участники гражданского оборота вправе совершать действия, нарушающие закон, а также права и законные интересы других лиц.

Общими требованиями к поведению участников гражданского оборота являются добросовестность и разумность их действий (пункт 3 статьи 10 ГК РФ).

В силу пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление № 25), согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ), например, признает условие, которому недобросовестно воспрепятствовала или содействовала эта сторона соответственно наступившим или ненаступившим (пункт 3 статьи 157 ГК РФ); указывает, что заявление такой стороны о недействительности сделки не имеет правового значения (пункт 5 статьи 166 ГК РФ).

Следует отметить, что принцип свободы договора, закрепленный в статье 421                    ГК РФ, не является безграничным; сочетаясь с принципом добросовестного поведения участников гражданских правоотношений, он не исключает оценку разумности и справедливости условий договора, а также оценку соответствия поведения участников сделки принципам разумности и добросовестности, деловым обыкновениям.

Согласно разъяснениям, изложенным в определении Верховного Суда Российской Федерации от 03.02.2015 № 32-КГ14-17, назначение субъективного права состоит в предоставлении уполномоченному субъекту юридически гарантированной возможности удовлетворять потребности, не нарушая при этом интересов других лиц, общества и государства.

При осуществлении субъективного права в противоречии с его назначением происходит конфликт между интересами общества и отдельно взятого лица.

Злоупотребление правом, которое по смыслу статьи 10 ГК РФ представляет собой осуществление субъективного права в противоречии с его назначением, имеет место в случае, когда субъект поступает вопреки правовой норме, предоставляющей ему соответствующее право; не соотносит свое поведение с интересами общества и государства; не исполняет корреспондирующую данному праву юридическую обязанность.

В соответствии с правовой позицией, сформулированной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 14.06.2016 № 52-КГ16-4, по своей правовой природе злоупотребление правом является нарушением запрета, установленного в статье 10 ГК РФ, в связи с чем злоупотребление правом, допущенное при совершении сделок, влечет ничтожность этих сделок, как не соответствующих закону (статьи 10 и 168 ГК РФ).

Для установления наличия или отсутствия злоупотребления участниками гражданско-правовых отношений своими правами при совершении сделок необходимо исследование и оценка конкретных действий и поведения этих лиц с позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц.

Как отмечено в постановлении Арбитражного суда Центрального округа                       от 26.02.2018 № Ф10-146/2018 по делу № А48-3624/2016, все кредиторы объективно объединены наличием у каждого из них требования к несостоятельному должнику. Это обстоятельство определяет их правовой статус в деле о банкротстве и правомерный интерес единого гражданско-правового сообщества, участниками которого являются кредиторы: получить в результате мирового соглашения больше по сравнению с тем, на что можно было бы рассчитывать в результате незамедлительного распределения конкурсной массы.

Само по себе заключение мирового соглашения не гарантирует последующее безусловное достижение указанного результата, так как итог будущей хозяйственной деятельности должника зависит от многих факторов, в том числе сложнопрогнозируемых. Однако процедура утверждения мирового соглашения в любом случае должна обеспечивать защиту меньшинства кредиторов от действий большинства в ситуации, когда уже на стадии утверждения мирового соглашения ясно, что описанный результат не может быть достигнут.

В соответствии с правовой позицией, сформулированной в постановлении Арбитражного суда Центрального округа от 26.02.2018 № Ф10-146/2018 по делу                                № А48-3624/2016, в рассматриваемом случае обстоятельства заключения мирового соглашения, заключающиеся, прежде всего, в том, что за его утверждение проголосовали кредиторы, входящие в одну группу лиц с должником, и ущемляющие интересы кредиторов условия мирового соглашения (существенное прощение долга, рассрочка в уплате долга на 7 лет), повышают требования к экономической обоснованности такого мирового соглашения, как в части источников исполнения его условий, так и в части анализа оценки перспектив удовлетворения требований кредиторов в процедуре банкротства.

Согласно правовому подходу, изложенному в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 17.05.2016                                  № 305-ЭС16-1045 по делу № А40-95123/2014, утверждая мировое соглашение, суду надлежит принимать во внимание, в каких целях заключается мировое соглашение, - направлено ли оно, как это определил законодатель, на возобновление платежеспособности организации, включая удовлетворение требований кредиторов, либо используется, например, для того чтобы обеспечить неоправданные преимущества определенной группе лиц, т.е. применяется не в соответствии с предназначением института мирового соглашения.

Как прямо указано в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 19.12.2016 по делу № 305-ЭС15-18052(2), А41-69762/14 и пункте 17 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2017), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 16.02.2017, не подлежит утверждению мировое соглашение, условия которого экономически необоснованны.

Доказательств, свидетельствующих об экономической целесообразности условий мирового соглашения (в том числе бухгалтерскую и иную финансовую документацию, расчеты и т.п.) в материалы дела не представлено.

В соответствии с частью 3.1. статьи 70 АПК РФ обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований или возражений, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований.

В силу части 2 статьи 9 АПК РФ лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

На основании исследования совокупности вышеизложенных обстоятельств Суд приходит к выводу об отсутствии достаточных правовых и фактических оснований для утверждения мирового соглашения.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции правомерно оставил заявление конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Энергосбыт» ФИО2 об утверждении мирового соглашения без удовлетворения.

Доводы, приведенные в апелляционной жалобе направлены на переоценку законных и обоснованных выводов суда первой инстанции, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении заявления и частично основаны на ошибочном толковании норм права.

Учитывая конкретные обстоятельства дела, суд апелляционной инстанции отклоняет доводы апелляционной жалобы, как не содержащие фактов, которые не были бы проверены и учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы правовое значение для вынесения судебного акта, влияли бы на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции.

Таким образом, оснований для отмены или изменения определения суда первой инстанции по приведенным в апелляционной жалобе доводам не имеется.

Неправильного применения норм процессуального права, в том числе влекущих отмену судебного акта в любом случае в силу части 4 статьи 270 АПК РФ, не установлено.

Согласно части 3 статьи 271 АПК РФ в постановлении арбитражного суда апелляционной инстанции указывается на распределение судебных расходов, в том числе расходов, понесенных в связи с подачей апелляционной жалобы. 

Вопрос о распределении судебных расходов по уплате государственной пошлины судом не рассматривается, поскольку статья 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации не предусматривает уплату государственной пошлины при подаче апелляционной жалобы по данной категории дел.

Руководствуясь статьями 266, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Двадцатый арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда  Тульской области от 09.12.2020 по делу                             № А68-11032/2018 оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Центрального округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме.                                     В соответствии с пунктом 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации кассационная жалоба подается через суд первой инстанции.

 

Председательствующий судья

Судьи                                                                              

Ю.А. Волкова 

М.А. Григорьева

Е.В. Мосина