ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-5000/2021

13 июля 2022 года

г. Санкт-Петербург

/тр.9

Резолютивная часть постановления объявлена  11 июля 2022 года

Постановление изготовлено в полном объеме 13 июля 2022 года

 

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего  Богдановской Г.Н.

судей Мельниковой Н.А., Савиной Е.В.,

при ведении протокола судебного заседания ФИО1, 

 

при участии представителей согласно протоколу судебного заседания,

 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-19034/2022) общества с ограниченной ответственностью «Фидус» на определение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 16.05.2022 по делу № А56-5000/2021/тр.9, принятое

 

по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Фидус»  о включении требования в реестр требований кредиторов должника в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) публичного акционерного общества «Талион», 

 

УСТАНОВИЛ:

в производстве Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области находится дело о несостоятельности (банкротстве) акционерного общества «Талион» (далее – Должник).

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 31.03.2022 в отношении должника введена процедура наблюдения; временным управляющим утвержден ФИО2.

Соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 15.01.2022 № 6.

Общество с ограниченной ответственностью «Фидус» (далее – Кредитор) обратилось в арбитражный суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника (далее по тексту – Реестр) требования в размере 27029611,23 руб., в том числе 16 770 000,00 руб. основного долга, 5 685 041,10 руб. процентов за пользование займом и 982 837,61 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами.

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 16.05.2022 требования Кредитора признаны обоснованными как подлежащие удовлетворению после погашения требований Должника, указанных в пункте 4 статьи 142 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту – в очередности, предшествующей ликвидационной квоте).

С указанным определением суда не согласился Кредитор (далее также – податель апелляционной жалобы, апеллянт), в апелляционной жалобе просит определение суда отменить, принять по делу новый судебный акт.

Полагает, что судом неправомерно установлен факт корпоративной аффилированности Кредитора и Должника. Считает, что факт имущественного кризиса и неплатежеспособности Должника в период до и после совершения сделок материалами дела не подтвержден, вывод суда о том, что размер чистых активов Должника с 2017 года составлял отрицательную величину противоречит публичной отчетности Должника. Судебные акты, которыми с Должника произведены имущественные взыскания, приняты позднее совершения сделки займа. Фактическая аффилированность, которая установлена судом, исходя из последовательно совершенных сделок займа, не подтверждена, поскольку сделки совершались в условиях обычной хозяйственной деятельности Кредитора и Должника.

ПАО «Банк «Санкт-Петербург» в отзыве на апелляционную жалобу просит определение суда первой инстанции отменить, отказать во включении в Реестр требований Кредитора.

Правовую позицию ПАО «Банк «Санкт-Петербург» поддержали явившиеся в судебное заседание представители временного управляющего и кредитора ООО «СТОД».

Лица, участвующие в обособленном споре, надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание иные представители не явились, что в силу статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения дела в отсутствие представителей.

В соответствии с частью 5 статьи 268 АПК РФ при  наличии возражений иных лиц определение суда первой инстанции пересматривается арбитражным апелляционным судом в полном объеме.

Как следует из письменных материалов дела, 11.12.2017 между ПАО «Талион» и ООО «ФИДУС» оформлен предварительный договор купли-продажи недвижимости, в соответствии с которым стороны обязались заключить договор купли-продажи земельного участка (кадастровый номер 47:07:0957003:0029), расположенный по адресу: Ленинградская область, Всеволожский район, земли ЗАО «Щеглово», принадлежащий АО «Талион» на праве собственности.

Стороны обязались заключить основной договор не позднее 11.12.2018.

Покупатель ООО «ФИДУС» обязался внести в качестве обеспечительного платежа на счет продавца 20 870 000 рублей, который подлежал возврату в течение 3 рабочих дней после заключения основного договора или не позднее 15.12.2018 в случае его незаключения (пункты 11 и 12 предварительного договора).

26.10.2018 стороны заключили соглашение о новации обязательств продавца, возникших из предварительного договора, заемным обязательством - договором процентного займа с 11.12.2017, с размером процентов - 8% годовых. Срок возврата займа - 01.12.2020.

Платежными поручениями от 13.12.2017 (15 870 000,00 рублей) и 19.12.2017 (5 000 000,00 рублей) произведена оплата указанных денежных средств.

Частичная оплата долга произведена должником в размере 4 100 000,00 рублей 29.10.2018.

Ссылаясь на наличие у Кредитора к Должнику права требования, вытекающего из заемных обязательств, Кредитор обратился в суд с рассматриваемыми требованиями.

Повторно рассмотрев обособленный спор по правилам статьи 268 АПК РФ, исследовав письменные доказательства и доводы апелляционной жалобы, апелляционный суд приходит к следующим выводам.

Согласно части 1 статьи 223 АПК РФ и статье 32 Закона о банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Установление требований кредиторов осуществляется арбитражным судом в соответствии с порядком, определенном статьями 71, 100 Закона о банкротстве, в зависимости от процедуры банкротства, введенной в отношении должника.

По смыслу названной нормы, арбитражный суд проверяет обоснованность предъявленных требований к должнику и выясняет наличие оснований для включения в реестр требований кредиторов, исходя из подтверждающих документов.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Согласно пункту 1 статьи 807 ГК РФ по договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества.

Пунктом 1 статьи 810 ГК РФ предусмотрена обязанность заемщика возвратить заимодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором.

В силу статьи 309 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями.

Суд первой инстанции в отсутствие возражений временного управляющего и иных кредиторов о реальности правоотношений сторон, установил факт аффилированности Кредитора и Должника по корпоративному признаку (Должник является учредителем Должника), ввиду чего оценил заявленные требования, вытекающие из договора займа, как скрытое финансирование Должника в условиях имущественного кризиса. Последнее обстоятельство установлено судом, исходя из значительного числа имущественных взысканий, присужденных решениями арбитражных судов, в том числе, обращения взыскания на заложенное имущество, что свидетельствует о состоянии имущественного кризиса Должника, начиная с 2019 года. Суд принял во внимание, что в период с 2014 года Кредитор передавал Должнику денежные средства с качестве заемных, одновременно используя полученные от Должника денежные средства в качестве погашения по договору займа №02/02/201 от 02.02.2015, равно как и Должник производил погашение Кредитору заемного обязательства и одновременно выдавал новый заём Кредитору. При отсутствии встречного предоставления по предварительному договору купли-продажи, Кредитор тем не менее предоставляет денежные средства в заём Должнику. Такая модель поведения хозяйствующих субъектов оценена судом как нестандартная, не соответствующая разумным ожиданиям субъектов гражданских правоотношений и свидетельствующая, помимо корпоративной аффилированности, о фактической аффилированности сторон. Таким образом, суд первой инстанции заключил, что Кредитором не опровергнуты разумные сомнения временного управляющего в экономической целесообразности сделки займа, совершенной в условиях имущественного кризиса Должника, что в условиях банкротства Должника не может предоставлять такому кредитору равные права с иными независимыми Кредиторами, в силу чего требования Кредитора определены в очередности, предшествующей ликвидационной квоте.

Выводы суда первой инстанции соответствуют представленным в дело доказательствам, основаны на правильном применении норм материального и процессуального права и апеллянтом в жалобе не опровергнуты.

Доводы ПАО «Банк «Санкт-Петербург», а также временного управляющего и общества «СТОД» о том, что требования Кредитора не обоснованы по праву, правоотношения, вытекающие из соглашения о новации в заёмное обязательство, является мнимыми, ввиду чего в удовлетворении требований надлежит отказать, апелляционным судом отклоняются.

В силу части 2 статьи 65 АПК РФ обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, определяются арбитражным судом на основании требований и возражений лиц, участвующих в деле, в соответствии с подлежащими применению нормами материального права.

Нормой части 1 той же статьи на лиц, участвующих в деле, возлагает обязанность представлять доказательства в обоснование своих доводов и возражений.

Повышенный стандарт доказывания, применяемый в деле в банкротстве, не является безграничным и не отменяет вышеизложенных принципов определения судом круга юридически значимых обстоятельств, а также распределения бремени доказывания.

Из материалов дела следует, что в суде первой инстанции временный управляющий в отзыве (л.д. 61, 72) указал, что требования Кредитора являются обоснованными по размеру, временным управляющим получены выписки по счету, подтверждающие факт перечисления денежных средств в качестве обеспечительного платежа и факт частичного погашения задолженности; по результатам рассмотрения требования Кредитора временный управляющий просил субординировать требования.

ПАО «Банк «Санкт-Петербург» и общество «СТОД», принимавшие участие при рассмотрении требований Кредитора в суде первой инстанции (л.д. 59, 75), не заявили обоснованных возражений относительно реальности правоотношений сторон, вытекающих из предварительного договора и новированных в заёмные правоотношения, позволяющие по смыслу пункта 1 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утв. Президиумом Верховного Суда РФ 29.01.2020 (далее – Обзор от 29.01.2020) суду возложить на Кредитора повышенное бремя доказывания реальности правоотношений; ПАО «Банк «Санкт-Петербург» реализовало свои процессуальные права исключительно путем представления ходатайства об отложении (л.д. 45), не содержащего возражений по существу спора; общество «СТОД» письменную позицию и доказательства в её обоснование не представило.

При изложенных обстоятельствах следует признать, что круг юридически значимых обстоятельств определен судом первой инстанции правильно, исходя из доводов и возражений сторон, и объем процессуальных действий суда соответствует части 2 статьи 65 АПК РФ и части 4 статьи 71, части 4 статьи 100 Закона о банкротстве, и нарушения норм материального и процессуального права судом не допущено.

Заявление таких возражений в суде апелляционной инстанции (в том числе временным управляющим и обществом «СТОД» - письменных пояснениях, без подачи самостоятельной апелляционной жалобы в сроки и в порядке, предусмотренном статьей 259 АПК РФ и с нарушением положений части 3 статьи 65 АПК РФ), следует оценить применительно к норме части 3 статьи 266 АПК РФ как заявление новых требований.

Кроме того, в обоснование доводов относительно реальности правоотношений Кредитора и Должника, вытекающих из предварительного договора, ПАО «Банк «Санкт-Петербург» ссылается на то, что земельный участок с кадастровым номером 47:07:0957003:0029 на момент заключения договора являлся предметом ипотеки по договору с ПАО «Балтинвестбанк», однако возражающим кредитором не приведено нормативного обоснования, исключающего допустимость совершения сделки с объектом гражданского оборота, обремененным залогом, при том, что пунктом 3.3. предварительного договора предусмотрено обязательство продавца к моменту заключения основного договора освободить объект об залогового обременения, что также опровергает сомнения возражающего кредитора в экономической целесообразности заключения предварительного договора купли-продажи. Тот факт, что обременение фактически не было снято, что подтверждает ПАО «Банк «Санкт-Петербург» ссылками на актуальные сведения единого государственного реестра недвижимости, не свидетельствует об отсутствии воли Кредитора и Должника на возникновение правоотношений, вытекающих из предварительного договора, тем более, учитывая реальной перечисление обеспечительного платежа безналичным путем; при незаключении основного договора целесообразность исполнения пункта 3.3. договора отпала.

Таким образом, наличие залогового обременения в отношении предмета предварительного договора купли-продажи не свидетельствует об отсутствии экономической целесообразности совершения сделки.

Ссылки ПАО «Банк «Санкт-Петербург» в обоснование указанного обстоятельства на наличие на момент заключения договора неисполненных Должником обязательств перед третьими лицами, в том числе, перед ПАО «Балтинвестбанк», апелляционным судом не могут быть приняты как доказательство нецелесообразности совершения сделки по предварительному договору купли-продажи объекта недвижимости.

Исходя из сведений, представленных самим ПАО «Банк «Санкт-Петербург», из 113 830 000 рублей предоставленного Кредитору займа, неоплаченными по состоянию на 2018 год остались 15 176 140 руб., что не превышает обязательств Кредитора по перечислению обеспечительного платежа и сопоставимо с ними (20 870 000 руб.). 

Сведений об отсутствии у Кредитора на момент перечисления обеспечительных платежей иных основных и оборотных средств, позволяющих исполнить обязательство перед Должником, даже при наличии иной кредиторской задолженности, из материалов дела не следует.

Доказательств, подтверждающих намерение сторон при заключении предварительного договору купли-продажи, на совершение сделок, направленных на обход исполнения обязательств Кредитора перед третьими лицами, материалы дела не содержат.

Напротив, пунктом 11 предварительного договора предусмотрен возврат обеспечительного платежа даже в случае заключения основного договора купли-продажи.

Наличие неисполненных обязательств само по себе не препятствует совершению хозяйственных сделок.

Таким образом, объем эквивалентных обязательств по предварительному договору купли-продажи не позволяет суду установить зависимость принятия Кредитором обязательств по перечислению обеспечительного платежа с наличием неисполненных обязательств перед ПАО «Балтинвестбанк» в сумме, сопоставимой с суммой кредитных обязательств.

Утверждения ПАО «Банк «Санкт-Петербург» о том, что при вышеизложенных обстоятельствах новирование обязательства по возврату обеспечительного платежа в заёмное обязательство лишено экономической целесообразности, не состоят в формально-логической взаимосвязи с вышеизложенными суждениями Банка об отсутствии экономического смысла совершения Кредитором сделки по перечислению обеспечительного платежа Должнику в условиях наличия неисполненного обязательства перед ПАО «Балтинвестбанк»; следуя такой логике, напротив, совершение сделки, направленной на возврат Должником имущественного предоставления по предварительному договору, повлечет восстановление имущественных прав Кредитора.

Доводы ПАО «Банк «Санкт-Петербург» о том, что совершение вышеизложенных взаимосвязанных сделок направлено на причинение вреда кредиторам, не подлежат оценке по существу при отсутствии доказательств оспаривания таких сделок в порядке, предусмотренном главой III.1 Закона о банкротстве.

При изложенных обстоятельствах сам по себе факт согласования условий пункта 11 предварительного договора об отсутствии у обеспечительного платежа правового режима аванса либо задатка, хотя таковые и являются нетипичными для такого рода договоренностей, не может свидетельствовать об отсутствии воли сторон на заключение предварительного договора.

Следует также отметить, что пунктом 1 Обзора от 29.01.2020 предусмотрены повышенные стандарты доказывания реальности материально-правовых сделок, положенных в обоснование требований Кредитора, только при предъявлении обоснованных сомнений возражающих кредиторов либо арбитражного управляющего, то есть содержательных возражений, основанных на доказательствах.

В данном случае такие возражения ПАО «Банк «Санкт-Петербург» и поддерживающих его лиц основаны исключительно на формально-юридической оценке условий предварительного договора, что не может быть признано судом достаточным для обоснованности заявленных возражений.

Таким образом, доводы временного управляющего и возражающих кредиторов о мнимости совершенных сделок не нашли своего подтверждения.

Доводы апелляционной жалобы Кредитора также признаются коллегией необоснованными.

Обзором от 29.01.2020 сформированы правовые подходы, подлежащие применению при оценке обоснованности и очередности требований лиц, аффилированных с должником, в том числе контролирующих его.

Так, в случае предоставления контролируемому должнику займа допускается определение очередности требования о возврате займа, предшествующей распределению ликвидационной квоты при доказанности обстоятельств предоставления такого займа в качестве компенсационного финансирования, предоставленного контролирующим должника лицом в обход установленных законом публичных процедур преодоления имущественного кризиса.

К критериям, позволяющим по правилам статьи 71 АПК РФ определить суду факт компенсационного финансирования, Обзор от 29.01.2020, относит нерыночные условия финансирования, отказ от истребования задолженности по возбуждения процедуры банкротства, направленность передачи денежных средств в качестве капиталозамещающей сделки при отсутствии доказательств её иной хозяйственной цели и экономической обоснованности.

Суд первой инстанции, исходя из цитированных выше выводов, признал как фактическую аффилированность Кредитора и Должника, так и факт совершения сделки займа на основании соглашения о новации обязательства  от 26.10.2018 для целей дофинансирования Должника.

Действительно, факт аффилированности Кредитора и Должника по формально-юридическим критериям (корпоративное участие) как на момент заключения предварительного договора, так и соглашения о новации материалами дела не подтверждается, поскольку участниками Должника на указанный момент, равно как и в настоящее время не является ни сам Кредитор, ни контролирующие его лица.

Согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической, в том числе заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в пункте 3 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53, по общему правилу необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.).

Оценка судом первой инстанции фактической аффилированности Кредитора и Должника, обусловленной взаимным перетоком заемных денежных средств в счет передачи и погашения заемных обязательств Кредитора и Должника, является достаточной, по мнению апелляционной коллегии, для вывода о нестандартном поведении хозяйствующих субъектов, претендующих на статус экономически независимых сторон обязательства, и сделана в пределах предоставленных суду дискреционных полномочий (статья 71 АПК РФ, постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 16549/12 от 23.04.2013).

Кроме того, апелляционным судом установлено, что согласно сведениям системы «Контр-Фокус» (л.д. 47), участником ООО «Фидус» являлся, в частности, ФИО3, корпоративная аффилированность которого с Должником установлена судебными актами по настоящему делу о банкротстве.

С учетом изложенного, доводы апеллянта о недоказанности факта аффилированности Должника и Кредитора, отклоняются как опровергающиеся материалами дела. 

Судом также правомерно приняты сведения публичной отчетности, размещенные на сайте ЕФРДЮЛ (приложение к отзыву временного управляющего, л.д. 74), из которых следует негативная динамика стоимости чистых активов должника, что свидетельствует о включении сделок в состоянии имущественного кризиса.

Представленные апеллянтом в опровержение указанного обстоятельства сведения бухгалтерского учета не могут быть оценены судом по правилам статей 10 и 71 АПК РФ ввиду отказа в приобщении указанных документов к материалам дела (часть 2 статьи 1268 АПК РФ).

Кредитором, не являющимся обладателем таких сведений публичной отчетности, кроме того, не доказана аутентичность представленных документов, что позволяет усомниться в их достоверности в совокупности с информацией, размещенной Должником на ЕФРДЮЛ.

Учитывая вышеизложенные обстоятельства и в отсутствие доказательств, свидетельствующих об экономической целесообразности указанных действий кредитора, осведомленного о состоянии имущественного кризиса должника ввиду аффилированности, его требование подлежит квалификации в качестве компенсационного финансирования и понижению в очередности по отношению к иным требованиям кредиторов.

Доводы апелляционной жалобы не нашли своего подтверждения в ходе апелляционного обжалования, в силу чего, определение суда первой инстанции является законным и обоснованным, отмене не подлежит. Оснований для удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта на основании части 4 статьи 270 АПК РФ, судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь статьей 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  от 16.05.2022 по делу №  А56-5000/2021/тр.9  оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление  может быть  обжаловано  в  Арбитражный  суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

 

Председательствующий

 

Г.Н. Богдановская

 

Судьи

 

Н.А. Мельникова

 

 Е.В. Савина