АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-3411/20 

Екатеринбург

27 декабря 2023 г.

Дело № А76-4750/2019

Резолютивная часть постановления объявлена 20 декабря 2023 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 27 декабря 2023 г. 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Шершон Н. В.,

судей Морозова Д. Н., Столяренко Г. М.

при ведении протокола помощником судьи Мясниковой О.В., рассмотрел в судебном заседании, проведенном с использованием с использованием системы веб-конференции информационной системы «Картотека арбитражных дел» (онлайн-заседание), а также с использованием системы видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда Челябинской области кассационные жалобы акционерного общества АКБ «Мосуралбанк» (далее общество «Мосуралбанк», Банк), конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Челябинское управление энерготрейдинга» (далее – общество «ЧУЭТ», должник) ФИО1, публичного акционерного общества «Россети Урал» (далее – общество «Россети Урал»), ФИО2 на определение Арбитражного суда Челябинской области от 19.07.2023 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.09.2023 по делу № А76-4750/2019.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте судебного разбирательства, в том числе публично, путем размещения данной информации на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании приняли участие: 

по видеконференц-связи - конкурсный управляющий ФИО1, представитель общества Росети Урал» ФИО3 (доверенность от 01.09.2023);

по веб-конференции - представитель Банка ФИО4 (доверенность т 23.08.2022);

в зале судебных заседаний суда округа - представитель общества Росети Урал» ФИО5 (доверенность от 01.09.2023, публичного акционерного общества «Челябэнергосбыт» ФИО6 (доверенность от 30.06.2023).

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 27.09.2019 общество «ЧУЭТ» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство. 

Определением суда от 16.01.2020 конкурсным управляющим должником утвержден ФИО1

Общество «Мосуралбанк» обратилось суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника основного долга в сумме 191 888 284 руб., неустойки в сумме 45 832 831 руб.; всего 237 721 116 руб. 

Определением суда от 06.08.2019 к участию в обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ФИО7. 

Конкурсный управляющий ФИО1 обратился в суд с заявлением о признании недействительными взаимосвязанных сделок: кредитного договора от 26.01.2018 № 4654, кредитного договора от 23.04.2018 № 

<

***>, исполнительной надписи нотариуса от 28.05.2018 № 77АВ7850195; просил применить последствия недействительности сделок в виде взыскания с Банка в пользу должника 104 224 609 руб. 26 коп. (с учетом принятых судом уточнений требований). 

Помимо этого, конкурсный управляющий ФИО1 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительной сделкой  погашения задолженности в рамках исполнительного производства №10216/18/74022-ИП на общую сумму 83 571 651 руб. 41 коп., применении последствий недействительности путем взыскания с общества «Мосуралбанк» в пользу должника денежных средств в размере 83 571 651 руб. 41 коп.

Определениями суда от 12.08.2020, от 31.03.2021 заявления Банка и  конкурсного управляющего объединены в одно производство. 

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 01.04.2022, оставленным без изменения постановлением  Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.06.2022, заявление конкурсного управляющего удовлетворено частично. Признаны недействительными сделки, заключенные между обществами «Мосуралбанк» и «ЧУЭТ», – договор о предоставлении кредитной линии с лимитом задолженности от 26.01.2018 № 4654, договор о предоставлении кредитной линии с лимитом задолженности от 23.04.2018 № 

<

***>; отменена исполнительная надпись № 77АВ7850195, совершенная 28.05.2018 нотариусом ФИО8, о взыскании с общества «ЧУЭТ» в пользу общества «Мосуралбанк» задолженности по кредитному договору от 23.04.2018 № 

<

***> в сумме 251 263 504 руб. 11 коп.; применены последствия недействительности сделок - с Банка в пользу должника взысканы денежные средства в сумме 103 981 417 руб. 48 коп.; в удовлетворении остальной части требования отказано. В удовлетворении требований общества «Мосуралбанк» отказано. 

Постановлением Арбитражного суда Уральского округа от 08.09.2022 определение от 01.04.2022 и постановление от 28.06.2022 отменены, дело направлено на новое рассмотрение

При новом рассмотрении определением Арбитражного суда Челябинской области от 19.07.2023 требование общества «Мосуралбанк» в размере 237 721 116 руб. 04 коп. признано обоснованным и подлежащим включению в третью очередь реестра требований кредиторов должника. В удовлетворении заявления конкурсного управляющего ФИО9 о признании сделок недействительными отказано.

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.09.2023 определение Арбитражного суда Челябинской области от 19.07.2023 изменено. В удовлетворении заявления общества «Мосуралбанк» о включении в реестр требований кредиторов должника отказано. В остальной части определение суда оставлено без изменения. 

В кассационной жалобе общество «Мосуралбанк»  просит постановление суда апелляционной инстанции от 28.09.2023 отменить в части отказа во включении требования Банка в реестр требований кредиторов должника. Банк приводит доводы о том, что выдача кредитов является его обычной деятельностью, кредитные договоры от 26.01.2018 № 4654 и  от 23.04.2018 № 

<

***> заключены на рыночных условиях, денежные средства использованы заемщиком на цели, связанные с основной деятельностью (покупка электрической энергии на оптовом рынке, погашение собственных ранее возникших обязательств), считает, что сама по себе аффилированность Банка и должника не свидетельствует о их недобросовестности при совершении сделок, Банк контролирующим должника лицом не является, при анализе кредитных договоров суды недобросовестности в действиях сторон не усмотрели. Кроме того, отмечает, что, учитывая характер правоотношений, лица, подконтрольные группе МРСЭН, являются участниками схемы по выводу активов не должника, а общества «Мосуралбанк», отказ во включении его требования в реестр нарушает права кредиторов, в том числе вкладчиков, Банка. 

Конкурсный управляющий ФИО1 в своей кассационной жалобе просит отменить определение суда от 19.07.2023 полностью, постановление апелляционного суда от 28.09.2023 – в части отказа в признании сделок недействительными, требования конкурсного управляющего в данной части удовлетворить. Данный кассатор настаивает на том, что установленные судами при рассмотрении спора обстоятельства подтверждают доводы конкурсного управляющего о порочности оспариваемых сделок. по мнению конкурсного управляющего, суд апелляционной инстанции сделал ключевой вывод о том, что реальным получателем кредитных средств является публичное акционерное общество «Вологдаэнергосбыт» (далее – общество «Вологдаэнергосбыт»), выводы суда о том, что взыскание денежных средств с должника является фактическим возложением на последнего ответственности по возврату кредитных средств за общество «Вологдаэнергосбыт», не согласуется с выводом об отсутствии недобросовестности со стороны Банка и должника при совершении оспариваемых сделок, последующие выводы суда в части рассмотрения обоснованности требования Банка свидетельствуют об очевидном отклонении сторон от добросовестного и разумного поведения, что исключает обычный характер правоотношений. Помимо этого, конкурсный управляющий ссылается на нарушение судами порядка применения пунктов 1 и 3 статьи 61.3 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), полагая, что с учетом сделанных судами выводов, в частности, об осведомленности Банка о финансовом положении должника, кредитные договоры нельзя отнести к сделкам, заключенным в обычной хозяйственной деятельности.

Общество «Россети Урал» в кассационной жалобе просит постановление апелляционного суда от 28.09.2023 изменить в части, удовлетворить заявление конкурсного управляющего о признании платежей обществу «Мосуралбанк» недействительными в соответствии со статьей 61.3 Закона о банкротстве, взыскать с последнего в конкурсную массу 104 224 609 руб. 26 коп., а также признать недействительной исполнительную надпись нотариуса. Данный кассатор полагает, что суд апелляционной инстанции правильно установил обстоятельства заключения кредитного договора от 23.04.2018 № 

<

***>, а также последующего взыскания денежных средств, однако, пришел к неверному выводу о действительности сделок, настаивает на том, что платежи в адрес Банка не являлись обычной хозяйственной деятельностью для сторон договора, упомянутый кредитный договор не являлся типичным для сторон, исполнение по нему было досрочным, Банк достоверно знал о неплатежеспособности общества «ЧУЭТ», кроме того, сам находился в кризисном состоянии, возврат должником денежных средств по иным кредитным договора производился своевременно, без просрочек. Помимо этого, общество «Россети Урал» полагает, что вывод суда апелляционной инстанции о действительности совершенной нотариусом ФИО8 исполнительной надписи № 77АВ7850195 не соответствует Основам законодательства о нотариате, поскольку выполнена в виде отдельного документа, из исполнительной надписи не следует, что задолженность являлась бесспорной, нотариус не проверила сделку на наличие признаков подозрительности.

Кассатор ФИО2 просит определение суда от 19.07.2023 полностью, постановление апелляционного суда от 28.09.2023 отменить в части отказа в удовлетворении требований конкурсного управляющего, признать кредитные договоры, исполнительную надпись нотариуса и платежи в пользу Банка недействительными сделками. Доводы данного кассатора сводятся к тому, что судом установлены действительные стороны кредитных правоотношений – Банк и общество «Вологдаэнергосбыт», в связи с чем кредитные договоры недействительны по своему субъектному составу; при этом оценивая одни и те же обстоятельства, апелляционный суд сделал взаимоисключающие вводы, что недопустимо.

В отзыве на кассационные жалобы процессуальных оппонентов Банк просит оставить судебные акты в обжалуемой конкурсным управляющим, обществом «Россети Урал» и ФИО2 части без изменения.

Публичное акционерное общество «Челябэнергосбыт» и общество с ограниченной ответственностью «АЭС Инвест» в своих отзывах полагают кассационную жалобу Банка не подлежащей удовлетворению, с доводами остальных кассационных жалоб  - согласны.

Проверив законность обжалуемых судебных актов в порядке, установленном статьями 284 – 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд округа пришел к следующим выводам.

Как установлено судами и следует из материалов настоящего спора, между обществом «Мосуралбанк» и обществом «ЧУЭТ» (заемщик) заключен договор от 26.01.2018 № 4654 о предоставлении кредитной линии с лимитом задолженности, согласно условиям которого Банк обязуется открыть заемщику возобновляемую кредитную линию с лимитом задолженности 250 000 000 руб. для пополнения оборотных средств на срок 26.02.2018. 

Дополнительным соглашением к договору дата погашения кредита изменена на 26.03.2018. 

В обеспечение исполнения обязательств заемщика по договору от 26.01.2018 № 4654 Банком с обществом «Вологдаэнергосбыт», с акционерным обществом «Роскоммунэнерго», с акционерным обществом «Хасасэнергосбыт» заключены договор поручительства.

Должником в адрес Банка направлялись заявки на получение денежных средств траншами в сумме 53 000 000 руб. и в сумме 197 000 000 руб. 

Из выписки по счету должника также следует, что должником в адрес Банка производилось погашение обязательств, вытекающих из договора от 26.01.2018 № 4654. 

Как указано конкурсным управляющим, воля сторон не была направлена на кредитование должника, денежные средства предназначались обществу «Вологдаэнергосбыт», при этом между Банком и названным обществом уже существовали заемные обязательства, вытекающие из договора от 20.12.2017 № 4639, а потому договор от 26.01.2018 № 4654 является притворной сделкой. 

Между обществом «Мосуралбанк» и обществом «ЧУЭТ» (заемщик) заключен договор от 23.04.2018 № 

<

***> о предоставлении кредитной линии с лимитом задолженности в сумме 250 000 000 руб. сроком до 23.10.2018 под 14% годовых. 

Денежные средства предоставлены должнику траншами 23.04.2018 - в сумме 145 000 000 руб.; 24.04.2018 - 105 000 000 руб. 

Как указано конкурсным управляющим, денежные средства были направлены на погашение обязательств по кредитному договору от 26.01.2018 № 4654, что отражено в выписке по счету. По мнению конкурсного управляющего, договор от 23.04.2018 № 

<

***> является мнимой сделкой. 

Согласно ответу нотариуса ФИО10 28.05.2018 в реестре под № 77/122-н/77-2018-1-752 совершена исполнительная надпись на копии договора от 23.04.2018 № 

<

***>, устанавливающая задолженность  должника перед Банком, не уплаченную в срок за период с 25.04.2018 по 10.05.2018 в сумме 250 958 904 руб. 11 коп., в том числе 250 000 000 руб. основной задолженности; 767 123 руб. 29 коп. процентов; 191 780 руб. 82 коп. процентов на просроченный кредит; 304 600 руб. - сумма расходов. 

На основании исполнительной надписи возбуждено исполнительное производство от 19.06.2019, в рамках которого  обязательства по договору от 23.04.2018 № 

<

***> погашены в сумме 83 571 651 руб. 41 коп. 

Согласно решению Гагаринского районного суда города Москвы от 26.07.2019 по делу № 2-1177/2017 ФИО8 лишена права нотариальной деятельности с изъятием лицензии на право нотариальной деятельности, нотариального архива согласно номенклатуре дел, гербовой печати. В соответствии с ответом Московской нотариальной палаты полномочия ФИО10 прекращены 18.12.2019 (письмо от 04.05.2021 № 46045). 

Настоящее дело о банкротстве общества «ЧУЭТ» возбуждено 21.02.2019. 

Определением суда от 07.05.2019 в отношении должника введено наблюдение.

По состоянию на 06.05.2019 задолженность по кредитному договору № 

<

***> составляет 237 721 116 руб. 04 коп. в том числе: сумма просроченного основного долга - 167 691 852 руб. 70 коп.; сумма просроченных процентов - 385 920 руб. 98 коп.; сумма просроченных процентов - 23 810 511 руб. 12 коп.; штрафные санкции за просроченный основной долг - 41 833 555 руб. 15 коп.; штрафные санкции за просроченные проценты - 3 999 276 руб. 09 коп. 

Общество «Мосуралбанк», ссылаясь на наличие непогашенной задолженности по кредитному договору от 23.04.2018 № 

<

***>, обратилось 29.05.2019 в арбитражный суд с заявлением о включении требований в реестр должника. 

В свою очередь, конкурсный управляющий, полагая, что кредитные договоры от 26.01.2018 № 4654, от 23.04.2018 № 

<

***> и исполнительная надпись нотариуса являются взаимосвязанными сделками, направленными на вывод активов должника, кроме того, платежи в пользу Банка во исполнение кредитного договора имеют признаки преференциальных сделок, обратился в суд с заявлениями о признании указанных сделок недействительными.

Сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, предусмотренным Законом о банкротстве (пункт 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве).

Так, на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве может быть признана недействительной сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления, если в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки. 

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки. 

В пункте 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации)

Однако в упомянутых разъяснениях речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11).

Согласно статье 170 Гражданского кодекса Российской Федерации ничтожными являются мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, и притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях. 

Рассматривая заявление конкурсного управляющего о признании недействительными кредитных договоров и исполнительной надписи нотариуса, суд первой инстанции, с выводами которого в данной части согласилась апелляционная коллегия, верно исходил из того, что необходимым условием для признания сделки недействительной как по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и по основаниям статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации является недобросовестность сторон сделки. 

При рассмотрении спора суды установили аффилированность между собой общества «Мосуралбанк» и общества «ЧУЭТ», их вхождение в единую экономическую группу, объединенную общностью экономических интересов.

Вместе с тем, как верно указано судами,  сама по себе аффилированность кредитора и должника не означает их недобросовестность при совершении гражданско-правовых сделок; учитывая общие правила распределения бремени доказывания, конкурсный управляющий ФИО1, заявивший требование о признании сделок недействительными, должен доказать недобросовестность общества «Мосуралбанк» и преследование им неправомерного интереса при вступлении в кредитные правоотношения с обществом «ЧУЭТ».

Выдача кредитов относится к обычной деятельности Банка. При этом Банк, даже если он входит в группу компаний с иными организациями и имеет признаки аффилированности с отдельными заемщиками, ведет обособленную от группы, четко регламентированную законом финансовую деятельность по специальным правилам, которая контролируется Банком России. 

О злоупотреблении правом со стороны кредитной организации могло бы свидетельствовать, например, совершение банком сделок не в соответствии с их обычным предназначением, а в других целях, таких как: участие банка в операциях по неправомерному выводу активов; получение банком безосновательного контроля над ходом дела о несостоятельности; реализация договоренностей между банком и другой  стороной сделки, направленных на причинение вреда иным кредиторам, лишение их части того, на что они справедливо рассчитывали.

В данном случае судами из установленных обстоятельств спора не усмотрено наличие недобросовестности в действиях Банка при заключении кредитных договоров от 26.01.2018 № 4654, от 23.04.2018 № 

<

***>.

Так, конкурсный управляющий ссылался на транзитное движение денежных средств, на то, что кредитование должника не произошло, денежные средства фактически предназначались обществу «Вологдаэнергосбыт», ссылаясь на то, что кредитные средства по договору от 26.01.2018 № 4654 перечислены Банком заемщику – должнику, после чего они поступили на счет общества «Вологдаэнергосбыт».

Между тем, судами установлено, что общество «Вологдаэнергосбыт» являлось поручителем по упомянутому кредитному договору и имеет общие экономические интересы с должником. Кредитные денежные средства предназначались и использованы на хозяйственную деятельность обществ «ЧУЭТ» и «Вологдаэнергосбыт» (перечислены последнему в счет оплаты покупки электрической энергии); исследовав поступившие в материалы спора выписки по счетам обществ «ЧУЭТ» и «Вологдаэнергосбыт» за период с 01.01.2018 по 07.05.2019, проанализировав движение денежных средств, суды не установили обстоятельств, свидетельствующих о том, что денежные средства вернулись Банку по круговой схеме с аффилированными лицами, либо иным образом использованы не на указанные выше цели. 

Денежные средства, полученные по кредитному договору от 23.04.2018 № 

<

***>, частично направлены на погашение обязательств по кредитному договору от 26.01.2018 № 4654. Однако данного обстоятельства недостаточно для признания договора от 23.04.2018 № 

<

***> мнимой сделкой.

Ссылки конкурсного управляющего и поддерживающие его позицию кредиторов на неудовлетворительное финансовое положение должника судами отклонены исходя из того, что само по себе финансовое затруднение клиентов кредитной организации не исключает возможность осуществления кредитной организацией обычной хозяйственной деятельности, направленной, в том числе на заключение с таким лицом кредитного договора с целью пополнения оборотных средств либо погашения задолженности по ранее заключенным договорам (перекредитование). При ином подходе, как верно указано судами, следовало бы признать принципиальную недопустимость кредитования банками лиц, находящихся в состоянии финансового кризиса.

Таким образом, исследовав приведенные участниками спора доводы и возражения, представленные в материалы дела доказательства, суды первой и апелляционной инстанций не усмотрели достаточных оснований для вывода о том, что действия Банка и заемщика носили в данном случае недобросовестный характер, кредитные сделки совершены не в соответствии с их обычным предназначением, а в других, неправомерных, целях, направленных на причинение вреда иным кредиторам должника.

Также судами не установлено оснований для признания недействительной исполнительной надписи нотариуса. 

Суды исходили из того, что положение о возможности взыскания задолженности по исполнительной надписи нотариуса предусмотрено непосредственно в кредитном договоре, закону не противоречит; при этом нотариусу были предоставлены:  оригинал и копии договора от 23.04.2018 № 

<

***> о предоставлении кредитной линии, заявление Банка о совершении исполнительной надписи, требование № 19-14-9/624-l от 28.04.2018 о досрочном исполнении обязательства по погашению задолженности по кредитному договору в связи с не выполнением заемщиком существенного условия кредитного договора о предоставления обеспечения в виде залога недвижимого и движимого имущества (с отметкой о получении данного требования обществом «ЧУЭТ»), уведомление №19-14-9/6761 от 10.05.2020 о просрочке исполнения обязательств по кредитному договору (с отметкой о получении данного требования обществом «ЧУЭТ»), расчет задолженности, содержащий платежные реквизиты взыскателя; представленные документы подтверждали бесспорность требования к должнику (п. 91 «Основ законодательства Российской Федерации о нотариате»). Учитывая изложенное, а также то, что в рамках настоящего спора суд пришел к выводу об отсутствии правовых оснований для признания кредитного договора № 

<

***> от 23.04.2018 недействительным, совершение исполнительной надписи нотариусом ФИО10 проведено правомерно, исполнительная надпись совершена на копии документа, устанавливающего задолженность, на котором проставлена отметка о совершении исполнительной надписи нотариуса, документ прошит, пронумерован и скреплен печатью и подписью нотариуса.

Суд округа полагает, что указанные выводы судов являются правильными, основанными на полноценном исследовании материалов спора, правильном применении норм законодательства, регулирующих институт конкурсного оспаривания сделок, соответствующими установленным ими обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам. Нарушений норм права, приведших к принятию неправильного судебного акта, судами в данной части не допущено.

В связи с этим определение суда от 19.07.2023 и постановление апелляционного суда от 28.09.2023 по делу № А76-4750/2019 в части отказа в признании недействительными кредитных договоров от 26.01.2018 № 4654 и от 23.04.2018 № 

<

***>, исполнительной надписи нотариуса от  28.05.2018 № 77АВ7850195 и применений последствий их недействительности являются правильными и отмене не подлежат.

В силу пунктов 3 – 5 статьи 71 и пунктов 3 – 5 статьи 100  Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Признавая требование Банка о включении в реестр требований кредиторов должника непогашенной кредитной задолженности в общей сумме 237 721 116 руб., суд первой инстанции исходил из того, что по кредитному договору № 

<

***> от 23.04.2018, в отношении которого судом не установлено оснований для признания его недействительным, заемщик свои обязательства по погашению кредита и платежей по кредиту в полном объеме не исполнил, в том числе в рамках исполнительного производства, в связи с чем за обществом «ЧУЭТ» образовалась задолженность в указанном размере, доказательств погашения задолженности в материалы дела не представлено, следовательно, заявление общества «Мосуралбанк» является обоснованным и подлежит включению в реестр требований кредиторов должника. При этом суд не усмотрел оснований для понижения очередности удовлетворения требования общества «Мосуралбанк», аффилированного с должником, поскольку само по себе это обстоятельство основанием для субординации требования кредитора не является, неправомерное поведение общества «Мосуралбанк» при заключении кредитного договора № 

<

***> от 23.04.2018 и последующих действий, направленных на взыскание задолженности по нему, отвечающих признакам компенсационного финансирования должника, направленных на обход требований статьи 9 Закона о банкротстве, судом не установлено.

Суд апелляционной инстанции, отменяя определение суда в указанной части и отказывая в удовлетворении заявления Банка, исходил из факта аффилированности сторон, наличия признаков неплатежеспособности должника, и заключил о намеренном формировании искусственной задолженности с целью проведения процедуры контролируемого банкротства в ущерб добросовестным кредиторам, указал на то, что реальным получателем денежных средств является не должник, а общество «Вологдаэнергосбыт».

Однако указанные выводы апелляционного суда противоречат его же выводам, постановленным в данном судебном акте при рассмотрении заявления конкурсного управляющего о признании недействительными кредитных договоров. Отказывая в признании сделок недействительными, апелляционный суд указал на отсутствие признаков какого-либо недобросовестного поведения Банка и должника при вступлении в кредитные отношения, кредитные договоры соответствовали их обычному предназначению, последующее направление денежных средств обществу «Вологдаэнергосбыт» о мнимости кредитных договоров не свидетельствует.

Требования конкурсного управляющего и Банка по своим основаниям являлись взаимоисключающими. Таким образом, апелляционный суд допустил ситуацию существования двух противоречащих друг другу судебных решений в рамках одного спора с диаметрально противоположными выводами. С одной стороны, рассматривая заявление конкурсного управляющего, суд признал действительность оспариваемых им кредитных сделок, отклонив доводы конкурсного управляющего о недобросовестном поведении сторон и получении кредитных средств фактически иным лицом, с другой стороны, рассматривая заявление Банка, фактически признал сделки мнимыми и совершенными при злоупотреблении правом на основании тех же самых доводов управляющего.

Суд округа полагает, что подобная ситуация недопустима. Оснований для отказа в удовлетворения заявления Банка у апелляционного суда не имелось.

В связи с этим постановление апелляционного суда от 28.09.2023 в части отказа во включении в реестр требований кредиторов общества с ограниченной ответственностью «ЧУЭТ» требования общества «Мосуралбанк» подлежит отмене, определение суда первой инстанции от 19.07.2023 о включении требования в реестр следует оставить в силе. 

В силу пункта 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве арбитражным судом может быть признана недействительной сделка, совершенная должником в отношении отдельного кредитора или иного лица, если такая сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами в отношении удовлетворения требований.

Указанная сделка может быть признана арбитражным судом недействительной, если она совершена после принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом или в течение одного месяца до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом (пункт 2) либо не ранее одного, и не позднее шести месяцев до возбуждения производства по делу о банкротстве, при этом оспаривающим сделку лицом дополнительно доказана фактическая либо потенциальная осведомленность другой стороны о наличии у должника на момент ее совершения признаков неплатежеспособности/недостаточности имущества либо об обстоятельствах, позволяющих сделать вывод о наличии у него таковых признаков (пункт 3).

В целях обеспечения стабильности гражданского оборота пунктом 2 статьи 61.4 Закона о банкротстве установлен общий запрет на оспаривание на основании статьи 61.3 этого Закона сделок (платежей), совершенных в рамках обычной хозяйственной деятельности, размер которых не превышает одного процента от стоимости активов должника. 

В данном случае судами установлено, что дело о банкротстве должника возбуждено определением от 21.02.2019, денежные средства со счета общества «ЧУЭТ» списаны в пользу общества «Мосуралбанк», в том числе в рамках исполнительного производства от 19.06.2018 за №10216/18/74022-ИП в пределах шести месяцев до возбуждения дела о банкротстве, в связи с чем, оспаривание таких платежей осуществляется по правилам абзаца пятого пункта 1 и пункта 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве.

Судами установлено, что на момент исполнения обязательства перед Банком должник имел задолженность перед иными кредиторами, с учетом чего  констатировано, что обществу «Мосуралбанк» оказано предпочтение перед другими кредиторами в отношении удовлетворения его требований.

При этом суды пришли к выводам о недоказанности осведомленности Банка о наличии у должника на момент совершения оспариваемых платежей признаков неплатежеспособности, а также о совершении должником данных сделок в обычной хозяйственной деятельности. Данные обстоятельства послужили основанием для отказа в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о признании платежей обществу «Мосуралбанк» недействительными в соответствии со статьей 61.3 Закона о банкротстве.

Вместе с тем, судами первой и апелляционной инстанций при разрешении спора в указанной части - о признании платежей в пользу Банка недействительными по основанию статьи 61.3 Закона о банкротстве в не учтено следующее.

При проверке платежей на предмет их действительности по основанию, предусмотренному пунктом 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве, подлежат выяснению вопросы о том, было ли оказано предпочтение лицу, получившему исполнение от должника (нарушены ли при удовлетворении его требования принципы пропорциональности и очередности по сравнению с иными кредиторами должника), а также знало ли данное лицо о неплатежеспособности (недостаточности имущества) должника в указанный момент.

Кроме того, для правильного разрешения вопроса о совершении сделки в процессе обычной хозяйственной деятельности следует учитывать, что к таковым не могут быть отнесены сделки, совершенные при наличии обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности контрагента несостоятельного должника, который, в частности, согласился принять исполнение без учета принципов очередности и пропорциональности, располагая информацией о недостаточности имущества должника для  проведения расчетов с другими кредиторами (определение Верховного Суда Российской Федерации от 25.01.2016 № 310-ЭС15-12396). 

Осведомленность лица, в отношении которого совершена сделка, о признаках неплатежеспособности должника может доказываться через презумпцию заинтересованности сторон сделки между собой. Если сделка совершена в условиях неплатежеспособности должника в отношении аффилированного (заинтересованного) лица, то данное лицо презюмируется осведомленным о соответствующем финансовом состоянии должника (абзац второй пункта 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве) и наличии у него на момент принятия исполнения просроченных обязательств перед иными кредиторами.

Бремя опровержения данной презумпции возлагается на другую сторону оспариваемой сделки (пункт 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).

В рассматриваемом случае судами установлено, что Банк являлся аффилированным (заинтересованным) по отношению к должнику лицом (как отмечено апелляционным судом, в иных делах о банкротстве лиц, входящих в группу компаний, заключено, что общество «Мосуралбанк» являлось кептивным банком), что предполагает его осведомленность о финансовом состоянии должника и наличии у него на момент принятия исполнения просроченных обязательств перед кредиторами.

Таким образом, конкурсным управляющим доказано обстоятельство, составляющее презумпцию осведомленности другой стороны сделки о признаке неплатежеспособности  должника.

Банк обстоятельств, опровергающих презумпцию его осведомленности о неплатежеспособности должника, в данном споре не привел.

Таким образом, разрешая спор в указанной части, суды неверно распределили бремя доказывания; выводы о совершении платежей в процессе обычной хозяйственной деятельности сделаны без установления обстоятельств, имеющих существенное значение для правильного разрешения этого вопроса.

Кроме того, при разрешении такого требования имущественные интересы сообщества кредиторов должника противопоставляются интересам контрагента по сделке, и право на конкурсное оспаривание в материальном смысле возникает только тогда, когда сделкой нарушается баланс интересов названного сообщества кредиторов и контрагента, а последний получает то, на что справедливо рассчитывали первые. Следовательно, для решения вопроса о наличии предпочтения и его объеме необходимо исследовать, имело ли место совершение платежей  в пользу аффилированного с должником лица в условиях прекращения расчетов с независимыми кредиторами, либо должник продолжал осуществлять расчеты и с иными своими кредиторами.

С учетом изложенного определение суда от 19.07.2023 и постановление апелляционного суда от 28.09.2023 в части отказа в признании недействительными платежей в пользу общества «Мосуралбанк» подлежат отменить с направлением обособленного спора в указанной части на новое рассмотрение в Арбитражный суд Челябинской области.

При новом рассмотрении дела в отмененной части суду следует устранить отмеченные недостатки, установить все обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения спора о признании платежей в пользу Банка недействительными по основанию статьи 61.3 Закона о банкротстве, верно распределив бремя доказывания, дать надлежащую правовую оценку доводам и доказательствам, представленным лицами, участвующими в деле, с учетом положений, предусмотренных статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и принять судебный акт в соответствии с нормами материального и процессуального права.

Руководствуясь статьями 286 – 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Челябинской области от 19.07.2023 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.09.2023 по делу № А76-4750/2019 в части отказа в признании недействительными кредитных договоров от 26.01.2018 № 4654 и от 23.04.2018 № 

<

***>, исполнительной надписи нотариуса от  28.05.2018 № 77АВ7850195 и применений последствий их недействительности оставить без изменения.

Постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.09.2023 по делу № А76-4750/2019 в части отказа во включении в реестр требований кредиторов общества с ограниченной ответственностью «Челябинское управление энерготрейдинга» требования акционерного общества АКБ «Мосуралбанк» отменить, определение Арбитражного суда Челябинской области от 19.07.2023 о включении требования в реестр оставить в силе. 

Определение Арбитражного суда Челябинской области от 19.07.2023 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.09.2023 по делу № А76-4750/2019 в части отказа в признании недействительными платежей в пользу акционерного общества АКБ «Мосуралбанк» отменить, в указанной части обособленный спор направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Челябинской области.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

ПредседательствующийН.В. Шершон 

СудьиД.Н. Морозов 

Г.М. Столяренко