ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

Санкт-Петербург

29 августа 2022 года

Дело №А56-22745/2019/сд.4

 

Резолютивная часть постановления объявлена 22 августа 2022 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 29 августа 2022 года.

 

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего судьи Герасимовой Е.А.,

судей Будариной Е.В., Тойвонена И.Ю.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, 

 

при участии:  

- от ФИО2: представителя ФИО3 по доверенности от 31.03.2021; 

- от ФИО4: представителя ФИО5 по доверенности от 04.08.2022; 

- от ООО «Ипсен»: представителя ФИО6 по доверенности от 19.01.2022;

- финансового управляющего ФИО7 посредством системы онлайн-заседания;

 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы (регистрационные номера 13АП-19006/2022, 13АП-20646/2022) ФИО4 и ФИО2 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 06.06.2022 по обособленному спору № А56-22745/2019/сд.4 (судья Лобова Д.В.), принятое по заявлению финансового управляющего ФИО7 о признании сделки недействительной и применении последствий её недействительности, 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО2, 

 

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Нефтесервис» (далее –ООО «Нефтесервис») 27.02.2019 обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о признании гражданина ФИО2 несостоятельным (банкротом).

Определением суда первой инстанции от 07.03.2019 заявлениеООО «Нефтесервис» принято к производству.

Определением суда первой инстанции от 13.04.2019 в отношении ФИО2 введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим утверждена ФИО7.

Указанные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 27.04.2019№ 76. 

Финансовый управляющий ФИО7 27.05.2020 (зарегистрировано 29.05.2020) обратилась в суд первой инстанции с заявлением о признании недействительным брачного договора от 11.08.2017 № 78 АА 9834435, заключенного между ФИО2 и ФИО4. Просила применить последствия недействительности сделки в виде восстановления режима совместной собственности супругов.

Определением суда первой инстанции от 06.06.2022 оспариваемая сделка признана недействительной, применены последствия её недействительности в виде восстановления режима совместной собственности супругов ФИО2 и ФИО4

В апелляционной жалобе ФИО2, ссылаясь на нарушение судом первой инстанции норм материального права, несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела, просит определение суда первой инстанции от  06.06.2022 по обособленному спору № А56-22745/2019/сд.4 отменить, принять по делу новый судебный акт. По мнению подателя апелляционной жалобы, выводы суда первой инстанции не мотивированы; заключение брачного договора не причинило имущественный вред конкурсной массе должника; оспариваемым брачным договором за ответчиком закреплено имущество, являющееся его собственностью, приобретенное на его личные денежные средства; в действиях сторон оспариваемой сделки отсутствует злоупотребление правом.   

В апелляционной жалобе ФИО4, ссылаясь на нарушение судом первой инстанции норм материального права, несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела, просит определение суда первой инстанции от  06.06.2022 по обособленному спору № А56-22745/2019/сд.4 отменить, принять по делу новый судебный акт. По мнению подателя апелляционной жалобы, основания для признания сделки недействительной отсутствуют; оспариваемый договор не причинил вред имущественным интересам кредиторов; раздел имущества супругов равноценный и справедливый; на момент заключения брачного договора должник признаками неплатежеспособности не обладал; в действиях сторон оспариваемой сделки отсутствовал противоправный интерес. 

В отзывах ООО «Ипсен», ООО «ЮСБ Фарма Логистикс», финансовый управляющий ФИО7 просят обжалуемый судебный акт оставить без изменения. 

До начала судебного заседания от финансового управляющего ФИО7 поступило ходатайство об участии в деле посредством системы онлайн-заседания, которое судом апелляционной инстанции было удовлетворено. 

В судебном заседании представители ФИО2 и ФИО4 поддержали доводы апелляционных жалоб. Представители ООО «Ипсен» и финансового управляющего ФИО7 возражали по мотивам, приведенным в соответствующих отзывах.

Информация о времени и месте рассмотрения апелляционных жалоб опубликована на официальном сайте Тринадцатого арбитражного апелляционного суда. 

Надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства иные лица, участвующие в деле, своих представителей в судебное заседание не направили, в связи с чем в порядке статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) дело рассмотрено в их отсутствие.

Как следует из материалов обособленного спора, с 18.05.2003 между должником и ФИО4 зарегистрирован брак, что подтверждается записью акта о заключении брака № 1490, сделанной Дворцом бракосочетания № 2 Управления ЗАГС администрации Санкт-Петербурга.

Из представленных должником документов финансовому управляющему ФИО7 стало известно, что 11.08.2017 между должником и ФИО4 (свидетельство о заключении брака I-AK № 651288) заключен брачный договор № 78 АА 9834435, удостоверенный ФИО8, временно исполняющим обязанности нотариуса нотариального округа Санкт-Петербург ФИО9 (зарегистрировано в реестре за № О-1-2542), в соответствии с положениями которого:

- имущество, принадлежащее супругам до вступления в брак, а также полученное во время брака в дар или в порядке наследования, является собственностью каждого из них;

- любое нажитое, приобретенное супругами во время брака до заключения настоящего договора имущество, а также имущество, которое будет приобретено после заключения настоящего договора и в период брака, в том числе движимое и недвижимое имущество, является в период брака, так и в случае его расторжения является собственностью того супруга, на чье имя оно было приобретено или зарегистрировано;

- банковские вклады, сделанные супругами во время брака, а также проценты по ним являются во время брака и в случае расторжения собственностью того из супругов, ни имя которого они сделаны;

- акции и другие ценные бумаги, приобретенные во время брака (кроме ценных бумаг на предъявителя), а также дивиденды по ним принадлежат во время брака и в случае его расторжения тому из супругов, на имя которого оформлено приобретение акций и других ценных бумаг;

- доля в имуществе и (или) доходах коммерческих организаций, приобретенная во время брака, является во время брака и в случае его расторжения собственностью того из супругов, на имя которого оформлено приобретение указанной доли;

- ювелирные украшения, приобретенные супругами во время брака, являются во время брака и в случае его расторжения собственностью того из супругов, который ими пользовался;

- свадебные подарки, а также полученные супругами или одним из них во время брака иные подарки, предназначенные для пользования обоих супругов (кроме недвижимого имущества) - автомобиль, мебель, бытовая техника и т.п., - в период брака являются общей совместной собственностью супругов, а в случае расторжения брака - собственностью того из супругов, чьими родственниками (друзьями, знакомыми, сослуживцами и т.п.) эти подарки были сделаны. Подарки, полученные во время брака супругами или одним из них от общих друзей (знакомых, сослуживцев и т.п.) и предназначенные для пользования обоих супругов, является как в период брака, так и в случае его расторжения, общей совместной собственностью супругов.

Как указал заявитель, в период брака с должником на имя ФИО4 было приобретено в собственность и зарегистрировано следующее недвижимое имущество, общая кадастровая стоимость которого составила более 128 171 008 руб. 84 коп.

Вместе с тем согласно информации, представленной МИФНС № 25 по Санкт-Петербургу (справкам о доходах физического лица за период с 2016 по 2018 годы) общий доход ФИО4 составил 517 604 руб. 03 коп., что, по мнению заявителя, указывает на отсутствие финансовых возможностей как приобретать столь дорогое недвижимое имущество, так и содержать его.

При этом должник, как указывает заявитель, получил значительно меньшее встречное предоставление. 

В ходе рассмотрения спора ООО «Ипсен» представило правовую позицию, в которой указало на злоупотребление правом сторонами сделки:

- брачный договор заключен после заключения договора поручительства с кредитором, в преддверии банкротства должника;

- посредством брачного договора должник и ФИО4 намеревались вывести из совместной собственности наиболее существенную часть совместно нажитого недвижимого имущества для того, чтобы исключить возможность обращения взыскания на него и пополнения за счет его стоимости конкурсной массы должника.

Признавая оспариваемый договор недействительной сделкой, суд первой инстанции исходил из того, при его заключении стороны имели намерения по разделу имущества супругов с целью ущемления интересов кредиторов, сокрытия от них имущества, исключения возможности обращения взыскания, в том числе в рамках дела о банкротстве.

Исследовав и оценив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, проверив в порядке статей 266–272 АПК РФ правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным данным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно пункту 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные настоящей главой, регулируются главами III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI названного Закона.

В силу пункта 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 этого Закона, понимаются в том числе действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, а также действия, совершенные во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти.

Как следует из разъяснений, приведенных в абзаце первом пункта 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан», финансовый управляющий, кредиторы должника, чьи требования признаны арбитражным судом, рассматривающим дело о банкротстве, обоснованными и по размеру отвечают критерию, указанному в пункте 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве, вправе оспорить в рамках дела о банкротстве внесудебное соглашение супругов о разделе их общего имущества (пункт 2 статьи 38 Семейного кодекса Российской Федерации, далее – СК РФ) по основаниям, связанным с нарушением этим соглашением прав и законных интересов кредиторов (статьи 61.2, 61.3 Закона о банкротстве, статьи 10 и 168, 170, пункт 1 статьи 174.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, далее – ГК РФ).

Дело о несостоятельности (банкротстве) в отношении ФИО2 возбуждено 07.03.2019, тогда как оспариваемый брачный договор заключен 11.08.2017, следовательно, он может быть оспорен по специальным основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а также общим основаниям, предусмотренным положениями статей 10, 168 ГК РФ.

Как следует из пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

- стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

- должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

- после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

В соответствии с пунктом 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от  23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление Пленума № 63) для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 названного постановления Пленума).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

На основании пункта 6 постановления Пленума № 63 согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым–пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Исходя из пункта 7 постановления Пленума № 63, в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Таким образом, при оспаривании сделки по специальным основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо доказать наличие у должника признаков неплатежеспособности на момент совершения сделки, наличие цели и фактическое причинение вреда имущественным правам кредиторов, информированность контрагента об указанных обстоятельствах. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам.

Для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам.

Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (пункт 9 Обзора практики применения арбитражными судами статьи 10 ГК РФ, утвержденного информационным письмом Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127).

Как следует из материалов обособленного спора и установлено судом первой инстанции, 11.08.2017 между должником и ФИО4 заключен оспариваемый брачный договор в преддверии банкротства должника.

Так, ООО «Ипсен» и ФИО2 20.04.2017 заключили договор поручительства (далее – Договор поручительства), согласно которому ФИО2 обязался солидарно отвечать за надлежащее исполнение АО «Роста» (ранее – АО «Роста») обязательств перед ООО «Ипсен», возникших из заключенного между АО «Роста» и ООО «Ипсен» дистрибьюторского соглашения от 16.05.2011 № б/н с учетом соглашения от 20.04.2017, существующих на дату подписания Договора поручительства.

ФИО2 с 26.09.2006 являлся президентом и бенефициаром (мажоритарным акционером) АО «Роста».

В связи с неисполнением АО «Роста» своих обязательств по дистрибьютерскому соглашению ООО «Ипсен» 13.11.2017 направилоФИО2 требование (досудебную претензию) об исполнении обязательств в рамках Договора поручительства. 

Указанное требование оставлено ФИО2 без удовлетворения.

Помимо требования ООО «Ипсен» ФИО2 также поступили претензии и требования от иных кредиторов: ПАО «Сбербанк России»,                         ЗАО «Сандоз», ООО «Алкон Фармацевтика», ООО «Новартис Фарма» и                         ПАО «Транскапиталбанк».

Начиная с 26.02.2018, к ФИО2 предъявлены многочисленные исковые заявления по поручительствам и иным обеспечениям обязательствАО «Роста», в том числе от ПАО «Сбербанк России», ЗАО «Сандоз», ООО «Алкон Фармацевтика», ООО «Новартис Фарма», ООО «Ипсен» иПАО «Транскапиталбанк».

В результате заключения брачного договора ответчиком получено следующее имущество:

1) Квартира площадью 186,3 кв.м. по адресу: 121248, Москва, пр-т Кутузовский, д. 11, кадастровый номер 77:07:0007003:5082 (кадастровая стоимость 69 500 135 руб. 30 коп.);

2) Машиноместо площадью 13,2 кв.м. по адресу: 121248, Москва, пр-т Кутузовский, д. 11, кадастровый номер 77:07:0007003:7171 (кадастровая стоимость 1 540 305 руб. 76 коп.);

3) Жилой дом площадью 74,2 кв.м. по адресу: 188840, Ленинградская обл., Выборгский район, п. Озерки, д. 144, кадастровый номер 47:01:1017001:535 (кадастровая стоимость 168 726 руб. 35 коп.) и земельный участок под ним;

4) Нежилое помещение 118,2 кв.м. по адресу: 197101, Санкт-Петербург, пр-т Каменноостровский, д. 13/2 (5Н А), кадастровый номер 78:07:0003052:222 (кадастровая стоимость 14 928 986 руб. 27 коп.);

5) Нежилое помещение 231,5 кв.м. по адресу: 197101, Санкт-Петербург, пр-т Каменноостровский, д. 13/2 (6Н А), кадастровый номер 78:07:0003052:224 (кадастровая стоимость 42 032 855 руб. 14 коп.);

6) Квартира площадью 92,1 кв.м. по адресу: 

<

...>, кадастровый номер 23:49:0302006:1178 (кадастровая стоимость 7 812 873 руб. 39 коп.)

Общая кадастровая стоимость недвижимого имущества, приобретенного во время брака с должником и зарегистрированного на имя ФИО4, составляет 136 582 122 руб. 23 коп.

При этом согласно информации, представленной МИФНС № 25 по Санкт-Петербургу (справкам о доходах физического лица за период с 2016 по 2018 годы), общий доход ФИО4 составил 517 604 руб. 03 коп., что указывает на отсутствие финансовых возможностей как приобретать столь дорогое недвижимое имущество, так и содержать его.

Должник в свою очередь продолжил владеть:

1) Обыкновенными именными бездокументарными акциями АО «РОСТА» (ИНН 

<

***>; ОГРН 

<

***>) в количестве 1 000 000 штук, составляющих 100% в уставном капитале общества притом, что на указанный момент АО «РОСТА» имело кредиторскую задолженность в 3,75 млрд. руб.; 

2) Квартирой площадью 75,5 кв.м. по адресу: Москва, пл. Победы, д. 2, корп. 2, кв. 295, кадастровый номер 77:07:0006005:2479 (кадастровая стоимость 16 269 913 руб. 27 коп.)

3) Зданием с кадастровым номером 47:01:0000000:48625 и земельным участком с кадастровым номером 47:01:1310007:2 по адресу: Ленинградская область, МО «Приморское городское поселение», п. Озерки, д. б/н  (кадастровая стоимость 2 911 095 руб. 40 коп.).

Общая кадастровая стоимость оставшегося должнику недвижимого имущества составила 19 181 008 руб. 67 коп. 

При этом недвижимое имущество, оставленное за должником, продано ФИО2 менее чем через год в преддверии собственного банкротства по сделкам с аффилированными лицами:

- квартира в г. Москва продана должником в пользу ФИО10 (сестре супруги должника) по договору от 26.03.2018, который признан недействительным решением Дорогомиловского районного суда от 04.05.2019 по делу №2-55/2019,

- земельный участок и дом в Ленинградской области были проданы внуку должника ФИО11 по договору от 05.04.2018, который был признан недействительным определением от 06.12.2019 по настоящему делу.

В ходе рассмотрения настоящего спора судом первой инстанции была назначена экспертиза для определения рыночной стоимости имущества, принадлежащего должнику.

При этом, как верно указано судом первой инстанции, в силу части 3 статьи 86 АПК РФ представленное заключение эксперта ФИО12. подлежит оценке с учетом других доказательств неравноценности раздела имущества по оспариваемому брачному договору от 11.08.2017, подтверждающих фиктивную стоимость оставленных у должника акций АО «РОСТА».

В частности, указанные акции АО «РОСТА» на момент заключения брачного договора от 11.08.2017 уже фактически не имели никакой реальной ценности и стоимости, так как:

- по итогам 2016 года АО «РОСТА» имело чистый убыток в размере –                           1 364 776 000 руб., то есть акции не принесли никакого дохода;

- АО «РОСТА» имело признаки неплатежеспособности с 2014 года согласно вступившим в силу судебным актам (постановления Десятого арбитражного апелляционного суда от 15.03.2021 по делу № А41-79022/2017, от 20.01.2021 по делу № А41-79022/2017;

- через два месяца было возбуждено дело о банкротстве АО «РОСТА» определением Арбитражного суда Московской области от 06.10.2017, а менее через 1 (один) год введена процедура банкротства определением Арбитражного суда Московской области от 23.01.2018.

Кроме того, к моменту заключения брачного договора от 11.08.2017 в отношении АО «РОСТА» уже были приняты судебные акты о взыскании задолженности на общую сумму почти 300 млн.руб., что свидетельствовало об очевидном банкротстве АО «РОСТА».

Также судом первой инстанции установлено, что оставленное у должника имущество является неликвидным как обесценившиеся акции АО «РОСТА», находящегося в предбанкротном состоянии, или незначительным по стоимости (исходя из данных судебной экспертизы в отношении иных объектов, общая их стоимость составляет 30 млн.руб.).

Объекты недвижимости, закрепленные за супругой ФИО4, представляют большую ценность и стоимость, как исходя из количества объектов, их метража, их кадастровой стоимости, так и с учетом того, что стоимость имущества в виде объектов недвижимости, не подвержена сильным колебаниям рынка (в отличие от тех же акций или долей).

Указанное свидетельствует, что в условиях предъявления исков о взыскании задолженности к АО «РОСТА» должник осознавал обесценивание своих акций в уставном капитале АО «РОСТА», по обязательствам которого он являлся поручителем, и намеренно совершил раздел совместно нажитого имущества путем передачи большей части ликвидного имущества в виде объектов недвижимости в пользу супруги ФИО4

Исходя из отсутствия ценности данных акций АО «РОСТА» раздел имущества, очевидно, является неравноценным и направленным на причинение вреда имущественным интересам кредиторов, так как дорогостоящее имущество в виде объектов недвижимости, рыночная стоимость которых не подвержена сильным колебаниям рынка (в отличие от тех же акций или долей) было передано ФИО4

При этом, как верно указал суд первой инстанции, в условиях сохранившегося брака между ФИО4 и должником следует исходить, что ФИО2 фактически продолжил владеть и пользоваться всем разделенным имуществом, что указывает на наличие в действиях сторон злоупотребления правом. 

Принимая во внимание то, что:

- брачный договор заключен именно после заключения должником Договоров поручительства, на основании которых в реестр требований кредиторов были включены требования на сумму более 7,1 млрд. рублей (то есть после существенного увеличения долговой нагрузки);

- брачный договор заключен спустя 14 лет брака;

- отсутствует экономическая или иная целесообразность раздела совместного имущества с учетом того, что брак между супругами не был расторгнут. Должник и ответчик не представили разумных причин и доказательств необходимости раздела имущества и обоснования передачи наиболее ликвидного имущества исключительно в пользу ответчика;

- у ответчика отсутствовала финансовая возможность как приобрести недвижимое имущество, перешедшее к ней согласно брачному договору, так и содержать его, в отличие от должника, являвшегося крупным бизнесменом и миллиардером по данным СМИ (в частности, занимал 192-е место в рейтинге миллиардеров России издания «Финанс» с состоянием 17,4 млрд. руб. на 2011 год, 44-е место среди богатейших людей Петербурга согласно рейтингу издания «Деловой Петербург» с состоянием около 20 млрд. руб. на 2015 год);

- ответчик получил имущество, ценность которого значительно превышала ценность имущества, оставшегося у должника,

суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о недействительности брачного договора 11.08.2017 № 78 АА 9834435 по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и статьям 10 и 168 ГК РФ, поскольку вышеперечисленное в совокупности свидетельствует о наличии единственного намерения при заключении брачного договора – раздел имущества супругов с целью ущемления интересов кредиторов должника, сокрытие от них имущества, исключения возможности обращения взыскания, в том числе в рамках дела о банкротстве.

Вопреки доводам подателей апелляционных жалоб срок исковой давности по требованию о признании брачного договора недействительным финансовым управляющим не пропущен, поскольку подлежит исчислению с даты представления  брачного договора управляющему (май 2020 года), в то время как заявление подано в суд первой инстанции 29.05.2020.

Пунктом 2 статьи 167 ГК РФ предусмотрено, что при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Согласно пункту 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу.

Поскольку в результате заключения брачного договора изменен установленный законом режим общей собственности на имущество, перечисленное в брачном договоре, суд первой инстанции правильно применил последствия недействительности сделки в виде восстановления режима общей собственности ФИО2 и ФИО4

Суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал материалы дела, дал надлежащую правовую оценку всем доказательствам, применил нормы материального права, подлежащие применению, не допустив нарушений норм процессуального права. Выводы, содержащиеся в судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, оснований для  его отмены в соответствии со статьей 270 АПК РФ суд апелляционной инстанции не усматривает.

Руководствуясь статьями 223, 269-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 06.06.2022 по обособленному спору № А56-22745/2019/сд.4 оставить без изменения, а апелляционные жалобы – без удовлетворения.

 

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в течение одного месяца со дня принятия.

 

Председательствующий

Е.А. Герасимова

Судьи

 

Е.В. Бударина

 

 И.Ю. Тойвонен