ПЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А53-41853/2020

город Ростов-на-Дону

22 июня 2021 года

15АП-9095/2021

Резолютивная часть постановления объявлена 22 июня 2021 года.

Полный текст постановления изготовлен 22 июня 2021 года.

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Илюшина Р.Р.,

судей Н.Н. Мисника, Т.Р. Фахретдинова,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

при участии: 

от ответчика: ФИО2 по доверенности от 31.12.2020,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу краевого государственного унитарного предприятия «Хабаровские авиалинии»

на решение Арбитражного суда Ростовской области

от 14.04.2021 по делу №А53-41853/2020

по иску краевого государственного унитарного предприятия «Хабаровские авиалинии»

к открытому акционерному обществу «Ростовский завод гражданской авиации №412»

о возмещении убытков,

УСТАНОВИЛ:

краевое государственное унитарное предприятие «Хабаровские авиалинии» (далее – истец, предприятие) обратилось в Арбитражный суд Ростовской области с иском к открытому акционерному обществу «Ростовский завод гражданской авиации №412» (далее – ответчик, общество, завод) о возмещении 11105945 руб. убытков, вызванных ненадлежащим исполнением обязательств по ремонту авиационных двигателей по договору от 15.08.2017 №033/Д-58.

Решением Арбитражного суда Ростовской области от 14.04.2021 в удовлетворении исковых требований отказано.

С учетом выводов заключения специалистов ООО «Северокавказский центр экспертиз и исследований» от 01.03.2021 №2021/17 суд признал недоказанной вину ответчика в проведении некачественных работ и в спорной поломке.

Предприятие обжаловало решение суда первой инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, просило его отменить, принять новый судебный акт, которым исковые требования удовлетворить.

Доводы апелляционной жалобы сводятся к следующему. Суд не применил нормы Воздушного кодекса Российской Федерации. Специальное исследование выполнено независимым государственным специализированным некоммерческим учреждением Авиарегистр России и является надлежащим доказательством.После проведения капитального ремонта авиадвигателя ответчиком установлен межремонтный ресурс до очередного капитального ремонта 4041 часов или межремонтный календарный срок службы 7 лет. Довод об ограничении ответственности общества установленным договором гарантийным сроком противоречит положениям части 4 статьи 723 Гражданского кодекса Российской Федерации. Убытки причинены виновными действиями ответчика, поскольку двигатель отработал 42% от гарантированного ответчиком межремонтного ресурса.

В отзыве на апелляционную жалобу общество жалобу не признало, просило решение суда оставить без изменения, указав на участие представителя ответчика в судебном заседании 01.03.2020. Ответчик не заявил о пропуске срока исковой давности до вынесения решения суда. Предоставленными истцом доказательствами подтверждается совокупность оснований для удовлетворения исковых требований об оплате за конкретные перевозки.

В судебном заседании представитель ответчика просил решение суда оставить без изменения. 

Истец явку представителя не обеспечил,  о времени и месте рассмотрения жалобы извещен. От истца в апелляционный суд 21.06.2020 посредством системы Картотека арбитражных дел поступило ходатайство об участии в судебном заседании с помощью веб –конференции. Однако,  учитывая то, что ходатайство было некорректно прикреплено к системе, одобрить его технически не представилось возможным.  Кроме того,  следует отметить, что  ходатайство подано несвоевременно, в связи с чем, в любом случае подлежало бы отклонению.  

Проверив материалы дела, обсудив доводы жалобы, заслушав представителя ответчика,  апелляционная коллегия не находит оснований к отмене судебного акта.

Как видно из материалов дела, 15.08.2017 между предприятием (заказчик) и обществом (подрядчик) заключен договор №033/Д-58 на ремонт авиационных двигателей (далее – договор), по которому подрядчик обязался своими силами с использованием своего оборудования, материалов, инструментов выполнить работы по ремонту двигателей АН-24 №Н4824ВТ046 и №Н47522059, являющихся собственностью истца.

Стоимость выполнения работ составляет 3800000 руб. за каждый двигатель (пункт 2.3. договора).

Срок выполнения работ – 90 рабочих дней с момента приемки двигателя в ремонт (пункт 3.1. договора).

Пунктом 4.2.1. договора установлено, что ответчик принял на себя обязательство выполнить работы в соответствии с технологией ремонта и обеспечить межремонтный ресурс двигателя.

В соответствии с пунктом 6.1. договора качество работ, подлежащих выполнению, должно соответствовать требованиям технологической документации ответчика.

Выполненные ответчиком по договору работы сданы по акту от 25.12.2017 и оплачены истцом в полном объеме.

04.02.2020 с воздушным судном АН-24РВ №RA 47367 в аэропорту города Николаевска-на-Амуре произошел авиационный инцидент.

Воздушное судно Ан-24РВ №RA47367 выполняло рейс KHF-402 по маршруту Охотск – Николаевск-на-Амуре – Хабаровск. Посадка в аэропорту Николаевска-на-Амуре произведена благополучно в 16 часов 47 минут местного времени.

После приземления давление масла в правом двигателе по указателю упало ниже 2 кг/см2. Экипаж на пробеге перед выполнением руления на перрон выключил правый двигатель.

Приказом Дальневосточного межрегионального территориального управления воздушного транспорта Федерального агентства воздушного транспорта министерства транспорта Российской Федерации (далее – Дальневосточное МТУ ФАВТ, Росавиация) от 05.02.2020 №29-П была создана комиссия по расследованию авиационного инцидента.

Согласно протоколу от 10.02.2020 №2 на воздушном судне был выполнен комплекс работ с целью установления отказа авиационной техники. В ходе выполнения комплекса работ установлено разрушение шестерни 24-507-147 и корпуса воздухоотделителя ВО-24, входящего в состав авиационного двигателя АИ-24 второй серии №Н47522059 самолета Ан-24РВ №RA-47367.

По полученным результатам комиссия постановила отправить неисправный воздухоотделитель, входящий в состав авиационного двигателя на специальное исследование.

Председателем комиссии по расследованию составлено и передано в федеральное автономное учреждение «Авиационного регистра Российской Федерации» (далее – Авиарегистр России) техническое задание для проведения специального комплексного исследования и выяснения причины разрушения воздухоотделителя, входящего в состав авиационного двигателя.

Согласно заключению Авиарегистра России от 16.03.2020 №10021-И/103 разрушение конической шестерни воздухоотделителя ВО-24, входящего в состав двигателя АН-24 №Н47422059 второй серии самолета АН-24РВ №RA-47367, реализовано в условиях повторно-статического нагружения при зарождении разрушения и при сочетании повторно-статического и малоциклового усталостного разрушения на отдельных этапах развития трещин в процессе разрушения корпуса воздухоотделителя.

Разрушение корпуса агрегата носит многоцикловый усталостный характер и произошло вследствие действия на фланец корпуса нерасчетной переменной нагрузки из-за отвинчивания гаек крепления вала к крыльчатке, обусловленного нарушением требований ОСТ139502-77 по стопорению гаек.

Для предотвращения случаев нарушения конических шестерней и корпусов воздухоотделителей ВО-24 на двигателях типа АН-24 (ВТ) ремонтным предприятиям необходимо при сборке агрегатов строго соблюдать требования ОСП1 39502-77 по стопорению крепежных деталей.

10.04.2020 после проведения комплекса работ, в том числе замены маслорадиатора, воздушного винта, правого двигателя, выполнения контрольного полета с вновь установленным правым двигателем комиссия допустила самолет Ан-24РВ RA-47367 к дальнейшей эксплуатации без ограничений в пределах установленных ресурсов и сроков службы.

По завершению работы комиссией составлен и подписан отчет.

В своем отчете от 10.04.2020 комиссия указала, что причиной инцидента явилось отвинчивание гаек крепления вала к крыльчатке агрегата ВО-24, обусловленное нарушением требований ОСТ1 39502-77 по стопорению гаек при ремонте двигателя.

В пункте 5 отчета от 10.04.2020 комиссия указала на выявленные при расследовании недостатки, а именно несоблюдение ответчиком требований ОСТ1 39502-77 по стопорению гаек крепежных деталей воздухоотделителя ВО-24 на двигателе АН-24 второй серии №Н47522059 при выполнении капитального ремонта двигателя 29.12.2017.

После инцидента двигатель и воздушный винт сняты с воздушного судна АН-24РВ №RA 47367 и отправлены на досрочный капитальный ремонт.

По итогам расследования инцидента истцом в адрес ответчика направлена претензия от 28.04.2020 №Х-1248 о возмещении незапланированных расходов.

Письмом от 09.06.2020 №73/162-5ю завод отказал в возмещении расходов. Указал, что с его стороны выполнены все обязательства по договору. Сослался на пункт 6.3. договора, согласно которого он гарантировал соответствие качества ремонта двигателя требованиям ремонтной документации в течение 500 часов или двенадцати месяцев с момента окончания ремонта, в зависимости от того, какое условие наступит ранее при соблюдении заказчиком условий и правил эксплуатации, обслуживания и хранения двигателя. А также указал на то, что сроки для удовлетворения претензии истекли.

Предприятие полагает, что общество необоснованно отказывает в удовлетворении заявленных требований по следующим основаниям.

Для проведения капитального ремонта авиационных двигателей предприятием подготовлено техническое задание, которым определялись объем выполненных работ и требования к качеству работ.

В соответствии с пунктами 2.4, 2.5 технического задания после проведения капитального ремонта отремонтированному авиадвигателю АН-24 №Н47522059 должен быть установлен межремонтный ресурс 4000 часов или межремонтный календарный срок службы 7 лет.

Сопроводительными письмами от 21.07.2017 №43/17 и №44/17 предприятие запросило у Ростовского завода гражданской авиации №412, а также у завода информацию о возможности выполнения капитального ремонта авиационных двигателей и просило в случае возможности выполнения такого ремонта направить коммерческое предложение с целью заключения соответствующего договора.

Письмом от 24.07.2017 №59.174 завод уведомил о возможности выполнения работ по капительному ремонту авиационных двигателей с установлением двигателю №Н47522059 ресурса после ремонта – 4000 часов или 7 лет.

По результатам проведенных переговоров между сторонами заключен договор от 15.08.2017 №033/Д-58.

После проведения капитального ремонта в формуляр авиационных двигателей вносятся соответствующие записи по проведенным ремонтам.В разделе 15.2. формуляра указывается свидетельство о приемке двигателя после ремонта.

В соответствии с указанным пунктом – двигатель АН-24 №Н47522059 отремонтирован ответчиком согласно действующей технологической документации и признан годным для эксплуатации. Ресурс двигателя до очередного капитального ремонта составляет 4000 моточасов в течение 7 лет в соответствии с техническим заданием. В разделе 15.3. формуляра указан остаток ресурса в часах и минимальный остаток составляет 4041 час.

В формуляре имеются соответствующие подписи руководителей завода, а именно генерального директора, заместителя генерального директора по качеству и начальника ОТК, заверенные печатью общества.

Истцом заявлено, что по вине ответчика авиадвигатель отработал 42% от 100% гарантированного межремонтного ресурса, что повлекло возникновение убытков, выражающихся в следующем.

Межремонтный ресурс в количестве 4000 часов или 7 лет были установлены после проведения ответчиком капитального ремонта авиадвигателя по договору от 15.08.2017 №033/Д-58 и стоимость таких работ составила 3800000 руб.

При таких обстоятельствах 4000 часов или 7 лет составляют 100% межремонтного ресурса. Стоимость 100% межремонтного ресурса составляет 3800000 руб.

Согласно данным о наработке до инцидента двигатель наработал 1646 часов или 2 года и 1 месяц, вместо 4000 часов или 7 лет. 1646 часов или 2 года и 1 месяц составляют 42% (использованный межремонтный ресурс) от 100% установленного после капитального ремонта межремонтного ресурса. 58% межремонтного ресурса, что составляет 2354 часов или 5 лет и 11 месяцев по вине ответчика авиационный двигатель недоработал (неиспользованный межремонтный ресурс).

Стоимость использованного межремонтного ресурса составляет 1596000 руб. как 42% от стоимости 100% межремонтного ресурса.

Убытки предприятия, связанные с тем, что авиационный двигатель не отработал до окончания срока межремонтного ресурса, согласно произведенному расчету составляют 2204000 руб. – 58% от стоимости ремонтных работ межремонтного ресурса.

Убытки предприятия подтверждаются договором от 15.08.2017 №033/Д-58, актом выполненных работ от 26.12.2017, платежными поручениями от 01.09.2017 №5437, от 07.02.2018 №740, от 06.03.2018 №1484, от 06.03.2018 №1484, справкой о наработке двигателя, расчетом стоимости неиспользованного межремонтного ресурса.

На период расследования авиационного инцидента и повторного капитального ремонта авиационного двигателя АН-24 №Н47522059 в целях осуществления плановых полетов по договорам воздушных перевозок истец был вынужден заключить договор аренды авиадвигателя АН-24 2-й серии для его установки на воздушное судно АН-24РВ №RA 47367.

20.02.2020 между предприятием и обществом заключен договор №217/03-20 аренды двигателя. По условиям договора (пункты 3.2, 3.3 договора) стоимость 1 (одного) часа полной наработки двигателя составляет 2400 руб. Установлена гарантийная наработка в размере 60 часов в месяц.

За весь период аренды с 20.02.2020 по 31.10.2020 истец понес убытки, связанные с арендой авиационного двигателя в размере 1983561 руб.

Убытки предприятия в размере 1983561 руб. подтверждаются договором аренды от 20.02.2020 №217/03-20, платежными поручениями: от 16.04.2020 №1917 в сумме 94279,20 руб., от 01.06.2020 №2705 в сумме 68320,80 руб., от 09.06.2020 №2825 в сумме 100000 руб., от 19.06.2020 №3092 в сумме 100000 руб., от 22.06.2020 №3112 в сумме 100000 руб., от 06.07.2020 №3315 в сумме 173440,80 руб., от 16.09.2020 №4980 в сумме 200360,80руб., от 18.09.2020 №5015 в сумме 74000 руб., от 18.09.2020 №5016 в сумме 126560 руб., от 22.09.2020 №5069 в сумме 229000 руб., от 24.09.2020 №5130 в сумме 164360,80руб., от 28.09.2020 №5177 в сумме 200000 руб., от 09.10.2020 №5482 в сумме 169039,20руб., от 13.10.2020 №5599 в сумме 150000 руб., от 23.10.2020 №5882 в сумме 34200 руб. на общую сумму 1983561,60 руб.

Помимо изложенного, истец был вынужден направить некачественно отремонтированный авиадвигатель на повторный капитальный ремонт.

19.05.2020 между истцом и ответчиком был заключен договор №2020.346711 на проведении капитального ремонта авиадвигателей. По заключенному договору стоимость капитального ремонта авиадвигателя АН-24 №Н47522059 составила 6357540 руб. Капитальный ремонт двигателя истцом оплачен в полном объеме.

31.08.2020 авиадвигатель АН-24 №Н47522059 принят из повторного капитального ремонта по акту приема-передачи.

Убытки предприятия на сумму 6357540 руб. подтверждаются договором от 19.05.2020 №2020.346711, актом выполненных работ от 31.08.2020, платежными поручениями на сумму 6357540 руб.

По мнению предприятия, в результате нарушений, допущенных заводом при выполнении ремонтных работ, стружка от поврежденных деталей авиадвигателя попала в компонент агрегата – воздушный винт.

С целью исследования технического состояния изделия после инцидента воздушный винт был направлен в акционерное общество «Авиакомпания «Ангара», с которым у предприятия заключен договор на технический ремонт агрегатов воздушных судов от 12.12.2019 №АТК-00811-2019.

В соответствии с техническим актом от 26.03.2020 №40-20 при исследовании технического состояния воздушного винта АВ-72 серии 02А №23Л85 были выявлены множественные механические примеси, металлическая стружка. Согласно выводам технического акта – воздушный винт АВ-72 серии 02А №23Л85 и лопасть №2 подлежат текущему ремонту.

Стоимость работ составила 560844 руб.

Убытки предприятия, связанные с возникновением необходимости проведения технического ремонта воздушного винта АВ-72 серии 02А №23Л85 и лопасти №2 подтверждаются техническим актом от 26.03.2020 №40-20, договором от 12.12.2019 АТК-00811-2019, счетом на оплату от 18.03.2020 №РА169, платежными поручениями от 15.04.2020 №1895 и от 10.06.2020 №2843.

Таким образом, истец понес расходы на общую сумму 11105945 руб., в том числе:

- стоимость неиспользованного межремонтного ресурса до следующего капитального ремонта авиадвигателя – 2204000 руб.;

- стоимость аренды двигателя на период ремонта – 1983561 руб.;

- стоимость незапланированного капитального ремонта авиадвигателя АИ-24 №Н47522059 – 6357540 руб.;

- стоимость внепланового ремонта воздушного винта и лопасти №2 – 560844 руб.

Предприятие полагает, что причиной инцидента явилось отвинчивание гаек крепления вала к крыльчатке агрегата ВО-24, обусловленное нарушением требований ОСТ1 39502-77 по стопорению гаек при ремонте двигателя. Так же из заключения следует, что причиной происшествия явилось несоблюдение со стороны ответчика при осуществлении ремонтных работ требований ОСТ1 39502-77 по стопорению гаек крепежных деталей воздухоотделителя ВО-24 на двигателе АН-24 2-й серии №Н47522059, что и привело к незапланированным затратам истца.

По мнению истца, что понесенные им убытки находятся в прямой причинно-следственной связи с ненадлежащим исполнением ответчиком принятых по договору обязательств в части выполнения качественного ремонта авиационного двигателя.

Истец направил ответчику досудебную претензию №Х-1248 от 28.04.2020 с требованием о возмещении незапланированных расходах, оставленную без финансового удовлетворения.

Изложенное послужило основанием для предъявления настоящего иска.

В соответствии со статьей 309 Гражданского кодекса обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требования закона, иных правовых актов.

Согласно части 1 статьи 721 Гражданского кодекса, качество выполненной подрядчик работы должно соответствовать условиям договора подряда, а при отсутствии или неполно условий договора требованиям, обычно предъявляемым к работам соответствующего рода.

Статья 722 Гражданского кодекса устанавливает, что в случае, когда законом, ин правовым актом, договором подряда или обычаями делового оборота предусмотрен для результата работы гарантийный срок, результат работы должен в течение всего гарантийного срока соответствовать условиям договора о качестве.

Частью 3 статьи 723 Гражданского кодекса установлено, если отступления в работе условий договора подряда или иные недостатки результата работы в установленный заказчике разумный срок не были устранены либо являются существенными и неустранимыми, заказчик вправе отказаться от исполнения договора и потребовать возмещения причиненных убытков .

Статья 393 Гражданского кодекса устанавливает, что должник обязан возмести кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнение обязательства.

В соответствии с пунктом 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Таким образом, убытки представляют собой негативные имущественные последствия, возникающие у лица вследствие нарушения его неимущественного или имущественного права.

Реализация такого способа защиты, как возмещение убытков, возможна лишь при наличии общих условий гражданско-правовой ответственности: совершение причинителем вреда незаконных действий (бездействия); наличие у субъектов гражданского оборота убытков с указанием их размера; наличие причинной связи между неправомерным поведением и возникшими убытками; наличие вины лица, допустившего правонарушение. В свою очередь ответчик вправе доказывать отсутствие своей вины в причинении убытков, если в соответствии со статьей 401 Гражданского кодекса Российской Федерации вина является условием ответственности.

В соответствии с частью 2 статьи 401 ГК РФ отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство.

Применяя статью 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, следует учитывать, что по общему правилу лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков. Возмещение убытков в меньшем размере возможно в случаях, предусмотренных законом или договором в пределах, установленных гражданским законодательством (пункт 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», далее – Постановления №25).

По делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации) Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

Согласно пункту 13 Постановления №25, при разрешении споров, связанных с возмещением убытков, необходимо иметь в виду, что в состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которые это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Если для устранения повреждений имущества истца использовались или будут использованы новые материалы, то за исключением случаев, установленных законом или договором, расходы на такое устранение включаются в состав реального ущерба истца полностью, несмотря на то, что стоимость имущества увеличилась или может увеличиться по сравнению с его стоимостью до повреждения. Размер подлежащего выплате возмещения может быть уменьшен, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества.

Следует также учитывать, что уменьшение стоимости имущества истца по сравнению с его стоимостью до нарушения ответчиком обязательства или причинения им вреда является реальным ущербом даже в том случае, когда оно может непосредственно проявиться лишь при отчуждении этого имущества в будущем (например, утрата товарной стоимости автомобиля, поврежденного в результате дорожно-транспортного происшествия) (пункт 13 Постановления №25).

Истец обосновывает возникновение у него убытков некачественным ремонтом, произведенным ответчиком.

Факт выполнения ответчиком ремонта авиационного двигателя по договору от 15.08.2017 №033/Д-58, принадлежащего истцу, подтверждается материалами дела и не оспаривается сторонами. Работы сданы по акту от 25.12.2017. Стоимость выполнения работ составила 3800000 руб. за каждый двигатель.

Включение в состав подлежащих возмещению убытков стоимости недоработанного межремонтного ресурса обусловлено особенностями эксплуатации воздушных судов и предъявляемыми к ним требованиями.В частности, согласно пункту 12.2.1 Наставления по технической эксплуатации и ремонту авиационной техники в гражданской авиации России (НТЭРАТ ГА-93) межремонтным ресурсом (сроком службы) является наработка изделия (календарный период эксплуатации) между двумя последовательными ремонтами, до завершения которой (в течение срока службы) ремонтное предприятие гарантирует и обеспечивает выполнение определенных требований к изделию при соблюдении правил, установленных эксплуатационной документацией. По окончании межремонтного ресурса эксплуатация воздушного судна без проведения очередного ремонта недопустима.

Между тем, в соответствии с пунктом 6.3. договора подрядчик гарантировал соответствие качества ремонта двигателя требованиям ремонтной документации в течение 500 часов или двенадцати месяцев с момента окончания ремонта, в зависимости от того, какое условие наступит ранее при соблюдении заказчиком условий и правил эксплуатации, обслуживания и хранения двигателя.

04.02.2020 с воздушным судном АН-24РВ №RA 47367 в аэропорту города Николаевска-на-Амуре произошел авиационный инцидент.

Правилами расследования авиационных происшествий и инцидентов с воздушными судами в Российской Федерации, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации 18.06.1998 №609 (далее – Правила №609) установлено, что исследования объектов авиационной техники при расследовании авиационного инцидента, как правило, выполняются комиссией по расследованию на базе организаций ГА. Разборка и исследование объектов авиатехники, причиной отказа которых предполагается конструктивно-производственный недостаток или неудовлетворительный ремонт, должны проводиться с обязательным участием представителей промышленности или ремонтных организаций соответственно (пункт 3.6.6. Правил №609).

Вместе с тем, в нарушение указанных положений Правил №609 представитель завода как ремонтной организации не принимал участие в разборке и исследовании объектов авиатехники. Отчет комиссии от 10.04.2020, составленный с участием специалистов Краевого государственного унитарного предприятия «Хабаровские авиалинии» составлен в одностороннем порядке, ввиду чего не может быть признан надлежащим доказательством.

В составе членов комиссии, назначенной приказом Дальневосточное МТУ ФАВТ от 05.02.2020 №29-П, нет ни одного представителя (специалиста) ответчика, при том, что ответчик является заводом гражданской авиации, осуществлявшим ремонт авиатехники, включая авиадвигателей КГУП «Хабаровские авиалинии», в отношении одного их которых произошел авиационный инцидент, напротив, в составе членов комиссии имеются семь специалистов предприятия, являющегося заинтересованным лицом в получении «выгодного» в свою пользу отчета по результатам исследования авиационного инцидента.

В соответствии с пунктами 1, 4 статьи 720 Гражданского кодекса Российской Федерации заказчик обязан в сроки и в порядке, которые предусмотрены договором подряда, с участием подрядчика осмотреть и принять выполненную работу (ее результат), а при обнаружении отступлений от договора, ухудшающих результат работы, или иных недостатков в работе немедленно заявить об этом подрядчику.

Заказчик, обнаруживший после приемки работы отступления в ней от договора подряда или иные недостатки, которые не могли быть установлены при обычном способе приемки (скрытые недостатки), в том числе такие, которые были умышленно скрыты подрядчиком, обязан известить об этом подрядчика в разумный срок по их обнаружении.

По правилам, изложенным в пунктах 3 и 4 названной статьи, недостатки работы могут быть явными и скрытыми: первые могут быть установлены при обычном способе приемки работы (а потому и должны быть отражены в акте приема-передачи), вторые, напротив, не могут быть установлены при обычном способе приемки работы. Относительно скрытых недостатков работы (в том числе скрытых подрядчиком умышленно, т. е. специально), которые по этой причине и не нашли своего отражения в акте приема-передачи, заказчик обязан известить подрядчика в разумный срок по их обнаружении и предъявить требования, связанные с ненадлежащим качеством работы.

Между тем из материалов дела следует, что эти обязанности заказчиком не соблюдены, подрядчик о проведения комиссионного обследования по расследованию авиационного инцидента не извещался, доказательств обратного в материалах дела не имеется.

В отчете от 10.04.2020 комиссия указала, что причиной инцидента явилось отвинчивание гаек крепления вала к крыльчатке агрегата ВО-24, обусловленное нарушением требований ОСТ1 39502-77 по стопорению гаек при ремонте двигателя. После инцидента двигатель и воздушный винт сняты с воздушного судна Ан-24РВ №RA 47367 и отправлены на досрочный капитальный ремонт.

В соответствии с пунктом 1 статьи 721 Гражданского кодекса Российской Федерации качество выполненной подрядчиком работы должно соответствовать условиям договора подряда. Результат выполненной работы должен в момент передачи заказчику обладать свойствами, указанными в договоре или определенными обычно предъявляемыми требованиями, и в пределах разумного срока быть пригодным для установленного договором использования.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 12.10.2015 №305-ЭС15-7522, из пункта 1 статьи 722, пунктов 3, 5 статьи 724 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что если договором подряда для результата работы предусмотрен гарантийный срок, результат работы должен в течение всего гарантийного срока соответствовать условиям договора о качестве. Заказчик вправе предъявить требования, связанные с недостатками результата работы, обнаруженными в течение гарантийного срока, который начинает течь с момента, когда результат выполненной работы был принят или должен был быть принят заказчиком (если иное не предусмотрено договором).

Пункт 1 статьи 737 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что в случае обнаружения недостатков во время приемки результата работы или после его приемки в течение гарантийного срока, а если он не установлен, – разумного срока, но не позднее двух лет (для недвижимого имущества – пяти лет) со дня приемки результата работы, заказчик вправе по своему выбору осуществить одно из предусмотренных в статье 723 данного Кодекса прав либо потребовать безвозмездного повторного выполнения работы или возмещения понесенных им расходов на исправление недостатков своими средствами или третьими лицами.

Таким образом, подрядчик несет ответственность за недостатки выполненных работ, которые были выявлены только в пределах гарантийного срока.

Вышеприведенные нормы права свидетельствуют о том, что на заказчике лежит обязанность доказать, что недостатки результата работ обнаружены им в течение гарантийного срока, а на подрядчике – что эти недостатки являются следствием нормального износа объекта или его неправильной эксплуатации.

Согласно свидетельству о приемке после ремонта ресурс двигателя до очередного капитального ремонта составляет 4000 моточасов в течение 7 лет.При этом гарантийные обязательства распространяются только на 500 моточасов в течение 1 года.

Временным положением об организации и проведении работ по установлению ресурсов и сроков службы гражданской авиационной техники, утвержденным Приказом Федеральной авиационной службы Российской Федерации от 19.02.1998 №47 (далее – Временное положение), установлено, что ресурс – суммарная наработка изделия от начала его эксплуатации или ее возобновления после ремонта до перехода в предельное состояние. Срок службы ? календарная продолжительность эксплуатации изделия от ее начала или возобновления после ремонта до наступления предельного состояния. Назначенный ресурс (срок службы) – суммарная наработка (календарная продолжительность эксплуатации) изделия, при достижении которой эксплуатация должна быть прекращена независимо от его технического состояния. Эксплуатация изделия обеспечивается своевременным поэтапным продлением назначенного ресурса (срока службы) вплоть до списания изделия. Ресурс (срок службы) до первого капитального ремонта – наработка (календарная продолжительность эксплуатации) изделия от начала эксплуатации до его первого капитального ремонта. Межремонтный ресурс (срок службы) – наработка (календарная продолжительность эксплуатации) изделия между смежными капитальными ремонтами.

Ресурс до первого капитального ремонта и межремонтные ресурсы являются составными частями назначенного ресурса. Срок службы до первого капитального ремонта и межремонтные сроки службы, а также время пребывания в ремонтах, являются составными частями назначенного срока службы.

Согласно пунктам 3.1.1 и 3.1.2 Временного положения назначенные ресурсы и сроки службы воздушного судна должны устанавливаться, исходя из требования обеспечения безопасности эксплуатации с учетом экономической эффективности эксплуатации. Ресурсы и сроки службы до первого капитального ремонта, а также межремонтные ресурсы и сроки службы в пределах установленных назначенных ресурсов и сроков службы воздушного судна устанавливаются, исходя из технического состояния изделий, обеспечения безопасности и экономичности эксплуатации.

Вместе с тем, из положений статей 722 – 724 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что подрядчик несет ответственность за недостатки выполненных работ, которые были выявлены в пределах гарантийного срока. Заказчик вправе предъявить требования, связанные с недостатками результата работы, обнаруженными в течение гарантийного срока (пункт 3 статьи 724 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Требования к исполнению гарантийных обязательств устанавливается также нормативным документом (ГОСТ В 15.306-79) с учетом продолжительности и порядка исполнения гарантийных обязательств, установленных конкретным договором. В соответствии с ГОСТ на изделия, расходующие ресурсы, наряду с гарантийным сроком или гарантийным сроком эксплуатации при необходимости устанавливают гарантийную наработку. Если на изделие наряду с гарантийным сроком или гарантийным сроком эксплуатации установлена гарантийная наработка, истечение любого из них означает прекращение действия гарантийных обязательств.

Управлением стандартизации Гостандарта России взамен прекратившего действие ГОСТ В15.306-79 введен новый ГОСТ РВ 15.306-2003, разработанный Всероссийским научно-исследовательским институтом стандартизации (ВНИИстандарт) Госстандарта России, согласно пункту 6.9 которого установлено, что если на изделие наряду с гарантийным сроком или гарантийным сроком эксплуатации установлена гарантийная наработка, окончание любого из них означает прекращение действия гарантийных обязательств.

Судом первой инстанции правомерно установлено, что согласно буквальному значению содержащихся в пункте 6.3. договора слов и выражений ответчик гарантировал истцу соответствие качества ремонта двигателя требованиям ремонтной документации в течение 500 часов или двенадцати месяцев с момента окончания ремонта, в зависимости от того какое условие наступит ранее, а не в течение межремонтного ресурса.

С даты подписания заказчиком приемо-сдаточного акта (25.12.2017) до даты получения письма истца №-1248 от 28.04.2020 прошло более двух лет (871 день), следовательно, установленный договором гарантийный срок, а также предельный срок предъявления требований по недостаткам работ, установленный Гражданского кодекса Российской Федерации, истекли.

Принимая во внимание, что истец не пригласил представителя ответчика для участия в расследовании авиационного инцидента, не уведомил ответчика о выявленных недостатках, а также истечение гарантийного срока, суд первой инстанции пришел к правильному выводу, что у предприятия не возникло право требования возмещения стоимости неиспользованного межремонтного ресурса до следующего капитального ремонта авиадвигателя.

Требование истца о взыскании расходов на устранение недостатков не основано на договоре и противоречит абзацу 4 пункта 1 статьи 723 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку вместо предусмотренного пунктом 1 статьи 723 Гражданского кодекса Российской Федерации действия (предъявления требования о безвозмездном устранении недостатков) истец 19.05.2020 заключил с ОАО «РЗГА №412» договор №2020.346711 на капитальный ремонт авиадвигателей, в том, числе авиадвигателя АН-24 второй серии №Н47522059, 12.12.2019 – с АО «Авиакомпания «Ангара» договор №АТК-00811-2019 на выполнение работ по ремонту компонентов и комплектующих изделий, в том числе (согласно техническому акту №40-20 от 26.03.2020) валу винта, входящему в состав авиадвигателя АН-24 второй серии №Н47522059.

На период расследования авиационного инцидента и повторного капитального ремонта авиационного двигателя АН-24 №Н47522059 в целях осуществления плановых полетов по договорам воздушных перевозок истец заключил договор аренды авиадвигателя АИ-24 2-й серии для его установки на воздушное судно АН-24РВ №RA 47367.

Впоследствии истец обратился с иском в арбитражный суд о возмещении стоимости расходов, понесенных им согласно вышеуказанным договорам на устранение в авиадвигателе недостатков, и аренду авиационного двигателя, тогда как договором требование о возмещении таких расходов не предусмотрено.

Апелляционная коллегия поддерживает выводы суда первой инстанции в отношении заключения Авиарегистра РФ от 16.03.2020 №10021-И/103, к которому следует отнестись критически.

Согласно отчету комиссии от 10.04.2020 причиной авиационного инцидента явилось разрушение шестерни 24-507-147 и корпуса воздухоотделителя ВО-24, входящего в состав авиационного двигателя АИ-24 второй серии №Н47522059 самолета Ан-24РВ №RA-47367. Указанный отчет от 10.04.2020 составлен на основании заключения Авиарегистра РФ от 16.03.2020 №10021-И/103.

По смыслу заключения Авиарегистра РФ №10021-И/103 от 16.03.2020 следствием разрушения шестерни 24-507-147 и корпуса воздухоотделителя ВО-24 является отвинчивание гаек крепления вала к крыльчатке агрегата ВО-24 и нарушения требований ОСТ1 39502-77 по стопорению гаек при ремонте авиадвигателя.

В целях проверки обоснованности результатов исследования и полученных выводов, содержащихся в заключении Авиарегистра РФ №10021-И/103 от 16.03.2020 ответчик обратился в экспертную организацию ООО «Северокавказский центр экспертиз и исследований», в заключении специалистов которой №2021/17 от 01.03.2021 содержатся следующие выводы.

На рисунке №7 заключения Авиарегистра РФ от 16.03.2020 №10021-И/103 зафиксированы следы, оставленные гайками, форма и размещение которых, свидетельствует о том, что гайка (след от которой зафиксирован на рисунке вверху слева) была расположена гранью к стопорному лепестку, гайка (след от которой зафиксирован на рисунке справа) судя по состоянию стопорного лепестка и следа, оставленного гайкой также была застопорена гранью к стопорному лепестку, следовательно, обе открутившиеся гайки, ранее были застопорены в соответствии с ОСТ1 39502-77.

Таким образом, вывод, изложенный на стр. №21 заключения Авиарегистра РФ от 16.03.2020 №10021-И/103 о том, что гайки были застопорены не по ОСТ1 39502-77 не соответствует действительности, противоречит по мнению специалистов ООО «Северокавказский цент экспертиз и исследований» реальной следовой картине, оставленной гайками на стопорной пластине (стр. №5 заключения специалистов от 01.03.2021 №2021/17 следует, что на рис. №7).

Согласно стр. №6 заключения специалистов от 01.03.2021 №2021/17 следует, что при сравнении методом визуального сопоставления следов, оставленных двумя открутившимися гайками, проиллюстрированными на рис. №7 заключения Авиарегистра РФ от 16.03.2020 №10021-И/103 с положением (ориентацией граней) гаек, уложенных на эти следы, проиллюстрированных на рис. №10 данного заключения становится очевидным, что на рис. №10 заключения, к примеру, левая верхняя гайка уложена на свой след с поворотом приблизительно на 30° вероятно для того, чтобы подчеркнуть стопорение, которое по мнению авторов заключения Авиарегистра РФ от 16.03.2020 №10021-И/103 не соответствует ОСТ1 39502-77. Ввиду изложенного, на стр. №6 заключения от 01.03.2021 №2021/17 специалистами ООО «Северокавказский центр экспертиз и исследований» указано о том, что: «При исследовании и сопоставлении изображений следов от гаек, отображенных в заключении на рис. 7, рис. 10 и рис. 12 установлено, что изображения данных следов на пластине подвергались редактированию, так как следы от гаек не соответствуют друг другу».

По мнению специалистов ООО «Северокавказский центр экспертиз и исследований» если причиной разрушения корпуса и шестерни явилось откручивание гаек, то при высоких оборотах крыльчатки на внутренней поверхности крышки воздухоотделителя должны были остаться следы (трассы) от ударов отвинчивающихся гаек, которые крутились там от момента расстопорения, до поломки корпуса, шестерни и отказа двигателя, однако, на фрагменте рис. №6, 7 заключения Авиарегистра РФ от 16.03.2020 №10021-И/103 траекторий движения гаек не видно, таким образом, если крыльчатка воздухоотделителя вращалась с открученными гайками, то очень короткий промежуток времени (стр. №7 заключения специалистов от 01.03.2021 №2021/17). Ввиду вышеизложенного специалисты ООО «Северокавказский центр экспертиз и исследований» на стр. №7 заключения от 01.03.2021 №2021/17 указали о том, что первично было именно разрушение шестерни, а уже затем, вследствие нагрузок, связанных с нарушением геометрии зацепления и вибрацией, произошло откручивание гаек.

Согласно стр. №15-16 заключения специалистов от 01.03.2021 №2021/17 следует, что разрушение ведомой шестерни произошло по типу малоцикловой усталости при повторно статическом нагружении, а вывод, изложенный в заключении Авиарегистра РФ от 16.03.2020 №10021-И/103 о том, что «разрушение шестерни произошло в результате действия нерасчетных нагрузок, передаваемых на шестерни воздухоотделителя вследствие разрушения корпуса агрегата» не доказан, поскольку, во-первых, не исследованы обломившиеся фрагменты ведомой шестерни, во-вторых, не исследована ведущая шестерня, в-третьих, предложенный в заключении механизм разрушения имеет логические противоречия, а именно, зоны силового воздействия лежат за пределами кольцевой трещины корпуса воздухоотделителя и спровоцировать её не могли, в- четвертых, фотоматериалов недостаточно для доказательства сделанных выводов.

Согласно стр. №15 заключения специалистов от 01.03.2021 №2021/17 следует, что: «Недостатком исследования, содержащегося в заключении Авиарегистра РФ от 16.03.2020 №10021-И/103 является то, что ни на одной представленной фотографии нет внешнего вида исследованного излома для оценки картины макроразрушения, а также не ясно в каком месте, по отношению к ведущей шестерне, находятся зоны начала разрушения и зона долома. Согласно рис. 18, содержащемуся в заключении Авиарегистра РФ от 16.03.2020 №10021-И/103 не ясно, какие именно из перемычек перфорации были исследованы (сказано лишь, что «проанализированы три зоны разрушения и разрушение имеет однотипный характер»), и этой информации явно не достаточно. Перемычек» в зоне перфорации 12, а исследованы лишь 3 (менее половины) и при этом не указано их расположение по отношению к ведущей шестерне. По представленным в на рис. №18 заключении Авиарегистра РФ от 16.03.2020 №10021-И/103 фотографиям сложно сделать вывод о виде усталостного разрушения (малоцикловое или многоцикловое), на них лишь четко видны очаги начала разрушения и микроструктура материала. Характерных «ручейков» разбегания трещин на рис. 18 в заключении Авиарегистра РФ от 16.03.2020 №10021-И/103 не видно (которые хорошо видны на рис. 15 в заключении Авиарегистра РФ от 16.03.2020 №10021-И/103. Поэтому заключение о том, что это «многоцикловая усталость» сделано специалистами Авиарегистра РФ от 16.03.2020 №10021-И/103 на неполном и не всестороннем исследовании (по крайней мере, фотоматериалов в заключении нет)».

По результатам исследования заключения Авиарегистра РФ от 16.03.2020 №10021-И/103 специалисты ООО «Северокавказский центр экспертиз и исследований» пришли к выводу о том, что выводы в заключении Авиарегистра РФ от 16.03.2020 №10021-И/103 основаны на исследовании, проведенном не полно, не всесторонне и необъективно, часть важных мест не исследовалась вообще, кольцевая трещина задокументирована недостаточно, предположение о том, что сначала открутились гайки крепления крыльчатки к валу, а затем осевые удары привели к кольцевой трещине содержат логические противоречия, не объяснен механизм, почему в нормально работающем агрегате гайки отогнули стопорные усы (без каких либо перегрузок), упор на ОСТ дан предвзято в выгодном свете, заключение не дает полной картины разрушения, в заключении имеются логические противоречия, при достаточно хорошем техническом качестве произведенного исследования выводы «подогнаны» под нужный (ожидаемый) результат.

В силу части 1 статьи 64 и статей 71, 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств, при оценке которых он руководствуется правилами статей 67 и 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации об относимости и допустимости доказательств.

Оценив в соответствии с указанными правилами заключение Авиарегистра РФ от 16.03.2020 №10021-И/103, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что указанное заключение не является надлежащим доказательствам, поскольку имеет неточности, не дает полной картины разрушения, не основано на всестороннем исследовании.

При таких обстоятельствах суд счел недоказанной вину ответчика в проведении некачественных работ и в спорной поломке.

Апеллянт не доказал наличие оснований для изменения или отмены оспариваемого судебного акта и удовлетворения апелляционной жалобы.

В соответствии с частью 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации судопроизводство осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

Суд апелляционной инстанции обращает внимание, что в гражданском законодательстве закреплена презумпция разумности и добросовестности участников гражданских, в том числе, корпоративных правоотношений (пункт 3 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации). В случаях, когда закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно и добросовестно, разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагаются (пункт 3 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При наличии доказательств, свидетельствующих о недобросовестном поведении стороны по делу, эта сторона несет бремя доказывания добросовестности и разумности своих действий (пункт 1 раздела 1 «Основные положения гражданского законодательства». Судебная коллегия по экономическим спорам. Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации, утвержденной Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 26 июня 2015 года №2 (2015).

Положения частей 1, 2 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривают, что лицо, не исполнившее обязательства либо исполнившее его ненадлежащим образом, несет ответственность при наличии вины (умысла или неосторожности), кроме случаев, когда законом или договором предусмотрены иные основания ответственности.

Лицо признается невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащего исполнения обязательства.

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство.

По смыслу правовой позиции, содержащейся в пункте 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 года №7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств", не проявление должником хотя бы минимальной степени заботливости и осмотрительности при исполнении обязательства признается умышленным нарушением обязательства.

Факт надлежащего исполнения обязательств, равно как и отсутствие вины в неисполнении либо ненадлежащем исполнении обязательства, по общему правилу, доказывается обязанным лицом.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство. Вина должника в нарушении обязательства предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в неисполнении или ненадлежащем исполнении обязательства доказывается должником (пункт 2 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации).

На основании положений статьи 2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации одной из задач судопроизводства в арбитражных судах является защита нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов лиц, осуществляющих предпринимательскую и иную экономическую деятельность.

В соответствии с положениями статьи 8 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе равноправия сторон. Стороны пользуются равными правами на представление доказательств, участие в их исследовании, осуществление иных процессуальных прав и обязанностей, предусмотренных настоящим Кодексом. Арбитражный суд не вправе своими действиями ставить какую-либо из сторон в преимущественное положение, равно как и умалять права одной из сторон.

В силу статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности.

Каждому лицу, участвующему в деле, гарантируется право представлять доказательства арбитражному суду и другой стороне по делу, обеспечивается право заявлять ходатайства, высказывать свои доводы и соображения, давать объяснения по всем возникающим в ходе рассмотрения дела вопросам, связанным с представлением доказательств. Арбитражный суд, сохраняя независимость, объективность и беспристрастность, оказывает содействие в реализации лицами, участвующими в деле, их прав, создает условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законов и иных нормативных правовых актов при рассмотрении дела.

В силу закрепленного в Арбитражном процессуальном кодексе Российской Федерации принципа состязательности задача лиц, участвующих в деле, собрать и представить в суд доказательства, подтверждающие их правовые позиции, арбитражный суд не является самостоятельным субъектом собирания доказательств.

При таких обстоятельствах, арбитражный суд не может обязать сторону спора представлять доказательства, как в обоснование своей позиции, так и в обоснование правовой позиции другой стороны, поскольку в силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, самостоятельно доказывает обстоятельства, на которых основывает свои требования и возражения.

В ходе рассмотрения спора арбитражный суд первой инстанции предоставил сторонам достаточно времени для подготовки своей позиции по делу, представлении доказательств в обоснование своих требований и возражений.

Процессуальные права лиц, участвующих в деле, определены в части 1 статьи 41 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Лица, участвующие в деле, должны добросовестно пользоваться всеми принадлежащими им процессуальными правами (часть 2 статьи 41 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Поскольку на основании части 1 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности, то непредставление доказательств должно квалифицироваться исключительно, как отказ от опровержения того факта, на наличие которого аргументированно со ссылкой на конкретные документы указывает процессуальный оппонент, участвующее в деле лицо, не совершившее процессуальное действие, несет риск наступления последствий такого своего поведения (Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 6 марта 2012 года №12505/11).

Всем доводам, содержащимся в апелляционной жалобе, арбитражный суд первой инстанции дал надлежащую правовую оценку при разрешении спора по существу заявленных исковых требований в соответствии с положениями статей 67, 68, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, оценив все доказательства по своему внутреннему убеждению и с позиций их относимости, допустимости, достоверности, достаточности и взаимной связи в их совокупности, правовые основания для переоценки доказательств отсутствуют.

Представленные в материалы дела доказательства исследованы полно и всесторонне, оспариваемый судебный акт принят при правильном применении норм материального права, выводы, содержащиеся в решении, не противоречат установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся доказательствам, не установлено нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта.

При таких обстоятельствах у арбитражного суда апелляционной инстанции не имеется правовых оснований для изменения или отмены обжалуемого судебного акта в соответствии с положениями статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 258, 269 – 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Ростовской области от 14.04.2021 по делу №А53-41853/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в течение двух месяцев со дня принятия через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий Р.Р. Илюшин

Судьи Н.Н. Мисник

Т.Р. Фахретдинов