СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

№ 17АП-5581/2013-АК

г. Пермь

19 декабря 2018 года

Дело №А71-10928/2012

Резолютивная часть постановления объявлена 12 декабря 2018 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 19 декабря 2018 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего 	Нилоговой Т.С.,

судей 	Даниловой И.П., Мармазовой С.И.,  

при ведении протокола судебного заседания секретарем Макаровой С.Н., после перерыва – секретарем Филиппенко С.И., 

при участии:

от заявителя жалобы – конкурсного управляющего – Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов»: Сосновский Д.В., доверенность от 16.04.2018 серия 18 АБ №1232472; после перерыва в судебном заседании – Столяров О.А., доверенность от16.04.2018 серия 18 АБ №1232472;

от заявителя жалобы – Аршинова Станислава Владимировича: Александров А.А., доверенность от 01.11.2018 серия 50 АБ №1708746;

от Мелконова Степана Семеновича: Журавлева Е.В., доверенность от 11.01.2017 серия 77 АВ №2215267;

от Нефеды Михаила Михайловича: Белокурова Д.В., доверенность от 08.08.2018 серия 77 АВ №8616326 (после перерыва в судебном заседании представитель не явился);

от Мунтяна Андрея Васильевича: Карпов С.В., доверенность от 11.10.2018 серия 18 АБ №1260886; 

от иных лиц, участвующих в деле, представители не явились

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в судебном заседании апелляционные жалобы конкурсного управляющего – Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов», Аршинова Станислава Владимировича

на определение Арбитражного суда Удмуртской Республики 

от 24 сентября 2018 года 

о результатах рассмотрения заявления конкурсного управляющего о взыскании убытков с Мунтяна Андрея Васильевича, Аршинова Станислава Владимировича, Килякова Глеба Александровича, Мелконова Степана Семеновича, Ермакова Александра Алексеевича, Жидаева Сергея Сергеевича, Нефеда Михаила Михайловича, Смолоковского Романа Леонидовича, Хохолкова Александра Борисовича,

вынесенное судьей Бусыгиной О.В.

в рамках дела №А71-10928/2012

о признании несостоятельным (банкротом) открытого акционерного общества «Мобилбанк» (ОГРН 1021800000177 , ИНН 1827002623), 

третьи лица: 1) закрытое акционерное общество «Интердиагност», 2) общество с ограниченной ответственностью «Электростандарт», 3) Шумакова Наталья Александровна,

установил:

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 27.08.2012 принято к производству заявление Центрального банка Российской Федерации (далее – Банк России, ЦБ РФ) в лице Национального банка Удмуртской Республики Банка России г.Ижевск о признании открытого акционерного общества «Мобилбанк» (далее – общество «Мобилбанк», должник) несостоятельным (банкротом).

Решением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 26.09.2012 общество «Мобилбанк» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, полномочия конкурсного управляющего должника возложены на Государственную корпорацию «Агентство по страхованию вкладов» (далее – конкурсный управляющий, ГК «АСВ»).

21.09.2015 конкурсный управляющий ГК «АСВ» (далее – конкурсный управляющий) обратился в арбитражный суд с заявлением о взыскании с Президента Банка Мунтяна Андрея Васильевича (далее – Мунтян А.В.), членов Правления Банка Аршинова Станислава Владимировича (далее – Аршинов С.В.), Килякова Глеба Александровича (далее – Киляков Г.А.), членов Совета директоров Банка Мелконова Степана Семеновича (далее – Мелконов С.С.), Ермакова Александра Алексеевича (далее – Ермаков А.А.), Жидаева Сергея Сергеевича (далее – Жидаев С.С.), Нефеды Михаила Михайловича (далее – Нефеда М.М.), Смолоковского Романа Леонидовича (далее – Смолоковский Р.Л.), Хохолкова Александра Борисовича (далее – Хохолков А.Б.) убытков, причиненных должнику в результате их неправомерных действий, а именно: с Мунтяна А.В. в размере 75 721 011 руб. 26 коп., Аршинова С.В. в размере 18 385 714 руб. 85 коп., с Килякова Г.А. в размере 2 857 142 руб.  85 коп., с Мелконова С.С. в размере 9 242 857 руб. 13 коп., с Ермакова А.А. в размере 9 242 857 руб. 13 коп., с Жидаева С.С. в размере 9 242 857 руб. 13 коп., с Нефеды М.М. в размере 9 242 857 руб. 13 коп., с Смолоковского Р.Л. в размере 9 242 857 руб. 13 коп., с Хохолкова А.Б. в размере 9 242 857 руб. 13 коп., с учетом уточнения размера требований в отношении Нефеды М.М., принятого судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Определением арбитражного суда от 10.10.2017 к участию в рассмотрении заявления конкурсного управляющего в порядке статьи 51 АПК РФ в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены закрытое акционерное общество «Интердиагност» (далее – общество «Интердиагност»), общество с ограниченной ответственностью «Электростандарт» (далее – общество «Электростандарт»), Шумакова Наталья Александровна (далее – Шумакова Н.А.). 

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 24.09.2018 (резолютивная часть объявлена 04.06.2018), с учетом описки в указании секретаря судебного заседании, исправленной определением суда от 16.10.2018, заявление конкурсного управляющего удовлетворено частично. С контролирующих должника лиц в пользу общества «Мобилбанк» взысканы убытки: с Хохлова А.Б. в размере 9 242 857 руб. 13 коп., с Аршинова С.В. в размере 6 385 717 руб. 28 коп., с Килякова Г.А. в размере 2 857 142 руб. 85 коп. В удовлетворении остальной части заявленных требований отказано.

Не согласившись с определением суда в части отказа в удовлетворении требований, конкурсный управляющий ГК «АСВ» обратился с апелляционной жалобой, в которой просит указанный судебный акт в соответствующей части отменить, заявленные требования удовлетворить в полном объеме, ссылаясь на неполное выяснение судом имеющих значение для дела обстоятельств, несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела, а также на нарушение судом норм материального и процессуального права. 

В обоснование апелляционной жалобы конкурсный управляющий приводит доводы об ошибочности вывода суда о пропуске им срока исковой давности для подачи заявления о взыскании убытков в отношении Мунтяна А.В. По мнению заявителя жалобы, суд необоснованно связал начало исчисления срока исковой давности с моментом, когда Банк узнал или должен был узнать о нарушенном праве, а именно когда официально признал предоставленную обществу «Интердиагност» ссуду как безнадежную к взысканию при отсутствии вероятности ее возврата. Отмечает, что течение срока исковой давности начинается со дня, когда Банк узнал или должен был узнать о нарушении своего права с момента установления факта причинения вреда, а именно после неисполнения заемщиками обязательств по ссудам и установления невозможности взыскания выданных денежных средств с заемщиков; установление данных обстоятельств соответствует дате получения заявителем актов о невозможности взыскания, а также в случае банкротства заемщика – дате отчета конкурсного управляющего об отсутствии у заемщиков активов; кроме того, срок исковой давности не может начать исчисляться до момента окончания исполнительного производства в отношении заемщиков, поскольку только в случае невозможности взыскания задолженности с заемщиков конкурсный управляющий может достоверно определить окончательный размер убытков, причиненных ему неисполнением обязательств по ссудам, а также сам факт их причинения. При этом судебной практикой принимается во внимание, какие меры предпринимаются банками к предотвращению возникновения убытков и уменьшению их размера. Полагает, что в рассматриваемой ситуации требования к Мунтяну А.В. были предъявлены в пределах установленного 196 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) срока, поскольку к 21.09.2015 (дата обращения в суд с настоящим заявлением) конкурсный управляющий располагал сведениями об имуществе общества «Интердиагност», которое было выявлено и оценено в рамках исполнительного производства; обращение в суд ранее составления акта о невозможности взыскания от 20.10.2015 не свидетельствует о противоречивости позиции управляющего. Считает, что факт реклассификации временной администрацией по управлению Банком ссудной задолженности общества «Интердиагност» в пятую категорию качества не является обстоятельством, на основании которого конкурсным управляющим мог быть сформирован обоснованный вывод о том, что принятие решения о выдаче кредита данной организацией причинило Банку убытки, при том, что в рамках настоящего спора при рассмотрении требования о взыскания убытков, в связи с неправомерными действиями ответчиков по одобрению сделок с обществом «Электростандарт» и обществом «Капитал Авиа Инвест», определяя момент, когда конкурсному управляющему должно было стать известно о невозвратности кредитов, суд первой инстанции исходил из истечения сроков их невозврата. Помимо этого полагает несоответствующими обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам выводы суда о характеристике заемщиков общества «Интердиагност» и Шумаковой Н.А., как надлежаще платежеспособных, ведения ими реальной хозяйственной деятельности, сопоставимой с объемом кредитования. В частности, из анализа кредитного досье общества «Интердиагност» следует, что на момент предоставления денежных средств данное лицо не вело деятельность, сопоставимую с объемами кредитования, а сам кредит был не обеспечен, что свидетельствует о неразумности действий Мунтяна А.В. по одобрению данной сделки; выводы суда о ведении обществом «Интердиагност» реальной хозяйственной деятельности опровергаются представленным конкурсным управляющим в материалы дела анализом финансового состояния заемщика, выполненного на основании данных бухгалтерской и налоговой отчетности организации, согласно которой деятельность данного заемщика на дату выдачи кредита являлась убыточной, а поступающих денежных средств недостаточно для надлежащего исполнения обязательств по кредиту; среднемесячных доходов, получаемых организацией, было недостаточно для исполнения принимаемых на себя обязательств перед Банком своевременно и в полном объеме. Не соглашается с выводами суда об отсутствии у Банка необходимости в проверке статистической отчетности на дату выдачи кредита. Полагает, что сведения об адресе регистрации, о ведении хозяйственной деятельности посредством осуществления платежей в иных кредитных организациях могли и должны были быть собраны на дату выдачи кредита с целью оценки финансового состояния заемщика, при этом, отсутствие таких документов либо наличие их в не полном объеме, а также ненадлежащее исполнение своих обязанностей внутренними службами Банка, выразившееся в неадекватной оценке уровня кредитного риска, также свидетельствует о неразумности поведения Мунтяна А.В., как руководителя Банка, на которого в соответствии с пунктом 12.13 Устава возложены полномочия по ведению внутреннего контроля. С учетом изложенного, полагает доказанным совокупность оснований, необходимых для взыскания с Мунтяна А.В., как с бывшего руководителя Банка (Президент), убытков. Также полагает документально подтвержденным факт отсутствия у Шумаковой Н.А. возможности исполнить принятые на себя обязательства на дату выдачи кредита и доказанным того обстоятельства, что в результате действий Аршинова С.В., одобрившего выдачу кредита данному лицу, должнику были причинены убытки, так как выдача кредита сопровождалась многочисленными нарушениями Положения о порядке формирования кредитными организациями резервов на возможные потери по ссудам, по ссудной и приравненной к ней задолженности, утвержденного Положением Банка России от 26.03.2004 №254-П; сформированное по выданной ссуде кредитное досье не содержит информации о заемщике, необходимой и достаточной для объективной оценки рисков и принятия решений о выдаче кредита; положительная кредитная история заемщика, а также своевременная уплата процентов не могут свидетельствовать о его надлежащем финансовом положении. Указывает на необоснованность вывода суда об отсутствии вины Мелконова С.С., Ермакова А.А., Жидаева С.С., Нефеды М.М., Смолоковского Р.Л. при одобрении кредита, предоставленного обществу «Капитал Авиа Инвест», расторжении договора залога недвижимости, обеспечивающего кредитное обязательство общества «Электростандарт», ссылаясь в обоснование своей позиции на то, что представленные указанными лицами доказательства не могут быть приняты в качестве доказательств, подтверждающих наличие оснований для освобождения их от ответственности; протоколы Совета Банка до настоящего времени не оспорены в установленном законом порядке, следовательно, являются действительными; утверждения членов Совета Банка об отсутствии у них информации о принимаемых Советом решений и о проводимых собраниях, а также о нарушении правил подготовки таких собраний не могут опровергать факт их проведения и участия всех членов Совета Банка в принятии решений. 

Ответчик Аршинов С.В. просит определение суда первой инстанции отменить в части взыскания с него в пользу должника 6 385 717 руб. 28 коп., ссылаясь в обоснование своей позиции на недоказанность конкурсным управляющим того, что на момент подписания им сделок с обществом «Электростандарт» кредиты являлись заведомо невозвратными, о чем заявитель знал либо должен был знать, исходя из обычной практики кредитования.   Отмечает, что при предоставлении спорных кредитов обществом «Мобилбанк» полностью были соблюдены условия нормативно-правовых актов, регулирующих банковскую деятельность, а также внутренних документов Банка, регламентирующих полномочия и обязанности органов управления кредитной организации в части предоставления кредитов; действия членов органов управления Банка являлись добросовестными, разумными и правомерными; из анализа представленного конкурсным управляющим в материалы дела кредитного досье следует, что общество «Электростандарт» вело реальную хозяйственную деятельность и было способно исполнять обязательства по предоставленной ссуде; конкурсным управляющим не доказано наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) Аршинова С.В., которые повлекли неблагоприятные последствия для Банка. Также полагает, что суд необоснованно не исследовал и не дал оценки тому обстоятельству, что дополнительным соглашением от 13.07.2012 №1 был пролонгирован срок возврата ссуды по кредитному договору от 12.07.2011 №МФ/КР-810-08/11 до 12.07.2013, при этом решение о пролонгации кредита было принято с учетом того, что договор залога от 08.09.2011 №МФ/ДЗИ-23/11 на дату пролонгации был расторгнут и ссуда не была обеспечена. Отмечает, что непосредственно перед подписанием с обществом «Электростандарт» указанного выше дополнительного соглашения сотрудники кредитного управления Банка вынесли положительное профессиональное суждение о категории качества по состоянию на 30.06.2012 по данным отчетности за шесть месяцев 2012 года, доказательств ухудшения финансового состояния общества «Электростандарт» на момент пролонгации кредитного договора от 12.07.2011 №МФ/КР-810-08/11 конкурсным управляющим представлено не было. Из материалов дела следует, что Аршинов С.В. уволился из Московского филиала общества «Мобилбанк» 29.02.2012, то есть на дату подписания дополнительного соглашения от 13.07.2012 №1 в состав органов правления Банка не входил, в связи с чем, соответствующие действия по продлению срока возвраты ссуды по кредитному договору от 12.07.2011 №МФ/КР-810-08/11, последующий невозврат обществом «Электростандарт» кредита, произошли вне зоны ответственности Аршинова С.В. Таким образом, конкурсный управляющий не доказал наличие совокупности обстоятельств, необходимых для привлечения апеллянта к гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков, поскольку на дату подписания дополнительного соглашения от 13.07.2012 №1 Аршинов С.В. не мог влиять на формирование воли Банка на заключение убыточных сделок. Помимо этого, указывает на то, что в обжалуемом определении суд не привел мотивы, по которым отклонил возражения заявителя жалобы относительно того, что при подписании соглашения от 01.12.2011 он действовал не как член Правления Банка, а как представитель общества «Мобилбанк» по доверенности, а также недоказанности конкурсным управляющим наличия причинно-следственной связи между расторжением договора залога недвижимости от 08.09.2011 №МФ/ДЗИ-23/11 и возникновением у Банка убытков в заявленном размере. Кроме того, указывает на необоснованное отклонение судом его доводов о пропуске конкурсным управляющим срока исковой давности по требованию о взыскании с него убытков, в связи с действиями по одобрения выдачи кредита обществу «Электростандарт» и по требованию, основанному на расторжении договора залога, обеспечивающему исполнение указанным лицом кредитных обязательств.  Считает, что применительно к требованию о взыскании убытков в связи с выдачей обществом «Мобилбанк» в лице Аршинова С.В. заведомо невозвратного кредита обществу «Электростандарт» Банк узнал или должен был узнать о нарушенном праве с момента, когда истек срок погашения ссуды по кредитному договору от 12.07.2011 №МФ/КР-810-08/11, то есть не позднее 10.07.2012; применительно к требованию, основанному на расторжении договора залога недвижимости от 08.09.2011 №МФ/ДЗИ-23/11 Банк узнал или должен был узнать о нарушенном праве с момента с момента вступления в должность нового руководителя Банка Президента Банка Завгороднего С.О., то есть, начиная с 19.04.2012. 

До начала судебного разбирательства от конкурсного управляющего ГК «АСВ» и Аршинова С.В. поступили мотивированные отзывы на апелляционные жалобы друг друга, согласно которым против позиций оппонентов возражали.

Отзывы на апелляционную жалобу конкурсного управляющего ГК «АСВ» также поступили от Мунтяна А.В., Нефеды М.М. и Мелконова С.С., в которых они просят определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу конкурсного управляющего – без удовлетворения. 

В судебном заседании представители конкурсного управляющего ГК «АСВ» и Аршинова С.В. доводы своих апелляционных жалоб поддержали в полном объеме, на отмене определения суда в обжалуемых ими частях настаивали, против удовлетворения апелляционных жалоб друг друга возражали.

Представители Мелконова С.С., Нефеды М.М., Мунтяна А.В.  против позиции конкурсного управляющего ГК «АСВ» возражали по мотивам, изложенным в письменных отзывах на апелляционную жалобу. С позицией, изложенной в апелляционной жалобе Аршинова С.В., также не согласились.

Протокольным определением от 06.12.2018 в судебном заседании был объявлен перерыв до 12.12.2018 до 15 час. 00 мин. 

В течение перерыва от Аршинова С.В. поступили письменные объяснения №№1, 2, 3 в порядке статьи 81 АПК РФ, от конкурсного управляющего – письменные объяснения по делу. 

После перерыва судебное заседание продолжено 12.12.2018 в прежнем составе суда, с участием представителей конкурсного управляющего, ответчиков Аршинова С.В., Мунтяна А.В. и Мелконова С.С. 

Произведена замена секретаря судебного заседания Макаровой С.Н. на секретаря Филиппенко С.И.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционных жалоб, в судебное заседание представителей не направили, в силу статей 156, 266 АПК РФ  апелляционные жалобы рассмотрены в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, приказом Банка России от 09.08.2012 №ОД-547 у общества «Мобилбанк» была отозвана лицензия на осуществление банковских операций; приказом Банка России от 09.08.2012 №ОД-548 назначена временная администрация должника. 

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 27.08.2012 принято к производству заявление Банка России в лице Национального банка Удмуртской Республики Банка России г.Ижевск о признании общества «Мобилбанк» несостоятельным (банкротом).

Решением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 26.09.2012 общество «Мобилбанк» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, полномочия конкурсного управляющего должника возложены на ГК «АСВ».

Согласно пункту 9.1 Устава общества «Мобилбанк» в редакции, утвержденной годовым общим собранием акционеров от 29.06.2010 (протокол от 01.07.2010 №1), органами управления Банка являются: Общее собрание акционеров, Совет Банка, Правление Банка – коллегиальный исполнительный орган, Президент Банка – единоличный исполнительный орган.

В соответствии со статьей 11.1 Федерального закона от 02.12.1990 №395-1 «О банках и банковской деятельности» (далее – Закон о банках и банковской деятельности), пунктом 1 статьи 69, пунктом 1 статьи 70 Федерального закона 26.12.1995 №208-ФЗ «Об акционерных обществах» (далее – Закон об акционерных обществах), пунктами 9.1, 12.1, 12.12 Устава общества «Мобилбанк», пунктом 1.3 Положения о Правлении общества «Мобилбанк», утвержденного протоколом общего собрания акционеров  Банка от 01.07.2010 №1, руководство текущей деятельностью Банка осуществляется единоличным исполнительным органом – Президентом Банка, который без доверенности действует от имени и в интересах Банка, а также коллегиальным исполнительным органом – Правлением Банка. 

Совет Банка (совет директоров) осуществляет общее руководство деятельностью общества, за исключением решения вопросов, отнесенных к компетенции общего собрания акционеров (пункт 1 статьи 64 Закона об акционерных обществах», пункты 9.1, 11.1 Устава общества «Мобилбанк», пункт 2.1 Положения Совета Банка).

В соответствии с письмом Национального банка Удмуртской Республики Банка России от 06.11.2012 исх.№6-1-67/10022 в период с 21.06.2001 по 13.01.2012 должность Президента Банка занимал Мунтян А.В.; в период с 11.01.2011 по 29.02.2012 членом Правления Банка являлся Аршинов С.В., с 19.04.2012 и до даты отзыва у общества «Мобилбанк» лицензии на осуществление банковских операций членом Правления Банка являлся Киляков Г.А.

Начиная с 29.06.2010, членами Cовета Банка являлись Мелконов С.С., Ермаков А.А., Жидаев С.С., Нефед М.М., Смолоковский Р.Л., Хохолков А.Б. (по 11.05.2011), последний с 12.05.2011 являлся председателем Совета Банка.

В ходе осуществления мероприятий конкурсного производства конкурсным управляющим было установлено, что в период с 22.04.2010 по 27.06.2012 Банком были заключены 4 кредитных договора с обществом «Интердиагност», обществом «Электростандарт», обществом «Капитал Авиа Инвест» и Шумаковой Н.А., по которым выданные ссуды являлись заведомо невозвратными (безнадежными к взысканию), что повлекло возникновение убытков; на дату отзыва у Банка лицензии задолженность по данным кредитным договорам составила 157 000 000 руб.

Обществом «Мобилбанк» в лице Президента Банка Мунтяна А.В. был заключен кредитный договор от 22.04.2010 № 09/КД/Ю с обществом «Интердиагност» на сумму 80 000 000 руб., сроком использования с 22.04.2010 по 18.04.2013, с уплатой за пользование кредитом процентов в размере 12% годовых;  все транши, выданные в рамках договора, должны быть возвращены не позднее 18.04.2013. 

Указанный кредит не погашен на дату отзыва у Банка лицензии. В рамках исполнительного производства на счет Банка в счет погашения ссудной задолженности общества «Интердиагност» поступило 658 452 руб. 84 коп.; рыночная стоимость заложенного по вышеуказанному кредиту имущества, установленная в рамках исполнительного производства в отношении общества «Интердиагност», составила 3 620 537 руб.

Заключение данного договора и выдача ссуды повлекло возникновение у Банка убытков в размере 75 721 011 руб. (80 000 000 руб. – 658 452,74 руб. – 3 620 537 руб.), которые возникли в результате действий (бездействия) бывшего Президента Банка Мунтяна А.В.

Банком в лице управляющего Московским филиалом общества «Мобилбанк» Аршинова С.В., который одновременно являлся членом Правления Банка, был заключен кредитный договор от 01.04.2011 №МФ/КП-37/11 с Шумаковой Н.А., в соответствии с которым Банк предоставил Шумаковой Н.А. кредит в размере 12 000 000 руб. сроком до 23.03.2013 с уплатой процентов за пользование кредитом в размере 18% годовых. 

В рамках исполнительного производства установлено, что у Шумаковой Н.В. отсутствуют денежные средства на расчетных счетах, а также какое-либо недвижимое имущество. Согласно ответу из органов ГИБДД за Шумаковой Н.А. не зарегистрировано каких-либо транспортных средств.

Выдача ссуды повлекло возникновение у Банка убытков в размере 12 000 000 руб., которые возникли в результате действий (бездействия) руководителя филиала Банка и члена Правления Банка Аршинова С.В. 

Банком в лице управляющего Московским филиалом общества «Мобилбанк» Аршинова С.В., который одновременно являлся членом Правления Банка, был заключен кредитный договор от 12.07.2011 №МФ/КР-810-08/11 с обществом «Электростандарт» на сумму 45 000 000 руб. В целях обеспечения исполнения обязательств общества «Электростандарт» по указанному договору Банком был заключен договор залога от 08.09.2011 №МФ/ДЗИ-23/11 (недвижимого имущества) с обществом с ограниченной ответственностью «Петросталь» (далее – общество «Петросталь»); стоимость заложенных объектов недвижимости составляла 44 700 000 руб.

01.12.2011 Аршиновым С.В. от имени общества «Мобилбанк» было подписано соглашение о расторжении договора залога от 08.09.2011 №МФ/ДЗИ-23/11 (недвижимого имущества) с обществом «Петросталь». 

Указанный кредит не погашен на дату отзыва у Банка, по результатам исполнительного производства в отношении общества «Электростандарт» установлено, что у компании отсутствуют денежные средства на расчетных счетах, а также какое-либо недвижимое или движимое имущество. 

Выдача ссуды без какого-либо первоначального обеспечения и расторжение договора залога, в результате чего обеспечение было предоставлено фактически только на 3 месяца, повлекло возникновение у Банка убытков в размере 44 700 000 руб., которые возникли в результате действий (бездействия) руководителя филиала Банка и члена Правления Банка Аршинова С.В., а также в результате действий членов Совета Банка, одобривших снятие залога, Мелконова С.С., Хохолкова А.Б., Ермакова А.А., Жидаева С.С., Нефеда М.М. и Смолоковского Р.Р. 

Действиями каждого из ответчиков причинены убытки в размере 6 385 714 руб. (44 700 000 руб. / 7 чел.). 

Банком в лице управляющего Московским филиалом общества «Мобилбанк» Килякова Г.А., который одновременно являлся членом Правления Банка, было подписано дополнительное соглашение от 27.06.2012 №1 к дополнительному соглашению от 03.02.2012 №МФ/ОВ-01/12 к договору банковского счета юридического лица от 08.06.2010 № 0144 о кредитовании банковского счета, в соответствии с которым обществу «Капитал Авиа Инвест» был увеличен лимит кредитования и предоставлено 20 000 000 руб. Указанный кредит не погашен на дату отзыва у Банка лицензии, стоимость активов правопреемника организации-заемщика – общества с ограниченной ответственностью «Киви» – составила 0,00 руб.

Заключение данного дополнительного соглашения и выдача ссуды повлекло возникновение у Банка убытков в размере 20 000 000 руб., которые возникли в результате действий (бездействия) руководителя филиала Банка и члена Правления Банка Килякова Г.А., а также в результате действий членов Совета Банка, одобривших предоставление ссуды, Мелконова С.С., Хохолкова А.Б., Ермакова А.А., Жидаева С.С., Нефеда М.М. и Смолоковского Р.Р. 

Действиями каждого из ответчиков причинены убытки в размере 2 857 142,85 руб. (20 000 000 руб. / 7 чел.).

Ссылаясь на то, что действиями Президента кредитной организации Мунтяна А.В., членов Правления Банка Аршинова С.В. (одновременно руководитель филиала), Килякова Г.А. (одновременно руководитель филиала), членов Совета Банка Мелконова С.С., Ермакова А.А., Жидаева С.С., Нефеды М.М., Смолоковского Р.Л., Хохолкова А.Б. по выдаче кредитов обществу «Интердиагност», Шумаковой Н.А., обществу «Капитал Авиа Инвест», обществу «Электростандарт», а также по расторжению договора залога от 08.09.2011 №МФ/ДЗИ-23/11, обеспечивающему исполнение обществом «Электростандарт» обязательств по кредитному договору от 12.07.2011№МФ/КР-810-08/11, причинены убытки в заявленном размере, поскольку кредиты оказались невозвратными, несмотря на принятые меры по их взысканию в ходе процедуры банкротства общества «Мобилбанк», конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о взыскании с указанных лиц в пользу должника убытков в общем размере 143 178 154 руб. 60 коп., в том числе: 

75 721 011 руб. 26 коп. с Мунтяна А.В.; 

18 385 714 руб. 85 коп. с Аршинова С.В.; 

2 857 142 руб.  85 коп. с Килякова Г.А.; 

9 242 857 руб. 13 коп. с Мелконова С.С.; 

9 242 857 руб. 13 коп. с Ермакова А.А.; 

9 242 857 руб. 13 коп. с Жидаева С.С.; 

9 242 857 руб. 13 коп. с Нефеды М.М.; 

9 242 857 руб. 13 коп. с Смолоковского Р.Л.; 

9 242 857 руб. 13 коп. с Хохолкова А.Б.

Удовлетворяя требования конкурсного управляющего в части, суд первой инстанций, оценив представленные в дело доказательства по правилам статей 65, 71 и 168 АПК РФ и руководствуясь положениями статей 15, 53 ГК РФ, статьи 71 Закона об акционерных обществах, а также Положением Банка России от 26.03.2004 №254-П, приняв во внимание разъяснения, содержащиеся в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 №62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее – постановление Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 №62), пришел к выводам о доказанности конкурсным управляющим совокупности необходимых условий для применения мер гражданско-правовой ответственности в отношении Аршинова С.В. в размере 6 385 717,28 руб. убытков, Килякова Г.А. в размере 2 857 142,85 руб. убытков и Хохолкова А.Б. в размере 9 242 857,13 руб. убытков. Отказывая в удовлетворении заявленных требований в остальной части, суд первой инстанции пришел к выводу о недоказанности конкурсным управляющим обстоятельств, влекущих наступление ответственности руководителей должника за причинение вреда имущественным правам должника и его кредиторов.

Изучив материалы дела, рассмотрев доводы апелляционных жалоб, письменных отзывов и объяснений, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ в их совокупности, проанализировав нормы материального права, арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены принятого судебного акта в связи со следующим.

В соответствии с пунктом 3 статьи 53 ГК РФ лицо, входящее в состав органов юридического лица (в том числе временный единоличный исполнительный орган – директор), обязано действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно. 

В силу пункта 53 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 №35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» с даты введения первой процедуры банкротства и далее в ходе любой процедуры банкротства требования должника, его участников и кредиторов о возмещении убытков, причиненных арбитражным управляющим (пункт 4 статьи 20.4 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве, Закон), а также о возмещении убытков, причиненных должнику – юридическому лицу его органами (пункт 3 статьи 53 ГК РФ, статья 71 Закона об акционерных обществах, статья 44 Федерального закона от 08.02.1998 №14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» и т.д.), могут быть предъявлены и рассмотрены только в рамках дела о банкротстве. Лица, в отношении которых подано заявление о возмещении убытков, имеют права и несут обязанности лиц, участвующих в деле о банкротстве, связанные с рассмотрением названного заявления, включая право обжаловать судебные акты. По результатам рассмотрения такого заявления выносится определение, на основании которого может быть выдан исполнительный лист.

Согласно статье 71 Закона об акционерных обществах члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества (директор, генеральный директор), временный единоличный исполнительный орган, члены коллегиального исполнительного органа общества (правления, дирекции), а равно управляющая организация или управляющий при осуществлении своих прав и исполнении обязанностей должны действовать в интересах общества, осуществлять свои права и исполнять обязанности в отношении общества добросовестно и разумно.

Члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества (директор, генеральный директор), временный единоличный исполнительный орган, члены коллегиального исполнительного органа общества (правления, дирекции), равно как и управляющая организация или управляющий, несут ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу их виновными действиями (бездействием), если иные основания ответственности не установлены федеральными законами.

В соответствии со статьей 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода). 

Таким образом, для привлечения виновного лица к гражданско-правовой ответственности в форме возмещения убытков лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать противоправность поведения ответчика, наличие и размер понесенных убытков, а также причинно-следственную связь между противоправностью поведения ответчика и наступившими убытками, вину причинителя вреда.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 1 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 №62, лицо, входящее в состав органов юридического лица (единоличный исполнительный орган – директор, генеральный директор и т.д., временный единоличный исполнительный орган, управляющая организация или управляющий хозяйственного общества, руководитель унитарного предприятия, председатель кооператива и т.п.; члены  коллегиального органа юридического лица – члены совета директоров (наблюдательного совета) или коллегиального исполнительного органа (правления, дирекции) хозяйственного общества, члены правления кооператива и т.п.; далее – директор), обязано действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно (пункт 3 статьей 53 ГК РФ). В случае нарушения этой обязанности директор по требованию юридического лица и (или) его учредителей (участников), которым законом предоставлено право на предъявление соответствующего требования, должен возместить убытки, причиненные юридическому лицу таким нарушением.

Негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности. Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска. 

В силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства.

Недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор: совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица; знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.).

Директор освобождается от ответственности, если докажет, что заключенная им сделка хотя и была сама по себе невыгодной, но являлась частью взаимосвязанных сделок, объединенных общей хозяйственной целью, в результате которых предполагалось получение выгоды юридическим лицом. Он также освобождается от ответственности, если докажет, что невыгодная сделка заключена для предотвращения еще большего ущерба интересам юридического лица. 

При определении интересов юридического лица следует, в частности, учитывать, что основной целью деятельности коммерческой организации является извлечение прибыли (пункт 1 статьи 50 ГК РФ); также необходимо принимать во внимание соответствующие положения учредительных документов и решений органов юридического лица (например, об определении приоритетных направлений его деятельности, об утверждении стратегий и бизнес-планов и т.п.) (пункт 2 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 №62).

Арбитражным судам следует давать оценку тому, насколько совершение того или иного действия входило или должно было, учитывая обычные условия делового оборота, входить в круг обязанностей директора, в том числе с учетом масштабов деятельности юридического лица, характера соответствующего действия и т.п. (пункт 3 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 №62).

В качестве основания для возникновения у должника и его кредиторов убытков, вызванных неправомерными действиями бывшего руководителя должника – Президента Банка Мунтяна А.В., конкурсный управляющий указал на заключение им от имени Банка кредитного договора от 22.04.2010 №09/КД/Ю с обществом «Интердиагност», которое на дату выдачи кредита не вело хозяйственную деятельность, сопоставимой с объемами кредитования и изначально не было способно исполнять обязательства по предоставленному кредиту. По мнению конкурсного управляющего, Банком был выдан технический кредит заемщику, не осуществляющему реальной хозяйственной деятельности. По расчету конкурсного управляющего, общая сумма непогашенной задолженности по указанному кредитному договору составляет 75 721 011 руб. (в рамках исполнительного производства в счет погашения долга общества «Интердиагност» было погашено 658 452 руб. 84 коп., а также передано Банку нереализованное заложенное имущество на сумму 3 620 537 руб.

В соответствии с действующим на момент выдачи кредита Положением о порядке формирования кредитными организациями резервов на возможные потери по ссудам, по ссудной и приравненной к ней задолженности, утвержденным Банком России от 26.03.2004 №254-П (далее – Положение Банка России от 26.03.2004 №254-П), кредитная организация обязана оценивать финансовое положение заемщика, риски по выданным ссудам и формировать резервы на возможные потери по ссудам. Согласно пункту 3.1.3 Положения Банка России от 26.03.2004 №254-П вся информация о заемщике, включая информацию о рисках заемщика, фиксируется в досье заемщика. Информация, использованная кредитной организацией для оценки качества ссуды, включая оценку финансового положения заемщика, должна быть доступна органам управления, подразделениям внутреннего контроля кредитной организации, аудиторам и органам банковского надзора.

Для целей анализа финансового положения заемщика согласно приложению 2 к Положению Банка России от 26.03.2004 №254-П для оценки финансового положения заемщика используются данные официальной отчетности (официальные документы), а именно сведения о доходах и расходах, подтвержденные данными Книги учета доходов и расходов организаций и индивидуальных предпринимателей, применяющих упрощенную систему налогообложения, свидетельство об уплате единого налога на вмененный доход, управленческая отчетность и иная управленческая информация, бюджет либо бизнес-план на текущий финансовый год, данные о движении денежных средств, данные о просроченной дебиторской и кредиторской задолженности, непогашенных в срок кредитах и займах, о просроченных собственных векселях заемщика, справка о наличии в составе дебиторской задолженности, а также в составе долгосрочных и краткосрочных финансовых вложений задолженности и вложений в доли (акции) юридических лиц, которые находятся в стадии ликвидации или в отношении которых возбуждено дело о банкротстве на последнюю отчетную дату, справки об открытых расчетных (текущих) счетах в кредитных организациях, выданные или подтвержденные налоговым органом, либо выписки с банковских счетов об остатках денежных средств на счетах в иных кредитных организациях, выданные и подтвержденные кредитными организациями, справки об отсутствии у заемщика картотеки неоплаченных расчетных документов по всем открытым расчетным (текущим) счетам, выданные обслуживающими эти счета кредитными организациями, а также справки из налоговых органов об отсутствии задолженности перед бюджетом всех уровней и внебюджетными фондами, сведения о существенных событиях, затрагивающих производственную и финансово-хозяйственную деятельность заемщика, произошедших за период с последней отчетной даты до даты анализа финансового положения заемщика (о фактах, повлекших разовое существенное увеличение или уменьшение стоимости активов; о фактах, повлекших разовое существенное увеличение чистых убытков; о фактах разовых сделок, размер которых либо стоимость имущества по которым составляет существенную долю в активах заемщика на дату осуществления сделки) (степень существенности событий определяется во внутренних документах кредитной организации), иные доступные сведения, в том числе наличие положительной (отрицательной) кредитной истории

Из материалов дела следует, что в обоснование необходимости привлечения бывшего Президента Банка Мунтяна А.В. к ответственности, конкурсный управляющий  указал на то, что из имеющейся в кредитном досье по обществу «Интердиагност» информации, следует, что спорный кредит являлся заведомо невозвратными, поскольку на момент кредитования заемщик являлся устойчиво неплатежеспособным. 

Согласно пунктам 3.1-3.1.2, 3.5 Положения Банка России от 26.03.2004 №254-П оценка кредитного риска по каждой выданной ссуде (профессиональное суждение) должна проводиться кредитной организацией на постоянной основе. Профессиональное суждение выносится по результатам комплексного и объективного анализа деятельности заемщика с учетом его финансового положения, качества обслуживания заемщиком долга по ссуде, а также всей имеющейся в распоряжении кредитной организации информации о любых рисках заемщика. Источниками получения информации о рисках заемщика являются правоустанавливающие документы заемщика, его бухгалтерская, налоговая, статистическая и иная отчетность. Кредитная организация должна обеспечить получение информации, необходимой и достаточной для формирования профессионального суждения о размере расчетного резерва, и на всех этапах оценки финансового положения заемщика учитывать вероятность наличия неполной и (или) необъективной информации о заемщике.

В материалы дела было представлено кредитное досье общества «Интердиагност», которое, помимо правоустанавливающих документов организации, также включало в себя технико-экономическое обоснование кредита от 22.03.2010; прогноз движения денежных средств заемщика на период 2010-2012 годы; бухгалтерские балансы общества «Интердиагност» за 2008, 2009, по состоянию на 01.01.2010, отчеты о прибылях и убытках за периоды с 01.01.2008 по 01.01.2010 и расшифровками бухгалтерской отчетности и извещениями о вводе сведений, указанных в бухгалтерской отчетности для налогового учета; сведения об открытых счетах в кредитных организациях; информация ПАО «Сбербанка России» об отсутствии ссудной задолженности и справки об оборотах денежных средств за период с 01.09.2009 по 28.02.2010, выписки из лицевого счета заемщика; договор поставки, акты приема-передачи, инвентарные карточки учета основных средств (диагностическое оборудование), находящихся в залоге у Банка; профессиональное суждение о величине кредитного риска от 22.04.2010 года; заключение юридического отдела Банка от 06.04.2010 года; заключение сотрудника Банка, ответственного за безопасность кредитования от 24.03.2010; заключение по кредитной заявке кредитного комитета Банка от 22.04.2010 года; решение кредитного комитета Банка от 22.04.2010.

В соответствии с пунктом 3.3 Положения Банка России от 26.03.2004 №254-П финансовое положение заемщика оценивается как плохое, если заемщик признан несостоятельным (банкротом) в соответствии с законодательством либо если он является устойчиво неплатежеспособным, а также если анализ производственной и (или) финансово-хозяйственной деятельности заемщика и (или) иные сведения о нем свидетельствуют об угрожающих негативных явлениях (тенденциях), вероятным результатом которых могут явиться несостоятельность (банкротство) либо устойчивая неплатежеспособность заемщика. К угрожающим негативным явлениям (тенденциям) в деятельности заемщика могут относиться: убыточная деятельность, отрицательная величина либо существенное сокращение чистых активов, существенное падение объемов производства, существенный рост кредиторской и (или) дебиторской задолженности, другие явления.

Судом установлено и материалами дела подтверждено, что согласно заключению кредитного управления Банка по кредитной заявке общества «Интердиагност» от 22.04.2010 по состоянию на 22.04.2010 заемщик осуществлял деятельность на 12 производственных линиях; на ссуженные Банком денежные средства заемщик намеревался приобрести еще 4 производственных линии (2 для легкового и 2 для грузового автотранспорта); выручка общества до конца 2010 года должна составить 42 млн руб., в 2011 и 2012 года по 75 млн руб.

Анализируя значение коэффициентов, характеризующих финансовое состояние данного заемщика, Банк (его соответствующие службы) отметил значительное улучшение по сравнению со значениями на 01.10.2009; коэффициент текущей ликвидности (по методике Банка): 0,58 (при нормативном значении 1), значение коэффициента быстрой ликвидности (по методике) составляет также 0,58 (при нормативном значении 0,6, т.е. практически соответствует нормативному); на момент предоставления спорного кредита заемщик не имел просроченной задолженности по налогам и сборам, а также не имел картотеки №1 и №2 к расчетным счетам.

Из профессиональных суждений, подготовленных в отношении спорного кредитного договора, следует, что финансовое положение общества «Интердиагност» оценено как среднее; на основании пункта 2.4.2.2 Методики по формированию и регулированию резервов на возможные потери по ссудам, по ссудной и приравненной к ней задолженности, обслуживание долга было признано средним, до уплаты процентов по кредиту; в отношении общества «Интердиагност» Банком был сформирован максимальный размер резерва, определенный для III категории качества в размере 50% от суммы лимита (40,0 млн. руб.) – до уплаты процентов по ссуде.

Проанализировав представленные в обоснование заявления доказательства в их совокупности и взаимосвязи, суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что на момент подписания Мунтяном А.В. кредитного договора от 22.04.2010 №09/КД/Ю имеющиеся в кредитном досье общества «Интердиагност» документы не свидетельствовали о том, что оно не ведет хозяйственную деятельность, сопоставимую с объемами кредитования, и изначально не было способно исполнять обязательства по предоставленной ему ссуде.

Таким образом, на момент выдачи рассматриваемой ссуды в соответствии с Положениями Банка России от 26.03.2004 №254-П не могла рассматриваться Мунтяном А.В. как безнадежная и заведомо невозвратная.

В обоснование доводов о неплатежеспособности общества «Интердиагност» на момент выдачи кредита конкурсный управляющий указал на нахождение организации по адресу массовой регистрации, непредставление более одного года налоговой отчетности, а также бухгалтерской отчетности в органы государственной статистики с момента государственной регистрации, отсутствие сведений о выплате заработной платы и уплате обязательных платежей в бюджет и внебюджетные фонды, отсутствие операций по расчетным счетам общества «Интердиагност», которые свидетельствовали бы о ведении им хозяйственной деятельности), представив в подтверждение своей позиции распечатки с сайта ФНС России, датированные 14.09.2015, скриншоты страниц с официального сайта ФНС России от 01.08.2015.

Изучив содержание представленных конкурсным управляющим в подтверждение доводов о неплатежеспособности общества «Интердиагност» на момент выдачи кредита документы, суд первой инстанции пришел к выводу о недоказанности управляющим того, что на момент подписания кредитного договора общество «Интердиагност» являлось устойчиво неплатежеспособными, исходя из объективно имевшейся на тот момент времени информации, либо того, что вероятным результатом имевшихся неблагоприятных тенденций в его деятельности могло явиться несостоятельность (банкротство) или устойчивая неплатежеспособность данного заемщика, что позволило бы считать финансовое положение заемщика плохим.

Таким образом, установив, что заемщик предоставил соответствующую информацию для формирования Банком кредитного досье, приняв во внимание содержание кредитного досье заемщика, частичное погашение задолженности по кредитному договору, и указав на недоказанность обстоятельств, вызывающих сомнение относительно достоверности представленных заемщиком сведений, суд первой инстанции пришел к верному выводу о недоказанности ГК «АСВ» факта неправомерного поведения Мунтяна А.В., его вину и наличие причинно-следственной связи между действиями бывшего руководителя Банка (Президента) по выдаче кредита и наступившими неблагоприятными последствиями для должника, что в силу статьи 71 Закона об акционерных обществах исключает возможность привлечения данного лица к ответственности в форме взыскания убытков.

Изложенные в апелляционной жалобе доводы о том, что сомнения у Мунтяна А.В. в ведении обществом «Интердиагност» реальной хозяйственной деятельности и, как следствие, способности исполнять обязательства по предоставленной ссуде должно было вызвать наличие у заемщика минимального уставного капитала, непредставление заемщиком бухгалтерской отчетности в органы статистики, незаполнение в анкете-заявлении граф «доля на рынке», «перечень дебиторов и кредиторов», «основные поставщики», «основные покупатели», не могут быть приняты судом апелляционной инстанции во внимание в качестве основания для отмены судебного акта.

В частности, наличие минимального капитала является достаточно распространенной ситуацией для предприятий малого и среднего бизнеса, при этом, доказательств того, что ранее, в силу своего положения на рынке банковских услуг, общество «Мобилбанк» не осуществляло кредитование таких предприятий, в материалы дела представлено не было.

Как указывалось выше, согласно кредитному досье заявщиком были представлены бухгалтерские балансы общества «Интердиагност» за 2008, 2009, по состоянию на 01.01.2010, отчеты о прибылях и убытках за периоды с 01.01.2008 по 01.01.2010 и расшифровками бухгалтерской отчетности и извещениями о вводе сведений, указанных в бухгалтерской отчетности для налогового учета, при этом, каких-либо искажений или недостоверности указанных в данных документах сведений конкурсным управляющим выявлено не было. 

Действующими на момент выдачи кредита (2010 год) нормативными актами Банка России и внутренними документами общества «Мобилбанк» не предусматривалась необходимость запроса информации из органов статистики; изменение в приложение №2 к Положению Банка России от 26.03.2004 №254-П о дополнении примерного перечня информации для анализа финансового положения заемщика абзацем о необходимости запрашивать сведения, представляемые в составе форм федерального статистического наблюдения в Росстат, было введено только Указанием Банка России от 15.04.2013№2993-У.

Отсутствие в анкете-заявлении сведений о доле участия на рынке оказываемых обществом «Интердиагност» услуг, по мнению суда апелляционной инстанции, не могло являться основанием для наличия сомнений в платежеспособности предприятия.

Информация о дебиторах и кредиторах заемщика была представлена Банку; из содержания кредитного досье следует, что в качестве основного покупателя общество «Интердиагност» указало – Государственное унитарное предприятие «Московская городская служба технического контроля» и физических лиц. 

Доводы заявителя жалобы о том, что сведения об адресе регистрации, о ведении хозяйственной деятельности посредством осуществления платежей в иных кредитных организациях могли и должны были быть собраны на дату выдачи кредита с целью оценки финансового состояния заемщика, при этом, отсутствие таких документов либо наличие их в не полном объеме, а также ненадлежащее исполнение своих обязанностей внутренними службами Банка, выразившееся в неадекватной оценке уровня кредитного риска, также свидетельствуют о неразумности поведения Мунтяна А.В., как руководителя Банка, на которого в соответствии с пунктом 12.13 Устава возложены полномочия по ведению внутреннего контроля, судом апелляционной инстанции рассмотрены и признаны подлежащими отклонению.

Установленный материалами дела состав, объем и содержание сведений, а также заключений (мнений) специальных служб Банка, предоставленных Мунтяну А.В. при подписании спорного кредитного договора, не свидетельствует о том, что, совершая данную сделку при наличии указанного объема сведений, он действовал вопреки интересам Банка, при отсутствии необходимой и достаточной информации для определения кредитного риска или без соблюдения обычных внутренних процедур.

Указания конкурсного управляющего на нарушение Мунтяном А.В. внутренних документов Банка, регламентирующих полномочия органов управления кредитной организации в части предоставления Банком кредитов, а также на то, что решение о предоставлении ссудных средств было принято в нарушение внутренних документов Банка, обоснованно не были приняты судом во внимание ввиду отсутствия ссылки на конкретные внутренние документы Банка, которые, по мнению заявителя, были нарушены Мунтяном А.В. при выдаче спорного кредита; сами внутренние документы Банка, которые, по мнению, конкурсного управляющего, были нарушены Мунтяном А.В., конкурсным управляющим в материалы дела не представлены.

Доказательств того, что при подписании спорного кредитного договора Мунтян А.В. нарушил установленный нормативными актами или внутренними документами Банка порядок предоставления кредитов либо совершил какие-либо иные виновные действия, в материалы дела представлены не были (статья 65 АПК РФ). 

Доводы конкурсного управляющего об ошибочности выводов суда о пропуске им срока исковой давности для подачи заявления о взыскании убытков в отношении Мунтяна А.В. с указанием на неверное определение начала момента течения данного срока, судом апелляционной инстанции признаются заслуживающими внимание. 

Согласно статье 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. Обращение лица с заявлением о включении его требования в реестр требований кредиторов должника является одним из ряда действий действием по защите субъективных гражданских прав.

В соответствии с пунктом 2 статьи 199 ГК РФ, пунктом 10 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 29.09.2015 №43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» (далее – постановление Пленума ВС РФ от 29.09.2015 №43) исковая давность применяется судом по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

Согласно данной норме и пункте 15 Постановления Пленума ВС РФ от 29.09.2015 №43 истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац 2 пункта 2 статьи 199 ГК РФ). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

Следовательно, при рассмотрении требований кредиторов подлежит применению срок исковой давности, если о его применении заявлено в суде должником.

В ходе рассмотрения настоящего спора представитель ответчика Мунтяна А.В. заявил о пропуске конкурсным управляющим срока исковой давности на подачу заявления о взыскании с данного лица убытков. 

В соответствии с абзацем 2 пункта 10 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 №62 в случаях, когда соответствующее требование о возмещении убытков предъявлено самим юридическим лицом, срок исковой давности исчисляется не с момента нарушения, а с момента, когда юридическое лицо, например, в лице нового директора, получило реальную возможность узнать о нарушении, либо когда о нарушении узнал или должен был узнать контролирующий участник, имевший возможность прекратить полномочия директора, за исключением случая, когда он был аффилирован с указанным директором.

Согласно разъяснениям, данным в абзаце 2 пункта 10 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 №62 в случаях, когда соответствующее требование о возмещении убытков предъявлено самим юридическим лицом, срок исковой давности исчисляется не с момента нарушения, а с момента, когда юридическое лицо, например, в лице нового директора, получило реальную возможность узнать о нарушении, либо когда о нарушении узнал или должен был узнать контролирующий участник, имевший возможность прекратить полномочия директора, за исключением случая, когда он был аффилирован с указанным директором.

В пункте 68 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление Пленума ВС РФ от 21.12.2017 №53) отмечено, что поскольку требование о возмещении убытков, причиненных должнику членами его органов и лицами, определяющими действия должника, подается от имени должника, срок исковой давности исчисляется с момента, когда должник, например, в лице нового директора, не связанного (прямо или опосредованно) с допустившим нарушение директором, или арбитражного управляющего, утвержденного после прекращения полномочий допустившего нарушение директора, получил реальную возможность узнать о допущенном бывшим директором нарушении либо когда о нарушении узнал или должен был узнать не связанный (прямо или опосредованно) с привлекаемым к ответственности директором участник (учредитель), имевший возможность прекратить полномочия директора, допустившего нарушение.

В данном случае, применяя положения о пропуске срока исковой давности, суд первой инстанции исходил из того, что Банк узнал или должен был узнать о нарушенном праве не позднее 07.09.2012, когда официально признал ссуду, выданную обществу «Интердиагност», как безнадежную ко взысканию при отсутствии вероятности ее возврата, отметив, что в состав временной администрации, как органа управления Банком, признавшей задолженность общества «Интердиагност» безнадежной ко взысканию, входили сотрудники ГК «АСВ», которая впоследствии стала конкурсным управляющим Банка.

Вместе с тем, судом не учтено, что в силу положений статей 126, 127, 129 Закона о банкротстве срок исковой давности по заявлениям о взыскании убытков начинает течь с момента назначения конкурсного управляющего и передачи ему соответствующих документов при том, что положения главы Х Закона о банкротстве особенностей в этой части не содержат. 

В рассматриваемом случае общий срок исковой давности не может исчисляться ранее 19.09.2012, когда была оглашена резолютивная часть решения о признании общества «Мобилбанк» банкротом и утверждении конкурсного управляющего. Днем окончания срока исковой давности в рассматриваемом случае является 19.09.2015.

Как следует из материалов дела, с заявлением о взыскания убытков конкурсный управляющий обратился 21.09.2015 (согласно штампу входящей корреспонденции арбитражного суда).

Статьей 193 ГК РФ установлено, что если последний день срока приходится на нерабочий день, днем окончания срока считается ближайший следующий за ним рабочий день.

Поскольку окончание срока исковой давности попадает на нерабочий день (суббота), обращения конкурсного управляющего в суд в первый рабочий день – 21.09.2015 (понедельник), признается апелляционным судом как совершенным в пределах трех лет, что соответствует общему сроку исковой давности (статья 196 ГК РФ). Следовательно, в данном случае срок исковой давности о взыскании убытков с бывшего руководителя (Президента) и членов органов управления Банка лиц не пропущен.

Таким образом, основания для применения статьи 199 ГК РФ применительно к требованию конкурсного управляющего о взыскании убытков с Мунтяна А.В. у суда отсутствовали. 

Между тем, вывод суда о пропуске срока исковой давности по данному эпизоду не привел к принятию неправильного решения по существу спора. 

Из материалов дела следует, что 01.04.2011 между обществом «Мобилбанк» в лице управляющего Московским филиалом общества «Мобилбанк» Аршинова С.В. и Шумаковой Н.А. заключен кредитный договор №МФ/КП-37/1, в соответствии с которым Банк предоставил Шумаковой Н.А. кредит в размере 12 000 000 руб. сроком до 23.03.2013 с уплатой процентов за пользование кредитом в размере 18% годовых.

В этот же день с целью обеспечения исполнения обязательств по указанному договору между теми же лицами был заключен договор залога №МФ/ДЗ-20/11, предметом которого являлся автомобиль марки (модели) MERCEDES-BENZ, 2007 года выпуска, идентификационный номер (VIN) WDB2110411B132333, паспорт транспортного средства 77 ТР 279308; залоговая стоимость имущества по оценке сторон составила 500 000 руб. Паспорт заложенного транспортного средства до момента полного исполнения кредитных обязательств Шумаковой Н.А. был передан на хранение в Банк.

В обоснование причинения должнику убытков, связанных с заключением Аршиновым С.В. кредитного договора от 01.04.2011 №МФ/КП-37/1, конкурсный управляющий указал на осведомленность последнего об отсутствии у Шумаковой Н.А. возможности исполнить принятые на себя обязательства на дату выдачи кредита, а также на то, что выдача кредита сопровождалась многочисленными нарушениями Положений Банка России от 26.03.2004 №254-П.

Проанализировав содержание представленного в материалы дела кредитного досье по данному заемщику, суд первой инстанции, принимая во внимание состав, объем и содержание сведений, предоставленных Аршинову С.В. при подписании кредитного договора  от 01.04.2011 №МФ/КП-37/11, а также то, что Шумакова Н.А. имела положительную кредитную историю в Московском филиале общества «Мобилбанк» (на основании кредитного договора от 27.05.2010 №МФ/КП-08/10 Шумаковой Н.А. была открыта кредитная линия в размере 7 000 000 руб., при этом, кредитные обязательства были выполнены в установленный договором срок), пришел к выводу о том, что на момент выдачи спорная ссуда в соответствии с Положением Банка России от 26.03.2004 №254-П не могла рассматриваться Аршиновым С.В. как безнадежная и заведомо невозвратная.

Обстоятельства, на которые по итогам анализа ссудной задолженности Шумаковой Н.А. ссылается конкурсный управляющий, а именно то, что финансовое положение заемщика на основании представленных в Банк справок 2-НДФЛ на основании положений пункта 3.3 Положения Банка России от 26.03.2004 №254-П следует оценивать как «плохое», на момент получения кредита у заемщика отсутствовало какое-либо движимое/недвижимое либо ликвидное имущество, в качестве залога указан земельный участок, который согласно сведениям из Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним, начиная с 29.12.2014, находится в собственности у Иванова Д.Е., противоречат представленным в материалы дела доказательствам. 

Документы, имеющиеся в кредитном досье по заемщику Шумаковой Н.А. подтверждают, что на момент заключения кредитного договора Банк располагал документально подтвержденной информацией о доходах и финансовом состоянии Шумаковой Н.А., которые соответствовали объемам взятых ею на себя обязательств кредитного характера, при этом, Банк осуществил все доступные и предусмотренные действующим законодательством стандартные мероприятия по получению информации, позволяющей адекватно оценить кредитные риски (делал запросы, осматривал заложенное имущество, осуществлял проверку подлинности представленных документов согласно внутренними документами Банка и требованиям нормативных актов Банка России). 

В нарушение положений части 1 статьи 65 АПК РФ конкурсным управляющим не представлены доказательства очевидной недостаточности информации, содержащейся в названных документах, для принятия ответчиком решения об одобрении заключения кредитного договора. 

Соответствующие доводы конкурсного управляющего об обратном, подлежат отклонению как противоречащие установленным судом обстоятельствам и имеющимся в материалах дела доказательствам.

Утверждение конкурсного управляющего о том, что в обеспечение возврата кредита заемщиком было предоставлено и Банком принято недостаточное обеспечение (бывшее в эксплуатации транспортное средство), судом апелляционной инстанции отклоняется, т.к. предоставленное обеспечение в совокупности с положительной кредитной историей свидетельствует о том, что руководитель филиала, он же член Правления Банка, мог прийти к положительному решению о выдаче кредита и такое решение не выходило за рамки кредитования физического лица, у которого на момент получения кредита имелся объект недвижимости (земельный участок был отчужден только в декабре 2014 года).

Доказательства того, что Аршиновым С.В. был нарушен принцип разумности при принятии решения о выдаче кредита, апелляционному суду не представлены (статья 65 АПК РФ).

В обоснование возникновения на стороне должника убытков по эпизоду, связанному с выдачей кредита обществу «Электростандарт» и в частности со снятием залога, конкурсный управляющий сослался на следующие обстоятельства.

12.07.2011 между обществом «Мобилбанк» в лице заместителя управляющего Московским филиалом Аршинова С.В. и обществом «Электростандарт» (Заемщик) был заключен кредитный договор №МФ/КР-810-08/11, в соответствии с которым Банк предоставил Заемщику кредит в размере 45 000 000 руб. сроком по 10.07.2011 с уплатой процентов за пользование кредитом в размере 15% годовых с целью пополнения оборотных средств.

В обеспечение исполнения обязательств по указанному кредитному договору Банком (Залогодержатель) был заключен договор залога недвижимости от 08.09.2011 №МФ/ДЗИ-23/11 с обществом «Петросталь» (Залогодатель), в соответствии с которым Залогодатель в обеспечение исполнения обязательств, принятых на себя обществом «Электростандарт» (Заемщик) по кредитному договору от 12.07.2011 №МФ/КР-810-08/11, передал Залогодержателю в залог недвижимое имущество, стоимостью 44 700 000 руб.

На основании соглашения от 01.12.2011 стороны расторгли договор залога недвижимости от 08.09.2011 №МФ/ДЗИ-23/11. 

Снятие обременения по договору залога недвижимости от 08.09.2011 №МФ/ДЗИ-23/11 было  одобрено Советом Банка, в состав которого входили Мелконов С.С., Ермаков А.А., Жидаев С.С., Нефеда М.М., Смолоковский Р.Л. и Хохолков А.Б., что подтверждается протоколом заседания от 01.12.2011 №032.

В период руководства филиалом Банка Килякова Г.А. дополнительным соглашением  от 13.07.2012 №1 к кредитному договору от 12.07.2011 №МФ/КР-810-08/11, подписанным между Банком и Заемщиком, в пункт 1.1 указанного кредитного договора внесены изменения, согласно которым Банк обязался предоставить Заемщику кредит на срок по 12.07.2013.

Предъявляя требование о взыскании убытков по указанному эпизоду, конкурсный управляющий указал на то, что причиной убытков, причиненных Банку в связи с невозможностью взыскания задолженности по ссуде с общества «Электростандарт» явилось принятие Аршиновым С.В. решения о расторжении договора залога недвижимости от 08.09.2011 №МФ/ДЗИ-23/11, которое было одобрено членами Совета Банка. 

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности и взаимосвязи с установленными по делу фактическими обстоятельствами по правилам статьи 71 АПК РФ, суд первой инстанции, установив, что с момента отзыва у Банка лицензии задолженность по выданной ссуде и процентам за их пользование заемщиком не погашалась; по результатам исполнительного производства, возбужденного в отношении общества «Электростандарт» выявлено отсутствие у компании денежных средств на расчетных счетах, а также какого-либо недвижимого или движимого имущества, принимая во внимание, что отсутствие организации по адресу регистрации, пришел выводу о том, что в данном случае в результате действий Аршинова С.В. по расторжению договора залога недвижимости от 08.09.2011 №МФ/ДЗИ-23/11, Банк лишился возможности реализовать свое право на удовлетворение требований, вытекающих из обязательств по указанному кредитному договору, путем обращения взыскания на заложенное ранее недвижимое имущество.

Данный вывод соответствует доказательствам, имеющимся в материалах дела, установленным фактическим обстоятельствам и основан на правильном применении норм права. Правовых и фактических оснований для их переоценки суд апелляционной инстанции не усматривает.

Доводы Аршинова С.В. о том, что суд необоснованно не исследовал и не дал оценки тому обстоятельству, что дополнительным соглашением от 13.07.2012 №1 был пролонгирован срок возврата ссуды по кредитному договору от 12.07.2011 №МФ/КР-810-08/11 до 12.07.2013, при этом, решение о пролонгации кредита было принято с учетом того, что договор залога от 08.09.2011 №МФ/ДЗИ-23/11 на дату пролонгации был расторгнут и ссуда не была обеспечена, при этом, Аршинов С.В. уволился из Московского филиала общества «Мобилбанк» 29.02.2012, то есть на дату подписания дополнительного соглашения от 13.07.2012 №1 в состав органов правления Банка не входил, в связи с чем, соответствующие действия по продлению срока возвраты ссуды по кредитному договору от 12.07.2011 №МФ/КР-810-08/11, последующий невозврат обществом «Электростандарт» кредита, произошли вне зоны ответственности Аршинова С.В., подлежат отклонению.

 Подписание дополнительного соглашения от 13.07.2012 №1 к кредитному договору от 12.07.2011 №МФ/КР-810-08/11 о пролонгации срока возврата кредита не имеет правового значения, так как в обоснование причин возникновения на стороне должника убытков и основанием для привлечения к ответственности послужило расторжение 01.12.2011 договора залога недвижимости от 08.09.2011 №МФ/ДЗИ-23/11, подписанное членом правления Банка Аршиновым С.В. и одобренное Советом Банка.

Именно в результате снятия имущественного обеспечения Банк утратил гарантии возврата ссудной задолженности, но никак в результате продления срока возврата кредита.

Доводы Аршинова С.В. о недоказанности наличия причинно-следственной связи между расторжением договора залога недвижимости от 08.09.2011 №МФ/ДЗИ-23/11 и причиненными в результате таких действий убытками, являются несостоятельными, так как при наличии соответствующего обеспечения в виде объектов недвижимого имущества, являющихся объектом залога (ипотеки), Банк имел возможность получить удовлетворение своего требования за счет обращения взыскания на предмет залога, между тем, в связи с расторжением договора залога недвижимости от 08.09.2011 №МФ/ДЗИ-23/11 утратил фактическую и правовую возможность удовлетворения своего требования. 

Доказательств несоответствия стоимости объекта ипотеки в размере 44 700 000 рублей, указанной в договоре залога недвижимости от 08.09.2011 №МФ/ДЗИ-23/11, его рыночной стоимости и, соответственно, невозможности его реализации по указанной стоимости, в нарушение статьи 65 АПК РФ Аршиновым С.В. в материалы дела представлено не было. 

Таким образом, выводы суда в части оценки обстоятельств, связанных с привлечением Аршинова С.В. к ответственности за причинение Банку убытков в связи с расторжением договора залога недвижимости от 08.09.2011 №МФ/ДЗИ-23/11 являются верными, судебный акт в указанной части является законным и обоснованным.

Ссылки Аршинова С.В. на то, что при подписании соглашения от 01.12.2011 он действовал не как член Правления Банка, а как представитель Банка по доверенности, подлежат отклонению, поскольку в силу 12.10 Устава общества «Мобилбанк» правом совершения действий от имени Банка без доверенности наделен только Президент Банка, следовательно, факт подписания кредитных договоров Аршиновым С.В. на основании выданной Банком доверенности не исключает осуществление им при этом полномочий как члена коллегиального исполнительного органа банка, осуществляющего руководство текущей деятельностью банка.

Иной подход в оценке статуса Аршинова С.В. при принятии им решения означал бы необоснованную возможность любого из членов органов управления кредитной организации ухода от ответственности, в связи с тем, что в момент совершения ими противоправных действий указанные лица действовали не как руководители кредитной организации, а как представители таких лиц.

Доводы Аршинова С.В. о пропуске конкурсным управляющим установленного статьей 196 ГК РФ срока исковой давности для предъявления требования были предметом исследования судом первой инстанции.

Кроме того, позиция судебной коллегии о соблюдении конкурсным управляющим срока исковой давности при предъявлении рассматриваемых требований о взыскании убытков была изложена выше. Только с момент открытия конкурсного производства и утверждении конкурсного управляющего уполномоченное лицо получило возможность узнать о факте причинения убытков.

Согласно позиции ГК «АСВ» действиями ответчика Аршинова С.В. по данному эпизоду причинены убытки в размере 6 385 714 руб. 

В качестве еще одного основания для взыскания убытков, конкурсный управляющий указывает на заключение дополнительного соглашения от 27.06.2012 №1 к дополнительному соглашению от 03.02.2012 №МФ/ОВ-01/12 к договору банковского счета юридического лица от 08.06.2010 № 0144 о кредитовании банковского счета, в соответствии с которым пункт 2.1 дополнительного соглашения от 03.02.2012 №МФ/ОВ-01/12 изложен в новой редакции, а именно увеличен лимит овердрафта заемщику обществу «Капитал Авиа Инвест» до 20 000 000 руб. (ранее лимит составлял 5 500 000 руб.).

Данное дополнительное соглашение от 27.06.2012 №1 к дополнительному соглашению от 03.02.2012 №МФ/ОВ-01/12 было подписано управляющим Московским филиалом общества «Мобилбанк» Киляковым Г.А., который также являлся членом Правления Банка, и одобрено Советом Банка, что подтверждается протоколом заседания от 25.06.2012 №023.

Из кредитного досье по заемщику обществу «Капитал Авиа Инвест» усматривается, что 03.02.2012 между обществом «Мобилбанк» в лице заместителя управляющего Московским филиалом Аршинова С.В. и обществом «Капитал Авиа Инвест» заключено дополнительное соглашение от 03.02.2012 №МФ/ОВ-01/12 к договору банковского счета юридического лица от 08.06.2010 №0144 о кредитовании банковского счета, в соответствии с пунктом 2.1 которого в дополнение к обязательствам, вытекающим из дополнительного соглашения, Банк обязуется в период с 03.02.2012 по 31.01.2013 включительно исполнять принятые от Клиента платежные поручения и денежные чеки на выдачу Клиенту наличных денег с его расчетного/текущего счета №40702810300080000144, открытого в Банке, именуемого в дальнейшем «Счет», в режиме овердрафта при выполнении условий, предусмотренных пунктом 3.1 настоящего дополнительного соглашения. При этом Клиенту устанавливается лимит овердрафта в размере 5 500 000 руб. Дата закрытия овердрафта – 31.01.2013.

При этом, согласно имеющемуся в досье заключению ведущего экономиста управления кредитования Банка от 02.02.2012 до заключения дополнительного соглашения от 03.02.2012 №МФ/ОВ-01/12 финансовое состояние компании (общества «Капитал Авиа Инвест») по состоянию на 30.09.2011 оценено как «среднее»; согласно требованиям Положения Банка России от 26.03.2004 №254-П ссуда отнесена к III категории качества, с размером расчетного резерва 21% (1 155 000 руб.).

Суд первой инстанции, установив отсутствие в материалах дела доказательства того, что до заключения дополнительного соглашения от 27.06.2012 №1 к дополнительному соглашению от 03.02.2012 №МФ/ОВ-01/12 к договору банковского счета юридического лица от 08.06.2010 № 0144 о кредитовании банковского счета, которым лимит овердрафта установлен в размере 20 000 000 руб. (увеличен на 14 500 000 руб.) соответствующими службами Банка не была проведена работа по оценке финансового положения вышеуказанного заемщика и не вынесено положительное профессиональное суждение о его кредитоспособности, пришел к обоснованному выводу о том, что, подписывая вышеуказанное дополнительное соглашение об увеличении лимита кредитования, Киляков Г.А. действовал вопреки интересам Банка, при отсутствии необходимой и достаточной информации для определения кредитного риска и без соблюдения обычных внутренних процедур, при этом, обладал возможностью не допустить причинение Банку убытков, для чего было достаточно отказаться от одобрения вышеуказанной сделки и не подписать соответствующее дополнительное соглашение, вместе с тем, Киляков Г.А. непосредственно участвовал в совершении действий по одобрению, принятию решения о предоставления кредитных средств с учетом увеличенного лимита, что свидетельствует о недобросовестности данного лица. 

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к верному выводу о наличии оснований для привлечения Килякова Г.А. к ответственности в виде взыскания убытков, и, исходя из степени его вины, обоснованно удовлетворил требования конкурсного управляющего в данной части. 

По расчету конкурсного управляющего действиями ответчика Килякова Г.А. по данному эпизоду причинены убытки в размере 2 857 142,85 руб.

Оснований для переоценки обстоятельств и доказательств, которые при рассмотрении данного эпизода были исследованы и оценены судом первой инстанции, у суда апелляционной инстанции не имеется.

Что касается ответственности членов Совета Банка, решениями которого были одобрены, как снятие обеспечения по кредитному договору с обществом «Элекстростандарт», так и увеличение размера кредитования общества «Капитал Авиа Инвест» на условиях овердрафта, то суд апелляционной инстанции исходит из следующего.

Отказывая в удовлетворении требований конкурсного управляющего в части требования о взыскании убытков с членов Совета Банка Мелконова С.С., Ермакова А.А., Жидаева С.С., Нефеды М.М., Смолоковского Р.Л., суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии в материалах дела совокупности доказательств, позволяющих прийти к выводу об одобрении данными лицами сделки по расторжению договора ипотеки, обеспечивающего кредитное обязательство общества «Электростандарт» и сделки по выдаче кредита обществу «Капитал Авиа Инвест».

При этом, делая данный вывод, суд обоснованно принял во внимание, что согласно представленным на обозрение оригиналам заграничных паспортов в даты заседаний Совета Банка 25.06.2012, 02.02.2012, 11.07.2011 Нефед М.М., Ермаков А.А., Смолоковский Р.Л. отсутствовали на территории Российской Федерации;  из представленных Нефедом М.М. и Мелконовым С.С. командировочных удостоверений следует, что  в даты заседаний Совета Банка 01.12.2011, 02.02.2012 они отсутствовали в городе Москве, поскольку находились в командировке в Липецкой области; иных, помимо протоколов 01.12.2011 и от 25.06.2012, доказательств фактического проведения заседания Совета Банка в указанные дни, в том числе доказательства извещения о месте и времени заседания, журнал регистрации, бюллетени для голосования либо опросные листы, документы по вопросам повестки дня, в материалы дела представлено не было; наличие в кредитном досье общества «Капитал Авиа Инвест» письма последнего от 27.06.2012 исх.№163 с просьбой установить размер лимита овердрафта по кредитному договору в сумме 20 000 000 руб., которое датировано более поздней, чем протокол заседания Совета Банка, одобрившего данную сделку.

Следовательно, суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что оснований для привлечения Мелконова С.С., Ермакова А.А., Жидаева С.С., Нефеды М.М., Смолоковского Р.Л. к ответственности в виде взыскания убытков в данном случае не имеется. Доказательства того, что указанные лица так или иначе принимали участие в обсуждении и принятии решения об одобрении сделок с обществами «Электростандарт» и «Капитал Авиа Инвест», в материалах дела отсутствуют (статья 65 АПК РФ), их подписи в протоколах заседаний Совета Банка отсутствуют, на момент проведения заседаний указанные лица в месте проведения заседания не находились, в связи с нахождением за пределами города Москва и Российской Федерации, соответственно.

Доводы конкурсного управляющего о доказанности наличия оснований для привлечения Мелконова С.С., Ермакова А.А., Жидаева С.С., Нефеды М.М., Смолоковского Р.Л. к ответственности в виде взыскания убытков с указанием на то, что представленные указанными лицами доказательства не могут быть приняты в качестве доказательств, подтверждающих наличие оснований для освобождения их от ответственности; протоколы Совета Банка до настоящего времени не оспорены в установленном законом порядке, следовательно, являются действительными; утверждения членов Совета Банка об отсутствии у них информации о принимаемых Советом решений и о проводимых собраниях, а также о нарушении правил подготовки таких собраний, не могут опровергать факт их проведения и участия всех членов в принятии решений, судом апелляционной инстанции рассмотрены и признаны подлежащими отклонению. 

В отсутствие в материалах дела бесспорных доказательств соблюдения корпоративных процедур при созыве и проведении заседаний Совета Банка (уведомлений о созыве Совета Банка, журнала регистрации явившихся на Совет участников, бюллетени голосования, опросные листы, содержащие мнение членов Совета Банка по вопросам повестки дня) не представляется возможным установить, что именно указанными лицами была сформирована воля Банка на совершение указанных выше спорных сделок. 

При том, что норм, которые бы позволяли осуществлять взыскание непогашенной заемщиками задолженности за счет членов коллегиального органа управления банком путем пропорционального распределения долга между ними (т.е. по существу путем объективного вменения вины в образовании просроченной задолженности одновременно всем членам Совета без установления их конкретной и личной причастности к заведомо недобросовестным действиям по выводу активов банка) положениями статьи 71 Закона об акционерных обществах и статьи 15 ГК РФ не предусмотрено.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к верному выводу о недоказанности ГК «АСВ» совокупности условий, являющихся необходимыми для возложения на Мелконова С.С., Ермакова А.А., Жидаева С.С., Нефеда М.М., Смолоковского Р.Л. гражданско-правовой ответственности в виде взыскания убытков.

Вместе с тем, учитывая, что протоколы заседания Совета Банка от 01.12.201 1№032, от 25.06.2012 №023 содержат подпись председателя Совета Банка Хохолкова А. Б., данное обстоятельство Хохолковым А.Б. в процессе рассмотрения дела не оспорено, суд обоснованно удовлетворил заявление конкурсного управляющего о взыскании убытков с данного лица в размере 9 242 857 руб. 13 коп.

Апелляционная жалоба не содержит доводов по оспариванию определения суда в части взыскания с Хохолкова А.Б. убытков в заявленном размере, следовательно, оснований для переоценки выводов суда в данной части суд апелляционной инстанции не усматривает.

Приведенные конкурсным управляющим в судебном заседании и в представленных в течение перерыва в заседании письменных объяснениях по делу доводы о том, что в случае отказа в удовлетворении заявленных требований о взыскании убытков к отдельным лицам, общий размер убытков должен быть перераспределен между лицами, привлеченными к ответственности, подлежат отклонению, поскольку из материалов дела следует, что конкурсный управляющий, обращаясь в суд, предъявил требования о взыскании убытков не в солидарном порядке, а в долевом, с учетом степени вины определил размер подлежащих взысканию с каждого из ответчиков в пользу общества «Мобилбанк» убытков, следующим образом:  

с Аршинова С. В. в размере 18 385 714 руб. 85 коп., с Килякова Г.А. в размере 2 857 142 руб. 85 коп.; с Мунтяна А. В. в размере 75 721 011 руб. 26 коп.; с Хохолкова А.Б., Мелконова С.С., Ермакова А. А., Жидаева С.С., Нефеда М.М., Смолоковского Р.Л. в размере по 9 242 857 руб. 13 коп. с каждого.

 В силу статей 49, 268 АПК РФ суд апелляционной инстанции не вправе выходить за пределы заявленного истцом предмета и оснований иска. 

Об изменении порядка взыскания убытков в суде первой инстанции конкурсным управляющим заявлено не было (статья 49 АПК РФ).

При отмеченных обстоятельствах обжалуемое определение отмене, а апелляционные жалобы – удовлетворению не подлежат.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 270 АПК РФ являются основаниями к отмене или изменению судебных актов, судом апелляционной инстанции не установлено.

Поскольку обжалование определения об удовлетворении/отказе в удовлетворении требований о взыскании убытков в рамках дела о банкротстве не подлежит оплате государственной пошлиной в силу подпункта 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, то уплаченная Аршиновым С.В. по апелляционной жалобе госпошлина в сумме 3 000 руб. подлежит возврату из федерального бюджета на основании статьи 104 АПК РФ и статьи 333.40 Налогового кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 104, 176, 258, 266, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 24 сентября 2018 года по делу №А71-10928/2012 оставить без изменения, а апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Возвратить Аршинову Станиславу Владимировичу из средств федерального бюджета государственную пошлину по апелляционной жалобе, излишне уплаченную по чеку-ордеру от 03.10.2018, в сумме 3 000 (Три тысячи) рублей. 

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Удмуртской Республики.

 

Председательствующий

Т.С. Нилогова 

 

Судьи

 

И.П. Данилова

С.И. Мармазова