/

 

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

17 мая 2018 года

Дело №

А56-24166/2017

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Яковца А.В., судей Бычковой Е.Н., Троховой М.В.,

при участии конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Град-Инвест» Богуна Р.А. (решение  суда от 05.02.2018, паспорт), от Ветошкина А.Л.   представителя Маклашевских Ю.Н. (доверенность от 24.11.2017),

рассмотрев 14.05.2018 в открытом судебном заседании кассационную  жалобу Ветошкина Андрея Леонидовича  на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 08.01.2018 (судья Голоузова  О.В.) и  постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.02.2018   (судьи Медведева И.Г., Слоневская А.Ю., Тойвонен И.Ю)  по    делу № А56-24166/2017,

у с т а н о в и л:

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской   области   от   21.08.2017   в   отношении   общества с ограниченной ответственностью «Град-Инвест», место нахождения: 191025, Санкт-Петербург, Невский просп., д. 78, оф. 17, ОГРН 1027809231185, ИНН 7825440950 (далее – Общество, должник), введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден Богун Роман Александрович.

Указанные сведения 19.08.2017 опубликованы в газете «Коммерсантъ».

Решением суда от 05.02.2018 Общество признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника  открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден Богун Р.А.

Ветошкин   Андрей Леонидович 23.08.2017 обратился   в   арбитражный   суд   с заявлением о включении   в  реестр   требований   кредиторов должника (далее – Реестр) требования   в   размере   11 658 360 руб.

Определением суда первой инстанции от 08.01.2018 во включении в Реестр заявленного  Ветошкиным А.Л. требования отказано.

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.02.2018 определение от 08.01.2018 оставлено без изменения.

В кассационной жалобе Ветошкин А.Л., ссылаясь на неправильное применение судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права и на несоответствие их выводов фактическим обстоятельствам дела, просит отменить определение от 08.01.2018 и постановление от 21.02.2018, направить дело в суд первой инстанции на новое рассмотрение.

Как считает податель жалобы, заявленное требования основано на  правоотношениях, связанных с исполнением солидарного обязательства по кредитному договору, в связи с чем вывод судов  первой и апелляционной инстанций о том, что данное требование основано на корпоративных отношениях с должником, является необоснованным.

Ветошкин А.Л., указывает, что в договоре поручительства он не назван участником должника, наличие корпоративных правоотношений между должником и Ветошкиным А.Л. не являлось условием заключения данного договора, в связи с чем ссылка судов на правовую позицию, изложенную в определении Верховного Суда Российской Федерации от 06.08.2015 № 302?ЭС15-3973, является ошибочной.

По мнению подателя жалобы, суды не дали оценки тому, что  доказательства, подтверждающие наличие у должника признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на дату заключения договора поручительства, отсутствуют, заявление о банкротстве Общества принято к производству по истечении двух лет с  даты заключения названного договора.

В представленном отзыве конкурсный управляющий  Богун Р.А., считая обжалуемые судебные акты законными и обоснованными, просит оставить их без изменения, а  кассационную жалобу – без удовлетворения.

В судебном заседании представитель  Ветошкина А.Л. поддержал доводы, приведенные в кассационной жалобе, а конкурсный управляющий  Богун Р.А. возражал против удовлетворения жалобы.

Иные   лица,   участвующие   в деле,   в соответствии   с частью   1   статьи 123  Арбитражного   процессуального   кодекса  Российской  Федерации (далее - АПК РФ) надлежащим образом извещены о месте и времени судебного разбирательства, однако своих представителей для участия в судебном заседании не направили, что в соответствии со статьей 284 названного Кодекса не является препятствием для рассмотрения кассационной жалобы в их отсутствие. 

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке. 

Как   следует   из   материалов дела, закрытое акционерное общество «Банк Берейт»  (далее – Банк) и Общество (заемщик) 27.07.2015 заключили кредитный договор № 15/К-2015, в соответствии с которым Банк обязался предоставить заемщику кредит в сумме 49 500 000 руб. на срок до  26.07.2016 с выплатой 18 процентов годовых .

В этот же день Ветошкин А.Л., который на дату заключения названного договора являлся  генеральным директором и единственным  участником Общества, заключил с Банком договор поручительства № 15/П-2015, по условиям которого принял на себя обязательство солидарно с заемщиком  отвечать   за исполнение последним обязательств по кредитному договору  № 15/К-2015.  

Исполнение Банком обязательств по предоставлению кредита  подтверждается выпиской по лицевому счету Общества.

Поскольку обязательства по возврату кредита Обществом не были исполнены, Ветошкин А.Л. как поручитель платежными поручениями от 28.11.2016 № 14786 и 14487 перечислил Банку 11 658 360,66 руб. 

Ссылаясь на указанные обстоятельства, Ветошкин А.Л. обратился в  арбитражный суд с настоящим заявлением  и просил включить в Реестр требование   в   размере   11 658 360 руб.

Суд первой инстанции установил, что у Ветошкина А.Л.,  являвшегося   генеральным директором и единственным  участником Общества, имелись вексельные и заемные отношения с должником.

Основанием для отказа во включении заявленного Ветошкиным А.Л. требования в Реестр послужил вывод суда о том, что данное требование должно квалифицироваться как вытекающее из факта участия заявителя в уставном капитале должника.

Постановлением апелляционного суда от 21.02.2018 определение суда первой инстанции от 08.01.2018 оставлено без изменения.

Проверив законность обжалуемых судебных актов и обоснованность доводов, приведенных в кассационной жалобе, Арбитражный суд    Северо-Западного округа приходит к следующим выводам.

В соответствии с пунктом 1  статьи 71 Федерального  закона от 26.10.2002 № 127?ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) для целей участия в первом собрании кредиторов кредиторы вправе предъявить свои требования к должнику в течение тридцати календарных дней с даты опубликования сообщения о введении наблюдения. Указанные требования направляются в арбитражный суд, должнику и временному управляющему с приложением судебного акта или иных документов, подтверждающих обоснованность этих требований. Указанные требования включаются в реестр требований кредиторов на основании определения арбитражного суда о включении указанных требований в реестр требований кредиторов.

При наличии возражений относительно требований кредиторов арбитражный суд проверяет обоснованность требований и наличие оснований для включения указанных требований в реестр требований кредиторов (пункт 3 указанной статьи).

Согласно пункту 5 статьи 71 Закона о банкротстве  требования кредиторов, по которым не поступили возражения, рассматриваются арбитражным судом для проверки их обоснованности и наличия оснований для включения в реестр требований кредиторов. По результатам такого рассмотрения арбитражный суд выносит определение о включении или об отказе во включении требований в реестр требований кредиторов.

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Как видно из материалов дела, в обоснование заявленного требования в Ветошкин А.Л. сослался на то, что в соответствии с договором поручительства от 27.07.2015 № 15/П-2015  исполнил обязательства должника перед Банком по кредитному договору от 27.07.2015 № 15/К-2015.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 361 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) по договору поручительства поручитель обязывается перед кредитором другого лица отвечать за исполнение последним его обязательства полностью или в части. 

Согласно пункту 1 статьи 365 ГК РФ к поручителю, исполнившему обязательство, переходят права кредитора по этому обязательству и права, принадлежавшие кредитору как залогодержателю, в том объеме, в котором поручитель удовлетворил требование кредитора.

Как установлено судами первой и апелляционной инстанций, Ветошкин А.Л., который являлся  генеральным директором и единственным  участником Общества, пользуясь своими корпоративными правами, полностью контролировал хозяйственную деятельность должника, в том числе посредством личного участия в совершаемых Обществом гражданско-правовых сделках.

В результате оценки доказательств, представленных Ветошкиным А.Л. в обоснование заявленного требования, а также арбитражным управляющим Богуном Р.С. в обоснование своих возражений относительно указанного требования, суды пришли к выводу о том, что  предоставление поручительства имело место в рамках корпоративных правоотношений для целей сохранения Ветошкиным А.Л. возможности контроля над кредиторской задолженностью должника; действуя разумно и добросовестно, лицо, не связанное корпоративными правоотношениями с Обществом, не предоставило бы поручительства по его обязательствам при том, что со значительной долей вероятности обязательство заемщика не будет исполнено.

Отказывая во включении заявленного требования в Реестр, суды  сослались на правовую позицию, содержащуюся в  пункте 18 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 5 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации  27.12.2017.

Согласно указанной правовой позиции  не подлежит включению в реестр требований кредиторов должника требование участника должника, основанное на притворной сделке, прикрывающей обязательства, вытекающие из факта участия заявителя в хозяйственном обществе, признанном банкротом, так как в силу  абзаца восьмого статьи  2 Закона о банкротстве к числу конкурсных кредиторов не могут быть отнесены участники, предъявляющие к должнику требования из обязательств, вытекающих из факта участия.

По смыслу названной нормы к подобного рода обязательствам относятся не только такие, существование которых прямо предусмотрено законодательством о юридических лицах (выплата дивидендов, действительной стоимости доли и т.д.), но также и обязательства, которые, хотя формально и имеют гражданско-правовую природу, в действительности таковыми не являются (в том числе по причине того, что их возникновение и существование было бы невозможно, если бы займодавец не участвовал в капитале должника).

В этой связи при оценке допустимости включения основанного на договоре займа требования участника следует определить природу соответствующих отношений, сложившихся между должником и займодавцем.

В частности, суд в силу пункта  2 статьи  170 ГК РФ может установить притворность договора займа в ситуации, когда заем используется вместо механизма увеличения уставного капитала, позволяя на случай банкротства формально нарастить подконтрольную кредиторскую задолженность с целью последующего уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов. В таком случае к требованию участника общества как вытекающему из факта участия подлежит применению абзац восьмой статьи 2 Закона о банкротстве.

При предоставлении заинтересованным лицом доказательств, указывающих на то, что требование участника вытекает из факта его участия в обществе, признанном банкротом, на такого участника переходит бремя по опровержению соответствующего довода. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы выбора конструкции займа, привлечения займа именно от аффилированного лица, предоставления финансирования на нерыночных условиях и т.д.

Аналогичный подход применяется к суброгационным требованиям, основанным на договоре поручительства.

В данном случае суды заключили, что Ветошкин А.Л., производя  платежи по договору поручительства,  злоупотребил правами единственного участника и единоличного исполнительного органа должника, в связи с чем его требование в силу статьи 10 ГК РФ не подлежит включению в Реестр.

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

Вместе с тем, по мнению суда кассационной инстанции, судами первой и апелляционной инстанций  не учтено следующее.

Согласно правовой позиции, содержащей в  пункте 18 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 5 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации27.12.2017, необходимым условием для квалификации сделок, на которых основано требование к должнику его  участника, как притворных, является совершение таких сделок с целью создания подконтрольной кредиторской задолженности для последующего уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов кредитора.

Является ли размер заявленного требования настолько существенным, что позволит  Ветошкину А.Л. влиять на решения, принимаемые собранием кредиторов должника, суды не установили.

Кроме того, признание договора поручительства от 27.07.2015 № 15/П?2015 притворной сделкой в силу пункта  2 статьи  170 ГК РФ, равно как и признание произведенных в соответствии данным договором платежей ничтожными сделками в силу статьи 10 ГК РФ безусловно затрагивает права Банка, являющегося стороной названного договора и получателем спорных платежей.

Между тем к участию в рассмотрении настоящего обособленного спора Банк не привлекался.

Согласно пункту 4 части 4 статьи 288 АПК РФ принятие судом решения, постановления о правах и об обязанностях лиц, не привлеченных к участию в деле, в любом случае является основанием для отмены судебного приказа, решения, постановления арбитражного суда.

С учетом изложенного  обжалуемые судебные акты подлежат отмене, а дело – направлению в суд первой инстанции на новое рассмотрение.

Руководствуясь статьями  286, 287,  288,  289 и 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 08.01.2018 и  постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.02.2018    по    делу № А56-24166/2017 отменить.

Дело направить в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области на новое рассмотрение.

 

Председательствующий

А.В. Яковец

Судьи

 

Е.Н. Бычкова

 М.В. Трохова