АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  КРАСНОДАРСКОГО  КРАЯ

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

г. Краснодар                                                                                              Дело № А32-3967/2019

Резолютивная часть решения объявлена   26.05.2021

Полный текст судебного акта изготовлен    31.05.2021

Арбитражный суд Краснодарского края в составе судьи Баганиной С.А., при ведении протокола  судебного заседания помощником судьи Поляшевой Л.В., рассмотрев в судебном заседании дело по иску общества с ограниченной ответственностью «КубаньПожАудит» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), г. Краснодар к ФИО1, ст. Северская о взыскании   275 862 рублей убытков., при участии в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора,   РНКБ Банк (ПАО), при участии в судебном заседании представителей истца –   ФИО2 по доверенности , ответчика -     ФИО3 по доверенности

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «КубаньПожАудит»  обратилось в арбитражный суд с иском к ФИО1 о взыскании (с учетом отказа от требования о взыскании 56032,01 руб процентов по ст.395 ГК РФ)   275 862 рублей  убытков в размере  незаконно начисленной и выплаченной заработной платы при увольнении,     а также 30  000 руб расходов на оплату услуг представителя, 9638 руб расходов по уплате госпошлины (от уточненной суммы госпошлина 8517 руб, истцу следует выдать справку на возврат 1121 руб госпошлины). 

Определением от 28.01.2020 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечено РНКБ Банк (ПАО) (до переименования -  ПАО «Крайнвестбанк») (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>). Третье лицо о времени и месте судебного разбирательства извещено, судебную корреспонденцию получило, что подтверждается почтовым уведомлением о вручении (т.3 л.д.37).

Производство по делу приостанавливалось в связи с назначением  судебной экспертизы, возобновлено определением от 23.03.2021 после получения материалов дела с заключением эксперта.

В настоящем судебном заседании от истца поступило ходатайство   о возмещении расходов на оплату услуг представителя в размере 80 000 руб, 30414 руб расходов на оплату услуг эксперта. Оглашено протокольное определение об удовлетворении ходатайства об увеличении размера судебных расходов.

Ответчик подготовил отзыв на иск в уточненной редакции. Представители сторон в устных выступлениях поддержали заявленные требования и возражения.

Как следует из материалов дела, между обществом с ограниченной ответственностью «КубаньПожАудит» (работодатель) и ФИО1 (руководитель)  заключен трудовой договор №01 от 05.07.2011, по условиям которого ФИО1  назначается на должность генерального директора общества на основании общего собрания участников (учредителей) от 27.06.2011 (п. 1.1. договора). 

Факт заключения между обществом и работником трудового договора ответчиком не оспаривается. Однако, свой экземпляр договора ответчик не представил, мотивируя его утратой.  

В судебном заседании 13.08.2020 обществом представлена заверенная копия трудового договора №01 от 05.07.2011, согласно которому  руководитель обязан обеспечивать надлежащее ведение обществом бухгалтерского учета ( п. 3.4.4. договора). В соответствии с п. 4.1. договора оплата труда руководителя состоит из должностного оклада; дополнительных вознаграждений (премий, доплат, надбавок), выплачиваемых по решению общего собрания участников общества.

В соответствии с п. 4.2. трудового договора должностной оклад руководителя составляет 57 500 рублей и выплачивается руководителю ежемесячно. Должностной оклад подлежит индексации в порядке, предусмотренном в обществе.

Ежегодно по результатам хозяйственной деятельности общества в случае достижения им положительного финансового результата деятельности руководителю выплачивается единовременное вознаграждение в размере установленном общим собранием участников (учредителей) (п. 4.3. договора).

Общество вправе выплачивать руководителю иные виды вознаграждения по решению общего собрания участников (учредителей) (п. 4.4. договора). 

Руководителю устанавливаются ежегодные отпуска продолжительностью основной 28 календарных дней (п. 7.4 договора).

По согласованию с участниками общества руководителю может быть предоставлен отпуск без сохранения заработной платы, при условии, что предоставление такого отпуска негативно не отразится на результатах деятельности общества (п. 7.8 договора). 

На основании п. 8.3 договора руководитель несет ответственность перед обществом за прямой ущерб, причиненный Обществу его виновными действиями/бездействиями. При определении оснований и степени ответственности руководителя принимаются во внимание обычные условия делового оборота и иные обстоятельства, имеющие значение для дела.

30.05.2016   ответчик написал заявление об увольнении с   должности руководителя по собственному желанию в срок до 28.06.2016 г  (т.1 л.д.27). 

24.06.2016 г.   проведено общее собрание участников общества с повесткой дня, в том числе по вопросу о прекращении полномочий генерального директора с 28.06.2016 г., которое оформлено протоколом собрания №1/2016 от 24.06.2016. На основании заявления руководителя от 30.05.2016 в соответствии с протоколом от 24.06.2016 № 1/2016 общим собранием участников решено прекратить полномочия руководителя с 28.06.2016 (т.1 л.д.28,29). Приказ об увольнении издан самим ФИО1  28.06.2016.

При увольнении руководитель принял решение о выплате в свою пользу  денежных средств в размере 275 862 рублей, равном  трехкратному среднемесячному заработку. 

Данные денежные средства выплачены платежным  поручением №315 от 28.06.2016 на сумму 476976,11 руб, которое   подписано ФИО1  в последний рабочий день в должности         руководителя общества  (т.1 л.д.38).

По мнению общества,   ответчик, являясь  ответственным лицом за выдачу заработной платы, незаконно   начислил  себе при увольнении     трехкратный среднемесячный заработок в размере 275 862 рубля; соответственно, часть выплаченных платежным  поручением №315 от 28.06.2016  средств в размере 275 862 рубля получена незаконно, с нарушением требований трудового законодательства при расторжении трудового договора (увольнении).

В обоснование доводов истец представил расчетные листки (о перечислении денежных средств руководителю) за январь 2016 (на сумму 82 610 рублей), февраль 2016 (на сумму 82 610 рублей), март 2016 (на сумму 82 610 рублей), апрель 2016 (на сумму 82 610 рублей), май 2016(на сумму 82 610 рублей), июнь 2016 (на сумму 391 672 рублей),   платежное поручение от 28.06.2016 № 315, в соответствии с которым руководителю начислено 476 976,11 рублей (заработная плата, в том числе окончательный расчет)   (т.1 л.д.30-37), а также зарплатную ведомость №17 от 28.06.2016,  трудовые  договоры с сотрудниками, увольнявшимися в один день с ФИО4 (т.2 л.д.10-69),  записку-расчет при прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении) от 28.06.2016, должностные инструкции главного бухгалтера,  менеджера по персоналу (т.3 л.д.4-. 

Истцом представлена напечатанная внутренняя опись документов личного дела (т.2 л.д.2), в которой в самой нижней строчке от руки вписан трудовой договор  №01 от 05.07.2011.  В отношении отсутствия   подлинного трудового договора с ФИО1 истец письменно пояснил, что  при передаче документов опись с трудовыми договорами отсутствовала, так как документы по сотрудникам передавались в виде папок с личными делами, внутри которых содержалась внутренняя опись. В момент получения личных дел никто не проверял содержимое, поскольку дела передавались в спешке.     Новый генеральный директор вступила в должность 29.06.2016 г. (приказ № 7 от 29.06.2016г.), когда все работники были уже уволены. В переданных документах по оплате труда за январь-июнь 2016г. отсутствует табель учета рабочего времени за июнь 2016 г. Отсутствуют ведомости по начислению заработной платы и налогов. Новый генеральный директор ФИО5 получила расшифровки  зарплатной ведомости только 20.09.2018 г. по запросу в банке.

По накладной №1 на передачу документов общества от 28.06.2016  ФИО1 передал, а  ФИО6 приняла  авансовые отчеты за 1-е полугодие 2016г. (08707490,08707491)   ,  акты сверок ( 08707483, 08707482)  ,     Банк Крайинвестбанк 1 квартал 2016г. (08707489,08707488),     Банк «Крайинвестбанк» 2 квартал 2016г. (08707578,08707577),    Банк Авангард с 22.04.2016 по 28.06.2016г. (08707580,08707579),   книгу покупок 1 квартал 2016г. (08707487,08707486),     книгу покупок 2 квартал 2016г (08707481,08707480), ; книгу «Счет 70 оплата труда, расчетные листки, Табель учета рабочего времени январь-июнь 2016г. (08707485,08707484), Касса 1-е полугодие 2016г. (08707576,08707575),    Кассовую книгу на 2016 (январь-июнь 2016г.) (08707573,08707574),  коробку - Клиентская лицензия 1С на 1 рабочее место , per.номер 8100077512, с данными организации и пин-кодами;  флеш-носитель  с информационной базой 1С бухгалтерия ООО «КубаньПожАудит» по 28.06.2016.

По накладной №2 на передачу дел общества от 28.06.2016  ФИО1 передал, а  ФИО6 приняла личные дела сотрудников  (т.2 л.д.118).

08.07.2016 г. новый директор ООО «Кубаньпожаудит» заверила карточку с образцами подписи в ПАО «Краснодарский краевой инвестиционный банк». 11.07.2016 г. был произведен выпуск сертификата ключа электронной подписи и получена возможность распоряжаться денежными средствами (т.2 л.д.91-93). В обоснование наличия у руководителя общества сертификата ключа в дело представлен договор банковского счета от 12.07.2011 с дополнительным соглашением и  Соглашение об ЭЦП с использованием системы «Банк-клиент» (т.2 л.д.70-90).

По накладной №3 от 28.06.2016 обществу переданы записки-расчеты на 10 сотрудников (т.2 л.д.134)

Истец обратился в Северский районный суд Краснодарского края с исковым заявлением о взыскании с ФИО1 излишне полученной. Определением Северского районного суда Краснодарского края по делу № 2-237/2017 производство по делу прекращено в связи с неподведомственностью спора суду общей юрисдикции.

Уклонение ответчика от добровольного исполнения требования явилось основанием для обращения с иском   в арбитражный суд.

По ходатайству  ответчика к участию в деле в качестве свидетеля привлечена ФИО7 В судебном заседании 08.06.2020 судом проведен допрос свидетеля, предупрежденного под расписку об уголовной ответственности.  ФИО7 (в девичестве Делавшок) на вопросы суда и представителей сторон пояснила, что  работала в ООО «КубаньПожАудит» с 2012 года до апреля 2016, затем находилась в декретном отпуске, работала с апреля 2016 по 28.06.2016 в должности бухгалтера. Обязанности главного бухгалтера возложил на себя руководитель  ФИО1 Как правило, после того, как бухгалтер получала записку-расчет от кадровика, она передавала п\п в банк и производилась выплата; в записке-расчете указывались все суммы, которые сотрудник получал в течение года. При увольнении ФИО1 28.06.2016 сотрудник отдела кадров составила записку-расчет, у ФИО8 – еще компенсация по аренде личного автомобиля, свидетель в свой последний день работы 28.06.2016 на ее основе составила платежную ведомость. ФИО8 выплачивалась трехмесячная з/п  при увольнении, поскольку эту информацию предоставила кадровик, ссылаясь на трудовой договор. Все платежи проводились с использованием программы 1С в конце дня, платежное поручение передано в банк, в этот же день произведена выплата. Поскольку 28.06.2016 у свидетеля был последний день работы, все папки с документами были подготовлены и переданы новому руководителю.

В ходе судебного разбирательства от истца поступило ходатайство   о назначении судебной экспертизы, мотивированное тем, что  ответчик не может достоверно пояснить кому принадлежит и кем проставлена подпись в колонке «Работник» Раздела 12 копии трудового договора № 01 от 05.07.2011,   имеется спор по содержимому страниц копии указанного договора, поэтому истец считает необходимым для правильного разрешения дела назначить судебную почерковедческую и судебную техническую экспертизы.   Ответчик  также инициировал  проведение судебной экспертизы, поскольку это   обусловлено необходимостью проверки  его заявления о фальсификации истцом представленной копии трудового договора и положениями ст.161 АПК РФ.  Представители  сторон представили   сравнительные образцы подписи ФИО1

Определением от 06.10.2020 по ходатайству истца  суд назначил судебную почерковедческую и судебную техническую экспертизы.    Производство экспертизы   поручено эксперту ФГБУ КЛСЭ МЮ РФ ФИО9 Перед экспертом поставлены вопросы:

1.Принадлежит ли подпись, проставленная в колонке «Работник» Раздела 12 копии  трудового договора № 01 от 05.07.2011  (т.3 л.д.13-15)  ФИО1  или иному лицу?

2. Произведено ли копирование всех страниц трудового договора № 01 от 05.07.2011 г. с единого документа или с разных?

3. Выполнены ли подписи от имени ФИО1 в копии трудового договора №01 от 05.07.2011 г. путем монтажа?

4. Произведено ли копирование всех страниц спорного документа с единого исходного документа или с разных?

5.  Каким образом подпись от имени ФИО1. выполнена на исходном документе, рукописным способом или путем воспроизведения с помощью технических средств?

6. Если подпись на исходном документе выполнена рукописным способом, то кем выполнена подпись - ФИО1. или иным лицом?

7. Соответствует ли изображение подписи в копии спорного документа подлинной подписи ФИО1.?

Согласно заключению эксперта №05165/4-3/1.1, №05166/4-3/3.1 от 29.01.2021  (и.3 л.д.134-152)   эксперт пришел к выводу, что  подпись от имени ФИО1., изображение которой расположено в копии трудового договора №01 от 05.07.2011, вероятно, является подписью ФИО1. Решить вопрос в категорической форме не представилось возможным по причине, изложенной в разделе «Исследование».

Установить, выполнены ли тексты на 1-м, 2-м, 3-м листах копии трудового договора №01 от 05.07.2011 г. путем копирования с одного или разных документов не представляется возможным по причине, изложенной в разделе «Исследование».

Установить, была ли изготовлена копия трудового договора №01 от 05.07.2011 г. путем монтажа (копирования) с использованием изображения подписи от имени ФИО1., не представляется возможным по причине, изложенной в разделе «Исследование».

Подпись от имени ФИО1., изображение которой расположено в копии трудового договора №01 от 05.07.2011, вероятно, является подписью ФИО1. Установить, выполнена подпись от имени ФИО1.. изображение которой расположено в копии трудового договора №01 от 05.07.2011 г.. рукописным способом или с  использованием технических средств  или  приемов  при  исполнении  подписей. представляется возможным по причине, изложенной в разделе «Исследование».

В  разделе «Исследование» эксперт пояснил, что изучением исследуемой копии трудового договора установлено, что она не имеет характерных признаков монтажа, таких как: разная четкость отображения фрагментов текста (различная форма элементов одноименных знаков, заплывы между близко расположенными элементами), неоднократно повторяющиеся с небольшим смещением или в зеркальной симметрии марашки или последовательные серии чередующихся через определенный интервал марашек одного размера и формы; следы совмещения фрагментов разных документов в виде тонких линий (границ листов бумаги; наличие посторонних штрихов знаков, не входящих в содержание исследуемого документа; разная конфигурация, размеры знаков фрагментов печатных текстов документов; не параллельность строк (отдельных строк остальному печатному тексту или фрагментов текста друг другу); отклонение отдельных знаков в строке от ее линии; одинаковая конфигурация изображений подписей, одинаковое расположение одноименных реквизитов друг относительно друга (изображений подписей и печатных текстов или изображений подписей и оттисков печатей) в представленных копиях документов; наличие фона в виде упорядоченных точек растра на ограниченном поле в месте расположения отдельных реквизитов.

Таким образом, результаты проведенного исследования свидетельствуют о том, что видимые признаки монтажа отсутствуют. Вместе с тем, современные возможности компьютерной техники позволяют при получении копии вносить какие-либо изменения в содержание первоначального документа, а также получать копии документов из фрагментов различных документов, при отсутствии видимых признаков монтажа. Следовательно, возможность изготовления представленных на исследование документов путем монтажа не исключается. В связи с изложенным, ответить на вопрос, была ли изготовлена представленная копия трудового договора №01 от 05.07.2011 г. путем монтажа (копирования) с использованием изображения подписи от имени ФИО1., не представляется возможным.

Проведенным ранее исследованием с целью установления способа выполнения исследуемого документа было установлено, что он представляет собой копию, полученную электрофотографическим способом. Данный способ копирования позволяет получить точную копию оригинала, включающую в себя изображение всех имеющихся в нем фрагментов (реквизитов). Вместе с тем копия документа может не передать всю совокупность признаков, свидетельствующих о рукописном способе выполнения подписи или технических приемах воспроизведения подписи. Для таких способов предварительной технической подготовки, как: копирование на просвет, через копировальную бумагу, путем передавливания по штрихам, срисовывание подписи с последующей обводкой, - характерно наличие диагностических признаков, таких как: неравномерный темп с элементами замедленности, тупые начала и окончания штрихов, извилистость и изломы прямолинейных и дуговых штрихов. В копии трудового договора не отобразились диагностические признаки, свидетельствующие о выполнении подписи с помощью технических приемов воспроизведения подписи, что, однако, не позволяет сделать однозначный вывод об их отсутствии. 

Таким образом, ответить на вопрос, выполнена подпись от имени ФИО1., изображение которой исследуется, рукописным способом или с использованием технических средств и приемов при исполнении подписей, не представляется возможным. Однако следует отметить, что ранее проведенным почерковедческим исследованием см. раздел I. «Почерковедческое исследование») установлено, что подпись от имени ФИО1., изображение которой расположено в копии трудового договора, вероятно, является подписью ФИО1.

Таким образом, идентификационная задача, установление исполнителя подписи от имени ФИО1., изображение которой расположена в копии трудового договора №01 от 05.07.2011 г., решена.

Возражая против удовлетворения исковых требований, ответчик приобщил накладные №3 на передачу  дел (записки-расчеты)  ООО «КубаньПожАудит» в день увольнения бывшего директора новому руководителю общества  (приняла лично ФИО5 28.06.2016), пояснив при этом, что записка-расчет – это первичный документ, который оформляет сотрудник отдела кадров при увольнении сотрудника для целей расчет компенсации за неиспользованный отпуск, компенсации при увольнении, заработной платы.   ФИО5 видела сумму выплаты, ФИО8 не утаил, не скрывал, недобросовестность с его стороны и факт сокрытия отсутствует. Даты записок-расчетов и дата накладной одинаковые.

В  отзыве на иск пояснил, что при рассмотрении   настоящего дела ответчик занимает активную позицию в опровержении своей виновности в причинении убытков, основания для перераспределения бремени доказывания, указанные в п.1 названного Постановления № 62, отсутствуют. Весте с тем, истцом не доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей генерального директора ответчик действовал недобросовестно или неразумно. Согласно ч.4 ст. 40 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» порядок деятельности единоличного исполнительного органа общества и принятия им решений устанавливается уставом общества, внутренними документами общества, а также договором, заключенным между обществом и лицом, осуществляющим функции его единоличного исполнительного органа. Пунктом 8.3 Устава ООО «КубаньПожАудит» установлено, что права и обязанности генерального директора, порядок осуществления им полномочий по управлению Обществом устанавливаются договором между обществом и генеральным директором. Согласно ч. 4 ст. 145 ТК РФ условия оплаты труда руководителей иных организаций, их заместителей, главных бухгалтеров и заключающих трудовой договор членов коллегиальных исполнительных органов иных организаций устанавливаются по соглашению сторон трудового договора. Согласно ст.274 ТК РФ права и обязанности руководителя организации в области трудовых отношений определяются настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами РФ, законами и иными нормативными правовыми актами субъектов РФ, нормативными правовыми актами органов местного самоуправления, учредительными документами организации, локальными нормативными актами, трудовым договором. Спорная выплата не устанавливалась ответчиком самовольно при расторжении трудового договора, а содержалась в тексте трудового договора, заключенного между ООО «КубаньПожАудит» и генеральным директором ФИО1 05 июля 2011г. В частности, в подписанном ответчиком трудовом договоре имелся пункт о выплате руководителю компенсации в размере трехкратного среднего месячного заработка при увольнении по любому основанию, не связанному с неисполнением своих обязанностей и дисциплинарными взысканиями. Данное условие трудового договора не противоречило трудовому законодательству, поскольку в индивидуальном трудовом договоре могут содержаться дополнительные условия, не ухудшающие положение работников (ч.4 ст. 57 ТК РФ), а также условия о выплате выходных пособий в повышенном размере, в том числе при увольнении сотрудника по собственному желанию (ч. 4 ст. 178 ТК РФ). На момент увольнения заработная плата ответчика составляла 91 954 руб., что подтверждается запиской-расчетом и не оспаривается сторонами. Спорная сумма в размере 275 862 руб. представляет собой трехкратный размер заработной платы (91 954 х 3 = 275 862). Таким образом, выплата при увольнении ФИО1. по собственному желанию в размере 275 862 руб. была произведена на законных основаниях и получена ответчиком правомерно. Наличие в трудовом договоре ФИО1. указанного условия подтверждается показаниями свидетеля ФИО10, которая на момент увольнения ответчика работала бухгалтером ООО «КубаньПожАудит». В судебном заседании 08.06.2020г. свидетель пояснила, что расчет выплат при увольнении генерального директора осуществляла «кадровик», которая при начислении спорной суммы ссылалась на трудовой договор. Сама свидетель на основании этих расчетов сформировала платежную ведомость и направила ее в банк (25 мин.; 29-30 мин. аудиозаписи). Таким образом, расчет сумм, подлежащих выплате ответчику при увольнении, осуществлялся надлежащим лицом на основании трудового договора. Доказательств самовольного начисления ответчиком себе спорных сумм истец не предоставил. Никаких устных или письменных указаний о дополнительных выплатах при своем увольнении ФИО1 не давал, специального приказа по данному вопросу не подписывал, что подтверждено показаниями свидетеля ФИО10 (30-31 мин. аудиозаписи). То обстоятельство, что зарплатная ведомость подписана электронной подписью от имени ФИО1, не означает его личного участия в начислении себе спорной суммы. Как пояснила свидетель ФИО10, «флэшка» с электронной цифровой подписью генерального директора хранилась в бухгалтерии, была передана свидетелю главным бухгалтером. Это было постоянной практикой, когда ЭЦП оформлена на руководителя и бухгалтерия производит оплату. В хозяйственной деятельности общества было принято, что бухгалтер, производящий начисления, подписывает документ такой электронной подписью (31-32 мин. аудиозаписи). При таких обстоятельствах утверждение истца о том, что убытки причинены Обществу в результате ненадлежащего исполнения ответчиком обязанностей главного бухгалтера, является необоснованным. Более того, начисление спорной выплаты ответчику, включение её в зарплатную ведомость, а также направление платежного поручения в банк происходило в день увольнения ответчика - 28.06.2016г. Учитывая то обстоятельство, что в этот же день трудовые отношения с истцом прекратили не менее 10 сотрудников, а также происходила передача дел новому директору ФИО5, осуществление ответчиком контроля за начислениями было объективно затруднено. 

По мнению ответчика, косвенным подтверждением правомерности произведенных начислений является также тот факт, что никто из сотрудников, ответственных за расчеты при увольнении, не был привлечен к материальной ответственности в установленном порядке за причиненный ущерб. В обоснование довода о недобросовестности ответчика истец ссылается на не передачу ФИО1. подлинного трудового договора новому генеральному директору. Данное утверждение является голословным, поскольку доказательств этого в материалы дела не представлено. Более того, надлежащее исполнение ответчиком своих обязанностей по передаче документации подтверждается следующим. В соответствии с Протоколом № 1/2016 Общего собрания участников ООО «КубаньПожАудит» от 24.06.2016г. (имеется в материалах дела), полномочия генерального директора ФИО1. прекращены с 28.06.2016г, на должность генерального директора назначена ФИО5 Согласно Накладной №2 на передачу дел ООО «КубаньПожАудит» от 28.06.2016г ФИО5 переданы личные дела сотрудников, в то числе, личное дело ФИО1. Каких-либо замечаний или возражений по составу личного дела в накладной не отражено. Тот факт, что трудовые договоры передавались в составе папок с личными делами сотрудников, подтверждается истцом в письменных пояснениях от 25.02.2020г. (пункт 7). До настоящего времени никаких претензий, связанных  с  неполнотой  переданной  документации,   истец  к ФИО1.   не предъявлял, исков об истребовании недостающих документов не заявлял. Также несостоятельно утверждение истца о «сокрытии» ответчиком факта перечисления спорной выплаты на момент передачи дел 28.06.2016г. новому генеральному директору. Как следует из содержания «Накладной на передачу документов ООО «КубаньПожАудит», в составе бухгалтерской документации ФИО5 была предана флэш-карта с информационной базой 1С Бухгалтерия ООО «КубаньПожАудит» по 28.06.2016г. включительно. Выписка из банка на бумажном носителе на момент передачи дел еще отсутствовала, поскольку банковские операции по начислению выплат увольняемым сотрудникам производились в день передачи документов - 28.06.2016г. Ответчик не имеет возможности предоставить в материалы дела свой экземпляр прекращенного трудового договора, поскольку таковой у него не сохранился. Однако данное обстоятельство не может расцениваться как недобросовестное поведение ответчика, поскольку при увольнении в июне 2016 года он не мог предположить возникновение настоящего спора в суде. Кроме того, в отличие от истца -хозяйственного общества, обязанность по хранению прекращенного трудового договора у ответчика - физического лица, отсутствует. Напротив, хранение своего экземпляра трудового договора для истца является обязательным в силу закона (п. 1 ст. 50 ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью"). Срок хранения трудового договора составляет 75 лет (п.8.1 Приказа Минкультуры России от 25.08.2010 № 558, п. 16 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 18.01.2011 № 144 "О некоторых вопросах практики рассмотрения арбитражными судами споров о предоставлении информации участникам хозяйственных обществ"). Протокольным определением от 29.05.2019 года суд удовлетворил ходатайство ответчика и обязал истца представить в материалы дела подлинный трудовой договор, на котором основаны исковые требования. В нарушение требований суда истец подлинник трудового договора не представил. Более того, в ответ на заявление ответчика от 09.10.2019г. о фальсификации доказательства - копии трудового договора, в письменном заявлении от 09.01.2020г. истец указал, что «не обладает информацией, с какого документа была снята светокопия представленного в материалы дела трудового договора».

По мнению ответчика, обращение истца в суд с требованием, основанным на нарушении условий трудового договора, при изначальном отсутствии его подлинника, свидетельствует о недобросовестном поведении истца. В силу ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Заведомо зная о невозможности предоставления в материалы дела подлинника или надлежащей копии договора, истец злоупотребил правом, что в силу ст. 10 ГК РФ влечет для него неблагоприятные процессуальные последствия. В дальнейшем в материалы дела истцом была предоставлена еще одна копия трудового договора, в отношении которой ответчиком было заявлено о фальсификации. В порядке ст. 161 АПК РФ для проверки данного заявления судом была назначена судебная почерковедческая и судебно-техническая экспертиза, производство которой было поручено эксперту ФБУ КЛСЭ МЮ РФ ФИО9. Исходя из   выводов эксперта в части судебно-технической экспертизы реквизитов документов (вопросы №2,3,4,5,6), с учетом исследовательской части экспертизы, на поставленные вопросы возможны равные по степени вероятности, противоположные ответы. В части судебной почерковедческой экспертизы (вопросы №1,7) выводы эксперта являются вероятностными, что не исключает выполнение подписи не ФИО1., а иным лицом. Указанное свидетельствует о том, что достоверность копии трудового договора №1 от 05.07.2011 вызывает сомнение. Учитывая  выводы эксперта, отсутствие подлинного трудового договора и позицию ответчика о несоответствии представленной истцом копии действительному содержанию трудового договора, следует прийти к выводу о том, что копия трудового договора №1 от 05.07.2011, предоставленная истцом в материалы дела, является недопустимым доказательством. Представленные доказательства и исследованные обстоятельства в своей совокупности опровергают доводы истца о совершении ответчиком недобросовестных или неразумных действий, в результате которых Обществу были причинены убытки. На основании изложенного, ответчик просит суд в удовлетворении заявленных требований ООО «КубаньПожАудит» отказать полностью.

Исследовав и оценив представленные доказательства по правилам ст.71 АПК РФ, суд признал исковые требования  подлежащими удовлетворению на основании следующего.

Согласно статье 44 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» члены совета директоров (наблюдательного совета) члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий при осуществлении ими прав и исполнении обязанностей должны действовать в интересах общества добросовестно и разумно. Указанные лица несут ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу их виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами

С иском о возмещении убытков, причиненных обществу единоличным исполнительным органом общества вправе обратиться в суд общество или его участник (пункт 5 статьи 44 названного Закона). 

Согласно разъяснениям пункта 6 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" (далее - Постановление Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 N 62), по делам о возмещении директором убытков истец обязан доказать наличие у юридического лица убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

 Как следует из пункта 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода). Возможность взыскания убытков закон связывает с доказыванием совокупности следующих обстоятельств: наличия и размера убытков, противоправного поведения лица, причинившего убытки, и наличия причинно-следственной связи между действиями (бездействием) этого лица и наступившими отрицательными последствиями в виде убытков у истца.

В соответствии со ст. ст. 32 и 40 Закона № 14-ФЗ директор общества признается его единоличным исполнительным органом.

Согласно ст. 57 ТК РФ обязательными для включения в трудовой договор являются условия оплаты труда (в том числе размер тарифной ставки или оклада (должностного оклада) работника, доплаты, надбавки и поощрительные выплаты).

В силу ст. 191 ТК РФ работодатель поощряет работников, добросовестно исполняющих трудовые обязанности (объявляет благодарность, выдает премию, награждает ценным подарком, почетной грамотой, представляет к званию лучшего по профессии); другие виды поощрений работников за труд определяются коллективным договором или правилами внутреннего трудового распорядка, а также уставами и положениями о дисциплине.

В соответствии со ст. 178 ТК РФ предусмотрена обязанность выплаты выходных пособий при расторжении трудового договора по инициативе работодателя.

Помимо прочего, Трудовой кодекс Российской Федерации выделяет два вида компенсационных выплат:

1)    Компенсации (денежные выплаты), установленные в целях возмещения работникам затрат, связанных с исполнением ими трудовых или иных предусмотренных федеральным законом обязанностей. Указанные выплаты не входят в систему оплаты труда и производятся работнику в качестве компенсации его затрат, связанных с выполнением трудовых обязанностей (ст. 164 ТК РФ).

2)  Выплаты компенсационного характера (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивном} загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера), входящие в состав заработной платы работника (ст. 129 ТК РФ). Компенсации в смысле статьи 129 ТК РФ являются элементами оплаты труда и не призваны возместить физическим лицам конкретные затраты, связанные с непосредственным выполнением трудовых обязанностей.

Согласно  положениям Устава, протокола ОСУ о прекращении полномочий генерального директора, расчетным документам, а также нормам трудового законодательства, нормам федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» - генеральный директор не вправе устанавливать себе компенсацию при расторжении трудового договора по собственной инициативе.

В   п. 3 ст. 8.2 Устава ООО «КубаньПожАудит» установлены полномочия единоличного исполнительного органа (генерального директора) в соответствии с которыми генеральный директор вправе применять только меры поощрения (т.е. выплаты стимулирующего характера);

В протоколе №1/2016 от 24.06.2016 г. общего собрания участников ООО «КубаньПожАудит» о прекращении полномочий генерального директора не ставились (не предлагались) вопросы на повестку дня и не принимались решения о выплате какой-либо дополнительной компенсации ответчику в связи с расторжением трудового договора по собственной инициативе;

В расчетном листке за июнь 2016 г. указана именно «компенсация при увольнении». 

При этом в Уставе общества и в протоколе общего собрания участников от 24.06.2016, на котором принималось решение об увольнении, не предусмотрена компенсационная выплата.

Зарплатная ведомость от 28.06.2016 г., составленная по указанию ФИО1, передана на исполнение в ПАО «Крайинвестбанк»; исполнена 28.06.2019 г. в 10ч. 28сек., т.е. в последний день работы ФИО1. (и прекращения с ним трудового договора), что свидетельствует об участии ответчика, как единоличного исполнительного органа, в начислении себе компенсации.

 Доказательства предварительного согласования или последующего одобрения выплаты  компенсации со стороны общества, настоящего руководства ООО «Кубаньпожаудит» - в деле отсутствуют.

Трудовой договор, содержащий пункт, согласно которому в случае прекращения трудового договора с руководителем ему выплачивается компенсация в размере трехкратного среднего месячного заработка, на который ссылается ответчик в своем отзыве, в нарушение ст. 65 АПК РФ по настоящий день суду не представлен. Как и не представлены иные документы, подтверждающие наличие основания для произведения компенсационной выплаты при увольнении по собственной инициативе.

В отношении копии трудового договора  № 01 от 05.07.2011  (т.3 л.д.13-15)  , представленной истцом, проведена судебная почерковедческая и судебная техническая экспертизы.    Согласно заключению эксперта     подпись от имени ФИО1., изображение которой расположено в копии трудового договора №01 от 05.07.2011, вероятно, является подписью ФИО1. Признаков монтажа при изготовлении договора не выявлено. Исследовав и оценив заключение судебной экспертизы по правилам ст.67-68 АПК РФ, суд пришел к выводу, что в выводах эксперта не имеется противоречий либо неясности,  заключение составлено со ссылками на примененные методы исследования, соответствует требованиям научности, объективности, обоснованности, достоверности и проверяемости. Доказательства какой-либо заинтересованности эксперта не выявлено. Заключение эксперта ФГБУ КЛСЭ МЮ РФ ФИО9 №05165/4-3/1.1, №05166/4-3/3.1 от 29.01.2021  признано допустимым доказательством.

Результат рассмотрения судом заявления ответчика о фальсификации данного доказательства внесен судом по правилам ст.161 АПК РФ в протокол  судебного заседания от 26.05.2021.

Гарантии и  компенсации работникам, связанные с расторжением трудового договора регулируются главой 27 Трудового Кодекса Российской Федерации. Данной главой предусмотрены, в том числе следующие выплаты:

-   гарантии и компенсации работникам при ликвидации организации, сокращении численности иди штата работников организации. 

-   Гарантии руководителю организации, его заместителям и главному бухгалтеру при расторжении трудового договора в связи со сменой собственника имущества организации.

Организация  - истец трудовой договор с ответчиком не расторгала, поскольку он уволился по собственному желанию на основании поданного заявления; Во-вторых, смена собственника имущества организации в период увольнения отвегчика не происходила. Какие-либо иные виды вознаграждений, гарантий и компенсаций могли быть начислены и выплачены только на основании решения общего собрания учредителей Общества в соответствии с Трудовым договором ответчика. Подобные решения Общего собрания Общества в отношении ответчика не принимались. 

Таким образом, суммы, выплаченные при увольнении ответчика, должны быть рассчитаны на основании требований трудового законодательства.  Исходя из вышеуказанных норм,   самовольно начисленная ответчиком компенсация не    является ни мерой поощрения работника, ни выходным пособием, ни компенсацией в силу ст.ст. 129, 164, 178, 181 ТК РФ.

В п. п. 1 и 2 ст. 44 Закона № 14-ФЗ определено, что единоличный исполнительный орган общества при осуществлении прав и исполнении обязанностей должен действовать в интересах общества добросовестно и разумно.

Добросовестность и разумность при исполнении возложенных на единоличный исполнительный орган обязанностей заключается не только в принятии им всех необходимых и достаточных мер для достижения максимального положительного результата от экономической деятельности, но и в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на него действующим законодательством (в том числе по организации бухгалтерского учета и при совершении хозяйственных операций |.

В рассматриваемом споре установление   не предусмотренных ни законом, ни какими-либо документами компенсационных выплат явилось следствием злоупотребления генеральным директором своими правами, что является недопустимым в силу п. 1 ст. 10 ГК РФ.

Согласно справке РНКБ Банк (ПАО) ОТ 08.06.2020  корреспондентский счет № 30101810335100000607 в Отделении по Республике Крым Южного главного управления Центрального банка Российской Федерации, БИК 043510607, ИНН 

<

***>, ОКПО 09610705, на Ваш запрос №26 от 07.02,2020г. сообщает следующее:

-  ФИО5, генеральный директор ООО «КубаньПожАудит» ИНН 

<

***>, действующая на основании устава (приказ о вступлении в должность генерального директора б/н от 29 июня 2016г.), имела право распоряжаться денежными средствами, находящимися на расчетном счете 

<

***>, в период с 08,07.2016г. по 09.09.2016г. 09.09.201бг, расчетный счет согласно заявления о закрытии счета от 09.09.2016г. был закрыт,

-  Доступ к системе Интернет-Банк «IKIB Бизнес Pro» на имя генерального директора ФИО1 был прекращен 08.07.2016г. согласно заявления об изменении списка уполномоченных лиц по работе с Системой Интернет-Банк «IKIB Бизнес Pro». Доступ к системе Интернет-Банк «IKIB Бизнес Pro» на имя генерального директора ФИО5 действовал в период с 08.07.2016г. по 09.09.2016г.

-   Изменения в карточку с образцами подписей и оттиска печати в связи со сменой генерального директора были внесены 08.07.2016г. (в связи с прекращением полномочий генерального директора ФИО1 и избранием генерального директора ФИО5 согласно протокола общего собрания участников Общества с ограниченной ответственностью «КубаньПожАудит» ИНН/КПП 

<

***>/231201001. ОГРН 

<

***> №1/2016 от 24.06.2016г.)

-    Ключевой носитель eToken ГОСТ, предназначенный для ФИО5 был ей получен 08.07.2016г. согласно акта приема-передачи компонентов Системы Интернет-Банк «IKIB БизнесРго» №1 от 08.07.2016г.

-     Ключевой носитель eToken ГОСТ, предназначенный для ФИО1 и выданный по  акту приема-передачи компонентов Системы Интернет-Банк «IKIB БизнесРго» б/н от 07.06.2014г.  в Банк возвращен не был.

Представленными в материалы дела доказательствами  подтверждается (и не отрицается ответчиком)  факт получения из кассы общества денежных средств в общей сумме 275 862 руб.  Вместе с тем, ответчиком не представлено доказательств о наличии правовых оснований для начисления себе указанной суммы, что позволяет прийти к выводу о том, что данная сумма для общества является убытками и возникновение этих убытков находится в причинно-следственной связи с действиями бывшего директора ФИО1, использовавшего должностные полномочия для получения спорных денежных средств.  

При этом существенное значение для вывода суда об отсутствии  правовых оснований для  начисления себе заработной платы в трехкратном размере имеет не столько представленная истцом копия трудового договора №01 от 05.07.2011,   как отсутствие у ответчика своего экземпляра трудового договора , предусматривающего право на получение компенсации в размере трехкратной заработной платы, или решения общего собрания участников общества. В нарушение ст.65 АПК РФ довод ответчика о том, что право на компенсационную выплаты в трехкратном размере заработка предусмотрено в трудовом договоре, не основано на доказательствах.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - Гражданский кодекс) лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В силу п. 1 ст. 53.1 ГК РФ, лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (п. 3 ст. 53 ГК РФ), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску (п. 1 ст. 53.1 ГК РФ).

Ответственность  лиц, выступающих от имени юридического лица и причинивших убытки юридическому лицу, исходя из положений статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации, может наступить при наличии вины, при этом, вина нарушителя выражается в непринятии им с должной степенью заботливости и осмотрительности всех необходимых мер для предотвращения нарушения (пункт 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно п. 3 Постановления N 62 Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" от 30.07.2013, неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор 1) принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации.

В рассматриваемом случае  истцом представлено  достаточно допустимых и относимых доказательств того, что руководителем общества при использовании должностных полномочий необоснованно начислена и получена заработная плата при увольнении на сумму 275 862 руб.  Поскольку состав правонарушения истцом доказан, имеются основания для взыскания убытков с ответчика  - бывшего директора юридического лиц, действия которого повлекли убытки для Общества.   На основании изложенного с ответчика в пользу истца подлежит взысканию   275 862 руб убытков. Аналогичные выводы  содержатся в  постановлении ФАС Северо-Западного округа от 02.04.2014 N Ф07-2043/2014 по делу N А21-2818/2013; постановление Арбитражного суда Северо-Западного округа от 09.06.2015 КФ07-3812/2015 по делу N А05-15515/2014

Ответчик заявил пропуске истцом срока исковой давности.

В силу положений п. 1 ст. 200 ГК РФ течение срока исковой давности срок исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало, либо должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Для   споров,   рассматриваемых по правилам 1 статьи 33 АПК РФ и главы 28.1 АПК РФ применяется общий срок исковой давности в три года (статья 196 ГК РФ).  

В абзаце втором п. 10 Постановления N 62 Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" от 30.07.2013 разъяснено, что в случаях, когда требование о возмещении убытков предъявлено самим юридическим лицом, срок исковой давности исчисляется не с момента нарушения, а с момента, когда юридическое лицо, например, в лице нового директора, получило реальную возможность узнать о нарушении, либо когда о нарушении узнал или должен был узнать контролирующий участник, имевший возможность прекратить полномочия директора, за исключением случая, когда он был аффилирован с указанным директором.

Доказательства осведомленности нового директора. о выплате ФИО1 до заключения с ним трудового договора   и назначения на должность генерального директора, в материалах дела отсутствуют. В отсутствие доказательств иного, суд признал, что о нарушении прав   общество   получило   возможность узнать с момента получения от прежнего руководителя документов по накладным №1, 2, 3 от 28.06.2016.

Срок  исковой давности для предъявления иска о возмещении убытков начал течь с момента передачи дел новому руководителю общества – с 28.06.2016  и истек  28.06.2019. Исковое заявление подано 25.01.2019  в пределах срока исковой давности.  Доводы ответчика о пропуске срока исковой давности со ссылками на ст. 392 ТК РФ, п. 3 Постановления Пленума ВС РФ от 16.11.2006 №52 отклонены судом.

Истцом заявлено требование о возмещении 80 000 руб  расходов на оплату услуг представителя. В обоснование наличия расходов представлены договор на оказание юридических услуг № 01/01/17-ЮЛ От 13.01.2017 с ИП ФИО11 Стоимость услуг по подготовке   искового заявления, а также представление интересов истца в Арбитражном суде Краснодарского края, в соответствии с условиями договора  и спецификации  к нему №4 от 21 августа 2018  составила 30 000  рублей. Денежные средства   уплачены истцом платежным поручением №67 от 21 августа 2018 года.

Согласно статье 106 АПК РФ к судебным издержкам, связанным с рассмотрением дела в арбитражном суде, относятся денежные суммы, подлежащие выплате экспертам, специалистам, свидетелям, переводчикам, расходы, связанные с проведением осмотра доказательств на месте, расходы на оплату услуг адвокатов и иных лиц, оказывающих юридическую помощь (представителей), расходы юридического лица на уведомление о корпоративном споре в случае, если федеральным законом предусмотрена обязанность такого уведомления, и другие расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением дела в арбитражном суде. 

Статьей 110 АПК РФ предусмотрено, что судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

В случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований. 

Право на возмещение судебных расходов в силу статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации возникает при условии фактически понесенных стороной затрат, получателем которых является лицо, оказывающее юридические услуги. 

Оценив представленные доказательства по правилам статьей 65 и 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд признал доказанным факт несения истцом судебных расходов. Установив сам факт несения судебных расходов, подтвержденный материалами дела, суд оценивает пределы их разумности. 

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 21.12.2004 N 454-О, одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя, и тем самым - на реализацию требования статьи 17 (части 3) Конституции Российской Федерации, является обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах. Суд вправе по собственной инициативе возместить расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, в разумных, по его мнению, пределах, поскольку такая обязанность является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя и тем самым на реализацию требования статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации. Именно поэтому в пункте 2 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации речь идет, по существу, об обязанности суда установить баланс между правами лиц, участвующих в деле. 

Как указано в пункте 20 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.08.2004 N 82 «О некоторых вопросах применения Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации», при определении разумных пределов расходов на оплату услуг представителя могут приниматься во внимание, в частности: нормы расходов на служебные командировки, установленные правовыми актами; стоимость экономных транспортных услуг; время, которое мог бы затратить на подготовку материалов квалифицированный специалист; сложившаяся в регионе стоимость оплаты услуг адвокатов; имеющиеся сведения статистических органов о ценах на рынке юридических услуг; продолжительность рассмотрения и сложность дела.

В силу пункта 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 N 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.   Необходимость определения пределов разумности размера судебных издержек в виде расходов по оплате услуг представителя вытекает из статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и является оценочной категорией, поэтому в каждом конкретном случае суд должен исследовать конкретные обстоятельства, связанные с участием представителя в споре.

В соответствии с пунктом 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 1 от 21.01.2016 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (часть 3 статьи 111 АПК РФ, часть 4 статьи 1 ГПК РФ, часть 4 статьи 2 КАС РФ). Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (статьи 2, 35 ГПК РФ, статьи 3, 45 КАС РФ, статьи 2, 41 АПК РФ) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер. 

Фактически представитель  в рамках настоящего дела  подготовил исковое заявление, ходатайство об уточнении исковых требований (предмета иска), об увеличении размера судебных расходов,  ходатайство о назначении экспертизы, письменные пояснения (т.3 л.д.22),  пояснения к ходатайству о приобщении дополнительных доказательств (т.3 л.д.1, 96, т.2 л.д. 5,9), ходатайство  об отложении  судебного заседания (т.2 л.д.135), об истребовании доказательств (т.3 л.д.85, 109, 113-116), два ходатайства об ознакомлении с материалами дела; о выдаче копии аудиозаписи судебного заседания. Представитель общества ФИО2 принимала участие в заседаниях 09.10.2019, 28.01.2020,  25.02.2020, 08.06.2020, 13.08.2020, 14.09.2020, 06.10.2020, 15.12.2020, 28.01.2021, 23.03.2021, 26.05.2021.

Возражения в отношении объема и стоимости оказанных представителем истца услуг от ответчика не поступили. 

Суд, руководствуясь критериями сложности рассматриваемого спора, оценив объем и характер фактически проделанной представителем работы приходит к выводу о том, что компенсации за представление интересов доверителя в размере 80 000 рублей является соразмерной объему и характеру проделанной представителем работы.  

При подаче иска истец уплатил государственную пошлину в размере 9 638 рублей. С учетом отказа от требования о взыскании 56032,01 руб процентов по ст.395 ГК РФ от уточненной цены иска подлежит уплате госпошлина в сумме 8517 руб, истцу следует выдать справку на возврат 1121 руб госпошлины. В ходе судебного разбирательства истцом понесено 30414 руб расходов на оплату услуг эксперта. Расходы  истца подлежат возмещению  ответчиком.

Согласно чеку от 14.09.2020 № 4084630  сумма 35 000 руб  (т.3 л.д.46) внесена ФИО3  на депозитный счет Арбитражного суда Краснодарского края с указанием назначения платежа «Внесение средств на депозитный счет АС КК по делу №А32-3967/2019 за проведение экспертизы (за ФИО1)». Поскольку денежные средства не израсходованы , следовательно,  подлежат возврату. По данному вопросу будет вынесено отдельное определение при условии предоставления платежных реквизитов получателя.

Руководствуясь статьями 65, 70, 101, 106, 110, 167-171 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Взыскать с ФИО1  (ИНН 

<

***>)  в пользу общества с ограниченной ответственностью «КубаньПожАудит» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), г. Краснодар  275862 руб убытков, а также 8517 руб расходов по уплате госпошлины, 80 000 руб расходов на оплату услуг представителя, 30414 руб расходов на оплату услуг эксперта.

Выдать истцу справку на возврат из федерального бюджета 1121 руб госпошлины, уплаченной платежным поручением №667 от 24.12.2018.

Решение по настоящему делу вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца с даты принятия решения, а также в кассационном порядке в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в течение двух месяцев с даты вступления решения по делу в законную силу через суд,  вынесший решение.

Судья      С.А. Баганина