АРБИТРАЖНЫЙ СУД МОСКОВСКОГО ОКРУГА 

ул. Селезнёвская, д. 9, г. Москва, ГСП-4, 127994, официальный сайт: http://www.fasmo.arbitr.ru e-mail: info@fasmo.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

Москва 31.10.2023 Дело № А40-109370/19 

Резолютивная часть постановления оглашена 25 октября 2023 года.  Постановление в полном объеме изготовлено 31 октября 2023 года.  

Арбитражный суд Московского округа в составе:  председательствующего – судьи Тарасова Н.Н.,  

судей Кручининой Н.А., Кузнецова В.В., при участии в судебном заседании: 

от конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью  «Кайртрейд» - ФИО1 по доверенности от 01.10.2023;  

от ФИО2 – ФИО3 по доверенности от 29.08.2023;  

от закрытого акционерного общества «Проконсим» - ФИО4  по доверенности от 03.03.2023;  

от общества с ограниченной ответственностью «Фирма «Арсений» -  ФИО5 по доверенности от 01.03.2023;  

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу  общества с ограниченной ответственностью «Фирма Арсений»  

на определение Арбитражного суда города Москвы от 30.06.2023, на постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 04.09.2023 

о признании недействительной сделки по перечислению в пользу общества  с ограниченной ответственностью «Фирма Арсений» денежных средств  в общем размере 34 811 249,44 руб.,  

в рамках рассмотрения дела о признании несостоятельным (банкротом)  общества с ограниченной ответственностью «Кайртрейд»,  

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда города Москвы от 03.02.2020 общество  с ограниченной ответственностью «Кайртрейд» (далее – должник) было  признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное  производство, конкурсным управляющим должника утверждена ФИО6  

В Арбитражный суд города Москвы поступило заявление конкурсного  управляющего должника о признании недействительной сделки  по перечислению должником в пользу общества с ограниченной  ответственностью «Фирма Арсений» (далее – общества) денежных средств  в общем размере 34 811 249,44 руб., в удовлетворении которого определением  Арбитражного суда города Москвы от 12.04.2021, оставленным без изменения  постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 18.06.2021,  было отказано.  

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 31.08.2021  определение Арбитражного суда города Москвы от 12.04.2021 и постановление  Девятого арбитражного апелляционного суда от 18.06.2021 были отменены,  обособленный спор был направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд  города Москвы.  

По результатам нового рассмотрения спора обжалуемым определением  Арбитражного суда города Москвы от 30.06.2023, оставленным без изменения  постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 04.09.2023,  заявление конкурсного управляющего должника было удовлетворено.  

Не согласившись с вынесенными судебными актами, общество обратилось  в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой,  в которой, указывая на неправильное применение судами норм материального  и процессуального права и неполное выяснение обстоятельств, имеющих  

значение для рассмотрения данного дела, просит удовлетворить кассационную  жалобу, обжалуемые определение и постановление отменить, принять по делу  новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований.  

В судебном заседании представитель общества доводы кассационной  жалобы поддержал, а представители конкурсного управляющего должника  и закрытого акционерного общества «Проконсим» просили суд обжалуемые  судебные акты оставить без изменения, ссылаясь на их законность  и обоснованность, кассационную жалобу – без удовлетворения.  

Представитель ФИО2 сообщил суду округа об отсутствии  собственной правовой позиции.  

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные  о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей  в суд кассационной инстанции не направили, что, в силу части 3 статьи 284  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не препятствует  рассмотрению кассационной жалобы в их отсутствие.  

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального  закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ), информация о времени и месте судебного  заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.  

Изучив материалы дела, выслушав объяснения представителей лиц,  участвующих в деле, явившихся в судебное заседание, обсудив доводы  кассационной жалобы и возражений относительно нее, проверив в порядке  статей 286, 287 и 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации, законность обжалованных судебных актов, судебная коллегия суда  кассационной инстанции не находит оснований для отмены определения  и постановления по доводам кассационной жалобы.  

Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации, статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ  «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закона о банкротстве), дела  о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом  по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом  

Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом  о банкротстве.  

В соответствии со статьей 61.1 Закона о банкротстве, сделки,  совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть  признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом  Российской Федерации (далее - ГК РФ), а также по основаниям и в порядке,  которые указаны в Законе о банкротстве.  

Обращаясь за судебной защитой, конкурсный управляющий должника  ссылался на то, что 07.09.2018 с расчетного счета должника обществу на  основании платежного поручения № 312747 было перечислено 34 212 486,44  руб. с указанием назначения платежа «договор № 003/11-18 от 31.08.2018 за  продукты питания», а также просил признать этот платеж .недействительным на  основании пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а также статьи 170  ГК РФ.  

Отказывая в удовлетворении заявленных требований при первоначальном  рассмотрении обособленного спора, суд первой инстанции исходил из не  представления конкурсным управляющим должника достаточных доказательств,  подтверждающих совершение сделок в отсутствие равноценного встречного  исполнения.  

Суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой  инстанции и оставил обжалуемое определение без изменения.  

Отменяя судебные акты судов нижестоящих инстанций и направляя  обособленный спор на новое рассмотрение, суд кассационной инстанции,  ссылаясь на пункт 20 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской  Федерации № 5 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда  Российской Федерации 27.12.2017, исходя из доводов о том, что сделка имеет  признаки мнимой, направлена на создание искусственной задолженности  кредитора, указал на то, что суд первой инстанции должен осуществить  проверку, следуя принципу установления достаточных доказательств наличия  или отсутствия фактических отношений по поставке товаров.  

Суд кассационной инстанции также указал на то, что при наличии  возражений, заключающихся в доводах о фактической невозможности поставки,  бремя доказывания обратного возлагается на заявителя требования.  

Вынося обжалуемое определение при новом рассмотрении спора, суд  первой инстанции исходил из того, что в соответствии с пунктом 2 статьи 61.2  Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в целях причинения  вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным  судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет  до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия  указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред  имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об  указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная  сделка).  

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана  заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать  об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках  неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.  

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов  предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или  в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности  или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или  в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли  (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи  с выходом из состава учредителей (участников) должника.  

Согласно правовой позиции высшей судебной инстанции, приведенной в  пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской  Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных  с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности  (банкротстве)» (далее – постановления от 23.12.2010 № 63), для признания  сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона  о банкротстве необходима совокупность следующих условий: а) сделка была  

совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;  б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам  кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной  цели должника к моменту совершения сделки.  

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств, суд  отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.  

При определении наличия признаков неплатежеспособности или  недостаточности имущества, следует исходить из содержания этих понятий,  данного в абзацах 33 и 34 статьи 2 Закона о банкротстве.  

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь  в виду, что, в соответствии с абзацем 32 статьи 2 Закона о банкротстве, под  вредом понимаются уменьшение стоимости или размера имущества должника  и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также  иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых  действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате  возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований  по обязательствам должника за счет его имущества.  

Согласно пункту 6 постановления от 23.12.2010 № 63, для доказывания  цели причинения вреда помимо установления признаков неплатежеспособности  необходимо доказать хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных  абзацами 2-5пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а именно: цель  причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если  на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности  или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или  в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли  (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи  с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при  наличии одного из следующих условий: стоимость переданного в результате  совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо  принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более  процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной  

организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов  должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника  на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;  должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления  кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее  совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил  правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной  отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено  законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего  исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской  отчетности были уничтожены или искажены указанные документы; после  совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять  пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его  собственнику об определении судьбы данного имущества.  

В настоящем случае, судом учтено, что на момент заключения  оспариваемой сделки должник уже обладал признаками неплатежеспособности,  поскольку у него имелись неисполненные обязательства перед кредиторами, в  том числе, перед закрытым акционерным обществом «Фирма «Проконсим», что  подтверждается вступившими в законную силу определениями суда  от 11.07.2019 и от 21.10.2019 по настоящему делу.  

Принимая во внимание, что, согласно статье 2 Закона о банкротстве, под  неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения должником части  денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей,  вызванное недостаточностью денежных средств, суд признал доказанным, что на  момент совершения оспариваемых сделок должник отвечал признакам  неплатежеспособности.  

Поскольку оспариваемая сделка привела к уменьшению имущества  должника, за счет которого кредиторы имели бы возможность получить  удовлетворение своих требований к должнику, суд также признал доказанным,  что в результате совершения оспариваемой сделки был причинен вред  имущественным правам кредиторов.  

При этом, констатировал суд, осведомленность ответчика о наличии у  прикрываемых сделок соответствующей цели следует из безвозмездного  характера данных сделок, свидетельствующего об очевидности для другой  стороны сделок ущемления прав кредиторов должника, а также из обстоятельств  представления в подтверждение обоснованности своих возражений документов,  изготовленных в целях подтверждения наличия оснований для осуществления  оспариваемых перечислений.  

В обоснование доводы о неравноценном встречном исполнении  в результате заключения прикрываемых сделок, конкурсный управляющий  должника указывал на их безвозмездный характер, отсутствие равноценного  встречного предоставления со стороны ответчика.  

К правоотношениям сторон подлежат применению положения главы 30  ГК РФ, по смыслу которых, покупатель обязан оплатить реально поставленный  товар.  

Согласно пункту 1 статьи 170 ГК РФ, мнимая сделка, то есть сделка,  совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей  правовые последствия, ничтожна.  

При новом рассмотрении спора, в рамках исполнения письменных  указаний суда кассационной инстанции, судом было предложено обществу  предоставить дополнительные доказательства в подтверждение реальности  поставки, а именно – источник приобретения товара поставщиком; цель  приобретения товара покупателем (должником); доказательства  транспортировки; доказательства отгрузки; доказательства хранения товара, на  что обществом были представлены документы, частично, а не на всю сумму  спорной поставки, подтверждающие факт закупки.  

При этом, суд критически оценил и отклонил представленные  доказательства.  

Так, указал суд, гарантийное письмо должника от 21.08.2018, акт сверки  сторон за 2018 год, товарные накладные и счета-фактуры имеют характер  формального документооборота, поскольку подписаны исключительно  

директорами при наличии в штате поставщика (ответчика) менеджеров,  грузчиков, бухгалтеров, секретаря, водителей.  

Судом также учтено, что в части представленных накладных отсутствует  кратность товара (например от 30.07.2018 № 3394 п/ № 5 (сигареты в  количестве 0,200 блока), от 10.08.2018 № 3608 п/ № 25 (сигареты в  количестве 1 401,320 блоков), от 23.08.2018 № 3769 п/ № 4 (мармелад в  количестве 118,812 штук), от 29.08.2018 № 3857 п/ № 12 (печенье в  количестве 7 396,510 штук), п/ № 16 (шоколадные яйца в количестве 120,645  штук).  

Часть товара на суммы, доходящие до нескольких миллионов рублей,  якобы отгружалась поштучно.  

Цена закупки товара ответчиком была иногда выше или равна цене  продажи ее должнику, то есть отсутствовал экономический смысл в перепродаже  товаров в пользу должника.  

Для устранения сомнений, судом первой инстанции была допрошена  в качестве свидетеля бывшая на момент спорной поставки главный бухгалтер  общества, которая показала, что в обычной практике общества транспортировка  товара производится его собственным автопарком, вопреки обычному порядку,  ни она ни второй бухгалтер общества не участвовали в расчетах  и в оформлении акта сверки задолженности, не оформляли книгу продаж,  предоставленных ответчиком в материалы настоящего обособленного спора, а  также не смогла обосновать, каким образом в предоставленных обществом  универсальных передаточных документах указано не кратное количество товара,  а также пояснить, почему по некоторым позициям товар был поставлен или за  цену приобретения или даже дешевле закупочной цены.  

При этом, из предоставленных арбитражным управляющим доказательств  следует, что собственного транспорта у должника нет.  

Таким образом, товар мог быть отгружен и доставлен или транспортом  ответчика (документы не предоставлены) или компанией-экспедитором  (документы не предоставлены).  

Также не представлены санитарные паспорта на якобы отгруженный  должнику товар (продукты питания).  

При этом, согласно разделу 7 санитарно-эпидемиологических правил  СП 2.3.6.3668-20, утвержденных постановлением Главного государственного  санитарного врача Российской Федерации от 20.11.2020 № 36, для перевозки  и хранения пищевой продукции установлены дополнительные требования,  которые касаются и тары и упаковки, и медицинских осмотров водителей- экспедиторов, и т.д.  

В настоящем случае, отметил суд, обществом не подтверждены сроки  хранения документации, не позволившей ему предоставить требуемые товаро- сопроводительные документы.  

При этом судом учтены не опровергнутые обществом доводы конкурсного  управляющего должника о том, что итогам инвентаризации конкурсной массы у  должника не выявлено никакого имущества, в том числе, складов для хранения  товара, отсутствует штат сотрудников, нет заключенных договоров гражданско-правового характера, нет документов по перепродаже якобы полученного от  ответчика товара, а у самого должника также отсутствовали обязательные  платежи и расходы, свидетельствующие о ведении хозяйственной деятельности:  на содержание и аренду офиса, складских помещений, заработную плату  сотрудников, уплату налогов; на погрузку, транспортировку, разгрузку и  хранение продукции.  

При этом, как установил суд, должник прекратил свою деятельность через  четыре месяца после своего создания, а несмотря на то, что согласно выписке из  Единого государственного реестра юридических лиц, должником указано 52  вида экономической деятельности, торговля продуктами питания и табачными  изделиями (якобы приобретенными у общества), в этот перечень не входит.  

Кроме того, для целей проверки предоставленных обществом  доказательств, определением от 21.12.2022 судом была назначена судебная  экспертиза, на разрешение которой поставлен вопрос: «Кем, генеральным  директором должника ФИО2 или иным лицом были выполнены подписи  от его имени, изображения которых расположены на следующих документа: акт  

сверки сторон за 2018 г., договор поставки от 30.07.2018 № А-003/11-18, а также  товарных накладных, предоставленных сторонами в материалы дела».  

По итогам проведенного исследования, эксперты не смогли дать  утвердительного ответа на поставленный вопрос по предоставленным копиям  документов.  

Вместе с тем, в материалы дела было приобщено не опровергнутое  ответчиком заключение общества с ограниченной ответственностью «Знатоки»  от 27.10.2022 № 72, в котором сделан категоричный вывод о том, что подписи на  договоре поставки от 30.07.2018 № А-003/11-18, акте сверки взаимных расчетов  между должником и ответчиком за 2018 год, (выборочно) на товарной накладной  от 10.08.2018 № 3610 – выполнены не ФИО2 (генеральным директором  должника), а иным лицом.  

Как следствие, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что в  отсутствие иных документов, предоставленных в материалы дела доказательств  для вывода о реальности поставки недостаточно.  

В соответствии с абзацем 4 пункта 4 постановления  от 23.12.2010 № 63, наличие в Законе о банкротстве специальных оснований  оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не  препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено  злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 ГК РФ и 168 ГК РФ), в том  числе, при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.  

Под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение  управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему гражданского  права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 ГК РФ пределов  осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам или  создающее условия для наступления вреда.  

При этом, с учетом разъяснений, содержащихся в постановлении Пленума  Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32  «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием Сделок по основаниям,  предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)»  (далее – постановление от 30.04.2009 № 32) , обязательным признаком сделки  

для целей квалификации ее как ничтожной в соответствии с часть 1 статьи 10  ГК РФ является направленность такой сделки на нарушение прав и законных  интересов кредиторов.  

Указанная норма закрепляет принцип недопустимости (недозволенности)  злоупотребления правом и определяет общие границы (пределы) гражданских  прав и обязанностей.  

Для констатации ничтожности сделки по этому основанию, помимо  злоупотребления правом со стороны должника, необходимо также установить  факт соучастия либо осведомленности другой стороны о противоправных целях  должника.  

При этом, осведомленность контрагента должника может носить  реальный характер (контрагент точно знал о злоупотреблении) или быть  презюмируемой (контрагент должен был знать о злоупотреблении, действуя  добросовестно  

и разумно (в том числе случаи, если контрагент является заинтересованным  лицом).  

Презумпция добросовестности является опровержимой. 

В ситуации, когда лицо, оспаривающее совершенную со  злоупотреблением правом сделку, представило достаточно серьезные  доказательства и привело убедительные аргументы в пользу того, что лица, ее  заключившие действовали не добросовестно, с намерением причинения вреда  истцу, на ответчиков переходит бремя доказывания того, что сделка совершена в  интересах контрагентов, а не для причинения вреда кредиторам.  

В силу пункта 1 статьи 170 ГК РФ, мнимая сделка, то есть сделка,  совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей  правовые последствия, ничтожна.  

Как разъяснено в пункте 86 постановления Пленума Верховного Суда  Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых  положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской  Федерации» (далее – постановление от 23.06.2015 № 25), мнимая сделка, то есть  

сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей  правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 ГК РФ).  

Стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное  исполнение.  

В настоящем случае, констатировали суды, материалами обособленного  спора подтверждено, что оспариваемые платежи были направлены на вывод  активов должника, что причинило ущерб его кредиторам в виде утраты  возможности получить удовлетворение своих требований по обязательствам  должника за счет его имущества.  

На основании изложенного, суд первой инстанции пришел  к обоснованному выводу о наличии оснований для признания спорных  перечислений денежных средств недействительными сделками.  

Последствия признания сделок недействительными применены судом  правильно.  

Судом первой инстанции неукоснительно и в полном объеме были  выполнены письменные указания суда кассационной инстанции.  

При рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного акта судом  первой инстанции были установлены все существенные для спора  обстоятельства и дана надлежащая правовая оценка.  

Выводы основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств  по делу, нормы материального права применены правильно.  

На основании изложенного, суд апелляционной инстанции правомерно  оставил определение суда первой инстанции без изменения.  

Судебная коллегия суда кассационной инстанции соглашается с выводами  судов первой и апелляционной инстанций, не усматривая оснований для их  переоценки, поскольку названные выводы в достаточной степени мотивированы,  соответствуют нормам права.  

Судебная коллегия полагает необходимым отметить, что кассационная  жалоба не содержит указания на наличие в материалах дела каких-либо  доказательств, опровергающих выводы судов, которым не была бы дана  правовая оценка судом первой инстанции и судом апелляционной инстанции.  

Судами правильно применены нормы материального права, выводы судов  соответствуют фактическим обстоятельствам и основаны на всестороннем,  полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле  доказательств.  

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской  Федерации, приведенной, в том числе в определении от 17.02.2015 № 274-О,  статьи 286-288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,  находясь в системной связи с другими положениями данного Кодекса,  регламентирующими производство в суде кассационной инстанции,  предоставляют суду кассационной инстанции при проверке судебных актов  право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм  материального и процессуального права и не позволяют ему непосредственно  исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела.  

Иное позволяло бы суду кассационной инстанции подменять суды первой  и второй инстанций, которые самостоятельно исследуют и оценивают  доказательства, устанавливают фактические обстоятельства дела на основе  принципов состязательности, равноправия сторон и непосредственности  судебного разбирательства, что недопустимо.  

Установление фактических обстоятельств дела и оценка доказательств  отнесены к полномочиям судов первой и апелляционной инстанций.  

Аналогичная правовая позиция содержится в определении Верховного  Суда Российской Федерации от 05.07.2018 № 300-ЭС18-3308.  

Таким образом, переоценка доказательств и выводов судов не входит  в компетенцию суда кассационной инстанции в силу статьи 286 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, а несогласие заявителя жалобы  с судебным актом не свидетельствует о неправильном применении судами норм  материального и процессуального права и не может служить достаточным  основанием для его отмены.  

Суд кассационной инстанции не вправе отвергать обстоятельства, которые  суды первой и апелляционной инстанций сочли доказанными, и принимать  решение на основе иной оценки представленных доказательств, поскольку иное  

свидетельствует о выходе за пределы полномочий, предусмотренных статьей 287  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о существенном  нарушении норм процессуального права и нарушении прав и законных  интересов лиц, участвующих в деле.  

Между тем, приведенные в кассационной жалобе доводы фактически  свидетельствуют о несогласии с принятыми судами судебными актами  и подлежат отклонению, как основанные на неверном истолковании самим  заявителем кассационной жалобы положений Закона о банкротстве, а также как  направленные на переоценку выводов судов по фактическим обстоятельствам  дела, что, в силу статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации, недопустимо при проверке судебных актов в кассационном порядке.  

Приведенный в кассационной жалобе довод о том, что суд первой  инстанции не привлек к участию в деле в качестве третьего лица Федеральную  службу по финансовому мониторингу, судебной коллегией отклоняется,  поскольку согласно правовой позиции высшей судебной инстанции,  приведенной в пункте 1 Обзора по отдельным вопросам судебной практики,  связанным с принятием судами мер противодействия незаконным финансовым  операциям, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской  Федерации 08.07.2020, суды вправе (а не обязаны) привлекать к участию в деле  государственные органы, если обстоятельства дела свидетельствуют о наличии  признаков легализации доходов, полученных незаконным путем.  

В настоящем деле суд первой инстанции не усмотрел оснований для  привлечения третьего лица, а самостоятельных заявлений о привлечении к  участию в деле Росфинмониторинг в настоящем случае суду не направлял.  

Приведенный в кассационной жалобе довод о том, что отсутствовала  необходимость в оформлении санитарных паспортов, является  несостоятельным, поскольку, согласно пункту 11.2 Санитарных правил,  утвержденных постановлением Главного государственного санитарного врача  Российской Федерации от 07.09.2001 № 23, транспортные средства,  используемые для перевозки пищевых продуктов, должны иметь санитарный  паспорт.  

Между тем, как установлено судами в настоящем случае, санитарные  паспорта в материалы дела не предоставлены.  

Приведенный в кассационной жалобе довод о том, что заключение  эксперта от 27.10.2022 № 72 не может быть оценено в качестве доказательства,  судебной коллегией отклоняется, поскольку согласно положениям частей 4 и 5  статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,  заключение эксперта не имеет для суда заранее установленной силы и подлежит  оценке наряду с другими доказательствами, что и произведено в настоящем  случае судами.  

Судебная коллегия также отмечает, что в соответствии с положениями  статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суду  кассационной инстанции не предоставлены полномочия пересматривать  фактические обстоятельства дела, установленные судами при их рассмотрений,  давать иную оценку собранным по делу доказательствам, устанавливать или  считать установленными обстоятельства, которые не были установлены  в определении или постановлении, либо были отвергнуты судами первой или  апелляционной инстанции.  

Согласно правовой позиции высшей судебной инстанции, приведенной  в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской  Федерации от 23.04.2013 № 16549/12, из принципа правовой определенности  следует, что решение суда первой инстанции, основанное на полном  и всестороннем исследовании обстоятельств дела, не может быть отменено  исключительно по мотиву несогласия с оценкой указанных обстоятельств,  данной судом первой инстанции.  

Иная оценка заявителем жалобы установленных судом фактических  обстоятельств дела и толкование положений закона не означает допущенной при  рассмотрении дела судебной ошибки.  

Нормы материального и процессуального права, несоблюдение которых  является безусловным основанием для отмены судебных актов, в соответствии  со статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,  

судами не нарушены, в связи с чем, кассационная жалоба не подлежит  удовлетворению.  

Поскольку кассационная жалоба рассмотрена по существу, введенное  приостановление исполнения обжалуемых судебных актов подлежит отмене  в силу статьи 283 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации.  

Исходя из изложенного и руководствуясь статьями 284-290 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Москвы от 30.06.2023  и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 04.09.2023  по делу № А40-109370/19 – оставить без изменения, кассационную жалобу –  оставить без удовлетворения.  

Отменить введенное определением Арбитражного суда Московского  округа от 18.10.2023 приостановление исполнения определения Арбитражного  суда города Москвы от 30.06.2023 и постановления Девятого арбитражного  апелляционного суда от 04.09.2023 по делу № А40-109370/19.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может  быть обжаловано в судебную коллегию по экономическим спорам Верховного  Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его  принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации.  

Председательствующий-судья Н.Н. Тарасов 

Судьи: Н.А. Кручинина 

 В.В. Кузнецов