АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

08 октября 2020 года

Дело №

А13-13037/2016

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Яковца А.В., судей Зарочинцевой Е.В., Кравченко Т.В., 

рассмотрев 05.10.2020 в открытом судебном заседании кассационную жалобу Федеральной налоговой службы на определение Арбитражного суда Вологодской области от 17.01.2020 и постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.05.2020 по делу № А13-13037/2016,

у с т а н о в и л:

Решением Арбитражного суда Вологодской области от 30.11.2016 ФИО1 признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника ведена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО2.

Федеральная   налоговая    служба,  адрес:    127381, Москва, Неглинная ул., д.   23,   ОГРН 

<

***>,   ИНН   

<

***> (далее –  ФНС России, уполномоченный орган), 20.06.2017 обратилась в арбитражный суд с заявлением, в котором  с учетом уточнений, принятых судом  в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), просила признать недействительными  заключенные должником, ФИО3 и акционерным обществом «Межрегиональная инвестиционная компания», адрес:   160035, 

<

...>,   ОГРН 

<

***>,   ИНН   

<

***> (далее – Компания), соглашения от 07.09.2016 о переводе  прав и обязанностей по  договорам финансовой аренды (лизинга) от 18.09.2014 № ВУ-46/14, от 29.05.2015 № ВУ-63/15 и от 01.03.2016 № ВУ-79/16.

В порядке применения последствий недействительности оспариваемых сделок заявитель просил взыскать с ФИО4 в конкурсную массу должника 3 779 384,06 руб.

Определением суда первой инстанции от 22.06.2018  в удовлетворении заявления отказано.

Постановлением Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.09.2018 указанное определение  оставлено без изменения.

 Постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 26.12.2018 определение от 22.06.2018 и постановление от 25.09.2018 отменены, дело направлено в суд первой инстанции на новое рассмотрение.

Определением суда первой инстанции от 17.01.2020 заявление  удовлетворено частично: признаны недействительным заключенные  07.09.2016 ФИО1, ФИО4 и Компанией соглашения о переводе прав и обязанностей по договору лизинга № ВУ-46/14-1 и соглашение о переводе прав и обязанностей по договору лизинга № ВУ-63/15-1, в порядке применения последствий недействительности названных сделок с ФИО4 в конкурсную массу ФИО1 взыскано  43 092 руб. 19 коп.  и 70 308 руб. 44 коп. соответственно; в удовлетворении заявления  в остальной части отказано.

Постановлением апелляционного суда от 22.05.2020 указанное определение  оставлено без изменения.

В кассационной жалобе ФНС России, ссылаясь на допущенные судами первой и апелляционной инстанций нарушения норм материального и процессуального права и на несоответствие их выводов фактическим обстоятельствам дела, просит отменить определение от 17.01.2020 и постановление от 22.05.2020 и, не передавая дело на новое рассмотрение, вынести новый судебный акт, которым признать соглашения от 07.09.2016 о переводе  прав и обязанностей по  договорам финансовой аренды (лизинга) от 18.09.2014 № ВУ-46/14, от 29.05.2015 № ВУ-63/15, от 01.03.2016 № ВУ-79/16 недействительными, в порядке применения последствий их недействительности взыскать с ФИО4 в конкурсную массу ФИО1  действительную стоимость уступленных прав.

В обоснование кассационной жалобы ее податель ссылается на то, что в оспариваемых соглашениях цена уступаемых прав не была установлена, полагает, что ФИО4 получил право владения и пользования предметами лизинга, а также право выкупа предметов лизинга в собственность, не уплатив экономически обоснованную стоимость соответствующих транспортных средств.

В представленном в электронном виде отзыве финансовый управляющий  ФИО2, считая обжалуемые судебные акты  законными и обоснованными, просит оставить их без изменения, а кассационную жалобу – без удовлетворения.

Участвующие в деле лица надлежащим образом извещены о месте и времени судебного разбирательства, однако своих представителей для участия в судебном заседании не направили, что в соответствии со статьей 284 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения кассационной жалобы в их отсутствие. 

Как следует из материалов дела, Компания (лизингодатель) и ФИО1 (лизингополучатель) заключили договоры финансовой аренды (лизинга) от 18.09.2014 № ВУ-46/14 (предмет договора – автомобиль ГАЗ?33106), от 29.05.2015  № ВУ-63/15 (предмет договора – автомобиль ГАЗ С41R13-10), от 01.03.2016 № ВУ-79/16 (предмет договора – автофургон рефрижератор 3010GA, модель ТС 2824FU).

Согласно пунктам 1.1 указанных договоров лизингодатель обязался в соответствии с заявкой лизингополучателя приобрести в собственность имущество у определенного лизингополучателем продавца и предоставить лизингополучателю это имущество за плату во временное владение и пользование на условиях, предусмотренных договорами, а лизингополучатель обязался принять указанные предметы лизинга и выплачивать лизингодателю лизинговые платежи в порядке и сроки, предусмотренные договорами.

Согласно пунктам 12 договоров лизинга от 18.09.2014 № ВУ-46/14 и от 01.03.2016 № ВУ-79/16, пункту 13 договора лизинга от 29.05.2015  № ВУ?63/15 в общую сумму лизинговых платежей выкупная стоимость предмета лизинга не входит.

Компания (лизингодатель), ФИО1 и ФИО4 07.09.2016 заключили соглашения № ВУ-46/14-1,  ВУ-63/15-1 и ВУ-79/16-1, согласно которым все права и обязанности  лизингополучателя  по договорам лизинга от 18.09.2014 № ВУ-46/14,  от 29.05.2015  № ВУ-63/15 и от 01.03.2016 № ВУ-79/16 перешли к ФИО4

Обращаясь в арбитражный суд с настоящим заявлением, ФНС России сослалась на то, что соглашения от 07.09.2016 заключены ФИО1 с заинтересованным лицом  менее чем за год до принятия арбитражным судом к производству заявления о банкротстве должника с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Согласно расчетам, содержащимся в соглашениях об объеме уступаемых прав, заключенных ФИО1 и ФИО4,  положительного эффекта от заключения оспариваемых соглашений у ФИО4 не возникло.

Так как в случае расторжения договоров лизинга в дату подписания оспариваемых соглашений сальдо взаимных обязательств (с учетом стоимости предметов лизинга при их изъятии) сложилось бы не в пользу лизингополучателя (должника) и он не имел бы права требовать от лизингодателя суммы неосновательного обогащения, суд первой инстанции не усмотрел предусмотренных  пунктами 1 и 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве),  а также статьями 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) оснований для оспариваемых  соглашений недействительными, в связи с чем определением от 22.06.2018 отказал в удовлетворении заявления уполномоченного органа.

Согласившись с выводами суда первой инстанции, апелляционный суд  постановлением от 25.09.2018 оставил указанное определение без изменения.

При этом суд апелляционной инстанции указал, что  с учетом презумпции возмездности договоров цессии, ФИО1 вправе требовать уплаты ФИО4 суммы, равной выплаченной выкупной цене транспортных средств, действительный размер которой может быть установлен сторонами договоров добровольно либо в рамках другого самостоятельного спора по взысканию задолженности по договору цессии.

Суд кассационной инстанции посчитал, что выводы судов первой и апелляционной инстанций, послужившие основанием для принятия определения от 22.06.2018 и постановления от 25.09.2018, не соответствуют фактическим обстоятельствам настоящего обособленного спора и имеющимся в материалах данного спора доказательствам, в связи с чем постановлением  от 26.12.2018 отменил названные судебные акты и направил дело  в суд первой инстанции на новое рассмотрение.

По результатам нового рассмотрения настоящего обособленного спора суд первой инстанции определением от 17.01.2020 удовлетворил заявление уполномоченного органа частично: признал недействительными заключенные  07.09.2016 ФИО1, ФИО4 и Компанией соглашение о переводе прав и обязанностей по договору лизинга № ВУ-46/14-1 и соглашение о переводе прав и обязанностей по договору лизинга № ВУ-63/15-1, в порядке применения последствий недействительности названных сделок с ФИО4 в конкурсную массу ФИО1 взыскано  43 092 руб. 19 коп.  и 70 308 руб. 44 коп. соответственно; в удовлетворении заявления  в остальной части отказано.

Постановлением апелляционного суда от 22.05.2020 указанное определение оставлено без изменения.

Проверив законность обжалуемых судебных актов и обоснованность доводов, приведенных в кассационной жалобе, Арбитражный суд Северо-Западного округа приходит к следующим выводам.

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 названного Закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

В силу пункта 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве право на подачу заявления об оспаривании сделки должника-гражданина по указанным в статье 61.2 или 61.3 названного Закона основаниям возникает с даты введения реструктуризации долгов гражданина.

Заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по указанным в статье 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве  основаниям подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве гражданина, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве гражданина независимо от состава лиц, участвующих в данной сделке (пункт 3 указанной статьи).

Согласно пункту 13 статьи 14 Федерального закона от 29.06.2015  № 154?ФЗ «Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее – Закон № 154-ФЗ) пункты 1 и 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве в редакции Закона № 154-ФЗ применяются к совершенным с 1 октября 2015 года сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями; сделки указанных граждан, совершенные до 1 октября 2015 года с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном  пунктами 3-5 статьи 213.32 Закона о банкротстве (в редакции Закона № 154-ФЗ).

Оспариваемые уполномоченным органом соглашения заключены 07.09.2016, таким образом могут быть признаны недействительными как по снованиям предусмотренным статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве, так и по основаниям, предусмотренным статьей 10 ГК РФ.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

- стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

- должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

- после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»  (далее – Постановление № 63), для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 названного  Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Как видно из материалов дела, оспариваемые соглашения заключены Компанией, ФИО1 и ФИО4 07.09.2016, то есть менее чем за месяц  до даты принятия арбитражным судом к производству заявления о несостоятельности (банкротстве) должника (04.10.2016).

В обоснование требования о признании  названных соглашений недействительными ФНС России сослалась на то, что ФИО1, уступив ФИО5 права лизингополучателя по заключенным им и Компанией  договорам лизинга от 18.09.2014 № ВУ-46/14,  от 29.05.2015  № ВУ-63/15 и от 01.03.2016 № ВУ-79/16, не получил какого-либо встречного предоставления от ФИО4 

Проверяя доводы уполномоченного органа, суд первой инстанции руководствовался разъяснениями, приведенными в пункте 3.1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга» (далее - Постановление № 17), согласно которым расторжение договора лизинга не должно влечь за собой получение лизингодателем таких благ, которые поставили бы его в лучшее имущественное положение, чем то, в котором он находился бы при выполнении лизингополучателем договора в соответствии с его условиями.

В соответствии с разъяснениями, приведенными в пункте  3.2 Постановления № 17, если полученные лизингодателем от лизингополучателя платежи (за исключением авансового) в совокупности со стоимостью возвращенного ему предмета лизинга меньше доказанной лизингодателем суммы предоставленного лизингополучателю финансирования, платы за названное финансирование за время до фактического возврата этого финансирования, а также убытков лизингодателя и иных санкций, установленных законом или договором, лизингодатель вправе взыскать с лизингополучателя соответствующую разницу.

При первоначальном рассмотрении настоящего обособленного спора суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении заявления ФНС России, исходил из того, что согласно расчетам, представленным финансовым управляющим, а также расчетам, содержащимся в соглашениях об объеме уступаемых прав, заключенным ФИО1 и ФИО4,  положительного эффекта от заключения оспариваемых соглашений у ФИО4 не возникло; в случае расторжения договоров лизинга в дату подписания оспариваемых соглашений, сальдо взаимных обязательств (с учетом стоимости предметов лизинга при их изъятии) сложилось бы не в пользу лизингополучателя (должника) и он не имел бы права требовать от лизингодателя суммы неосновательного обогащения.

Поскольку данные расчеты не оспорены лицами, участвующими в деле о банкротстве ФИО1, иные расчеты не представлены, суд первой инстанции согласился с содержащимися в названных расчетах сведениями.

С учетом того, что в указанных расчетах сумма произведенных ФИО1 лизинговых платежей  по каждому договору лизинга, определенная без учета авансового платежа,  повторно уменьшена на произведенный им же авансовый платеж, суд кассационной инстанции посчитал, что выводы суда первой инстанции о равноценности встречного предоставления по оспариваемым соглашениям не могут быть признаны соответствующими фактическим обстоятельствам дела.

Вывод суда апелляционной инстанции о том, что с учетом презумпции возмездности договоров цессии, ФИО1 вправе требовать с ФИО4 сумму, равную выплаченной выкупной цене транспортных средств, действительный размер которой может быть установлен сторонами договоров добровольно либо в рамках другого самостоятельного спора по взысканию задолженности по договору цессии, суд кассационной инстанции также признал противоречащим фактическим обстоятельствам настоящего обособленного спора и имеющимся в материалах данного спора доказательствам.

В результате исследования и оценки имеющихся в материалах настоящего обособленного спора и дополнительно представленных при его новом рассмотрении доказательств суд первой инстанции установил, что  если бы договоры лизинга, заключенные ФИО1 и Компанией были расторгнуты в день заключения оспариваемых соглашений, сальдо взаимных обязательств  по договору лизинга № ВУ-46/14 составляло бы 43 092 руб. 19 коп. в пользу ФИО1,  по договору лизинга № ВУ-63/15 – 70 308 руб. 44 коп. в пользу должника, по договору лизинга № ВУ-79/16 – 245 667 руб. 28 коп. в пользу Компании.

С учетом изложенного суд первой инстанции пришел к выводу, с которым согласился и апелляционный суд, о наличии  предусмотренных пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве оснований для признания недействительными  заключенных 07.09.2016 ФИО1, ФИО4 и Компанией соглашений о переводе прав и обязанностей по договору лизинга № ВУ-46/14-1 и № ВУ-63/15-1, взыскания с ФИО4 в порядке применения последствий недействительности названных сделок в конкурсную массу ФИО1  43 092 руб. 19 коп.  и 70 308 руб. 44 коп. соответственно; оснований для признания недействительным соглашения №  ВУ-79/16-116-1  суды первой и апелляционной инстанций не установили.

По мнению суда кассационной инстанции, выводы судов первой и апелляционной инстанций, послужившие основанием для принятия обжалуемых судебных актов, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в материалах настоящего обособленного спора доказательствам. 

Содержащиеся в кассационной жалобе ФНС России доводы сводятся к тому, что сальдо взаимных обязательств по договорам лизинга № ВУ-46/14, ВУ?63 и  ВУ-79/16 на дату заключения оспариваемых соглашений определено судом первой инстанции неверно.

Между тем при новом рассмотрении настоящего обособленного спора  суд первой инстанции предлагал уполномоченному органу представить  расчет сальдо взаимных обязательств по  указанным договорам.

Поскольку в соответствии с разъяснениями, приведенными в пункте 3.2 Постановления № 17, при расчете должны  учитываться убытки лизингодателя и иные санкции, установленные законом или договором,  а представленный ФНС России не включал штрафные санкции, которые были начислены Компанией по условиям договоров лизинга № ВУ-46/14, ВУ?63 и  ВУ-79/16, суд первой инстанции не принял предложенный уполномоченным органом вариант расчета.

Основания не согласиться с указанным выводом суда первой инстанции  у суда кассационной инстанции отсутствуют.

С учетом изложенного кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 и 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда Вологодской области от 17.01.2020 и постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.05.2020 по делу № А13-13037/2016 оставить без изменения, а кассационную жалобу Федеральной налоговой службы – без удовлетворения.

 

Председательствующий

А.В. Яковец

Судьи

 

Е.В. Зарочинцева

 Т.В. Кравченко