ДВАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Староникитская ул., 1, г. Тула, 300041, тел.: (4872)70-24-24, факс (4872)36-20-09

e-mail: info@20aas.arbitr.ru, сайт: http://20aas.arbitr.ru 

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А62-2078/2019

г. Тула

01 сентября 2022 года

20АП-4049/2022 

 

            Резолютивная часть постановления объявлена 25 августа 2022 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 01 сентября 2022 года.

 

Двадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Мосиной Е.В.,  судей  Афанасьевой Е.И., Тучковой О.Г.,  

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, 

при участии в судебном заседании: 

от ФИО2 – ФИО3 (паспорт, доверенность от 20.05.2019),

в отсутствие в судебном заседании иных лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2

на определение Арбитражного суда Смоленской области от 13.05.2022 по делу              № А62-2078/2019 (судья Алмаев Р.Н.),

вынесенное по заявлению ФИО2 о признании сделки недействительной (договор дарения от 17.02.2016) заключенный между Тимофеевой Феррейрой С.Н. и ФИО6, между ФИО6 и ФИО7 (договор купли-продажи от 16.06.2016), между ФИО7 и ФИО8 (договор купли продажи от 13.04.2020), между ФИО8 и ФИО9 (договор купли-продажи от 21.04.2021), 

третье лицо: ФИО10, 

по делу по заявлению ФИО11 признании должника гражданки РФ ФИО11 (ДД.ММ.ГГГГ г.р., 

<

...> зарегистрирована: 214016 Смоленская область, г.Смоленск, д. Новосельцы д. 29А, ИНН 

<

***>; СНИЛС 

<

***>) несостоятельным (банкротом),

УСТАНОВИЛ:

14.03.2019 в Арбитражный суд Смоленской области поступило заявление ФИО11 о признании должника гражданки РФ ФИО11 несостоятельным (банкротом).

Заявителем предложена кандидатура арбитражного управляющего из числа членов Ассоциации МСРО «ДМСО» - Ассоциация «Дальневосточная межрегиональная саморегулируемая организация профессиональных арбитражных управляющих».

Определением Арбитражного суда Смоленской области от 22.04.2019 заявление ФИО11 о признании несостоятельной (банкротом) признано обоснованным, введена процедура реструктуризации долгов. Финансовым управляющим должника утвержден ФИО12.

Решением Арбитражного суда Смоленской области от 10.09.2019 должник ФИО11 признана несостоятельной (банкротом), введена процедура реализации имущества должника. Финансовым управляющим должника утвержден ФИО12.

24.07.2021 кредитор ФИО2 обратился в Арбитражный суд Смоленской области с заявлением (с учетом уточнения заявленных требований, принятого судом в порядке, предусмотренном статьей 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), в котором просит:

- признать недействительным договор дарения от 17.02.2016, заключенный между ФИО11 (в настоящее время Тимофеева Феррейра С.Н.) и ФИО6;

- признать недействительным договор купли-продажи от 16.06.2016, заключенный между ФИО6 и ФИО7;

- признать недействительным договор купли-продажи от 13.04.2020, заключенный между ФИО7 и ФИО8

- признать недействительным договор купли-продажи 21.04.2021, заключенный между ФИО8 и ФИО9;

- применить последствия недействительности сделок, восстановив право собственности Тимофеевой Феррейра Светланы Николаевны на объекты недвижимости: 

- гараж, назначение: нежилое, площадь 89.7 кв.м., количество этажей 3, в том числе подземный 1, адрес объекта: 

<

...>, 67:27:0031446:446, 

- долю собственности в размере 1/2  на земельный участок с кадастровым номером 67:27:0031446:58, адрес объекта: 

<

...>.

Определением Арбитражного суда Смоленской области от 13.05.2022 в удовлетворении заявления отказано.

Не согласившись с определением Арбитражного суда Смоленской области от 13.05.2022, ФИО2 обратился в Двадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение Арбитражного суда Смоленской области от 13.05.2022 отменить и принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований в полном объеме. В обоснование доводов апелляционной жалобы заявитель указывает, что Тимофеева Феррейра С.Н. о применении последствий пропуска срока исковой давности не заявляла. Полагает, что трехлетний срок исковой давности на оспаривание сделок должника на основании статей 10, 168 ГК РФ начал свое исчисление с даты введения в отношении должника процедуры реструктуризации задолженности, т.е. с 22.04.2019, и на дату подачи заявления в суд - 24.07.2021 не истек. Кроме того, ссылается на то, что судом первой инстанции не рассмотрено ходатайство ФИО2 о восстановлении срока давности по требованию о признании недействительными сделок. Обращает внимание суда апелляционной инстанции на то, что в настоящее время спорным имуществом продолжает пользоваться Тимофеева Феррейра С.Н., что свидетельствует о мнимости сделок. 

В судебном заседании представитель ФИО2 на доводах апелляционной жалобы настаивал в полном объеме. 

Тимофеева Феррейра С.Н. представила отзыв, в котором возражает против доводов апелляционной жалобы, просит определение суда оставить без изменения. 

Иные лица, участвующие в деле, отзывы на апелляционную жалобу не представили, о времени и месте судебного заседания, извещены надлежащим образом.

Проверив законность и обоснованность судебного акта в порядке статей 266, 268, Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), изучив доводы апелляционной жалобы, исследовав материалы дела, суд апелляционной инстанции считает, что определение суда отмене не подлежит по следующим основаниям.

Как установлено судом и следует из материалов дела, 17.02.2016 между Тимофеевой Феррейра С.Н. (Даритель) и ФИО6 (Одаряемый) заключен договор дарения, согласно которому Даритель безвозмездно передал, а Одаряемый принял в дар в собственность следующее имущество - гараж, нежилой, площадь 89,7 кв.м., количество этажей 3, в том числе подземных 1, кадастровый номер 67:27:0031446:446, а также долю в собственности в размере 1/2 на земельный участок, общей площадью 800 кв.м., кадастровый номер 67:27:0031446:58, расположенные по адресу: 

<

...>.

16.06.2016 между ФИО6 (Продавец) и ФИО7 (Покупатель) заключен договор купли-продажи объектов недвижимости, согласно которому Продавец передал, а Покупатель принял в собственность следующее имущество - гараж, нежилой, площадь 89,7 кв.м., количество этажей 3, в том числе подземных 1, кадастровый номер 67:27:0031446:446, а также долю в собственности в размере 1/2 на земельный участок, общей площадью 800 кв.м., кадастровый номер 67:27:0031446:58, расположенные по адресу: 

<

...>. Стоимость сделки определена сторонами в размере 2 500 000 руб. (гараж – 2 000 000 руб., доля в участке - 500 000 руб.). В договоре указано, что продавец деньги в сумме 2 500 000 руб. получил.

Как следует из материалов дела, спорный объект недвижимого имущества, согласно выписке из регистрационных органов, реконструирован. Изменена площадь объекта недвижимого имущества и его характеристики по отношению объекта недвижимого имущества переданного по первоначальной сделке.

13.04.2020 между ФИО7 (Продавец) и ФИО8 (Покупатель) заключен договор купли-продажи, согласно которому Продавец передал, а Покупатель принял в собственность следующее имущество - гараж, нежилой, площадь 35,4 кв.м., этаж 1, 2, кадастровый номер 67:27:0000000:5473, гараж, нежилой, площадь 84,7 кв.м., этаж 1, кадастровый номер 67:27:0000000:5474, а также долю в собственности в размере 1/2 на земельный участок, общей площадью 800 кв.м., кадастровый номер 67:27:0031446:58, расположенные по адресу: 

<

...>. Стоимость сделки определена сторонами в размере 2 500 000 руб. (гараж площадью 35,4 кв.м. – 600 000 руб., гараж площадью 84,7 кв.м. – 1 400 000 руб., доля в участке - 500 000 руб.). В договоре указано, что продавец деньги в сумме 2 500 000 руб. получил.

21.04.2021 между ФИО8 (Продавец) и ФИО9 (Покупатель) заключен договор купли-продажи, согласно которому Продавец передал, а Покупатель принял в собственность следующее имущество - гараж, нежилой, площадь 35,4 кв.м., этаж 1, 2, кадастровый номер 67:27:0000000:5473, гараж, нежилой, площадь 84,7 кв.м., этаж 1, кадастровый номер 67:27:0000000:5474, а также долю в собственности в размере 1/2 на земельный участок, общей площадью 800 кв.м., кадастровый номер 67:27:0031446:58, расположенные по адресу: 

<

...>. Стоимость сделки определена сторонами в размере 2 500 000 руб. (гараж площадью 35,4 кв.м. – 600 000 руб., гараж площадью 84,7 кв.м. – 1 400 000 руб., доля в участке - 500 000 руб.). В договоре указано, что продавец деньги в сумме 2 500 000 руб. получил.

Полагая, заключенные Договоры направлены на исключение объектов недвижимости: гараж, нежилой, 67:27:0031446:446, а также 1/2 доли на земельный участок 67:27:0031446:58, расположенных по адресу: 

<

...> из конкурсной массы гражданина-должника, сделки были совершены с выходом за пределы осуществления гражданских прав всеми сторонами сделок, кредитор ФИО2 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании указанных договоров недействительными на основании статьей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Отказывая в удовлетворении заявления ФИО2, суд первой инстанции исходил из пропуска заявителем срока исковой давности для оспаривания на основании статей 10, 168 ГК РФ договора дарения от 17.02.2016, заключенного между ФИО11 (в настоящее время Тимофеева Феррейра С.Н.) и ФИО6; договора купли-продажи от 16.06.2016, заключенного между ФИО6 и ФИО7         В отношении договора купли-продажи от 13.04.2020, заключенного между ФИО7 и ФИО8, и договора купли-продажи 21.04.2021, заключенного между ФИО8 и ФИО9, суд не установил оснований для признания их недействительными сделками на основании статей 10, 168 ГК РФ, так как заявителем не доказано наличие умысла участников сделок, их сознательного, целенаправленного поведения, направленного на причинение вреда иным лицам.

При этом суд обоснованно руководствовался следующим. 

В силу статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в названном Законе. 

Заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника (статья 61.8 Закона о банкротстве).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов.

Из пункта 2 статьи 61.9 Закона о банкротстве следует, что заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд наряду с лицами, указанными в пункте 1 настоящей статьи, конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер кредиторской задолженности перед ним, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его аффилированных лиц.

Согласно разъяснениям, сформулированным в пункте 17 постановления Пленума № 63, в порядке главы III.1 Закона о банкротстве (в силу пункта 1 статьи 61.1) подлежат рассмотрению требования о признании недействительными сделок должника как по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве (статьи 61.2 и 61.3 и иные содержащиеся в этом законе помимо главы III.1 основания), так и по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством (в частности, по основаниям, предусмотренным ГК РФ).

Статья 168 ГК РФ предусматривает, что сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В силу части 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Пунктом 10 постановления Пленума ВАС РФ от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», разъяснено, что исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части 1 Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное. Таким образом, презумпция добросовестности является опровержимой. Основным признаком наличия злоупотребления правом является намерение причинить вред другому лицу.

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу, суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении упомянутых сделок (пункт 9 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008  № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Согласно пункту 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Для признания сделки мнимой необходимо установить то, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Если хотя бы у одной из сторон имелась воля на создание правовых последствий от оспариваемой сделки, то мнимый характер сделки исключается.

Судом установлено, что кредитор ФИО2 в Промышленном районном суде г.Смоленска (дело № 2-250/2017) оспаривал, в том числе ввиду мнимости (пункт 1 статьи 170 ГК РФ) следующие сделки: 

- договор дарения от 17.02.2016, заключенный между ФИО11 (в настоящее время Тимофеева Феррейра С.Н.) и ФИО6, в отношении имущества - гаража кадастровый номер 67:27:0031446:446 и 1/2 права собственности на земельный участок кадастровый номер 67:27:0031446:58, расположенных по адресу: 

<

...>,

- договор купли-продажи от 16.06.2016, заключенный между ФИО6 и ФИО7 в отношении имущества - гаража кадастровый номер 67:27:0031446:446 и 1/2 права собственности на земельный участок кадастровый номер 67:27:0031446:58, расположенных по адресу: 

<

...>.

Решением Промышленного районного суда г.Смоленска от 06.07.2017 дело № 2-250/2017 в удовлетворении требований ФИО2 к ФИО6, ФИО11, ФИО7 о признании сделок недействительными отказано, так как суд пришел к выводу об отсутствии оснований для признания сделок недействительными по признаку мнимости. 

Апелляционным определением Смоленского областного суда от 10.10.2017 вышеуказанное решение оставлено без изменения.

В ходе рассмотрения настоящего спора должником – Тимофеевой Феррейра С.Н. заявлено о пропуске кредитором срока давности на оспаривание сделки (возражения на заявление от 10.09.2021 – т.1, л.д. 106-108).

Судебная защита нарушенных гражданских прав гарантируется в пределах срока исковой давности (статья 195 ГК РФ).

В пункте 1 статьи 200 ГК РФ отсутствует закрытый перечень обстоятельств, свидетельствующих о том, когда заинтересованное лицо должно было узнать о нарушении своего права. Соответствующий вывод суда зависит от конкретных обстоятельств дела и их оценки с учетом той степени заботливости и осмотрительности, которые заинтересованное лицо должно было разумно проявлять в отношении своих прав и имущества.

Следовательно, право на оспаривание сделок по общегражданским основаниям возникает у лица, не являющегося стороной сделки, с даты, когда оно узнало или должно было узнать о начале ее исполнения.

В рассматриваемом случае, с учетом содержания приведенных норм, арбитражным судом первой инстанции установлено, что ФИО2 о заключении оспариваемых договоров было известно в 2017 году, поскольку 06.07.2017 Промышленным районным судом г.Смоленска было вынесено решение от 06.07.2017 по делу № 2-250/2017 об отказе ФИО2 в признании недействительными договора дарения от 17.02.2016, заключенного между ФИО11 и ФИО6, договора купли-продажи от 16.06.2016, заключенного между ФИО7 и ФИО6

С заявлением о признании недействительными сделок: договора дарения от 17.02.2016, заключенного между ФИО11 и ФИО6; договора купли-продажи от 16.06.2016, заключенного между ФИО6 и ФИО7, в рамках дела о банкротстве Тимофеевой Феррейры С.Н. кредитор ФИО2 обратился в арбитражный суд в рамках дела о банкротстве - 24.07.2021.

Постановлением Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 60 «О внесении дополнений в постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» пункт 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» дополнен предложением, согласно которому по требованию арбитражного управляющего или кредитора о признании недействительной сделки, совершенной со злоупотреблением правом (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации) до или после возбуждения дела о банкротстве, исковая давность в силу пункта 1 статьи 181 Гражданского кодекса составляет три года и исчисляется со дня, когда оспаривающее сделку лицо узнало или должно было узнать о наличии обстоятельств, являющихся основанием для признания сделки недействительной, но не ранее введения в отношении должника первой процедуры банкротства.

В настоящем случае первая процедура банкротства в отношении должника - процедура реструктуризации долгов - введена 22.04.2019.

Между тем, с учетом установленных судом обстоятельств, к указанной дате трехлетний срок исковой давности, предусмотренный пунктом 1 статьи 181 ГК РФ, истек.

В силу пункта 2 статьи 199 ГК РФ истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Из разъяснений, данных в пункте 26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12 и 15.11.2001 № 15/18 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», следует, что если в ходе судебного разбирательства будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования именно по этим мотивам, поскольку в соответствии с абзацем 2 пункта 2 статьи 199 ГК РФ истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске.

Бремя доказывания наличия обстоятельств, свидетельствующих о перерыве, приостановлении течения срока исковой давности, возлагается на лицо, предъявившее иск (пункт 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности»).

С учетом вышеизложенного, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о пропуске кредитором ФИО2 срока исковой давности по оспариванию сделок - договора дарения от 17.02.2016, заключенного между ФИО11 и ФИО6, договора купли-продажи от 16.06.2016, заключенного между ФИО7 и ФИО6, по общим основаниям Гражданского кодекса Российской Федерации.

При этом судом приняты во внимание установленные вступившим в законную силу судебным актом (Решение Промышленного районного суда г. Смоленска от 06.07.2017 дело № 2-250/2017) обстоятельства отсутствия доказательств мнимости вышеуказанных сделок.

Рассмотрев требования заявителя о признании недействительными договора купли-продажи от 13.04.2020, заключенного между ФИО7 и ФИО8, и договора купли-продажи 21.04.2021, заключенного между ФИО8 и ФИО9, на основании статей 10 и 168 ГК РФ, суд области не установил таких оснований, поскольку заявителем не доказано наличие умысла участников сделок, их сознательного, целенаправленного поведения, направленного на причинение вреда иным лицам.

Материалами дела подтверждено и не оспаривается сторонами, что оспариваемые сделки совершены заинтересованным лицом – ФИО8 Однако данное обстоятельство само по себе не влияет на недействительность оспариваемой сделки, при том, что факт заинтересованности ФИО7 и ФИО9 не установлен.

Каких-либо допустимых документальных доказательств заведомо недобросовестного поведения ФИО7 и ФИО9, направленного на причинение вреда другим лицам, при заключении оспариваемых договоров, в материалы дела не представлено (статьи 9, 65 АПК РФ).

При этом суд первой инстанции критически отнесся к данным в ходе судебного разбирательства показаниям свидетелей ФИО2, ФИО13, ФИО13 о том, что Тимофеева Феррейра С.Н. продолжала пользоваться и владеть имуществом, поскольку свидетели является членами семьи заявителя и могут быть заинтересованы в исходе дела.

Доводы заявителя жалобы о том, что Тимофеева Феррейра С.Н. в ходе рассмотрения настоящего обособленного спора не заявляла о применении последствий пропуска срока исковой давности, подлежат отклонению, учитывая, что в возражениях на заявление должник изложила доводы о пропуске кредитором срока исковой давности, а также возражала против удовлетворения ходатайства о восстановлении пропущенного срока, указав на то, что причины пропуска срока, изложенные ФИО2 в ходатайстве – большое количество судебных споров с ответчиком, не являются уважительными. 

В пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» разъяснено, что пунктом 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации не предусмотрено какого-либо требования к форме заявления о пропуске срока исковой давности: оно может быть сделано как в письменной, так и в устной форме.

Доводы заявителя жалобы о том, что срок исковой давности на оспаривание сделок должника начал свое исчисление с даты введения в отношении должника процедуры реструктуризации задолженности, т.е. с 22.04.2019, и на дату подачи заявления в суд - 24.07.2021 срок не истек, ошибочны и подлежат отклонению, 

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» разъяснено, что исходя из нормы статьи 195 ГК РФ под правом лица, подлежащим защите судом, следует понимать субъективное гражданское право конкретного лица. Если иное не установлено законом, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо, право которого нарушено, узнало или должно было узнать о совокупности следующих обстоятельств: о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно указывал, что законодатель в пределах своей дискреции вправе устанавливать, изменять и отменять сроки исковой давности в зависимости от цели правового регулирования и дифференцировать их при наличии к тому объективных и разумных оснований, а также закреплять порядок их течения во времени, с тем чтобы обеспечивались возможность исковой защиты права, стабильность и предсказуемость правового статуса субъектов правоотношений. Соответственно, пункт 1 статьи 200 ГК РФ сформулирован так, что наделяет суд необходимыми полномочиями по определению момента начала течения срока исковой давности исходя из фактических обстоятельств дела (определения от 08.04.2010 N 456-О-О, от 21.11.2013 N 1756-О, от 20.03.2014 N 534-О, от 29.03.2016 N 516-О, от 19.07.2016 N 1555-О, от 29.09.2016 N 2071-О, от 25.10.2016 N 2309-О, постановление от 05.03.2019 N 14-П).

Таким образом, исходя из приведенных норм Гражданского кодекса Российской Федерации в их истолковании Конституционным Судом Российской Федерации и Пленумом Верховного Суда Российской Федерации, именно суд наделен полномочиями по определению момента начала течения срока исковой давности, которое зависит от того, когда истец узнал или должен был узнать о нарушении своего права.

Как указано выше, ФИО2 о заключении оспариваемых договоров было известно в 2017 году, поскольку 06.07.2017 Промышленным районным судом г.Смоленска было вынесено решение от 06.07.2017 по делу № 2-250/2017 об отказе ФИО2 в признании недействительными договора дарения от 17.02.2016, заключенного между ФИО11 и ФИО6, договора купли-продажи от 16.06.2016, заключенного между ФИО7 и ФИО6

При этом то обстоятельство, что в 2019 году было возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве) Тимофеевой Феррейра С.Н. и 22.04.2019 введена процедура реструктуризации долгов гражданина, не является основанием считать, что срок исковой давности для защиты нарушенного права начинает течь именно с этой даты. 

ФИО2 в жалобе ссылается на разъяснения, изложенные в пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)».

Действительно, в пункте 10 вышеуказанного постановления Пленума № 32 содержатся разъяснения, о том, что по требованию арбитражного управляющего или кредитора о признании недействительной сделки, совершенной со злоупотреблением правом (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса) до или после возбуждения дела о банкротстве, исковая давность в силу пункта 1 статьи 181 Гражданского кодекса составляет три года и исчисляется со дня, когда оспаривающее сделку лицо узнало или должно было узнать о наличии обстоятельств, являющихся основанием для признания сделки недействительной, но не ранее введения в отношении должника первой процедуры банкротства.

Вместе с тем указанное разъяснение не может служить основанием для продления срока исковой давности в отношении требования кредитора, который знал о совершенных должником сделках и нарушении этими сделками его прав. 

Более того, ФИО2 предпринял меры к защите своего нарушенного права, обратившись в 2017 году в Промышленный районный суд г.Смоленска с заявлением об оспаривании сделок должника. 

Доводы заявителя жалобы о том, что в настоящее время спорным имуществом продолжает пользоваться Тимофеева Феррейра С.Н., что свидетельствует о мнимости сделок, были предметом рассмотрения суде первой инстанции и обоснованно отклонены, учитывая, что надлежащие доказательства в обоснование данных утверждений кредитором не представлены. 

С учетом изложенного, апелляционный суд считает, что судом первой инстанции обстоятельства спора исследованы всесторонне и полно, нормы материального и процессуального права применены правильно, выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Основания для переоценки обстоятельств, правильно оцененных первой инстанции, у апелляционного суда отсутствуют.

При таких обстоятельствах, обжалуемое определение суда следует оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Нарушений норм процессуального права, влекущих по правилам части 4 статьи 270 АПК РФ безусловную отмену судебного акта, апелляционным судом не установлено.

            Руководствуясь статьями 266, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Двадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Смоленской области от 13.05.2022 по делу № А62-2078/2019  оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Центрального округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме.                                  В соответствии с частью 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации кассационная жалоба подается через суд первой инстанции.

 

Председательствующий 

Судьи                                                                              

Е.В. Мосина

Е.И. Афанасьева

О.Г. Тучкова