АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А63-19937/2019

г. Краснодар

09 февраля 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 09 февраля 2023 года.

Постановление изготовлено в полном объеме  09 февраля 2023 года.

 

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Андреевой Е.В., судей Резник Ю.О. и Соловьева Е.Г., при участии в судебном заседании от публичного акционерного общества «Промсвязьбанк» – ФИО1 (доверенность от 14.07.2022), в отсутствие иных участвующих лиц, извещенных о времени и месте судебного разбирательства, в том числе публично посредством размещения информации о движении дела на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет в открытом доступе, рассмотрев кассационную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Еврогрупп» ФИО2 на определение Арбитражного суда Ставропольского края от 26.08.2022 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.11.2022 по делу № А63-19937/2019 (Ф08-338/2023), установил следующее. 

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Еврогрупп» (далее – должник) конкурсный управляющий должника (далее – конкурсный управляющий) обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными сделок по перечислению денежных средств с расчетного счета должника на счет ПАО «Промсвязьбанк» (далее – банк) в период с 01.10.2019 по 29.11.2019 в размере 346 897,58 долларов США и применении последствий их недействительности в виде возврата в конкурсную массу должника денежных средств в указанной сумме. 

Определением суда от 26.08.2022, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 16.11.2022, в удовлетворении заявления отказано.

В кассационной жалобе конкурсный управляющий просит отменить судебные акты и направить спор на новое рассмотрение. По мнению подателя жалобы, являются неправомерными выводы судов о том, что осуществление платежей в рамках заключенного мирового соглашения является обычной хозяйственной деятельностью. Вывод судов о том, что предоставление банком непокрытого аккредитива является кредитными отношениями также несостоятелен.

В возражениях на кассационную жалобу банк просит оставить судебные акты без изменения, указывая на их законность и обоснованность.

В судебном заседании представитель банка поддержал доводы возражений.

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа, изучив материалы дела, считает, что кассационная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как видно из материалов дела, решением суда от 25.12.2020 должник признан несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО2 

Как видно из материалов дела, банк (банк-эмитент) и TOCELESTA PTE.LTD (приказодатель) заключили договор от 12.02.2014 № 14/IMPLC/TOCL/0003 об открытии непокрытых аккредитивов, согласно которому банк обязался открывать аккредитивы на условиях, определенных в соответствующих заявлениях на открытие аккредитива, в том числе аккредитивы на условиях постфинансирования и аккредитивы с отсрочкой платежа, а приказодатель обязался возмещать банку суммы платежей по аккредитивам, уплачивать комиссии, проценты и иные платежи. Совокупная задолженность с учетом предоставляемого аккредитива не должна превышать 500 млн рублей. 

Согласно пункту 6.1 договора приказодатель уплачивает банку-эмитенту комиссию за обязательство по аккредитиву в размере, согласованном сторонами в соответствующем заявлении на открытие аккредитива, но не менее 3,85, и не более 4,1 процентов годовых, начисляемых на сумму аккредитива за весь фактический срок аккредитива из расчета 365/366 дней в году. В соответствии с пунктом 6.3 договора в отношении каждой отдельной суммы платежа по аккредитиву приказодатель уплачивает банку-эмитенту проценты за постфинансирование в размере увеличенной на не менее 4 процентов годовых, но не более 6 процентов годовых межбанковской ставки, установленной на соответствующую каждой отдельной сумме платежа по аккредитиву дату определения процентной ставки. 

В целях обеспечения исполнения обязательств TOCELESTA PTE.LTD перед банком по возврату задолженности по оплате банком поставок и процентов за постфинансирование, банк и должник заключили договор поручительства от 04.05.2016 № 11П-14/IMPLC/TOCL/0003, согласно которому поручитель обязывается перед банком отвечать за исполнение обязательств, предусмотренных договором от 12.02.2014 № 14/IMPLC/TOCL/0003. 

Неисполнение обязательств TOCELESTA PTE.LTD и поручителем послужило основанием для обращения банка в суд с заявлением о взыскании задолженности и процессуальном правопреемстве ООО «ТД Вирбак» на должника. 

Определением Советского районного суда г. Ростова-на-Дону от 14.06.2017 по гражданскому делу № 2-90/2016 утверждено мировое соглашение между банком, с одной стороны, и должником и другими солидарными должниками, с другой стороны, которым урегулирован вопрос погашения задолженности по договору об открытии непокрытых аккредитивов. 

В ходе проведения мероприятий конкурсного производства конкурсный управляющий на основании выписки о движении денежных средств по расчетному счету должника установил, что в период с 01.10.2019 по 29.11.2019 должник в счет исполнения обязательств по договору от 12.02.2014 № 14/IMPLC/TOCL/0003 совершил 22 сделки по перечислению денежных средств в пользу банка на общую сумму 346 897,58 долларов США (из которых: 326 000 долларов США – основной долг; 20 897,58 долларов США – проценты). Конкурсный управляющий полагая, что данные платежи являются недействительными сделками, обратился в суд с заявлением, ссылаясь на пункты 1, 2 статьи 61.3 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве). 

Отказывая в удовлетворении заявления, суды обоснованно руководствовались статьями 61.1, 61.3, 61.4, 61.6 Закона о банкротстве, разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)"» (далее – постановление № 63). Суды установили, что дело о банкротстве должника возбуждено 23.10.2019, оспариваемые платежи осуществлены в период с 01.10.2019 по 29.11.2019, следовательно, оспариваемые сделки совершены в период подозрительности, установленный пунктом 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве. 

Пунктом 2 статьи 61.4 Закона о банкротстве предусмотрено отступление от правила, установленного в статье 61.3 Закона о банкротстве, и исключена возможность признания недействительными сделок (действий), повлекших предпочтительное удовлетворение требований кредиторов, если они совершены в обычной хозяйственной деятельности, осуществляемой должником (при условии соответствия цены сделки (операции) пороговому значению, установленному данной нормой). 

Удовлетворяя требования кредитора в рамках своей обычной хозяйственной деятельности, должник не дает такому лицу разумных оснований сомневаться в правомерности своих действий. В связи с этим на добросовестного кредитора, которому не должно было быть известно о получении им предпочтения перед иными кредиторами, не возлагаются негативные последствия, которые предусмотрены пунктом 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве. 

Для правильного разрешения вопроса о совершении сделки в процессе обычной хозяйственной деятельности следует учитывать, что к таковым не могут быть отнесены сделки, совершенные при наличии обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности контрагента несостоятельного должника, который, в частности, согласился принять исполнение без учета принципов очередности и пропорциональности, располагая информацией о недостаточности имущества должника для проведения расчетов с другими кредиторами. Таким образом, добросовестность ответчика имеет правовое значение для рассмотрения вопроса о возможности применения к спорным отношениям положений пункта 2 статьи 61.4 Закона о банкротстве (правовая позиция, изложенная в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 25.01.2016 № 310-ЭС15-12396 по делу № А09-1924/2013). 

В абзаце четвертом пункта 14 постановления № 63 разъяснено, что при определении того, была ли сделка совершена в процессе обычной хозяйственной деятельности должника, следует учитывать, что таковой является сделка, не отличающаяся существенно по своим основным условиям от аналогичных сделок, неоднократно совершавшихся до этого должником в течение продолжительного периода времени. К таким сделкам, в частности, с учетом всех обстоятельств дела могут быть отнесены платежи по длящимся обязательствам (возврат очередной части кредита в соответствии с графиком, уплата ежемесячной арендной платы, выплата заработной платы, оплата коммунальных услуг, платежи за услуги сотовой связи и Интернет, уплата налогов и т.п.). Не могут быть, по общему правилу, отнесены к таким сделкам платеж со значительной просрочкой, предоставление отступного, а также не обоснованный разумными экономическими причинами досрочный возврат кредита. Бремя доказывания того, что цена сделки превысила один процент стоимости активов должника, лежит на оспаривающем сделку лице. 

Суды установили, что спорные платежи не превышают один процент балансовой стоимости активов должника за последний отчетный период. 

Суды также указали, что согласно мировому соглашению, утвержденному определением Советского районного суда г. Ростова-на-Дону от 14.06.2017 в рамках гражданского дела № 2-90/2016, которым предусмотрено обязательство должника по погашению задолженности по договору от 12.02.2014 № 14/IMPLC/TOCL/0003 в части основного долга и процентов исходя из ставок, предусмотренных пунктом 4 мирового соглашения, путем осуществления ежемесячных платежей не позднее последнего рабочего дня в соответствии с графиком, предусмотренным мировым соглашением. Так, мировым соглашением определен порядок исполнения обязательств по семи аккредитивам на общую сумму основного долга 2 246 476,96 долларов США. Обязательство погашать основной долг по аккредитивам №№ 14IMPLC0922, 14IMPLC0869, 14IMPLC0830, 14IMPLC0831, 14IMPLC0827 возникло после совершения должником спорных сделок (октябрь – ноябрь 2019 года). 

Кроме того в соответствии с пунктом 3 мирового соглашения должник принял на себя обязательства уплачивать банку ежемесячно, не позднее последнего рабочего дня каждого календарного месяца проценты за постфинансирование, начисляемые на остаток задолженности, которые подлежали начислению за период с 31.03.2017 по дату фактического погашения задолженности по соответствующему аккредитиву. 

Из представленных банком выписок по счету, уведомлений о начислении процентов, суды установили, что обязательства по аккредитиву № 14IMPLC0930 как в части погашения основного долга исполнено должником надлежащим образом, в соответствии с утвержденным судом графиком платежей. Задолженность по состоянию на 30.09.2019 отсутствовала. Доказательств обратного в материалы дела не представлено. Обязательства по аккредитиву № 14IMPLC0931 исполнены должником в соответствии с утвержденным мировым соглашением графиком за период с апреля 2018 по апрель 2019 года. Таким образом, по состоянию на май 2019 года у должника отсутствовали просроченные обязательства в части погашения ссудной задолженности по аккредитиву № 14IMPLC0931. 

Ссудная задолженность, подлежащая уплате в мае, июле, августе  2019 года погашена должником 05.11.2019. Также 05.11.2019 должник произвел погашение оставшейся ссудной задолженности за июнь 2019 года, подлежащие уплате за июнь 2019 года, оплачены должником 31.10.2019. Ссудная задолженность, подлежащая уплате в сентябре 2019 года уплачена 01.10.2019 (просрочка 1 день); подлежащая уплате в октябре 2019 года уплачена 05.11.2019 (просрочка 2 рабочих дня); подлежащая уплате в ноябре 2019 года уплачена своевременно (29.11.2019). 

Конкурсный управляющий оспаривает платежи, совершенные 01.10.2019 в сумме 32 тыс. долларов США; 31.10.2019 в сумме 30 тыс. долларов США; 05.11.2019 в сумме 182 тыс. долларов США; 29.11.2019 в сумме 82 тыс. долларов США. 

На основании вышеизложенного, суды пришли к выводу о том, что спорные платежи являются погашением ссудной задолженности по аккредитиву за периоды, указанные в мировом соглашении, из которого также следует, что за период с 31.03.2017 по дату фактического погашения задолженности по вышеуказанному аккредитиву должник обязан был оплачивать проценты по ставке 7,3223 годовых. 

Из представленных в материалы дела документов (расчеты задолженности, выписки по счетам) суды установили, что должник за период с 31.03.2017 по 30.04.2019, а также за август 2019 года уплачивал проценты по вышеуказанным аккредитивам в сроки, определенные условиями утвержденного судом мирового соглашения. При этом сопоставив размер начисленных банком процентов с размером погашенных, суды установили их тождественность, что свидетельствует о погашении начисленных процентов в полном объеме. Проценты за ноябрь 2019 года, которые должны быть уплачены должником 29.11.2019, уплачены своевременно. Все указанные платежи перечислялись в рублях, исходя из действующего курса на дату перечисления денежных средств. 

При указанных обстоятельствах суды пришли к верному выводу о том, что платежи, произведенные должником в целях исполнения своих обязательств перед кредитором по мировому соглашению, вытекают из ранее заключенного договора об открытии непокрытых аккредитивов. Погашение задолженности осуществлено должником ежемесячно в соответствии с условиями утвержденного судом мирового соглашения, а банк, в свою очередь, не принимал от должника каких-либо не предусмотренных соглашением сумм, не осуществлял досрочное списание денежных средств, не списывал неустойки либо иные штрафные санкции. Погашение должником основного долга и процентов, совершенных 01.10.2019, 05.11.2019 и 29.11.2019 на оспариваемую сумму 346 897,58 долларов США, является платежами по длящимся обязательствам в соответствии с договорными обязательствами, при этом, оспариваемые платежи не отличаются по размерам от определенных в мировом соглашении. Установленная судом просрочка исполнения обязательств (31.10.2019 оплачен основной долг по аккредитиву № 14IMPLC091 за июнь 2019 года, 05.11.2019 оплачен, в том числе долг за май, июнь, июль, август 2019 года) не свидетельствует ни о том, что должник намеренно выделил из всей массы своих обязательств просроченное требование банка и погасил его предпочтительно перед другими кредиторами, ни о том, что банк в нарушение сложившейся между сторонами деловой практики и в ущерб иным кредиторам принял спорные платежи. Таким образом, последовательно совершенные платежи представляют собой обыкновенные платежи во исполнение обязательств по договору об открытии непокрытых аккредитивов в редакции мирового соглашения. 

Рассматривая вопрос о совершении сделки в процессе обычной хозяйственной деятельности, суды, принимая во внимание положения статьи 61.4 Закона о банкротстве, правовую позицию, изложенную в определении Верховного Суда Российской Федерации от 07.08.2015 № 309-ЭС15-2399, а также учитывая количество совершенных должником аналогичных сделок, общую сумму средств перечисленных в пользу банка в счет исполнения обязательств по кредитным договорам, пришли к обоснованному выводу о том, что исполнение данного обязательства носило регулярный длительный характер, в связи с чем, является для должника обычной хозяйственной деятельностью. 

При этом суды отклонили довод конкурсного управляющего о невозможности применения в рассматриваемом споре положений пункта 2 статьи 61.4 Закона о банкротстве, поскольку мировое соглашение не обеспечивало производственный процесс либо получение должником прибыли, не изменило сроки исполнения обязательств, а урегулировало лишь сроки уплаты существенно просроченной суммы долга. 

Отклоняя данный довод управляющего и принимая во внимание разъяснения, изложенные в абзаце 4 пункта 14 постановления № 63, суды указали, что факт неоднократного совершения должником сделок, аналогичных оспоренным, подвержен материалами дела, соответственно спорные платежи, относятся к сделкам, совершенным в процессе обычной хозяйственной деятельности. Суды отметили, что предметом настоящего спора являются не условия мирового соглашения, а платежи, осуществляемые в целях погашения кредитных обязательств в сроки, определенные мировым соглашением, то есть мировое соглашение изменило только сроки исполнения уже ранее существующих кредитных обязательств, а не породило новые обязательства сторон, в силу чего перечисление денежных средств в соответствии с графиком мирового соглашения не может свидетельствовать о внесении платежа со значительной просрочкой. 

Согласно пункту 4 статьи 61.4 Закона о банкротстве при оспаривании сделки, связанной с исполнением денежных обязательств, вытекающих из кредитного договора, необходимо доказать не только наличие признака предпочтения, но и безусловную осведомленность конкурсного кредитора о получении такого предпочтения, причем независимо от периода совершения сделки. 

Суды указали, что наличие на текущий момент реестра требований кредиторов должника не свидетельствуют о том, что по состоянию на даты совершения оспариваемых операций у должника имелись признаки неплатежеспособности или недостаточности имущества, о которых было либо могло быть известно банку. Суды установили, что в данном случае ответчик не является заинтересованным лицом, фактическая или юридическая аффилированность судами не установлена и сторонами процесса не доказана. 

В соответствии с правовой позицией, изложенной в Обзоре судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016) (ред. от 26.12.2018), удовлетворяя требования кредитора в рамках своей обычной хозяйственной деятельности, должник не дает такому лицу разумных оснований сомневаться в правомерности своих действий. В связи с этим на добросовестного кредитора, которому не должно было быть известно о получении им предпочтения перед иными кредиторами, не возлагаются негативные последствия, которые предусмотрены пунктом 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве. 

В абзаце первом пункта 12.2 постановления № 63 разъяснено, что сам по себе тот факт, что другая сторона сделки является кредитной организацией, не может рассматриваться как единственное достаточное обоснование того, что она знала или должна была знать о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника (пункт 2 статьи 61.2 или пункт 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве); оспаривающее сделку лицо должно представить конкретные доказательства недобросовестности кредитной организации. 

В абзаце 11 пункта 16 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ от 20.12.2016 указано, что с момента официального опубликования сведений о введении наблюдения, финансового оздоровления, внешнего управления, о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства считается, что органы, осуществляющие взыскание обязательных платежей, обладают информацией о наличии у должника неисполненных в установленный срок требований по денежным обязательствам. 

Суды установили, что сообщение о введении процедуры наблюдения опубликовано в официальном издании 18.01.2020 объявлением 77033240697, при этом спорные платежи совершены с 01.11.2019 по 29.11.2019, то есть за три месяца до официального опубликования сведений о введении процедуры наблюдения. Суды исходили из того, что обстоятельства данного дела не свидетельствует об осведомленности банка о наличии неплатежеспособности должника в отсутствие доказательств фактической и юридической аффилированности сторон. 

Суды обоснованно отклонили довод конкурсного управляющего о невозможности применения к спорным сделкам положений пункта 4 статьи 61.4 Закона о банкротстве ввиду того, что предметом настоящего спора являются платежи, совершенные во исполнение мирового соглашения, которые не являются кредитным договором по смыслу пункта 4 статьи 61.4 Закона о банкротстве. При этом суды исходили из того, что обязательства по кредитным договорам в порядке универсального правопреемства перешли к должнику, что и послужило основанием для замены судом ООО «ТД Вирбак» на должника при утверждении мирового соглашения. Погашение задолженности после утверждения судом мирового соглашения производилось в соответствии с установленным им графиком. При этом в назначении платежей имеется ссылка на погашение задолженности по кредитным договорам. Платежи, совершаемые ранее, по своему характеру, порядку погашения и суммам аналогичны оспариваемым платежам. 

Поскольку оспариваемые конкурсным управляющим платежи произведены должником самостоятельно во исполнение обязательств, установленных кредитными договорами в редакции заключенного мирового соглашения, существенно не отличаются по своему характеру от аналогичных сделок, неоднократно совершавшихся до этого должником в течение продолжительного периода времени, суды обоснованно пришли к выводу о том, что факт заключения мирового соглашения не изменяет природы исполненных должником перед банком обязательств. 

Суды сделали обоснованный вывод о том, что в данном случае мировое соглашение является гражданско-правовой сделкой, изменяющей в части права и обязанности по кредитным договорам, а не прекращающей их. Мировое соглашение не трансформировало кредитное обязательство в иное, оно лишь изменило размер платежей и сроки их уплаты. При этом конкурсный управляющий не представил доказательства осведомленности банка о наличии у должника по состоянию на 01.11.2019 денежных обязательств или обязанности по уплате обязательных платежей перед иными конкурсными кредиторами (уполномоченными органами), срок исполнения которых наступил. Совершение спорных платежей с просрочкой на один рабочий день не подтверждает ни того, что должник намеренно выделил из всей массы своих обязательств просроченное требование банка и погасил его предпочтительно перед другими кредиторами, ни о том, что банк в нарушение сложившейся между сторонами деловой практики и в ущерб иным кредиторам принял спорный платеж. 

Кроме того, суды верно указали, что на момент совершения оспариваемых сделок требования банка были обеспечены залогом имущества должника, в связи с чем подлежит применению пункт 29.3 постановления № 63. 

Оспаривая судебные акты, заявитель жалобы документально не опроверг правильности выводов судов. Доводы кассационной жалобы не влияют на законность и обоснованность обжалуемых судебных актов, по существу направлены на переоценку доказательств, которые суды оценили с соблюдением норм главы 7 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. В силу статьи 286 Кодекса арбитражный суд кассационной инстанции не наделен полномочиями по оценке (переоценке) и исследованию фактических обстоятельств дела, выявленных в ходе его рассмотрения по существу. Нарушения процессуальных норм, влекущие отмену судебных актов (часть 4 статьи 288 Кодекса), не установлены. При таких обстоятельствах основания для удовлетворения кассационной жалобы отсутствуют.

Руководствуясь статьями 274, 286 – 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ставропольского края от 26.08.2022 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.11.2022 по делу № А63-19937/2019 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

 

Председательствующий                                                                                         Е.В. Андреева

Судьи                                                                                                                        Ю.О. Резник

                                                                                                                                   Е.Г. Соловьев