1165/2019-27042(1) 

ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

644024, г. Омск, ул. 10 лет Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru  

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А70-9913/2016

23 мая 2019 года

город Омск

 

Резолютивная часть постановления объявлена 16 мая 2019 года Постановление изготовлено в полном объеме 23 мая 2019 года 

Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:  

председательствующего Брежневой О.Ю. судей Зориной О.В., Шаровой Н.А. при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный  номер 08АП-3729/2019) ФИО2 на определение  Арбитражного суда Тюменской области от 27 февраля 2019 года по делу № А70-  9913/2016 (судья Мингалева Е.А.), вынесенное по результатам рассмотрения заявления  финансового управляющего ФИО3 ФИО4  к ФИО2 о признании недействительной сделки по  заключению договора купли-продажи жилого дома от 28.01.2014, заключенного между  должником и ФИО2, а также сделки по заключению  договора купли-продажи земельного участка от 22.01.2014, заключенного между  ФИО3 и ФИО2 применении  последствий недействительности сделок, в рамках дела о несостоятельности  (банкротстве) гражданина ФИО3 (ИНН: 

<

***>),  

при участии в судебном заседании: ФИО2 лично (паспорт), 

установил:

Федеральная налоговая служба (далее – ФНС России, заявитель) 10.08.2016  обратилась в арбитражный суд Тюменской области с заявлением о признании  

Караулова Игоря Львовича (далее – Караулов И.Л., должник) несостоятельным  (банкротом).  

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 19.09.2016 заявление  ФНС России принято, возбуждено производство по делу № А470-9913/2016, назначено  судебное заседание по проверке его обоснованности.  

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 01.02.2017 суд  перешел к рассмотрению дела по правилам параграфа 4 главы Х «Особенности  рассмотрения дела о банкротстве гражданина в случае его смерти» Федерального закона  от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».  

Решением Арбитражного суда Тюменской области от 08.02.2017 (резолютивная  часть объявлена 02.02.2017) ФИО3 признан несостоятельным (банкротом), в  отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина,  финансовым управляющим должника утвержден ФИО5.  

Сообщение о признании должника несостоятельным (банкротом) и открытии в  отношении него процедуры реализации долгов гражданина опубликовано в печатном  издании «Коммерсантъ» от 18.02.2017 № 31.  

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 07.04.2017  арбитражный управляющий ФИО5 освобожден от исполнения  обязанностей финансового управляющего ФИО3, финансовым управляющим  должника утвержден ФИО4.  

Финансовый управляющий должника обратился 21.08.2017 в Арбитражный суд  Тюменской области с заявлением к ФИО2 (далее –  ФИО2, ответчик, податель жалобы) о признании недействительным договора  купли-продажи жилого дома от 28.01.2014 и применении последствий  недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу должника жилого дома,  площадью 853 кв.м, с кадастровым номером 72:23:0429001:1060, расположенного по  адресу: 

<

...>.  

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 17.04.2018 по делу №  А70-9913/2016, оставленным без изменения постановлением Восьмого арбитражного  апелляционного суда от 21.07.2018, заявление финансового управляющего  удовлетворено; договор купли-продажи жилого дома от 28.01.2014, заключенный между  должником и ФИО2, признан недействительным; применены последствия  недействительной сделки в виде взыскания с ФИО2 в конкурсную массу  должника денежных средств в размере 500 000 руб.; с ФИО6 в конкурсную  

массу должника взысканы расходы по уплате государственной пошлине в размере 6 000  руб.  

Постановлением Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 22.10.2018  указанные судебные акты отменены, заявление финансового управляющего ФИО4 о признании сделки недействительной и применении последствий ее  недействительности направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд Тюменской  области.  

К участию в рамках обособленного спора судом привлечен к участию в качестве  третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета  заявления, ФИО6 (далее по тексту – ФИО6).  

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 06.12.2018 заявление  финансового управляющего ФИО4 к ФИО2 о признании  недействительной сделки по заключению договора купли-продажи жилого дома от  28.01.2014, заключенного между должником и ФИО2, и применении  последствий недействительности сделки, и заявление финансового управляющего  ФИО4 о признании недействительной сделкой договора купли-продажи  земельного участка от 22.01.2014, заключенного между ФИО3 и ФИО2, и применении последствий недействительности сделки, объединены в одно  производство.  

В процессе рассмотрения спора финансовый управляющий ФИО4  уточнил заявленные требования, просил признать недействительной сделку по  отчуждению ФИО3 в собственность ФИО2 следующего  недвижимого имущества: жилой дом, площадью 853 кв.м, кадастровый номер №  72:23:0429001:1060, местонахождение: 

<

...>, признать недействительной сделку по отчуждению ФИО3 в  собственность ФИО2 следующего недвижимого имущества: земельный  участок площадью 918 кв.м, кадастровый номер № 72:23:0429001:643, местоположение:  

<

...>, применить последствия  недействительности сделки: обязать ФИО2 вернуть в конкурсную массу  ФИО3 следующие объекты недвижимости: жилой дом, площадью 853 кв.м, с  кадастровым номером № 72:23:0429001:1060, местонахождение: 

<

...>, применить последствия недействительности сделки  в виде обязания ФИО2 вернуть в конкурсную массу ФИО3 денежные  средства соразмерно стоимости земельного участка, площадью 918 кв.м, с кадастровым  

номером № 72:23:0429001:1060, местонахождение: Тюменская область, город Тюмень,  ул. Колхозная, д. 10 по договору от 22.01.2014 в размере 2 500 000 рублей.  

Ходатайство об уточнении требований принято судом первой инстанции (т.48  л.д. 51-55).  

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 27.02.2019 заявление  финансового управляющего ФИО4 к ФИО2 удовлетворено.  Признана недействительной сделка по заключению договора купли-продажи жилого  дома от 28.01.2014 между ФИО3 и ФИО2, и отчуждению  недвижимого имущества: жилого дома, площадью 823 кв.м, с кадастровым номером:  72:23:0429001:1060, расположенного по адресу: 

<

...>.  Применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО2 в конкурсную массу должника денежных средств в размере 500 000 руб.  

Признана недействительной сделка по заключению договора купли-продажи  земельного участка от 22.01.2014 между ФИО3 и ФИО2 и  отчуждению земельного участка, площадью 918 кв.м, с кадастровым номером  72:23:0429001:643, местоположение: 

<

...>. Применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО2 в конкурсную массу должника денежных средств соразмерно стоимости  земельного участка, площадью 918 кв.м, с кадастровым номером 72:23:0429001:643,  местоположение: 

<

...> в размере 2 500  000 руб.  

С ФИО2 в пользу ФИО3 взысканы расходы по уплате  государственной пошлине в размере 12 000 руб.  

Не соглашаясь с принятым судебным актом, ФИО2 обратилась с  апелляционной жалобой, в которой просит обжалуемое определение суда отменить  полностью, в удовлетворении требований финансового управляющего отказать в  полном объеме.  

В обоснование апелляционной жалобы податель указывает на неправильное  исчисление судом срока исковой давности, о пропуске которого было заявлено  ответчиком; вывод суда первой инстанции о наличии у должника на дату заключения  договоров признаков неплатежеспособности не соответствует фактическим  обстоятельствам дела и имеющимся доказательствам; материалами дела о банкротстве  подтверждается наличие у должника недвижимого имущества на дату совершения  оспариваемых договоров, иных сделок, признанных судом недействительными, которые  

совершены Карауловым И.Л. после заключения оспариваемых договоров с Карауловой  С.С., следовательно, на дату заключения договора должник обладал указанным  имуществом.  

Также, по мнению апеллянта, является необоснованным вывод суда первой  инстанции о безвозмездности оспариваемых сделок, а также о недобросовестности  ФИО3 и ФИО2 и злоупотреблении ими своими правами.  

Отзывы на апелляционную жалобу не поступили. 

В заседании суда апелляционной инстанции ФИО2 поддержала доводы,  изложенные в апелляционной жалобе, считала определение суда первой инстанции  незаконным и необоснованным, вынесенным с нарушением норм материального права.  Просила его отменить, апелляционную жалобу – удовлетворить.   

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные в  соответствии со статьей 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации (далее – АПК РФ) о месте и времени рассмотрения апелляционной жалобы,  явку своих представителей в заседание суда апелляционной инстанции не обеспечили.  

Суд апелляционной инстанции, руководствуясь частью 3 статьи 156, статьей 266  АПК РФ, рассмотрел апелляционную жалобу в отсутствие неявившихся представителей  участвующих в деле лиц.  

Законность и обоснованность определения Арбитражного суда Тюменской  области от 27.02.2019 по делу № А70-9913/2016 проверены в порядке статей 266, 268  АПК РФ.  

Повторно исследовав материалы обособленного спора в пределах доводов  апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции не установил оснований для  отмены или изменения определения суда первой инстанции.  

Согласно части 1 статьи 223 АПК РФ и статье 32 Федерального закона от  26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее по тексту - Закон о  банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным  судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями,  установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о  несостоятельности (банкротстве).  

Как следует из материалов настоящего спора и установлено судом первой  инстанции, 06.12.2013 между ФИО3 (продавец в будущем) и ФИО2 (покупатель) заключен договор о намерениях (предварительный договор купли- продажи земельного участка с жилым домом), по условиям которого продавец принял  

на себя обязательства подписать договор купли-продажи земельного участка и договор  купли-продажи жилого дома, расположенного по адресу: г.Тюмень, ул.Колхозная, д.10  (п. 2.1 договора) (т.41 л.д.16,18,19).  

В соответствии с пунктом 3.1 договора продавец принял на себя обязательства  заключить (подписать) договор купли-продажи земельного участка и договора купли- продажи жилого дома, расположенных по адресу: 

<

...>.  

Согласно пункту 3.2 договора продавец и покупатель определили стоимость  земельного участка, расположенного по адресу: 

<

...>, в  размере 2 500 000 руб., и жилого дома, расположенного по адресу: 

<

...>, в размере 500 000 руб.  

Покупатель обязуется в день подписания настоящего договора оплатить  продавцу денежные средства в размере 3 000 000 руб., факт передачи денежных средств  подтверждается распиской в получении денежных средств; подписать акт приема- передачи земельного участка и жилого дома, расположенных по адресу: 

<

...> (пункт 3.4. договора).  

В подтверждении факта оплаты в рамках указанного договора в материалы дела  представлена расписка от 06.12.2013 в получении денежных средств в размере 3 000 000  руб. (т.41 л.д.19).  

В последующем, 22.01.2014 между гражданином ФИО3 в лице  гражданина ФИО6, действующего на основании нотариальной доверенности  от 13.11.2013 (бланк № 72 АА 0540571), (продавец) и ФИО2 (покупатель)  заключен договор купли-продажи земельного участка, по условиям которого продавец  принял на себя обязательство передать покупателю в собственность земельный участок,  вид права: собственность, объект права: земельный участок, категория земель: земли  населенных пунктов, разрешенное использование: под индивидуальный жилой дом и  хозяйственно-бытовые строения. Площадь земельного участка: 904 кв.м, адрес объекта:  

<

...>, кадастровый (условный) номер  земельного участка № 72:23:0429001:643 (пункт 1.2 договора).  

Продавец обязуется передать земельный участок в состоянии, пригодном для его  использования в соответствии с разрешенным использованием, указанным в пункте 1.2  договора (пункт 1.3 договора).  

Согласно пункту 2.1.1 договора продавец обязан передать покупателю по  передаточному акту земельный участок в течение трех дней с момента подписания  настоящего договора.  

Покупатель обязан оплатить цену земельного участка, указанного в пункте 3.1.  настоящего договора, в порядке и в сроки, предусмотренные настоящим договором.  

Согласно п. 3.1. договора договорная цена земельного участка, указанного в п.1.2  настоящего договора составляет 2 500 000 руб. Оплата между продавцом и покупателем  производится путем передачи наличных денежных средств в день подписания  настоящего договора. Получение денежных средств оформляется распиской.  

Во исполнение условий указанного договора между сторонами подписан акт  приема-передачи земельного участка от 22.01.2014 (т.28 л.д.156).  

28.01.2014 между гражданином ФИО3 в лице гражданина ФИО6, действующего на основании нотариальной доверенности от 13.11.2013 (бланк №  72 АА 0540571), (продавец) и ФИО2 (покупатель) заключен договор купли- продажи жилого дома, по условиям которого продавец передал, а покупатель принял  объект - назначение - жилой дом, 3-х этажный., общей площадью 853,0 кв. м, адрес  (местонахождения) объекта: 

<

...>, с кадастровым номером  72:23:0429001-10609, запись № 7200/201/13- 280515 от 09.12.2013 (т.28 л.д.17-20).  

Согласно пункту 3.1 договора договорная цена жилого дома составляет 500 000  руб. Оплата между продавцом и покупателем производится путем передачи наличных  денежных средств в день подписания настоящего договора. Получение денежных  средств оформляется распиской.  

Во исполнение условий договора между сторонами подписан акт приема- передачи жилого дома от 28.01.2014 (т.28 л.д.112).  

Полагая, что указанные договоры являются недействительной сделкой на  основании статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту  – ГК РФ), финансовый управляющий ФИО4 обратился в арбитражный суд с  настоящими заявлениями, которые были объединены судом для совместного  рассмотрения определением Арбитражного суда Тюменской области от 06.12.2018.  

Установив, что ФИО3 и ФИО2 действовали недобросовестно,  поскольку знали о наличии обязательств должника по уплате налогов, кредитов,  совершили сделку по безвозмездному отчуждению спорного имущества в личных  интересах без учета прав и законных интересов рассчитывающих на разумное и  добросовестное поведение должника кредиторов, что повлекло за собой уменьшение  конкурсной массы должника, в результате чего был причинен вред имущественным  правам кредиторов, суд первой инстанции пришел к выводу о наличии оснований для  

признания оспариваемых договоров от 22.01.2014 и от 28.01.2014 недействительными  сделками.  

Суд апелляционной инстанции указанный вывод поддерживает на основании  следующего.  

В соответствии с пунктом 7 статьи 213.9 Закона о банкротстве финансовый  управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени гражданина заявления о  признании недействительными сделок по основаниям, предусмотренным статьями 61.2  и 61.3 настоящего Федерального закона, а также сделок, совершенных с нарушением  настоящего Федерального закона.  

В силу пункта 2 статьи 213.11 Закона о банкротства с даты вынесения  арбитражным судом определения о признании обоснованным заявления о признании  гражданина банкротом и введении реструктуризации его долгов наступают, в том числе,  следующие последствия – требования о признании недействительными сделок и о  применении последствий недействительности ничтожных сделок могут быть  предъявлены только в порядке, установленном настоящим Федеральным законом.  

Согласно части 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите  гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских  правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать  преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (часть 4 статьи  1 ГК РФ).  

В силу абзаца первого части 1 статьи 10 ГК РФ не допускается осуществление  гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу,  действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо  недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).  

В случае несоблюдения данного запрета суд на основании части 2 статьи 10 ГК  РФ с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в  защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные  меры, предусмотренные законом.  

Согласно части 1 статьи 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или  иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны  применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью  сделки. В силу части 2 статьи 168 ГК РФ, если из закона не следует иное, сделка,  нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на  

публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц,  ничтожна.  

Злоупотребление правом при совершении сделки нарушает запрет,  установленный статьей 10 ГК РФ, поэтому такая сделка признается недействительной  на основании статей 10 и 168 ГК РФ (Обзор судебной практики Верховного Суда  Российской Федерации № 1 (2015), утвержденный Президиумом Верховного Суда РФ  04.03.2015).  

Пунктом 10 постановления Пленума ВАС РФ от 30.04.2009 № 32 «О некоторых  вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным  Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» (далее по тексту –  Постановление № 32) разъяснено, что исходя из недопустимости злоупотребления  гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при  банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного  управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до  или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на  нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на  уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене  имущества должника третьим лицам.  

Исходя из изложенного, при установлении того заключена ли сделка с  намерением причинить вред другому лицу, суду надлежит установить, имелись ли у  сторон сделки намерения причинить вред имущественным правам кредиторов, то есть  была ли сделка направлена на уменьшение конкурсной массы.  

Ответчиком при рассмотрении сделки по оспариванию сделки договора купли- продажи земельного участка от 22.01.2014 заявлено о пропуске срока исковой давности  на подачу финансовым управляющим ФИО4 настоящего заявления.  

В соответствии со статьей 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для  защиты права по иску лица, право которого нарушено.  

Согласно статье 199 ГК РФ, исковая давность применяется судом только по  заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока  исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является  основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.  

В апелляционной жалобе ФИО2 указывает на необоснованный отказ  суда первой инстанции в применении пропуска срока исковой давности, ссылаясь на  разъяснениям пункта 32 Постановления № 63, согласно которым заявление об  

оспаривании сделки на основании статей 61.2. или 61.3. Закона о банкротстве может  быть подано в течение годичного срока исковой давности (пункт 2 статьи 181 ГК РФ).  

Указанный довод признается апелляционным судом несостоятельным,  основанным на неверном толковании норм права.  

По смыслу пункта 13 статьи 14 Федерального закона от 29.06.2015 № 154-ФЗ  «Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях  Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении  изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» сделки граждан,  совершенные до 01.10.2015 с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны  недействительными на основании статьи 10 ГК РФ по требованию финансового  управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке,  предусмотренном пунктами 3 - 5 статьи 213.32 Закона о банкротстве.  

Оспариваемые в настоящем деле сделки совершены до 01.10.2015. 

Учитывая изложенное, а также то, что должник не имел статуса индивидуального  предпринимателя на дату совершения оспариваемых сделок, отсутствуют правовые  основания для применения положений специальных норм Закона о банкротстве при  проверке обоснованности заявления финансового управляющего о недействительности  договоров купли-продажи.  

Из разъяснений, приведенных в пункте 10 Постановления № 32, следует, что  исковая давность по такому требованию в силу пункта 1 статьи 181 ГК РФ составляет  три года и исчисляется со дня, когда оспаривающее сделку лицо узнало или должно  было узнать о наличии обстоятельств, являющихся основанием для признания сделки  недействительной, но не ранее введения в отношении должника первой процедуры  банкротства.  

Правовым обоснованием настоящего заявления финансовый управляющий  указывает нормы статей 10, 168 ГК РФ, а не специальные нормы Закона о банкротстве,  соответственно при исчислении срока исковой давности принимается трехлетний  период.  

Согласно материалам дела, ФИО3 был признан несостоятельным  (банкротом) решением суда от 02.02.2017 (дата объявления резолютивной части), этим  же судебным актом утвержден финансовый управляющий для исполнения обязанностей  в процедуре реализации имущества гражданина, поэтому именно с указанной даты  начинает течь срок исковой давности, который истекает 03.02.2020.  

Финансовый управляющий должника обратился в Арбитражный суд Тюменской  области с заявлением о признании сделки недействительной договора купли-продажи  земельного участка от 22.01.2014 (18.07.2018), то есть в пределах трехлетнего срока  исковой давности.  

Обращаясь в суд с заявлением об оспаривании указанный выше договоров,  финансовый управляющий ссылался на положения статей 10, 168 ГК РФ.  

В качестве основания обращения в суд с настоящими заявлениями финансовый  управляющий ФИО4 ссылается на то, что на момент совершения спорных  сделок должник отвечал признаку неплатежеспособности.  

В соответствии со статьей 2 Закона о банкротстве под неплатежеспособностью  понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или  обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью  денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если  не доказано иное.  

Судом первой инстанции установлено, из материалов дела следует, что по  состоянию на дату заключения оспариваемых сделок 22.01.2014, 28.01.2014 у должника  имелась непогашенная задолженность перед кредитором – уполномоченным органом по  налоговым платежам в размере 77 руб. 62 коп., что подтверждается требованием об  уплате налога, сбора, пени, штрафа (для физических лиц, не являющихся  индивидуальными предпринимателями) № 357383 по состоянию на 13.12.2013 (т.1  л.д.15), задолженность по налогу на имущество физических лиц в размере 447 руб. 34  коп., в том числе основной долг 378 руб. 96 коп., пени 68 руб. 38 коп.  

Как следует из пояснений уполномоченного органа, изложенных в уточненном  заявлении, основанием возникновения задолженности является расчет налога за 2012- 2014 годы, за 2013 год в размере 349 руб. 91 коп., что следует из налогового  уведомления № 1108182 (т.1 л.д.39, т.3 л.д.47-48).  

В соответствии с требованием № 34867 общая задолженность по налогам на  доходы физических лиц за 2013 год составила 835 482 руб. 60 коп. (т.1 л.д.16), которые  в последующем включены в реестр требований кредиторов должника, на основании  решения от 08.02.2017 Арбитражного суда Тюменской области в редакции определения  суда об исправлении опечатки от 08.02.2017 (т.3 61-63).  

Таким образом, общий размер задолженности перед налоговым органом составил  836 007 руб. 56 коп.  

Караулова С.С. в апелляционной жалобе с указанным выводом не согласна,  обращает внимание на то обстоятельство, что срок уплаты должником налога на доходы  физических лиц за 2013 год – не позднее 15.07.2014, при этом в требовании № 34867 от  22.07.2014, выставленном должнику налоговым органом, установлен срок исполнения –  29.08.2014.  

Согласно части 1 статьи 229 Налогового кодекса Российской Федерации (далее –  НК РФ) налоговая декларация представляется не позднее 30 апреля года, следующего за  истекшим налоговым периодом (календарным годом), если иное не предусмотрено  статьей 227.1 НК РФ; срок уплаты налога – до 15 июля года, следующего за истекшим  налоговым периодом (часть 4 статьи 228 НК РФ).  

На дату 22.01.2014 и 28.01.2014 совокупный доход по итогам 2013 года у  должника имелся, впоследствии был задекларирован ФИО3, соответственно,  учитывая должную добросовестность гражданина, уплата должником начисленного  налога на полученный доход предполагалась по истечении 2013 года, но не была им  исполнена, что послужило основанием для обращения налогового орган с заявлением о  признании гражданина банкротом.  

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от  23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой  Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что согласно пункту 3  статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при  исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений  должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе  извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.  

Для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело  должны быть представлены доказательства того, что совершая сделку, стороны  намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес.  

Применительно к сделкам гражданина, совершенным в преддверии его  банкротства, злоупотребление правом может выражаться, в том числе в отчуждении  должником своего имущества близким родственникам и (или) иным доверенным лицам  с целью исключения возможности обращения на него взыскания по требованиям  независимых кредиторов.  

Данный вывод согласуется с правовым подходом, приведенным  в постановлении Президиума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от  02.11.2010 № 6526/10 о том, что заключение направленной на нарушение прав и  

законных интересов кредиторов сделки, имеющей целью, в частности, уменьшение  активов должника и его конкурсной массы путем отчуждения объекта недвижимости  третьим лицам, является злоупотреблением гражданскими правами.  

Оспариваемые договоры купли-продажи заключены должником и ответчиком за  более чем два с половиной года до возбуждения производства по настоящему делу о  банкротстве.  

При этом апелляционным судом установлено, что должником на двух земельных  участках (участок № 61 площадью 821,00 кв. м (кадастровый номер 72:17:1307005:180)  и участок № 61А площадью 822,00 кв. м (кадастровый номер 72:17:1307005:179),  принадлежащих должнику и имеющих вид разрешенного использования для  индивидуального жилищного строительства (далее – земельные участки), возведен  жилой дом площадью 1471,0 кв. м (кадастровый номер 72:17:1307005:189) (далее –  жилой дом), который 22.08.2013 поставлен на кадастровый учет как индивидуальный  жилой дом, расположенный по адресу: 

<

...>.  

Жилой дом имеет три этажа, на каждом этаже расположены несколько жилых  помещений (в общей сложности 24), имеющих обособленный вход из коридорного  помещения, пересекающего каждый этаж вдоль всей длины здания. 22.08.2013,  23.08.2013 каждое из жилых помещений поставлено на кадастровый учет. Жилой дом не  подключен к коммуникациям, в нем отсутствует тепло-газо-водоснабжение,  электричество.  

В дальнейшем должником осуществлена реализация указанных жилых  помещений, находящихся в индивидуальном жилом доме, возведенном на земельных  участках, предназначенных для индивидуального жилищного строительства.  

В рамках обособленного спора по рассмотрению заявления финансового  управляющего ФИО4 о признании недействительными сделок должника,  заключенных с ФИО7 (договор купли-продажи  жилого помещения в жилом доме и доли в земельных участках от 17.03.2014 № 1),  ФИО8, ФИО9 (договор купли-продажи  жилого помещения в жилом доме и доли в земельных участках от 05.06.2014 № 1),  ФИО10 (договор купли-продажи жилого помещения в  жилом доме и доли в земельных участках от 13.08.2014 № 1), ФИО11 (договор купли-продажи жилого помещения в жилом доме и доли в  земельных участках от 25.08.2014 № 1), ФИО12, Рашавец  

Еленой Ивановной (договор купли-продажи жилого помещения в жилом доме и доли в  земельных участках от 30.12.2014 № 1), Проняевой Еленой Олеговной (договор купли- продажи жилого помещения в жилом доме и доли в земельных участках от 13.01.2015   № 1), Шахматовым Алексеем Борисовичем (договор купли-продажи жилого помещения  в жилом доме и доли в земельных участках от 29.01.2015 № 1) – судами первой,  апелляционной и кассационной инстанций установлено, что Карауловым И.Л. на  земельных участках, предназначенных для индивидуального жилищного строительства,  фактически возведен многоквартирный жилой дом, являющийся самовольной  постройкой (определение Арбитражного суда Тюменской области от 28.06.2018,  постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 15.10.2018,  постановление Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 21.01.2019).  

Совершая оспариваемые сделки от 22.01.2014 и 28.01.2014, должник преследовал  цель вывода активов, поскольку осознавал, что объект с кадастровым номером  72:17:13007005:189 построен в обход законодательства о градостроительной  деятельности, поэтому не может, как и земельные участки под ним, стать объектом  имущественных притязаний кредиторов ФИО3, приобретаемые помещения  непригодны для проживания, дом не подключен к коммуникациям.  

Более того, у судебной коллегии не имеется оснований полагать, что должник  имел намерение уплатить налог на доход, задекларированный им в 2013 году, в  последующем должник только наращивал просроченные обязательства.  

Также судом первой инстанции установлено наличие у должника на дату  заключения оспариваемых договоров задолженности по кредитным договорам,  заключенным ФИО3 с ООО «РУСФИНАНС БАНК» (кредитный договор №  

<

***> от 07.07.2013 на сумму 765 535 руб. 56 коп. с уплатой процентов в размере  15,25 процентов годовых), а также с ПАО «Сбербанк Росси» (кредитный договор №  

<

***> от 12.07.2013 на сумму 1 000 000 руб. с уплатой процентов в размере 20  процентов годовых).  

Требования ООО «РУСФИНАНС БАНК» и ПАО «Сбербанк Росси» в  последующем установлены определениями суда в реестр требований кредиторов  ФИО3  

Податель жалобы указывает на надлежащее исполнение должником своих  обязательств в рамках заключенных кредитных договоров.  

Вместе с тем, согласно части 1 статьи 807 ГК РФ по договору займа одна сторона  (займодавец) передает или обязуется передать в собственность другой стороне  

(заемщику) деньги, вещи, определенные родовыми признаками, или ценные бумаги, а  заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или  равное количество полученных им вещей того же рода и качества либо таких же ценных  бумаг.  

Заемщик обязан возвратить займодавцу полученную сумму займа в срок и в  порядке, которые предусмотрены договором займа. В случаях, когда срок возврата  договором не установлен или определен моментом востребования, сумма займа должна  быть возвращена заемщиком в течение тридцати дней со дня предъявления  займодавцем требования об этом, если иное не предусмотрено договором (часть 1  статьи 810 ГК РФ).  

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 5 постановления Пленума  ВАС РФ от 23.07.2009 № 63 «О текущих платежах по денежным обязательствам в деле  о банкротстве», обязательство возвратить денежную сумму, предоставленную по  договору займа (статья 810 ГК РФ) или кредитному договору (статья 819 ГК РФ),  возникает с момента предоставления денежных средств заемщику.  

На основании чего не допускается связывать наличие неисполненных  обязательств перед кредитором/займодавцем с наличием просроченной задолженности,  которая образовалась вследствие ненадлежащего исполнения заемщиком своих  обязательств.  

При этом суд первой инстанции обоснованно отклонил представленные  ответчиком доказательства, подтверждающего платежеспособность должника: выписки  из лицевого счета по вкладу, открытого в ПАО «Сбербанк России» №  423068102ххххххх6366, из которых следует, что операции по перечислению денежных  средств кредитору были совершены 12.02.2013, 11.03.2013, 10.04.2013, 12.05.2013,  03.06.2013, 24.06.2013, то есть примерно за год, полтора до совершения оспариваемых  сделок, в связи с чем не могли быть приняты в качестве доказательства,  подтверждающего платежеспособность должника.  

Кроме того, движение денежных средств по счету должника не может безусловно  свидетельствовать о погашении имеющейся задолженности.  

Ссылка подателя жалобы на определение понятия и признаков  неплатежеспособности гражданина, приведенные в пункте 3 статьи 213.6 Закона о  банкротстве, является несостоятельной, поскольку указанная норма применяется  арбитражным судом при рассмотрении обоснованности заявления о признании  гражданина банкротом.  

В рамках же рассмотрения заявления об оспаривании подозрительной сделки  должника анализу подлежат действия должника в ретроспективной совокупности и  взаимосвязи, которые привлекли к наличию оснований для возбуждения дела о  банкротстве.  

Довод ФИО2 о наличии у должника недвижимого имущества – жилых  помещений в жилом доме, а также земельных участков – на дату совершения  должником оспариваемых сделок обоснованно не принят судом, поскольку, как было  указано выше, объект с кадастровым номером 72:17:13007005:189 построен в обход  законодательства о градостроительной деятельности, поэтому не может, как и  земельные участки под ним, стать объектом имущественных притязаний кредиторов  ФИО3, приобретаемые помещения непригодны для проживания, дом не  подключен к коммуникациям.  

Вместе с тем, реализация указанных объектов третьим лицам, при которой  должник очевидно действовал недобросовестно, также свидетельствует о выводе  активов из собственности ФИО3, при том, что имеющиеся кредиторы за счет  вырученных денежных средств удовлетворение своих требований не получили,  доказательств обратного не представлено.  

В обоснование заявленных требований финансовый управляющий должника  также ссылается на безвозмездность оспариваемой сделки, суд первой инстанции  признал данный довод обоснованным, заключил о наличии фактической  аффилированности между должником и ответчиком.  

В апелляционной жалобе ФИО2 указывает на то, сделки были  возмездными, денежные средства в размере 3 000 000 руб. были оплачены должнику по  спорным договорам при заключении договора о намерениях (предварительного  договора купли-продажи земельного участка), в подтверждении доводов в материалы  представлены следующие документы: договор займа от 06.12.2013, заключенный между  ФИО2 (заемщик) и ФИО15 (далее – ФИО15, займодавец), расписка заемщика от 06.12.2013, документы финансовой  возможности займодавца предоставить заемные денежные средства (отчет об операциях  за период с 01.01.2012 по 31.10.2016), в подтверждении доводов о возврате займа в  материалы дела представлены: договор купли-продажи от 03.07.2017 (т.28 л.д.171),  расписка от 03.07.2017 о возврате денежных средств (т.41 л.д.20), передаточный акт  удостоверяющий передачу земельного участка по договору купли продажи земельного  участка от 03.07.2017 (т.28 л.д.170).  

Согласно представленному в материалы спора кадастровому паспорту в  отношении спорного жилого дома (т.28 л.д.104-105), указанный объект с кадастровым  номером 72:23:0429001:10609 площадью 853 кв.м, количество этажей – 3, введен в  эксплуатацию в 2013 году (т.е. завершено строительство), установлена кадастровая  стоимость в размере 27 267 782 руб. 76 коп.  

При этом из копии регистрационного дела на спорный жилой дом (т.28 л.д.93- 173) усматривается, что ФИО3 спорные жилой дом и земельный участок  приобретены на основании договора купли-продажи № 1 от 05.09.2013, заключенного с  ФИО16, по условиям которого в собственность  покупателя передается земельный участок и жилой дом, площадью 51,5 кв.м, - по цене  3 000 000 руб.  

Каких-либо доказательств реконструкции должником спорного жилого дома, в  результате которой произошло увеличение площади дома с 51,5 кв.м до 853 кв.м за  период менее чем шесть месяцев, материалы спора не содержат.  

Согласно пояснениям ответчика на приобретенном земельном участке  планировалось осуществление строительства объекта для совместной деятельности с  ФИО15  

При этом каких-либо доказательств, свидетельствующих о том, что ФИО2 занимается и ведет активную предпринимательскую деятельность, получает  реальные доходы, в материалы дела не представлено.  

Более того, из материалов дела следует, участвующими в деле лицами не  отрицается, что в настоящее время спорный жилой дом снесен, что послужило  основанием для обращения ФИО2 в Управление Росреестра с заявлением об  исключении объекта из реестра (объект снят с учета 05.07.2017).  

Следует отметить, что из условий представленного в материалы дела  оспариваемого договора купли-продажи жилого дома от 28.01.2014, усматривается, что  стоимость жилого дома составила 500 000 руб. Оплата производится путем передачи  наличных денежных средств в день подписания договора, получение денежных средств  оформляется распиской (пункт 3.1 договора от 28.01.2014).  

При этом, согласно пояснениям ответчика, оплата была произведена при  заключении 06.12.2013 договора о намерении с должником, что подтверждается  распиской ФИО3 о получении денежных средств от 06.12.2013.  

Целесообразность включения в условия договора от 28.01.2014 пункта 3.1,  учитывая произведенную оплату, ответчиком не пояснена, суду не раскрыта.  

В качестве доказательств своей финансовой возможности оплатить  приобретаемое недвижимое имущество Караулова С.С. представила договор займа от  06.12.2013, заключенный с Бурджуевым Р.Ф., расписку от 06.12.2013 о получении  денежных средств по договору в размере 3 000 000 руб., выписку со счета Бурджуева  Р.Ф. о снятии наличных денежных средств в размере 3 000 000 руб.; в качестве возврата  заемных денежных средств в материалы дела представлены договор купли-продажи от  03.07.2017 (т.28 л.д.171), расписка от 03.07.2017 о возврате денежных средств (т.41  л.д.20), передаточный акт удостоверяющий передачу земельного участка по договору  купли-продажи земельного участка от 03.07.2017.  

Согласно договору займа от 06.12.2013 ФИО15 (займодавец) передает в  собственность ФИО2 (заемщик) денежные средства в сумме 3 000 000 руб. со  сроком возврата до 01.08.2017 для оплаты по предстоящему договору купли-продажи  недвижимого имущества.  

При этом проценты за пользование денежными средствами договором не  предусмотрены, реальное обеспечение по нему не передавалось.  

Факт передачи денежных средств подтвержден только распиской ФИО2  

В этом же день ФИО2 также по расписке передала наличные денежные  средства ФИО3  

Суд первой инстанции принял во внимание, что заем был предоставлен  ответчику на срок более, чем три года (до 01.08.2017), без уплаты процентов.  

Суду первой инстанции ФИО2 пояснила, что ФИО15 является  другом детства ее сына – ФИО6, предоставление займа на длительный срок  является разумным. Также отметила, что заемные денежные средства были возвращены  ФИО15 после совершения сделки по купле-продажи земельного участка,  площадью 904 кв.м, расположенного по адресу: 

<

...>, 03.07.2017 (приобретенного ФИО2 на основании  оспариваемого договора от 22.01.2014), что подтверждается распиской от 03.07.2017.  

Помимо этого, ФИО2 пояснила, что на приобретенном земельном  участке планировалось осуществление строительства объекта для совместной  деятельности с ФИО15  

Каких-либо доказательств, свидетельствующих о том, что ФИО2  осуществляет предпринимательскую деятельность, получает доходы, в материалы дела  

не представлено, также как и сведения о разработке каких-либо коммерческих проектов,  строительства объекта.  

Судом апелляционной инстанции также установлено, что с расчетного счета  должника на счет ФИО15 ( № счета 42306810067100015466) осуществлен  перевод денежных средств: 25.03.2014 – в сумме 3 500 000 руб., 26.03.2014 – в сумме  500 000 руб. – назначение платежей: перевод средств (т.46 л.д.143).  

Представляя отзыв от 02.04.2018 (т.41 л.д.9-13), ФИО2 прикладывает к  нему первый лист отчета об операциях по счету ФИО15 ( № счета  42306810067100015466) за период с 01.01.2012 по 31.12.2016 (т.41 л.д.17), банковские  операции за указанный период прерываются датой 04.03.2014.  

Судебная коллегия не может признать подобные действия добросовестным  процессуальным поведением ответчика.  

В заседании суда апелляционной инстанции ФИО2 пояснила, что ей  неизвестно о перечислениях должником денежных средств в пользу ФИО15  

При этом доказательств существования каких-либо договорных отношений  между должником и ФИО15 материалы спора не содержат.  

Подтверждая факт возврата денежных средств ФИО15, ФИО2  представлен договор купли-продажи земельного участка от 03.07.2017, заключенный с  ФИО17 (покупатель), по условиям которого продавец принял на себя  обязательства передать в собственность покупателю земельный участок с кадастровым  номером № 72:23:0429001:643, площадью 904 кв.м, расположенный по адресу:  

<

...>, а покупатель обязан оплатить  договорную цену земельного участка в размере 8 000 000 руб.  

В соответствии с п. 3.2 договора сумма, указанная в п. 3.1 договора выплачена  покупателем продавцу полностью, до подписания настоящего договора, путем передачи  наличных денежных средств, в сумме 8 000 000 руб.  

Каких-либо доказательств (внесение оставшихся средств на расчетный счет  ответчика, приобретение какого-либо имущества), подтверждающих реальную передачу  покупателем продавцу денежных средств в размере 8 000 000 руб. в материалы дела не  представлено.  

С учетом взаимосвязи и совокупности имеющихся в материалах спора  доказательств, учитывая неустраненные сомнения относительно финансовой  возможности ФИО2 произвести оплату по оспариваемым договорам купли- продажи (объективными, достаточными и допустимыми доказательствами не  

подтверждена состоятельность ответчика), суд первой инстанции обоснованно  заключил, что не доказан факт осуществления оплаты по спорным договорам купли  продажи жилого дома и земельного участка.  

В обоснование заявленных требований финансовый управляющий должника  также ссылается на то, что сделки совершены между заинтересованными лицами.  

Оспариваемые договоры заключены между ФИО2 и ФИО3,  в лице представителя ФИО6, который является совместным сыном продавца и  покупателя. Данное обстоятельство лицами, участвующими в деле не оспаривается.  

Из материалов дела усматривается, что брак между должником и ответчиком  расторгнут 15.09.1992. из пояснений ФИО2 и ФИО6 следует, что  после расторжения брака супруги не поддерживали никаких отношений.  

Отношения с сыном возобновлены в 2013 году, сын устроен на работу в  общество, возглавляемое отцом (должник).  

В соответствии со статьей 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами  по отношению к должнику признается лицо, которое в соответствии с Федеральным  законом от 26.04.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» (далее по тексту – Закон о  защите конкуренции) входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является  аффилированным лицом должника.  

Согласно пункту 3 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по  отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой  восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей  линии, родители, дети, сестры и братья супруга.  

Указанный перечень является исчерпывающим, бывшие супруги к нему не  относятся.  

В соответствии с пунктами 7, 8 части 1 статьи 9 Закона о защите конкуренции  группой лиц признается совокупность физических лиц и (или) юридических лиц,  соответствующих одному или нескольким признакам из следующих признаков:  

- физическое лицо, его супруг, родители (в том числе усыновители), дети (в том  числе усыновленные), полнородные и неполнородные братья и сестры;  

- лица, каждое из которых по какому-либо из указанных в пунктах 1 - 7  настоящей части признаку входит в группу с одним и тем же лицом, а также другие  лица, входящие с любым из таких лиц в группу по какому-либо из указанных в пунктах  1 - 7 настоящей части признаку.  

Вместе с тем, согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда  Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, определении Верховного Суда  РФ от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056 (6), доказывание в деле о банкротстве факта  общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение  аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе  компаний через корпоративное участие), но и фактической.  

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение  лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и  последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым)  участникам рынка.  

При представлении доказательств аффилированности должника с участником  процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с  ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего  переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства.  

В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть  разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в  процессе исполнения уже заключенного соглашения.  

Суд первой инстанции указывает, что в данном случае группу лиц в силу  родственных связей образуют ФИО3 (отец) и ФИО6 (сын), ФИО6 (сын) и ФИО2 (мать), следовательно, ФИО3 и ФИО2  являются аффилированными лицами по признаку вхождения в одну группу.  

Действительно, оспариваемые договоры заключены сыном должника,  представляющим интересы последнего по доверенности.  

В то же время, фактически договоры купли-продажи от 22.01.2014 и от  28.01.2014 подписаны со стороны продавца – сыном, со стороны покупателя – матерью.  

Из обжалуемого определения следует, что суду первой инстанции ФИО6  пояснил, что подписание спорных договоров купли-продажи было связано не с  семейными связями, а наличием трудовых отношений между ним и отцом, поскольку  сын выполнял риэлторские услуги.  

Также отметил, что о задолженности должника не знал, знал отца только с  положительной стороны, в подтверждении представлен: трудовой договор от 01.08.2013   № 4, подписанный между ООО «ИнвестСтройПроект» (работодатель) в лице  генерального директора ФИО3 и ФИО6, договор о полной  материальной ответственности от 01.11.2013 в ООО «ИнвестСтройПроект», справка о  

доходах физического лица за 2013 год, выданную ООО «ИнвестСтройПроект»,  доверенности от 17.04.2013, от 25.11.2013, договор поставки от 20.05.2013 № 293,  договор на осуществление технологического присоединения к электрическим сетям от  08.09.2013, соглашении договоры купли-продажи жилого помещения в жилом доме и  доли в земельных участках е к договору технологического присоединения от 08.10.2013,  договор подряда на производство кадастровых работ от 07.06.2013, а также иные  документы.  

С учетом представленных доказательств суд первой инстанции правомерно  заключил, что наличие трудовых отношений между ФИО3 (работодатель -  отец) и ФИО6 (работник - сын) связано непосредственно в конкретной  организации ООО «ИнвестСтройПроект», и не распространяется на заключение  спорных сделок, в связи с чем доводы ФИО2 об отсутствии  заинтересованности с должником признаны несостоятельными.  

Помимо этого, принимается во внимание установленный финансовый оборот  между физическими лицами: 06.12.2013 ФИО15 предоставил заем ФИО2 (расписка на сумму 3 000 000 руб.), 06.12.2013 ФИО2 оплатила лично  ФИО3 приобретенную по оспариваемым договорам недвижимость (расписка  на сумму 3 000 000 руб.), 25-26.03.2014 ФИО3 переводит денежные средства на  расчетный счет ФИО15 в общей сумме 4 000 000 руб. (каких-либо правовых  обоснований не представлено).  

Судебная коллегия также полагает доказанной фактическую аффилированность  между сторонами оспариваемых сделок.  

С учетом представленных в материалы дела доказательств следует, что в  результате заключения спорных договоров купли-продажи из состава имущества  должника выбыли ликвидные объекты недвижимости, далее по истечении трехлетнего  периода отчуждены ФИО2 третьим лицам, при этом жилой дом снесен,  достоверных и достаточных доказательств оплаты ответчиком отчужденного имущества  последним не представлено; имеющиеся обязательства перед кредиторами должником  погашены не были.  

Объективных причин заключения оспариваемых сделок ФИО2 суду не  раскрывает.  

В силу абзаца первого части 1 статьи 10 ГК РФ не допускается осуществление  гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу,  

действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо  недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).  

В случае несоблюдения данного запрета суд на основании части 2 статьи 10 ГК  РФ с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в  защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные  меры, предусмотренные законом.  

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки  должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное,  целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление  правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений  в истинной цели совершения сделки.  

При наличии доказательств, свидетельствующих о недобросовестном поведении  стороны по делу, эта сторона несет бремя доказывания добросовестности и разумности  своих действий.  

В ситуации, когда лицо, оспаривающее совершенную со злоупотреблением  правом сделку купли-продажи, представило достаточно серьезные доказательства и  привело убедительные аргументы в пользу того, что продавец и покупатель при ее  заключении действовали недобросовестно, с намерением причинения вреда истцу, на  ответчиков переходит бремя доказывания того, что сделка совершена в интересах  контрагентов, по справедливой цене, а не для причинения вреда кредитору путем  воспрепятствования обращению взыскания на имущество и имущественные права  должника.  

Данный правовой подход закреплен в Определении Верховного Суда РФ от  15.12.2014 по делу № 309-ЭС14-923.  

В силу частей 1-2 статьи 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства  по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном,  объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.  

Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого  доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в  их совокупности.  

В рассматриваемом случае, по мнению апелляционного суда, ответчиком не  подтверждено надлежащими доказательствами добросовестное поведение при  заключении оспариваемых договоров с должником.  

Таким образом, материалами настоящего спора подтверждается, что, заключая  оспариваемые сделки, бывшая супруга должника с учетом установленной фактической  аффилированности, а также сам должник в лице сына не могли не осознавать, что их  действия направлены на уменьшение объема принадлежащего Караулову И.Л.  имущества, и, как следствие, уменьшение вероятности погашения должником  имеющейся задолженности перед кредиторами за счет своего имущества.  

В данном случае податель жалобы с учетом совокупности представленных  доказательств и наличия не устраненных противоречий не подтвердил суду  соответствующими доказательствами добросовестность сторон и отсутствие  злоупотребления правом при заключении спорных договоров.  

Доводы апелляционной жалобы признаются несостоятельными, поскольку не  содержат фактов, которые не были учтены, проверены судом при рассмотрении дела,  имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли бы  на обоснованность и законность обжалуемого судебного акта либо опровергали выводы  суда.  

Апелляционная жалоба не содержит самостоятельных возражений против  выводов суда о применении последствий недействительности сделки. В отсутствие  соответствующих возражений суд апелляционной инстанции в этой части определение  не проверяет (часть 5 статьи 268 АПК РФ, пункт 25 постановления Пленума Высшего  Арбитражного Суда Российской Федерации от 28.05.2009 № 36 «О применении  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в  арбитражном суде апелляционной инстанции»).  

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований  для отмены определения Арбитражного суда Тюменской области от 27.02.2019 по делу   № А70-9913/2016.  

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270  АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, суд апелляционной  инстанции не установил.  

Апелляционная жалоба ФИО2 удовлетворению не подлежит. 

Расходы по оплате государственной пошлины по апелляционной жалобе в  порядке статьи 110 АПК РФ относятся на ее подателя.  

Согласно абзацу 2 пункта 2 информационного письма Президиума Высшего  Арбитражного Суда Российской Федерации от 18.06.2013 № 159 «О порядке выдачи  исполнительных листов по вступившим в законную силу судебным актам в случае  

нахождения материалов в судах вышестоящей инстанции» и пункту 17.2 Инструкции по  делопроизводству в арбитражных судах Российской Федерации (первой, апелляционной  и кассационной инстанций), утвержденной Постановлением Пленума Арбитражного  Суда Российской Федерации от 25.12.2013 № 100, в случаях обращения взыскателя в  суд первой инстанции с заявлением о выдаче исполнительного листа до возвращения  дела в суд первой инстанции судья рассматривает такое заявление при условии, что  взыскатель представил копии всех вынесенных по данному делу постановлений судов  вышестоящих инстанций, заверенных ими в установленном порядке. Судья проверяет в  системе «Картотека арбитражных дел» наличие постановлений, свидетельствующих о  вступлении судебного акта в законную силу, и их тождественность представленным  взыскателем копиям. В случае их соответствия исполнительный лист выдается  взыскателю. При наличии каких-либо расхождений в копиях судебных актов,  представленных взыскателем, и электронных копиях судебных актов, размещенных в  системе «Картотека арбитражных дел», в выдаче исполнительного листа должно быть  отказано до поступления в арбитражный суд первой инстанции судебного дела с  оригиналами судебных актов.  

На основании изложенного, руководствуясь статьями 269, 270, 271  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восьмой арбитражный  апелляционный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Тюменской области от 27 февраля 2019 года по  делу № А70-9913/2016 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без  удовлетворения.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть  обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно- Cибирского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в  полном объеме.  

Выдача исполнительных листов осуществляется судом первой инстанции после  поступления дела из Восьмого арбитражного апелляционного суда.  

При условии предоставления копии настоящего постановления, заверенной в  установленном порядке, в суд первой инстанции взыскатель вправе подать заявление о  

выдаче исполнительного листа до поступления дела из Восьмого арбитражного  апелляционного суда.  

Председательствующий О.Ю. Брежнева  Судьи О.В. Зорина  

 Н.А. Шарова