﻿/

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-4073/2016

23 апреля 2021 года

г. Санкт-Петербург

/сд.1

 

Резолютивная часть постановления объявлена 20 апреля 2021 года

Постановление изготовлено в полном объеме  23 апреля 2021 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего И.В. Сотова 

судей Н.В. Аносовой, Е.А. Герасимовой

при ведении протокола судебного заседания секретарем К.Б. Бойко (после перерыва – секретарем А.В. Санджиевой) 

при участии: 

представитель А.С. Ермошина – О.В. Терентьева по доверенности от 04.03.2021 г. 

финансовый управляющий А.Ш. Шамратов (после перерыва - представитель Н.Л.Васюкова по доверенности от 15.04.2021 г.)

С.О. Лобанов (должник) 

С.Ю. Абалдова

от иных лиц: не явились, извещены

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы (регистрационный номер 13АП-5410/2021, 13АП-7685/2021) А.С. Ермошина и финансового управляющего А.Ш. Шамратова на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 31.12.2020 г. по делу № А56-4073/2016/сд.1, принятое 

по заявлению финансового управляющего А.Ш. Шамратова 

к Лобановой Маргарите Ивановне, Лобанову Олегу Филипповичу, Абалдовой Светлане Юрьевне и Можаевой Ирине Ивановне

третьи лица: М.С. Бойко и Е.В. Кузнецова

об оспаривании сделок должника

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) Лобанова Станислава Олеговича 

установил:

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области (далее – арбитражный суд) от 02.08.2019 г. (резолютивная часть от 22.07.2019 г.) по настоящему делу,  вынесенным по заявлению (пинять к производству суда определением от 25.03.2016 г.) кредитора Ермошина Андрея Станиславовича (далее – кредитор, А.С. Ермошин), в отношении Лобанова Станислава Олеговича (далее – должник, С.О. Лобанов) введена процедура реструктуризации долгов, финансовым управляющим утвержден Шамратов Анатолий Шамильевич, а решением суда от 23.12.2019 г. С.О. Лобанов признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества должника, финансовым управляющим также утвержден А.Ш. Шамратов.

При этом, 30.10.2019 г. финансовый управляющий обратился с заявлением к ответчикам: Лобановой Маргарите Ивановне, Лобанову Олегу Филипповичу и Абалдовой Светлане Юрьевне (далее – ответчики-1, 2 и 3, соответственно) о признании недействительными сделок, совершенных должником.

В ходе рассмотрения данного заявления и с учетом уточнения управляющим своих требований к участию в деле в качестве соответчиков (определением от 14.07.2020 г.) привлечены Можаева Ирина Ивановна (далее – ответчик-4) и Кузнецова Елена Николаевна (с учетом последующего уточнения отчества - Кузнецова Елена Валерьевна), а определением от 13.10.2020 г. - Бойко Михаил Сергеевич;  определением от 24.11.2020 г. М.С. Бойко и Е.В. Кузнецова, с учетом отказа управляющего от предъявленных к ним требований привлечены к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, а окончательно управляющим заявлены и судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса РФ приняты и рассмотрены по существу следующие требования: 

1) признать недействительными взаимосвязанные сделки: 

договор купли-продажи транспортного средства АУДИ А4, регистрационный номер О659ММ78, год выпуска 2006, заключенный 08.05.2015 г. между С.О.Лобановым и М.И. Лобановой; 

договор купли-продажи данного транспортного средства, заключенный 04.02.2016 г. между М.И. Лобановой и И.И. Можаевой,

и обязать И.И. Можаеву возвратить его в собственность должника; 

2) признать недействительным договор купли-продажи транспортного средства БМВ Х3, регистрационный номер О910ОС98, год выпуска 2005, заключенный 08.05.2015 г. между С.О. Лобановым и О.Ф. Лобановым; 

взыскать с О.Ф. Лобанова в пользу должника денежные средства в размере 710 000 руб.; 

3) признать недействительным договор дарения квартиры, расположенной по адресу: Санкт-Петербург, ул. Нахимова, д. 11, кв. 55, заключенный 30.04.2015 г. между С.О. Лобановым и М.И. Лобановой; 

применить последствия недействительности ничтожной сделки путем обязания М.И. Лобановой возвратить данную квартиру с кадастровым № 78:06:0002201:7547; 

4) признать недействительным договор дарения квартиры, расположенной по адресу: Санкт-Петербург, Галерный проезд, д. 5, кв. 253, заключенный 30.04.2015 г. между С.О. Лобановым и С.Ю. Абалдовой; 

применить последствия недействительности ничтожной сделки путем обязания С.Ю. Абалдовой возвратить указанную квартиру с кадастровым № 78:06:0002209:3679. 

Однако, определением суда от 31.12.2020 г., помимо принятия отказа управляющего от требований к Е.В. Кузнецовой и М.С. Бойко, а также прекращения производство по заявлению в этой части, в удовлетворении заявленных требований (т.е. в остальной части) отказано.

Данное определение обжаловано в апелляционном порядке А.С.Ермошиным и финансовым управляющим; кредитор в своей жалобе просит определение отменить в части отказа в удовлетворении требований управляющего, принять в этой части новый судебный акт – об их удовлетворении, мотивируя свою жалобу неполным выяснением судом первой инстанции имеющих значение для дела обстоятельств, несоответствием изложенных в определении  выводов этими обстоятельствам, а также нарушением (неправильным применением) норм материального и процессуального права, и указывая по существу, что на момент совершения оспариваемых сделок у должника перед кредитором имелась задолженность в сумме 5 525 426 руб., возникшая 07.09.2013 г. в связи с неисполнением обязательств по договору займа от 07.09.2013 г., подтвержденная вступившим на тот момент в законную силу судебным актом (решением Василеостровского районного суда г. Санкт-Петербурга от 28.01.2015 г. № 2-238/2015, оставленным в силе апелляционным определением Санкт-Петербургского городского суда от 28.04.2015 г.) и впоследствие погашенная путем зачета, и в сумме 5 356 863 руб. 51 коп., образовавшаяся 10.02.2014 г. (в связи с перечислением соответствующих денежных средств должнику), подтвержденная судебным актом только впоследствие, и которая и явилась основанием для введения в отношении должника процедуры банкротства, при том, что одна из пяти совершенных должником в непродолжительный период сделок (включая оспариваемые в рамках настоящего спора), а именно - сделка по отчуждению должником принадлежащего земельного участка – была признана недействительной решением Выборгского городского суда г. Санкт-Петербурга от 22.06.2016 г., оставленным в силе апелляционным определением Ленинградского областного суда от 16.11.2016 г. по делу № 2-1149/2016), а отказ в признании недействительными (ничтожными) остальных сделок по требованию кредитора был обусловлен исполнением к тому моменту указанного решения Василеостровского районного суда г. Санкт-Петербурга от 28.01.2015 г. по делу № 2-238/2015).

Таким образом, как полагает заявитель, суд не исследовал момент возникновения у должника обеих задолженностей, необоснованно не усмотрев в этой связи и факт злоупотребления правом при отчуждении спорного имущества и не оценив доводы о мнимости оспариваемых сделок, как совершенных для вида и с заинтересованными по отношению к должнику лицами (близкими родственниками), как считает А.С. Ермошин ввиду этого не пропущенным управляющим и срок исковой давности - для оспаривания ничтожных сделок (3 года - пункт 1 статьи 181 Гражданского кодекса РФ), который в данном случае должен исчисляться с момента введения первой процедуры банкротства в отношении должника и  утверждения финансового управляющего (02.08.2019 г.).

Управляющий в своей жалобе также просит определение отменить, принять новый судебный акт, которым его требования удовлетворить, ссылаясь, в частности на разъяснения Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ, содержащиеся в пунктах 7 и 9 постановления от 22.06.2012 г. № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее – Постановление № 35), в силу которых и несмотря на то, на основании заявления какого кредитора в отношении должника была введена процедуры банкротства, дата возбуждения производства по делу о его несостоятельности (банкротстве) не меняется и она определяется моментом подачи заявления первого кредитора, как, по мнению подателя данной жалобы, для вывода о злоупотреблении правом со стороны должника и ответчиков не имеет значение, на основании какой задолженности было возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве) и введена первая процедура банкротства, в т.ч. в силу того, что действия ответчиков и должника в любом случае были направлены на вывод активов в целях недопущения обращения взыскания на него, оценку чему, в т.ч. мнимости сделок, суд не дал.

В судебном заседании апелляционного суда кредитор и управляющий поддержали доводы жалоб (в т.ч. – управляющий – с учетом поступившего дополнения к своей жалобе); должник и ответчик-2 возражали против их удовлетворения по мотивам, изложенным в представленных отзывах; при этом, суд не усмотрел оснований для принятия (рассмотрения) отказа от жалобы, заявленного должником, поскольку фактически жалоба подана не должником, а его финансовым управляющим, т.е. самостоятельным (отличным от самого должника) участником дела (спора/процесса); указание же в определении апелляционного суда от 03.03.2021 г. о принятии соответствующей жалобы к производству в качестве ее подателя должника является очевидной технической ошибкой, что участники процесса не оспаривали (не имеют оснований заблуждаться в том, кто именно является подателем рассматриваемой жалобы).

От ответчиков-1 и 2 также поступили отзывы на жалобы с возражениями против их удовлетворения; ответчик-4 и третьи лица отзывов (позиций, возражений, пояснений) на жалобу не представили, в заседание, как и ответчик-1 и 2, не явились; однако, при этом, о месте и времени судебного разбирательства неявившиеся участники считаются извещенными - в силу части 1 статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса РФ с учетом разъяснений Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ, содержащихся в пункте 5 постановления от 17.02.2011 г. № 12, и при соблюдении требований абзаца второго части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса РФ, в связи с чем и в соответствии с частью 3 статьи 156 данного Кодекса дело (жалоба) рассмотрено без их участия при отсутствии также от них каких-либо ходатайств, обосновывающих невозможность явки в заседание.

При этом, как следует из содержания апелляционных жалоб, определение суда первой инстанции обжалуется их подателями только в части отказа в удовлетворении требований управляющего (не обжалуется в части отказа от требований к М.С. Бойко и Е.В. Кузнецовой и прекращения производства по заявлению в этой части), в связи с чем и при отсутствии возражений других участвующих в деле (споре) лиц суд в соответствии с частью 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса РФ проверяет определение только в обжалуемой части, проверив законность и обоснованность которого в порядке, предусмотренном статьями 223, 266, 268 и 272 Арбитражного процессуального кодекса РФ, суд пришел к следующим выводам:

В соответствии с пунктом 1 статьи 32 федерального закона от 26.10.2002 г. № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса РФ дела о банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Кодексом, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

При этом, в силу пункта 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве, отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные настоящей главой, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI настоящего Федерального закона; согласно пункту 7 статьи 213.9 Закона о банкротстве, финансовый управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени гражданина заявления о признании недействительными сделок по основаниям, предусмотренным статьями 61.2 и 61.3 Федерального закона, а как установлено пунктами 1 и 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц; право на подачу заявления об оспаривании сделки должника-гражданина по указанным в статье 61.2 или 61.3 Федерального закона основаниям возникает с даты введения реструктуризации долгов гражданина, а заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника (пункт 1 статьи 61.8 этого Закона).

Также, как предусмотрено пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве, сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а кроме того - по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве, при этом, пунктом 3 этой статьи установлено, что правила главы III.1 названного Закона могут применяться к оспариванию действий, направленных на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Таможенного союза и (или) законодательством Российской Федерации о таможенном деле, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, а в пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 23.12.2010 г. № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.I Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление Пленума № 63) разъяснено, что по правилам этой главы Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться: действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.). 

В данном случае, финансовым управляющим установлено, что обязательства по возврату С.О. Лобановым задолженности А.С. Ермошину возникли с 10.02.2014 г., и данный долг не являлся единственным; вместе с тем, незадолго до подачи в арбитражный суд заявления о признании С.О. Лобанова банкротом (что имело место 28.01.2016 г.) и после возникновения у него обязательств между должником и близкими ему лицами совершен ряд сделок по отчуждению имущества близким родственникам: 30.04.2015 г. заключен договор дарения квартиры по ул. Нахимова, д. 11, кв. 55 в пользу матери должника М.И.Лобановой, 30.04.2015 г. - договор дарения квартиры по Галерному проезду, д. 5, кв. 253 в пользу супруги должника С.Ю. Абалдовой, 08.05.2015 г. матери должника М.И. Лобановой по договору купли-продажи отчужден автомобиль АУДИ-А4, а 08.05.2015 г. отцу должника - О.Ф. Лобанову - по договору купли-продажи реализован автомобиль БМВ Х3. 

По мнению финансового управляющего, данные сделки носят мнимый характер, в т.ч. в ислу того, что заключены с заинтересованными лицами; квартиры отчуждены безвозмездно; автомобили проданы по заниженной цене; в результате совершения сделок у должника не осталось имущества, достаточного для расчетов с имеющимся на тот момент кредитором; причинен вред имущественным интересам кредиторов, которые лишились возможности получить удовлетворение за счет переданной недвижимости и проданных транспортных средств, а, соответственно, имеются основания для признания сделок недействительными в соответствии со статьями 10, 168, 170 Гражданского кодекса РФ, при том, что срок исковой давности следует исчислять с даты введения в отношении должника процедуры банкротства и утверждения финансового управляющего (02.08.2019 г.). 

Кроме того, как указал управляющий, дальнейшая продажа транспортных средств иным приобретателям (автомобиля БМВ Х3 – по договору от 06.02.2016 Е.В. Кузнецовой и по договору от 30.07.2018 - М.С. Бойко, а автомобиля АУДИ А4 – по договору от 04.02.2016 г. И.И. Можаевой) свидетельствует о совершении взаимосвязанных, единых сделок, имеющих противоправную цель; исполнение договоров являлось формальным; покупатели разных транспортных средств проживают по одному и тому же адресу; транспортные средства проданы по существенно заниженной стоимости после возникновения признаков неплатежеспособности; сделки же дарения квартир также совершены в один день, оформлены одним нотариусом, являются безвозмездными; таким образом, действия сторон договоров являлись согласованными, имели цель причинить вред кредитору путем отчуждения актива должника (недвижимого имущества) и последующую невозможность расчетов должника с А.С. Ермошиным, что нарушает имущественные права кредитора и свидетельствует о недобросовестности ответчиков, при том, что оспариваемые сделки совершены в период, когда должник отвечал признакам неплатежеспособности, и им вместе с близкими родственниками предпринимались меры по отчуждению ликвидного имущества; т.е. сделки совершены со злоупотреблением правом, и имеются основания для признания указанных сделок недействительными с применением последствий недействительности оспариваемых сделок. 

Однако, суд первой инстанции, оценив доводы участников, представленные доказательства с учетом обстоятельств дела и подлежащих применению правовых норм, не установил оснований для удовлетворения требований финансового управляющего, исходя из того, что согласно статье 168 Гражданского кодекса РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки; в силу статьи 10 названного Кодекса не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах, а в соответствии с пунктом 1 статьи 170 указанного Кодекса мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. 

При этом, как разъяснено в пункте 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 30.04.2009 г. № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление № 32), исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, а в соответствии с правовой позицией Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ, изложенной в пункте 9 Информационного письма от 25.11.2008 г. № 127 «Обзор применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации», если при заключении договора стороной было допущено злоупотребление правом, данная сделка признается судом недействительной на основании статьи 10 и статьи 168 Гражданского кодекса РФ. 

В данном случае, возражая против удовлетворения заявленных требований, должник и ответчики-1-3 указали, что на момент совершения сделок должник не имел признаков неплатежеспособности и не нарушал имущественных прав кредитора А.С. Ермошина; сделки не являлись мнимыми, что установлено апелляционным определением Санкт-Петербургского городского суда от 18.10.2017 г. № 33-9110/2017 по гражданскому делу № 2-755/2016; А.С. Ермошин имел встречную задолженность в пользу С.О. Лобанова на большую сумму, что установлено решением Красногвардейского районного суда города Санкт-Петербурга от 05.04.2017 г. по делу № 2-574/2017 и апелляционным определением Санкт-Петербургского городского суда от 15.08.2017 г. № 33-15491/2017 по тому же делу; оспариваемые сделки исполнены сторонами, зарегистрирован переход права собственности; квартира по адресу: Санкт-Петербург, ул. Нахимова, д. 11, кв. 55 является единственным местом жительства должника С.О. Лобанова и членов его семьи: М.И. Лобановой и О.Ф. Лобанова - и защищена исполнительским иммунитетом; сделки совершены за четыре года до принятия судом заявления о признании должника банкротом; сроки исковой давности, исчисляемые со дня исполнения сделок, истекли, также пропущен срок на оспаривание подозрительных сделок должника; на момент совершения сделок в отношении должника не было принято никаких судебных решений, устанавливающих долговые обязательства по отношению к третьим лицам, прежние долги погашены 17.10.2017 г. 

В этой связи в материалы дела представлено решение Красногвардейского районного суда Санкт-Петербурга от 05.04.2017 г. по делу № 2-574/2017, оставленное без изменения апелляционным определением Санкт-Петербургского городского суда от 15.08.2017 г., которым с А.С. Ермошина в пользу долждника взысканы денежные средства в размере 7 870 000 руб. и проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 12.03.2014 по 21.02.2017 г. в размере 2 031 108 руб. с последующим начислением процентов с 22.02.2017 г. по день фактического исполнения обязательства, а также расходы по оплате государственной пошлины в размере 47 550 руб.; в удовлетворении встречных исковых требований А.С. Ермошина о взыскании с С.О. Лобанова 2 370 000 руб. долга по договору купли-продажи земельного участка от 20.08.2012 г. и 20 050 руб. расходов по оплате государственной пошлины отказано в полном объеме. 

Кроме того, А.С. Ермошин обратился в Василеостровский районный суд Санкт-Петербурга с иском к С.О. Лобанову, С.Ю. Абалдовой, О.Ф. Лобанову и М.И.Лобановой о признании недействительными договора дарения квартиры от 30.04.2015 г. по адресу: Санкт-Петербург, Галерный проезд, д. 5, кв. 253, договора купли-продажи автомашины АУДИ А4 от 08.05.2015, г. договора купли-продажи автомашины БМВ Х3 от 08.05.2015 г. и применении последствий недействительности сделок (с учетом уточнения); решением Василеостровского районного суда Санкт-Петербурга от 12.12.2016 г. по делу № 2-755/16 данный иск удовлетворен, указанные договор признаны недействительными, применены последствия их недействительности, взыскана государственная пошлина; однако апелляционным определением Санкт-Петербургского городского суда от 18.10.2017 г. № 33-9110/2017 по гражданскому делу № 2-755/2016 решение Василеостровского районного суда Санкт-Петербурга от 12.12.2016 г. отменено, апелляционные жалобы удовлетворены, по делу принято новое решение, которым в удовлетворении исковых требований А.С. Ермошина отказано. 

При этом, как следует из указанного апелляционного определения, истец ссылался на то, что С.О. Лобанов совершил сделки по отчуждению всего принадлежащего ему имущества, на которое возможно обратить взыскание в рамках принудительного исполнения решения суда; сделки совершены с ближайшими родственниками, без намерения создать соответствующие правовые последствия; ответчик злоупотребил правом на распоряжение своим имуществом, нарушил право истца на получение присужденной денежной суммы, и в данном определении суд указал, что судебным приставом-исполнителем Василеостровского РОСП УФССП России по Санкт-Петербургу постановлением от 17.10.2017 г. произведен зачет встречных однородных требований по исполнительным производствам от 08.06.2015 г. № 35387/15/78001-ИП и от 17.10.2017 г. № 74667/17/78001-ИП в размере 5 524 419 руб. 30 коп., а 17.10.2017 г. исполнительное производство № 35387/15/78001-ИП в отношении должника О.С. Лобанова окончено, что подтверждается постановлением судебного пристава-исполнителя Василеостровского РОСП УФССП России по Санкт-Петербургу об окончании исполнительного производства; вместе с тем, в отношении истца А.С. Ермошина ведется исполнительное производство о взыскании суммы 4 424 238 руб., и по результатам рассмотрения данного дела судебная коллегия пришла к выводу, что оспариваемые договоры дарения и купли-продажи прав истца не нарушают, поскольку решение суда исполнено в полном объеме; оснований для признания договоров недействительными и применения последствий их недействительности не имелось; исковые требования не подлежат удовлетворению. 

При введении же в отношении С.О. Лобанова процедуры реструктуризации долгов определением от 02.08.2019 г. арбитражный суд признал обоснованным заявление А.С. Ермошина, поданное в 2019 г. как заявление о вступлении в настоящее дело о банкротстве, в связи с наличием задолженности в размере сумм, взысканных решением Василеостровского районного суда Санкт-Петербурга от 20.09.2018 г. по делу № 2-1309/2018 и определением Василеостровского районного суда Санкт-Петербурга от 14.09.2018 г. по делу № 2-672/2018 (с учетом изменений, внесенных определением Санкт-Петербургского городского суда от 21.11.2018 г. № 33-26113/2018). 

В этой связи суд сослался на разъяснения в пункте 9 Постановления № 35, согласно которым судам необходимо учитывать, что в отличие от увеличения размера требования при изменении кредитором основания требования, на котором основано его заявление о признании должника банкротом (часть 1 статьи 49 АПК РФ), его заявление считается поданным в момент соответствующего изменения, что учитывается при определении последовательности рассмотрения заявлений о признании должника банкротом, а с учетом обстоятельств настоящего дела первоначальные требования А.С. Ермошина полностью удовлетворены до введения в отношении должника процедуры банкротства (путем зачета встречных однородных требований в ходе исполнительного производства), С.О. Лобанов погасил долг 17.10.2017 г.; в последующем, в 2019 г., А.С. Ермошин заявил требование о банкротстве должника по иным основаниям. 

При таких обстоятельствах суд не усмотрел признаков злоупотребления правом со стороны должника, а также приобретателей имущества по оспариваемым сделкам, при заключении договоров дарения, купли-продажи в апреле-мае 2015 г. и договора купли-продажи от 04.02.2016 г., как, по мнению суда, не подтверждены и доводы финансового управляющего о мнимом характере оспариваемых сделок с учетом того, что собственник вправе распоряжаться принадлежащим ему имуществом; произведена регистрация перехода прав на спорное имущество; представлены документы о несении коммунальных расходов и уплате налогов за недвижимое имущество, а в отношении квартиры по адресу: Санкт-Петербург, ул. Нахимова, д. 11, кв. 55 указано, что она является единственным местом постоянного проживания О.Ф. Лобанова и М.И. Лобановой.

Кроме того, как отметил суда, финансовый управляющий при оспаривании сделок не привел ссылок на статью 61.2 Закона о банкротстве, однако указал, что сделки совершены в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов; с учетом этого суд процитировал пункт 2 данной статьи, согласно которому, сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка), при том, что предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. 

Вместе с тем, как полагал суд, в нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса РФ с учетом обстоятельств дела, погашения С.О.Лобановым первоначальной задолженности и наличия встречного неоплаченного долга А.С. Ермошина перед должником, не подтверждено, что при совершении сделок их стороны имели цель причинить вред имущественным правам кредиторов и в результате совершения оспариваемых сделок такой вред причинен, как учел суд, что сделки совершены более чем за три года до обращения А.С. Ермошина с заявлением о банкротстве должника в 2019 г., по результатам рассмотрения которого в отношении С.О. Лобанова введена процедура банкротства, что свидетельствует о правомерности доводов ответчиков о пропуске срока на оспаривание указанных сделок; возражения по существу спора являются обоснованными, финансовым управляющим документально не опровергнуты, и при изложенных обстоятельствах суд не установил оснований для признания оспариваемых сделок недействительными и применения заявленных последствий недействительности данных сделок, отказав в удовлетворении требований финансового управляющего. 

Однако, апелляционный суд не может согласиться с изложенными выводами, как противоречащими приведенным в самом же обжалуемом определении подходам, а также собранным по делу доказательствам, исходя в этой связи, в частности, из того, что наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную по статье 10 Гражданского кодекса РФ (пункт 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 23.12.2010 г. № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63) и пункт 10 Постановления № 32).

При этом, в силу указанной нормы не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом); в случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 названной статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд может отказать лицу в защите принадлежащего ему права; в случаях, когда закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно и добросовестно, разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагаются, а для признания сделки недействительной по основаниям, предусмотренным статьей 10 ГК РФ, суду необходимо установить, что такая сделка совершена с намерением причинить вред другому лицу либо имело место злоупотребление правом в иных формах. 

Таким образом, исходя из содержания этой нормы, под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам; для установления в действиях граждан и организаций злоупотребления правом необходимо доказать, что при реализации принадлежащих им гражданских прав их намерения направлены на нарушение прав и законных интересов иных участников гражданского оборота или создают возможность их нарушения, т.е. для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам, при том, что злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки, а кроме того - для квалификации сделки как совершенной с нарушениями положений статьи 10 ГК РФ необходимо установить самого причинение или возможность причинения в результате ее исполнения убытков должнику или его кредиторам вследствие уменьшения конкурсной массы, за счет которой кредиторы должника могли бы получить удовлетворение, при том, что в силу части 1 статьи 64, статей 71 и 168 Арбитражного процессуального кодекса РФ арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие соответствующих обстоятельств (обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела) на основании представленных доказательств, при оценке которых он руководствуется правилами статей 67 и 68 данного Кодекса об относимости и допустимости доказательств.

В данном случае, совокупность заявленных управляющих и поддержанных кредитором доводов, как раз свидетельствует о заключении спорных сделок при злоупотреблении правом, а именно: сделки совершены в непродолжительный период времени (практически одномоментно); наряду с оспариваемыми по настоящему спору сделками должником заключен и договор по отчуждению должником принадлежащего земельного участка, который был признан недействительным решением Выборгского городского суда г. Санкт-Петербурга от 22.06.2016 г., оставленным в силе апелляционным определением Ленинградского областного суда от 16.11.2016 г. по делу № 2-1149/2016; кроме того, как указывает управляющий в дополнении к жалобе и иными участниками документально не оспорено (не опровергнуто), тогда же - 30.04.2015 г. должником с ответчиком-3 заключен брачный договор, в котором его стороны, помимо прочего, определили правовой режим одной из спорных квартир (что, по мнению управляющего, находится в одной цепочке действий ответчиков и должника по выводу активов последнего); все сделки заключены с заинтересованными лицами (близкими родственниками); квартиры отчуждены безвозмездно; автомобили проданы по заниженной цене (что подтверждается представленными управляющим заключениями специалистов, надлежащим образом ответчиками (и должником) не опровергнутыми); в результате совершения сделок у должника не осталось имущества, достаточного для расчетов с имеющимся на тот момент кредитором (что кем-либо из участиников дела также документально не опровергнуто), и в этой связи причинен вред имущественным интересам кредиторов, которые лишились возможности получить удовлетворение за счет переданной недвижимости и проданных транспортных средств, а о совершении взаимосвязанных, единых сделок, имеющих противоправную цель – по выводу активов должника – свидетельствует и дальнейшая продажа транспортных средств иным приобретателям (автомобиля БМВ Х3 – по договору от 06.02.2016 г. Е.В. Кузнецовой и по договору от 30.07.2018 г. - М.С. Бойко, а автомобиля АУДИ А4 – по договору от 04.02.2016 г. И.И. Можаевой).

Равным образом, не опровергнуты ответчиками и должником представленные в дело доказательства, свидетельствующие о формальном характере совершенных сделок и – как следствие - их ничтожности в силу, как правомерно полагал управляющий и кредитор, притворности (статья 170 Гражданского кодекса РФ), что помимо указанных выше обстоятельств  подтверждается отсутствием доказательств расчета за транспортные средства денежными средствами самих покупателей; допуском к управлению ими, несмотря на якобы состоявшуюся продажу, только самого должника и его супруги, что следует из представленных в дело ответов страховых организаций (информации об оформлении страховых полисов); представлением интересов одного из последующих приобретателей транспортного средства - Е.В.Кузнецовой, выступающей впоследствие и как его продавец – самим должником (согласно  пояснениям М.С. Бойко); проживанием в соответствующих квартирах, подаренных должником, ответчиков-1 и 3 уже на момент дарения.

Более того, суд отмечает, что договоры дарения квартир были заключены через два дня после вступления в законную силу (в связи с вынесением апелляционного определения Санкт-Петербургского городского суда от 28.04.2015 г.) решения Василеостровского районного суда г. Санкт-Петербурга от 28.01.2015 г. № 2-238/2015 о взыскании денежных средств с должника в пользу кредитора, а договоры купли–продажи транспортных средств – еще через 8 день после этого, и как пояснил сам должник в заседании апелляционного суда на вопрос об экономической (разумной) цели такого – фактически одномоментного - отчуждения практически всего своего имущества, эти сделки как раз и были направлены на недопущение обращения взыскания на имущество по обязательствам перед кредитором.

В этой связи апелляционный суд полагает, что последующее погашение этой задолженности и введение в отношении должника процедуры банкротства уже на основании иной задолженности (взысканной решением Василеостровского районного суда Санкт-Петербурга от 20.09.2018 г. по делу № 2-1309/2018 и определением Василеостровского районного суда Санкт-Петербурга от 14.09.2018 г. по делу № 2-672/2018 (с учетом изменений, внесенных определением Санкт-Петербургского городского суда от 21.11.2018 г. № 33-26113/2018)) само по себе не препятствует квалифицировать действия должника и ответчиков (которые, являясь заинтересованными по отношению к нему лицами в понимании статьи 19 Закона о банкротстве, не могли не знать (должны были знать) о возникновении у должника как на момент совершения оспариваемых сделок, так и в последующем, признаков банкротства, и в частности – неплатежеспособности, под которой, согласно содержащейся в абзаце тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве дефиниции, понимается прекращение исполнения должником части денежных  обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное  недостаточностью денежных средств, что (такая недостаточность) презюмируется, пока не доказано иное) как совершенные при злоупотреблении правом, при том, что ни специальные нормы Закона о банкротстве об основаниях оспаривании сделки, ни общие нормы гражданского законодательства, а равно как и какие-либо разъяснения высших судебных инстанций не связывают возможность такой квалификации с фактом наличия неисполненных обязательств, подтвержденных исключительно судебным актом, имеющимся (вступившим в законную силу) на момент совершения сделки, и с неблагоприятными имущественными последствиями должника и его кредиторов (в данном случае – ведением в отношении должника процедуры банкротства) вследствие принятия именно такого судебного акта (о взыскании).

В данном случае, действительно, имевшаяся на момент совершения сделок задолженность была впоследствие погашена, а процедура банкротства в отношении должника введена на основании судебного акта, вынесенного уже позднее; однако, с учетом характера взаимоотношений должника и кредитора (наличие взаимных имущественных притязаний, судебных споров и т.д.), ни ответчики, ни должник не могли не осознавать (должны были) порочность своего поведения, как направленного на создание условий невозможности удовлетворения требований кредиторов последнего за счет его имущества, как не опровергли они и то, что задолженность, взысканная решением Василеостровского районного суда Санкт-Петербурга от 20.09.2018 г. по делу № 2-1309/2018 и определением Василеостровского районного суда Санкт-Петербурга от 14.09.2018 г. по делу № 2-672/2018 (с учетом изменений, внесенных определением Санкт-Петербургского городского суда от 21.11.2018 г. № 33-26113/2018), возникла ранее вынесения самих судебных актов (уже имела место на момент совершения сделок), которые лишь зафиксировали (подтвердили) ее наличие.

В этой связи суд отклоняет ссылку должника ответчиков на то задолженность должника перед кредитором возникла только 15.08.2017 г. (с момента, установленного апелляционным определением Санкт-Петербургского городского суда № 33-2404/2019 по делу № 2-1309/2018), поскольку даже если и признать это правильным, ранее взысканная (решением Василеостровского районного суда г. Санкт-Петербурга от 28.01.2015 г. № 2-238/2015) задолженность была погашена только 17.10.2017 г. (путем зачета в рамках соответствующего исполнительного производства), т.е. после возникновения (появления осведомленности должника о ней), взысканной позднее решением Василеостровского районного суда Санкт-Петербурга от 20.09.2018 г. по делу № 2-1309/2018 и определением Василеостровского районного суда Санкт-Петербурга от 14.09.2018 г. по делу № 2-672/2018 (с учетом изменений, внесенных определением Санкт-Петербургского городского суда от 21.11.2018 г. № 33-26113/2018), а значит весь период (еще до заключения сделок и до введения процедуры банкротства в отношении должника) последний имел непогашенные (просроченные) обязательства перед кредитором и, соответственно, отвечал признакам неплатежеспособности, несмотря на то, что основания возникновения задолженности в этот период поменялись.

Равным образом, суд несмотря на то, что ответчик-4 не находится в родстве с должником и другими ответчиками (из материалов дела этого не следует), признает, что последующая сделка по отчуждению ответчиком-1 в пользу И.И. Можаевой транспортного средства АУДИ А4 является взаимосвязанной с предыдущей сделкой – отчуждением этого транспортного средства должником своей матери (М.И. Лобановой) и преследовала в этой связи ту же цель – вывод активов должника, что подтверждается уже указанным выше фактом наличия допуска к его управлению только самого должника и его супруги (а не якобы его приобретателя - И.И. Можаевой), заниженной стоимостью приобретения последней автомобиля (согласно опять же представленному управляющим отчету об оценке), а кроме того – фактом ее проживания по одному адресу с также последующим приобретателем второго транспортного средства - БМВ Х3 – Е.В. Кузнецовой (Санкт-Петербург, Лиговский пр., л. 72, кв. 12), что в совокупности вызывает обоснованные (документально не опровергнутые) сомнения в реальности сделки с И.И. Можаевой, ее цели и смысле и т.д. 

Применительно же к выводу суда первой инстанции (доводам ответчика и должника) о пропуске управляющим срока исковой давности по заявленным требованиям, то апелляционный суд не усматривает правовых оснований исчислять его кроме как с момента введения в отношении должника процедуры банкротства и утверждения финансового управляющего (02.08.2019 г.), как представляются не влияющими на приведенные выводы и иные доводы (возражения и фактические обстоятельства), заявленные ответчиками (должником); в частности, вопрос о распространении на какую-либо одну из спорных квартир исполнительского иммунитета подлежит исследованию (оценке) непосредственно в ходе разрешения соответствующих разногласий в рамках настоящего дела о несостоятельности (банкротстве) должника – с учетом принадлежности должнику (в случае возврата их в конкурсную массу должника согласно данному судебному акту) двух квартир, мнения в этой связи (о возможности исключения из конкурсной массы той или иной квартиры) всех заинтересованных в разрешении этого вопроса лиц, иных особенностей соответствующей процедуры, обусловленных спецификой дела о банкротстве, и т.д., как не противоречат изложенные выводы и апелляционному определению Санкт-Петербургского городского суда от 18.10.2017 г. № 33-9110/2017 по гражданскому делу № 2-755/2016, которым А.С. Ермошину уже отказано в признании рассматриваемых сделок недействительными, поскольку основанием для этого послужило погашение на тот момент взысканной ранее с должника решением Василеостровского районного суда г. Санкт-Петербурга от 28.01.2015 г. № 2-238/2015 задолженности, т.е. апелляционная коллегия Санкт-Петербургского городского суда не учитывала наличие взысканной впоследствие иной задолженности.

Таким образом, обжалуемое определение (в обжалуемой части), как принятое при неполном исследовании фактических обстоятельств (материалов) дела и – как следствие –  несоответствии изложенных в нем выводов этим обстоятельствам (материалам), а также неправильном применении норм материального права, подлежит отмене с принятием в этой части нового судебного акта – об удовлетворении - в силу изложенного - заявленных управляющим требований в их последней редакции (в т.ч. с применением заявленных им последствий недействительности), а также с взысканием с ответчиков в доход бюджета государственной пошлины по требованиям управляющего (в связи с предоставленной ему отсрочкой при принятии его заявления к производству суда), а в пользу подателей апелляционных жалоб – понесенных ими расходов по оплате пошлины по ним (с распределением этих расходов (пошлины) между ответчиками, исходя из того, что предметом оспаривания являются пять сделок, участником двух из которых является М.И.Лобанова).

На основании изложенного и руководствуясь статьями 110, 112, 266, 268, 271 и 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

Определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 31.12.2020 г. по делу № А56-4073/2016/сд.1 в части отказа в удовлетворении заявленных требований отменить.

Принять в этой части новый судебный акт.

Заявление финансового управляющего С.О. Лобанова – А.Ш. Шамратова удовлетворить.

1) признать недействительными взаимосвязанные сделки: 

- договор купли-продажи транспортного средства АУДИ А4, регистрационный номер О659ММ78, год выпуска 2006, заключенный 08.05.2015 г. между Лобановым Станиславом Олеговичем и Лобановой Маргаритой Ивановной; 

- договор купли-продажи транспортного средства АУДИ А4, регистрационный номер О659ММ78, год выпуска 2006, заключенный 04.02.2016 г. между Лобановой Маргаритой Ивановной и Можаевой Ириной Ивановной.

Обязать Можаеву Ирину Ивановну возвратить в собственность должника Лобанова Станислава Олеговича транспортное средство АУДИ А4, регистрационный номер О659ММ78, год выпуска 2006.

2) признать недействительным договор купли-продажи транспортного средства БМВ Х3, регистрационный номер О910ОС98, год выпуска 2005, заключенный 08.05.2015 г. между Лобановым Станиславом Олеговичем и Лобановым Олегом Филипповичем.

Взыскать с Лобанова Олега Филипповича в пользу должника Лобанова Станислава Олеговича денежные средства в размере 710 000 руб.

3) признать недействительным договор дарения квартиры, расположенной по адресу: Санкт-Петербург, ул. Нахимова, д. 11, кв. 55, заключенный 30.04.2015 г. между Лобановым Станиславом Олеговичем и Лобановой Маргаритой Ивановной.

Применить последствия недействительности ничтожной сделки путем обязания Лобановой Маргариты Ивановны возвратить в собственность Лобанова Станислава Олеговича квартиру, расположенную по адресу: Санкт-Петербург, ул. Нахимова, д. 11, кв. 55, с кадастровым № 78:06:0002201:7547.

4) признать недействительным договор дарения квартиры, расположенной по адресу: Санкт-Петербург, Галерный проезд, д. 5, кв. 253, заключенный 30.04.2015 г. между Лобановым Станиславом Олеговичем и Абалдовой Светланой Юрьевной.

Применить последствия недействительности ничтожной сделки путем обязания Абалдовой Светланы Юрьевны возвратить в собственность Лобанова Станислава Олеговича квартиру, расположенную по адресу: Санкт-Петербург, Галерный проезд, д. 5, кв. 253, с кадастровым № 78:06:0002209:3679. 

Взыскать с Лобановой Маргариты Ивановны в доход федерального бюджета 12 000 руб. государственной пошлины по заявлению.

Взыскать с Можаевой Ирины Ивановны в доход федерального бюджета 6 000 руб. государственной пошлины по заявлению.

Взыскать с Лобанова Олега Филипповича в доход федерального бюджета 6 000 руб. государственной пошлины по заявлению.

Взыскать с Абалдовой Светланы Юрьевны в доход федерального бюджета 6 000 руб. государственной пошлины по заявлению.

Взыскать с Лобановой Маргариты Ивановны в конкурсную массу Лобанова Станислава Олеговича и в пользу Ермошина Андрея Станиславовича по 1 200 руб. государственной пошлины по апелляционным жалобам.

Взыскать с Можаевой Ирины Ивановны в конкурсную массу Лобанова Станислава Олеговича и в пользу Ермошина Андрея Станиславовича по 600 руб. государственной пошлины по апелляционным жалобам.

Взыскать с Лобанова Олега Филипповича в конкурсную массу Лобанова Станислава Олеговича и в пользу Ермошина Андрея Станиславовича по 600 руб. государственной пошлины по апелляционным жалобам.

Взыскать с Абалдовой Светланы Юрьевны в конкурсную массу Лобанова Станислава Олеговича и в пользу Ермошина Андрея Станиславовича по 600 руб. государственной пошлины по апелляционным жалобам.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Председательствующий

И.В. Сотов

 

Судьи

 

Н.В. Аносова 

Е.А. Герасимова