АРБИТРАЖНЫЙ СУД ЯРОСЛАВСКОЙ ОБЛАСТИ

150999, г. Ярославль, пр. Ленина, 28  http://yaroslavl.arbitr.ru

 

Именем Российской Федерации

Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А82-9335/2019

г. Ярославль

05 января 2020 года

Резолютивная часть решения оглашена 04.12.2019

Арбитражный суд Ярославской области в составе судьи  Розовой Н.А.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Клевакиной Л.Н.,    

рассмотрев в судебном заседании исковое заявление  Общества с ограниченной ответственностью "Гамма" (ИНН  

<

***>, ОГРН  

<

***>)

к Обществу с ограниченной ответственностью Научно-производственное объединение "Газовые электростанции" (ИНН  

<

***>, ОГРН  

<

***>)

о   взыскании   2550000.00  руб. неосновательного обогащения,

встречное исковое заявление Общества с ограниченной ответственностью Научно-производственное объединение "Газовые электростанции" (ИНН  

<

***>, ОГРН  

<

***>)

к Обществу с ограниченной ответственностью "Гамма" (ИНН  

<

***>, ОГРН  

<

***>)

о взыскании 5 288 401,00 руб. убытков в виде реального ущерба,  1 500 000,00 руб.  неосновательного обогащения,

при участии

от истца – Фроста  А.М. -  представителя по доверенности от 11.01.2019, 

от ответчика – ФИО1 – представителя по доверенности от 02.04.2019,  ФИО2 – представителя по доверенности от 02.04.2019, ФИО3 – директора, 

установил:

Общество с ограниченной ответственностью «Гамма» (далее – ООО «Гамма», истец) обратилось в Арбитражный суд Ярославской области с исковым заявлением (уточненным в порядке ст.49 АПК РФ) к Обществу с ограниченной ответственностью Научно-производственное объединение «Газовые электростанции» (далее – ООО НПО «ГЭС», ответчик) о взыскании о   взыскании   2 550 000 руб. неосновательного обогащения. 

Ответчик ООО НПО «ГЭС» иск не признал,  заявил встречный иск  (уточненный в порядке ст.49 АПК РФ) о взыскании с ООО «Гамма» 5 288 401руб. убытков в виде реального ущерба,  1 500 000 руб.  неосновательного обогащения, всего  6 788 401руб. 

Рассмотрев  исковые заявления, заслушав представителей сторон, суд установил следующее.

Между ООО «Гамма» (Покупатель) и ООО НПО «ГЭС» (Поставщик) 15.02.2017 был заключен договор  поставки № 24/03-2017 (далее – февральский договор), в соответствии с которым Поставщик обязуется  передать  оборудование, указанное в товарно-сопроводительных документах  и Спецификации Оборудования, в собственность Покупателя, провести  пуско-наладочные работы, 72-часовые испытания и обучение персонала Покупателя, а Покупатель обязуется принять и оплатить оборудование в порядке и сроки,  указанные в договоре. 

Согласно п.2.2 договора  оборудование отгружается Покупателю  после согласования  сторонами  условий поставки в Спецификации и получения Поставщиком  оплаты  поставляемого оборудования в соответствии с условиями п.3.2  договора. 

В соответствии с  п.2.5 договора Поставщик гарантирует поставку Оборудования покупателю   в течение 60 календарных дней с момента выполнения Покупателем  своих обязательств по оплате  третьего этапа платежа  поставляемого Оборудования (Спецификацией могут быть  предусмотрены  иные сроки  выполнения поставки).  

В силу п.2.6  договора  приемка Оборудования   осуществляется Покупателем в два этапа: 

- 1 этап: представитель Покупателя присутствует  при проведении  заводских испытаний  Оборудования,  по завершении  которых составляется  и подписывается обеими сторонами  акт проведения испытаний  и готовности Оборудования к сдаче в эксплуатацию  (Приложение № 2 к договору);

 - 2 этап:  на складе Покупателя,  с подписанием  товарной накладной. 

Пунктом  3.2 договора  предусмотрено, что оплата Оборудования производится  Покупателем пятью этапами:

- 1 этап – 698 664,20руб.  до 25 февраля  2017г.;

- 2 этап – 834 000руб.  до 10 марта 2017г.;

- 3 этап – 787 000руб. до  25 марта  2017г.;

- 4 этап – 680 335,80руб.  до 20 апреля  2017г.;

- 5 этап – 600 000руб., оплата   после  пуска Оборудования  в эксплуатацию   (без учета командировочных расходов).  

Согласно п.3.3 договора  оплата Оборудования  производится в безналичном порядке  на расчетный счет  Поставщика в соответствии  с выставленными счетами  на оплату.  

Срок действия договора истекает  31 декабря 2017г., но не ранее момента  исполнения сторонами  своих обязательств. Если ни одна из сторон не заявит  о прекращении  договора в связи с истечением  срока его действия, он считается продленным  на каждый следующий  календарный год на тех же условиях. Количество пролонгаций по данному  основанию не ограничено. 

Согласно спецификации к февральскому договору поставляемым оборудованием является электроагрегат газопоршневой  ГЭС-315 (МиниТЭС на базе газопоршневой  установки ГЭС-315) – 1 шт. стоимостью 3 600 000руб. (с НДС).  МиниТЭС на базе  газопоршневой установки ГЭС-315 изготавливается на базе двигателя  ТМЗ 8525, в комплектацию  входит, в числе прочего, блок-контейнер.    

Согласно п.2 Спецификации оплата продукции осуществляется в рублях на расчетный счет Поставщика  на следующих условиях:

- 3 000 000руб. – предоплата;

- 600 000руб. -  по окончании пуско-наладочных работ, запуск  в промышленную эксплуатацию.  

В соответствии с п.3 Спецификации  срок изготовления продукции – 60 календарных дней  с момента получения  авансового платежа. 

Доставка Оборудования  осуществляется Поставщиком  своими силами  или силами  перевозчика за счет  Покупателя (п.5 Спецификации).

Также  между ООО «Гамма» (Покупатель) и ООО НПО «ГЭС» (Продавец) 23.01.2017 был заключен договор  поставки б/н (далее – январский договор), в соответствии с которым Продавец обязуется  поставить, а Покупатель принять и оплатить  газовые двигатели, запчасти к газовым электростанциям, газовые электростанции (далее – Товар) по ценам,  в количестве и ассортименте согласно  товарных накладных и счетов и/или Спецификаций,  подписываемых уполномоченными  представителями сторон, являющихся неотъемлемой частью  настоящего Договора.

Согласно  п.2.1 договора  Товар поставляется Покупателю со склада Продавца самовывозом с погрузкой на транспортной средство Покупателя.  По соглашению сторон возможна доставка Товара за счет  продавца  с возмещением  Продавцу расходов по  доставке Товара.  

Согласно п.2.3 договора  оборудование отгружается представителю Покупателя  после получения Продавцом оплаты  поставляемого Товара,  в соответствии с условиями п.3.4 данного  договора. 

Отгрузочная накладная и счет-фактура  оформляются Продавцом одновременно  с отпуском Товара (п.2.4 договора). 

В соответствии с  п.2.6 договора Продавец гарантирует выполнение заявки Покупателя  в течение 45 календарных дней с момента ее согласования и выполнения Покупателем  своих обязательств по предварительной оплате поставляемого товара.   Счетом и/или спецификацией могут быть  предусмотрены  иные сроки  выполнения заявки.  

Срок действия договора истекает 31 декабря 2017г., но не ранее момента  исполнения сторонами своих обязательств. Если ни одна из сторон не заявит  о прекращении  договора в связи с истечением  срока его действия, он считается продленным  на каждый последующий  календарный год на тех же условиях. Количество пролонгаций по данному  основанию не ограничено (п.9.1 договора). 

Договор  может быть расторгнут  Сторонами досрочно  при обоюдном  согласии Сторон (п.9.3 Договора).  

Согласно спецификации № 1 к январскому договору,  поставляемым оборудованием является электроагрегат газопоршневой  ГЭС-315 (МиниТЭС на базе газопоршневой  установки ГЭС-315) – 9шт. стоимостью 32 400 000руб. с НДС (4 942 372,88руб. с НДС за 1 единицу  продукции), Блок-контейнер  для ГПУ – 9шт. стоимостью  5 850 000руб. с НДС (892 372,88руб. с НДС за 1 единицу  продукции),  Тепловой модуль  ТММ-ТМ.315 для утилизации тепла – 9шт. стоимостью  14 670 000руб. с НДС (2 237 796,61руб. с НДС за 1 единицу  продукции),  доставка и пусконаладочные работы – 5 292 000руб. с НДС.  

МиниТЭС на базе  газопоршневой установки ГЭС-315 изготавливается на базе двигателя  ТМЗ 8435.    

Общая сумма договора составляет  58 212 000руб. с НДС.

Согласно п.2 Спецификации оплата продукции осуществляется в рублях на расчетный счет Поставщика  на следующих условиях:

- 70% предоплата;

- 20% - по факту  готовности  к отгрузке  электроагрегата  газопоршневого;

- 10% - по окончании  пуско-наладочных работ.

В соответствии с п.3 Спецификации  срок изготовления продукции – 120 календарных дней  с момента получения  авансового платежа. 

Ответчиком в адрес истца по двум договорам были вставлены 9 счетов на оплату: 

1. Счет  № 8 от  10.02.2017 на сумму  68 664,20руб. за  – оплачен  платежным поручением № 171 от 13.02.2017 на сумму 68 664,20руб.;

2. Счет № 9 от  16.02.2017 на сумму 630 000руб. – оплачен  платежным поручением № 221 от  22.02.2017  на сумму  630 000руб.;

3. Счет  № 11 от 06.03.2017 на сумму  834 000руб. – оплачен  платежным поручением  № 264 от  07.03.2017  на сумму  834 000руб.;

4. Счет № 13 от  14.03.2017 на сумму  787 000руб. – оплачен  платежным поручением  № 343 от 22.03.2017 на сумму  787 000руб.;

5. Счет  № 16 от 12.04.2017 на сумму  680 335,80руб. – оплачен платежным поручением  № 484 от 17.04.2017 на сумму  680 335,80руб.;

6. Счет № 45 от 12.05.2017 на сумму  1 700 000руб. – оплачен  платежными поручениями  № 606  от 12.05.2017 на сумму 1 000 000руб., № 607 от  15.05.2017 на сумму  200 000руб.,  № 618 от  16.05.2017 на сумму 500 000руб.;

7. Счет № 52 от  14.06.2017 на сумму  1 700 000руб. – оплачен  платежным поручением  № 776 от  16.06.2017 на сумму 1 700 000руб.;

8. Счет № 57 от  02.08.2017 на сумму  1 900 000руб. – оплачен платежным поручением  № 1017 от  03.08.2017 на сумму  1 500 000руб., №  1521 от  03.11.2017 на сумму  400 000руб.;

9. Счет № 14 от  16.03.2018 на сумму  58 138руб. – оплачен платежным поручением  № 681 от  17.05.2018 на сумму  31 019руб.      

Как указывает истец, он начал производить оплату по договору № 24/03 в соответствии с условиями  п.3.2 февральского договора и счетами на оплату:

- 1 этап – 698 664,20руб. по счетам № 8  от 10.02.2017, № 9 от  16.02.2017  оплачено  платежным поручением  № 171  от 13.02.2017  на сумму 68 664,20руб.,  № 221 от 22.02.2017 на сумму  630 000руб.;

- 2 этап  -  834 000руб.  по счету № 11 от 06.03.2017 оплачено платежным поручением № 264   от 07.03.2017 на сумму  834 000руб.;

- 3 этап -  787 000руб. по счету № 13 о 14.03.2017  оплачено платежным поручением  № 343 от 22.03.2017 на сумму  787 000руб.; 

- 4 этап - 680 335,80руб. по счету № 16 от 12.04.2017 (назначение платежа в счете на оплату «Оборудование по договору № 24/03-17 от 15.02.2017 (4 этап)»)  оплачено платежным поручением  № 484 от 17.04.2017 на сумму  680 335,80руб.;

- 5 этап -  600 000руб., оплата  произведена  платежным поручением  № 1521 от 03.11.2017 на сумму  400 000руб.  с назначением платежа «Оплата за контейнер  по договору  поставки  24/03-2917 от 15.02.2017, в т.ч. НДС  61016,95», так как  стоимость блок контейнера не была согласована.   

Таким образом, по мнению истца, по февральскому договору  оплата с 1 по 4 этап произведена  им в полном объеме в установленные сроки, а оплата  5 этапа должна была  происходить после  ввода оборудования  в эксплуатацию,  то есть, согласно Акту № 17 передачи оборудования в промышленную эксплуатацию – после  19 сентября 2018г. (т.1, л.д.86-87).

Платежные поручения  № 605  от 12.05.2017 на сумму  1 000 000руб., № 607 от  15.05.2017 на сумму  200 000руб.,  № 618 от  16.05.2017 на сумму  500 000руб., № 776  от 16.06.2017 на сумму 1 700 000руб. имеют указание в назначении платежа «За  ДГ-315 ТМЗ 8425», что по типу двигателя позволяет отнести платежи на  январский договор.  Платежным поручением № 1017 от 03.08.2017 на сумму 1 500 000руб. произведена «Частичная оплата по счету № 57 от 02.08.2017  за блок-контейнера ГЭС 350 (6м)», что также  относится к январскому договору. 

Таким образом, всего по январскому договору оплата произведена в сумме 4 900 000руб. 

Стоимость одной МиниТЭС в сборе согласно спецификации №1 к январскому договору составляет 5 880 000руб., 70% аванс за 1 МиниТЭС составляет  4 116 000руб. (со стоимостью доставки и пусконаладочными работами -  4 527 600руб.), следовательно, уплаченной суммы 4 900 000руб. было достаточно для авансового платежа по январскому договору.     

Истец указывает, что в нарушение условий п.2.5 февральского договора, п.п.2, 3 Спецификации к данному договору ответчик не изготовил Оборудование в установленный 60-дневный срок  со дня перечисления  3 000 000руб. предоплаты.  Фактически Оборудование поставлено в марте 2018г., то есть с задержкой  почти в год введено в эксплуатацию после неоднократных доработок в сентябре 2018г.; при этом ответчику не удалось достичь мощности 315 кВт/час.  Тем не менее,  МиниТЭС по февральскому договору была  принята истцом.   

Однако  по январскому договору  ответчик также нарушил  условие о сроках  изготовления  Оборудования: 70% предоплаты были  перечислены 03.08.2017,  120-дневный срок изготовления  оборудования  в соответствии с п.п.2, 3 Спецификации № 1  к договору – до 02.12.2017.

В указанный срок   ответчик продукцию не изготовил, не поставил,  о готовности продукции к поставке истцу не сообщил.    

Истец, с учетом уточнения правовой позиции по делу,  основывается на  положениях п.3 ст.487 ГК РФ, в соответствии с которым в случае, когда продавец, получивший сумму предварительной оплаты, не исполняет обязанность  по передаче товара в установленный срок (ст.457 ГК РФ), покупатель вправе потребовать  передачи  оплаченного товара  или возврата  суммы предварительной оплаты за товар, не переданный продавцом.  

Указанная норма  подразумевает наличие у покупателя  права выбора  способа защиты  нарушенного права:  требовать передачи оплаченного товара или требовать возврата  суммы предварительной оплаты. 

С момента  реализации права  требования на возврат суммы предварительной оплаты  сторона, заявившая данное требование, считается утратившей интерес к дальнейшему  исполнению условий договора, а договор - прекратившим  свое действие.

Таким образом, до момента  предъявления требования о возврате суммы предварительной оплаты  ответчик оставался должником  по неденежному обязательству, связанному с передачей товара. 

Истец  предъявил ответчику требование о возврате  ранее  перечисленной предварительной оплаты  по январскому договору  письмами № 38/01  от 24.01.2018,  № 1051 от 11.09.2018. 

Письмом  № 38/01 от  24.01.2018 истец просит ответчика реализовать  2-ю и 3-ю ГПС, согласовать  и возвратить  денежные средства за вычетом  оплаты  по договору поставки  за 1-ю ГПС № 24/03-2017  от 15.02.2017 как излишне перечисленные, то есть  выразил свою волю, которую  следует расценивать как отказ стороны, фактически утратившей  интерес  в получении причитающегося ей товара, от исполнения договора, что в соответствии  с п.2 ст.450.1 ГК РФ влечет  за собой  установленные правовые последствия -  его расторжение.   

С момента реализации истцом права  требования возврата  суммы предварительной оплаты за товар (с момента  получения ответчиком уведомления  об одностороннем  отказе от исполнения договора  согласно п.4 ст.523 ГК РФ) январский договор поставки  прекратил свое действие, в связи с чем на стороне  ответчика возникло денежное обязательство, а обязанность  поставить товар  и нести ответственность  отпала.  Указанный вывод истец считает соответствующим  правовой позиции, изложенной в Определении Верховного Суда РФ  № 309-ЭС17-21840 от 31.05.2018.  

При этом ответчик 19.11.2018 тремя платежами по 500 000руб. со ссылкой на письмо № 38/01 от 24.01.2018 произвел  истцу «возврат излишне  уплаченной суммы» 1 500 000руб., а также зачел 850 000руб. из оставшейся суммы в счет  оплаты по февральскому договору за блок- контейнер. 

В связи с этим сумма долга  на момент рассмотрения дела составляет 2 550 000руб.  (должно  быть уплачено по февральскому договору  3 600 000 + 650 000 = 4 250 000руб.,  фактически уплачено  3 400 000руб.,  долг – 850 000руб.;  4 900 000 – 850 000 – 1 500 000 = 2 550 000). 

Истец указывает, что  никаких соглашений с ответчиком о компенсации не заключалось,  каких-либо  доказательств наличия договоренности о компенсации  суду не представлено, равно как и документов, подтверждающих  готовность  ГЭС-315  по состоянию на  02.12.2017 и на 24.01.2018.   

Ответчик  не признал  иск в полном объеме, заявил встречный иск о взыскании   с ООО «Гамма»  убытков в виде реального ущерба  в размере  5 288 401руб. и неосновательного обогащения  в размере 1 500 000руб., всего  6 788 401руб. 

Ответчик указывает, что между сторонами был заключен договор поставки б/н от 23 января 2017г. на поставку девяти станций ГЭС-315 и договор поставки от 15 февраля 2017г. № 24/03-2017  на поставку одной станции ГЭС-315. Сторонами одновременно исполнялся февральский договор на поставку одной указанной станции (далее – 1-я станция) и январский договор на поставку двух указанных станций (далее – 2-я и 3-я станции). 

По февральскому договору стоимость  ГЭС-315 составляет  3 600 000руб.,  стоимость одного блок-контейнера для газопоршневой установки  составляет 650 000руб., всего  стоимость  оборудования  составляет 4 250 000руб.  

Данное оборудование было полностью  оплачено истцом и  полностью поставлено ему ответчиком. 

По январскому договору общая стоимость 9 ГЭС-315 составляет 32 400 000руб., 9 блок-контейнеров -  5 850 000руб., 9 тепловых моделей  ТММ-ТМ.315 для утилизации тепла – 14 670 000руб.,  стоимость доставки и пусконаладочных работ -  5 292 000руб.

По условиям п.2.6 январского договора и п.п.2, 3 спецификации к нему  указанное оборудование изготавливается  ответчиком в течение 120 календарных дней  с момента получения  от истца авансового платежа (предоплаты) в размере 70%. 

Согласно спецификации стоимость одной станции в сборе составляет 5 880 000руб.,  доставки и пусконаладочных работ -  588 000руб.,  следовательно, авансовый платеж составляет  4 427 600руб. за одну станцию в сборе.

Ответчик указывает, что  истец внес по январскому договору авансовый платеж в сумме 4 050 000руб., то есть не в полном размере.  Несмотря на это ответчик начал исполнение условий данного договора, в том числе закупил необходимые материалы, оборудование и  приступил к изготовлению   двух станций ГЭС-315 в сборе.  

Однако  письмом  от 24.01.2018 исх. № 38/01 ООО «Гамма» просило  ООО НПО «ГЭС»  реализовать 2-ю и 3-ю  станции в сборе и возвратить  ему денежные средства  за вычетом  оплаты за первую станцию, поставленную по февральскому договору. Таким образом, истец отказался от  выполнения  и соблюдения условий январского договора. 

Ответчик  указывает, что  данным отказом истца ему причинены убытки  в виде реального ущерба, поскольку указанные станции изготавливаются по индивидуальным  характеристикам, и реализовать их другим лицам не представляется возможным.  

Ответчик исходит из положений  п.п.1, 2 ст.15, ч.1 ст.1064,  п.1 ст.393 ГК РФ.

Для исполнения договора поставки  от 23.01.2017  ответчиком  были закуплены материалы  и оборудование на сумму  5 518 121руб., в подтверждение чего  ответчиком представлены  в материалы дела документы: сведения из книги покупок об операциях  за 1 -3 кварталы  2017г.,  реестр накладных.   С учетом  реализации  материалов и оборудования по  цене массы материала, из которого  они изготовлены, на металлобазу «Форт» в сумме 229 720руб.,  размер убытков составляет 5 288 401руб. (т.1, л.д.127-135).  

Кроме того, по устному соглашению  ответчик  должен был перечислить истцу, с учетом возмещения указанных убытков, 1 500 000руб., что им было сделано 19.11.2018. Однако впоследствии истец потребовал возврата всей остальной суммы, обратившись в суд с иском.

Ответчик ссылается на положения ст.1102 ГК РФ, согласно которой  лицо, которое  без установленных  законом, иными  правовыми актами или сделкой  оснований приобрело или сберегло имущество  (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего),  обязано возвратить  последнему неосновательно приобретенное  или сбереженное имущество  (неосновательное обогащение).  В соответствии с п.7 Обзора судебной практики  Верховного Суда РФ  № 2 (2019), по делам о взыскании неосновательного обогащения  на истца возлагается  обязанность доказать  факт приобретения  или сбережения  имущества ответчиком, а  на ответчика -  обязанность  доказать наличие  законных оснований для приобретения или сбережения  такого имущества  либо наличие обстоятельств, при которых неосновательное  обогащение в силу закона не подлежит возврату.     

По мнению ответчика, данные денежные средства  представляют собой неосновательное обогащение (приобретение) истца за счет  ответчика и подлежат возврату  в полном объеме.   

Истец считает  встречный иск не подлежащим удовлетворению,  возразил следующее.

Требование ответчика (истца по встречному иску) о возмещении убытков  (реального ущерба) основано на положениях ст.ст.15, 393, 1064 НК РФ, размер убытков определен как  разница между  расходами на  закупку материалов и оборудования  и ценой реализации данного оборудования на металлобазу  «Форт». 

ООО «Гамма»  никакого вреда в смысле  п.1 ст.1064 ГК РФ ответчику не причиняло.  Пункт 1 статьи 393 ГК РФ указывает на необходимость  возместить убытки  при условии  неисполнения  или ненадлежащего исполнения  обязательств. 

Между истцом и ответчиком существовали обязательственные отношения  на основании договора поставки от 23.01.2017, и ООО «Гамма» не нарушила ни одного пункта  данного договора, то есть отсутствуют  основания для возмещения убытков.      

Более того, по смыслу п.2 ст.15 ГК РФ  под убытками понимаются  не все расходы, а расходы, произведенные для восстановления  нарушенного права.  

Расходы ответчика  на закупку материалов и оборудования  в сумме 5 518 121руб. являются расходами на выполнение своих обязательств по договорам  купли-продажи и не направлены на восстановление  нарушенных прав. 

Таким образом,  разница между расходами на  закупку материалов и оборудования  и ценой реализации данного оборудования на металлобазу  «Форт» убытками не является. 

Способ определения убытков, используемый  ответчиком, предусмотрен  п.2 ст. 524 ГК РФ, то есть  данная норма является специальной по отношению к норме ст.15 ГК РФ.  

Однако данная норма применяется  при совокупности  одновременно следующих условий:  

- договор  предварительно должен быть  расторгнут вследствие  нарушения обязательств  покупателем;

-  продавец продал товар  другому лицу по более  низкой, чем предусмотренная  договором, но разумной цене.

Оставляя в стороне условие о разумности (стоимость проданного в 20 раз  дешевле стоимости приобретенного), достаточно указать на  отсутствие расторжения договора  поставки вследствие нарушения ООО «Гамма»  своих обязательств, то есть  п.2 ст.524 ГК РФ не применим.  Следовательно, основания для взыскания убытков отсутствуют.

Ответчик возразил, что в соответствии с п.1 ст.487 ГК РФ предоплата за товар вносится в срок, предусмотренный договором, а при отсутствии такового - в срок, определенный ст. 314 ГК РФ.

Согласно п.2 ст.314 ГК РФ обязательство по внесению предоплаты подлежит исполнению покупателем в течение семи дней со дня предъявления продавцом соответствующего требования.

Исходя из п.2 ст.487 ГК РФ при неисполнении покупателем обязанности предварительно оплатить товар применяются правила, предусмотренные ст. 328 ГК РФ.

Конкретный срок внесения предоплаты за станции январским договором не предусмотрен. С требованием о внесении недостающей части предоплаты по данному договору за 2-ю и 3-ю станции ответчик к истцу не обращался, что было обусловлено следующими обстоятельствами. Ответчик был занят изготовлением и поставкой 1-ой станции, результаты испытания которой на объекте истца должны были убедить истца в возможности достижения ею заявленной мощности и, следовательно, достижению таковой также 2-й и 3-й станциями (изначально предполагалось, что данные три станции будут работать как единый энергоблок). 

          Фактически полученной от истца суммы предоплаты за 2-ю и 3-ю станции ответчику было достаточно, чтобы начать и окончить их изготовление. На момент издания истцом письма от 24 января 2018г. № 38/01, в котором он потребовал возврата уплаченных за данные станции денежных средств, 2-я и 3-я станции уже были полностью готовы. Тем самым, по мнению ответчика, данное письмо свидетельствует об осведомленности истца на дату его (письма) издания о готовности данных станций к отгрузке. 

          При этом январским договором была предусмотрена поставка не двух, а девяти станций, предоплата за семь остальных станций по настоящему договору истцом внесена еще не была, от их поставки истец никогда не отказывался, следовательно, ответчик рассчитывал на их дальнейшую поставку в случае принятия истцом 1-й, а далее 2-й и 3-й станций.  

Нормативные положения ст.328 ГК РФ, на которые ссылается истец, предусматривают право, а не обязанность стороны, на которой лежит обязанность встречного предоставления, приостановить исполнение своего обязательства или заявить об отказе от исполнения этого обязательства и потребовать взыскания убытков. В связи с этим истец как сторона, на которой лежала обязанность первоначального предоставления (внесения предоплаты по январскому договору), не может указывать ответчику, как именно ему следовало поступить в рассматриваемой ситуации и, тем более, ставить иной вариант его поведения ему в вину.

 Действующее законодательство, а также условия январского договора не содержат запрета на начало и окончание изготовления 2-й и 3-й станций ответчиком в ситуации отсутствия предоплаты или ее неполного внесения истцом. Начало и окончание изготовления ответчиком данных станций в отсутствие внесения истцом предоплаты в согласованном в январском договоре размере обусловлено также длительностью технологического цикла, стремлением ответчика соблюсти 120-дневный срок их изготовления. Тем самым поведение ответчика в рассматриваемой ситуации было разумным и добросовестным, направленным на исполнение своей встречной обязанности по изготовлению данных станций для истца в установленный январским договором срок.

Кроме этого, применительно к ст. 328 ГК РФ в п. 58 Постановления Пленума ВС РФ от 22 ноября 2016 г. № 54 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении» разъясняется, что кредитор не лишен возможности требовать возмещения убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением, в соответствии с условиями обязательства.

Из пояснений истца следует, что его письмо от 24 января 2018г. № 38/01 следует расценивать как односторонний отказ от январского договора в части поставки по нему 2-й и 3-й станции по правилам ст. 450.1 ГК РФ.

Из п. 2 настоящей статьи следует, что полный или частичный отказ от договора (исполнения договора) влечет расторжение или изменение договора, только если такой отказ допускается договором или законом.

Подобным же образом, как разъяснялось ранее до введения в действие ст. 450.1 ГК РФ в абз.3 п.20 Постановления Пленума ВАС РФ от 22 октября 1997г. № 18 «О некоторых вопросах, связанных с применением положений Гражданского кодекса Российской Федерации о договоре поставки» (далее – Постановление № 18), при рассмотрении спора, вытекающего из договора поставки, по которому был заявлен отказ от исполнения обязательства, суду во всех случаях следует оценивать доводы сторон о законности такого отказа, если он имеет отношение к исковым требованиям.

Условиями январского договора право истца на односторонний отказ от его исполнения не предусмотрено.

В свою очередь, согласно специальным нормам п.п.1 и 2 ст.523 ГК РФ односторонний отказ от исполнения договора поставки допускается в случае существенного его нарушения стороной. Нарушение договора поставки поставщиком предполагается существенным в случаях установленных п. 2 настоящей статьи.

По смыслу п.4 ст. 523 ГК РФ, толкуемого в системной взаимосвязи с п.2 ст. 450.1 ГК РФ, в отсутствие существенного нарушения договор поставки расторгнутым с момента соответствующего уведомления об этом одной его стороной другой его стороны не считается.

Наличие существенного нарушения ответчиком как поставщиком январского договора поставки для одностороннего отказа истца как покупателя от его исполнения, как того требуют нормы п.п. 1 и 2 ст. 523 ГК РФ, не имеется, истцом не доказано.

Приводимые истцом в обоснование ненадлежащего качества 2-й и 3-й станций доводы не могут быть приняты во внимание ввиду их явной надуманности и голословности, поскольку представленные истцом в их подтверждение доказательства не отвечают требованиям относимости и допустимости (ст.ст. 67, 68 АПК РФ). Непосредственного и прямого отношения к конкретным изготовленным ответчиком для истца 2-й и 3-й станциям представленные истцом сведения не имеют, технические характеристики конкретно данных станций истцом не проверялись, поскольку своим письмом от 28 января 2018 г. № 38/01 от их поставки он отказался.

В качестве установленного законом основания для отказа от январского договора истец ссылается также на общую норму п.3 ст.487 ГК РФ, указывая на просрочку ответчика по изготовлению 2-й и 3-й станций. Однако из расчета истца, приведенного в досудебной претензии и исковом заявлении, следует, что всего им было перечислено ответчику денежных средств на сумму 8 300 000 руб.,  из которых в оплату за 1-ю станцию и блок контейнер для нее направлено 4 250 000 руб., следовательно, в оплату 2-й и 3-й станции были направлены остальные денежные средства в сумме 4 050 000 руб. соответственно (8 300 000 – 4 250 000 = 4 050 000). Вместе с тем, по условиям январского договора размер предоплаты за данные станции должен был составить 4 116 000 руб., а с учетом оплаты пусконаладочных работ – 4 527 600 руб., до получения которой в полном объеме ответчик мог не приступать к изготовлению 2-й и 3-й станций. Скорректированный впоследствии уже при рассмотрении дела в суде расчет истца, согласно которому размер внесенной им предоплаты за данные станции составил 4 900 000 руб., является неверным, противоречит ранее представленному им расчету и фактическим обстоятельствам дела.

Из этого следует, что просрочки изготовления 2-й и 3-й станций по январскому договору со стороны ответчика допущено не было, следовательно, отказ истца от исполнения январского договора, выраженный в его письме от 28 января 2018г. № 38/01, по данному основанию также незаконен.

Согласно п. 4 ст. 450.1 ГК РФ при отказе от договора сторона должна действовать разумно и добросовестно.

В силу п. 4 ст. 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Ответчик полагает, что отказ истца от исполнения январского договора является недобросовестным,  заявлен преждевременно, поскольку ни 1-ая, ни, тем более, 2-ая и 3-ая станции по состоянию на 24 января 2018г. ему ответчиком поставлены еще не были, необходимые испытания еще не прошли, в письме истца от 24 января 2018г. № 38/01 отказ от поставки 2-й и 3-й станции ничем не обоснован. При рассмотрении дела в суде в обоснование данного отказа истец ссылается на то, что у него возникли сомнения относительно качества 2-й и 3-й станций, а именно возможности достижения ими согласованной мощности, что было вызвано просрочкой ответчика по поставке 1-й станции. Однако впоследствии 1-я станция была принята ответчиком в промышленную эксплуатацию 19 сентября 2018г. без каких-либо замечаний (претензий) по мощности, изложенные в письме истца от 11 сентября 2018г. № 1051 такие замечания (претензии) относительно данной станции следующим письмом истца от 20 сентября 2018г. № 1091 уже были полностью сняты (отозваны). Таким образом, названные истцом в дополнительных пояснениях к исковому заявлению основания для отказа от январского договора отпали еще 19-20 сентября 2018г.

Нормативными положениями п.п. 2 и 3 ст. 524 ГК РФ предусмотрена возможность поставщика при нарушении обязательств покупателем требовать от него возмещения убытков виде разницы между договорной ценной и ценой замещающей сделки или текущей ценой товара. При этом п.4 настоящей статьи указывает на возможность возмещения нарушившей стороной другой стороне договора поставки также иных убытков.

Такие же по своей сути правовые последствия установлены общими нормами ст. 393.1 ГК РФ. Возможность взыскания ответчиком убытков предусмотрена также общими положениями ст.ст. 15, 393, 401 ГК РФ.

При этом, согласно п.3 ст.401 ГК РФ, истец не несет ответственности по возмещению убытков за неисполнение или ненадлежащее исполнение своих обязательств перед ответчиком по январскому договору только в случае наличия непреодолимой силы, т.е. чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств.

Конкретный срок для внесения истцом предоплаты по январскому договору не предусмотрен, предоплата в необходимом размере истцом ответчику внесена не была. Несмотря на это ответчик посчитал, что 120-дневный срок для изготовления станции начал течь для него с момента уплаты истцом 03 ноября 2017г. 400 000 руб. за контейнер по февральскому договору, поскольку полученных тогда и ранее от истца денежных средств было для него достаточно, чтобы окончить уже начатое им изготовление 2-й и 3-й станций. Ответчик уведомил истца о готовности данных станций к отгрузке, на что истец своим письмом от 24 января 2018г. № 38/01 отказался от их принятия и потребовал от ответчика их реализовать.

Таким образом, данное письмо истца в качестве отказа от исполнения январского договора по ст.450.1 ГК РФ квалифицироваться не может, поскольку противоречит нормам настоящей статьи, но подтверждает его уклонение от принятия 2-й и 3-й станций по данному договору.

По общим правилам п.п.1 и 2 ст.513 ГК РФ на покупателе лежит обязанность совершить все необходимые действия по принятию товаров по договору поставки, провести их осмотр и проверку по количеству и качеству.

В случае выборки товара покупателем в месте нахождения поставщика он обязан совершить данные действия в месте их передачи (п. 2 ст. 510, п. 1 ст. 515 ГК РФ). 

В таком случае обязанность передать товар покупателю считается исполненной, когда товар готов к передаче в надлежащем месте и покупатель осведомлен о готовности товара к передаче (п. 1 ст. 458 ГК РФ).

Условием п.2.1 январского договора предусмотрена поставка товара со склада ответчика самовывозом с погрузкой в транспортное средство истца или по соглашению сторон доставка за счет ответчика с последующей компенсацией истцом расходов по такой доставке.

Соглашения о поставке данных станций за счет ответчика сторонами не заключалось.

Условием п. 2 спецификации к январскому договору предусмотрено внесение 20% стоимости 2-й и 3-й станций по факту готовности их к отгрузке.

С 24 января 2018г. (дата (факт) готовности данных станций к отгрузке) и по настоящее время данная стоимость истцом ответчику не выплачена.

Таким образом, неисполнение и ненадлежащее исполнение истцом условий январского договора заключается в следующем:

- уклонение от приемки 2-й и 3-й станций;

- неоплата 90% стоимости данных станций, в том числе 70% данной стоимости в качестве предоплаты, которая внесена не в полном объеме, и 20% от данной стоимости по факту готовности указанных станций.

Кроме этого, требования по качеству предъявляются и рассматриваются в установленном разд. 4 «Качество и гарантия» январского договора порядке, согласно которому покупателем должна быть предъявлена соответствующая рекламация продавцу, который далее выезжает для выявления дефектов станции и причин их возникновения, в том числе проводит экспертизу при неоднозначности таких причин. С такой рекламацией истец к ответчику по данному поводу никогда не обращался. Тем самым истцом дополнительно также нарушены порядок проверки и возврата станций (п. 4.3 и его подпункты январского договора).

Согласно ч. 2 ст. 64 АПК РФ объяснения, участвующих в деле лиц является одним из доказательств по делу. 

Из объяснений ответчика следует, что по устной договоренности с истцом ответчик должен был перечислить ему 1 500 000 руб. в возврат денежных средств за 2-ю и 3-ю станции, с учетом причиненных ему уклонением истца от их принятия убытков. Руководствуясь данной договоренностью, ответчик перечислил истцу указанную денежную сумму тремя платежами по 500 000 руб. каждый.

Таким образом, с позиции ответчика, январский договор является расторгнутым, а обязательства из него прекращенными в части поставки по нему двух станций с 19 ноября 2018 г., поскольку в этот день ответчик принял изложенное в письме истца от 24 января 2018 г. № 38/01 предложение о реализации 2-й и 3-й станций, перечислив истцу первые 500 000 руб. из согласованных 1 500 000 руб. В назначении каждого данного платежа значится ссылка на письмо истца от 24 января 2018г. № 38/01 (в платежных поручениях номер «34/01» указан ошибочно) и используемая в нем формулировка – «возврат излишне уплаченной суммы». Тем самым перечисление ответчиком истцу данной денежной суммы о наличии вины и нарушении ответчиком январского договора не свидетельствует.

Доказательств в подтверждение ограничения договорной ответственности истца и (или) прощения ему ответчиком долга (убытков) по правилам п. 3 ст. 393, ст. 415 ГК РФ истцом в нарушение ч. 1 ст. 65 АПК РФ в материалы дела не представлено. 

В соответствии с п. 5 ст. 393 ГК РФ размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. Суд не может отказать в удовлетворении требования кредитора о возмещении убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства, только на том основании, что размер убытков не может быть установлен с разумной степенью достоверности. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению обязательства.

В подтверждение наличия и размера причиненных ответчику нарушением условий и незаконным отказом от исполнения январского договора убытков ответчиком представлены соответствующие письменные доказательства относительно понесенных им затрат на изготовление 2-й и 3-й станций, с учетом их уменьшения пропорционально реализационной стоимости материала, из которого они были изготовлены (черные и цветные металлы). Такой способ определения убытков избран ответчиком исходя из характера товара, т.е. данных станций, которые изготовлены под индивидуальные (уникальные) требования истца и потому объективно не имеют текущего спроса на рынке. В связи с этим реализовать их как готовое изделие иным третьим лицам ответчику не представляется возможным. 

Ответчик полагает, что размер данных убытков был установлен им с разумной степенью достоверности. Доказательств в подтверждение отсутствия убытков у ответчика или их меньшего размера либо необходимости их установления иным образом (способом) истцом в материалы дела не представлено, следовательно, правовые основания для отказа в их взыскании либо установления иного их размера отсутствуют.

Ссылка истца на п. 2 ст. 15 ГК РФ о том, что понесенные ответчиком расходы не относятся к убытку в виде реального ущерба, а представляют собой его расходы на исполнение своих обязательств по январскому договору, основана на ошибочном толковании настоящей нормы. По причине нарушения январского договора истцом данные расходы перестали быть для ответчика именно расходами по настоящему договору, компенсируемыми за счет получаемой по нему прибыли, превратившись в отсутствие прибыли в убытки в виде реального ущерба, которые подлежат возмещению истцом. 

          Истец возразил на данные пояснения ответчика,  что расчет  суммы аванса  произведен  ответчиком  неверно, без учета  более позднего зачета по письму № 38/01 от 24.01.2018. Сумма 4 050 000руб. сформирована за вычетом предстоящих  расходов по февральскому договору за блок-контейнер, что полностью опровергает  утверждения ответчика о недостаточности аванса. 

          Из письма  № 38/01 от 24.01.2018 ни в коем случае  не следует вывод об осведомленности ООО «Гамма» о готовности станций по январскому  договору.  Более того, причиной данного письма явилось именно  невыполнение ответчиком обязательства  по изготовлению станций в установленный договором срок, который истек 02.12.2017.  В данном письме указана просьба продажи не  ГЭС-315 в сборе (как указывает ответчик), а  ГПС, под данным обозначением  подразумевались модернизированные двигатели как по январскому, так и по февральскому договору.  

          Станции не были изготовлены, в случае их изготовления, с учетом положений ст.153 ГК РФ, ответчик должен был уведомить  в предусмотренной форме  истца о готовности, в том числе, путем выставления счета на оплату  предусмотренных договором 20% (п.2 спецификации к договору), что ответчиком сделано не было. 

         Возврат  1 500 000руб. произведен ответчиком со ссылкой на письмо № 38/01 от 24.01.2018,  таким образом, ответчик фактически согласился с позицией истца, что  также свидетельствует  о дальнейшей утрате  с его стороны интереса к январскому договору. 

         Никаких соглашений о компенсации не заключалось,  оборудование  в адрес истца не направлялось, все утверждения ответчика об уклонении от приемки готового оборудования голословны и надуманны, не подкреплены  доказательствами.

         Отказ  имел место от договора в целом,  желание ответчика  отказаться от  поставки 2-й  и 3-й  станции и сохранить договор в отношении 4-10  подпадает под понятие «изменение договора», которое в одностороннем порядке не предусмотрено. 

         Довод о претензиях к качеству оборудования  истцом не заявляется,  истец исходит исключительно из  нарушения  ответчиком  условия договора о сроках изготовления и поставки оборудования.     

Исследовав материалы дела и оценив доводы истца,  суд считает первоначальный иск  подлежащим удовлетворению в полном объеме,  а встречный иск – не подлежащим удовлетворению по следующим основаниям. 

Согласно ст.ст.309, 310 и 408 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом, односторонний отказ от исполнения обязательств не допускается и только надлежащее исполнение прекращает обязательство.

В соответствии с п.1 ст.454 ГК РФ по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

В соответствии со ст.506 ГК РФ по договору поставки поставщик-продавец, осуществляющий предпринимательскую деятельность, обязуется передать в обусловленный срок или сроки производимые или закупаемые им товары покупателю для использования в предпринимательской деятельности или в иных целях, не связанных с личным, семейным, домашним и иным подобным использованием.

 Пунктом 1 статьи 456 ГК РФ предусмотрено, что продавец обязан передать покупателю товар, предусмотренный договором купли-продажи.

Согласно ст.458 ГК РФ, если иное не предусмотрено договором купли-продажи, обязанность продавца передать товар покупателю считается исполненной в момент:

вручения товара покупателю или указанному им лицу, если договором предусмотрена обязанность продавца по доставке товара;

предоставления товара в распоряжение покупателя, если товар должен быть передан покупателю или указанному им лицу в месте нахождения товара. Товар считается предоставленным в распоряжение покупателя, когда к сроку, предусмотренному договором, товар готов к передаче в надлежащем месте и покупатель в соответствии с условиями договора осведомлен о готовности товара к передаче. Товар не признается готовым к передаче, если он не идентифицирован для целей договора путем маркировки или иным образом.

В соответствии условиями договоров б/н от 23.01.2017 и № 24/03-2917 от 15.02.2017 ответчиком в адрес истца по двум договорам были вставлены 9 счетов на оплату, которые истец оплатил в полном объеме: 

Счет  № 8 от  10.02.2017 на сумму  68 664,20руб. за  – оплачен  платежным поручением № 171 от 13.02.2017 на сумму 68 664,20руб.;

Счет № 9 от  16.02.2017 на сумму 630 000руб. – оплачен  платежным поручением № 221 от  22.02.2017  на сумму  630 000руб.;

Счет  № 11 от 06.03.2017 на сумму  834 000руб. – оплачен  платежным поручением  № 264 от  07.03.2017  на сумму  834 000руб.;

Счет № 13 от  14.03.2017 на сумму  787 000руб. – оплачен  платежным поручением  № 343 от 22.03.2017 на сумму  787 000руб.;

Счет  № 16 от 12.04.2017 на сумму  680 335,80руб. – оплачен платежным поручением  № 484 от 17.04.2017 на сумму  680 335,80руб.;

Счет № 45 от 12.05.2017 на сумму  1 700 000руб. – оплачен  платежными поручениями  № 606  от 12.05.2017 на сумму 1 000 000руб., № 607 от  15.05.2017 на сумму  200 000руб.,  № 618 от  16.05.2017 на сумму 500 000руб.;

Счет № 52 от  14.06.2017 на сумму  1 700 000руб. – оплачен  платежным поручением  № 776 от  16.06.2017 на сумму 1 700 000руб.;

Счет № 57 от  02.08.2017 на сумму  1 900 000руб. – оплачен платежным поручением  № 1017 от  03.08.2017 на сумму  1 500 000руб., №  1521 от  03.11.2017 на сумму  400 000руб.;

         Счет № 14 от  16.03.2018 на сумму  58 138руб. – оплачен платежным поручением  № 681 от  17.05.2018 на сумму  31 019руб.      

Из материалов дела также усматривается, что распределение указанных сумм произведено следующим образом.

По договору № 24/03 от 15.02.2017 в соответствии с условиями  п.3.2 договора и счетами на оплату истцом произведена оплата в общей сумме 3 400 000руб.:

- 1 этап – 698 664,20руб. по счетам № 8  от 10.02.2017, № 9 от  16.02.2017  оплачено  платежным поручением  № 171  от 13.02.2017  на сумму 68 664,20руб.,  № 221 от 22.02.2017 на сумму  630 000руб.;

- 2 этап  -  834 000руб.  по счету № 11 от 06.03.2017 оплачено платежным поручением № 264   от 07.03.2017 на сумму  834 000руб.;

- 3 этап -  787 000руб. по счету № 13 о 14.03.2017  оплачено платежным поручением  № 343 от 22.03.2017 на сумму  787 000руб.; 

- 4 этап - 680 335,80руб. по счету № 16 от 12.04.2017 (назначение платежа в счете на оплату «Оборудование по договору № 24/03-17 от 15.02.2017 (4 этап)»)  оплачено платежным поручением  № 484 от 17.04.2017 на сумму  680 335,80руб.;

- 5 этап -  оплата  произведена  платежным поручением  № 1521 от 03.11.2017 на сумму  400 000руб.  с назначением платежа «Оплата за контейнер  по договору  поставки  24/03-2917 от 15.02.2017, в т.ч. НДС  61016,95», так как  стоимость блок контейнера на момент оплаты не была согласована.   

На оплату  именно по февральскому договору указывают суммы платежа и фраза «4 этап» в счете на оплату № 16 от 12.04.2017.

Таким образом, по февральскому договору  оплата аванса в общей сумме 3 000 000руб. с 1 по 4 этап произведена истцом в полном объеме в установленные сроки, в связи с чем оборудование должно было быть изготовлено  в течение 60 календарных дней с момента  оплаты аванса.   

Соответственно, платежные поручения  № 605  от 12.05.2017 на сумму  1 000 000руб., № 607 от  15.05.2017 на сумму  200 000руб.,  № 618 от  16.05.2017 на сумму  500 000руб., № 776  от 16.06.2017 на сумму 1 700 000руб. являются оплатой по январскому договору. Кроме того, они имеют указание в назначении платежа «За  ДГ-315 ТМЗ 8425», что по типу двигателя позволяет отнести платежи на  январский договор.  Платежным поручением № 1017 от 03.08.2017 на сумму 1 500 000руб. произведена «Частичная оплата по счету № 57 от 02.08.2017  за блок-контейнера ГЭС 350 (6м)», что также  относится к январскому договору. 

Таким образом, всего по январскому договору оплата произведена в сумме 4 900 000руб. 

Стоимость одной МиниТЭС в сборе согласно спецификации №1 к январскому договору составляет 5 880 000руб., 70% аванс за 1 МиниТЭС составляет  4 116 000руб. (со стоимостью доставки и пусконаладочными работами -  4 527 600руб.).

В связи с этим суд читает обоснованным и подтвержденным материалами дела довод истца о том, что уплаченной суммы 4 900 000руб. было достаточно для авансового платежа по январскому договору, и что именно  с даты оплаты  авансового платежа  03.08.2017 начал течь 120-дневный срок на изготовление  оборудование ответчиком. 

Доводы и возражения  ответчика являются надуманными и не соответствующими установленным по делу фактическим обстоятельствам.      

Судом также установлено, что в нарушение ст.ст.309, 310 ГК РФ, условий п.п.2, 3 январского договора  ответчик нарушил  условие о сроках  изготовления оборудования. В срок до 02.12.2017  ответчик продукцию не изготовил, не поставил,  о готовности продукции к поставке истцу не сообщил. 

В нарушение положений ст.65 АПК РФ ответчиком не представлено доказательств  готовности  2-й и 3-й ГЭС-315 по январскому договору: не представлены письменные уведомления, товарные накладные и счета-фактуры,  не выставлялись  счета на оплату  оставшихся 20% стоимости  оборудования.  

          Письмо истца  № 38/01 от 24.01.2018, по мнению суда, не доказывает  факт изготовления  ответчиком  спорного оборудования.   Из данного письма  не следует вывод об осведомленности ООО «Гамма» о готовности станций по январскому  договору.  Более того, причиной данного письма явилось именно  невыполнение ответчиком обязательства  по изготовлению станций в установленный договором срок, который истек 02.12.2017.  В данном письме указана просьба продажи не  ГЭС-315 в сборе (как указывает ответчик), а  ГПС, под данным обозначением  подразумевались модернизированные двигатели как по январскому, так и по февральскому договору. 

В соответствии с п.1 ст.457 ГК РФ срок исполнения продавцом обязанности передать товар покупателю определяется договором купли-продажи, а если договор не позволяет определить этот срок, в соответствии с правилами, предусмотренными статьей 314 настоящего Кодекса.

В  нарушение  ст.ст.456, 458 ГК РФ в установленный договором срок товар  истцу не передан. 

Согласно п.3 ст.487 ГК РФ в случае, когда продавец, получивший сумму предварительной оплаты, не исполняет обязанность по передаче товара в установленный срок (статья 457), покупатель вправе потребовать передачи оплаченного товара или возврата суммы предварительной оплаты за товар, не переданный продавцом.

Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Верховного Суда РФ  № 309-ЭС17-21840 от 31.05.2018, указанная норма  подразумевает наличие у покупателя  права выбора  способа защиты  нарушенного права:  требовать передачи оплаченного товара или требовать возврата  суммы предварительной оплаты. 

С момента  реализации права  требования на возврат суммы предварительной оплаты  сторона, заявившая данное требование, считается утратившей интерес к дальнейшему  исполнению условий договора, а договор - прекратившим  свое действие.

Кроме того, с момента совершения указанных действий обязательство по передаче товара (неденежное обязательство) трансформируется в денежное обязательство,  которое не предполагает возникновение у продавца обязанности передать оплаченный товар. 

Согласно позиции, изложенной в пункте 3 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.06.2014 N 35 "О последствиях расторжения договора", по смыслу пункта 2 статьи 453 ГК РФ при расторжении договора прекращается обязанность должника совершать в будущем действия, которые являются предметом договора (например, отгружать товары по договору поставки, выполнять работы по договору подряда, выдавать денежные средства по договору кредита и т.п.).

Истец  предъявил ответчику требование о возврате  ранее  перечисленной предварительной оплаты  по январскому договору.

В частности, письмом  № 38/01 от  24.01.2018 истец просил ответчика реализовать  2-ю и 3-ю ГПС, согласовать  и возвратить  денежные средства за вычетом  оплаты  по договору поставки  за 1-ю ГПС № 24/03-2017  от 15.02.2017 как излишне перечисленные.

Таким образом, истец в связи с неисполнением ответчиком обязанности по передаче товара в установленный договором срок  в соответствии с п.3 ст.487 ГК РФ в одностороннем порядке отказался от договора.

Суд считает, что  в силу прямого указания п.3 ст.487, п.п.1, 2 ст.450.1 ГК РФ договор  является расторгнутым с момента получения ответчиком уведомления № 38/01 от 24.01.2018 с предложением продать  ГПС и  возвратить предоплату.

С момента реализации истцом права  требования возврата  суммы предварительной оплаты за товар  январский договор поставки  прекратил свое действие, в связи с чем на стороне  ответчика возникло денежное обязательство, а обязанность  поставить товар  и нести ответственность  отпала.  

При этом ответчик 19.11.2018 тремя платежами по 500 000руб. со ссылкой на письмо № 38/01 от 24.01.2018 произвел  истцу возврат 1 500 000руб.  Также был произведен зачет 850 000руб. из оставшейся суммы аванса 4 900 000руб. в счет  остатка долга по февральскому договору за блок-контейнер. 

В связи с этим сумма долга  на момент рассмотрения дела составляет 2 550 000руб.  (должно  быть уплачено по февральскому договору  3 600 000 + 650 000 = 4 250 000руб.,  фактически уплачено  3 400 000руб.,  долг – 850 000руб.;  4 900 000 – 850 000 – 1 500 000 = 2 550 000). 

Необоснованное удержание  ответчиком перечисленного  истцом аванса  в счет предстоящей поставки товара по расторгнутому договору  в силу ст.1102 ГК РФ является  неосновательным обогащением, которое подлежит взысканию с ответчика в полном объеме. 

         Исковые требования ответчика (истца по встречному иску) о возмещении убытков  (реального ущерба) и взыскании неосновательного обогащения удовлетворению не подлежат. 

         Ответчик основывает свои требования по встречному иску  на положениях ст.ст.15, 1064, 1102 ГК РФ. 

         В соответствии с п.п.1, 2  ст.15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать  полного возмещения  причиненных ему убытков, если законом или договором  не предусмотрено возмещение убытков  в меньшем размере.  

         Под убытками  понимаются расходы, которые лицо, чье право  нарушено, произвело  или должно будет произвести  для восстановления нарушенного права,  утрата или повреждение  его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных  условиях гражданского оборота, если бы его право  не было нарушено (упущенная выгода). 

         Согласно п.2 постановления Пленума Верховного Суда РФ  от 23 июня 2015г. № 25 «О  применении судами  некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» по делам о  возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате  действий (бездействия) которого  возник ущерб, а также факты нарушения обязательства  или причинения вреда, наличие убытков  (п.2 ст.15 ГК РФ). 

         Возмещение внедоговорного вреда при отсутствии вины причинителя вреда, а также вред, причиненный правомерными действиями, подлежит возмещению только в случаях, предусмотренных законом (п.п.2, 3 ст.1064 ГК РФ).  

        В силу ст.393 ГК РФ должник обязан  возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства.     

         Как указано выше,  ООО «Гамма» не допущено  противоправных действий либо нарушения обязательства, влекущих  в силу закона возникновение обязанности  возместить ответчику убытки.  Истец  своевременно и в полном объеме  произвел  уплату авансовых  платежей по договорам  поставки  б/н от 23.01.2017 и № 24/03-2917 от 15.02.2017, в то время как  ответчик не исполнил  в установленный договором от 23.01.2017 срок  свое обязательство  по изготовлению и поставке  оборудования. Именно  нарушение  ответчиком своих  обязательств по январскому договору повлекло отказ истца от исполнения договора,  предусмотренный  п.3 ст.487 ГК РФ.   

Таким образом, отсутствуют  основания для возмещения убытков.      

Более того, по смыслу п.2 ст.15 ГК РФ  под убытками понимаются  не все расходы, а расходы, произведенные для восстановления  нарушенного права.  

Расходы ответчика  на закупку материалов и оборудования  в сумме 5 518 121руб. являются расходами на выполнение своих обязательств по договорам  купли-продажи и не направлены на восстановление  нарушенных прав. 

Таким образом,  разница между расходами на  закупку материалов и оборудования  и ценой реализации данного оборудования на металлобазу  «Форт» убытками не является. 

Способ определения убытков, используемый  ответчиком, предусмотрен  п.2 ст. 524 ГК РФ, то есть  данная норма является специальной по отношению к норме ст.15 ГК РФ.  

Однако данная норма применяется  при совокупности  одновременно следующих условий:  

- договор  предварительно должен быть  расторгнут вследствие  нарушения обязательств  покупателем;

-  продавец продал товар  другому лицу по более  низкой, чем предусмотренная  договором, но разумной цене.

Не оценивая условие о разумности (стоимость проданного в 20 раз  дешевле стоимости приобретенного, и ответчиком не доказана уникальность подлежащего изготовлению оборудования и невозможность продажи закупленных двигателей и материалов по более высокой цене), суд считает отсутствующим условие .2 ст.524 ГК РФ о расторжения договора  поставки вследствие нарушения ООО «Гамма»  своих обязательств.

Также  не имеется оснований для  взыскания  с истца неосновательного обогащения, которое в спорной ситуации таковым не является.

В отсутствие какого-либо встречного предоставления и правомерного отказа  истца от  исполнения договора поставки, ответчик фактически согласился с расторжением договора поставки, возвратив истцу 1 500 000руб. ранее перечисленного аванса на основании письма № 38/01 от 24.01.2018.   

Договор от 23.01.2017 ответчиком не исполнен и исполнен быть не может, оборудование по нему истцу не поставлено, следовательно, отсутствуют правовые основания для взыскания в пользу ответчика ранее возвращенного им  аванса  в счет предстоящей поставки оборудования.  

Руководствуясь статьями 110, 167-171 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л:

Удовлетворить первоначальный иск. 

         Взыскать с  Общества с ограниченной ответственностью Научно-производственное объединение "Газовые электростанции" (ИНН  

<

***>, ОГРН  

<

***>)  в пользу  Общества с ограниченной ответственностью "Гамма" (ИНН  

<

***>, ОГРН  

<

***>)  2 550 000 руб. неосновательного обогащения и 35750руб. в возмещение  расходов по уплате государственной пошлины. 

Исполнительный лист выдать по ходатайству взыскателя после вступления решения в законную силу.

В удовлетворении встречного иска отказать. 

Решение может быть обжаловано в порядке апелляционного производства во Второй арбитражный апелляционный суд в месячный срок со дня его принятия (изготовления его в полном объеме).

Апелляционная жалоба подается через Арбитражный суд Ярославской области, в том числе посредством заполнения формы, размещенной на официальном сайте суда в сети «Интернет»,  через систему «Мой арбитр» (http://my.arbitr.ru).

Судья

Розова Н.А.