264/2018-29278(1) 

ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 18АП-4580/2018

г. Челябинск

22 мая 2018 года

Дело № А76-3003/2016  

Резолютивная часть постановления объявлена 15 мая 2018 года.  Постановление изготовлено в полном объеме 22 мая 2018 года.  

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи Забутыриной Л.В., судей Бабкиной С.А., Матвеевой С.В., 

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,  

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу  финансового управляющего должника ФИО2  ФИО3 на определение Арбитражного суда Челябинской  области от 12.03.2018 по делу № А76-3003/20166 об отказе в признании сделки  должника недействительной (судья Ваганова В.В.).  

В судебном заседании приняли участие: 

финансовый управляющий должника ФИО2  ФИО3 (паспорт);  

представитель ФИО4 – ФИО5 (паспорт,  доверенность от 06.03.2017 № 74 АА 2691782).  

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 18.02.2016  возбуждено производство по делу о банкротстве ФИО2.  

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 17.03.2016  (резолютивная часть от 14.03.2016) ФИО2 признан несостоятельным  (банкротом), в отношении должника введена процедура, применяемая в деле о  банкротстве граждан – реализация имущества гражданина, финансовым  управляющим утвержден ФИО3, член некоммерческого  партнерства «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих  «Центр финансового оздоровления предприятий агропромышленного  комплекса».  

Сведения о признании должника банкротом, открытии в отношении  должника процедуры - реализация имущества гражданина, опубликованы в  официальном издании – газете «Коммерсантъ» № 51от 26.03.2016.  

21.02.2017 (вх. № 7994) в Арбитражный суд Челябинской области  поступило заявление (с дополнениями правовых оснований – т.1 л.д.77-78, 171- 174) финансового управляющего Кувшинова И. С. о признании  недействительной сделки по отчуждению должником в адрес Синебрюховой  Т.С. квартиры по адресу: Челябинская область, г. Магнитогорск, пр. Ленина,  143, кв.17 (договор купли-продажи от 15.03.2013 года), восстановлении права  собственности должника Скорова Д.В. на вышеуказанную квартиру.  

Определением суда от 12.03.2018 в удовлетворении заявления финансового  управляющего отказано. С должника за счет конкурсной массы в доход  федерального бюджета взыскана государственная пошлина в размере 6 000  рублей.  

Не согласившись с указанным судебным актом, финансовый управляющий  обратился с апелляционной жалобой, в которой просил определение суда от  12.03.2018 отменить.  

По мнению подателя жалобы, судом сделаны выводы, не соответствующие  фактическим обстоятельствам.  

Заявитель указал, что должник изначально и до настоящего времени  отрицал факт получения денежных средств от ответчика и настаивал, что  сделка была безденежной. В ходе рассмотрения обособленного спора у  финансового управляющего появились дополнительные основания полагать,  что указанная сделка являлась безденежной в связи со следующим:  представитель ответчика не смог сообщить, каков был источник финансовых  поступлений для приобретения спорного имущества, представитель ответчика  подтвердил, что отсутствовала расписка ФИО2, соответственно, не был  получен ответчиком налоговый вычет на сумму 120 000 рублей, что, по мнению  финансового управляющего, невозможно с точки зрения разумности  совершения сделок и полностью подтверждает позицию должника о данном  обстоятельстве. Оплата товара является обязательной со стороны покупателя,  что предусмотрено статьей 486 Гражданского кодекса Российской Федерации,  ответчик, не оплатив товар по договору купли-продажи, нарушила требования  федерального закона, то есть данная сделка подпадает под правило статьи 168  Гражданского кодекса Российской Федерации.  

По мнению подателя жалобы, мнимость сделки полностью подтверждается  тем обстоятельством, что до октября 2016 года местом жительства должника  была спорная квартира, что установлено 3 судебными актами (судебным  приказом, решением о признании должника банкротом, заочным решением о  выселении). В рамках сделки стороны не достигли правовых последствий  договора купли-продажи, ответчик не передала ФИО2 денежные  средства, что является нарушением существенного условия договора купли- продажи (статья 555 Гражданского кодекса Российской Федерации), а должник  продолжил пользоваться жилым помещением. Пользование должником  имуществом, отчужденным по подозрительной сделке, является  факультативным признаком оспаривания сделок должника (абзац 5 пункта 2  статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности  (банкротстве)», далее - Закон о банкротстве). В ходе судебного разбирательства  

установлены обстоятельства, позволяющие уточнить правовую позицию для  оспаривания сделки. Судом ответчику предложено представить документы,  касающиеся налогового вычета, ответчик сначала настаивал на отсутствии  налогового вычета в связи с отсутствием расписки должника, в дальнейшем,  ответчик уклонился как от подтверждения, так и от опровержения факта  наличия налогового вычета. Уклонение, по мнению заявителя жалобы, вызвано  тем, что в этом случае ответчику пришлось бы признать факт наличия  поддельной расписки от имени должника. После получения по ходатайству  должника данных о наличии в инспекции расписки, последняя представлена в  дело. Против проведения почерковедческой экспертизы расписки ответчик  возражал, что, по мнению заявителя жалобы, сославшегося на сложившуюся  практику, свидетельствует о признании доводов о ее подделке. Поскольку  единственным доказательством подлинности расписки может быть только ее  экспертиза, против которой возражал ответчик, настаивая на подлинности,  должны применяться правила пункта 1 статьи 65 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации. Поскольку экспертиза не  назначена, против ходатайства ответчик возражал, в сочетании с уклонением от  представления сведений о налоговом вычете, а значит о расписке, по мнению  подателя жалобы, означает, что расписка не написана должником. Суду  заявлены ходатайства о проведении экспертизы, пояснений относительно ранее  приводимых ответчиком доводов об отсутствии расписки не дано.  Управляющий отметил, что в случае, если доводы о фальсификации расписки  подтвердятся, то это будет не только доказательством отсутствия оплаты по  сделке, но и доказательством иного гражданско-правового деликта (например,  по статье 169 Гражданского кодекса Российской Федерации), по итогам  проведения экспертизы управляющий намеревался уточнить свою позицию.  По мнению подателя жалобы, экспертиза показала бы, что ответчик не просто  не выполнила обязанности по оплате, но с целью скрыть это обстоятельство  действовала злонамеренно. Подателем заявлены возражения по отказу в  назначении экспертизы. Вынесение судебного акта при отсутствии выводов  почерковедческой экспертизы привело к выводу о недоказанности  злонамеренности действий ответчика, созданию видимости обычных  гражданско-правовых отношений. Выбор способа защиты право заявителя,  предоставляя право на оспаривание сделок, законодатель не устанавливает  необходимости обращения с требованием о расторжении договора. Данная  сделка, как и все остальные сделки должника, оспорена финансовым  управляющим на основании требования конкурсного кредитора Цепкина Е.В.  по итогам рассмотрения жалобы последнего на отказ оспорить сделки,  обоснованность требований признана вышестоящими инстанциями, однако по  смыслу обжалуемого судебного акта необходимость в оспаривании сделки  отсутствовала. Суд отверг довод о проживании должника в спорной квартире  после совершения сделки (управляющий указывал на использование  имущества должником после совершения сделки), суд, исходя из правил статьи  69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не мог  признать установленными иные обстоятельства, применительно к  

использованию должником спорного помещения.  

В судебном заседании апелляционной инстанции финансовый  управляющий поддержал доводы жалобы в полном объеме.  

Представитель ответчика указал на отсутствие оснований для  удовлетворения жалобы.  

Иные лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения  апелляционной жалобы уведомлены посредством размещения информации на  официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети  «Интернет», в судебное заседание не явились.  

В соответствии со статьями 123, 156 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации дело рассматривается судом апелляционной  инстанции в отсутствие иных лиц, участвующих в деле.  

Арбитражный суд апелляционной инстанции проверил законность и  обоснованность обжалуемого судебного акта в порядке, предусмотренном  главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Как следует из материалов дела и установлено судом апелляционной  инстанции, 15.03.2013 между ФИО2 (продавец)  и ФИО4 (покупатель) заключен договор купли- продажи жилого помещения – однокомнатной квартиры, площадью 42 кв.м.,  находящейся по адресу: 

<

...> (т.1 л.д.7). Согласно пункту 3 договора указанная квартира  продана за 1 000 000 рублей, которые уплачены до подписания договора вне  помещения Управления Федеральной службы государственной регистрации,  кадастра и картографии по Челябинской области.  

Управлением Росреестра по Челябинской области 22.03.2013 произведена  государственная регистрация перехода права собственности.  

По сведениям Единого государственного реестра недвижимости на  16.03.2017 спорная квартира принадлежит на праве собственности  ФИО4 (т.1, л.д. 15).  

Решением Орджоникидзевского районного суда г.Магнитогорска  Челябинской области от 09.07.2015 по делу № 2-1133/2015, оставленным без  изменения апелляционным определением Челябинского областного суда от  10.11.2015, отказано в удовлетворении исковых требований ФИО2 к  ФИО4 о признании спорного договора недействительным, как  сделки, совершенной под влиянием обмана (т.1 л.д.43-52, 53-58). При этом,  решение суда в части отказа в удовлетворении требований не обжаловалось.  

Как следует из решения Орджоникидзевского районного суда г.  Магнитогорска, в рамках данного дела оспаривалось несколько сделок, в том  числе – договор купли-продажи от 15.03.2013 между должником и  ФИО4, а также договоры купли-продажи квартиры (по адресу: 

<

...> */*) от 16.01.2014 между должником и  ФИО6, от 19.02.2014 между ФИО6 и ФИО7 и договор купли-продажи автомобиля Тойота Аурис 2008 года выпуска  между должником и ФИО8 Первоначально должник ссылался на то,  что в силу стечения тяжелых жизненных обстоятельств, а также под влиянием и  

угрозами третьих лиц, он был вынужден, вопреки своей воли, заключить с  ответчиками договоры купли-продажи спорных квартир и автомобиля на  кабальных для него условиях, считает, что незаконно лишился всего  имущества, поскольку денежных средств по договорам купли-продажи квартир  и автомобиля от ответчиков не получал. Позднее в части сделки с  Синебрюховой Т.С. изменил основания иска, указав, что данная сделка  совершена под влиянием обмана, поскольку ответчик Синебрюхова Т.С.  передала ему в счет договора купли-продажи квартиры 100 тысяч рублей,  остальную сумму в размере 1,2 миллиона рублей до настоящего времени не  вернула. Синебрюхова Т.С. при рассмотрении иска поясняла, что фактически  приобрела квартиру у Скорова Д.В. за 1 300 000 рублей, договор составлен с  ценой на сумму 1 миллион рублей, должник просил не менять стоимость  квартиры, указанную в договоре денежные средства передала продавцу в  полном объеме в его автомобиле до подписания договора купли-продажи,  расписку Скорова Д.В. в получении денежных средств не брала, поскольку  между ними сложились доверительные отношения, в Росреестре должник  пояснил регистратору, что денежные средства по сделке он получил в полном  объеме, претензий к покупателю не имеет, после чего она и должник подписали  договор.  

В материалах дела имеется копия расписки от 15.03.2015, выполненной от  имени ФИО2, в получении от ФИО4 денежных средств в  сумме 1 000 000 рублей от продажи спорной квартиры, представленная  Межрайонной инспекцией ФНС № 16 по Челябинской области по запросу суда  (т.1 л.д.105).  

В судебных актах: судебном приказе от 04.03.2016, выданном  исполняющим обязанности мирового судьи судебного участка № 4  Орджоникидзевского района г. Магнитогорска, решении от 14.03.2016 о  признании должника банкротом в качестве адреса места проживания указан  адрес спорной квартиры (т.1, л.д. 71-72).  

Заочным решением Орджоникидзевского районного суда г. Магнитогорска  от 17.10.2016 по делу № 2-5817/2016 удовлетворено исковое заявление  ФИО4 о выселении ФИО2 из спорной квартиры без  предоставления другого жилого помещения (т.1 л.д.59-60).  

 Полагая, что имеются основания для признания сделки недействительной,  финансовый управляющий обратился в суд с рассматриваемым требованием.  

В качестве нормативного обоснования финансовый управляющий ссылался  на положения пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве о недействительности  сделки, влекущей причинение вреда кредиторам, статьи 10, 168, 169, 170  Гражданского кодекса Российской Федерации.  

Определением суда от 22.03.2017 по ходатайству финансового  управляющего приняты обеспечительные меры в виде наложения ареста на  квартиру (т.1, л.д. 9, 16, 17-18).  

Ответчик представил письменный отзыв с дополнением, считает, что  финансовым управляющим не доказана совокупность условий для признания  

сделки недействительной; заявил о применении исковой давности (т.1, л.д.38-  41,148-152, 153-157).  

Должник поддерживал позицию финансового управляющего. 

В ходе рассмотрения спора заявлялись ходатайства о проведении  почерковедческой экспертизы в отношении расписки, представленной  инспекцией (т.1, л.д. 122, 132-133, 169-170, 206-208), в удовлетворении  ходатайств судом первой инстанции отказано на основании статей 82, 86  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации с учетом  мнения лиц, участвующих в деле (представитель ответчика возражал  относительно ходатайств о назначении экспертизы), имеющихся в деле  доказательств (определения от 05.12.2017, т.1, л.д. 159-160, т.2, л.д. 4-5).  

Отказывая в удовлетворении требования, суд первой инстанции исходил из  того, что оснований для признания сделки недействительной не установлено.  

Апелляционный суд полагает, что оснований для отмены определения не  имеется в силу следующего.  

В соответствии со статьей 223 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, пункта 1 статьи 32 Закона о банкротстве дела о  банкротстве граждан рассматриваются арбитражным судом по правилам,  предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской  Федерации с особенностями, установленными настоящим Федеральным  законом.  

Согласно пункту 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об  оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным  статьей 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона, может быть подано  финансовым управляющим по своей инициативе.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки,  совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть  признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом  Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в  данном Федеральном законе.  

При этом, исходя из пункта 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве, правила  указанной главы могут применяться к оспариванию действий, направленных на  исполнение обязательств и обязанностей, в том числе возникающих в  соответствии с гражданским законодательством.  

В силу пунктов 1, 3 ст. 213.32 Закона о банкротстве, заявление об  оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным  ст. 61.2 или 61.3 названного Закона, может быть подано финансовым  управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или  комитета кредиторов. Заявление об оспаривании сделки должника-гражданина  по указанным в статьях 61.2 или 61.3 данного Федерального закона основаниям  подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве  гражданина, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве гражданина  независимо от состава лиц, участвующих в данной сделке.  

Пунктом 13 статьи 14 Федерального закона от 29.06.2015 № 154-ФЗ «Об  урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях  

Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении  изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее -  Федеральный закон от 29.06.2015 № 154-ФЗ) установлено, что пункты 1 и 2  статьи 213.32 Закона о банкротстве (в редакции настоящего Федерального  закона) применяются к совершенным с 01.10.2015 сделкам граждан, не  являющихся индивидуальными предпринимателями. Сделки указанных  граждан, совершенные до 01.10.2015 с целью причинить вред кредиторам,  могут быть признаны недействительными на основании статьи 10  Гражданского кодекса Российской Федерации по требованию финансового  управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в  порядке, предусмотренном пунктами 3 - 5 статьи 213.32 Закона о банкротстве  (в редакции настоящего Федерального закона).  

Заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд,  рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в  деле о банкротстве должника (пункт 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве).  

Учитывая, что спорный договор купли-продажи заключен сторонами  15.03.2013, то есть до 01.10.2015, сведений о наличии у должника статуса  предпринимателя не имеется, суд первой инстанции пришел к обоснованному  выводу о том, что он может быть оспорен только на основании статьи 10  Гражданского кодекса Российской Федерации, а не по специальным  основаниям Закона о банкротстве.  

В соответствии со статьей 10 Гражданского кодекса Российской  Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с  намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с  противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное  осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). Добросовестность  участников гражданских правоотношений и разумность их действий  предполагаются.  

В пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных  с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным  законом «О несостоятельности (банкротстве)» содержится указание на то, что,  исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1  статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) и необходимости  защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию  арбитражного управляющего или кредитора может быть признана  недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве  сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов  кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы  сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника  третьим лицам.  

Исходя из содержания пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса  Российской Федерации, под злоупотреблением правом понимается  умышленное поведение лиц, связанное с нарушением пределов осуществления  

гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим  лицам.  

Для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки  должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их  сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам.  Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при  котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.  

Следовательно, для квалификации сделки как совершенной со  злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства  того, что, совершая оспариваемую сделку, стороны намеревались реализовать  какой-либо противоправный интерес.  

Как верно отметил суд первой инстанции, доказательств того, что ответчик  является заинтересованным лицом по отношению к должнику, у обоих  участников сделки имелся умысел на причинение вреда иным лицам,  финансовым управляющим не представлено.  

Доводы финансового управляющего о ничтожности договора купли- продажи на основании статьи 169 Гражданского кодекса Российской  Федерации как сделки, совершенной с целью, заведомо противной основам  правопорядка или нравственности, судом первой инстанции правомерно  признаны несостоятельными.  

В пункте 85 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 №  25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой  Гражданского кодекса Российской Федерации» даны разъяснения, о том, что в  качестве сделок, совершенных с указанной целью, могут быть  квалифицированы сделки, которые нарушают основополагающие начала  российского правопорядка, принципы общественной, политической и  экономической организации общества, его нравственные устои. К названным  сделкам могут быть отнесены, в частности, сделки, направленные на  производство и отчуждение объектов, ограниченных в гражданском обороте  (соответствующие виды оружия, боеприпасов, наркотических средств, другой  продукции, обладающей свойствами, опасными для жизни и здоровья граждан,  и т.п.); сделки, направленные на изготовление, распространение литературы и  иной продукции, пропагандирующей войну, национальную, расовую или  религиозную вражду; сделки, направленные на изготовление или сбыт  поддельных документов и ценных бумаг; сделки, нарушающие основы  отношений между родителями и детьми. Нарушение стороной сделки закона  или иного правового акта, в частности уклонение от уплаты налога, само по  себе не означает, что сделка совершена с целью, заведомо противной основам  правопорядка или нравственности. Для применения статьи 169 Кодекса  необходимо установить, что цель сделки, а также права и обязанности, которые  стороны стремились установить при ее совершении, либо желаемое изменение  или прекращение существующих прав и обязанностей заведомо противоречили  основам правопорядка или нравственности, и хотя бы одна из сторон сделки  

 Данных обстоятельств в рамках рассматриваемого спора не установлено, а  нарушение стороной сделки закона или иного правового акта само по себе не  означает, что сделка совершена с целью, заведомо противной основам  правопорядка или нравственности.  

Также обоснованно отмечено, что отсутствуют основания для признания  сделки ничтожной на основании статьи 170 Гражданского кодекса Российской  Федерации.  

В силу положений пункта 1 статьи 170 Кодекса мнимой сделкой является  сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие  ей правовые последствия, ничтожна.  

Диспозиция данной нормы, как верно отметил суд первой инстанции,  содержит следующие характеристики мнимой сделки: отсутствие намерений  сторон создать соответствующие сделке правовые последствия, совершение  сделки для вида (что не исключает совершение сторонами некоторых  фактических действий, создающих видимость исполнения, в том числе,  составление необходимых документов), создание у лиц, не участвующих в  сделке, представления о сделке как действительной.  

Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая  мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее  исполнения. В подтверждение мнимости сделки необходимо установить, что  при ее совершении подлинная воля сторон не была направлена на создание тех  правовых последствий, которые наступают при совершении данной сделки.  

Исходя из разъяснений, данных в пункте 86 постановления Пленума  Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых  положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской  Федерации», следует учитывать, что стороны такой сделки могут также  осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание  обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры  купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче  данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или  учредителя управления за ним. Равным образом осуществление сторонами  мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права  собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой  сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 Кодекса.  

Как верно отметил суд первой инстанции, в нарушение положений статьи  65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации финансовый  управляющий не представил доказательств, что в момент заключения договора  стороны не собирались его исполнять. При этом возникновение правовых  последствий, соответствующих договору купли-продажи недвижимости, а  именно передача спорной квартиры в собственность (владение, пользование,  распоряжение) ответчика, регистрация права собственности последнего,  подтверждается материалами дела.  

Доводы финансового управляющего о том, что до 2016 года спорная  квартира являлась местом жительства должника, обоснованно не приняты  судом во внимание, поскольку доказательств тому не представлено. Напротив,  

решением Орджоникидзевского районного суда г. Магнитогорска от 17.10.2016  по делу № 2-5817/2016 установлено, что должник в указанной квартире  зарегистрирован с 01.02.2008, но фактически не проживает. Наличие иных  судебных актов с отражением информации о месте жительства должника (по  адресу спорной квартиры) правового значения не имеет, поскольку указанное  обстоятельство связано исключительно с наличием факта регистрации  должника по спорному адресу.  

Также финансовый управляющий указал, что спорная сделка может быть  

признана недействительной на основании статьи 168 Гражданского кодекса  Российской Федерации, поскольку ответчик в нарушение статьи 486  Гражданского кодекса Российской Федерации не произвел оплату по договору.  При этом финансовый управляющий ссылается на то обстоятельство, что  представленная ФИО4 в налоговую инспекцию для получения  налогового вычета расписка ФИО2 в получении денежных средств от  продажи квартиры, имеет признаки фальсификации.  

В силу пункта 1 статьи 454 Гражданского кодекса Российской Федерации  по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь  (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется  принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).  

При неоплате стоимости предмета договора, который не расторгнут,  продавец имеет право предъявить покупателю требование об его оплате и об  уплате процентов в соответствии со статьей 395 Гражданского кодекса  Российской Федерации (пункт 3 статьи 486 Гражданского кодекса Российской  Федерации).  

Неисполнение покупателем обязанности по оплате переданного ему  продавцом товара является существенным нарушением и может служить  основанием для расторжения договора купли-продажи (пункт 8 Обзора  судебной практики Верховного Суда РФ N 5 (2017), утвержденного  Президиумом Верховного Суда РФ 27.12.2017).  

Таким образом, как верно отметил суд первой инстанции, неисполнение  покупателем договорного обязательства по оплате имущества само по себе не  может служить законным основанием для квалификации сделки как  недействительной, поскольку закон устанавливает иные правовые последствия  этого.  

Учитывая, что правоотношения, возникшие между ФИО4 и  налоговым органом при обращении ответчика для получения имущественного  налогового вычета, не являются предметом судебного разбирательства по  настоящему делу, суд первой инстанции обоснованно указал, что  представление расписки в налоговый орган, получение либо отказ в  предоставлении вычета правового значения не имеет. Кроме того,  апелляционный суд отмечает, что договор содержит условие о том, что  квартира продана за 1 миллион рублей, которые уплачены до подписания  договора вне помещения Управления Росреестра, договор не содержит отсылки  к какому-либо передаточному документу, такое отражение условий по оплате  не противоречит обычаям гражданского оборота; из материалов дела не  

следует, что в отношении спорной квартиры установлен залог в пользу  должника в связи с отсутствием расчета по сделке. Разумного обоснования  причин, по которым должник совершал сделку на данных условиях (если  принять во внимание его позицию об отсутствии оплаты на момент совершения  сделки), не приведено, факт совершения сделки под влиянием обмана  проверялся судом общей юрисдикции, но признан не подтвержденным.  Следовательно, при заключении сделки составление расписки не  предполагалось (что также следует из пояснений ответчика, данных в суде  общей юрисдикции относительно причин не составления расписки, ввиду  наличия доверительных отношений), составленная впоследствии расписка  обусловлена исключительно вступлением ответчика в налоговые  правоотношения, в связи с чем, необходимость в проверке подлинности  проставления подписи должника на расписке у суда первой инстанции  отсутствовала. Само по себе проведение экспертизы для установления факта  того, что должник не писал/ не подписывал расписку, не исключит иных  обстоятельств, с очевидностью свидетельствующих о проведении расчетов по  сделке.  

Более того, проверка доводов должника относительно проведения оплаты  ответчиком по спорному договору фактически осуществлялась в рамках дела,  рассмотренного Орджоникидзевским районным судом г. Магнитогорска, в  удовлетворении требований должника отказано, соответствующий судебный  акт в указанной части должником не обжалован. Взаимосвязи с иными  сделками, оспоренными в рамках того дела, либо лицами, их совершившими, не  установлено. Оснований для иной оценки тех же обстоятельств в рамках  рассматриваемого спора, исходя из представленных доказательств, не имеется,  учитывая, что фактическая возможность передачи средств подтверждена  документами о доходах ответчика (с учетом доходов его супруга, т.1, л.д. 180- 181, 185-203).  

Апелляционный суд с учетом вышеизложенного также отмечает, что  сделка совершена 15.03.2013, между тем, иск должником со ссылкой на  отсутствие оплаты подан только в феврале 2015 года (по истечении почти 2 лет  с момента совершения сделки) и отказ в удовлетворении требований не  обжаловал, а в деле отсутствуют сведения о принятых должником мерах по  получению исполнения в период до обращения в суд общей юрисдикции.  Указанное, по мнению апелляционного суда, свидетельствует о  противоречивой позиции должника в части исполнения сделки по оплате.  

Из пояснений управляющего также следует, что обязательства должника  перед кредиторами, требования которых включены в реестр, отсутствовали на  момент совершения спорной сделки, возникли гораздо позднее.  

Таким образом, достаточных оснований для квалификации спорной  сделки, как недействительной по указанным управляющим основаниям, не  установлено. Доводы управляющего, по мнению апелляционного суда,  основаны на предположении, субъективной оценке фактических обстоятельств,  документально не подтверждены, направлены на переоценку выводов суда  первой инстанции, основания для которой отсутствуют.  

При таких обстоятельствах, не имеется оснований для отмены судебного  акта и удовлетворения апелляционной жалобы.  

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно пункту 4  статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной  инстанции не установлено.  

При подаче жалобы финансовому управляющему была предоставлена  отсрочка ее уплаты, поскольку оснований для удовлетворения жалобы не  имеется, государственная пошлина подлежит взысканию в должника  непосредственно в доход федерального бюджета (статья 110 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации).  

Руководствуясь статьями 176, 269-271 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции  

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Челябинской области от 12.03.2018 по  делу № А76-3003/2016 оставить без изменения, апелляционную жалобу  финансового управляющего должника ФИО2  ФИО3 – без удовлетворения.  

Взыскать с должника ФИО2 в доход  федерального бюджета 3 000 рублей государственной пошлины за  рассмотрение апелляционной жалобы.  

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного  производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение одного месяца  со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через Арбитражный суд  Челябинской области.  

Председательствующий судья Л.В. Забутырина 

Судьи: С.А. Бабкина 

 С.В. Матвеева