ДВЕНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

410002, г. Саратов, ул. Лермонтова д. 30 корп. 2 тел: (8452) 74-90-90, 8-800-200-12-77; факс: (8452) 74-90-91,

http://12aas.arbitr.ru; e-mail: info@12aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело №А57-2382/2017

г. Саратов

23 марта 2018 года

Резолютивная часть постановления объявлена 19 марта 2018 года.

Полный текст постановления изготовлен 23 марта 2018 года.

Двенадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи Лыткиной О.В., 

судей Камериловой В.А., Телегиной Т.Н., 

при  ведении  протокола  судебного  заседания секретарём  судебного  заседания ФИО1,

рассмотрев  в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «Татбурнефть» на решение Арбитражного суда Саратовской области от 22 декабря 2017  года по делу   № А57-2382/2017, принятое судьей А.В. Кузьминым, 

по иску общества с ограниченной ответственностью «Прикаспийская газовая компания» (ОГРН 

<

***> ИНН6452914635), город Саратов,

к обществу с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «Татбурнефть» (ОГРН 

<

***> ИНН 

<

***>), город Альметьевск, Республика Татарстан,

третьи лица: общество с ограниченной ответственностью Научно-производственное объединение «Союзнефтегазсервис», город Москва, общество с ограниченной ответственностью «Новые Технологии - Сервис», город Казань, Республика Татарстан, общество с ограниченной ответственностью «Газпром георесурс», город Москва, закрытое акционерное общество «Геофизсервис», город Саратов,

о взыскании убытков по договору от 20.09.2016 №583-ПГК-ЮЛ/УК/0638/16 на выполнение работ по бурению бокового ствола в размере 211 388 924 руб. 54 коп., штрафов по договору от 20.09.2016 №583-ПГК-ЮЛ/УК/0638/16 на выполнение работ по бурению бокового ствола в размере 1750000 руб.,

по встречному исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «Татбурнефть», город Альметьевск, Альметьевский район, Республика Татарстан,

к обществу с ограниченной ответственностью «Прикаспийская газовая компания», город Саратов

о взыскании задолженности,

при участии в судебном заседании представителей:

от общества с ограниченной ответственностью «Прикаспийская газовая компания» - ФИО2 по доверенности от 13.03.2018, ФИО3 по доверенности от 01.01.2018, ФИО4 по доверенности от 01.01.2018,

от общества с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «Татбурнефть» - ФИО5 по доверенности от 15.01.2018,

от третьих лиц  - представители не явились, извещены образом,

УСТАНОВИЛ:

в Арбитражный суд Саратовской области обратилось общество с ограниченной ответственностью «Прикаспийская газовая компания» (далее – ООО «ПГК», истец) с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «Татбурнефть» (далее – ООО «УК «Татбурнефть», ответчик) о взыскании убытков по договору от 20.09.2016 №583-ПГК-ЮЛ/УК/0638/16 на выполнение работ по бурению бокового ствола в размере 211388924 руб. 54 коп., штрафов по договору от 20.09.2016 №583-ПГК-ЮЛ/УК/0638/16 на выполнение работ по бурению бокового ствола в размере 1750000 руб.

Определением арбитражного суда от 17.02.2017 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ООО Научно-производственное объединение «Союзнефтегазсервис», ООО «Новые Технологии - Сервис», ООО «Газпром георесурс», ЗАО «Геофизсервис».

Определением Арбитражного суда Саратовской области от 18.04.2017 по делу № А57-2382/2017 принято встречное исковое заявление ООО «УК «Татбурнефть» к ООО «ПГК» о взыскании стоимости выполненных работ в размере 108590289 руб. 40 коп., в том числе стоимости выполненных работ по мобилизации буровой установки и бурению скважины № 4 в размере 27 632 806 руб. 94 коп., стоимости работ по ликвидации последствий аварии на скважине № 4 в размере 79770887 руб. 46 коп., стоимости работ по подготовке площадки на скважине № 101 в размере 1186595 руб.

ООО «ПГК» в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации уточнило исковые требования, согласно заявлению об уточнении исковых требований просит взыскать с ООО «УК «Татбурнефть» сумму убытков по договору от 20.09.2016 №583-ПГК-ЮЛ/УК/0638/16 на выполнение работ по бурению бокового ствола в размере 228975370 руб. 72 коп., штраф по договору от 20.09.2016 №583-ПГК-ЮЛ/УК/0638/16 на выполнение работ по бурению бокового ствола в размере 1750000 руб., судебные расходы по оплате государственной пошлины.

В силу части 1 статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации истец вправе при рассмотрении дела в арбитражном суде первой инстанции до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу, изменить основание или предмет иска, увеличить или уменьшить размер исковых требований.

Уточнения исковых требований приняты арбитражным судом, поскольку они не противоречат закону и не нарушают права других лиц.

Решением Арбитражного суда Саратовской области от 22 декабря 2017  года по делу № А57-2382/2017 исковые требования ООО «ПГК» удовлетворены частично. 

С ООО «УК «Татбурнефть» в пользу ООО «ПГК» взысканы убытки по договору от 20.09.2016 №583-ПГК-ЮЛ/УК/0638/16 на выполнение работ по бурению бокового ствола в размере 197458109 руб. 21 коп., штраф по договору от 20.09.2016 №583-ПГК-ЮЛ/УК/0638/16 на выполнение работ по бурению бокового ствола в размере 1750000 руб., судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 172680 руб.

В остальной части исковых требований ООО «ПГК» отказано.

Встречные исковые требования ООО «Управляющая компания «Татбурнефть» удовлетворены частично. С ООО «ПГК» в пользу ООО «УК «Татбурнефть» взыскана задолженность по договору от 20.09.2016 №583-ПГК-ЮЛ/УК/0638/16 на выполнение работ по бурению бокового ствола в размере 3730864 руб. 34 коп., судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 6871 руб. 

В остальной части встречного искового заявления отказано.

В результате зачета первоначального и встречного исков взыскано с ООО «УК «Татбурнефть» в пользу ООО «ПГК» сумму 195477244 руб. 87 коп., судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 165809 руб. 

С ООО «ПГК» в пользу ООО «УК «Татбурнефть» взысканы судебные расходы по оплате судебной экспертизы в размере 10320 руб.

Не согласившись с принятым по делу судебным актом, ООО «УК «Татбурнефть» обратилось с апелляционной жалобой, в которой просит решение суда первой инстанции отменить, как незаконное и необоснованное, принять новый судебный акт, которым в удовлетворении первоначальных исковых требований истца следует отказать, встречный иск удовлетворить. 

В обоснование апелляционной жалобы заявитель указывает, что выводы, содержащиеся в решении, не соответствуют обстоятельствам дела: представленные истцом документы не позволяют определить стоимость утраченного оборудования, а его состав, указанный в акте об утраченном в скважине оборудовании, не соответствует заявленному в иске; вина ответчика в произошедшей аварии не доказана, ответы экспертов содержат  ряд противоречий, однако судом в удовлетворении ходатайства о назначении по делу повторной экспертизы необоснованно отказано; суд  сделал неверный вывод о частичном отказе во встречном иске, поскольку работы на скважине № 101 на заявленную сумму были выполнены, исследование самой площадки экспертом не производилось.

Истец в порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представил суду апелляционной инстанции письменные пояснения на апелляционную жалобу, в соответствии с которыми находит обжалуемый судебный акт законным и обоснованным и неподлежащим отмене, апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит. Истец указывает, что расходы, связанные с возмещением стоимости утраченного оборудования  по вине подрядчика, являются убытками  заказчика, и они подлежат взысканию в размере оплаченной стоимости оборудования; в удовлетворении ходатайства о назначении по делу повторной экспертизы было правомерно отказано судом, поскольку противоречия в выводах экспертов отсутствуют; отказ во встречном иске правомерен, поскольку работы на второй скважине № 101 не выполнялись, что подтверждается экспертным заключением.

Арбитражный апелляционный суд в порядке части 1 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации повторно рассматривает дело по имеющимся в деле и дополнительно представленным доказательствам.

Третье лицо, надлежащим образом извещенное о времени и месте рассмотрения дела, в том числе публично, путем размещения информации о судебном заседании на сайте арбитражного суда, не обеспечил явку представителей в заседание суда апелляционной инстанции, и суд в соответствии с частью 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации рассмотрел дело в его отсутствие.

Представители сторон в судебном заседании поддержали вышеизложенные доводы.

Проверив обоснованность доводов, изложенных в апелляционной жалобе, отзыве на нее, выступлении присутствующих в судебном заседании представителей  истца и ответчика, исследовав материалы дела, арбитражный апелляционный суд не считает, что обжалуемый судебный акт подлежит отмене, а апелляционная жалоба – без удовлетворения по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, 20 сентября 2016 года между ООО «ПГК» (Компания) и ООО «УК «Татбурнефть» (подрядчик) (далее по тексту ООО «УК «Татбурнефть») заключен договор №583-ПГК-ЮЛ/УК/0638/16 на выполнение работ по бурению бокового ствола скважины по суточной ставке (далее - договор).

Согласно пункту 2.1. раздела 1 договора по заданию Компании подрядчик обязуется выполнить работы по бурению бокового ствола скважины № 4 Узеньского месторождения Карпенского лицензионного участка (далее скважина № 4) по суточной ставке в соответствии с условиями договора, требованиями проектной документации, в объеме и в сроки, установленные договором и Приложениями к нему, а Компания обязуется принять выполненные работы и оплатить их в соответствии с разделом 4 настоящего договора.

В соответствии с пунктом 3.1.6. раздела 2 договора подрядчик является профессиональной организацией в области бурения и выполняет все свои обязательства по договору и работы с той должной мерой заботы, осмотрительности и компетентности, каких следует ожидать от пользующегося хорошей репутацией подрядчика, имеющего опыт выполнения работ, предусмотренных в Договоре.

В соответствии с пунктом 5.1. раздела 1 договора стоимость бурения бокового ствола скважины не превысит 28 972 985 руб. без учета НДС, включая услуги по цементированию 1 565 630 руб. без НДС, и складывается из расчета установки клина-отклонителя, его ориентирования, вырезки технологического «окна» в 245 мм обсадной колонне в течение 2-х суток, бурения и крепления бокового ствола в течение 13,5 суток, и 34 188 122 рублей с НДС. 

В соответствии с пунктом 7.4. раздела 3 договора (Буровые растворы) в обязанности подрядчика, помимо осуществления процесса бурения, в том числе, входила обязанность по приготовлению и обработке реагентами буровых растворов; очистка буровых растворов с помощью оборудования для удаления твердой фазы; мониторинг и контроль параметров буровых растворов (плотность, условная вязкость, водоотдача, содержание песка, уровень рН). Подрядчик гарантирует проектную производительность работы оборудования для очистки бурового раствора. Профилактическое обслуживание оборудования по очистки бурового раствора будет производиться в соответствии с инструкциями компании-производителя. Типы и количество сеток оборудования для отчистки бурового раствора будут согласованы сторонами с целью обеспечения оптимальной производительности оборудования для определенных буровых растворов.

В соответствии с пунктом 3.1.1. раздела 2 договора подрядчик выполняет работы в соответствии с требованиями договора и применимого права, и выполняет все работы по договору с привлечением для выполнения работ персонала Подрядчика, с использованием оборудования подрядчика и его материалов, а также прочего имущества.

Согласно пункту 10.2. раздела 3 договора подрядчик выполняет техническое обслуживание и ремонт своего оборудования в целях обеспечения его исправности и полного соответствия эксплуатационным характеристикам и техническим условиям.

В соответствие с пунктом 3.1.8. раздела 2 договора ООО «Прикаспийская газовая компания» сохраняет за собой право заключать с любой сервисной компанией договоры на выполнение работ или оказания услуг одновременно с работами на площадке. Подрядчик предоставляет компании и сервисной компании (сервисным компаниям) доступ и возможность выполнять их работу и сотрудничает с сервисными компаниями.

Заказчик согласно договору привлекает специализированных подрядчиков для выполнения работ/оказания услуг по обеспечению процесса бурения скважин сопутствующими сервисами, в том числе, поставки буровых растворов, телеметрическому сопровождению, предоставлению и инженерному сопровождению долот и забойных двигателей, креплению ствола скважины, пострелочно-взрывные и иные виды работ и услуг.

На основании пункта 3.1.8. Раздела 2 договора ООО «ПГК» были привлечены следующие специализированные подрядчики для выполнения работ/оказания услуг по строительству скважины № 4: 

1. ООО НПО «Союзнефтегазсервис» - договор № 1 от 27.09.2016 о проведении геолого-технологических исследований (ГТИ) в процессе бурения скважины №4 Узеньского месторождения.

2. ООО «Новые Технологии – Сервис» - договор № 594-ПГК-ЮЛ от 18.10.2016 на оказание услуг по инженерному сопровождению (супервайзингу) при капитальном ремонте скважины № 4 Узеньского месторождения Карпенского лицензионного участка.

3. Компания «Шлюмберже Лоджелко, Инк.» - генеральный договор № PGK-MSA-2015 от 07.08.2015, заказ на работы № 3 от 21.10.2016 к генеральному договору (инженерное сопровождение и предоставление сервисов наклонно-направленного бурения и каротажа), № 4 от 11.11.2016 (услуги по предоставлению оборудования для проводки бокового ствола). 

Подрядчик обязался выполнить работы по бурению скважины №4 Узеньская до глубины 1400 м. в сроки, установленные договором.

08 октября 2016 года земельный участок прилегающей территории к скважине №4 Узеньская был передан подрядчику для выполнения работ по договору.

21 октября 2016 года скважина №4 Узеньская была передана подрядчику для выполнения работ по договору.

С 26 октября 2016 года начался мониторинг работы подрядчика на скважине № 4 Узеньская с формированием суточных рапортов ГТИ. 

26 октября 2016 года подрядчиком в адрес заказчика направлено письмо о том, что в 12:00 на скважине №4 Узеньская планируется работа постоянно действующей комиссии перед запуском буровой установки МБУ-3000/170 в работу.

В соответствии с актом-предписанием № 1 от 26.10.2017, выданным супервайзером ООО «Новые Технологии – Сервис», выявлено 10 нарушений соблюдения требований промышленной безопасности, охраны труда и окружающей среды (ПБОТОС), а также комплектации буровой установки и оборудования, а также зафиксировано, что монтаж буровой установки осуществлен на 80 %. Подрядчику был установлен срок для устранения замечаний до 27.10.2016. Информацию об устранении недостатков по акту-предписанию необходимо было предоставить заказчику в срок до 31.10.2016.

29 октября 2016 года подрядчиком в одностороннем порядке составлен акт о вводе в работу буровой установки, в котором сделан вывод о том, что монтаж бурильной установки и наладка оборудования выполнены в соответствии с ТУ и ПБ в НГП, обеспечивают надежную и безопасную эксплуатацию на скважине №4 Узеньская, ввод в эксплуатацию разрешен.

Согласно представленным в материалы дела суточным рапортам ГТИ, суточным рапортам подрядчика, актам непроизводительного времени при бурении бокового ствола скважины № 4 Узеньская подрядчиком производились ремонтные работы, связанные с неработоспособностью/выходом из строя своего оборудования, допускалось непроизводительное время. В связи, с чем буровые работы выполнялись подрядчиком с нарушением сроков, определенных в графике Глубина-день.

В соответствии с приложением № 3.9 к договору «График бурения» работы по установке клина, бурение и крепление бокового ствола скважины должны были быть произведены с 01.11.2016 по 16.11.2016.

В соответствии с приложением № 3.10 к договору «График Глубина-день» Подрядчик должен был окончить вышкомонтажные работы 27 октября 2016 года в 00:00 и осуществить буровые работы, предусмотренные договором, в течение 15,66 дней с 27 октября по 11 ноября 2016 года.

Согласно пункту 1.2. Раздела 3 договора «График Глубина-день» означает график, отражающий пооперационную последовательность выполнения работ на скважине, включая сроки их выполнения (Приложение № 3.10 к договору).

В соответствии с пунктом 4 приложения № 3.4 к договору «Матрица распределения ответственности» подрядчик составляет, согласовывает и несет ответственность за исполнение графика Глубина-день в рамках своей ответственности.

Представленный в материалы дела график Глубина-день содержит перечень видов работ с указанием последовательности и интервалов времени на их выполнение, содержит коммерческую скорость бурения 1741,94 м/ст.мес.

14 ноября 2016 года при проведении буровых работ на скважине № 4 Узеньская произошел инцидент по потери подвижности (прихват) компоновки низа буровой колонны (КНБК).

С 14 ноября 2016 года по 25 декабря 2016 года подрядчиком производились аварийные работы по ликвидации произошедшего инцидента.

В ликвидации инцидента принимали участие, также сервисные компании:

1. ООО НПО «Союзнефтегазсервис» - договор № 1 от 27.09.2016 о проведении геолого-технологических исследований (ГТИ) в процессе бурения скважины №4 Узеньского месторождения.

2. ООО «Новые Технологии – Сервис» - договор № 594-ПГК-ЮЛ от 18.10.2016 на оказание услуг по инженерному сопровождению (супервайзингу) при капитальном ремонте скважины № 4 Узеньского месторождения Карпенского лицензионного участка.

3. Компания «Шлюмберже Лоджелко, Инк.» - генеральный договор № PGK-MSA-2015 от 07.08.2015 заказ на работы № 5 от 26.11.2016 (аренда аварийного инструмента для бокового ствола); заказ на работы № 7 от 23.11.2016.

4. ООО «Газпром георесурс» договор № 217-16 от 15.11.2016 на проведение промыслово-геофизических исследований, прострелочно-взрывных работ.

5. ЗАО «Геофизсервис» договор подряда № 70 (заказ-наряд от 28.11.2016) на выполнение геофизических исследований и работ в скважинах.

Учитывая безуспешность проведения аварийных работ, было принято совместное решение об установке цементного моста. С 16.12.2016 по 24.12.2016 Подрядчиком установлены цементные мосты в интервале 996-653 м, предотвращающие доступ к аварийной компоновке низа бурильной колонны.

Согласно предварительному (от 16.11.2016) и окончательному (от 15.12.2016) актам расследования инцидента, составленным представителями истца и сервисных компаний, ответственной виновной стороной в допущенной аварии являлся подрядчик. Акты ответчиком не подписаны.

Согласно акту расследования аварии при бурении скважины от 16.11.2016, составленному представителями подрядчика, инцидент произошел не по вине подрядной организации. Акт ООО «ПГК» не подписан.

15 декабря 2016 года ООО «ПГК» направило в адрес ООО «УК «Татбурнефть» уведомление о приостановке работ по причине неисполнения и ненадлежащего исполнения работ подрядчиком и несоответствия оборудования Подрядчика требованиям договора.

20 декабря 2016 года ООО «ПГК» направило в адрес ООО «Управляющая компания «Татбурнефть» уведомление о расторжении договора на основании 14.1 (а) раздела 2 договора ввиду ненадлежащего исполнения подрядчиком условий договора и произошедшими по вине подрядчика инцидентами. Акты выполненных работ Истцом не подписаны.

30 декабря 2016 года ООО «ПГК» направило в адрес ООО «УК «Татбурнефть» претензию о возмещении убытков и оплате штрафов по договору.

Ответчик претензию оставил без внимания, а требования по возмещению убытков и оплате штрафа - без удовлетворения.

Данные обстоятельства послужили основаниями для обращения истца с первоначальным иском.

В соответствии с пунктом 1 статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

Статья 307 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что в силу обязательства одно лицо (должник) обязано совершить в пользу другого лица (кредитора) определенное действие, как-то: передать имущество, выполнить работу, уплатить деньги и т.п., либо воздержаться от определенного действия, а кредитор имеет право требовать от должника исполнения его обязанности. 

Обязательства возникают из договора, вследствие причинения вреда и из иных оснований, указанных в настоящем Кодексе.

На основании статьи 309 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований – в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями.

В силу положений статьи 310 Гражданского кодекса Российской Федерации односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом.

Заключенный сторонами договор от 20 сентября 2016 года № 583-ПГК-ЮЛ/УК/0638/16 на выполнение работ по бурению бокового ствола скважины по суточной ставке является договором подряда, регулируется, как общими положениями гражданского законодательства, так и нормами для отдельных видов обязательств, содержащихся в параграфе 1 главы 37 «Подряд» Гражданского кодекса Российской Федерации. Договор не признан недействительным или незаключенным в установленном законом порядке.

По договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его (пункт 1 статьи 702 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По договору строительного подряда подрядчик обязуется в установленный договором срок построить по заданию заказчика определенный объект либо выполнить иные строительные работы, а заказчик обязуется создать подрядчику необходимые условия для выполнения работ, принять их результат и уплатить обусловленную цену (пункт 1 статьи 740 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В результате выполнения подрядчиком работ по бурению бокового ствола скважины на основании договора от 20 сентября 2016 года № 583-ПГК-ЮЛ/УК/0638/16 произошла авария, вследствие чего ООО «ПГК» были причинены убытки.

Статья 12 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает одним из способов защиты гражданских прав право требования возмещения убытков.

В силу пунктов 1, 2 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства. Убытки определяются в соответствии с правилами, предусмотренными статьей 15 настоящего Кодекса.

Согласно статье 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. 

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода). 

Для наступления деликтной ответственности, являющейся видом гражданско-правовой ответственности, необходимо наличие состава правонарушения, включившего в себя: а) наступление вреда; б) противоправность поведения причинителя вреда; в) причинную связь между двумя первыми элементами; г) вину причинителя вреда.

На основании статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. 

Лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать наличие вышеперечисленного состава правонарушения, а также размер подлежащих возмещению убытков. Отсутствие одного из вышеназванных условий влечет за собой отказ суда в удовлетворении требований о возмещении вреда. 

Согласно статье 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать обстоятельства, на которые она ссылается в обоснование своих требований и возражений.

В подтверждение причиненных убытков и их размера истцом представлены соответствующие доказательства, в том числе: предварительный (от 16.11.2016) и окончательный (от 15.12.2016) акты расследования инцидента, акт от 25.01.2017 о стоимости утраченного оборудования, платежные поручения № 326, № 327 от 28.02.2017 и № 497 от 29.03.2017.

Статьей 721 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что качество выполненной подрядчиком работы должно соответствовать условиям договора подряда, а при отсутствии или неполноте условий договора требованиям, обычно предъявляемым к работам соответствующего рода. Если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами или договором, результат выполненной работы должен в момент передачи заказчику обладать свойствами, указанными в договоре или определенными обычно предъявляемыми требованиями, и в пределах разумного срока быть пригодным для установленного договором использования, а если такое использование договором не предусмотрено, для обычного использования результата работы такого рода.

В силу пункта 2 статьи 721 Гражданского кодекса Российской Федерации, если законом, иными правовыми актами или в установленном ими порядке предусмотрены обязательные требования к работе, выполняемой по договору подряда, подрядчик, действующий в качестве предпринимателя, обязан выполнять работу, соблюдая эти обязательные требования. 

В силу статьи 723 Гражданского кодекса Российской Федерации  в случаях, когда работа выполнена подрядчиком с отступлениями от договора подряда, ухудшившими результат работы, или с иными недостатками, которые делают его не пригодным для предусмотренного в договоре использования либо при отсутствии в договоре соответствующего условия непригодности для обычного использования, заказчик вправе, если иное не установлено законом или договором, по своему выбору потребовать от подрядчика: безвозмездного устранения недостатков в разумный срок; соразмерного уменьшения установленной за работу цены; возмещения своих расходов на устранение недостатков, когда право заказчика устранять их предусмотрено в договоре подряда (статья 397 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Если отступления в работе от условий договора подряда или иные недостатки результата работы в установленный заказчиком разумный срок не были устранены либо являются существенными и неустранимыми, заказчик вправе отказаться от исполнения договора и потребовать возмещения причиненных убытков.

В силу пункта 6 статьи 753 Гражданского кодекса Российской Федерации   заказчик вправе отказаться от приемки результата работ в случае обнаружения недостатков, которые исключают возможность его использования для указанной в договоре строительного подряда цели и не могут быть устранены подрядчиком или заказчиком.

Удовлетворяя исковые требования о взыскании убытков в части, суд первой инстанции пришёл к выводу о доказанности размера убытков на сумму 197458109 руб. 21 коп., причиненных ответчиком истцу, и о наличии причинно-следственной связи между действиями ответчика и причиненными истцу убытками, обоснованно руководствуясь следующим.

Пунктом 5 статьи 720 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что при возникновении между заказчиком и подрядчиком спора по поводу недостатков выполненной работы или их причин по требованию любой из сторон должна быть назначена экспертиза.

На основании статей 64, 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для разрешения спорного вопроса необходимы специальные познания, и заключение эксперта является одним из видов доказательств.

По ходатайству ООО «УК «Татбурнефить» для определения причин аварии, объемов и качества выполненных работ судом назначена строительно-техническая экспертиза, проведение которой поручено экспертам ООО «Бюро судебной экспертизы «Инсайт-Эксперт» 

По результатам проведения экспертизы экспертом установлено следующее: 

1. Процедура по введению подрядчиком в эксплуатацию мобильной буровой установки (МБУ) выполнена с нарушением требованиям п. 1019 ФНИП ПБ в НГП и договора №583-ПГК-1ОЛ/УК/0638/16 от 20.09.2016. На момент работы комиссии 26.10.2016 буровая установка была не готова к пуску ее в работу и смонтирована на 80%. Повторное уведомление подрядчиком заказчика об устранении нарушений, указанных в акте-предписании №1 от 26.10.2016 и готовности буровой установки к пуску в работу в материалах дела отсутствуют.

Принимая во внимание предназначение, тип и комплектацию буровой установки МБУ3000/170, а также численный состав буровой бригады, ввод её в эксплуатацию должен проводиться в соответствии с п. 105 ФНИП ПБ в НГП, что соответствует бланку «Акта о вводе в работу буровой установки от 29.10.2016», с участием представителей заказчика, подрядчика и территориального органа Ростехнадзора. 

Также экспертами установлено, что несоответствием процедуры введения Подрядчиком в эксплуатацию мобильной буровой установки является «Акт на непроизводительное время №2 от 30.10.2016», где причиной выявленного НПВ является перетяжка талевого каната из-за его повреждения в результате некачественного монтажа вышкомонтажной бригадой, т.е. на следующий день после работы комиссии подрядчика, при этом замечаний комиссии к качеству талевого каната в «Акте о вводе в работу буровой установки от 29.10.2016» экспертами установлено не было.

2. На момент введения в эксплуатацию (начала работ) 29.10.2016 председателем и членами комиссии подрядчика с нарушением п. 1019 и п. 105 ФНИП ПБ в НГП, буровая установка находилась в ненадлежащем состоянии и не соответствовала техническому регламенту, указанному в приложении 3.1. к договору. Данные несоответствия представлены в таблице №1.

Экспертами установлено, что договором предусмотрено 4 рейса спускоподъемных операции, фактически, по данным суточных рапортов станции ГТИ зафиксировано 33 рейса, 29 из которых связаны с ремонтами бурового оборудования на поверхности (буровые насосы, дегазатор) - 17% и ликвидации инцидентов по отвороту и прихвату КНБК -83% от общего количества непредусмотренных договором рейсов СПО. Общее превышение фактически выполненных СПО над предусмотренных Договором составляет 29 рейсов или 725%.

Таким образом, отклонения фактически выполненных рейсов СПО от Договора произведены с целью ремонта неисправного бурового оборудования, которые привели к необратимому процессу нарушения целостности стенок и ствола скважины в интервалах залегания неустойчивых горных пород альбского яруса, склонных к обвалообразованию, закупорки кольцевого пространства, перепаду давления в системе «скважина-пласт» и как следствие к прихвату компоновки низа бурильной колонны.

В результате анализа представленных документов экспертами установлено, что процент ремонтного времени бурового оборудования (БО) предусмотрен договором на бурение бокового ствола (БС) скважины №4 Узенского месторождения не более 4% или 14.88 часов (0.62сут) от нормативною времени производства работ, предусмотренного договором на выполнение работ по бурению бокового ствола скважины по суточной ставке.

Фактическое время, затраченное на ремонт бурового оборудования при выполнении работ, составляет 91.15 час., превышение фактического времени над нормативным составляет 78.27 час., что соответствует 21% от нормативного времени, предусмотренного договором, и превышает нормативное ремонтное время в 5.3 раза.

Причиной ремонтов, превышающее их нормативное время, явилось не соответствие бурового оборудования и буровой установки требованиям, предусмотренным Приложением 3 к договору, его неготовность к проведению работ в соответствии с условиями договора, нарушение требований ФНИП ПБ в HI'II и договора раздел 3 п. 6.11..6.12., 6.13. при вводе в эксплуатацию буровой установки.

Исходя из материалов дела и руководствуясь справочными материалами, Экспертами установлено, что тип и свойства бурового раствора, определённые программой на капитальный ремонт скважин и/или программой промывки, составленной компанией Шлюмберже, соответствовали горно-геологическим и иным характеристикам скважины №4 Узенского месторождения, однако вследствие неработоспособности системы очистки Подрядчика, в процессе проведения работ по бурению бокового ствола привело к превышению показателей МВТ, (содержания твердой фазы выбуренной породы) содержания песка.

При увеличении показателей песка произошло увеличение плотности бурового раствора, а ввиду его абразивности, способствующей увеличению силы трения, возникающей между трущимися деталями гидравлической части бурового насоса (втулка-поршень, клапанная коробка-клапан, сальниковое уплотнение втулки-гидрокоробка) приводит к преждевременному износу бурового оборудования (Акт НПВ №8 от 07.11.2016, Акт МПВ №10 от 08.11.2016, Акт НПВ №12 от 12.11.2016, данные Таблицы №3, представленной в вопросе №3).

Увеличение показателей МВТ, в свою очередь также дополнительно привело к увеличению плотности бурового раствора, при этом происходит диспергирование выбуренной породы в буровой раствор, следствием чего является агрегирование (налипание, аккумуляция) частиц выбуренной породы как на стенки скважины, так и элементы КНЬК, в результате чего глинистая корка становится толстой и рыхлой, что приводит к сужению ствола скважины, а на КНБК образуются сальники (сальникообразование). Результатом сужения ствола скважины и сальникообразования является закупорка кольцевого пространства, потеря циркуляции, увеличение гидродинамического давления, превышающее горное давление залегания пород, в конечном итоге приводящие к гидроразрыву горных пород, при получении которого происходит потеря подвижности компоновки низа бурильной колонны (КНБК), что и произошло на скважине №4 Узеньской 14.11.2016 (суточный рапорт ГТИ от 14.11.2016).

Отсутствие работ по проходке, вызванное необходимостью ремонта бурового оборудования системы очистки бурового раствора (Акт НПВ №14 от 14.11.2016) накануне инцидента по прихвату бурильной колонны, так или иначе способствовал возникновению нештатной ситуации, т.к. при длительном простое бурового раствора без циркуляции происходит изменение его структурно-реологических под действием температуры и гидростатического давления. Значительное превышение содержания выбуренной породы в буровом растворе способствует её накопление на стенках скважины, а при прохождении КНБК и проработке ствола скважины в интервалах неустойчивых горных пород вызывает необратимые процессы обрушения стенок скважины и образованию обвального шлама, что в свою очередь ведет к прихвату КНБК, что было отмечено рапортами ГТИ за период 13-14.11.2016.

В результате анализа документов, находящихся в материалах дела, эксперты установили, что в процессе бурения бокового ствола на территории ведения работ имели место розливы бурового раствора в объёме не менее 165 куб.м.

Основными причинами розлива бурового раствора на территории ведения работ согласно материалам дела, явились систематические ремонты бурового оборудования (Том 18), являющегося зоной ответственности Подрядчика, согласно таблицы №5. 

Стоимость потерянного бурового раствора составляет 165,55*14 653,60 = 2 425 903,48 руб. без учёта НДС 18%.

Сброс отходов производства и потребления на почву является нарушением Федерального закона 7-ФЗ «Об охране окружающей среды» ст. 51. п.2. 

В результате анализа документов, представленных в материалы дела, Экспертами установлено, что в процессе бурения бокового ствола, зафиксирован факт неисправности шиберных задвижек емкостного блока (ЕБ) при нахождении в соседних емкостях бурового раствора и технической воды для его приготовления. Данные обстоятельства привели к изменению параметров фильтрации бурового раствора, которые способствовали созданию необратимого процесса осложнения ствола скважины вследствие кавернообразования, осыпей и обвалов стенок скважины, созданию рыхлой глинистой корки, не способной обеспечивать устойчивость стенок скважины, и условию возникновения дифференциального прихватов в высокопроницаемом горизонте, что в конечном итоге привело к инциденту по потере подвижности компоновки низа бурильной колонны (суточный рапорт ГТИ 11- 14.11.2016).

В результате анализа документов, представленных в материалы дела, экспертами установлено, что на момент вскрытия продуктивного горизонта альбского яруса песко-илоотделитель (гидроциклон) находился в неработоспособном состоянии. Данные обстоятельства привели к кратному превышению показателей содержания песка и МВТ (твёрдой фазы) в буровом растворе относительно программных показателей (песок в 9 раз, МВТ в 2 раза), которые способствовали накоплению твёрдой фазы необратимого процесса осложнения ствола скважины вследствие сальникообразования, сужения ствола скважины, закупорке кольцевого пространства и созданию чрезмерных гидродинамических давлений, превышающих рабочие показатели (суточный рапорт ГТИ 13.11.2016 Рраб=107атм. Ркон=152атм) в 1.5 раза созданию рыхлой глинистой корки, не способной обеспечивать устойчивость стенок скважины, и условию возникновения дифференциального прихвата в высокопроницаемом горизонте вследствие гидроразрыва, затруднению осевых перемещений КНБК по стволу скважины, с последующим возникновением необратимых процессов обрушения стенок скважины и образованию обвального шлама, что в свою очередь привело к инциденту по потере подвижности КНБК (суточный рапорт ПИ 11-14.11.2016). 

В результате анализа документов, представленных в материалы дела, Экспертами установлено, что на момент вскрытия продуктивного горизонта альбского яруса было зафиксировано увеличение газопоказаний по сумме газов, что свидетельствует о вскрытии продуктивного горизонта, буровая бригада была оповещена, при этом снизить газопоказания путём включения вакуумного дегазатора не представлялось возможным ввиду его неработоспособности, вследствие чего во избежание накопления предельно допустимой концентрации взрывоопасной смеси в насосно-емкостном блоке с последующим возгоранием, было прекращено углубление ствола скважины, произведена промывка скважины с целью снижения содержания газа в буровом растворе для предупреждения газонефтеводопроявления (ГНВП) и 11.11.2016 произведён подъём КНБК для ремонта оборудования системы очистки бурового раствора. При этом показатели аномальные газопоказания по сумме газов С1-С5 превысили фоновые более чем 10 раз. В результате анализа документов, представленных в материалы дела, Экспертами установлено, что Подрядчиком применялась четырёхступенчатая очистка бурового раствора, включающая в себя вибросита, пескоотделитель, илоотделитель, комплект центрифуг и вакуумный дегазатор.

Данное оборудование находилось в неисправном состоянии, о чём свидетельствует увеличение показателей песка, МВТ и аномального увеличения газопоказаний по сумме газов С1-С5 в буровом растворе.

Характером и видом неисправностей явилось неработоспособность электромотора привода виброситов, недостаточное давление подачи бурового раствора на нагнетательной линии гидроциклона и слом шиберной задвижки, и как следствие несоответствие фактической пропускной способности бурового раствора для его очистки требованиям Приложения 3.2. к Договору. Неработоспособностью вакуумного дегазатора явилось несвоевременное техническое обслуживание, непроведение работ по консервации оборудования, в результате чего произошло образование коррозии на рабочих поверхностях клапанов, и на конечном этапе - ввод в эксплуатацию неработоспособного оборудования системы очистки бурового раствора.

Результатом ремонта оборудования системы очистки в течении 2.2 суток явился необратимый процесс изменения структурно-реологических свойств бурового раствора под действием температуры и гидростатического давления, а при превышении показателей МВТ и песка в буровом растворе привело к аккумуляции (накопление) частиц выбуренной породы па стенках скважины под действием силы тяжести и сужению ствола. При прохождении КНБК в интервалах неустойчивых горных пород, отмеченных в геолого-техническом наряде, для дальнейшего углубления скважины после ремонта оборудования системы очистки бурового раствора, отмечены её посадки, воздействующие на стенки скважины при её проработке (суточный рапорт ГТИ 13-14.11.2016), в результате способствующие возникновению необратимых процессов обрушения стенок скважины и образованию обвального шлама, что в свою очередь привело к прихвату КНБК 14.11.2016.

При неработоспособности вакуумного дегазатора при вскрытии продуктивного горизонта альбскою яруса произошло увеличение фоновых показателей по сумме в буровом растворе, последствием чего могло явиться накопление предельно допустимой концентрации взрывоопасной смеси в ЦСГО с последующим возгоранием, результатом которого являются нанесение вреда здоровью персонала Подрядчика и сервисных компаний, а также окружающей среде.

Экспертами сделан вывод о том, что накануне произошедшего 14.11.2016 инцидента имело место проведение работ по спускоподъемным операциям (СПО), целью проведения которых был ремонт бурового оборудования. Установлен факт ремонта буровых насосов и оборудования системы очистки бурового раствора.

Экспертами также установлены следующие неисправности бурового оборудования:

1. Буровые насосы - неисправность бурового насоса №156, причина неисправности в материалах дела не представлена. При запуске бурового №158 выявлено отсутствие в нагнетательной линии промывочной жидкости по причине неисправности коммуникаций циркуляционной системы ЦС 145x240.

2. Вибросита - неисправность электродвигателя привода виброситов.

3. Гидроциклон - недостаточное давление подачи бурового раствора на нагнетательной линии гидроциклона. Слом шиберной задвижки.

4. Вакуумный дегазатор - несвоевременное обслуживание, не проведены работы по консервации оборудования. Выявлены следы коррозии на рабочих поверхностях клапанов. 

Неработоспособностью бурового оборудования явилось несвоевременное техническое обслуживание, непроведение работ по консервации оборудования, и на конечном этапе – ввод в эксплуатацию неработоспособного бурового оборудования, оборудования системы очистки бурового раствора, коммуникаций циркуляционной системы ЦС 145x240. 

При неработоспособности вакуумного дегазатора при вскрытии продуктивного горизонта альбского яруса произошло увеличение фоновых показателей по сумме газов в буровом растворе, последствием чего могло явиться накопление предельно допустимой концентрации взрывоопасной смеси в ЦСГО с последующим возгоранием, результатом которого являются нанесение вреда персоналу Подрядчика и сервисным компаниям и окружающей среде.

Кроме того, экспертами установлено, что на момент возникновения инцидента, произошедшего 14.11.2016 в 21:45 час на скважине №4 при бурении БС, буровые насосы были неработоспособны. 

Исходя из материалов дела, экспертами установлено, что во время возникновения инцидента, произошедшего 14.11.2016 в 21:45 час. на скважине №4 при бурении БС, бурильная колонна была оставлена бурильщиком без движения от 2 минут 20 секунд до 4 минут. Общее время, на которое бурильная колонна находилась в состоянии покоя, составляет 8 минут 16 секунд., что привело к прихвату бурильной колонны. 

Анализируя фактические данные, представленные в материалы дела, экспертами установлено, что совокупность факторов, представленных в вопросах 1 - 14.2. от ввода в эксплуатацию буровой установки, превышению количества СПО, ремонта бурового оборудования, до начала инцидента по прихвату бурильной колонны 14.11.2016 и первоочередным действиям по его ликвидации, взаимосвязаны между собой и предшествовали началу инцидента нарастающим «снежным комом», повлекшим за собой увеличение показателей фильтрации, резкие колебания давления бурового раствора в стволе скважины, загрязнённость ствола скважины глинистыми и другими мелкими частицами пород вследствие плохой очистки выходящего из скважины бурового раствора, длительному воздействию бурового раствора на породы, склонные к обвалам, приведшему в конечном итоге к потере подвижности бурильной колонны, и в конечном итоге длительного нахождения колонны бурильных труб без движения, неправильность первоочередных действий по предупреждению усложнения инцидента по прихвату бурильной колонны, недостаточно создаваемую бурильщиком нагрузку на КНБК, для её движения на подъём, что даёт экспертам право полагать, явилось причиной, усугубившей последствия данного инцидента и невозможности устранения его последствий.

Также экспертами установлено, что совокупность факторов от ввода в эксплуатацию буровой установки, превышению количества СПО, ремонта бурового оборудования, до начала инцидента по прихвату бурильной колонны 14.11.2016 и первоочередным действиям по его ликвидации, взаимосвязаны между собой и предшествовали началу инцидента нарастающим «снежным комом», повлекшим за собой увеличение показателей МВТ, песка, фильтрации, резкие колебания давления бурового раствора в стволе скважины, загрязнённость ствола скважины глинистыми и другими мелкими частицами пород вследствие плохой очистки выходящего из скважины бурового раствора (рис. 3), длительному воздействию бурового раствора на породы, склонные к обвалам, приведшему в конечном итоге к потере подвижности бурильной колонны, и в конечном итоге длительного нахождения колонны бурильных труб без движения, неправильность первоочередных действий по предупреждению усложнения инцидента по прихвату бурильной колонны, недостаточно создаваемую бурильщиком нагрузку на КНБК, для её движения на подъём, что на основании материалов дела и справочных материалов даёт Эксперту право полагать, явилось причиной инцидента произошедшего 14.11.2016.

Стоимость фактически выполненных работ в интервале 504-1168.8м составляет 22536492,90 руб., в том числе НДС 18% - 3 437 770,10 руб.

Завышение стоимости работ, представленных в Акте №4 от 31.12.2016 над фактически выполненными в соответствии с Договором видами работ, составляет 4318910,20 руб. без учёта НДС 18%. 

Завышение стоимости работ, представленных в акте №4 от 31.12.2016 фактически выполненным в соответствии с видами работ, соответствующими Договору составляет 6760247,00 руб. без учёта НДС 18%.

Завышение стоимости работ, представленных в акте №4 от 31.12.2016 фактически выполненным в соответствии с видами работ, соответствующими Договору составляет 6131987,00 руб. без учёта НДС 18%.

Общая стоимость завышения выполненных работ согласно «Актам выполненных работ» над фактически выполненными работами составляет 92 102 947,81 руб. в т.ч. НДС 18% 14 049 602,21 руб.

Исследовав материалы дела, экспертами установлена общая стоимость видов, объемов работ и материалов по договору, указанных в актах о приемке выполненных работ, выполненных (использованных подрядчиком) с недостатками, нарушениями технических норм и правил, нормативных требований и договора, некачественно выполненных подрядчиком работ, а также работ, не подтверждённых документально материальные затраты подрядчика, составляет 98122112,68 руб., в то числе НДС 18% - 14967779,90 руб.

На основании материалов дела экспертами установлено:

1. Участок ствола скважины в интервале захоронения КНБК 1168,8-996 м и участок установленного над ней цементного моста в интервале 996-653 м (общий интервал 1168,8 – 653 м) не пригоден для дальнейшего его использования Заказчиком (вопрос 17. рис. 6).

2. Пригодность к дальнейшему использованию открытого ствола скважины в интервале 653-504 м заполненного буровым раствором определить Экспертам не представилось  возможным ввиду в этой связи экспертами использован термин «условно пригодный» участок ствола скважины и определён ими в интервале 653-504 м.

3. Стоимость работ условно пригодного к дальнейшему использованию заказчиком участка ствола скважины, выполненных подрядчиком согласно договору, составляет 3730864,34 руб. 

Договором, программой бурения не предусмотрено непроизводительное время, включающее в себя свехнормативное СПО, ловильные работы, сверхнормативные ремонты БО более 4%, ликвидацию аварий, инцидентов, браков в работе, простоев.

Подрядчиком допускалось непроизводительное время, связанное с ремонтом бурового оборудования и в этой связи дополнительным временным затратам на незапланированные Договором и Программами работам, (вопрос №№ 2. 3 4, 5, 6. 7. 8. 9, 12). Общее непроизводительное время за вышеуказанный период составляет 40,0193 суток.

На основании материалов дела экспертами установлено, за период с 30.10.2016 по 14.11.2016 Подрядчиком допускалось непроизводительное время. Величина допущенного непроизводительного времени составляет 8,281 сут. 

В период допущенного подрядчиком непроизводительного времени в процессе строительства бокового ствола принимали участие компания Шлюмберже (Ml SWACO), ООО "Союзнефтсгазсервие", ООО «Новые технологии-Сервис». 

Стоимость работ сервисных компаний в сутки составляет: 

1. Шлюмберже - 1 659 138,40 руб. без НДС в сутки; 

1.1. Ml SWACO - 14 100,00 руб. без НДС в сутки;

1.2. MI SWACO - 14 653,60 руб. без НДС за 1м3 бурового раствора;

2. ООО "Союзнефтегазсервис" - 20 470,00 руб. без НДС в сутки;

3. ООО «Новые технологии-Сервис» - 26 900,00 руб. без НДС в сутки.

В целом, стоимость сервисных компаний в целом, за период с 30.10.2016 по 14.11.2016 допущенного подрядчиком непроизводительного времени составляет 19666118,55 руб. в том числе НДС 18% - 2999916,39 руб.

На основании материалов дела экспертами установлено, что в результате произошедшего инцидента в скважине оставлена компоновка низа бурильной колонны компании Шлюмберже. Стоимость оборудования составляет 110 243 938,40 руб. НДС на утерянное оборудование не распространяется.

В ликвидации последствий инцидента в период с 14.11.2016 но 23.12.2016 принимали участие Шлюмберже (MI SWACO), ООО "Союзнефтегазсервис", ООО «Новые технологии-Сервис», ООО «Геофизсервис». 

Стоимость работ сервисных компаний в сутки составляет:

1. Шлюмберже - 946 574,00 руб. без НДС в сутки; 1.1. Ml SWACO - 14 100,00 руб. без НДС в сутки; 

1.2. MI SWACO - 14 653,60 руб. без НДС за 1м3 бурового раствора. 

2. ООО "Союзнефтегазссрвис" - 20 470,00 руб. без 11ДС в сутки.

3. ООО «Новые технологии-Сервис» - 26 900,00 руб. без НДС в сутки.

4. ООО «Геофизсервис» - 1 946 999,00 руб. без НДС за операцию.

5. ООО "Газпром Георесурс" - 142 951,12 руб. без НДС за операцию.

В целом, стоимость сервисных компаний, участвовавших в ликвидации инцидента, в период с 14.11.2016 по 23.12.2016 составляет 62 687 866,86 руб. в том числе НДС 18% - 9562555,96 руб. Для ликвидации последствий инцидента привлекалось следующее дополнительное оборудование компании Шлюмберже. 

Стоимость дополнительного оборудования компании Шлюмберже с учётом ставки ожидания составляет 9 576 712,44 руб. в том числе НДС 18% 1 460 854,44 руб. 

Общая стоимость работ сервисных компаний согласно заключённых договоров за период с 30.10.2016 по 23.12.2016 допущенного непроизводительного времени, ликвидации инцидента и оставленной в скважине КНБК составляет 192 597 923,81 руб. в том числе НДС 18 % 12562472,35 руб., при этом сумма 110243938,40 руб. НДС не облагаются.

Общая сумма выплат, осуществлённых заказчиком согласно платёжным поручениям, представленным в материалы дела, составляет 217860507,77 руб. с учётом НДС. 

По окончании работ по демонтажу буровой установки ввиду расторжения договора зачистка территории, утилизация отходов бурения и техническая рекультивация территории скважины №4 подрядчиком не проводились.

Таким образом, факт выполнения подрядчиком работ с отступлениями от условий договора и требований норм и правил, а также размер причиненных истцу убытков  подтвержден  экспертным заключением и соответствующими актами. 

В соответствии с частью 1 статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном настоящим Кодексом и другими федеральными законами порядке сведения о фактах, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела.

Согласно статье 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами.

Статьёй 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Доказательство признается арбитражным судом достоверным, если в результате его проверки и исследования выясняется, что содержащиеся в нем сведения соответствуют действительности. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами. Никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы. Результаты оценки доказательств суд отражает в судебном акте, содержащем мотивы принятия или отказа в принятии доказательств, представленных лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений.

Суд считает экспертное заключение допустимым и достоверным доказательством по делу, в связи с чем сделанные в заключении эксперта выводы судом исследованы и учтены при рассмотрении настоящего дела.

Оценив заключение эксперта, апелляционный суд приходит к выводу о его соответствии требованиям статей 82, 83, 86, 87 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, федеральному закону от 29.07.1998 № 135-ФЗ «Об оценочной деятельности в Российской Федерации», а именно: выводы экспертного заключения подписаны компетентными экспертами, непротиворечивы, эксперты ответили на все поставленные на разрешение судом вопросы, экспертное заключение основано на материалах дела, а также на проведенных экспертами осмотрах узлов учета в многоквартирных домах выборочным способом, что не противоречит имеющимся в материалах дела доказательствам. 

Экспертное заключение является ясным и полным, дана расписка экспертов о предупреждении их об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, предусмотренной статьёй 307 Уголовного кодекса Российской Федерации.

В силу части 3 статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заключение эксперта является всего лишь одним из доказательств, исследуемых наряду с другими доказательствами по делу. Таким образом, процессуальный статус заключения судебной экспертизы определен законом в качестве доказательства, которое не имеется заранее установленной силы, не носит обязательного характера и подлежит оценке арбитражным судом наравне с другими представленными доказательствами.

Заключение эксперта оглашается в судебном заседании и исследуется наряду с другими доказательствами по делу, что в силу статьи 162 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации означает исследование доказательств с соблюдением принципа непосредственности.

Правовой статус заключения эксперта определен законом в качестве доказательства, которое не имеет заранее установленной силы, не носит обязательного характера и подлежит оценке судом наравне с другими представленными доказательствами.

Оснований для признания экспертного заключения недопустимым доказательством  у суда не имеется.

Ни истец, ни ответчик не представили соответствующие доказательства его недостоверности вследствие некомпетентности экспертов, их заинтересованности, неполноты представленных для проведения экспертизы материалов или по иным основаниям.

Допрошенный в судебном заседании эксперт полностью ответил на вопросы сторон. Ответы подробно приведены судом в обжалуемом решении.   

Судом было отклонено ходатайство ООО «УК «Татбурнефть» о проведении повторной экспертизы. 

В суд апелляционной инстанции от ООО «УК «Татбурнефть» поступило ходатайство о назначении повторной экспертизы с целью определения качества выполненных работ. Представитель ООО «ПГК»  возражал против удовлетворения заявленного ходатайства.

В соответствии с частью 1 статьи 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле. 

В порядке части 2 статьи 87 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае возникновения сомнений в обоснованности заключения эксперта или наличия противоречий в выводах эксперта или комиссии экспертов по тем же вопросам может быть назначена повторная экспертиза, проведение которой поручается другому эксперту или другой комиссии экспертов.

На основании статей 64, 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для разрешения спорного вопроса необходимы специальные познания, и заключение эксперта является одним из видов доказательств.

Заключение эксперта в данном деле является не единственным доказательством и оценено  судом в совокупности с другими доказательствами, подтверждающими качество выполненных работ.

Вместе с тем, ответчик не привел ни одного доказательства того, что заключение эксперта содержит в себе пороки, не позволяющие оценивать данное доказательство в качестве объективного и достоверного. Ответчик не представил доказательства того, что экспертом избрана ненадлежащая методика проведения экспертного исследования, что привело к неправильному определению выводов.

Одно лишь несогласие ответчика с выводами судебной экспертизы не является достаточным основанием для непринятия судом во внимание данного документа.

Оценив экспертное заключение, судом установлено, что выводы эксперта однозначны, их противоречивость и неполнота не установлены, в то время как необходимость в назначении повторной экспертизы возникает при наличии сомнений у суда в обоснованности экспертного заключения, оснований для признания экспертного заключения ненадлежащим доказательством не имеется.

Заключение судебной строительно-технической экспертизы соответствует требованиям, предъявляемым статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, предъявляемым к его форме и содержанию, не противоречит сведениям, содержащимся в иных материалах дела, в связи с чем, сведения, изложенные в нем, оцениваются судом как достоверные.

Представитель ответчика, оспаривая выводы проведенной по делу судебной экспертизы, не пояснил суду, какие именно возражения и замечания  по качеству выполненных работ подлежат оценке и исследованию экспертом.

Доводы заявителя о процессуальных нарушениях при производстве экспертизы не нашли своего подтверждения в ходе рассмотрения дела в апелляционной инстанции, сводятся к специальным познаниями и выводам, которые подробно изложены в экспертном заключении.

С учетом имеющихся в материалах дела доказательств апелляционный суд считает, что в удовлетворении ходатайства ответчика о проведении по делу повторной судебной экспертизы следует отказать.

Проанализировав экспертное заключение, суд пришел к правильному выводу о том, что совокупность вышеуказанных нарушений со стороны подрядчика привели к возникновению инцидента по прихвату компоновки низа бурильной колонны (КНБК), что в свою очередь привело к необходимости проведения комплекса аварийных работ и впоследствии захоронению дорогостоящего оборудования и установке цементных мостов в интервале 996-653 м.

В соответствии с подп. (а) п. 14.1 Раздела 2 договора компания вправе отказаться от исполнения договора в целом или в любой его части посредством направления уведомления о расторжении договора, в том числе в случае существенного и/или неоднократного неисполнения/ненадлежащего исполнения договора, а также в случае существенного и/или неоднократного простоя сервисных компаний по вине подрядчика, всегда с учетом  положений статьи 8 «Ответственность» Раздел 2. 

При этом нарушение конечного срока выполнения подрядных работ, как следует из системного толкования ст. 708, п. 2 ст. 405, п. 1 ст. 711 и п. 2 ст. 715 Гражданского кодекса Российской Федерации в любом случае предоставляет заказчику право в одностороннем порядке отказаться от принятия исполнения и требовать возмещения убытков, поскольку такое право предоставлено заказчику даже в том случае, если не наступил конечный срок выполнения работ, а окончание работы к установленному сроку становится явно невозможным.

В соответствии с п. 2 ст. 453 Гражданского кодекса Российской Федерации последствием расторжения договора является прекращение обязательств сторон, предусмотренных расторгнутым договором. 

Согласно п. 1 ст. 450, п.1, 2, 5 ст. 453 Гражданского кодекса Российской Федерации изменение и расторжение договора возможны по соглашению сторон, если иное не предусмотрено настоящим кодексом, другими законами или договором. При изменении договора обязательства сторон сохраняются в изменённом виде. При расторжении договора обязательства сторон прекращаются. Если основанием для изменения или расторжения договора послужило существенное нарушение договора одной из сторон, другая сторона вправе требовать возмещения убытков, причиненных изменением или расторжением договора.

Пунктом 2 статьи 715 Гражданского кодекса Российской Федерации  предусмотрено, если подрядчик не приступает своевременно к исполнению договора подряда или выполняет работу настолько медленно,  что окончание ее к сроку становится явно невозможным, заказчик вправе отказаться от исполнения договора и потребовать возмещения убытков. 

20 декабря 2016 года заказчик направил в адрес подрядчика уведомление о расторжении договора в связи с ненадлежащим исполнением подрядчиком условий договора и произошедшими по его вине инцидентами. Суд пришел к выводу о том, что договор был расторгнут в соответствии с требованиями подп. (а) п. 14.1 Раздела 2 договора и ст. 708, 711, 715 Гражданского кодекса Российской Федерации в одностороннем порядке заказчиком в связи с существенным нарушением подрядчиком договорных обязательств, что апеллянтом не оспаривается.

В соответствии с п. 14.4 Раздела 2 договора в случае расторжения или изменения договора в соответствии с п. 14.1 (а) и (b) Раздела 2 Компания выплачивает подрядчику денежные средства только за работы, фактически и качественно выполненные и принятые до даты расторжения или изменения договора и имеющие потребительскую ценность для Компании, с учетом любых взаимозачетов, предусмотренных положениями настоящего договора, за вычетом сумм штрафов, начисленных подрядчику в связи с ненадлежащим исполнением работ по договору. При этом компания, ни при каких обстоятельствах не выплачивает подрядчику расходов, связанных с мобилизацией, подготовкой площадки, монтажом, демонтажем, переездом, демобилизацией, рекультивацией.

Экспертами установлено, что в результате аварийных работ по ликвидации инцидента 14.11.2016 по извлечению КНБК, приведшие к последующему захоронению в скважине компоновки низа бурильной колонны в интервале 1168,8-996 м, принадлежащей компании Шлюмберже, подрядчиком в период с 16.12.16 по 24.12.16 установлены цементные мосты в интервале 996-653 м, предотвращающие доступ к голове аварийной КНБК для проведения работ по её извлечению из скважины. 

С учетом выводов эксперта суд пришел к выводу, что пригодными для использования результаты работ по договору являются пробуренный участок ствола скважины в интервале 653-509м (144 м или 2,48 суток), в  связи с чем расходы Истца на оплату услуг сервисных компаний в период работ по бурению ставшего непригодным участка ствола скважины (1168,8-653 м или 8,883 суток) по вине Подрядчика являются убытками истца.

В соответствии с п. 8.1.3.1. Раздела 2 Договора за ущерб, причиненный имуществу группы компании, Подрядчик несет ответственность в соответствии с применимым правом и положениями договора. 

В соответствии с п. 8.1.3.4. Раздела 2 Договора Подрядчик освобождает Компанию от ответственности и гарантирует ей возмещение убытков, в том числе и штрафов, связанных с нарушением Применимого права со стороны Подрядчика, включая, но не ограничиваясь, нарушениями валютного законодательства, нарушением правил таможенного оформления, нарушением налогового и трудового законодательства и т.д.

ООО «Прикаспийская газовая компания» заявляет, что во время проведения работ ООО «Управляющая компания «Татбурнефть» неоднократно нарушало условия договора, требования ПБОТОС, использовало ненадлежащие оборудование, нарушало сроки и порядок выполнения работ, во время работ по вине Подрядчика неоднократно происходили инциденты по разливу бурового раствора, допускалось непроизводительное время, а 14 ноября 2016 года произошел инцидент, в результате которого произошел прихват (потеря подвижности) компоновки низа бурильной колоны (КНБК). В результате в скважине в  осталось дорогостоящее оборудование КНБК с радиоактивным источником и в скважине был установлен цементный мост              . 

Данные обстоятельства послужили основанием для расторжения договора в одностороннем порядке, отказе от принятия работ и заявления требований о возмещении убытков (с учетом уточнений) в размере 228975370 руб. 72 коп. и штрафа в размере 1750000 руб. 

Таким образом, судом, с учетом представленных в материалы дела доказательств, заключением экспертизы, установлено следующее. 

Суточными рапортами ГТИ, суточными рапортами подрядчика, суточными рапортами по буровым растворам подтверждается инцидент по потере подвижности (прихват) компоновки низа буровой колоны (КНБК), последующие аварийные работы по устранению (ликвидации) последствий инцидента.

14 ноября 2016 года на скважине № 4 Узеньская во время проведения подрядчиком работ по бурению произошел инцидент по потери подвижности (прихват) компоновки низа бурильной колонны (КНБК).

В соответствии с п. 3.3.1. Раздела 2 договора подрядчик немедленно уведомляет Компанию о любой предполагаемой или фактической остановке работ, трудовых спорах или других факторах, в том числе последствиях любых указаний компании, которые влияют или могут негативно повлиять на выполнение работ. 

В соответствии с п. 3.1.11. Приложения 4.6. к договору аодрядчик (вне зависимости от рода выполняемой работы) обязан немедленно передавать информацию Заказчику об обнаруженных им в производственной среде Заказчика фактах отказов, аварий, инцидентов на трубопроводах, оборудовании, сооружениях, машинах и механизмах, разливах нефти (нефтепродуктов, пластовых подтоварных вод), утечках газа.

Согласно п. 15.3. Раздела 3 договора подрядчик обязан ознакомить персонал подрядчика, задействованный для выполнения работ, с мероприятиями по безаварийному ведению работ и обеспечить их выполнение. В случае возникновения инцидента, брака, осложнения (Инцидент), подрядчик обязан незамедлительно, а) известить компанию, d) предпринять  незамедлительные меры по недопущению ухудшения ситуации в соответствии с мероприятиями по безаварийному ведению работ.

Согласно п. 15.5. Раздела 3 договора в случае возникновения инцидента создается комиссия с привлечением заинтересованных сторон (как минимум представителей компании, подрядчика и сервисных компаний) для расследования причин инцидента. 

В соответствии с п. 15.7. раздела 3 договора по результатам работы комиссии в срок не более 10 (десяти) дней с даты окончания инцидента создаётся акт расследования инцидента, в котором указываются причины; корректирующие действия; время, затраченное на ликвидацию инцидента; виновная сторона (стороны); мероприятия по предупреждению подобных инцидентов. Отказ от подписания акта расследования инцидента не допускается. 

В отсутствие надлежаще уведомленных представителей подрядчика и/или сервисных компаний составленные акты расследования имеют равную юридическую силу с актами подписанными всеми сторонами и являются достаточным для подрядчика и сервисных компаний подтверждением причины инцидента и виновной стороны и являются основанием для расчетов по договору.

Согласно п. 8.1.3.6. Раздела 2 договора предусмотрен порядок расследования фактов причинения ущерба, в соответствии с которым по каждому случая должно проводиться расследования с обязательным образованием комиссии.

В нарушение указанных положений договора подрядчиком в одностороннем порядке составлен акт от 18.11.2016 расследования причин аварии. В данном акте сделан вывод о причинах аварии, не зависящих от вины подрядчика. Заказчик данный акт не принял.

В свою очередь заказчик, получив информацию о произошедшем инциденте от супервайзера ООО «НТ-Сервис» (в материалы дела представлено письмом № 475 от 16.11.2016), ввиду бездействия подрядчика назначил комиссию по расследованию инцидента. О создании комиссии заказчик уведомил подрядчика для обеспечения участия в данной комиссии представителя подрядчика. Работа комиссии была назначена на 18.11.2016, по результатам расследования которой  составлен предварительный акт.   Данный предварительный акт был направлен подрядчику, подписывать который подрядчик отказался. 

15 декабря 2016 года Заказчиком был составлен окончательный акт технического расследования инцидента в порядке, предусмотренном разделом 8 договора, где было установлено, что ответственной (виновной) стороной за инцидент является ООО «УК Татбурнефть». Окончательный акт был направлен подрядчику, подписывать который Подрядчик отказался. Акт был подписан Заказчиком, сервисными компаниями «Шлюмберже Лоджелко, Инк.», ООО НПО «Союзнефтегазсервис».

В ходе проведения работ по продолжению бурения скважины 14 ноября 2016 года в 21:46 час. произошел инцидент, связанный с потерей подвижности компоновки низа бурильной колонны. 

Причинами инцидента, согласно акту технического расследования инцидента при бурении бокового ствола от 15 декабря 2016 года, явились совокупность факторов, таких как не герметичность шиберных задвижек емкостного блока и неисправность системы очистки бурового раствора. Ответственной (виновной) стороной за инцидент является ООО «УК «Татбурнефть».

После произошедшего инцидента работы по бурению в соответствии с графиком Глубина-день (Приложение № 3.10) не проводились.  

На скважине № 4 проводились аварийные работы, связанные с извлечением КНБК при помощи различных ловильных инструментов, в том числе с привлечением сервисных подрядчиков «ШлюмбержеЛоджелко, Инк.», ООО НПО «Союзнефтегазсервис», ООО «Новые Технологии – Сервис», ООО «Газпром Георесурс», ЗАО «Геофизсервис».

Аварийные работы по ликвидации инцидента проводились на основании разработанных и утвержденных подрядчиком планов работ и согласованных заказчиком. На основании плана № 1, утвержденного 25.11.2016, последствия инцидента не были устранены. В связи с чем был разработан план № 2 от 28.11.2016, однако проведенные работы также не привели к высвобождению КНБК.

Учитывая безуспешность проведения аварийных работ, принято решение об установке цементного моста. Подрядчиком в период с 16 по 24 декабря 2016 года установлены цементные мосты.

Как установлено выше, выводы о вине подрядчика, причинно-следственной связи между виновными действиями/бездействиями подрядчика и наступившими последствиями в виде инцидента по потере подвижности (прихват) компоновки низа буровой колоны (КНБК), потери КНБК и последующими аварийными работами по устранению (ликвидации) последствий инцидента, подтверждаются проведенными экспертными исследованиями в ответах на вопросы 15, 1, 2, 3, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 14.2, 14.3, 19.

В соответствии с материалами дела в ликвидации последствий инцидента в период с 14 ноября по 23 декабря 2016 года принимали участия сервисные компании «ШлюмбержеЛоджелко, Инк.» (MI SWAKO), ООО «Новые Технологии – Сервис», ООО НПО «Союзнефтегазсервис», ООО «Газпром Георесурс», ЗАО «Геофизсервис».

В экспертном заключении экспертами представлен расчет стоимости работ сервисных компаний в период с 14.11.2016 по 23.12.2016. Согласно данному расчету стоимость работ сервисных компаний составила: 

- Компания «ШлюмбержеЛоджелко, Инк.» (MI SWAKO): 

Услуги, потери бурового раствора на ликвидацию аварии, аренда аварийного инструмента - 58 997 799,74 руб.

Утраченное оборудование - 110 243 938,40 руб. (без учета НДС),. 

- ООО «Новые Технологии-Сервис» - 352 114 руб. 

- ООО НПО «Союзнефтегазсервис» - 871 811,98 руб.

- ООО «Газпром Георесурс» - 168 682,32 руб.

- ЗАО «Геофизсервис» - 2 297 458,82 руб.

В общем итоге: 172 931 805,26 руб.

Суд первой инстанции  пришел к обоснованному выводу о том, что экспертами проведены верные расчеты, в связи с чем с ООО «Управляющая компания «Татбурнефть» обоснованно взыскана сумма расходов ООО «Прикаспийская газовая компания» на оплату услуг, работ, оборудования сервисных подрядчиков с 14.11.2016 по 23.12.2016, связанных с ликвидацией последствий аварии в размере 172 931 805 руб. 26 коп.

Довод  апелляционной жалобы ООО «УК «Татбурнефть» о необходимости определения остаточной стоимости утраченного оборудования компании «Шлюмберже Лоджелко, Инк.» судом  признан несостоятельным.

Утраченное оборудование являлось собственностью компании «ШлюмбержеЛоджелко, Инк.» и было предоставлено ООО «Прикаспийская газовая компания» в рамках генерального договора № PGK-MSA-2015 от 07.08.2015 и  заказа на работы № 3 от 21 октября 2016 года.

В соответствии с п. 10.2. генерального договора № PGK-MSA-2015 от 07.08.2015 ООО «Прикаспийская газовая компания» возмещает убытки компании «ШлюмбержеЛоджелко, Инк.» в размере стоимости утраченного оборудования. 

В материалы дела представлен акт от 25.01.2017 о возмещении стоимости утраченного оборудования при строительстве бокового ствола скважины № 4 Узеньская по договору № PGK-MSA-2015 от 07.08.2015, согласно которому стоимость утраченного оборудования составляет 110 243 938 руб. 40 коп. со скидкой 20%, которую Компания «ШлюмбержеЛоджелко, Инк.» сделала заказчику.

 Платежными поручениями № 326, № 327 от 28.02.2017 и № 497 от 29.03.2017 стоимость утраченного оборудования была оплачена ООО «ПГК».

В связи с чем, расходы ООО «ПГК», связанные с возмещением стоимости утраченного оборудования по вине подрядчика, являются убытками и в порядке ст. 15 ГК РФ подлежат возмещению в размере оплаченной стоимости оборудования.

Как указывается ООО «ПГК» и подтверждается материалами дела, в процессе бурения скважины с 29.10.2016 по 14.11.2016 принимали участие сервисные компании, а именно: Компания «ШлюмбержеЛоджелко, Инк.» (MI SWAKO), ООО «Новые Технологии – Сервис», ООО НПО «Союзнефтегазсервис».

Согласно условиям договора на бурение бокового ствола в интервале 500-1400 м предусмотрено 15,5 суток, из них для установки клина-отклонителя и фрезерования технологического «окна» в 245мм в обсадной колонне в интервале 500-505 м предусмотрено 2 суток, на бурение бокового ствола в интервале 505-1400 м (895м) предусмотрено13,5 суток. 

Экспертами установлено, что в результате аварийных работ по ликвидации инцидента 14.11.2016 по извлечению КНБК, приведшие к последующему захоронению в скважине компоновки низа бурильной колонны, принадлежащей компании Шлюмберже, подрядчиком в период с 16.12.2016 по 24.12.201 установлены цементные мосты, предотвращающие доступ к голове аварийной КНБК для проведения работ по её извлечению из скважины. 

В обоснованиях к ответу на семнадцатый вопрос экспертизы эксперты установили, что время на бурение ликвидированного в связи с инцидентом по прихвату КНБК интервала 653-1168,8м (515,8м) за период с 29.10.16 по 14.11.16 составило 8,883 суток.

Условно пригодный для заказчика участок ствола скважины экспертами установлен по видам работ в соответствии с договором:

- установка клина и фрезерование технологического «окна» в 245 мм в обсадной колонне – 2 суток; 

- бурение бокового ствола в интервале 653-509 м (144м) – 2,48 суток.

При таких обстоятельствах суд пришел к верному выводу, что пригодными для использования результаты работ по договору являются пробуренный участок ствола скважины в интервале 653-509м (144 м или 2,48 суток) и установка клина и фрезерование технологического «окна» в 245 мм в обсадной колонне (2 суток), всего 4,48 суток.

В остальной части участок ствола скважины является непригодным для использования заказчиком. В связи с чем расходы Истца на оплату услуг сервисных компаний в период работ по бурению ставшего непригодным участка ствола скважины по вине Подрядчика являются убытками истца. 

Размер суточных ставок за работу сервисных подрядчиков указан в представленных истцом в материалы дела, актах выполненных работ, справках о стоимости выполненных работ, копиях договоров, а также в расчетах убытков в отношении сервисных подрядчиков.

Судом произведен расчет стоимости работ, услуг сервисных компаний за период с 29.10.2016 по 14.11.2016 (8,883 сут.) по бурению ствола скважины в интервале 1168,8-653 (515,8 м), признанного непригодным для использования. Судом для расчета применены ставки, предусмотренные договорами между истцом и сервисными подрядчиками.

По сервисным компаниям стоимость работ, услуг в данный период составила: «ШлюмбержеЛоджелко Инк.» - 17 368 024 руб. 44 коп, ООО «Союзнефтегазсервис» - 213357 руб. 58 коп., ООО «НТ-Сервис» стоимость работ, услуг составила 280377 руб. 09 коп.

При таких обстоятельствах, суд установил, что расходы ООО «ПГК» на сервисных подрядчиков за период с 29.10.2016 по 14.11.2016 (8,883 сут.) по бурению ствола скважины, признанного непригодным для использования, составили 17861759 руб. 11 коп. и подлежат взысканию с ООО «УК «Татбурнефть».

Также, судом произведен расчет стоимости работ сервисных компаний за период с 29.10.2016 по 14.11.2016 (4,48 сут.) по установке клина–2сут., бурение в интервале 509-653м (144м) - 2,48сут., пригодным для использования заказчиком, а именно ООО «Союзнефтегазсервис» - 108 212 руб. 61 коп.; ООО «НТ-Сервис» -142 204 руб. 16 коп. 

Компания «ШлюмбержеЛоджелко Инк.» не оказывала услуги/работы, не предоставляло оборудование в процессе установки клина – 2 сут., в связи с чем в расчетах стоимости услуг компании «ШлюмбержеЛоджелко Инк.» судом учитываются только оказанные услуги, выполненные работы, предоставленное в аренду оборудование в период бурения ствола скважины в интервале 509-653м (144м). - 2,48 суток, пригодным для использования заказчиком. По сервисной Компании «ШлюмбержеЛоджелко Инк.» стоимость работ услуг, аренды оборудования составила -  4 862 209 руб. 26 коп.

При таких обстоятельствах суд обоснованно установил, что расходы ООО «ПГК» на сервисных подрядчиков за период с 29.10.2016 по 14.11.2016 (4,48 суток) по установке клина-2сут, бурение в интервале 509-653м - 2,48суток (пригодного участка ствола скважины) составили 5 112 626 руб. 03 коп., которые не подлежат взысканию с Ответчика.

Кроме того, истцом было заявелно, что в период выполнения работ по бурению скважины № 4 Узеньская до аварии по вине подрядчика допущено непроизводительное время на скважине (ремонт оборудования, внеплановые спускоподъемные операции, перетяжка талевого каната, демонтаж/монтаж стволовой части ПВО, извлечение отбойного кольца для прохождения шаблонирующей КНБК, превышение норм времени на сборку КНБК, центровка вышки, непрохождение КНБК через «окно», ликвидация инцидента с бурильной колонной, чистка шнека, ремонт буровых насосов, ремонт оборудования системы отчисти БР, дегозатора, пескоотделителя).

По мнению истца, в связи с возникновением непроизводительного времени по вине Подрядчика, истцом понесены убытки в виде оплаты дополнительных расходов сервисных подрядчиков, участвующих в процессе бурения скважины, а именно: Компания «ШлюмбержеЛоджелко, Инк.» (MI SWAKO), ООО «Новые Технологии – Сервис», ООО НПО «Союзнефтегазсервис».

Наличие договорных отношений между заказчиком и сервисными подрядчиками и оплаты за них подтверждаются соответствующими копиями договоров на оказание услуг, выполнения работ, актами, платежными поручениями об оплате, выписками из счетов, имеющимися в материалах дела.

Факты непроизводительного времени отражены в суточных рапортах ГТИ, суточных рапортах подрядчика, трехсторонних актах на непроизводительное время, составленными при участии представителей ООО «УК «Татбурнефть»: № 1 от 31.10.2016, № 2 от 30.10.2016, № 3 от 31.10.2017, № 4 от 31.10.2016, № 5 от 2.11.2016, № 7 от 05.11.2016, № 8 от 07.11.2016, № 9 от 07.11.2016, № 10 от 08.11.2016, № 11 от 10.11.2016, № 13 от 11.11.2016, № 14 от 14.11.2016, а также в соответствующих актах о ненадлежащем выполнении работ, составленных представителями ООО «Прикаспийская Газовая Компания». В актах на непроизводительное время имеется запись о количестве непроизводительного времени, в связи с чем оно образовалось, указана виновная сторона.

В соответствии с суточными рапортами ГТИ от 27, 28, 29, 30, 31 октября 2016 года, а также суточными рапортами подрядчика за тот же период, подрядчиком производились вышкомонтажные работы, монтаж ПВО, опрессовка ПВО, сборка СБР 127мм, демонтаж/монтаж стволовой части ПВО, извлечение отбойного кольца для прохождения шаблонирующей КНБК, перетяжка талевого каната.

Таким образом, подрядчик допустил нарушение договорных обязательств, а именно: допустил отставание от «Графика Глубина-день» в связи с проведением вышкомонтажных работ (которые должны были быть закончены к 00:00 часов 27.10.2016), проведения ремонтных работ по перетяжке талевого каната из-за его повреждения в результате некачественного монтажа талевой системы вышкомонтажной бригадой. 

Данные факты непроизводительного времени подтверждаются актами на непроизводительное время № 1 от 31.10.2016, № 2 от 30.10.2016, № 3 от 31.10.2016, в которых ответственной стороной указывается ООО «УК «Татбурнефть». 1 и 2 акты подписаны представителем подрядчика без замечаний, по акту №3 представлены возражения.

Акты НПВ № 1, № 2 и № 3 относятся к одному периоду времени, и подтверждают допущенное непроизводительное время в период с 29 октября (00:00) по 31 октября (10:00) 2016 года.

При этом довод ООО «УК «Татбурнефть» о том, что акты НВП № 1, № 2, № 3 составлены в период, когда  буровые работы не должны были выполняться, т.к. в соответствии с приложением 3.9 к Договору период выполнения работ – с 01 по 16 ноября 2016 года, суд обоснованно признал несостоятельными.

В соответствии с п. 4 приложения № 3.4. к Договору «Матрица распределения ответственности» Подрядчик составляет, согласовывает и несет ответственность за исполнение Графика Глубина-день в рамках своей ответственности. 

В соответствии с приложением № 3.10. к Договору «График Глубина-день» Подрядчик должен был окончить вышкомонтажные работы 27 октября 2016 года в 00:00 и осуществить буровые работы, предусмотренные договором, в течение 15,66 дней с 27 октября по 11 ноября 2016 года.

Кроме того, как установлено судом акты НВП № 5, № 8, в которых указано на нарушение подрядчиком графика Глубина-День (Приложение № 3.10 к Договору), подписаны подрядчиком без замечаний. В связи с чем суд пришел к  обоснованному выводу, что при бурении скважины стороны фактически работали по графику Глубина-день (Приложение № 3.10. к Договору), и ответчик обязан был соблюдать последовательность, виды и сроки проведения работ. 

Таким образом, суд признал ответственной стороной в допущении непроизводительного времени в количестве 58 часов в вышеуказанный период ООО «УК «Татбурнефть».

В период с 19:00 часов до 20:00 часов 31 октября 2016 года  ответчиком было допущено непроизводительное время в количестве 1 час в связи с превышением норм времени на сборку КНБК, что подтверждается суточным рапортом ГТИ от 31.10.2016, суточным рапортом подрядчика от 31.10.2016, актом НПВ № 4 от 31.10.2016, актом № 4 о ненадлежащем выполнении работ от 31.10.2016.

 В период с 02:45 часов до 03:30 часов 2 ноября 2016 года ответчиком было допущено непроизводительное время в количестве 45 минут (0,75 часа) в связи с центровкой вышки, что подтверждается суточным рапортом ГТИ от 02.11.2016, актом НПВ № 5 от 02.11.2016, актом № 5 о ненадлежащем выполнении работ от 02.11.2016. 

В период с 10:30 часов 04 ноября 2016 года до 12:45 часов 05 ноября 2016 года было допущено непроизводительное время в количестве 26 часов 15мин. (26,25 час) в связи с ликвидацией аварии с бурильной колонной. Факт непроизводительного времени зафиксирован в суточных рапортах ГТИ и Подрядчика от 04 и 05 ноября 2016 года.

В этой связи доводы заявителя апелляционной жалобы об отсутствии вины подрядчика в причинении истцу убытков в результате произошедшей аварии на строительной площадке подлежат отклонению судом.

В период с 04:30 часов до 06:30 часов 06 ноября 2016 года подрядчиком было допущено  непроизводительное время в количестве 2 часов в связи с работой по чистке шнека, которая не предусмотрена Графиком Глубина-день. Данное обстоятельство подтверждается суточным рапортом ГТИ от 06.11.2016, суточным рапортом Подрядчика от 06.11.2016, актом НПВ № 8 от 07.11.2016, актом № 8 о ненадлежащем выполнении работ от 07.11.2016, подписаными со стороны Подрядчика без замечаний. 

В период с 22:30 часов 06 ноября 2016 года до 02:00 часов 07 ноября 2016 года было допущено непроизводительное время в количестве 3 часа 30 минут в связи с ремонтом буровых насосов. Данное обстоятельство подтверждается суточными рапортами ГТИ и Подрядчика от 06 и 07.11.2016, актом НПВ № 9 от 07.11.2016, актом № 9 о ненадлежащем выполнении работ от 07.11.2016. Ответственной стороной признан ответчик ООО «УК «Татбурнефть». Акт НПВ № 9 от 07.11.2016 подписан со стороны Подрядчика без замечаний. 

В период с 15:30 часов 07 ноября 2016 года до 05:30 часов 08 ноября 2016 года подрядчиком  было допущено непроизводительное время в количестве 14 часов в связи с ремонтом буровых насосов. Данное обстоятельство подтверждается суточными рапортами ГТИ и подрядчика от 07 и 08.11.2016, актом НПВ № 10 от 08.11.2016, актом № 10 о ненадлежащем выполнении работ от 08.11.2016. 

В период с 16:30 часов до 17:30 часов 10 ноября 2016 года подрядчиком  было допущено непроизводительное время в количестве 1 час 25 мин. (1,42 часа) в связи с ремонтом буровых насосов. Данное обстоятельство подтверждается суточным рапортом ГТИ от 10.11.2016, суточным рапортом подрядчика от 10.11.2016, актом НПВ № 11 от 10.11.2016, актом № 11 о ненадлежащем выполнении работ от 10.11.2016. 

В период с 10:30 часов до 20:30 часов 11 ноября 2016 года подрядчиком было допущено непроизводительное время в количестве 10 часов. Данное обстоятельство подтверждается суточным рапортом ГТИ от 11.11.2016, суточным рапортом Подрядчика от 11.11.2016, актом НПВ № 13 от 11.11.2016, актом № 13 о ненадлежащем выполнении работ от 11.11.2016. 

В период с 21:15 часов 11 ноября 2016 года до 02:00 часов 14 ноября 2016 года подрядчиком было допущено непроизводительное время в количестве 52 часов 45 мин(52,75 часа) в связи с ремонтом оборудования системы очистки бурового раствора (дегазатор,  пескоотделитель). Данное обстоятельство подтверждается суточными рапортами ГТИ от 11-14.11.2016, суточными рапортами подрядчика, актом НПВ № 14 от 14.11.2016, актом № 14 о ненадлежащем выполнении работ от 14.11.2016. 

Таким образом, судом установлено, что суммарно  непроизводительное время составило 169,25 часа или 7,052 суток 

В обоснованиях к ответу на третий вопрос экспертизы экспертами указано, что в соответствии с договором ремонтное время не должно превышать более 4 % от времени бурения конкретной скважины. Нормативное время выполнения работ по бурению скважины в часах составляет 372 часа (15,5 сут.). Ремонтное время 4% от нормативного времени выполнения работ по бурению бокового ствола в часах составляет 14,88 час (0,62 сут.). Вычтя указанное время, суд первой инстанции пришел к выводу, что    непроизводительное время, допущенное по вине Подрядчика, подтвержденное материалами дела, составило 154,37 часа или 6,432 суток. 

С учетом изложенного судом произведен расчет стоимости работы/услуги сервисных подрядчиков, исходя из непроизводительного времени, допущенного по вине Подрядчика в период выполнения работ по бурению скважины № 4 Узеньская до аварии, в количестве 6,432 суток:  по сервисной компании «ШлюмбержеЛоджелко Инк.» -  12 699 476 руб. 81 коп; ООО «Союзнефтегазсервис» -155 326 руб. 99 коп.;  ООО «Новые Технологии-Сервис» -  204 164 руб. 54 коп, а всего  13058968 руб. 34 коп.

Причинно-следственная связь между простоем по вине ответчика и затратами истца на оплату простоя сервисных подрядчиков следует из того, что скважина строилась на условиях раздельного сервиса, то есть  роль бурового подрядчика, которым является ответчик, является ключевой в процессе строительства скважины, т.к. именно последний осуществляет непосредственно процесс бурения. В свою очередь сервисные подрядчики лишь обеспечивают процесс бурения скважин сопутствующими сервисами. 

В периоды простоя по вине бурового подрядчика процесс строительства приостанавливается, соответственно, цель, ради которой привлекаются сервисные подрядчики, а именно: обеспечение процесса строительства скважины, не достигается по вине подрядчика. При этом указанные периоды были оплачены истцом сервисным подрядчикам на общих условиях заключенных с ними договоров, что подтверждается материалами дела, так как неисполнение договорных обязательств ответчиком не освобождает от оплаты работ, услуг сервисным подрядчикам в периоды НПВ ответчика.

Соответственно, во время непроизводительного времени ООО «УК «Татбурнефть» работы сервисных подрядчиков оплачивались по ставкам, которые предусмотрены договорами для соответствующих видов работ/услуг.

Ненадлежащее исполнение договорных обязательств ответчика во взаимоотношениях с истцом не является основанием для освобождения последнего от обязанности исполнить свои обязательства перед сервисными подрядчиками.

Размер расходов истца подтвержден расчетами убытков, актами выполненных работ и справками о стоимости выполненных работ сервисных подрядчиков, платежными поручениями, представленными в материалы дела.

Таким образом, вывод суда первой инстанции о доказанности убытков истца, понесенных в виде расходов на сервисных подрядчиков в период непроизводительного времени по вине подрядчика, в размере 13058968 руб. 34 коп. апелляционный суд считает законным.

Согласно пункту 1 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, не исполнившее обязательства либо исполнившее его ненадлежащим образом, несет ответственность при наличии вины (умысла или неосторожности), кроме случаев, когда законом или договором предусмотрены иные основания ответственности.

Лицо признается невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащего исполнения обязательства.

Пунктом 2 статьи 401  Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство.

В соответствии с пунктом 3 статьи пункту 1 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено законом или договором, лицо, не исполнившее или ненадлежащим образом исполнившее обязательство при осуществлении предпринимательской деятельности, несет ответственность, если не докажет, что надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств. К таким обстоятельствам не относятся, в частности, нарушение обязанностей со стороны контрагентов должника, отсутствие на рынке нужных для исполнения товаров, отсутствие у должника необходимых денежных средств.

В данном случае таким лицом является ответчик и на нем лежит обязанность доказать обстоятельства, подтверждающие отсутствие его вины.

Ответчик не представил доказательств принятия достаточных мер для обеспечения исполнения принятого им обязательства с той степенью заботливости и осмотрительности, которая требовалась от него по характеру обязательства и условиям оборота.

Доказательств об отсутствии вины ответчика, доказательств принятия мер для надлежащего исполнения своих обязательств перед истцом ответчик не представил, наличие обстоятельств чрезвычайных и непредотвратимых обстоятельств, не доказал.

Также, ООО «ПГК» просило взыскать с ответчика убытки в размере 2524520 руб. 49 коп. за приготовление дополнительных объемов бурового раствора, необходимость в приготовлении которых вызвана разливами (потерями) бурового раствора произошедшими по вине подрядчика. В обоснование уточненных требований ООО «ПГК» ссылается на произошедшие инциденты по разливу бурового раствора, зафиксированные в суточных рапортах, актах-предписаниях супервайзера, актах на непроизводительное время, доказанность вины подрядчика в допущенных инцидентах.

ООО «УК «Татбурнефть» возражало относительно наличия вины подрядчика в допущенных инцидентах, объемов бурового раствора и причин произошедших разливов бурового раствора.

При исследовании материалов дела судом установлено следующее.

6,7,8,9,10,11,12,13 ноября 2016 года на скважине произошли инциденты – разлив бурового раствора во время выхода из строя  оборудования подрядчика, подтверждением чего являются представленные в материал дела  суточные  рапорта от указанных дат,  суточные рапорта ГТИ,  акты НПВ, составленные в указанные даты в связи с инцидентами. В результате был дополнительно  подготовлен буровой раствор.   

Из вышеуказанных документов  следует, что общие  потери бурового раствора за спорный период составили 165,55 куб.м, дополнительно изготовлено 215 куб.м.

В обоснованиях к ответу на пятый вопрос экспертизы экспертами приведена таблица № 5 анализа источников розлива бурового раствора. 

Эксперты в заключении также подтвердили, что  объем и стоимость потерянного бурового раствора составляет 165,55 куб.м. *14 653,60 руб. = 2 425 903,48 руб. без учета НДС.

В соответствии с пунктом 7.4. раздела 3 Договора в обязанности Подрядчика, помимо осуществления процесса бурения, в том числе, входила обязанность по приготовлению и обработке реагентами буровых растворов; очистка буровых растворов с помощью оборудования для удаления твердой фазы; мониторинг и контроль параметров буровых растворов (плотность, условная вязкость, водоотдача, содержание песка, уровень рН). 

Подрядчик гарантировал проектную производительность работы оборудования для очистки бурового раствора. Профилактическое обслуживание оборудования по очистки бурового раствора будет производиться в соответствии с инструкциями компании-производителя. 

Типы и количество сеток оборудования для отчистки бурового раствора будут согласованы сторонами с целью обеспечения оптимальной производительности оборудования для определенных буровых растворов.

В соответствии с п. 3.1.1. раздела 2 договора подрядчик выполняет работы в соответствии с требованиями договора и применимого права, и выполняет все работы по договору с привлечением для выполнения работ персонала подрядчика, с использованием оборудования Подрядчика и его материалов, а также прочего имущества.

Согласно п. 10.2. Раздела 3 договора подрядчик выполняет техническое обслуживание и ремонт своего оборудования в целях обеспечения его исправности и полного соответствия эксплуатационным характеристикам и техническим условиям.

В выводах к ответу на второй вопрос экспертизы эксперты указали, что отклонения фактически выполненных рейсов СПО от договора произведены с целью ремонта неисправного бурового оборудования. 

Эксперты указали, что фактическое время, затраченное на ремонт бурового оборудования при выполнении работ, составляет 91,15 час., превышение фактического времени над нормативным составляет 78.27 час., что соответствует 21% от нормативного времени, предусмотренного договором, и превышает нормативное ремонтное время в 5,3 раза. Причиной ремонтов, превышающее их нормативное время, явилось не соответствие бурового оборудования и буровой установки требованиям предусмотренным Приложением № 3 к договору, его неготовность к проведению работ в соответствии с условиями договора, нарушение требований ФНИП ПБ в НГП и Договора раздел 3 п. 6.11, 6.12, 6.13 при вводе в эксплуатацию буровой установки.

На основании вышеизложенного, апелляционный суд соглашается с выводом суда первой инстанции  о том, что в результате ненадлежащего исполнения подрядчиком договорных обязательств (в том числе, предоставление неработоспособного оборудования, необходимость его ремонта) были допущены инциденты, в результате которых произошли потери (разливы) бурового раствора в количестве 165,55 куб.м.

Необходимость приготовления дополнительного объема бурового раствора находится в прямой зависимости от произошедших по вине подрядчика инцидентов и является дополнительными расходами заказчика.

По данным истца размер убытков, связанных с необходимостью приготовления дополнительного объема бурового ильного раствора, составляет 2 524 520 руб. 49 коп., по данным эксперта затраты составили 2 853 055 руб. 92 коп

Реальность и размер произведенных расходов подтвержден расчетами убытков, платежными поручениями, выписками из счетов, предоставленными в материалы дела. 

Учитывая вышеизложенное, суд считает подтвержденными убытки истца ввиде стоимости потерянного по вине подрядчика бурового раствора в заявленном ООО «ПГК» размере, а требования ООО «ПГК» о взыскании убытков в размере 2 524 520 руб. 49 коп. подлежащими удовлетворению.

При таких обстоятельствах суд посчитал доказанными убытки истца, понесенные ввиде оплаты стоимости работ, услуг сервисных подрядчиков, аренды дополнительного аварийного оборудования, бурового раствора на аварийные работы, утраченного оборудования, допущенные по вине подрядчика, в размере 205 883 318 руб. 53 коп. (172 931 805 ,26 руб.+17368 024,44 руб. +13 058 968,34 руб.+2 524 520,49 руб.). С данными выводами суда апелляционная коллегия соглашается.

При этом на основании материалов дела судом установлено, что ООО «ПГК» оплачены услуги/работы, оборудование сервисных подрядчиков в период осуществления работ по бурению скважины и ликвидации последствий аварии, произошедшей 14 ноября 2016 года, в размере 202 570 735 руб. 24 коп.

Реальность и размер произведенных расходов подтверждаются договорами, актами выполненных работ, актами о приемке выполненных работ КС-2, справками о стоимости выполненных работ и затрат КС-3, платежными поручениями, выписками из счетов, иными доказательствами, предоставленными в материалы дела.

ООО «ПГК» оплатило: 

1. Стоимость работ/услуг, оборудования сервисного подрядчика Компании «ЩлюмбержеЛоджелко, Инк.» в рамках исполнения генерального договора № PGK-MSA-2015 от 07.08.2015 - 193 779 542 руб. 71 коп., что подтверждается актами о приемке выполненных работ КС-2, справками о стоимости выполненных работ и затрат КС-3, актами о стоимости утраченного оборудования, платежными поручениями № 2132 от 31.10.2016, № 2124 от 28.10.2016, № 2123 от 28.10.2016, № 323 от 28.02.2017, № 2293 от 21.11.2016, № 324 от 28.02.2017, № 2133 от 31.10.2016, № 325 от 28.02.2017, 321 от 28.02.2017, № 722 от 11.05.2017, № 497 от 29.03.2017, № 327 от 28.02.2017, № 326 от 28.02.2017.

2. Стоимость работ/услуг сервисного подрядчика ООО «Новые Технологии – Сервис» в рамках исполнения договора №594-ПГК-ЮЛ от 18.10.2016 составила 1 079 128 руб., что подтверждается актом приемки выполненных работ №2 от 25.11.2016 г., счетом-фактурой №СНТС-16/00439 от 25.11.2016, счетом №10 от 25.11.2016, платежными поручениями №3 от 10.01.2017 на сумму 739 550 руб., №2335 от 29.11.2016 на сумму 285 578 руб.

3. Стоимость работ/услуг сервисного подрядчика ООО Научно-Производственное Объединение «Союзнефтегазсервис» в рамка исполнения Договора №1 от 27.09.2016 составила 1 218 200 руб., что подтверждается Актами выполненных работ, платежными поручениями: №2212 от 10.11.2016 на сумму 158 760 руб., №2527 от 27.12.2016 на сумму 614 100 руб., № 69 от 31.11.2016 на сумму 445 340 руб.

4. Стоимость работ/услуг сервисного подрядчика ЗАО «Геофизсервис» в рамках исполнения Договора №70 от 05.08.2015 составила 2 719 384 руб. 34 коп., что подтверждается Актами сдачи-приемки выполненных работ, платежными поручениями №27 от 11.01.2017 на сумму 1 418 343 руб. 48 коп., №2114 от 27.10.2016 на сумму 36 747 руб. 59 коп., №2190 от 08.11.2016 на сумму 235 303 руб. 77 коп., №2277 от 17.11.2016 на сумму 99 734 руб. 78 коп., №2310 от 23.11.2016 на сумму 76 625 руб. 66 коп., №2386 от 06.12.2016 на сумму 702 754 руб. 90 коп., №2533 от 27.12.2016 на сумму 149 874 руб. 16 коп. 

5. Стоимость работ/услуг сервисного подрядчика ООО «Газпром георесурс» в рамках исполнения договора №217-16 от 15.11.2016 составила 2 719 384 руб. 34 коп., что подтверждается актами приемки выполненных промыслово-геофизических исследований за декабрь 2016 г., платежным поручением №2521 от 26.12.2016.

Исходя из установленных размеров понесенных убытков истцом за вышеуказанный период, а также подтверждённых материалами дела понесенных (оплаченных) расходов, учитывая сумму расходов за услуги/работу сервисных компаний при бурении пригодного участка ствола скважины, суд пришел к обоснованному  выводу о взыскании с ответчика суммы убытков в размере 197 458 109 руб. 21 коп. = 202 570 735,24 руб. (размер понесенных (оплаченных) расходов Истца) - 5 112 626,03 руб. (расходы за услуги/работу сервисных компаний при бурении пригодного участка ствола скважины).

Кроме того, ООО «ПГК» просило взыскать с ООО «УК «Татбурнефть» убытки, которые ООО «ПГК» должен будет понести на рекультивацию в размере 1 652 136 руб., в удовлетворении указанного требования судом было отказано, что сторонами не оспаривалось в ходе рассмотрения апелляционной жалобы, а потому в силу части 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации апелляционный суд решение суда в указанной части не пересматривает.

Кроме того,  судом удовлетворено требование ООО «ПГК»  о взыскании штрафа  в общем размере 1 750 000 руб. в соответствии с пунктом 8.1.2. раздела 2 за нарушение условий договора, установленных  в приложениях 4.5. и 4.6. (35 нарушение х 50 000 рублей за каждое  нарушение).

Поскольку  апелляционная жалоба доводов  относительно взысканного штрафа  не содержит и в судебном заседании  представитель  ответчика доводов относительного  несогласия с решением в указанной части не привел, суд апелляционной инстанции  повторно  исковые требования о взыскании штрафа не оценивает и соглашается с выводами, сделанными судом первой инстанции. 

ООО «УК «Татбурнефть» обратилось в Арбитражный суд Саратовской области со встречным исковым заявлением к ООО «Прикаспийская газовая компания» о взыскании стоимости выполненных работ в размере 108590289 руб. 40 коп., в том числе стоимости работ по подготовке площадки на скважине № 101 в размере 1 186 595 руб., стоимости выполненных работ по мобилизации буровой установки и бурению скважины № 4 в размере 27 632 806 руб. 94 коп., стоимости работ по ликвидации последствий аварии на скважине № 4 в размере 79 770 887 руб. 46 коп.

ООО «УК «Татбурнефть» указывает, что на основании договора № 583-ПГК-ЮЛ/УК/0638/16 от 20.09.2016 подрядчиком выполнены работы по бурению бокового ствола скважины с отметки 504 м до отметки 1168 м, что составляет более 70% от общей глубины бурения, предусмотренного договором. Виновником аварии, произошедшей 14.11.2016, считает заказчика, т.к. причиной аварии, по его мнению, является повышенное содержание показателей глинистых компонентов в буровом растворе (МВТ), а качество предоставляемого бурового раствора является сферой ответственности самого Заказчика. ООО «УК «Татбурнефть» полагает в связи с тем, что Подрядчиком, до произошедшей аварии, выполнены работы по мобилизации, монтажу и запуску буровой установки, а также часть работ по бурению скважины, то заказчиком подлежит оплате сумма выполненных работ в размере 27632806 руб. 94 коп. Кроме того, ООО «УК «Татбурнефть» полагает, что в связи с проведением Подрядчиком работ по ликвидации аварии с заказчика подлежит взысканию сумма в размере 79770887 руб. 46 коп.

Если договором подряда не предусмотрена предварительная оплата выполненной работы или отдельных ее этапов, заказчик обязан уплатить подрядчику обусловленную цену после окончательной сдачи результатов работы при условии, что работа выполнена надлежащим образом и в согласованный срок, либо с согласия заказчика досрочно (пункт 1 статьи 711 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Основанием для возникновения обязательства заказчика по оплате выполненных работ является сдача результата работ заказчику (пункт 8 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24 января 2000 года № 51 «Обзор практики разрешения споров по договору строительного подряда»).     

Сдача результата работ подрядчиком и приемка его заказчиком оформляются актом, подписанным обеими сторонами. При отказе одной из сторон от подписания акта в нем делается отметка об этом и акт подписывается другой стороной. Односторонний акт сдачи или приемки результата работ может быть признан судом недействительным лишь в случае, если мотивы отказа от подписания акта признаны им обоснованными (пункт 4 статьи 753 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с нормами гражданского законодательства обязательственные правоотношения между коммерческими организациями основываются на принципах возмездности и эквивалентности обмениваемых материальных объектов и недопустимости неосновательного обогащения. Поэтому обязанность оплаты полученных юридическим лицом результатов работ зависит от самого факта их принятия этим лицом. Принятие работ свидетельствует о потребительской ценности произведенных работ и желании ими воспользоваться, возврат выполненных работ и использованных при их исполнении материалов невозможен (пункт 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24 января 2000 года № 51).

Данное обстоятельство является основанием для возникновения у ответчика  обязательства по оплате работ в соответствии со статьей 711 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Поскольку договор был расторгнут по инициативе заказчика в связи с допущенными нарушениями, оплате ст. 708, 711, 715 Гражданского кодекса Российской Федерации подлежат  только качественные работы, выполненные до отказа от договора.

В материалы дела представлены акты выполненных работ КС-2, КС-3, составленные подрядчиком, но неподписанные со стороны заказчика. Судом исследованы письма, электронная переписка заказчика и подрядчика по вопросам приемки выполненных работ. 

Экспертами установлена стоимость работ по условно пригодному к дальнейшему использованию заказчиком участка ствола скважины, выполненных подрядчиком согласно договору, которая составила 3 730 864 руб. 34 коп. (в том числе НДС 18%).

Согласно условиям договора (приложение 4.2 к договору) аварийные работы, если работы выполняются по вине подрядчика, оплате не подлежат.

При таких обстоятельствах суд сделал верный вывод о том, что заказчиком подлежит оплате подрядчику сумма в размере 3730864 руб. 34 коп. за работы по бурению пригодного участка ствола скважины, выполненные в рамках договора № 583-ПГК-ЮЛ/УК/0638/16 от 20.09.2016, в связи с чем требования ООО «УК «Татбурнефть» в данной части обоснованно удовлетворены, а в остальной части требования ООО «УК «Татбурнефть» отказано.

Доводы апелляционной жалобы сводятся  к несогласию с выводами эксперта без конкретизации,  какие именно расчеты не соответствуют представленным в дело доказательствам.

Поскольку заключение эксперта  признано судами  обеих инстанций допустимым доказательством в полном объеме, оснований для  пересмотра решения в указанной части у апелляционного суда нет. 

Также ООО «УК «Татбурнефть» заявляет, что с ООО «ПГК» (заказчик) был заключен договор №434-ПГК-ЮЛ/УК/0577/16 от 20.09.2016 на выполнение работ по бурению скважины № 101 Узеньского месторождения Карпенского лицензионного участка. В рамках данного договора выполнены работы по подготовке площадки на общую сумму 1 186 595 руб.

ООО «ПГК» указало, что договор №434-ПГК-ЮЛ/УК/0577/16 от 20.09.2016 между сторонами не был заключен, работы по подготовке площадки на бурение скважины №101Узеньского месторождения Карпенского лицензионного участка ООО «УК «Татбурнефть» не выполнялись, доказательств выполнения работ не представлено, подготовку площадки под буровую установку на бурение 101 скважины Узеньского месторождения выполнила другая организация.

В материалы дела представлен договор № 434-ПГК-ЮЛ/УК/0577/16 от 20.09.2016, из которого усматривается, что договор подписывается со стороны подрядчика с протоколом разногласий.

Как поясняет ООО «ПГК» протокол разногласий к договору не был подписан со стороны заказчика, в связи с чем договор считается незаключенным, т.к. не были достигнуты существенные условия по договору.

В силу пункта 1 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Стороны не урегулировали возникшее разногласие по договору. Доказательства иного суду не представлено. 

При таких обстоятельствах суд пришел к верному выводу, что договор № 434-ГПК-ЮЛ/УК/0577/16 от 20.09.2016 на бурение 101 скважины Узеньского месторождения Карпенского лицензионного участка является незаключенным. 

В качестве доказательств выполнения объемов работ ООО «УК «Татбурнефть» ссылается на письмо заказчика о необходимости приступить к работам, акт приема-передачи для бурения горизонтальной скважины № 101 Узеньского месторождения Карпенского лицензионного участка от 22.09.2016, акт о начале работ по подготовке площадки для бурения горизонтальной скважины № 101 от 23.09.2016.

В письме б/н и б/д заказчик просит приступить с 19.09.2016 к подготовке площадки проведения работ по строительству горизонтальной скважины № 101 и гарантирует оплату.

В акте от 22.09.2016 указано, что 22.09.2016 произведена прием-передача площадки для бурения горизонтальной скважины № 101 Узеньского месторождения Карпенского лицензионного участка площадью 2,5 га. Указанный акт подписан со стороны подрядчика и заказчика.

В акте от 23.09.2016 указано, что 23.09.2016 начаты работы по подготовке площадки для бурения горизонтальной скважины № 101 Узеньского месторождения. Указанный акт подписан со стороны подрядчика и заказчика.

Судом исследованы данные документы и установлено, что данными документами подтверждается передача участка для подготовки площадки, однако не содержится информации о реальном проведение работ, их объеме и стоимости.

В материалы дела представлен акт № 101 от 31.12.2016 за период с 23.09.2016 по 30.09.2016 на сумму 1 186 595 руб., справка о стоимости выполненных работ № 101 от 31.12.2016, неподписанные со стороны заказчика. Однако данные документы не могут быть приняты судом в качестве доказательств понесенных расходов, так как в них отсутствует объем земляных работ, площадь площадки, составлены в одностороннем порядке, при отсутствии заключенного договора на выполнение соответствующих работ.

Иных доказательств, подтверждающих выполнение работ по подготовке площадки под буровую установку на бурение 101 скважины Узеньского месторождения, ООО «УК «Татбурнефть» не представлено. 

Также ООО «ПГК» указывает, что в связи с тем, что между ООО «ПГК» и ООО «УК «Татбурнефть» не было достигнуто договоренности (не заключен договор) по бурению горизонтальной скважины № 101 Узеньского месторождения, подготовка и бурение скважины № 101 была произведена иной организацией. В связи с тем, что работы по подготовке площадки являются вспомогательными и направлены на подготовку площадки для установки конкретной буровой установки, и если бы работы были проведены подрядчиком в отсутствии договоренности, то потребительской ценности для заказчика работы бы не имели, так как воспользоваться результатом заказчик бы не смог.

Апелляционный суд отклоняет доводы апеллянта о том, что работы на второй скважине № 101 были выполнены, поскольку они опровергаются в экспертном заключении.

Так, эксперты указали, что строительство скважины осуществляло ООО «Буровая компания «Евразия», тип буровой установки ZJ-40/2250. Экспертами установлено, что для каждого конкретного типа буровой установки исходя из её технических характеристик, для её монтажа отводится определенная площадь земельного участка, при этом площадь земельного участка под МБУ3000/170ИЭП меньше площади земельного участка МБУ ZJ-40/2250, и площадка под МБУ3000/170ИЭП не подходит для размещения МБУ ZJ-40/2250.

Учитывая выводы, сделанные экспертами, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о недоказанности ООО «УК «Татбурнефть» производства работ по подготовке площадки под буровую установку на бурение 101 скважины Узеньского месторождения, а потому апелляционный суд полагает законным отказ в удовлетворении встречного иска о взыскании задолженности в размере 1186595 руб. 

Представленные в материалы дела доказательства исследованы полно и всесторонне, оспариваемый судебный акт принят при правильном применении норм материального права, выводы, содержащиеся в решении, не противоречат установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся доказательствам, не установлено нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта.

При таких обстоятельствах у арбитражного суда апелляционной инстанции не имеется правовых оснований для отмены обжалуемого судебного акта в соответствии с положениями статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.        

Апелляционная жалоба ООО «УК «Татбурнефть» удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь статьями 268-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Двенадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Саратовской области от 22 декабря 2017  года по делу   № А57-2382/2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме через  арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий      О.В. Лыткина

 

Судьи                                                                                          В.А. Камерилова

     Т.Н. Телегина