СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

ул. Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, https://7aas.arbitr.ru

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

г. Томск

Дело №А27-6826/2020

Резолютивная часть постановления объявлена 4 мая 2022 года 

Постановление изготовлено в полном объеме 11 мая 2022 года

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи Дубовика В.С., 

судей Иванова О.А., 

ФИО1, 

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО2, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы конкурсного управляющего ФИО3 (№07АП-4403/21(4)), индивидуального предпринимателя ФИО5 (№07АП-4403/21(5)) на определение от 07.02.2022 Арбитражного суда Кемеровской области по делу №А27-6826/2020 (судья Лазарева М.В.) о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Управление горными работами» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, адрес: 654005, 

<

...>), принятое по заявлению конкурсного управляющего ФИО3 о признании недействительными сделок должника, заключенных с ФИО5, 

при участии в судебном заседании:

от конкурсного управляющего – ФИО4 по доверенности от 31.03.2022, 

от ИП ФИО5 – ФИО6 по доверенности от 04.04.2022, паспорт 

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Управление горными работами» (далее – ООО «Управление горными работами», должник) конкурсный управляющий ФИО3 обратился в Арбитражный суд Кемеровской области с заявлением о признании недействительными сделками договора оказания услуг от 09.01.2018 №9/01/18 и договора купли-продажи транспортного средства от 04.03.2019 №1/а/03, заключённых должником с индивидуальным предпринимателем ФИО5. 

Определением Арбитражного суда Кемеровской области от 07.02.2022 заявление конкурсного управляющего удовлетворено частично. Признан недействительным договор купли-продажи транспортного средства от 04.03.2019 №1/а/03, применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ИП ФИО7 в конкурсную массу должника денежных средств в размере 2 118 000 рублей и восстановления задолженности ООО «Управление горными работами» перед ИП ФИО5 по договору оказания услуг от 09.01.2018 №9/01/18 в размере 2 070 720 рублей, по договору аренды от 25.06.2018 №2/угр/18 в размере 47 280 рублей. В удовлетворении заявления конкурсного управляющего в остальной части требований отказано. 

Не согласившись с принятым судебным актом, конкурсный управляющий и ИП ФИО5 обратились в Седьмой арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами. 

Конкурсный управляющий в своей жалобе просит определение Арбитражного суда Кемеровской области от 07.02.2022 отменить в части отказа в удовлетворении требований конкурсного управляющего, принять в этой части новый судебный акт о признании недействительным договора оказания услуг от 09.01.2018 №9/01/18, применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ИП ФИО5 в конкурсную массу должника 11 059 544,40 рублей. В обоснование своей жалобы конкурсный управляющий указывает, что предметом заявленных им требований являлся возврат полученных ответчиком денежных средств, поэтому суду первой инстанции следовало самостоятельно определить подлежащие применению нормы права. Однако суд, оценив платежи на общую сумму 4 807 424,40 рублей в пользу ответчика как вредоносные, теме не менее, не применил в отношении данных платежей последствий недействительности сделки. 

В письменных дополнениях к жалобе конкурсный управляющий обращает внимание на то, что просил признать недействительным исполнение по договору оказания услуг. Платежи должника на общую сумму 3 937 160 рублей являются вредоносными и подлежат взысканию в конкурсную массу. ФИО5 после выхода из состава участников должника продолжал осуществлять над ним контроль. Судом первой инстанции не применена норма права, подлежавшая применению. 

ИП ФИО5 в своей жалобе просит определение Арбитражного суда Кемеровской области от 07.02.2022 отменить, принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего в полном объеме. В обоснование своей жалобы ФИО5 указывает, что выводы суда о наличии у должника признаков банкротства необоснованны и противоречивы, в тексте судебного акта в качестве момента возникновения таких признаков указаны разные даты. Признак заинтересованности также отсутствует. В результате исполнения оспариваемых сделок должником получено равноценное предоставление, вред должнику не причинен. 

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего доводы жалобы и письменных дополнений поддержал по основаниям, в них изложенных. Пояснил, что статья 61.3 Федеральный закон от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) в качестве основания недействительности сделки конкурсным управляющим не заявлялась, однако суд первой инстанции, констатировав вредоносный характер платежей по сделке, обязан был квалифицировать сделку в соответствии с данной нормой по своей инициативе. 

Представитель ИП ФИО5 поддержал доводы своей жалобы. Пояснил, что неплатежеспособность должника наступила в ноябре 2019 года. Возникновение признаков банкротства в более ранние периоды не подтверждено. Предпочтительное удовлетворение требований кредитора также не имело место. ФИО5 вышел из состава участников должника, поэтому аффилированным к нему не является. 

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом и своевременно извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в судебное заседание не явились, явку своих представителей не обеспечили. На основании статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено в их отсутствие.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционных жалоб, дополнений, заслушав пояснения участников процесса, проверив законность и обоснованность определения суда первой инстанции в порядке статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Как следует из материалов дела, 09.01.2018 между ООО «Управление горными работами» (заказчик) и ИП ФИО5 (исполнитель) заключен договор оказания услуг №9/01/18, по условиям которого (пункт 1.1 договора) исполнитель обязуется оказать заказчику юридические, бухгалтерские, финансовые, консультационные услуги, услуги по кадровому учету (л. 24-30 т. 42).

Конкретные виды деятельности исполнителя указаны в пунктах 2.1.5 (юридические услуги), 2.1.6 (бухгалтерские, включая ведение бухучета, правильность исчисления и уплаты налогов, составление налоговой и бухгалтерской отчетности), в пункте 2.1.7 (экономические услуги, включая разработку мер по повышению эффективности и рентабельности производственной деятельности), пункте 2.1.8 (услуги в коммерческой сфере, включая участие в переговорах с контрагентами), в пункте 2.1.9 (кадровый учет).

В пункте 4.1 стороны согласовали, что ежемесячные акты оказанных услуг предоставляются заказчику с отчетами исполнителя. В пункте 5.1 договора согласована стоимость услуг 500 000 рублей ежемесячно. 

В материалы дела предоставлены акты оказанных услуг с 31.01.2018 по 31.07.2020 (л. 12-44 т.46) и отчеты исполнителя за тот же период (л.45-145 т. 46, л. 1-99 т. 47). 

Всего за 2018, 2019 годы и 7 месяцев 2020 года предоставлено актов оказанных услуг и отчетов к ним на сумму 15 500 000 рублей.

Из предоставленных конкурсным управляющим платежных поручений (л. 55-70 т.42) следует, что исполнителю оплачено 11 059 544 рубля 40 копеек, в том числе по оспариваемому договору от 09.01.2018 №9/01/18 оплачено 9 709 544 рубля 40 копеек (платежным поручением от 08.02.2018 № 249 на сумму 1 350 000 рублей произведена оплата по договору уступки от 31.01.2018 №1).

25.06.2018 между ИП ФИО5 (арендодатель) и ООО «Управление горными работами» (арендатор) заключен договор аренды недвижимости №2/угр/2018, по условиям которого арендодатель передает арендатору во временное пользование нежилое здание площадью 19,7 кв.м. под офис и склад, расположенное по адресу 

<

...> (л. 71-73 т.42).

Пунктом 2.1 договора установлен срок аренды с 25.06.2018 по 22.06.2019. Пунктом 5.1 согласована арендная плата в размере 7 880 рублей ежемесячно. Согласно пункту 5.3 в арендную плату включаются все коммунальные и эксплуатационные платежи, в связи с чем, стороны согласовали условие о том, что ежемесячные акты оказанных услуг не составляются.

Актом приема-передачи от 25.06.2018 объект аренды передан должнику (л. 74 т. 42).

04.03.2019 между ООО «Управление горными работами» (продавец) и ИП ФИО5 (покупатель) заключен договор купли-продажи транспортного средства №1/а/03, предметом которого является легковой автомобиль VOLKSWAGEN TOUAREG, 2016 года выпуска, № двигателя CRC 225972, № кузова 

<

***>, VIN: 

<

***>, цвет коричневый (л. 75-76 т. 42).

Пунктом 3.1 договора согласована стоимость транспортного средства в размере 2 188 000 рублей.

Универсальным передаточным документом от 04.03.2019 №2 транспортное средство передано ИП ФИО5 (л. 77 т. 42).

Актом взаимозачета №1 от 01.04.2019 прекращены обязательства должника перед ФИО5 по договору от 09.01.2018 № 9/01/18 в размере 2 007 880 рублей и по договору аренды №2/угр/2018 в размере 31 520 рублей, а также встречные обязательства ИП ФИО5 перед должником по договору купли-продажи №1/а/03 от 04.03.2019 в размере 2 039 400 рублей (л. 78 т.42).

Актом взаимозачета № 3 от 31.05.2019 прекращены обязательства должника перед ФИО5 по договору от 09.01.2018 № 9/01/18 в размере 62 840 рублей и по договору аренды №2/угр/2018 в размере 15 760 рублей, а также встречные обязательства ИП ФИО5 перед должником по договору купли-продажи №1/а/03 от 04.03.2019 в размере 78 600 рублей (л. 79 т.42).

Полагая, что в результате заключения должником с ИП ФИО5 договоров оказания услуг от 09.01.2018 №9/01/18 и купли-продажи транспортного средства от 04.03.2019 №1/а/03, должнику причинен имущественный вред, конкурсный управляющий обратился в Арбитражный суд Кемеровской области с заявлением (в редакции последующих уточнений), в котором просил признать указанные сделки должника недействительными на основании статей 10, 168, пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

Проверяя доводы конкурсного управляющего, суд первой инстанции установил реальный характер отношений в рамках договора оказания услуг, соответствие рыночной стоимости потребленных должником услуг, пришел к выводу об отсутствии имущественного вреда должнику, в связи с чем отказал в удовлетворении заявления конкурсного управляющего в этой части. При этом суд обратил внимание на наличие обстоятельств, свидетельствующих о наличии вреда в части оплаты услуг ИП ФИО5, осуществлявшейся с февраля 2019 года, фактически указывая на наличие оснований для оспаривания платежей должника в соответствии иной нормой закона. Однако оспаривание отдельных платежей должника по иному правовому основанию образует самостоятельный предмет требований, который конкурсным управляющим не заявлен, ввиду чего суд первой инстанции не посчитал возможным выйти за пределы заявленных требований. 

Апелляционный суд соглашается с данными выводами суда первой инстанции. 

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, в частности, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

Согласно пункту 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63) для признания сделки недействительной по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходима совокупность следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

По результатам судебной экспертизы экономической целесообразности заключения договора №9/01/18 от 09.01.2018, его фактического исполнения ответчиком и соответствия цены договора рыночным условиям, экспертами даны следующие ответы:

- по первому вопросу эксперты пришли к выводу о том, что исполнителем фактически выполнены услуги предусмотренные договором №9/01/18 от 09.01.2018;

- по второму вопросу эксперты пришли к выводу о том, что руководителем должника принято экономически целесообразное решение воспользоваться услугами компетентных специалистов, заключив договор №9/01/18 от 09.01.2018;

- по третьему вопросу эксперты пришли к выводу о том, что стоимость услуг, предусмотренных договором №9/01/18 от 09.01.2018 незначительно ниже рыночной на аналогичные виды деятельности в регионе.

Наряду с заключением эксперта материалы дела также содержат и иные доказательства, раскрывающие характер взаимоотношений должника с ИП ФИО5, в том числе, документы, подтверждающие отсутствие у должника сотрудников в области экономического планирования, бухгалтерского и налогового учета, отсутствие у должника кадровой и юридической службы (перечни штатных сотрудников должника в 2018 - 2020 годах), документы о квалификации сотрудников ИП ФИО5, отчеты исполнителя с указанием конкретной работы, проделанной сотрудниками ответчика в ходе оказания услуг должнику. 

Совокупность указанных доказательств дает основания сделать вывод, что само по себе заключение договора оказания услуг, а равно их оказание ИП ФИО5 имущественного вреда должнику и его кредиторам не причинило, поскольку не подтверждается нерыночный характер стоимости оказанных услуг, но подтверждается факт оказания таких услуг должнику. То есть на сумму уплаченных ИП ФИО5 денежных средств должник получил встречное исполнение в виде комплекса оказанных услуг. 

В этой связи отсутствуют основания утверждать, что оспариваемый договор оказания услуг имеет пороки, предусмотренные статьей 61.2 Закона о банкротстве. 

По общему правилу сделка, совершенная исключительно с намерением причинить вред другому лицу, является злоупотреблением правом и квалифицируется как недействительная по статьям 10 и 168 ГК РФ. В равной степени такая квалификация недобросовестного поведения применима и к нарушениям, допущенным должником-банкротом в отношении своих кредиторов, в частности к сделкам по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам, направленным на уменьшение конкурсной массы.

В то же время законодательством о банкротстве установлены специальные основания для оспаривания сделки, совершенной должником-банкротом в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов. Такая сделка оспорима и может быть признана арбитражным судом недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в котором указаны признаки, подлежащие установлению (противоправная цель, причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность другой стороны об указанной цели должника к моменту совершения сделки), а также презумпции, выравнивающие процессуальные возможности сторон обособленного спора. Баланс интересов должника, его контрагента по сделке и кредиторов должника, а также стабильность гражданского оборота достигаются определением критериев подозрительности сделки и установлением ретроспективного периода глубины ее проверки, составляющего в данном случае три года, предшествовавших дате принятия заявления о признании должника банкротом. Тем же целям служит годичный срок исковой давности, исчисляемый со дня реальной или потенциальной осведомленности заявителя об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (пункт 2 статьи 181 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве, пункт 32 Постановления № 63).

Таким образом, законодательство пресекает возможность извлечения сторонами сделки, причиняющей вред, преимуществ из их недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ), однако наличие схожих по признакам составов правонарушения не говорит о том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и по статьям 10 и 168 ГК РФ. Поскольку определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по статьям 10 и 168 ГК РФ возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки.

Исходя из разъяснений пункта 4 Постановления №63 и пункта 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации №32 от 30.04.2009 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)», наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную по статьям 10 и 168 ГК РФ.

Между тем, данные разъяснения касаются сделок с пороками, выходящими за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации №10044/11 от 17.06.2014, определения Верховного Суда Российской Федерации от 29.04.2016 N 304-ЭС15-20061, от 28.04.2016 N 306-ЭС15-20034).

Правонарушение, заключающееся в совершении сделки, направленной на уменьшение имущества должника или увеличение его обязательств, совершенное в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника в преддверии его банкротства в ситуации, когда другая сторона сделки (кредитор) знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки, либо с ненадлежащим встречным предоставлением является основанием для признания соответствующих действий недействительными по специальным правилам, предусмотренным пунктом 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а не по общим основаниям, содержащимся в ГК РФ (постановление Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 18.02.2021 по делу №А67-6066/2018).

Поскольку конкурсным управляющим не приведены такие пороки сделок, которые бы выходили за рамки специальных оснований недействительности сделки, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу об отсутствии оснований для признания сделок недействительными на основании статей 10, 168 ГК РФ. Довод конкурсного управляющего о том, что оспариваемые договоры прикрывают управление хозяйственной деятельностью общества аффилированным лицом фактически сводится к констатации наличия специальных оснований оспаривания сделок. 

Апелляционный суд отмечает, что отдельные платежи в пользу аффилированного лица, совершенные после возникновения у должника признаков банкротства в счет исполнения обязательств по оплате стоимости оказанных услуг, могут иметь признаки предпочтительности. Однако, как обоснованно указал суд первой интенции, такие требования конкурным управляющим не заявлены. Вопреки доводам конкурсного управляющего, суд не вправе выходить за пределы требований, являвшихся предметом судебного разбирательства. Иной подход противоречит требованиям статей 8, 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Оценивая требования конкурсного управляющего о признании недействительным договора купли-продажи транспортного средства, суд первой инстанции пришел к выводу, что в результате его исполнения должнику причинен имущественный вред, в связи с чем признал данную сделку недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Вместе с тем, судом не учтено следующее. 

Как указано выше, исполнение обязательства ИП ФИО5 по оплате стоимости приобретенного на основании оспариваемого договора автомобиля осуществлялось путем зачета, которым были погашены задолженности ООО «Управление горными работами» перед ИП ФИО5 за оказанные услуги по договору оказания услуг и по арендным платежам. Поскольку реальность правоотношений по оказанию должнику услуг и передаче имущества в аренду, а равно стоимость полученного должником по этим договорам, материалами дела не опровергаются, следует признать, что должником в счет оплаты по договору купли-продажи получено эквивалентное встречное предоставление. В таком случае имущественный вред для должника в виде утраты актива либо части его стоимости отсутствует, что исключает возможность признания сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Само по себе наличие признаков аффилированности и несостоятельности в этом случае не будет иметь правового значения при отсутствии имущественного вреда должнику. 

Как указано выше, обстоятельства, свидетельствующие о выходе оспариваемого договора купли-продажи за рамки признаков подозрительной сделки, конкурсным управляющим также не приведены. 

В связи с изложенным, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что определение Арбитражного суда Кемеровской области от 07.02.2022 в части признания недействительным договора купли-продажи от 04.03.2019 №1/а/03 и применения последствий его недействительности подлежит отмене на основании пунктов 3, 4 части 1 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлежит отмене в указанной части с принятием по делу нового судебного акта об отказе в удовлетворении требований конкурсного управляющего.

В свою очередь жалоба конкурсного управляющего удовлетворению не подлежит. 

Судебные расходы подлежат распределению согласно нормам статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь пунктом 2 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции

П О С Т А Н О В И Л:

определение от 07.02.2022 Арбитражного суда Кемеровской области по делу № А27-6826/2020 отменить в части признания недействительным договора купли-продажи от 04.03.2019 №1/а/03, апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО5 – удовлетворить. 

В отмененной части принять новый судебный акт. В удовлетворении требований конкурсного управляющего отказать. 

В остальной части определение от 07.02.2022 Арбитражного суда Кемеровской области по делу №А27-6826/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу конкурсного управляющего ФИО3 – без удовлетворения. 

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Управление горными работами» в доход федерального бюджета 9 000 рублей государственной пошлины. 

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Управление горными работами» в пользу индивидуального предпринимателя ФИО5 3 000 рублей государственной пошлины. 

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня вступления его в законную силу путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Кемеровской области. 

Постановление, выполненное в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет».

Председательствующий 

В.С. Дубовик

 

Судьи

О.А. Иванов

 

ФИО1