АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

28 марта 2022 года

Дело №

А56-70701/2019

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Колесниковой С.Г., судей Бычковой Е.Н.,                     Яковлева А.Э.,

при участии от публичного акционерного общества «Сбербанк России» ФИО1 (доверенность от 11.10.2021), от общества с ограниченной ответственностью «Кронверк» ФИО2 (доверенность от 14.09.2021), от общества с ограниченной ответственностью «Стальной Альянс»                      ФИО3 (доверенность от 17.09.2020),

рассмотрев 21.03.2022 в открытом судебном заседании кассационные жалобы публичного акционерного общества «Сбербанк России» и общества с ограниченной ответственностью «Кронверк» на постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.12.2021 по делу № А56-70701/2019,  

 

у с т а н о в и л:

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 01.07.2019 принято к производству заявление о признании непубличного акционерного общества «Компрессорный комплекс», адрес: 192029, Санкт-Петербург, пр. Обуховской обороны, д. 51,                     ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее - Общество), несостоятельным (банкротом).

Определением от 23.10.2019 в отношении Общества введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО4.

Решением от 05.03.2020 Общество признано несостоятельным (банкротом), введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО5.

В рамках дела о банкротстве 09.06.2020 конкурсный управляющий ФИО5 обратился в суд с заявлением, в котором просил признать недействительными заключенные публичным акционерным обществом «Сбербанк России», адрес: 117997, 

<

...>, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее - Банк), и должником договоры поручительства от 26.08.2019 № 

<

***>/ПЮЛ-7 и                                     № 

<

***>/ПЮЛ-7.

Определением суда первой инстанции от 13.08.2020 заявление удовлетворено.

Постановлением Тринадцатого арбитражного суда от 09.09.2020 конкурсным управляющим Общества утверждена ФИО6.

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда                        от 01.02.2021 определение от 13.08.2020 отменено, в удовлетворении заявления отказано.

Постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 22.04.2021 определение от 13.08.2020 и постановление от 01.02.2021 отменены. Дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд города                   Санкт-Петербурга и Ленинградской области.

При новом рассмотрении определением от 22.06.2021 суд привлек к участию в обособленном споре в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, общество с ограниченной ответственностью  (далее – ООО) «ВПТ-Нефтемаш», ООО «Кронверк», адрес: 196641, Санкт-Петербург, 

<

...>, лит. Т, оф. 14, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>.

 Определением от 28.07.2021 в удовлетворении заявленных требований отказано.

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.12.2021 определение от 28.07.2021 отменено, спорные договоры признаны недействительными.

В кассационных жалобах Банк и ООО «Кронверк» просят отменить постановление от 27.12.2021, оставить в силе определение от 28.07.2021.

По мнению утверждению  Банка, вывод апелляционного суда о наличии у должника признаков неплатежеспособности, недостаточности имущества на момент совершения сделок и осведомленности об этом Банка, противоречит фактическим обстоятельствам, ранее установленным в спорах с его участием.

Как полагает податель жалобы, вывод суда апелляционной инстанции о наличии у Банка цели по увеличению текущей  задолженности и отсутствии выгоды для должника от заключения спорных сделок противоречит обстоятельствам дела; апелляционный суд неверно применил повышенный стандарт доказывания выгодности сделок должника по отношению к Банку, не имеющему бенефициарных интересов.

Кроме того, отмечает Банк, вывод апелляционного суда о наличии оснований для признания недействительным договора поручительства                      № 

<

***> сделан в нарушение указаний суда кассационной инстанции.

Как указывает ООО «Кронверк», вывод апелляционного суда о недостаточности имущества должника опровергается представленными в материалы дела бухгалтерским балансом от 31.12.2018, сведениями о составе имущества группы компаний, в которую входят ООО «Арго» и ООО «Гроссман Рус», валюта баланса которой в действительности многократно превышает кредиторскую задолженность Общества.

Податель жалобы полагает необоснованным вывод апелляционного суда о  том, что Общество и иные компании, входящие в одну группу, предоставляя поручительство по обязательствам перед кредиторами, действовали недобросовестно. 

ООО «Кронверк» подчеркивает, что поручительство предоставлялось в рамках единой цели - извлечения прибыли для группы компаний; презумпция добросовестности в данном случае не опровергнута; признание недействительными договоров поручительства направлено на дестабилизацию гражданского оборота, не учитывает разнонаправленные интересы должника, аффилированных с ним лиц и Банка как участников рынка кредитования.

Выводы судов об отсутствии оснований для признания оспариваемых сделок недействительными в соответствии с положениями статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ)  не обжалуются.

В отзыве на кассационную жалобу кредитор ООО «Стальной Альянс», адрес: 192029, Санкт-Петербург, пр. Обуховской Обороны, д. 38 лит. Б, пом. 19, ОГРН 

<

***>,  ИНН 

<

***>, просит постановление от 27.12.2021 оставить без изменения, считая его законным и обоснованным.

В судебном заседании представители Банка и  ООО «Кронверк» поддержали доводы, приведенные в кассационных жалобах, а представитель  ООО «Стальной Альянс»  против удовлетворения жалоб возражал.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения кассационных жалоб, однако представителей в судебное заседание не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее -                 АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения жалобы.

Законность определения от 28.07.2021 и постановления от 27.12.2021 проверена в кассационном порядке в пределах доводов кассационных жалоб.

Как установлено судами, ООО «Гросманн Рус» является единственным участником ООО «Арго», которое владеет 79% акций Общества.

Банком и ООО «Гросманн Рус» (заемщиком) заключен договор об открытии невозобновляемой кредитной линии от 15.03.2019 № 

<

***>  (далее - кредитный договор № 1). Согласно пункту 9.1 в качестве обеспечения своевременного и полного выполнения обязательств заемщика по договору, в том числе возврата кредита, уплаты процентов, комиссионных платежей, предусмотренных условиями договора, заемщик обеспечивает предоставление кредитору поручительства Общества (пункт 9.1.10 данного договора). В соответствии с пунктом 8.2.47 кредитного договора № 1 предусмотрена обязанность заемщика по обеспечению заключения договора поручительства с Обществом не позднее 120 календарных дней с даты, следующей за датой заключения кредитного договора.

Согласно кредитному договору № 1 Банком открыта ООО «Гросманн Рус» кредитная линия для финансирования затрат по выполнению работ в рамках договора подряда от 08.10.2018 № ДКЦ/СНГП-2018 по объектам строительства «Обустройство Южно-Русского нефтегазового месторождения» УКПГ. Дожимной компрессорный цех № 2» и «Обустройство Южно-Русского нефтегазового месторождения» УКПГ. Дожимной компрессорный цех № 1 (1-й этап)» на срок до 13.01.2023 включительно с лимитом, период действия которого с 15.03.2019 по 14.01.2020, на сумму 1 440 000 000 руб. Заемщик обязался возвратить кредитору полученный кредит и уплатить проценты за пользование им и другие платежи в размере, сроки и на условиях кредитного договора № 1.

В качестве обеспечения исполнения всех обязательств заемщика по кредитному договору № 1 между Банком и Обществом (поручителем) 26.08.2019 заключен договор поручительства № 

<

***>/ПЮЛ-7 (далее - договор поручительства № 1), по которому поручитель обязался отвечать перед Банком за исполнение ООО «Гросманн Рус» всех обязательств по кредитному договору № 1 в объеме и на условиях, установленных договором, независимо от утраты существовавшего на момент возникновения поручительства иного обеспечения исполнения обязательств должника или ухудшения условий такого обеспечения по любым обязательствам (пункт 1.1 договора). Согласно пункту 2.1 договора поручитель обязуется отвечать солидарно с ООО «Гросманн Рус» за исполнение его обязательств перед Банком.

Банк и ООО «Гросманн Рус» 15.06.2017 заключили договор об открытии невозобновляемой кредитной линии № 

<

***> (далее - кредитный договор № 2), по условиям которого кредитор обязался открыть заемщику невозобновляемую кредитную линию по исполнению договора поставки установок газокомпрессорных от 28.04.2017 № 2050017/0329Д, заключенного с ООО «РН-Снабжение-Нефтеюганск», на основании протокола от 11.04.2017               № ЗК(МТР)-051-17-18 на срок до 14.12.2018 с лимитом, период действия которого с 15.06.2017 по 15.06.2018, на сумму 300 000 000 руб., а заемщик обязался возвратить кредитору полученный кредит и уплатить проценты за пользование им и другие платежи в размере, сроки и на условиях договора.

В качестве обеспечения исполнения всех обязательств заемщика по кредитному договору № 2 между Банком и Обществом 26.08.2019 заключен договор поручительства № 

<

***>/ПЮЛ-7 (далее - договор поручительства № 2), согласно которому поручитель обязался отвечать перед Банком за исполнение ООО «Гросманн Рус» всех обязательств по кредитному договору № 2 с учетом дополнительных соглашений в объеме и на условиях, установленных договором, независимо от утраты существовавшего на момент возникновения поручительства иного обеспечения исполнения обязательств должника или ухудшения условий такого обеспечения по любым обязательствам (пункт 1.1 договора). В пункте 2.1 договора оговорено, что поручитель обязуется отвечать солидарно с ООО «Гросманн Рус» за исполнение его обязательств перед Банком.

Конкурсный управляющий просил признать указанные договоры поручительства недействительными на основании пункта 2 статьи 61.2, абзаца второго пункта 1 статьи 61.3 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и статьи 174 ГК РФ, полагая, что договоры заключены без надлежащего корпоративного одобрения и после возбуждения дела о банкротстве в обеспечение обязательств третьего лица с целью причинить вред имущественным правам кредиторов.

Согласно пункту 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве  сделка, совершенная должником в отношении отдельного кредитора или иного лица, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами в отношении удовлетворения требований (сделка с предпочтением), в частности, при наличии одного из условий, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве.

Если сделка с предпочтением совершена после принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом или в течение одного месяца до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве, в связи с чем наличия иных обстоятельств, предусмотренных пунктом 3 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.4 Закона о банкротстве сделки по передаче имущества и принятию обязательств или обязанностей, совершаемые в обычной хозяйственной деятельности, осуществляемой должником, не могут быть оспорены на основании пункта 1 статьи 61.2 и статьи 61.3 Закона о банкротстве, если цена имущества, передаваемого по одной или нескольким взаимосвязанным сделкам, или размер принятых обязательств или обязанностей не превышает один процент стоимости активов должника, определяемой на основании бухгалтерской отчетности должника за последний отчетный период.

Как разъяснено в пункте 14 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63), бремя доказывания того, что сделка была совершена в процессе обычной хозяйственной деятельности, осуществляемой должником, лежит на другой стороне сделки, а того, что цена сделки превысила один процент стоимости активов должника, - на оспаривающем сделку лице, в данном случае - конкурсном управляющем.

Для признания сделки недействительной по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежало установить наличие совокупности обстоятельств, в том числе, что сделка была совершена с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

Суд первой инстанции отказал в удовлетворении требований конкурсного управляющего, посчитав, что спорные договоры поручительства заключены в рамках  обычной хозяйственной деятельности в целях повышения возвратности долга по обеспеченным кредитным договорам; доказательства наличия у Банка противоправных целей заключения оспариваемых сделок, отклонения его поведения от стандартного поведения кредитной организации не представлены; должник получил выгоду в результате сделки, поскольку за счет кредитных средств осуществлялась деятельность, приносящая прибыль группе компаний, в том числе Обществу.

Суд установил, что Банк на основании бухгалтерской отчетности Общества  не мог сделать вывод о неудовлетворительности его финансового состояния, наличии причин, препятствующих возможности обеспечить кредитные обязательства  ООО «Гросманн Рус».

Суд исходил из наличия у Общества положительных показателей чистых активов, увеличивающихся начиная с 2016 года; из превышения активов Общества над принятыми им обязательствами на протяжении трех отчетных периодов; из успешного осуществления должником хозяйственной деятельности.

В соответствии с бухгалтерским балансом за 2018 год размер чистых активов должника составил 538 545 тыс. руб. в 2018 году, 499 596 тыс. руб. в 2017 году, 433 339 тыс. руб. в 2016 году.

Выводы об отсутствии у должника признаков недостаточности имущества, в том числе, исходя из показателей участников группы компаний заемщика, сделаны судом с учетом указания суда кассационной инстанции в постановлении от 22.04.2021. 

Суд первой инстанции установил, что при определении достаточности обеспечения Банк исходил из совокупности финансовых показателей всей группы, поскольку даже временное ухудшение финансового состояния одного из ее участников могло быть преодолено за счет иных участников; поручительство всех участников группы, в том числе Общества, являлось стандартным способом обеспечения обязательств ООО «Гросманн Рус»  по возврату полученных в Банке кредитов.

В частности, обязательства по кредитному договору 

<

***> обеспечены поручительством ФИО7, ФИО8, ООО «Лорекс», ООО «Евротранс», ООО «Росторгснаб», ООО «Гроссманн Газовые Системы», ООО «Гроссманн Констракшн», Фирма «ФИО9 Гроссманн ГмбХ&Ко.КГ», ФИО10

Обязательства по кредитному договору 

<

***> были обеспечены поручительством ООО «Лорекс», ООО «Кварус Сервис», ООО «Евротранс», ООО «Росторгснаб», ООО «Финансово-промышленная компания «Тюменьгазинвест», Фирма «ФИО9 Гроссманн ГмбХ&Ко.КГ», ФИО7, ФИО8, ФИО10

Суд учел, что участники группы компаний также обеспечивали исполнение обязательств ООО «Гросманн Рус» по иным кредитным договорам, заключенным с Банком (0210018/00751200, 0044001/23011100); аналогичным образом по всем перечисленным кредитным договорам предоставлялось и поручительство Общества, как входящего в одну группу компаний с ООО «Гросманн Рус».

Отклоняя доводы о причинении спорными сделками вреда должнику и его кредиторам, суд первой инстанции исходил из того,  что связь между Обществом и ООО «Гроссманн Рус» носила не только корпоративный, но и производственный характер.

Суд установил, что ООО «Гроссманн Рус» занимается производством нефтепродуктов и иной химической продукции, а должник – производством насосов и компрессоров; для производства, перевозки и хранения нефтепродукции требуется наличие компрессорный технологии. 

Вывод суда о том, что Общество являлось участником производственного цикла по выполнению контрактов ООО «Гросманн Рус» с ОАО «Севернефтегазпром», ООО «РН-Снабжение-Нефтеюганск» основан на материалах дела.

Так, по договору № 2050017/0329Д от 28.04.2017 ООО «Гросманн Рус»  приняло на себя обязательства по поставке газокомпрессорных установок, а по контракту № ДКЦ/СНГП-2018 от 08.10.2018 - обязательства по обустройству Южно-Русского нефтегазового месторождения УПГ, дожимного компрессорного цеха № 2 и дожимного компрессорного цеха № 1 (1-й этап).

В целях исполнения договора № 2050017/0329Д от 28.04.2017 между ООО «Гросманн Рус»  и НАО «Компрессорный комплекс» был заключен договор                 № 2017-GRUS-15.05/17 от 15.05.2017

Согласно вступившему в законную силу определению Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 16.01.2021                                 (А56-70701/2019/тр.15) ООО «Гросманн Рус»  в счет исполнения обязательств по договору № 2017-GRUS-15.05/17 перечислило в пользу Общества                          146 781 827,95 руб.

Факт последующего признания указанного договора недействительным в рамках настоящего дела о банкротстве (А56-70701/2019/сд.19) по основаниям пункта 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве не признан судом первой инстанции  свидетельствующим о причинении фактического убытка должнику. Напротив, посчитал суд, получение ООО «Гросманн Рус» кредита в Банке, заключение договора с ООО «РН-Снабжение-Нефтеюганск», позволило в силу нахождения Общества  в одной группе с заемщиком в преимущественном порядке загрузить свои производственные мощности и улучшить финансовый результат.

Выполнение работ по контракту № ДКЦ2/СНГП-2018 также подразумевало привлечение Общества, исходя из принятых ООО «Гросманн Рус» обязанностей по обустройству четырех дожимных компрессорных цехов.

Апелляционный суд отменил определение суда первой инстанции и признал спорные договоры  недействительными на основании абзаца второго пункта 1 статьи 61.3, пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и статьи                      10 ГК РФ.

Как посчитал суд апелляционной инстанции, договор поручительства № 2 имеет признаки сделки с предпочтением, предусмотренные абзацем вторым пункта 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве, поскольку на момент его заключения Общество имело неисполненные обязательства перед иными кредиторами и отсутствуют основания для признания сделки совершенной в процессе обычной хозяйственной деятельности. 

Однако суд не указал, в какой сумме оказано предпочтение перед иными кредиторами, включены ли требования последних в реестр требований конкурсных кредиторов должника.

Не соглашаясь с выводом суд первой инстанции о платежеспособности Общества, апелляционный суд указал, что обязательства должника на момент заключения договора поручительства № 1 составляли 3 936 млн руб., из которых более 2 млрд руб. сформированы за счет нереальной ко взысканию дебиторской задолженности ООО «Арго», о чем Банк был осведомлен. Однако доказательства как нереальности ко взысканию такой задолженности, так и осведомленности Банка, в дело не представлены.

Апелляционный суд исходил из того, что возбуждение дела о банкротстве Общества  (01.07.2019) само по себе свидетельствует о наличии у должника имущественного кризиса и Банк, будучи профессиональным участником рынка кредитных и банковских услуг, не мог не знать о возбуждении как в отношении заемщика, так и должника дел о банкротстве.

При таких условиях, как заключил апелляционный суд, Банк должен был оценить перспективность спорной сделки с точки зрения вероятности возврата кредита за счет имущества должника-поручителя, принимая во внимание интересы иных его кредиторов; должник не получил никакой экономической выгоды от выдачи поручительства по договору № 1, в связи с чем объем обязательств должника возрос на 1,5 млрд руб. при наличии возбужденного дела о банкротстве, а активы не увеличились.

По мнению апелляционного суда,  заключение поручительства с лицом, в отношении которого уже возбуждено дело о банкротстве, создает ситуацию, при которой обеспечение выдается за счет иных кредиторов, которые рискуют не получить удовлетворение своих требований в связи с безосновательным увеличением текущей задолженности, что свидетельствует о наличии в действиях Банка признаков злоупотребления правом, фактически преследовавшего цель преобразования реестровой задолженности основного заемщика в текущую задолженность в рамках дела о банкротстве поручителя.

Суд кассационной инстанции находит основанными на правильном применении норм права и соответствующими установленным по делу обстоятельствам и представленным в него доказательствам выводы суда первой инстанции.

Выводы апелляционного суда противоречат правовой позиции, сформированной в Определении Верховного Суда Российской Федерации                   от 08.06.2020 № 307-ЭС16-7958 по делу № А21-8868/2014, в соответствии с которой предполагается, что от кредитования одного из участников группы лиц выгоду в том или ином виде получают все ее члены, так как в совокупности имущественная база данной группы прирастает. В то же время наличие обеспечения (в том числе за счет третьих лиц - членов группы) повышает шансы заемщика получить кредит на более выгодных условиях, а заимодавца - вернуть заемные средства. Этим объясняется целесообразность и экономический интерес поручителя. Получение банком обеспечения от участника группы, входящего в одну группу с заемщиком, является обычной практикой создания кредитором дополнительных гарантий погашения заемных обязательств и не свидетельствует само по себе о наличии признаков неразумности, недобросовестности либо злоупотребления в поведении банка.

Указанный вывод актуален и для ситуации, когда поручитель испытывает финансовые сложности или когда у него заведомо недостаточно средств для исполнения принятых на себя обеспечительных обязательств в полном объеме, поскольку в конечном итоге за возврат кредита отвечает группа и только с учетом экономических возможностей всей группы кредитор принимал решение о выдаче кредита и связывал свои ожидания по его возврату.

Как отмечено в указанном Определении Верховного Суда Российской Федерации, для констатации злоупотреблений при заключении обеспечительных сделок, влекущих их ничтожность, должны быть приведены достаточно веские аргументы о значительном отклонении поведения банка и поручителя (залогодателя) от стандартов разумного и добросовестного осуществления своих гражданских прав, направленность их действий на явный ущерб кредиторам должника. К их числу, например, могут быть отнесены участие кредитора в операциях по неправомерному выводу активов должника; получение кредитором безосновательного контроля над ходом дела о несостоятельности; реализация договоренностей между заимодавцем и поручителем (залогодателем), направленных на причинение вреда иным кредиторам, лишение их части того, на что они справедливо рассчитывали, и т.п.

В данном случае суд первой инстанции в соответствии с приведенной позицией установил, что заключение Банком и Обществом  обеспечительных сделок являлось стандартной практикой с точки зрения целесообразности и разумности поведения как кредитора, так и поручителя, и не имело целью причинение вреда иным кредиторам. В связи с чем правомерно отказал в признании сделок недействительными по указанным конкурсным управляющим основаниям.

Выводы суда первой инстанции о возрастании к моменту совершения спорных сделок чистых активов Общества подтверждены представленными в материалы дела бухгалтерскими балансами.

Согласно пункту 22 Обзора Верховного Суда Российской Федерации от 14.11.2018 презумпция получения выгоды всей группой компаний в результате предоставления одному из ее участников кредитных денежных средств, является опровержимой, на что верно указал апелляционный суд. 

Между тем из материалов дела не следует, что в данном случае означенная презумпция опровергнута. Вопреки мнению апелляционного суда, само по себе возбуждение по заявлению кредитора не свидетельствует об обоснованности требования заявителя. 

Суд кассационной инстанции находит обоснованным довод Банка об отсутствии в данном случае оснований для применения по отношению к нему  повышенного стандарта доказывания выгодности сделок должника при отсутствии  бенефициарных интересов Банка.

Доказательства, которые бы давали основания полагать, что Банк на момент совершения спорных сделок мог предвидеть несостоятельность группы компаний,  последующее признание сделок недействительными, не представлены.  

В связи с неправильным применением норм материального права  судом апелляционной инстанции и несоответствием его выводов фактическим обстоятельствам дела и  имеющимся в деле доказательствам, обжалуемое постановление в силу части 1 статьи 288 АПК РФ подлежит отмене.

Определение  суда первой инстанции является законным и обоснованным, подлежит оставлению в силе.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ, пунктом 16 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.07.2014 № 46 «О применении законодательства о государственной пошлине при рассмотрении дел в арбитражных судах» с  должника как проигравшей стороны в споре подлежит взысканию непосредственно в доход федерального бюджета применительно к части 3 статьи 110 АПК РФ государственная пошлина, не уплаченная ООО «Кронверк» при подаче кассационной жалобы.

Руководствуясь статьями 286, 287, 288 и 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.12.2021 по делу № А56-70701/2019 отменить.

Определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 28.07.2021 по указанному делу оставить в силе.

Взыскать с непубличного акционерного общества «Компрессорный комплекс» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) 3000 руб. государственной пошлины за рассмотрение кассационной жалобы общества с ограниченной ответственностью «Кронверк».

Председательствующий

С.Г. Колесникова

Судьи

 

Е.Н. Бычкова

А.Э. Яковлев