ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

РЕШЕНИЕ

Дело № А40-215036/19-118-721

г. Москва

17 ноября 2021 года

Резолютивная часть решения объявлена 10 ноября 2021 года

Полный текст решения изготовлен 17 ноября 2021 года

Арбитражный суд г. Москвы

в составе судьи  А.Г. Антиповой

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску ООО «Югра Авто Транс»

к АО «ВЭБ-лизинг»

о взыскании неосновательного обогащения по договору лизинга от 13.12.2013 №Р13-34920-ДЛ в размере 1586974,43 руб., процентов за неправомерное удержание денежных средств в размере 181947,72 руб. с последующим начислением в порядке ст.395 ГК РФ на сумму невыплаченного неосновательного обогащения в размере 1586974,43 с даты вынесения решения до момента фактического исполнения обязательства,

при участии

от истца: не явился,

от ответчика: не явился,

УСТАНОВИЛ:

ООО «Югра Авто Транс» обратилось с исковым заявлением о взыскании с АО «ВЭБ-лизинг» неосновательного обогащения по договору лизинга от 13.12.2013 №Р13-34920-ДЛ в размере 1586974,43 руб., процентов за неправомерное удержание денежных средств в размере 181947,72 руб. с последующим начислением в порядке ст.395 ГК РФ на сумму невыплаченного неосновательного обогащения в размере 1586974,43 с даты вынесения решения до момента фактического исполнения обязательства.

Представители истца и ответчика в судебное заседание не явились, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в соответствии со ст. 123 АПК РФ. Дело рассмотрено в отсутствие представителей сторон в соответствии со ст. 156 АПК РФ.

Ответчик исковые требования не признал по доводам, изложенным в отзыве и письменных пояснениях.

Истцом заявлено ходатайство о назначении судебной оценочной экспертизы для определения рыночной стоимости предмета лизинга на дату изъятия.

Указанное ходатайство не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Согласно ч. 1 ст. 82 АПК РФ для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле.

В обоснование необходимости проведения экспертизы лизингополучатель ссылается на то, что срок реализации предмета лизинга ответчиком является неразумным (более трех лет после изъятия). Бездействие ответчика привело к уменьшению стоимости реализации предмета лизинга.

Данные доводы истца не обоснованы и не принимаются во внимание, поскольку в силу ст. 82 АПК РФ, арбитражный суд назначает экспертизу для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний.

В соответствии с п. 4 постановления Пленума ВАС РФ № 17 от 14.03.2014, стоимость возвращенного предмета лизинга определяется по его состоянию на момент перехода к лизингодателю риска случайной гибели или случайной порчи предмета лизинга (по общему правилу статьи 669 ГК РФ - при возврате предмета лизинга лизингодателю) исходя из суммы, вырученной лизингодателем от продажи предмета лизинга в разумный срок после получения предмета лизинга или в срок, предусмотренный соглашением лизингодателя и лизингополучателя, либо на основании отчета оценщика, при этом принимаются во внимание недостатки, указанные в акте приема-передачи предмета лизинга от лизингополучателя лизингодателю.

Таким образом, при определении цены возвращенного предмета лизинга, приоритет отдается сумме денежных средств, вырученных лизингодателем от реализации предметов лизинга.

Лизингодателем осуществлена реализация предмета лизинга по договору купли-продажи №Р13-34920-БУ от 21.09.2020 за 2 953 610 руб.

В соответствии с п. 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», риски изменения цен на сопоставимые товары, работы или услуги возлагаются на сторону, неисполнение или ненадлежащее исполнение договора которой повлекло его досрочное прекращение, например, в результате расторжения договора в судебном порядке или одностороннего отказа другой стороны от исполнения обязательства.

Приоритетное значение стоимости предметов лизинга имеет договор купли-продажи, а не мнения специалиста, который указывает лишь на возможность реализации объекта по указанной в заключении цене, но не гарантирует этого, подтверждается правовой позицией, изложенной в Определении Верховного Суда Российской Федерации №305-ЭС16-7931 от 28.06.2016 г., постановление Арбитражного суда Московского округа от 19.05.2017 по делу А40-15132/2016, постановление Арбитражного суда Московского округа от 17.01.2017 г. по делу № А40-15785/2016, постановление Арбитражного суда Московского округа от 23.11.2016 по делу А40-7463/2016, Определении Верховного Суда РФ от 23.06.2017 № 308-ЭС17-5788(3), в силу которых сальдо встречных обязательств в пользу лизингополучателя следует определять с учетом времени, прошедшего со дня возврата объектов лизинга до даты их реализации, а стоимость возвращенных предметов лизинга определяется в соответствии с ценой, по которой они проданы после расторжения договора.

Согласно п. 11 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 N 7 (ред. от 07.02.2017) "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств", по смыслу статьи 393.1 ГК РФ, пунктов 1 и 2 статьи 405 ГК РФ, риски изменения цен на сопоставимые товары, работы или услуги возлагаются на сторону, неисполнение или ненадлежащее исполнение договора которой повлекло его досрочное прекращение, например, в результате расторжения договора в судебном порядке или одностороннего отказа другой стороны от исполнения обязательства.

Договор лизинга расторгнут в связи с неисполнением лизингополучателем обязанности по внесению лизинговых платежей.

Кроме того, цена реализованного предмета лизинга различается с отчетом об оценке №2008Р-3/221020191331, представленным ответчиком, на 2,9%.

Указанный отчет об оценке оспаривался истцом в рамках дела №А40-2254/2020. Решением Арбитражного суда г. Москвы от 29.03.2021 по делу № А40-2254/2020 в удовлетворении заявленных требований отказано в полном объеме.

Таким образом, оснований для назначении судебной оценочной экспертизы не имеется.

Кроме того, истцом не представлены доказательства выполнения требований ст. 107, 108 АПК РФ, на депозитный счет Арбитражного суда г. Москвы не внесены денежные средства для разрешения вопроса о назначении судебной экспертизы.

В соответствии с п.22 постановления Пленума ВАС РФ от 04.04.2014 N 23 "О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе", в случае неисполнения указанными лицами обязанности по внесению на депозитный счет суда денежных сумм в установленном размере суд выносит определение об отклонении ходатайства о назначении экспертизы и, руководствуясь положениями части 2 статьи 108 и части 1 статьи 156 Кодекса, рассматривает дело по имеющимся в нем доказательствам.

Рассмотрев материалы дела, суд установил, что предъявленные требования не подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, 13.12.2013 между АО «ВЭБ-лизинг» (лизингодатель) и ООО «Югра Авто Транс» (лизингополучатель) заключен договор лизинга № Р13-34920-ДЛ, в соответствии с которым ответчиком приобретен в собственность и передан истцу предмет лизинга – Mercedes-Benz Actros 3341 AK.

В связи с ненадлежащим исполнением своих обязанностей по договору лизинга со стороны лизингополучателя, ответчиком направлено уведомлением о расторжении договора лизинга.

Предмет лизинга изъят ответчиком 02.08.2017 согласно акту изъятия.

Согласно постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 г. № 17 "Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга", расторжение договора, в том числе по причине допущенной лизингополучателем просрочки уплаты лизинговых платежей, не должно влечь получение лизингодателем таких благ, которые поставили бы его в лучшее имущественное положение, чем то, в котором он находился бы при выполнении лизингополучателем договора в соответствии с его условиями (пункты 3 и 4 статьи 1 ГК РФ).

Расторжение договора порождает необходимость соотнести взаимные предоставления сторон, совершенные до момента расторжения (сальдо встречных обязательств), определить завершающую обязанность одной стороны в отношении другой.

При этом, расторжение договора выкупного лизинга по причине допущенной лизингополучателем просрочки в оплате не должно приводить к освобождению лизингополучателя от обязанности по возврату финансирования, полученного от лизингодателя, внесения платы за финансирование и возмещения причиненных лизингодателю убытков (ст. 15 ГК РФ), а также иных предусмотренных законом или договором санкций. Расторжение договора выкупного лизинга порождает необходимость соотнести взаимные предоставления сторон по договору, совершенные до момента его расторжения (сальдо встречных обязательств), и определить завершающую обязанность одной из них в отношении другой стороны в соответствии со следующими правилами.

Если полученные лизингодателем от лизингополучателя платежи (за исключением авансового платежа) в совокупности со стоимостью возвращенного ему предмета лизинга меньше доказанной лизингодателем суммы предоставленного лизингополучателю финансирования, платы за названное финансирование за время до фактического возврата финансирования, а также убытков лизингодателя и иных санкций, предусмотренных законом или договором, лизингодатель вправе взыскать с лизингополучателя соответствующую разницу.

Если внесенные лизингополучателем лизингодателю платежи (за исключением авансового) в совокупности со стоимостью возвращенного предмета лизинга превышают доказанную лизингодателем сумму предоставленного лизингополучателю финансирования, платы за названное финансирование за время до фактического возврата этого финансирования, а также убытков и иных санкций, предусмотренных законом или договором, лизингополучатель вправе взыскать с лизингодателя соответствующую разницу.

Размер финансирования, предоставленного лизингодателем лизингополучателю, определяется как закупочная цена предмета лизинга (за вычетом авансового платежа лизингополучателя) в совокупности с расходами по его доставке, ремонту, передаче лизингополучателю и т.п.

Указанная в пунктах 3.2 и 3.3 Постановления Пленума ВАС РФ № 17 стоимость возвращенного предмета лизинга определяется по его состоянию на момент перехода к лизингодателю риска случайной гибели или случайной порчи предмета лизинга - при возврате предмета лизинга лизингодателю исходя из суммы, вырученной лизингодателем от продажи предмета лизинга в разумный срок после получения предмета лизинга или в срок, предусмотренный соглашением лизингодателя и лизингополучателя, либо на основании отчета оценщика.

Плата за предоставленное лизингополучателю финансирование определяется в процентах годовых на размер финансирования. Если соответствующая процентная ставка не определена договором лизинга, она устанавливается судом расчетным путем на основе разницы между общим размером платежей по договору лизинга (за исключением авансового) и размером финансирования, а также срока договора по следующей формуле:

где: ПФ - плата за финансирование (в процентах годовых);

П - общий размер платежей по договору лизинга;

А - сумма аванса по договору лизинга;

Ф - размер финансирования;

С/дн - срок договора лизинга в днях.

Из представленного истцом расчета сальдо встречных обязательств по договору лизинга следует, что общий размер платежей по договору лизинга составляет 9 133 756,38 руб.

Сумма аванса составляет 723866,79 руб.;

Стоимость предмета лизинга составляет 7033462,79 руб.;

Срок договора лизинга в днях – 1092 дней;

Фактический срок финансирования в днях – 1513 дней;

Стоимость возвращенного предмета лизинга составляет 5213480 руб.

Размер финансирования составил сумму 6309596 руб.

Плата за финансирование в % годовых – 11,125.

Получено от лизингополучателя лизинговых платежей – 5592786,55 руб.

Таким образом, финансовый результат сделки составляет 1 586 974,43 руб. и является неосновательным обогащением на стороне АО «ВЭБ-лизинг».

В соответствии с п. 1 ст. 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса.

Согласно п. 2 ст. 1107 ГК РФ на сумму неосновательного денежного обогащения подлежат начислению проценты за пользование чужими средствами (ст. 395 ГК РФ) с того времени, когда приобретатель узнал или должен был узнать о неосновательности получения или сбережения денежных средств.

В соответствии со ст.395 ГК РФ, в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.

Из представленного истцом расчета следует, что размер процентов за период 03.02.2018 по 14.08.2019 составляет 181 947,72 руб.

Направленная истцом в адрес ответчика претензия с требованием возврата неосновательного обогащения по договору лизинга, оставлена без исполнения.

Возражая против заявленных исковых требований, ответчик ссылается на то, что истцом в расчете не учтены убытки лизингодателя, неверно рассчитана плата за финансирование, не учтена стоимость возвращенного предмета лизинга при его реализации.

Учитывая вышеизложенные обстоятельства, ответчиком представлен контррасчет сальдо встречных обязательств по договору лизинга, из которого следует, что общая сумма платежей, согласно графику договора лизинга (с НДС), составляет 9 187 140,82 руб.

Авансовый платеж, согласно п.3.9. договора лизинга, составляет 723 866,79 руб.

Стоимость предмета лизинга, согласно договору купли-продажи (с НДС), составляет 7 044164,4 руб.

Срок договора – 1091 день.

Дата возврата финансирования (с учетом разумного срока на реализацию 6 мес.) – 02.02.2018.

Фактический срок финансирования – 1512 дней.

Общая сумма дополнительных расходов составляет 164 833,44 руб.

Убытки лизингодателя составляют 843 961,09 руб., из которых 610 188,43 руб. пени, 36 600 руб. – расходы на хранение, 197 172,66 руб. – пролонгация страхования предмета лизинга.

Плата за финансирование в % годовых – 10,2049.

Сумма предоставленного финансирования составляет 6 485 131,05 руб.

Плата за финансирование составляет 2 741 488,55 руб.

Стоимость возвращённого предмета лизинга составляет 2 953 610 руб.

Уплаченные по договору лизинга платежи составляют 5 592 786,55 руб.

Таким образом, финансовый результат сделки составляет 1 524 184,14 руб. и является убытком АО «ВЭБ-лизинг».

Проверив представленные сторонами расчеты сальдо встречных обязательств, суд установил, что данные расчеты истца и ответчика являются неверными и противоречат методике, изложенной в постановлении Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 г. № 17 «Об отдельных вопросах связанными с договором выкупного лизинга».

Стоимость возвращенного предмета лизинга на дату изъятия установлена истцом неверно.

В соответствии с п. 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», риски изменения цен на сопоставимые товары, работы или услуги возлагаются на сторону, неисполнение или ненадлежащее исполнение договора которой повлекло его досрочное прекращение, например, в результате расторжения договора в судебном порядке или одностороннего отказа другой стороны от исполнения обязательства.

Приоритетное значение стоимости предметов лизинга имеет договор купли-продажи, а не мнения специалиста, который указывает лишь на возможность реализации объекта по указанной в заключении цене, но не гарантирует этого, подтверждается правовой позицией, изложенной в Определении Верховного Суда Российской Федерации №305-ЭС16-7931 от 28.06.2016 г., постановление Арбитражного суда Московского округа от 19.05.2017 по делу А40-15132/2016, постановление Арбитражного суда Московского округа от 17.01.2017 г. по делу № А40-15785/2016, постановление Арбитражного суда Московского округа от 23.11.2016 по делу А40-7463/2016, Определении Верховного Суда РФ от 23.06.2017 № 308-ЭС17-5788(3), в силу которых сальдо встречных обязательств в пользу лизингополучателя следует определять с учетом времени, прошедшего со дня возврата объектов лизинга до даты их реализации, а стоимость возвращенных предметов лизинга определяется в соответствии с ценой, по которой они проданы после расторжения договора.

Согласно п. 11 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 N 7 (ред. от 07.02.2017) "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств", по смыслу статьи 393.1 ГК РФ, пунктов 1 и 2 статьи 405 ГК РФ, риски изменения цен на сопоставимые товары, работы или услуги возлагаются на сторону, неисполнение или ненадлежащее исполнение договора которой повлекло его досрочное прекращение, например, в результате расторжения договора в судебном порядке или одностороннего отказа другой стороны от исполнения обязательства.

Договор лизинга расторгнут в связи с неисполнением лизингополучателем обязанности по внесению лизинговых платежей.

Таким образом, стоимость возвращенного предмета лизинга подлежит определению исходя из цены, установленной в договоре купли-продажи №Р13-34920-БУ от 21.09.2020 в размере 2 953 610 руб.

При расчете сальдо истцом неверно определен фактический срок финансирования.

Согласно п. 4 постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 № 17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга» стоимость возвращенного предмета лизинга определяется по его состоянию на момент перехода к лизингодателю риска случайной гибели или случайной порчи предмета лизинга исходя из суммы, вырученной лизингодателем от продажи предмета лизинга в разумный срок после получения предмета лизинга.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 20.07.2011 № 20-П, лизингодатель при помощи финансовых средств оказывает лизингополучателю своего рода финансовую услугу, приобретая имущество в свою собственность и передавая его во владение и пользование лизингополучателю, а стоимость этого имущества возмещая за счет периодических лизинговых платежей, образующих его доход от инвестиционной деятельности. Таким образом, имущественный интерес лизингодателя в договоре выкупного лизинга заключается в размещении и последующем возврате с прибылью денежных средств, поскольку лизинговая деятельность является видом инвестиционной деятельности и материальный интерес от сделки считается полученным только при возврате с прибылью денежных средств.

При таких обстоятельствах, разумный срок для реализации предмета лизинга подлежит исчислению с момента передачи лизингополучателем предмета лизинга лизингодателю и до даты реализации предмета лизинга (получения денежных средств по договору).

Предмет лизинга изъят 02.08.2017, что подтверждается соответствующим актом изъятия предмета лизинга.

Учитывая, что предметом лизинга по указанному договору является спецтехника, которая использовалась в предпринимательской деятельности свыше 1,5 лет, отмечая высокую стоимость транспортного средства и, соответственно, его низколиквидность, разумный срок на реализацию составляет 6 месяцев.

Таким образом, разумный срок на реализацию указанного транспортного средства истекает 02.02.2018, исходя из чего, фактический срок финансирования по договору лизинга составляет 1512 дней.

При расчете сальдо истцом не учтены установленные постановлением Пленума ВАС РФ № 17 от «14» марта 2014 г. «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга» убытки и санкции, а именно пени в размере 610 188,43 руб., начисленные в соответствии с п. 2.3.4 Общих условий договора лизинга по ставке 0,18% от просроченной суммы платежа за каждый день просрочки.

Также истцом не учтены затраты ответчика на хранение транспортного средства с даты изъятия в размере 36 600 руб., что подтверждается актом приема-передачи транспортного средства на хранение, счетами и платежными поручениями.

Согласно п. 4.4. Общих условий договора в случае, если лизингополучателем не оплачена страховая премия в сроки, установленные п. 4.3 Общих условий договора лизинга либо с нарушением порядка страхования, страхование предмета лизинга может быть осуществлено лизингодателем. В случае, если лизингополучателем не оплачена (полностью или частично) страховая премия в сроки, установленные настоящим пунктом, либо с нарушением порядка страхования, предусмотренного Общими условиями договора лизинга, лизингодатель вправе, для того, чтобы предмет лизинга не оказался незастрахованным, самостоятельно уплатить за лизингополучателя не оплаченную им (полностью или частично) страховую премию.

По окончании страхового периода истец не выполнил свою обязанность по оплате страховой премии на последующий страховой период, не представив документов, подтверждающих оплату следующего страхового периода, ответчик, руководствуясь п. 4.4. Общих условий договора лизинга, вынужден самостоятельно застраховать предмет лизинга на последующий страховой период.

Ответчик выплатил страховую премию за страхование предмета лизинга в размере 197 172,66 руб., что подтверждается платежным поручением.

При этом, общая сумма платежей, указанная ответчиком в расчете сальдо встречных обязательств в размере 9 187 140,82 руб., является неверной, поскольку согласно п.3.2 договора лизинга с учетом дополнительного соглашения от 24.12.2013 сумма платежей по договору лизинга составляет 9 133 576,38 руб.

Учитывая вышеизложенные обстоятельства, судом произведен расчет сальдо встречных обязательств по договору лизинга, из которого следует, что общая сумма платежей, согласно графику договора лизинга (с НДС), составляет 9 133 576,38 руб.

Авансовый платеж, согласно п.3.9. договора лизинга, составляет 723 866,79 руб.

Стоимость предмета лизинга, согласно договору купли-продажи (с НДС), составляет 7 044164,4 руб.

Срок договора – 1091 день.

Дата возврата финансирования (с учетом разумного срока на реализацию 6 мес.) – 02.02.2018.

Фактический срок финансирования – 1512 дней.

Общая сумма дополнительных расходов составляет 164 833,44 руб.

Убытки лизингодателя составляют 843 961,09 руб., из которых 610 188,43 руб. пени, 36 600 руб. – расходы на хранение, 197 172,66 руб. – пролонгация страхования предмета лизинга.

Плата за финансирование в % годовых – 9,93.

Сумма предоставленного финансирования составляет 6 485 131,05 руб.

Плата за финансирование составляет 2 667 243,59 руб.

Стоимость возвращённого предмета лизинга составляет 2 953 610 руб.

Уплаченные по договору лизинга платежи составляют 5 592 786,55 руб.

Таким образом, финансовый результат сделки составляет 1 449 339,18 руб. и является убытком АО «ВЭБ-лизинг».

При таких обстоятельствах, в нарушение требований ст. 9, 65 АПК РФ, ст. 1102 ГК РФ, истец не доказал факта неосновательного сбережения ответчиком денежных средств, в связи с чем, исковые требования не подлежат удовлетворению.

В соответствии с п. 1 ст. 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

На основании ст.ст. 309, 310, 395, 614, 619, 622, 1102 ГК РФ, и руководствуясь ст.ст. 110, 123, 156, 167-171 АПК РФ арбитражный суд

РЕШИЛ:

Отказать ООО «Югра Авто Транс» в удовлетворении исковых требований.

Взыскать с ООО «Югра Авто Транс» в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 30 689 руб.

Решение может быть обжаловано в сроки и порядке, предусмотренные ст. 181, 257, 259, 273, 276 АПК РФ.

 

Судья                                                                                     А.Г. Антипова