﻿

ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru.

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности определения арбитражного суда,

не вступившего в законную силу

30 ноября 2021 г.                                                                                 Дело № А55-30878/2017

Резолютивная часть постановления оглашена 23 ноября 2021 года

Постановление в полном объеме изготовлено 30 ноября 2021 года

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи Серовой Е.А.,

судей Александрова А.И., Львова Я.А.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Власовой Н.Ю.

с участием:

от Давыдкина Н.И. - лично, паспорт,

от Миронова Е.В. - лично, паспорт,

рассмотрев в открытом судебном заседании, в помещении суда, в зале №2 

апелляционные жалобы Миронова Евгения Владимировича, Давыдкина Николая Ивановича   

на определение  Арбитражного суда Самарской области от 09 августа 2021 года, принятое по заявлению Садыкова Р.В. о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности

в рамках дела № А55-30878/2017 

О несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Волга Трак Сервис»,

УСТАНОВИЛ:

ФНС России (далее - заявитель) обратилась в Арбитражный суд Самарской области с заявлением, в котором просила признать ООО «ВОЛГА ТРАК СЕРВИС» несостоятельным (банкротом) и ввести в отношении должника процедуру наблюдения.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 25.12.2017 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве).

Определением суда от 04.04.2018 в отношении должника введена процедура наблюдения. Временным управляющим утверждена Локтева Елена Петровна.

Решением Арбитражного суда Самарской области от 26.06.2018 должник признан несостоятельным (банкротом), конкурсным управляющим должника утвержден Телешинин Игорь Герасимович.

Садыков Ревшан Вагид оглы обратился в суд с заявлением к Миронову Евгению Владимировичу и Давыдкину Николаю Ивановичу о привлечении к субсидиарной ответственности солидарно с учетом уточнений.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 09 августа 2021 года заявление удовлетворено.

Миронов Е.В. и Давыдкин Н.И. привлечены к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

С Миронова Евгения Владимировича и Давыдкина Николая Ивановича взысканы солидарно в пользу ООО «ВОЛГА ТРАК СЕРВИС» денежные средства в размере 10 449 722,08 руб.

Не согласившись с принятым судебным актом, Миронов Е.В. и Давыдкин Н.И. обратились с апелляционными жалобами, в которых просят отменить определение Арбитражного суда Самарской области от 09 августа 2021 года, отказать в удовлетворении заявленного требования.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 17 сентября 2021 года апелляционная жалоба Давыдкина Н.И. принята к производству. Судебное заседание по рассмотрению апелляционной жалобы назначено на 25 октября 2021 года.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 22 октября 2021 года апелляционная жалоба Миронова Е.В. принята к производству. Судебное заседание по рассмотрению апелляционной жалобы назначено на 23 ноября 2021 года.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 25 октября 2021 года отложено рассмотрение апелляционной жалобы Давыдкина Н.И. на 23 ноября 2021 года для совместного рассмотрения с апелляционной жалобой Миронова Е.В.

В судебном заседании Давыдкин Н.И. и Миронов Е.В. апелляционные жалобы поддержали.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

От Садыкова Р.В. поступили отзывы, в которых возражает против удовлетворения апелляционных жалоб.

От Садыкова Р.В. поступило ходатайство об отложении судебного заседания.

В соответствии с пунктом 3 статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае, если лицо, участвующее в деле и извещенное надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, заявило ходатайство об отложении судебного разбирательства с обоснованием причины неявки в судебное заседание, арбитражный суд может отложить судебное разбирательство, если признает причины неявки уважительными.

Апелляционная коллегия признала ходатайство необоснованным и подлежащим отклонению, поскольку препятствия для рассмотрения апелляционной жалобы отсутствуют, материалы дела содержат достаточно доказательств для рассмотрения апелляционной жалобы по существу, изложенные в ходатайстве об отложении причины не служат основаниями для отложения. 

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правомерность применения  судом  первой  инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов, содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле документам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены определения Арбитражного суда Самарской области от 09 августа 2021 года, принятое по заявлению Садыкова Р.В. о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в рамках дела № А55-30878/2017, в связи со следующим.

Федеральным Законом от 29.07.2017 N 266-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях" внесены изменения в Федеральный закон от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве), который дополнен главой III.2 "Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве".

Согласно пункту 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 N 266-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях" рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу данного Федерального закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции данного Федерального закона).

Заявление о привлечении к субсидиарной ответственности подано в суд 15.06.2020. 

В пункте 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 N 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 N 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» разъяснено, что положения Закона о банкротстве в редакции Закона N 73-ФЗ (в частности, статья 10) о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим органом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Закона N 73 -ФЗ. Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона N 73-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона N 73-ФЗ (в частности, статья 10) независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.

Таким образом, применение той или иной редакции статьи 10 Закона о банкротстве зависит от того, когда имели место обстоятельства, являющиеся основанием для привлечения контролирующего лица должника к субсидиарной ответственности.

Однако, учитывая тот факт, что предусмотренное статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 N 134-ФЗ) такое основание для привлечения к субсидиарной ответственности как "признание должника несостоятельным вследствие поведения контролирующих лиц" по существу мало чем отличается от предусмотренного действующей в настоящее время статьей 61.11 Закона основания ответственности в виде "невозможности полного погашения требований кредитора вследствие действий контролирующих лиц", а потому значительный объем разъяснений норм материального права, изложенных в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - постановление Пленума N 53), может быть применен и к статье 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 N 134-ФЗ.

Из материалов дела следует, единственным участником должника с даты государственной регистрации юридического лица (21.12.2010) по текущую дату является Миронов Евгений Владимирович. Руководителем должника в период с 21.12.2010 по 28.12.2015 являлся Давыдкин Николай Иванович, в период с 29.12.2015 до даты признания должника несостоятельным (банкротом) - Миронов Евгений Владимирович.

Полагая, что указанными лицами не исполнена обязанность по обращению с заявлением о признании должника банкротом, кредитор обратился с настоящим заявлением в суд.

В соответствии с пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве, нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 настоящего Федерального закона.

В силу п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если:

удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;

должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества;

имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством;

Согласно п. 2 ст. 9 Закона о банкротстве заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 названной статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

В соответствии с разъяснениями, данными в п. 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 г. N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в п. 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Согласно п. 2 ст. 61.12 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», размер ответственности в соответствии с настоящим пунктом равен размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 настоящего Федерального закона, и до возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признания должника банкротом).

В размер ответственности в соответствии с настоящей статьей не включаются обязательства, до возникновения которых конкурсный кредитор знал или должен был знать о том, что имели место основания для возникновения обязанности, предусмотренной статьей 9 настоящего Федерального закона, за исключением требований об уплате обязательных платежей и требований, возникших из договоров, заключение которых являлось обязательным для контрагента должника (п. 3 ст. 61.12 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).

Обращаясь с настоящим заявлением, кредитор указал, что Давыдкин Н.И. должен был подать заявление о признании должника банкротом не позднее 01.09.2014, а Миронов Е.В. - не позднее 29.01.2016.

Согласно информации, размещенной в картотеке арбитражных дел, определением от 20.06.2018 в реестр требований кредиторов должника включено требование Администрации (мэрии) г.о. Тольятти в размере 1 208 155,41 руб., в том числе: 1 117 819,27 руб. - основной долг, 90 336,14 руб. - пени за период с 01.05.2017 по 30.11.2017.

Из обособленного спора следует, что задолженность подтверждена вступившими в законную силу судебными актами, из которых следует, что по состоянию на 01.08.2014 сумма просрочки исполнения обязательств должником превышала 300 000 руб. и длилась более трех месяцев. 

Таким образом, как правомерно установлено судом первой инстанции, действующий руководитель  должен был подать заявление о признании должника банкротом не позднее 01.09.2014. Однако указанная обязанность  ни ответчиком Давыдкиным Н.И., ни Мироновым Е.В.  не исполнена.

Следует отметить, что указанная задолженность в последующем включена в реестр требований кредиторов.

Доводы ответчиков о том, что должник вел активную хозяйственную деятельность и признаки объективного банкротства отсутствовали, со ссылкой на бухгалтерскую отчетность, правомерно отклонены судом первой инстанции.

При этом, если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах.

Под недостаточностью имущества Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» (статья 2) понимает превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей над стоимостью имущества (активов) должника, под неплатежеспособностью - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.

Вместе с тем, согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 18.07.2003 № 14-П, сам по себе момент возникновения у хозяйствующего субъекта признаков неплатежеспособности (наличие просроченной кредиторской задолженности) может не совпадать с моментом его фактической несостоятельности (банкротства), когда у руководителя появляется соответствующая обязанность по обращению с заявлением о признании должника банкротом.

Само по себе наличие неисполненных обязательств перед кредиторами не влечет за собой безусловной обязанности руководителя должника - юридического лица обратиться в суд с заявлением о признании должника банкротом, поскольку не является тем безусловным основанием, которое свидетельствует о том, что должник был неспособен исполнить свои обязательства, учитывая, что структура активов и пассивов баланса находится в постоянной динамике в связи с осуществлением хозяйственной деятельности.

Показатели, с которыми законодатель связывает обязанность должника по подаче в суд заявления о собственном банкротстве, должны объективно отображать наступление критического для должника финансового состояния, создающего угрозу нарушений прав и законных интересов других лиц.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в пункте 29 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации №3(2018), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 14.11.2018 г., момент возникновения такой обязанности в каждом конкретном случае определяется моментом осознания руководителем критичности сложившейся ситуации, очевидно свидетельствующей о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования без негативных последствий для должника и его кредиторов, то есть моментом объективного банкротства должника.

Ссылка ответчиков на бухгалтерские показатели должника правомерно не принята судом первой инстанции во внимание, поскольку бухгалтерские данные не имеют решающего значения для определения соответствующего признака неплатежеспособности, так как данный признак носит объективный характер и не должен зависеть от усмотрения хозяйствующего субъекта, самостоятельно составляющего отчетность (должника) и представляющего ее в компетентные органы.

При этом из бухгалтерских балансов должника за 2014 - 2015 г.г., следует, что уже вначале 2014 году у должника начала формироваться очевидная тенденция к невозможности погасить весь объем обязательств должника в течении 2014-2015 г.г.

Доля быстрореализуемых активов равна 23.58% общей суммы оборотных средств. Медленно реализуемые активы составляют 13.87%. Группировка активов предприятия показала, что в структуре имущества за отчетный период преобладают занимает труднореализуемые активы на общую сумму 36 089 000 руб. (строка 1150 Бух баланса за 2014 г.). Анализ таблицы (Бух баланса) свидетельствует о том, что величина активов возросла в основном за счет наиболее ликвидных активов (10.87%). Таким образом, должник имеет очень низкий уровень ликвидности, а его оборотные средства - это в первую очередь труднореализуемые активы, имеющие долгосрочную ликвидность.

В анализируемом периоде у должника недостаточно денежных средств для погашения наиболее срочных обязательств (недостаток 1 545 000 руб.). Выполненный расчет абсолютных величин по платежному излишку или недостатку показывает, что наиболее ликвидные активы покрывают лишь 55.1% обязательств (1895 / 3440 * 100%). В соответствии с принципами оптимальной структуры активов по степени ликвидности, краткосрочной дебиторской задолженности должно быть достаточно для покрытия среднесрочных обязательств (краткосрочной задолженности за минусом текущей кредиторской задолженности). В данном случае это соотношение выполняется - у предприятия достаточно краткосрочной дебиторской задолженности для погашения среднесрочных обязательств. Медленно реализуемые активы не покрывают долгосрочные пассивы (недостаток 15 475 000 руб.) Они покрывают лишь 34.5% обязательств (8146 / 23621 * 100). Труднореализуемые активы меньше постоянных пассивов (у предприятия имеются собственные оборотные средства), т.е. соблюдается минимальное условие финансовой устойчивости. Из четырех соотношений, характеризующих наличие ликвидных активов у организации за рассматриваемый период, выполняется только два. Баланс организации в анализируемом периоде не является абсолютно ликвидным. Предприятию по итогам 2014 г. необходимо было проработать структуру баланса и составить экономический план, чтобы иметь возможность отвечать по своим обязательствам (недостаток составил 1545 тыс.руб.). 

В анализируемом периоде прирост собственного капитала меньше прироста внеоборотных активов, тем самым затрудняется возможность формировать собственный оборотный капитал (произошло ухудшение). Прирост долгосрочных обязательств превышает прирост запасов (произошло ухудшение). Прирост краткосрочных займов не соответствуют приросту дебиторской задолженности (произошло ухудшение). Хотя прирост кредиторской задолженность меньше прироста наиболее ликвидных активов, однако по абсолютной величине кредиторская задолженность меньше ликвидных активов. Из четырех соотношений, характеризующих наличие ликвидных активов у организации за рассматриваемый период, не выполняется ни одно.

Доказательств, подтверждающих, что бухгалтерская отчетность свидетельствует о возможности погашения задолженности должника в полном объеме после 2014 г. материалы дела не содержат.

Более того, анализ движения денежных средств по расчетным счетам должника также подтверждает отсутствие прибыли из экономической деятельности уже в 2014 году.

Доводы ответчиков о ведении хозяйственной деятельности правомерно отклонены судом первой инстанции, поскольку получаемые займы и кредиты не покрывали операционные расходы должника и не приводили к увеличению прибыли. Лизинговые платежи увеличивали долговую нагрузку, и не имели дальнейшего экономического смыла. Начисляемые проценты по займам и лизингу привели только к увеличению задолженности. Затраты за содержание транспорта не позволяли получить существенный доход от транспортных услуг. Деятельность от станции технического обслуживания также не приносила прибыли, так как не покрывала расходов на налоги и погашение платежей за аренду земельного участка.

Кроме этого, начиная с 20.11.2014 года (стр. 20, 27 выписки по расчетному счету должника в ПАО Сбербанк) у должника на постоянной основе начали появляться просроченные задолженности по налогам, взносам и сборам. К должнику предъявлялись требования по пеням.

Согласно информации, размещенной в картотеке арбитражных дел, основанием для признания должника банкротом послужила задолженность перед бюджетом.

Доказательств, подтверждающих принятие ответчиками мер к уменьшению задолженности материалы дела не содержат.

Доводы о том, что с момента наступления даты объективного банкротства велась претензионная и судебная работа (иск по делу № А55-207/2014 на сумму 101 858,41 рублей подан 10.01.2014, иск по делу № А55-234/2014 на сумму 43 335,22 рублей подан 10.01.2014, иск по делу № А55-3800/2014 на сумму 58 879,88 рублей подан 21.02.2014, иск по делу № А55-16008/2014 на сумму 565 062,76 рублей подан 10.07.2014), проводились мероприятия по снижению арендной платы земельного участка отклоняются судебной коллегией, поскольку не подтверждают снижение размера задолженности должника перед кредиторами.

Более того, материалы дела и выписки по счетам не содержат информации о реальном поступлении денежных средств от взыскания по указанным делам и о снижении стоимости аренды земельного участка.

Поскольку ответчиками не исполнена обязанность по обращению с заявлениями о признании должника банкротом, у должника образовалась задолженность перед кредиторами Администрации (мэрии) г.о. Тольятти, ФНС России, ПАО «Сбербанк России», ООО «Земский Банк» (ООО «Новое такси»), Садыковым Р.В.

Согласно расчету кредитора размер ответственности за неподачу (несвоевременную подачу) заявления о признании должника банкротом (ст. 61.12 ФЗ от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)») составил  у Миронова Е.В. -  7 399 524,10 рублей, у Давыдкина Н.И. - 7 066 529,42 рублей.

Доказательств, опровергающих указанный расчет материалы дела не содержат.

Обращаясь с настоящим заявлением, основанием для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности кредитор также указал на не передачу конкурсному управляющему первичной бухгалтерской и иной документации должника, что привело к невозможности формирования конкурсной массы.

Исходя из общих положений о гражданско-правовой ответственности для определения размера субсидиарной ответственности, предусмотренной подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, также имеет значение и причинно-следственная связь между отсутствием документации (отсутствием в ней информации или ее искажением) и невозможностью удовлетворения требований кредиторов.

В силу пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

При этом абзац 2 пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве предусматривает, что размер ответственности контролирующего должника лица подлежит соответствующему уменьшению, если им будет доказано, что размер вреда, причиненного имущественным правам кредиторов по вине этого лица, существенно меньше размера требований, подлежащих удовлетворению за счет этого лица.

К заявлению о привлечении к субсидиарной ответственности в части невозможности погашения требований кредиторов подлежат применению положения Закона о банкротстве в редакции Закона от 29.07.2017 N 266-ФЗ.

Согласно подпункту 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, содержащему положение аналогичное ранее закрепленному в пункте 4 статьи 10 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие того, что документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

В соответствии со статьей 126 Закона о банкротстве руководитель должника в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязан обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему. 

Неисполнение указанной обязанности не позволяет конкурсному управляющему собрать достоверную информацию о деятельности должника и исполнять обязанности, предусмотренные частью 2 статьи 129 Закона о банкротстве, результатом которых является формирование конкурсной массы должника. Неуважительность причин неисполнения данного требования Закона о банкротстве свидетельствует о недобросовестности действий (бездействия) бывшего руководителя должника, а равно - намеренном сокрытии им информации об имуществе должника, за счет которого могут быть удовлетворены требования кредиторов должника.

При этом ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета организуются руководителем экономического субъекта, за исключением случаев, если иное установлено бюджетным законодательством Российской Федерации( ч. 1 ст. 7 Федерального закона от 06.12.2011 N 402-ФЗ "О бухгалтерском учете" )

В соответствии с ч. 1 ст. 29 Федерального закона от 06.12.2011 N 402-ФЗ "О бухгалтерском учете" первичные учетные документы, регистры бухгалтерского учета, бухгалтерская (финансовая) отчетность, аудиторские заключения о ней подлежат хранению экономическим субъектом в течение сроков, устанавливаемых в соответствии с правилами организации государственного архивного дела, но не менее пяти лет после отчетного года.

Экономический субъект должен обеспечить безопасные условия хранения документов бухгалтерского учета и их защиту от изменений.

Таким образом, именно руководитель юридического лица несет ответственность за сохранность документации должника.

Из бухгалтерской отчетности за 2015 год, следует, что у должника имелись активы.

Однако документов, подтверждающих размер активов материалы дела не содержат.

Доказательств, подтверждающих передачу документов не представлено.

Доводы о передаче всей имеющейся документации правомерно отклонены судом первой инстанции, поскольку доказательств передачи документов первичного бухгалтерского учета организации, отражающих состав, размер и период образования дебиторской задолженности (договоры, акты и т.п.), а также информации о передаче имущества должника (запасов) не представлено.  

В свою очередь непредставление ответчиками имущества в отношении ООО «Волга Трак Сервис» не позволило конкурсному управляющему сформировать конкурсную массу должника в полном объеме достаточном для погашения требований кредиторов.

При этом согласно представленным в материалы дела сведениям уполномоченного органа последняя бухгалтерская отчетность должника - за 12 месяцев 2015 года представлена 11.04.2016. Однако настоящее дело возбуждено лишь 25.12.2017.

Следовательно, исполняя обязанности руководителя общества, ответчики обязаны были не только обеспечить ведение бухгалтерского учета и сохранность первичных учетных документов должника, но и впоследствии в кратчайшие сроки передать их руководителю должника, а тот в свою очередь, конкурсному управляющему независимо от предъявления последним какого-либо требования.

Однако первичных документов бухгалтерского учета, позволяющих установить основания выбытия активов должника отраженных в бухгалтерских балансах правопредшественника должника, ответчики конкурсному управляющему не передали.

Доказательств уклонения конкурсного управляющего от получения документов материалы дела не содержат.

Следует отметить, что согласно информации, размещенной в картотеке арбитражных дел, определением Арбитражного суда Самарской области от 01.06.2020 по настоящему делу и бухгалтерским отчетам на 31.12.2015 по счетам 01, 08, 10, 11, 43, 41, 58 и прочие оборотные активы, у должника имелись следующие активы в том числе:

- основные средства на сумму 28 482 тыс. руб.;

запасы на сумму 6 040 тыс. руб.

дебиторская задолженность на сумму 23 094 тыс. руб.

Однако невозможно детализировать перечень активов должника, в связи с не передачей в адрес конкурсного управляющего документов, подтверждающих их размер.

Вместе с тем, согласно выпискам по расчетному счету должника, им оплачивались денежные средства за приобретение транспортных средств по прямым договорам купли-продажи, по всем расчетным счетам производилась оплата лизинговых платежей в счет приобретения транспортных средств. 

Однако на дату признания должника банкротом, транспортные средства не были выявлены, а по расчетным счетам не отслеживается, что была их последующая реализация.

Кроме этого, должник постоянно оплачивал денежные средства за приобретение запасных частей к транспортным средствам, однако факт их последующей реализации не подтвержден документально.

Фактическое наличие транспортных средств не установлено. Более того, должнику на расчетный счет поступали денежные средства за оказанные им услуги. Однако не подтверждён факт того, что вся задолженность перед ним была погашена.

Доказательств, опровергающих указанные обстоятельства, материалы дела не содержат.

Доводы о нахождении документов по адресу должника отклоняются судебной коллегией, поскольку не подтверждены надлежащими доказательствами.

Более того, Давыдкин Н.И. не предоставил в материалы дела доказательства передачи Миронову Е.В. всех активов должника, документации и печатей. В свою очередь Миронов Е.В. не подтвердил, что получал что-либо из перечисленного от Давыдкина Н.И.

В суде апелляционной инстанции ответчик Миронов Е.В. заявил, что подтверждает получение документов от Давыдкина Н.И., однако доказательств указанных обстоятельств ответчики не представили. Акты приема передачи документов не составлялись.

Учитывая, что отсутствие первичных документов препятствовало конкурсному управляющему в получении достоверной информации об объеме и составе имущества должника и привело к невозможности сформировать конкурсную массу в целях удовлетворения требований конкурсных кредиторов, суд пришел к выводу о наличии оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности в порядке ст. 61.11 Закона о банкротстве.

В силу п. 24 Постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53 привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть презумпцию ответственности за не передачу документации арбитражному управляющему, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в не передаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника (пункт 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Размер ответственности ответчиков по основанию непередачи документации должника поглощает размер ответственности за неподачу заявления должника о признании его банкротом.

При этом, в размер ответственности ответчиков не могут быть включены обязательства, возникшие перед Мироновым Е.В. и включенные в реестр как требования ООО «Садовод» в результате уступки прав требования.

В силу пункта 8 статьи 61.11 Закона о банкротстве и абзаца первого статьи 1080 ГК РФ, если несколько контролирующих должника лиц действовали совместно, они несут субсидиарную ответственность за доведение до банкротства солидарно.

Таким образом, за невозможность полного погашения требований кредиторов (ст. 61.11 ФЗ от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)») ответчики подлежат привлечению к солидарной ответственности в размере 10 449 722,08 рублей.

На основании изложенного заявление о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности правомерно удовлетворено судом первой инстанции.

C позиции изложенных обстоятельств суд апелляционной инстанции считает, что суд первой инстанции полно и всесторонне исследовал представленные доказательства, установил все имеющие значение для дела обстоятельства, сделав правильные выводы по существу требований заявителя, а потому определение арбитражного суда первой инстанции следует оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, арбитражным апелляционным судом не установлено.

Учитывая, что при подаче апелляционных жалоб заявителями была уплачена государственная пошлина, уплата которой пунктом 12 части 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации не предусмотрена, заявителю следует возвратить указанную государственную пошлину, на основании статьи 333.40 Налогового кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь ст.ст. 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Самарской области от 09 августа 2021 года, принятое по заявлению Садыкова Р.В. о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в рамках дела № А55-30878/2017 оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.

Возвратить Миронову Евгению Владимировичу государственную пошлину, уплаченную за подачу апелляционной жалобы, перечисленную по чеку-ордеру от 16 октября 2021 года в размере 3 000 руб.

Возвратить Давыдкину Николаю Ивановичу государственную пошлину, уплаченную за подачу апелляционной жалобы, перечисленную по чеку-ордеру от 07 сентября 2021 года в размере 3 000 руб.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в месячный срок в Арбитражный суд Поволжского округа, через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий					                       Е.А. Серова

Судьи								                       А.И. Александров

                                                                                                                      Я.А. Львов